Читать книгу "Как спасти жизнь"

Глава 15
Эван

Впервые за завтраком меня не заботил скрежет ложек. Меня мало что волновало, потому что все мысли занимала Джозефина.

Мерл и Шейн обсуждали выпускной. Оба сумели договориться с девушками. Мерл собирался пойти с кузиной одного из спортсменов, а Шейн пригласил Кристи Тейлор – застенчивую серую мышку, отчаянно нуждающуюся во внимании, даже сильнее, чем он сам. Я догадывался, что их решение никак не связано с романтикой, простая договоренность, но все равно жалел ее. Хотя, может, с другими людьми Шейн вел себя иначе. Возможно, его плохая сторона предназначалась только мне.

Великодушно с моей стороны думать так, но из-за Джо у меня было хорошее настроение. Джо Кларк согласилась пойти со мной на выпускной. А после я собирался заняться с ней любовью. После выпуска мы вместе поедем в Гранд-Каньон. Домой.

Так много хорошего в моей жизни, что я немного опасался мечтать об этом. Счастье похоже на выдувание стекла, оно может разбиться, если с ним грубо обращаться. Я постарался сосредоточиться на еде, но трудно есть, когда постоянно улыбаешься.

– Вам нужно сходить в магазин и выбрать смокинги, – обратилась Норма к моим братьям, а потом повернулась ко мне: – А ты, Эван? Ты идешь на танцы?

– Да.

Все пораженно застыли. Даже Харрис перестал шуршать газетой. Он заинтересовался, отвлекшись от объявлений и результатов бейсбольных матчей.

– Ты? С кем? С той девушкой? Со шрамом? – шквалом вопросов нарушил тишину Шейн.

– Да, – ответил я и встретился с ним взглядом, предупреждая, чтобы он следил за своим языком. Шейн замолчал, но я видел, как он обдумывает дальнейшие действия. – Ее зовут Джо, мы уже несколько недель встречаемся.

– Джо-Джо-Джокер, – со смехом произнес Мерл.

Я вцепился рукой в край стола.

– Не называй ее так.

Норма, как обычно, не обращала внимания на поведение сыновей.

– Почему?

Она посыпала овсянку коричневым сахаром.

Харрис кашлянул.

– Я никогда не слышал о Джо. Она новенькая?

– Она школьная шлюха, – сообщил Шейн.

– Следи за словами, – потребовал я, опрокидывая пустой стакан из-под сока, – черт возьми, не смей повторять это.

Шейн разинул рот.

– Ты сказал плохое слово, – хихикнул Гаррет.

Младший широко улыбался. Видимо, он забыл о своей обиде, ведь последние несколько недель я вел себя с ним достаточно холодно.

В поисках поддержки Шейн посмотрел на Норму, но та лишь поджала губы и пробормотала:

– Следите за выражениями, пожалуйста.

Я поднял стакан из-под сока и окружил себя коконом счастья, чтобы не позволить Шейну добраться до меня, как он обычно делал.

– Она моя девушка, так что следи за собой.

«Девушка». Я ощутил в душе прилив радости. За наносекунду хмурое выражение моего лица сменила улыбка.

– Она моя девушка, – повторил я, словно смакуя слово. Удивительно, во второй раз я испытал те же эмоции.

Шейн фыркнул.

– Девушка. Со шрамом на половину лица.

– Ну и что? – рявкнул я.

Шейн скривил губы.

– Ты не мог найти кого-нибудь лучше этой шлюхи со шрамом?

Он толкнул локтем Мерла, который поглощал овсянку, роняя ее мимо рта.

Пытаясь успокоиться, я стиснул зубы.

– Иди и выбери себе смокинг, Эван. – Голос Нормы прозвучал так, словно ножом провели по стулу. Все за столом, включая меня, снова застыли. Она лишь выгнула бровь, намазывая масло на тост. – Сегодня после школы поедешь в Хэлстон. Я дам тебе свою кредитную карту, и ты возьмешь ее с собой в магазин.

