Текст книги "Институт идеальных жен"

– Ну уж нет! – безапелляционно заявил граф. – Леди де Кресси, садитесь в карету! Или я закрою вас в сундуке!

Сундук, кстати, был вновь крепко-накрепко привязан на запятках экипажа. На этот раз ремни предусмотрительно обхватывали крышку, чтобы никто не смог пролезть внутрь. При воспоминании о часах, проведенных в темноте и тесноте, я невольно поежилась.

Этьен проследил за моим взглядом и многозначительно приподнял брови. Пришлось презрительно хмыкнуть в ответ.

– Что у вас происходит? – Мейбл выглянула из экипажа.

– Ваша подруга намеревается ехать с моим кучером на козлах.

– Амелия, ты все-таки влюбилась в конюха?

Мы с Гарри испуганно переглянулись и одновременно замотали головами.

– Я не самоубийца! – заявил Гарри.

– Я лишь хотела убедиться, что этот тип не перевернет нас по пути! – Я с вызовом взглянула на кучера.

– Не думаю, что такое случится, – беспечно откликнулась Мейбл. – А вот тебе лучше ехать внутри кареты, ведь собирается дождь!

Я хотела возразить, что дождь мне не страшен, но холодная капля упала на нос, и я лишь пожала плечами. Путешествовать действительно лучше с комфортом. А если эти двое так глупы, что не желают пользоваться моей добротой, то это их право. Потому я послушно села рядом с Мейбл, а граф Ренье занял место напротив нас.

Гарри захлопнул дверцу, вскочил на козлы, и мы покинули «Оазис».

Глава 7
Дуэль вчетвером

Амелия

Трясясь в карете, мы не имели возможности следить за тем, что происходило снаружи. Стук копыт запряженной в экипаж пары, окрики Гарри, равномерное поскрипывание колес – все это заглушало прочие звуки. К тому же Мейбл обменивалась с нашим спутником негромкими дежурными фразами, а я многозначительно молчала, делая вид, что смотрю в окошко и любуюсь унылым дождливым пейзажем. Если этим двоим комфортно лишь в присутствие дуэньи, ну что поделать?

Во всяком случае, граф Ренье отличал Мейбл от меня, даже несмотря на одинаковые плащи, которые мы раздобыли на постоялом дворе, чтобы не привлекать внимания шпиков. Эти воспоминания вернули меня к унылым размышлениям о собственной судьбе, поскольку – а в этом я была абсолютно уверена – моя тетушка никогда не допустит, чтобы я отказалась от выгодного, по всеобщему мнению, брака.

Так что мы ни о чем бы не заподозрили, если бы кучер не заговорил с хозяином через магическую трубку.

– Милорд, тут, похоже, за нами увязался всадник.

Мы с Мейбл испуганно переглянулись, а граф Ренье придвинул к себе шпагу:

– Какой всадник?

– А мне почем знать? Высокий. В шляпе.

Мы переглянулись, и я покачала головой: оба шпика, которых я видела, были среднего роста.

– Один? – на всякий случай уточнил Этьен.

– Один-одинешенек.

Граф заметно расслабился.

– Ну так мало ли что. Просто по пути человеку. Тракт-то не в нашей собственности, мы его не покупали. Пускай себе едет.

– А не скажите, милорд, – возразил Гарри. – Дорога, может, и общая, да только этот уже второй раз на перекрестье точнехонько за нами поворачивает. Конь у него приметный, вороной. Усталый, правда, оттого до сих пор и не нагнал. Но, думается мне, осталось недолго. А вот его и снова видать.

Этьен высунулся в окошко, но, похоже, ничего таким образом не разглядел.

– Приближается? – спросил он, вновь проверяя, насколько быстро и легко шпага выходит из ножен.

– Так точно, – по-военному отозвался слуга. – И, сдается мне, видал я уже этого жеребца, правда давнехонько. Да и хозяин его – личность довольно приметная.

– Значит, вороной, говоришь? – хмурясь, переспросил граф Ренье: судя по тону, и у него возникли какие-то подозрения. – Останови-ка. Похоже, мне нужно побеседовать с этим любителем путешествий и вороных коней.

