Читать книгу "Фундамент для любви. Серия «Друзья»"

***

Глядя на своё отражение в зеркале, Ника в сотый раз размышляла о том, стоит ли ей спускаться в гостиную. И дело было не только в том, что после мороза горячая ванна сделала её кожу похожей на свёклу, а в халат, который оставил для неё Алекс, можно было вместить ещё несколько человек. Больше всего Нику пугал предстоящий разговор и странный, тревожный намёк, сделанный хозяином дома, когда тот закрывал за ней дверь ванной.

– Надеюсь, ты понимаешь, что я спас тебе жизнь и теперь ты моя должница? Так что отдыхай, согревайся, подожду свою награду внизу, – лукаво подмигнув, улыбнулся он, и эта улыбка никак не шла у неё из головы.

Что он хочет ей сказать, предложить, потребовать? И нужно ли ей, вообще, его слушать? Может, лучше притвориться спящей, а затем уехать рано утром? Так она избежит и встречи, и разговора. Однако как в таком случае узнать, что он задумал? Да и на самом ли деле она не хочет его видеть?

Размышляя обо всём этом, Ника снова поймала себя на мысли, что боится, вот только вовсе не Алекса, а себя и тех чувств, что зарождаются в её душе, когда он рядом.

– Не нужно было мне сюда приезжать! – шумно вздохнула Ника, несмело поворачивая ручку двери, потому что здесь, вдалеке от цивилизации, на его территории, она не могла доверять никому, особенно самой себе.

Спускаясь по лестнице, украшенной коваными перилами, Ника знала, что совершает ошибку, однако остановиться уже была не в силах. Манящий полумрак роскошной гостиной, занимающей почти весь первый этаж, уютный треск брёвен в шикарном современном камине. Всё это говорило о том, что хозяин дома либо экономит на электричестве, либо намеренно создаёт атмосферу романтики. Даже яркая кухня-столовая, которая так бросилась ей в глаза при входе в дом, сейчас освещалась лишь несколькими тусклыми лампочками, придавая помещению таинственный вид.

– Из-за метели в посёлке небольшие перебои со светом, вот решил на всякий случай проверить работу генератора. Но не волнуйся, замёрзнуть или остаться без электричества нам не грозит. Дом автономный, насколько это возможно. Да и местная администрация уверяет, что это ненадолго, – звонко сообщил Алекс, словно подслушав её мысли. Судя по звукам, он находился где-то в глубине столовой, но идти туда Нике не хотелось. Вся эта ситуация была до того нелепой, что она не знала, как себя вести и что делать. Затянув халат потуже и накинув капюшон, она устроилась на диване гостиной и постаралась отвлечься, наблюдая за игривым огнём в камине.

– Отлично выглядишь, – даже не пытаясь скрыть насмешки, хохотнул Алекс, устраиваясь в кресле рядом. – Хорошо, что спустилась, а то я уже стал беспокоиться, не растаяла ли моя снегурочка.

«Уж лучше бы и правда растаяла», – подумала Ника, нервно поправляя растрёпанные волосы и пытаясь справиться со своим необъятным халатом. Постоянно спадающий капюшон, невозможно длинные рукава и практически бесполезный пояс, развязывающийся при любом движении. Она понимала, как нелепо выглядит, однако о том, чтобы переодеться в свои холодные вещи, и думать не хотела.

А вот хозяин дома, в отличие от неё, был само спокойствие и выглядел так замечательно, что Ника с трудом заставляла себя отводить от него взгляд. Домашнего Алекса она ещё не видела, и этот образ её ужасно интриговал. Взъерошенные волосы, лёгкий трикотажный свитер, потёртые джинсы и тёмные высокие кеды. Он выглядел таким непринуждённым и молодым, словно не руководил сотнями людей, а гонял с друзьями на скейтборде, раздражая прохожих. Так что, когда он озорно улыбнулся и поставил перед ней поднос с бутербродами и чаем, Ника и вовсе перестала что-либо понимать.

– Это мне? – недоверчиво нахмурилась она, изучая угощения. Сытные сэндвичи выглядели очень аппетитно, а вот от чашки так сильно пахло коньяком, что Ника даже засомневалась, не перепутал ли Алекс напитки.