Я открыл от удивления рот, а потом взглянул на Харриса.

– Я должен работать в магазине.

Норма промокнула рот салфеткой.

– Я не хочу, чтобы в такой вечер вы выглядели убого. Какого цвета будет платье Джо?

Мне потребовалось мгновение, чтобы обрести голос.

– Не знаю. Она хочет сделать мне сюрприз.

– Тогда иди в черном смокинге. Бутоньерку выбери белую. Прекрасно сочетается с любым цветом.

Ощущая странное тепло в груди, я мог только смотреть. Я не испытывал этого чувства уже много лет. Если это вообще когда-либо происходило.

– Хорошо, – ответил я слабым голосом.

И тут же почувствовал на себе пристальный взгляд Шейна. Ничтожное дерьмо. Чем больше счастья я испытывал, тем сильнее он старался его отнять или все испортить. Я поклялся себе, что ничто не уничтожит вечер выпускного. Злоба Шейна не затронет Джо.

Я предостерегающе зыркнул на него и сказал Норме:

– Спасибо.

Она фыркнула.

– Мальчики, посуда.

Это означало, что завтрак окончен. Мы убрали тарелки, когда я ощутил уничтожающий взгляд Шейна.

– Смотрите, кто идет на бал, – усмехнулся он, уставясь на кухонную раковину, – наша собственная Золушка. Но там тебя будет ждать не принцесса, а шлюха со шрамом…

Он тут же заткнулся, когда я навис над ним, загоняя в угол между шкафами.

– Может, хочешь повторить? – убийственно спокойным тоном поинтересовался я. – Давай, Шейн, скажи еще раз.

– И что ты сделаешь? – заявил он, широко раскрытыми глазами глядя на меня. – Врежешь мне так же, как Джареду? Ты же не думаешь, фрик, что все забудется? Его родители в бешенстве. Они собираются подать в суд. И выдвинуть против тебя обвинения.

– Пусть, – не испугался я.

Мерл проскользнул между нами. Готовый к драке, он оттолкнул меня, но Шейн отмахнулся. Он поправил футболку на своей костлявой впалой груди и мрачно рассмеялся.

– Продолжай, фрик. Наслаждайся той, кем попользовался Мэтт Кинг, и фантазируй о выпускном вечере, пока можешь.

Тяжело опираясь на трость, он пошел прочь. Мерл последовал за ним, словно родился лишь для того, чтобы защищать Шейна. Гаррет появился у меня за спиной.

– Привет, Эван, – тихо произнес он. – Я рад, что ты идешь на танцы.

Следовало посоветовать ему не совать нос не в свое дело. Защитить. Но малыш так открыто и мило смотрел на меня, что я опустился на колени и обнял его.

– Спасибо, приятель, прости, что в последнее время вел себя как задница. – Он рассмеялся над неприличным словом. – Я просто хочу обезопасить тебя.

– От чего?

– От Шейна и Мерла. Я не хочу, чтобы они злились на тебя из-за хорошего отношения ко мне.

Он посмотрел на меня как на сумасшедшего.

– Ты мой брат. Конечно, я хорошо к тебе отношусь.

Гаррет потрепал меня по макушке и выскочил из кладовки. Грязные слова Шейна о Джо исчезли, я почувствовал, что хочу сбежать. Или улететь.

А может, уплыть.

Глава 16
Джо

В вечер выпускного я находилась на грани нервного срыва. Постукивая ногтем по передним зубам, я положила платье на кровать и уставилась на него. Я купила его в торговом центре Хэлстона, а не в секонд-хенде, как планировала. Оно обошлось мне в полторы сотни долларов – гораздо больше того, что я могла потратить из своего дорожного фонда.

«Нашего дорожного фонда», – поправила я себя мысленно. Я зажала рот рукой, сдерживая рыдания. Или, может, неконтролируемый смех. Впервые после маминой смерти мне казалось, что я двигаюсь к цели, а не мчусь вслепую.