– Вы знаете этого человека? – оживилась я. Мейбл лишь бросила на нашего спутника вопросительный взгляд.

– Скажем так: я предполагаю, кто это.

Тем временем Гарри повиновался, и карета остановилась. Граф Ренье стремительно распахнул дверцу и соскочил на обочину. Мы с Мейбл переглянулись.

– Пойдем! – Я мотнула головой в сторону распахнутой двери.

– Думаешь, от нас этого ждут? – соседка скептически посмотрела на моросящий снаружи дождь.

– Нет, конечно, но ты же не хочешь пропустить все самое интересное?

В глазах Мейбл блеснул огонек любопытства.

– Пожалуй, ты права!

Мейбл

Путешествие оказалась гораздо более приятным, чем я ожидала. Странно, но Амелия молчала, делая вид, что рассматривает капли дождя на оконном стекле. Я даже обеспокоилась, не заболела ли она, но спрашивать не стала, не решаясь нарушить доброжелательную атмосферу, царившую в карете.

Сообщение Гарри о преследователе прозвучало как гром среди ясного неба. Я вздрогнула, опасаясь, что это все-таки люди мистера Годфри, но Амелия развеяла мой страх, а уж предположения Этьена о знакомстве со всадником и вовсе успокоили.

Я понимала, что нам лучше оставаться в экипаже, но любопытство победило, и я последовала за Амелией. Мы выбрались наружу как раз в тот момент, когда наш преследователь спешился.

При виде знакомой фигуры я расширила глаза от удивления, а Амелия тихо ахнула и невольно отступила обратно к карете. Ибо вороного коня взял под уздцы не кто иной, как граф Рейнард Аттисон.

– Добрый день. – Он внимательно посмотрел на нас и чуть наклонил голову. – Леди де Кресси.

– Счастлива лицезреть.

Амелия присела в заученном реверансе со столь же заученной улыбкой на лице.

– Здравствуйте, Мейбл, – более доброжелательно поприветствовал меня граф.

– Рада вас видеть.

Я говорила искренне, и кажется, меня готовы были придушить за это как подруга, так и Этьен.

– Какая неожиданная встреча, граф Аттисон! – Этьен сделал шаг вперед, сложил руки на груди, на время позабыв о пристегнутой к поясу шпаге, и сверлил вновь прибывшего не самым дружелюбным взглядом.

– Рад видеть вас в добром здравии, граф… Ренье? – процедил тот сквозь зубы. – Пока что в добром.

На Этьена скрытая угроза не произвела никакого впечатления. Он мрачно оглядел преследователя.

– Чем обязан чести вас лицезреть?

– Всего лишь обстоятельствам, – продолжил граф Аттисон, ничуть не более приветливо. – Вижу, вы путешествуете в теплой компании?

– Всего лишь помогаю двум юным леди, попавшим в беду.

Рейнард скептически изогнул бровь и неожиданно перешел на неформальное обращение:

– С каких это пор тебя начали интересовать леди, попавшие в беду? Заметь, я даже не спрашиваю, по каким именно признакам ты определил, что они в беде и нуждаются в твоей помощи!

Мы с Амелией тревожно переглянулись.

– Послушайте, граф Ренье действительно помог нам! – возмутилась Амелия.

Жених смерил ее строгим взглядом.

– Сбежать из пансиона?

– Я не сбежала! – запальчиво возразила Амелия, но, бросив на меня быстрый взгляд, осеклась. – И вообще, как вы умудрились обнаружить мое отсутствие? Там же все воспитанницы в одинаковых платьях!

– Ни одно из них не было белым, – хмыкнул Рейнард. – Вот я и решил, что вы сбежали и прихватили его с собой, дабы надеть, когда будете умирать от тоски, и направился вслед, чтобы успеть на отпевание.

Мы с Этьеном недоуменно нахмурились, а Амелия возмущенно засопела.

– Вынуждена разочаровать вас, граф, – холодным тоном произнесла она. – Слухи о моей кончине слегка преувеличены.