– Конечно тебе. Ты должна всё съесть и выпить, потому что «не хочу, не буду» к ответу не принимаются.

– А то что? Заставите? – пробубнила Ника, принимая угощение.

– А ты хочешь проверить? – немного наклонившись, поинтересовался Алекс. – Вот скажи, почему ты постоянно со мной споришь?

– Потому что я вас опасаюсь, вы очень скользкий тип. – Чтобы скрыть волнение, она отпила из предложенной чашки и тут же закашлялась. – Это не чай! Вы меня что, напоить решили? – морщась, возмутилась Ника.

– Конечно же чай, с небольшим добавлением лекарства, – засмеялся Алекс. – И между прочим, никакой я не скользкий, а очень даже приятный на ощупь. Впрочем, ты и сама это знаешь. – Он игриво поджал губы, ожидая реакции, однако поддерживать заданный курс беседы Ника совсем не собиралась. Достаточно было и того, что она краснела от любого его взгляда. Так что, прежде чем Алекс успел произнести что-либо ещё, Ника сделала большой глоток и, приняв деловой вид, повернулась к хозяину дома.

– Александр Викторович, я понимаю, что спутала ваши планы. Вы завтра уезжаете, а так как в ближайшие дни заниматься моей машиной никто не будет, я немного волнуюсь насчёт того, как добраться до дома. У меня с собой не так много денег, но, если вы поможете, я могу уехать прямо сейчас, ну, то есть когда такси приедет. Или может быть, вы довезёте меня до какой-нибудь остановки или объясните, как до неё дойти? Обещаю, на этот раз я с маршрута не сверну. – Ника слабо улыбнулась, однако взгляд и особенно ответ Алекса так её поразили, что она едва не выронила чашку из рук.

– Во-первых, не Александр Викторович, а Алекс. А во-вторых, нет! Добраться до дома в ближайшие дни нет шансов не только у твоей машины. Из-за твоего безрассудства, которое чуть было не превратило тебя в ледяную статую, я не успеваю на самолёт. А так как встречать Новый год в гордом одиночестве я, в отличие от тебя, не собирался, ты составишь мне компанию.

– Но вы же сказали, что вылет завтра! – разнервничалась Ника.

– Всё верно, завтра рано утром, а потому доехать до Хельсинки к нужному времени я не успею, даже если отправлюсь сию минуту.

– Но как же так? Вас же ждут, верно?! Это же Новый год! Я правда не специально, я не хотела! – чуть не плача, пробормотала Ника, вскакивая с дивана. – Простите меня! Это самый важный праздник в году, а я испортила его и себе, и вам.

– Значит ли это, что ты останешься и не будешь пытаться убежать от меня снова? – нахмурился Алекс, но когда Ника начала интенсивно трясти головой в знак согласия, криво усмехнулся и вопросительно поднял брови: – Что, вот так просто? Даже спорить не станешь?

– Конечно нет! В такой день нельзя быть одному. Тем более это моя вина. – Ника нервно допила свой обжигающий напиток и неуверенно посмотрела на хозяина дома. Она прекрасно понимала, что его спокойствие и расслабленность всего лишь маска, за которой скрывалось раздражение из-за нужды терпеть её общество. Но самое ужасное было то, что, как бы она ни старалась внушить Алексу свои сожаления, на самом деле ничего подобного не испытывала. Радость от того, что её Новый год спасён, заглушала всё остальное. А мысль о том, что она проведёт его в красивом доме с шикарным мужчиной, приводила в замешательство.

– Я ужасный человек, – пропищала Ника, заливаясь слезами. Она попыталась объяснить Алексу степень своей безнравственности, но не смогла вымолвить ни слова.

– Ты просто устала, опьянела и хочешь спать. Пойдём, выдам тебе самое большое одеяло. Хватит на сегодня эмоций.