Эван.

Господи, как же это со мной случилось?

Я осмотрела платье и перестала беспокоиться о его цене, потому что желала быть красивой для него.

Приняла душ. Побрилась. И даже нанесла на кожу ароматный лосьон с запахом сирени. Надела купленные на распродаже в Victoria’s Secret черные кружевные трусики и бюстгальтер в тон. Рассматривая свое отражение в зеркале, я заколебалась. Черный цвет подчеркивал бледность моей кожи, но это нижнее белье было единственным сексуальным комплектом. А мне хотелось выглядеть сексуально для Эвана. Я провела пальцами между грудей, касаясь края черного кружева и надеясь, что ему понравится, а если нет…

Эван сможет сорвать его с меня.

Когда фантазия ожила в моей голове, я закрыла глаза и резко вдохнула.

– Сосредоточься, Джозефина. Сконцентрируйся.

Я заплела волосы в небрежную косу и перекинула ее через левое плечо так, чтобы несколько прядей опустились вниз, скрывая шрам. Нанесла макияж ярче, чем обычно, но с большей утонченностью. Ежедневно я красилась примерно под енота, стараясь подчеркнуть зелень глаз. Сейчас же вышло светлее и красивее. Добавила немного румян и блеска для губ, который Эван сразу же съест.

Я не могла перестать улыбаться.

Наконец надев наряд, я приложила немало усилий, чтобы самостоятельно застегнуть молнию. Черного цвета и обтягивающее сверху, платье не казалось вульгарным и не походило на ведьмовское. Юбка волнами опускалась до лодыжек, а лиф украшало черное кружево. И пусть фасон не подходил для выпускного, но этот образ мне очень шел. Я изучала себя в зеркале, и мне нравилось то, что я видела.

Джерри до сих пор не вернулся, поэтому меня некому было сфотографировать. Не имелось родителей, ожидающих внизу. Я вспомнила, что учеников в школе будут фотографировать, возможно, сделают снимок с нами на фоне какой-нибудь дрянной пальмы. Ну, по крайней мере, нам подарят сувениры. Тоже дрянные. И все же мне это нравилось. Я не могла дождаться прихода Эвана. Мы заказали столик в ресторане Хэлстона. Затем будут танцы. А потом мы вернемся сюда…

От предвкушения в животе у меня порхали бабочки, и я обратила внимание на свою спальню. Во время шопинга я приобрела ароматизированную свечу, остальные нашла в доме. Сейчас я разложила их вокруг кровати и на прикроватной тумбе. Возле винного магазина я уговорила какого-то парня купить мне бутылку вина, и, к счастью, Джерри оставил несколько бутылок пива в холодильнике. Отдам их Эвану, если он не захочет вино. В конце концов, он парень.

Все было готово. В глубине души я понимала, что это все, о чем я когда-либо мечтала. Мы вернемся вечером. Молния на платье, которую я с трудом застегнула, в руках Эвана расстегнется одним плавным движением. Наш первый раз пройдет идеально. Он девственник, но и я тоже. Я так решила. До сегодняшнего вечера ничего не было. До Эвана никто не имел значения.

Глубоко вздохнув, я разгладила платье и спустилась вниз. Свою защиту я оставила позади. Сгорая от нетерпения, я попыталась немного расслабиться и позволить себе быть счастливой.

Эван собирался заехать за мной в шесть. Я посмотрела на часы. Без четверти. Включив телевизор, я уселась ждать в гостиной. В новостях предупреждали о ночном шторме. Сильной буре. Когда на часах пробило шесть, я прикусила губу, пробуя блеск на вкус.

Я ждала.

Через десять минут я собралась написать Эвану, но передумала. Не так уж сильно он опаздывал.

В восемнадцать двадцать мы рисковали потерять забронированный столик в Хэлстоне. Я отправила Эвану сообщение, стараясь в каждое нажатие клавиш вложить как можно больше небрежности.