– Просто для них не было повода, – в тон ей ответил Рейнард и многозначительно добавил: – Пока что.

Мы с Этьеном переглянулись. Диалог этих двоих приобретал все более личностный оттенок.

– Может, оставим их разбираться, а сами продолжим путь? – шепотом предложил граф Ренье.

– Не знаю, – так же тихо ответила я. – Неудобно как-то. Ведь Амелия попала в эту авантюру из-за меня.

– А нечего совать нос куда не просят, – еле слышно пробормотал Этьен, но остался стоять рядом со мной.

– Выходит, вы мечтаете о моей смерти?

Соученица буквально кипела от возмущения.

– Конечно, но только после свадьбы, так я смогу заполучить ваше приданое! – насмешливо отозвался Рейнард.

– Кузен, хватит! – вмешался Этьен, чем привел нас с Амелией в изумление.

– Погодите, так вы что же, родственники?! – выдохнула она.

– Весьма дальние, – хором ответили мужчины, враждебно покосившись друг на друга.

– И оба – графы?

– Оба, – кивнули те.

– Какой ужас! – воскликнула Амелия.

Может быть, она искренне удивилась, а может, специально выждала момент, чтобы немного понизить градус напряженности. С этой девушкой трудно утверждать что-либо однозначно.

Странно, но уловка сработала. Мужчины перестали сверлить друг друга неприязненными взглядами и повернулись к Амелии.

– Ужас? – переспросили они почти хором.

– Конечно, кого ни встретишь, тот граф. Этак у нас скоро и простых людей на трактах не останется!

– А вы прогуляйтесь по дороге до соседней деревни, – елейным голосом предложил Рейнард. – Если вам так хочется быть ближе к народу.

– Рейнард, вообще-то это может быть опасно, – вмешался Этьен. – Молодая девушка, одна…

– Опасно для простого народа? Действительно, как это я не подумал! – граф Аттисон обернулся к невесте. – Ну так как, Амелия, вы идете на поиски?

– И не подумаю, – моя соседка изобразила оскорбленную невинность. – Там мокро, и я могу заболеть!

– И тогда точно умрете! Я так и представляю вас: молодую, красивую, лежащую на кровати в белом платье, надеюсь, вы прихватили его с собой? – ехидно уточнил Рейнард.

Вот далось ему это платье!

Амелия обиженно надулась и демонстративно отвернулась от насмешника.

– Ну а теперь, когда мы выяснили, что леди де Кресси не собирается идти в народ, почему бы нам всем не отправиться куда-нибудь в более сухое место и спокойно поговорить? – подозрительно миролюбиво произнес граф Аттисон.

– Поговорить? – Этьен изогнул бровь. – Уж прости, я тороплюсь и не намерен вести с тобой беседы!

– Поверь, я тоже не горю желанием общаться с тобой, кузен, но раз уж наши пути пересеклись…

– Заметь, не я тому виной!

– Именно ты.

– А мне казалось, это ты нагнал нашу карету, будто разбойник с большой дороги.

– Издеваешься? – процедил сквозь зубы Рейнард. – Ты отлично знаешь, что я не мог поступить иначе! А вот я, признаюсь, был удивлен. Не ожидал от тебя столь бесчестного поступка. Как видно, с годами ты осваиваешь школу подлости и интриг.

– О да, я и правда прошел прекрасную школу. – Этьен старался говорить спокойно, но я видела, как гневно он вскинул голову в первый момент. – И что тебя так удивило? Слово «честь» для меня – пустой звук, об этом осведомлен не только ты, но и его величество.

– С тех пор прошло несколько лет! – На лице Рейнарда была написана крайняя степень раздражения. – Ты давно мог возвратиться ко двору и купаться в привилегиях. Но нет, тебе не позволила мальчишеская гордость! Катаешься по Богом забытым местам вместо того, чтобы приносить государству настоящую пользу. Если хочешь знать, твое бесчестие король ценит куда выше, чем многочисленные заслуги иных вельмож.