***

Первое, что увидела Ника, открыв глаза, – это огромная картина с пейзажем, занимающая добрую половину стены, и оригинальное трюмо с разными женскими принадлежностями, напоминающими о том, в какую нелепую ситуацию её угораздило попасть. И хотя задерживаться в этой комнате с испорченными часами, которые показывали неприлично позднее время, Нике не хотелось, выбираться из своего укрытия она всё же не спешила. После вчерашних событий встречаться с Алексом было страшно и неловко. И даже не потому, что её терзало чувство вины за его испорченные выходные. Нику беспокоило то, как сладко замирало её сердце от мысли, что они застряли здесь вдвоём, наедине. Неужели она хотела и ждала продолжения того вечера после корпоративной вечеринки? Но ведь она решила не начинать отношений с мужчинами, если не будет уверена в своих и особенно чувствах избранника.

– Не нужно было мне сюда приезжать! – в который раз вздохнула Ника. – И запомни, – наставляла она сама себя, – один-единственный бокал шампанского под бой курантов, и всё. Это просто! Сяду подальше от господина начальника и не буду на него смотреть.

Ну а чтобы отвлечься от своих предательских мыслей, Ника решила не терять зря времени и изучить дом, который занимал её мысли ничуть не меньше его владельца. Вчера из-за темноты и стресса рассмотреть что-либо у неё не получилось, так что теперь она была настроена изучить каждую комнату. Тем более что, судя по некоторым признакам, в доме кроме неё никого не было, а значит, и не нужно было спрашивать на это разрешение. Правда, прежде чем начать ревизию, следовало раздобыть какую-нибудь одежду, потому что своих вещей она не нашла, а передвигаться в необъятном халате Алекса было слишком неудобно.

О том, чтобы примерять на себя туалеты, педантично развешанные в большом зеркальном шкафу её апартаментов, Ника не хотела даже думать. Большая, светлая, комфортная, оформленная в терракотово-бежевых тонах, эта комната говорила о хорошем вкусе хозяйки, и именно поэтому находиться здесь было очень неприятно.

Вчера, когда Алекс провожал её сюда, он отметил, что в этой спальне полно, как он выразился, «женских вещей и штучек». Он также упомянул, что принадлежат они его сестре и Ника может пользоваться всем, что сочтёт нужным. Вот только сделал это с таким выражением лица, что тут же возникал вопрос, кто на самом деле обычно занимает эту комнату. А уж после того, как Ника поняла, что данные апартаменты соединены со спальней Алекса общей, так сказать, проходной ванной, в версию сестры перестала верить окончательно.

Именно поэтому искать подходящий наряд она предпочла в шкафу своего босса, хотя и сделала это максимально быстро, схватив первую попавшуюся тёплую рубашку. Находиться среди вещей Алекса, равно как и делить с ним ванную, было так странно и волнующе, что Ника даже подумала, не переехать ли ей в другую комнату, подальше от возможных соблазнов. Впрочем, осмотрев этаж, она была вынуждена смириться с тем, что ближайшую ночь ей снова придётся провести в кровати девушки Алекса.

В том, что отведённая для неё комната принадлежит подружке хозяина дома, Ника почти не сомневалась. К сожалению, нравилось ей это или нет, не имело значения, потому что выбора у неё не было. Две другие спальни, хоть и являлись зеркальным отражением их с Алексом комнат, к приёму гостей подготовлены не были, да и находились не так далеко – на другой стороне коридора. Так что оставался один вариант – обустроиться в гостиной на диване, внушительные размеры которого позволяли разместить роту солдат. Однако в этом случае ей пришлось бы объяснить Алексу причины переезда, что было бы куда хуже, чем провести ночь в комнате другой женщины.

– Ладно, переживу, – ворчала она, направляясь к лестнице, но, как только спустилась на первый этаж, восторженно ахнула, забыв обо всех своих глупых заботах. Вчера в полумраке гостиной единственным ярким пятном казался открытый навесной прямоугольный камин. Зато теперь, при свете дня, и его оригинальность, и внушительные размеры уходили на второй план, потому как ничто не могло оторвать Нику от созерцания открывшейся панорамы. Оказалось, что плотные тёмно-серые шторы, протянувшиеся от камина на всю длину гостиной, вовсе не являлись оригинальной частью декора, как она думала. Они служили по прямому назначению, пряча за собой высокую стеклянную стену, открывающую вид на изумительный сад. Туи, сосны, ели, широкий кустарник и непослушные ветви деревьев, покрытые тяжёлыми шапками снега, делали его похожим на загадочный лес. А витиеватые кованые фонари, расставленные вдоль извилистых дорожек, превращали пейзаж в настоящую сказку.