Джо: В дороге?

Мне никто не ответил.

В воловине седьмого я снова написала ему.

Джо: Ты в порядке? Где ты?

Опять тишина.

Я позвонила Эвану, но меня перевели на голосовую почту.

В без четверти семь страх, что он действительно не придет, укоренился и отказывался отступать.

«Стоило это предвидеть и не подпускать его так близко. Я обязана была проявить осторожность. Я просто идиотка», – твердила я себе, чувствуя, как все рушится.

Однако сквозь паранойю настойчиво пробивалось иное чувство. Оно просачивалось сквозь трещины, разбивая их. Эван меня не предавал. Он бы не сделал этого. Он никогда так со мной не поступит. Что-то не так. Случилась какая-то ошибка.

Я позвонила ему еще раз. Не получив ответа, бросила телефон в маленькую сумочку и направилась к выходу. Задрала платье до колен, чтобы сесть на велосипед, и поехала по улице. Яростный ветер трепал изящную косу. У меня слезились глаза. Небо окрасилось в желто-серый оттенок, над головой нависали тяжелые дождевые тучи. Сердце бешено колотилось, страх подгонял, и я яростнее крутила педали, мчась сквозь ненастье.

В квартале от дома Сэлинджеров я заметила красно-синие огни полицейской мигалки и кроваво-красные «скорой помощи». Я подъехала к дому в тот момент, когда начали падать первые капли дождя.

Хаос.

Или, возможно, паника оттого, что наши грандиозные планы разлетаются на осколки. Врачи «скорой помощи» укладывали на носилки маленького мальчика с залитым кровью лицом. Грузная дама – миссис Сэлинджер – держала его за руку и безутешно рыдала. С широко раскрытыми глазами Мерл и Шейн Сэлинджеры стояли в стороне. На их лицах читался ужас. Я сразу же обо всем догадалась: эти двое развели небольшой костер, а теперь беспомощно наблюдали, как он с ревом превращается в адское пламя.

Я не нашла Эвана.

Однако я не сомневалась, где он. Я развернулась на велосипеде, надеясь, что меня никто не заметил. Краем уха я услышала, как резкий голос Нормы Сэлинджер сообщал о том, что по ночам Эван плавает в аквапарке «Фантаун».

Теперь это был вопрос времени. Мне предстояло добраться до Эвана первой. Обогнать бурю, чтобы приехать раньше всех. Только это сейчас имело значение.

Глава 17
Эван

Часом ранее

Я рассматривал себя в зеркале ванной комнаты. Норма не пожалела денег на прокат костюма. Прекрасный черный смокинг, белая рубашка, черный пояс-кушак и галстук-бабочка. Такой же дорогой и стильный, как у Шейна и Мерла.

Когда без пяти шесть я спустился вниз, Норма фотографировала братьев. Они заказали лимузин, ждущий у дома, чтобы отвезти их к дамам. Норма суетилась вокруг, разглаживая воротники и поправляя галстуки-бабочки. Шейн походил на разодетое пугало, а плечи Мерла чересчур натягивали ткань смокинга. Я смолчал, находясь в слишком хорошем настроении, чтобы распылятся на едкие комментарии. Меня ждала Джозефина. Наш вечер. Я проведу с ней всю ночь.

Я отбросил эти мысли и вышел в коридор, ожидая, пока пронзившая меня вспышка горячего желания не стихнет.

Увидев меня, Норма тихонько ахнула. Ее рука взлетела к груди и на мгновение остановилась у сердца. Она откашлялась и опустила руку, разглаживая юбку. Подойдя ко мне, чтобы поправить воротник, прямо как моим братьям, Норма улыбнулась. Небольшой материнский жест, наполнивший мое сердце щемящей радостью. Она готовила ужин на завтра и поэтому пахла жареным мясом. Когда Норма посмотрела на меня, ее тяжелый темный взгляд смягчился.