Я, затаив дыхание, прислушивалась к разговору и старалась не пропустить ни слова. Хотя, скажем прямо, мало что понимала. Гордость Этьену действительно была свойственна, и мне было ясно, что в представлении такого человека, как Рейнард, она могла сойти за мальчишескую. Но о каком давнем событии идет речь и о каком бесчестии? И при чем тут его величество? Хотя, может быть, именно участие короля объясняет стремление Этьена забыть о той истории, заставляет выпивать в не самых престижных местах и проматывать свое состояние в карты?

– Я очень признателен за это его величеству, – холодно откликнулся граф Ренье. – А где кататься, позволь мне решать самому. Однако вернемся к тому, с чего начали, а именно к моей вине перед тобой!

Рейнард постоял, раскачиваясь с пятки на носок и обратно, словно призывал на выручку все свое самообладание.

– А ты считаешь, что не виноват?

– Разумеется.

Рейнард делано расхохотался.

– Хочешь совет опытного человека? – осведомился он, отсмеявшись.

– Жажду.

– Если тебе хватает совести ставить другим подножку, имей как минимум смелость признаться в содеянном.

– Да я в чем угодно признаюсь! – взорвался Этьен. – У меня в этом деле имеется богатый опыт! Но, может быть, изволишь намекнуть, что именно я совершил на этот раз?

– По всей видимости, прошлое не дает тебе покоя, раз ты похитил чужую невесту! – Рейнард, кажется, тоже был близок к окончательной потере хладнокровия.

– Ты про леди Фэйтон? – обреченно осведомился Этьен.

– Нет! – рявкнул Рейнард. – Я про леди де Кресси! Хотя то, что ты похитил еще и леди Фэйтон, не делает тебе чести.

– Вот те на…

Гарри, давно уже соскочивший с облучка и подошедший поближе к хозяину, недоуменно почесал затылок.

Мне причины возмущения графа были более понятны, но, святые угодники, как он узнал, где искать Амелию?

– Нет, это уже никуда не годится! – вознегодовал Этьен. – Буквально какая-то мания: в последнее время все, кому не лень, обвиняют меня в похищении невест!

– Может быть, это оттого, что ты действительно их похищаешь?

– Ты несешь чушь!

– Неужели? И тем не менее эта девушка, – Рейнард кивнул в сторону Амелии, – здесь! Путешествует в твоей карете! И это с твоей-то репутацией!

Этьен буквально задохнулся от последних слов. Его глаза яростно сверкнули. Недолго думая, он выхватил шпагу.

– Ах, тебе не нравится моя репутация, – прошипел он.

Рейнард усмехнулся и обнажил собственную шпагу.

– Раз уж тебе так угодно… – он отшвырнул ножны и встал в позицию.

Этьен не начал разводить политесы, а попросту обрушился на противника. Тот достаточно легко уклонился и нанес ответный удар. Резко зазвенела сталь, рассекая пасторальную тишину проселочной дороги.

После нескольких ударов мужчины закружили по поляне, пристально следя друг за другом, точно два хищника. Зачарованная, я наблюдала за ними, затаив дыхание.

– Как ты думаешь, из-за кого они дерутся? – вполголоса спросила я у Амелии. – Из-за тебя или из-за меня?

– Конечно, из-за меня, – убежденно ответила та, с горящими глазами наблюдая за дуэлью. – Ты же слышала!

Право, самоуверенности ей было не занимать. И, признаться, такая убежденность немного меня задела.

Противники вновь обменялись несколькими ударами, проверяя защиту друг друга. Их подошвы скользили по мокрой траве.

– Вот и хорошо, – невинно заметила я.

– Почему?

Амелия повернулась ко мне и подозрительно прищурилась.

– У них такая отчаянная дуэль, что один наверняка скоро погибнет. По меньшей мере, серьезно покалечится. А я не хочу, чтобы это было на моей совести.

Прежде Амелия явно не думала о таком развитии событий и теперь слегка заколебалась.

– Ну, вообще-то, если вдуматься… Может быть, Рейнард отстаивает и твои интересы… Это ведь ты сбежала от жениха, и именно в карете Этьена.