Ника была настолько восхищена и потрясена увиденным, что какое-то время просто стояла, не в силах отвести глаза. В какой-то момент она даже подумала, не является ли всё это частью какой-нибудь новомодной технологии, проецирующей на поверхности запрограммированные картинки, уж слишком удивительным всё это выглядело. К счастью, и стеклянная стена, и природа за ней оказались настоящими, отчего внутреннее убранство дома тут же потеряло всякую значимость.

Бегло и почти без интереса осмотрев чопорную серо-белую столовую с массивным, похожим на овальный чёрный камень столом, Ника налила из кофеварки уже остывший кофе и, выпив его несколькими большими глотками, поспешила обратно в свою комнату. Ей так не терпелось исследовать сад снаружи, что она даже не стала размышлять о странном приступе заботы у хозяина дома, который не только не поленился приготовить для неё завтрак, но и выставил его на кухонный стол со всей необходимой посудой.

Действительно ли он проявлял внимание или просто не хотел, чтобы она копалась в его ящиках, Нику заботило мало. Забыв о брезгливости и нежелании примерять на себя вещи девушки Алекса, она натянула первые попавшиеся брюки и пулей спустилась в прихожую. Ника очень спешила, потому что хотела хорошенько всё осмотреть, причём до того, как вернётся хозяин дома. Во-первых, щеголять перед ним в его необъятных валенках и широченной куртке она стеснялась. А во-вторых, кто знает, разрешит ли Алекс, вообще, прогуливаться по его территории и особенно за её пределами. Так что, пользуясь своей временной свободой, Ника прижала высокую калитку камнем, чтобы та не захлопнулась, и отправилась изучать окрестности.

Вчера, когда Алекс вёз её по тихим, хорошо освещённым улочкам, она думала, что его так называемая дача является частью небольшого коттеджного посёлка. Однако этот жилой комплекс скорее походил на большую деревню, очень богатую и помешанную на изолированности и особенно безопасности.

За всё время прогулки Ника насчитала столько камер, сколько, наверное, не наберётся во всём Константиновском дворце. При этом увидеть хоть один дом или его территорию ей так и не удалось. Каждый участок, включая «дачу» Алекса, был спрятан за высоким забором, тщательно скрывающим жизнь его владельцев. Хорошо ещё, что дом её начальника находился на окраине, иначе вся экскурсия так и закончилась бы разглядыванием одинаковых заборов и верхушек деревьев над ними.

Дойдя до границы посёлка, Ника с удовольствием полюбовалась мягким широким полем, упирающимся в густой еловый лес, и особенно низкими, мрачными тучами, нависшими над заливом. Ей было странно и непонятно, почему, выбрав такое замечательное место, жители отгораживались от него глухой стеной, словно не желая видеть те чудесные пейзажи, что дарила им природа. Однако рассуждать об этом Нике пришлось именно за высоким забором во дворе дома Алекса, потому что вновь начавшийся снег, словно в отместку, в считаные минуты спрятал мир под своей завесой.

Неспешно прогуливаясь по дорожкам сада, Ника испытывала одновременно и восторг, и, как ни странно, зависть. Примеряя жизнь Алекса на себя, она чувствовала такую пустоту, что впору было разрыдаться. Казалось, у этого человека есть всё: большая семья, собака, судя по будке, свой собственный лесок c внушительным прудом и, конечно же, восхитительный дом, который, надо сказать, не давал ей покоя.

Родители Ники были людьми светскими и крутились в таком обществе, что дорогие загородные коттеджи, больше напоминающие дворцы или даже небольшие королевства, для неё были не в новинку. И уж конечно же, отправляясь на встречу с Алексом, Ника подумать не могла, что выбор этого избалованного мажора может пасть на что-то менее грандиозное, чем замок со рвом и собственной церквушкой. Тем не менее и дом, и придомовые постройки не отличались особым шиком, представляя из себя небольшие уютные строения. Скромная баня, соединённая с домом, открытая беседка с печкой и гостевой дом, почти не уступающий по размеру главному. Все они были облицованы в одном неброском стиле – отделка из тёмной, похожей на крошку штукатурки, каменная кладка снизу и стильная серая черепица – вот и все изыски.