– Ты выглядишь очень мило, – мягко произнесла она.

– Спасибо, ма.

Я никогда не называл ее так. Но в ту ночь чувствовал, что могу.

– Да. Хорошо. – Норма тщательно стряхивала невидимые пылинки с моего костюма. – У тебя есть бутоньерка для Джозефины?

– Вот дерьмо. Я забыл.

– Ты произнес плохое слово, – сообщил Гаррет. Взъерошив его волосы, я улыбнулся.

Норма ушла на кухню и вернулась с пластиковым контейнером. Внутри на нежной зеленой подстилке лежал маленький букет из трех белых цветов.

– Не думаю, что стоит портить платье девушки булавками, – сухо заметила она. – Это для ее запястья. Понял?

– Да, понял, – растроганно ответил я.

– Тогда иди. Не заставляй ее ждать. Всем хорошо повеселиться. – Норма махнула рукой. – Не задерживайтесь допоздна и не попадайте в неприятности. Следите за погодой. И не промокните под дождем.

Все это время Мерл и Шейн, открыв рты, следили за разговором между мной и их матерью. Затем они направились к входной двери. Я собирался шагнуть следом, но остановился и вернулся к Норме.

Я выше ее, но благодаря прямой осанке она походила на великаншу. Все наше детство – и Гаррета тоже – прошло в ожидании драгоценной ласки. Мы, как птенцы, ждали, когда их накормит скупая мать. То, что Норма сегодня сделала для меня, выглядело из ряда вон выходящим. Я положил руки ей на плечи и наклонился, целуя в щеку.

– Спасибо, ма, – тихо произнес я, – за все.

На ее дрожащих губах мелькнула улыбка.

– Ты опоздаешь, – отмахнулась Норма.

Я уже опаздывал. Обещал в шесть часов заехать за Джо. Собираясь написать ей об этом, я достал телефон. Гаррет пошел меня проводить.

Снаружи небо приобрело странный желтоватый оттенок, а темные облака висели над головой. Изящный черный лимузин стоял у обочины, и я удивился, заметив ждущих меня возле пикапа Шейна и Мерла.

Меня пронзило отвратительное предчувствие, пустив корни глубоко в душу. Я остановился на середине сообщения, которое писал Джо.

– Вы что-то хотели? – осторожно поинтересовался я.

На лице Шейна появилась вымученная улыбка, подходящая ему так же идеально, как и трупу.

– Я больше не хочу драться. Меня гложет ужасное чувство вины из-за того, что я сделал с твоей запиской. Ты ведь помнишь ее?

– Помню, – ответил я. Застарелая боль вновь вспыхнула, но быстро погасла. – Забудь об этом.

– Я бы хотел, но чувствую себя таким же сгоревшим, как и записка, – заявил Шейн. – Это ведь была твоя единственная связь с настоящей семьей. С людьми, оставившими тебя на пожарной станции.

Я старался дышать ровно, одной рукой сжимая мобильник, а другой пластиковую коробку с бутоньеркой для Джо. Под давлением крышка прогнулась.

– Прекрати, Шейн.

– Нет. Я на самом деле переживаю. Тем более записка напоминала тебе, что ты не был и никогда не станешь членом этой семьи.

Ярость окутала мое зрение туманно-красной дымкой. Будто маленький щенок, Гаррет шел за мной по пятам, своим высоким писклявым голосом спрашивая, что происходит. Ради него и Джо я пытался сохранять спокойствие.

– Но есть хорошие новости! – сообщил Шейн. – Я нашел еще одну записку! Это странно. Я искал для тебя подарок по всему дому, чтобы загладить вину, и знаешь что? Я нашел ее! – Шейн протянул мне смятый листок бумаги, сложенный пополам. – Давай, забирай. Она твоя.

– Что происходит? – нахмурился Гаррет.

Шейн проигнорировал его.

– Ну же, – подталкивал он, – бери.