– Вряд ли граф Аттисон стал бы так обо мне заботиться, – поспешила возразить я. – Мы ведь ни в каких отношениях не состоим, подумаешь, один раз поцеловались на балу.

– Вы целовались?! – возмущенный крик Амелии перекрыл даже звон шпаг.

Она так пристально всматривалась в дуэлянтов, словно намеревалась броситься между ними, дабы влепить жениху пару оплеух.

– Ой, ты не знала? – Я смущенно прикусила губу. – Извини. Но в этом нет ничего предосудительного: вы же тогда еще не успели познакомиться. Я ему понравилась, ну и…

– Ты? Понравилась? – гневно выдохнула она. – Да если хочешь знать, это все из-за моего платья! Обряди я в этот белый саван бегемота, Рейнард бы и с ним целовался!

– Хочешь сказать, я похожа на бегемота? – возмутилась я. – Да у меня талия тоньше твоей! Мне даже платье пришлось утягивать!

– Зато и грудь меньше! Там тоже платье пришлось утягивать!

– Ну, зато ума-то у меня больше, чем у некоторых пустоголовых и неугомонных!

– Целоваться, одетой в чужое платье, с чужим женихом – особого ума не надо! А в другой одежде он бы на тебя не позарился!

– Я и с Этьеном целовалась! Уж там-то платье было мое! И целуется он лучше!

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, а потом с визгом кинулись в бой в буквальном смысле этого слова. Стыдно признаться, но мы забыли про дуэль и дрались, словно рыночные торговки. Амелия все пыталась повалить меня на траву, я же – ухватить ее за волосы и хорошенько встряхнуть.

– Господи, надо же! Господин граф, господин граф! Только гляньте, они ж глаза друг другу повыцарапают! – пробасил кучер.

– Вертихвостка! – пыхтела Амелия.

– Зазнайка! – огрызнулась я.

– Бегемот в платье!

– Огородное пугало!

– Это что еще такое? – раздалось над ухом, но мы не отреагировали. – Этьен, помоги!

Крепкие руки обхватили меня и бесцеремонно куда-то потащили.

– Отпусти!

Я хотела отбиться, но не тут-то было. Краем глаза я заметила, что Этьен пытается удержать рвущуюся в бой Амелию, а та выворачивается, стараясь его пнуть. Одна из попыток оказалась успешной, Этьен скривился, но рук не разжал.

– Не смей его трогать!

Я отчаянно извивалась, стремясь освободиться и снова ринуться в атаку.

– Поосторожнее! Ты ему все ноги отдавишь! – в свою очередь рявкнула на меня Амелия.

Мужчины переглянулись. Рейнард кивнул:

– На счет три!

– …Три!

Руки, удерживающие меня, разжались, чтобы вновь смениться уже более мягкими объятиями Этьена. Рейнард же схватил Амелию за плечи и развернул к себе.

– Отпустите меня! – почти всхлипывала девушка, все еще пытаясь вырваться, но уже как-то вяло. – Как она могла!

– Хватит! – приказал Рейнард. – Этьен, похоже, наши разногласия придется решать позже.

– И без свидетелей! – граф Ренье хмуро посмотрел на меня.

Я опустила голову, чувствуя, как краска стыда заливает лицо. Меня не оправдывало даже то, что Амелия начала первая. Хотя… если говорить правду, то мы обе были хороши. По всей видимости, Амелию посетили те же мысли. Во всяком случае, она прекратила вырываться и теперь обиженно сопела, хмуро посматривая на меня.

– Ты думаешь, они высидят полчаса в одной карете? – с сомнением обратился к кузену Этьен.

– Кто ж знает. А почему только полчаса?

– Здесь неподалеку есть постоялый двор. Думаю, нам проще всего добраться до него и уж там решать, что делать дальше. – Этьен внимательно посмотрел сначала на меня, потом на Амелию. – Скажите, можем ли мы рассчитывать на ваше благоразумие?

– А мы можем рассчитывать на ваше? – вскинула подбородок Амелия.

Мужчины отвели глаза. Теперь, кажется, от стыда сгорали все четверо.