Я смотрел как завороженный.

Нет. Черт подери, не ведись на это. Вранье, и ты это знаешь.

Я отвел взгляд и, закатив глаза, попытался пройти мимо. Мерл положил руку мне на грудь, отталкивая.

– Возьми, – приказал он.

Шейн помахал запиской.

– Просто чудо, что я нашел еще одну. Понимаешь, какое это везение?

– Невозможно, – ответил я, ощущая, как сердце бьется все быстрее и быстрее, и постарался выровнять дыхание. – Послушай, Шейн, давай на один вечер заключим перемирие, ладно? Иди на выпускной. Проведи хорошо время. Увидимся…

– Так именно этого я и хочу. Чтобы у тебя был хороший вечер. Вот почему я решил отдать тебе записку сейчас.

Мерл бросил на меня мрачный взгляд. Если я не подыграю, то все пойдет наперекосяк. К тому же я уже опаздывал к Джо. Протянул руку, хотя интуиция твердила мне не делать этого. Из-за нервного ожидания глаза Шейна расширились, и как только я взял записку, он медленно приблизился к Мерлу.

– Эван, не надо, – захныкал Гаррет.

Дрожащими руками я развернул бумагу. Буквы были написаны корявым мальчишеским почерком.

Пожалуйста, заберите этого фрика. ПОЖАЛУЙСТА.

– Что такое? – тихо и отстраненно спросил Гаррет.

– Эм, ну, – Шейн надул губы, – видимо, там написано что-то неприятное. Возможно, я забыл упомянуть об этом. Оказывается, твои настоящие родители, как и мы, тоже считали тебя странным. Ты заметил? Слово «пожалуйста» написано дважды.

Резкий всплеск боли и ярости сковал меня, заполняя горящим огнем, зрение помутилось. Я изо всех сил старался сдержаться. Сделав глубокий вдох, я скомкал записку в кулаке.

Чушь собачья. Отмахнись. Ради Джо. Не испорти вечер ради Джо.

Я бросил записку Шейну под ноги. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не сломать его пополам. Я направился к своему пикапу. Пока я не мог вести машину, но собирался сесть в салон и привести мысли в порядок. У меня закружилась голова. Казалось, кровь закипает в жилах, а перед глазами все плыло.

– Что? И это все? – воскликнул Шейн с нарастающей яростью в голосе. – Черт возьми, не смей от меня уходить!

Он тростью ударил меня по голени, сбивая с ног. Падая плашмя, я выдернул трость из его слабых рук. Я врезался в гравийную дорожку подбородком и испачкал белую рубашку пылью и маслом. Бутоньерка выпала из моей руки и приземлилась на расстоянии фута.

– Разве это не чертовски важно, – произнес Шейн дрожащим тоном, – если тебе интересно мое мнение, то мне кажется, что белые цветы для той шлюхи, которую ты ведешь на танцы, неуместны.

Я видел, как ботинок Мерла опустился на пластиковую коробку, раздавив и уничтожив хрупкие находящиеся в ней бутоны. Гаррет, стоявший где-то позади меня, негромко вскрикнул.

– Вот так лучше, – сказал Шейн, когда Мерл убрал ногу. – Грязные и использованные. Думаю, они лучше ей подойдут…

Словно заведенный реактивным двигателем, я молниеносно подорвался с земли. Шейн даже не успел договорить – я сдавил его горло. Когда я ударил его о кузов своего пикапа, он завопил. Парень был легче воздуха, поэтому его голова стукнулась о машину с очень приятным звуком.

– Заткнись к черту! – заорал я. – Просто закрой свой грязный рот, жалкий кусок дерьма! – Я сжал руки, а Шейн, выпучив глаза, слабо вцепился в них. – Еще раз так о ней скажешь, я тебя убью! – бушевал я. – Ты меня слышишь? Я убью тебя, черт возьми!

Шейн не мог говорить, я заметил, как его испуганные глаза метнулись к кому-то за моей спиной.

Спустя долю секунды тяжелые руки сжали мои плечи. Мерл оторвал меня от Шейна и швырнул на землю. Я ударился спиной о тротуар и сильно приложился головой. Но боль казалась какой-то далекой. Даже ярость, бушующая внутри меня, стихла.

«Хватит! Хватит! Хватит!» – эхом раздавалось в моей голове.

Больше никаких драк. Покончи с этим сейчас. Издевательства, бездумная ненависть – достаточно.

Хватит.

Меня ждала Джо. Она важнее всего. Я должен добраться до нее. Еще не слишком поздно. У меня получится спасти эту ночь.

Я попытался встать, но Мерл уперся ногой мне в грудь. Я схватил ее и выкрутил, быстро вскакивая на ноги. Мерл левым хуком зарядил мне в лицо. Боль пронзила щеку, но я уклонился от второго удара и врезал ему кулаком в живот. Такое впечатление, что я отбивал кусок мяса. Я замахнулся еще раз. Мерл ухмыльнулся и отскочил назад. В драке наступила пауза, словно затишье перед бурей.

– Хватит, – сказал я Шейну.

Одарив диким взглядом, он указал на меня костлявым пальцем.

– Я ненавижу тебя, – произнес Шейн дрожащим голосом, и на его вытаращенные глаза навернулись слезы.

– Почему? Почему, чертов ублюдок? – воскликнул я. Фальшивая записка и испорченная бутоньерка для Джо лежали у моих ног. – Почему бы тебе просто не оставить меня в по– кое?

– Этот же вопрос я хочу задать тебе каждое утро, – прокричал Шейн. – Я просыпаюсь, спрашивая, какого черта ты находишься здесь. Почему бы тебе просто не исчезнуть? Тебе здесь не место, и так было всегда!

– Я уезжаю. После окончания школы ты больше никогда меня не увидишь.

– Нет, – негромко всхлипнул Гаррет за моей спиной.

Шейн обратил на него дикий взгляд.

– А ты заткнись! Ты любил его больше, чем нас. Всегда.

– Оставь его в покое, – встал я между Гарретом и Шейном. Мерл, раскачиваясь из стороны в сторону, стоял рядом и жаждал новой схватки.

– Нет, уходи. Оставь всех нас в покое. – Шейн начинал впадать в истерику. – Ты не заслуживаешь этот бизнес. Не заслуживаешь ничего из того, что мы тебе дали. Смокинг, цветы и маму, которая смотрит на тебя так, словно ты не фрик. Но ты ведь чертов ублюдок.

Кровавая ярость снова затуманила мой разум. Желудок жгло, словно я проглотил кислоту. На телефон пришло сообщение. Наверное, Джо уже беспокоится. Я глубоко вдохнул.

– Я уеду после выпуска, – повторил еще раз. – Ты никогда больше меня не увидишь.

– Давай сейчас, – закричал Шейн. – Я больше не желаю видеть твою рожу. Уезжай сейчас и прихвати с собой эту шлюху со шрамом…

Я вспыхнул как спичка, вынутая из бензина. Годы сдерживаемого гнева и боли вырвались наружу. Сейчас я шел в бой за Джо. За ее любовь, за то, что она смогла разглядеть сквозь окружавшие меня сплетни и ложь. Истину. Эта девушка узнала обо мне правду и все равно осталась рядом.

Я снова двинулся на Шейна, только на этот раз Мерл подготовился. Как и подобает полузащитнику, он повалил меня на землю. Я тяжело упал, он схватил меня за горло и, сжимая его, ударил затылком о тротуар.

Шейн, визжа и подстрекая Мерла к еще большему насилию, метался вокруг нас, словно зверь в клетке. Гаррет бросился на спину брата и начал лупить его своими маленькими кулачками. Однако Шейн подцепил малыша тростью и отшвырнул его.