– Поехали! – скомандовал наконец Рейнард, подводя свою невесту к карете.

– Эй, погодите! – возмутился вдруг Гарри. – Я на такое не согласен! Карета небольшая, и ежели леди опять начнут друг другу волосы драть, то, не ровен час, мы все перевернемся!

– Гарри! – попытался одернуть его хозяин, но кучер уже вошел в раж.

– Вам-то хорошо говорить «Гарри!», а бедному Гарри что делать, лошади опять же…

– И что ты предлагаешь? Идти до постоялого двора пешком?

– А сундук ваш на что? Спрячем одну в сундук, как вчера, и доедем! – почти радостно предложил кучер.

Амелия одарила его убийственным взглядом.

– Ты хочешь сказать, что твой хозяин засунул вчера Амелию в сундук? – слишком ровным тоном поинтересовался Рейнард.

На его щеках заиграли желваки. Настал черед Амелии краснеть от стыда.

– И что такого? – Желая поддразнить кузена, Этьен не стал вдаваться в подробности. – Допустим, я вожу девушек в сундуках. Я же человек без чести, забыл? Разве тебя это с какой-то стороны касается?

– Да, черт тебя побери! – взорвался Рейнард. – Потому что леди де Кресси – моя невеста! Больше того, наша помолвка подкреплена древней магической клятвой, будь она неладна!

Этьен ошарашенно взглянул на Амелию. Та виновато кивнула, прикусив нижнюю губу.

– Черт! Жаль, что ты не сказал мне сразу. – Голос Этьена был полон раскаяния. – Поверь, если бы я знал… Нет, ну раз сложилась такая ситуация, забирай ее, конечно!

Этьен сопроводил свое предложение жестом, призванным отобразить щедрость и широту его души.

– Подожди! – с излишней, как мне показалось, поспешностью остановил его Рейнард. – Не так сразу. Если у вас большая любовь, я готов все взвесить.

– Ну что ты! – галантно уверил его граф Ренье. – Я не могу препятствовать твоему счастью!

– Я готов пожертвовать им ради твоего! – заявил Рейнард. Учитывая магическую клятву, трудно было поверить в его искренность. По-моему, он просто стремился поддеть свою невесту. – Более того, я лично посажу леди де Кресси в твою карету и пожелаю вам счастья!

– Постойте-ка! – Амелия возмущенно уперла руки в бока. – Вообще-то это моя жизнь, и только мне решать, с кем и куда ехать!

– Леди, если у вас и было право принимать подобные решения, вы его утратили, совершив такую глупость, как побег из пансиона, – холодно отрезал Рейнард. – А уж путешествие в обществе мужчины…

Удивительно, но под тяжестью его взгляда Амелия опустила голову.

Такая категоричность меня задела, и я поспешила заступиться за подругу по несчастью:

– На самом деле, это моя вина. Это я решила сбежать от мистера Годфри. Амелия, по сути, присоединилась случайно, и я ей очень благодарна за это и за своевременную помощь!

Амелия удивленно приподняла брови, явно не ожидая встретить заступника в моем лице.

– Леди Фэйтон! – Рейнард с укором взглянул на меня. – По правде сказать, от вас я никак не ожидал такого неблагоразумия!

– Простите, но в тот момент побег казался мне единственным выходом… – призналась я. – Мистер Годфри… вы же его видели.

Рейнард помрачнел и отвел глаза, вынужденный признать мою правоту.

– Эй, и долго вы будете переминаться с ноги на ногу у кареты? – сердито окликнул нас Гарри. – Не знаю, как вы, а мы с лошадьми уже промокли! Поговорить можете и внутри, а еще лучше – на постоялом дворе!

Рейнард нахмурился и строго взглянул на кучера.

– Может быть, запихнем в сундук твоего слугу? – предложил он Этьену.

– Тогда один из нас должен будет править лошадьми, а второй – поехать в карете с дамами, – отозвался тот.

Оба кузена мечтательно взглянули на козлы, с тоской – на карету, потом вздохнули.

– Прошу.

Этьен все-таки распахнул дверцу, и мы заняли свои места в экипаже.