Я увидел, как Гаррет, кашляя и рыдая, упал на землю. Ярость снова заполнила меня, как если бы в огонь подлили бензин. Мерл сжал мое горло сильнее, и теперь я сражался за свою жизнь. Взгляд затуманился. Легкие отчаянно нуждались в кислороде. Хватка на горле не ослабевала. Я бил Мерла по лицу и корчился в лихорадочных попытках вырваться на свободу. Снова и снова мои ботинки пинали воздух…

А потом появилась преграда.

Я наткнулся ногой на что-то твердое. Сквозь ярость и удушье я уловил, как поддалась плоть и хрустнули кости. А потом раздался звук, который я никогда не забуду. Будто визг раненой собаки. Из-под огромного тела Мерла я услышал, как Гаррет упал на землю.

Мир как будто остановился. Наступила тишина. Мерл ослабил хватку, чтобы обернуться назад. Я выбрался и встал на четвереньки, жадно глотая воздух.

На подъездной дорожке вверх лицом лежал Гаррет. Из разбитого носа хлестала кровь, заливая рот, подбородок и горло. Его приоткрытые глаза закатились, а веки трепетали. Маленькое тело дергалась, словно сквозь него пропускали электрический ток. Ужас, с каким прежде я не сталкивался, погасил огненную ярость. Я оцепенел, охваченный леденящим страхом.

– Гаррет…

Я пополз к нему.

Шейн повернулся ко мне.

– Это ты. Ты сделал это с ним! – Он оглянулся. – Это вина Эвана, ма. Его ошибка!

Норма прошла мимо нас и, увидев Гаррета, замерла. Зажглись уличные фонари, и теперь малыша освещал тусклый свет. По его лицу все еще текла темно-бордовая кровь. Много крови. Слишком.

– Мой мальчик… – Норма опустилась на колени рядом с ним и попыталась дотронуться до сына. Ее руки задрожали, и она отдернула их. – Что?..

– Это сделал Эван, – закричал Шейн, – он взбесился. У него случился один из припадков, и он сошел с ума. Напал на нас: меня, Мерла и даже Гаррета!

Пошатываясь на ватных ногах, я покачал головой. Я хотел подойти к малышу, спасти его. Вернуть кровь назад в нос… о боже, его нос…

– Ты виноват, – взвизгнул Шейн.

Соседи выходили на улицу. Краем глаза я заметил темные фигуры, спускающиеся по ступеням и двигающиеся к подъездным дорожкам.

– Ты фрик, – кричал Шейн, – сумасшедший псих. – Он повернулся к Норме. – Я предупреждал тебя! Но ты меня не слушала.

– Кто-нибудь, вызовите «скорую»! Сейчас же! – прорвался сквозь разглагольствования Шейна приказ Нормы, разрывая в клочья ночной воздух.

Она прижала к себе дрожащее тело Гаррета. Его кровь запачкала ей платье, а сам он дернулся так, что я испугался.

– Кто-нибудь, вызовите «скорую»! – раздался голос из толпы.

– Ты слышал, что он сделал?

– Он напал на того маленького мальчика.

Перед глазами все кружилось, будто я попал в водоворот. Эта черная дыра засасывала все: боль, страх, потрясенные лица, обмякшее, окровавленное тело Гаррета. Словно на меня падал весь Планервилл. Придавленный невероятным весом, я отшатнулся назад.

Гаррет. Мне хотелось опуститься рядом с ним и ждать сирен. Пока грубые, хватающие руки не поднимут меня на ноги. Темная машина увезет меня, и я никогда больше не увижу Джо…

Планы на вечер разлетелись вдребезги и рассыпались в прах. Будущее, отличное от того, что я желал, теперь четко вырисовывалось передо мной. Мне следовало найти Джо и попросить ее не бояться. Держаться и ждать меня. Ждать ради нас.

Я должен был попрощаться с ней.

– Гаррет. Мне так жаль, – прошептал я.

И побежал.