Так что, если бы не то самое окно-стена, придающее дому величие, и непропорционально большой гараж, привязать это место к его хозяину у Ники никогда бы не получилось. Вся эта территория выглядела настолько гармонично и по-домашнему, что совершенно не соответствовала образу, который она так старательно навязывала Алексу. Немыслимо, но этот циничный ловелас даже нарядил к Новому году высокую раскидистую голубую ель, растущую перед домом. Разглядывая это дерево, Ника никак не могла поверить, что её будущий начальник способен на подобную чувствительность. Большие яркие шары, разноцветные бусы и даже электрическая гирлянда. Ника попыталась найти провод, чтобы включить её, однако тут из ветвей показалась маленькая пушистая мордочка белки, заставив её вскрикнуть от неожиданности и рухнуть в глубокий сугроб.

– Ну, блеск! У него даже своя собственная белка есть! – ворчала Ника, преследуя шустрого зверька, который, судя по всему, её совсем не боялся. Добежав по хорошо расчищенным дорожкам до беседки, этот наглый комочек меха сначала нырнул в свой домик, который, кстати, так и назывался – домик для белки, а затем передумал и устроился в кормушке, установленной по соседству.

– А неплохо ты тут устроилась. Да ещё с таким-то рационом, – шутливо пожурила она белку, наблюдая за тем, с каким аппетитом та поглощает оставленные для неё орехи. Ника улеглась на крытую скамейку-качели и принялась ловить в ладошку крупные снежинки. Ей нравилось это место, спрятанное за пушистыми хвойными кустарниками. Отсюда открывался прекрасный вид на сад, и было так уютно, что совсем не хотелось уходить.

– Ника! – раздался со стороны дома громкий и сердитый голос Алекса. – Ни-ка, где ты?

Удивлённая тем, что не услышала шума подъезжающей машины, она собиралась ответить. Однако тут же затаила дыхание, потому что напуганная шумом белка сначала забавно сложила ушки, а затем ловко прыгнула прямо на вытянутую руку, решив, видимо, что там её ждёт новое угощение. Растроганная подобным доверием, Ника застыла, не смея её спугнуть. Как и все городские жители, она испытывала трепет при виде любого существа, живущего на свободе, а потому и Алекс, и вся остальная вселенная могли немного подождать.

***

Александр встал рано, но будить свою гостью не стал. Охраняя её сон, он так старался не шуметь, что даже умывался в другой ванной комнате. После вчерашних событий и предстоящего вечера ей следовало хорошенько отдохнуть, ведь, если он всё правильно понял, сегодня ночью никому из них выспаться не удастся. Правда, для этого нужно было поторопиться с делами, чтобы не оставлять Нику наедине со своими мыслями.

Честно говоря, причину своих волнений на её счёт Алекс и сам до конца не понимал. Она приехала, она здесь и, судя по внешнему виду и поведению, поняла цель своего визита правильно. Но тогда что его так пугает и настораживает? Почему он не чувствует себя победителем, если до полной капитуляции Ники его отделяет всего несколько часов? Неужели прошедший день так повлиял на его сознание, что сделал сентиментальным и неуверенным в себе?

Взять хотя бы неприятное, давящее чувство вины за обман о времени вылета самолёта, который довёл Нику до слёз. Или то, как долго он топтался возле её комнаты, не решаясь войти, после того как она ушла спать. А уж о вчерашнем ожидании и событиях после Алекс вообще вспоминал с содроганием.

Целый день он, как глупый юнец, не выпускал из рук телефона, ожидая появления Ники. Он даже нарядил ёлку, предвкушая, с каким восторгом и благодарностью она отнесётся к его стараниям. Алекс был убеждён, что к середине дня они уже будут распивать шампанское, ведь она не отклонила приглашение, приняла игру, сделав вид, что поверила в историю с пиджаком.

Однако чем больше проходило времени, тем меньше становилась уверенность Алекса. В конце концов ему пришлось признать, что он совершенно не знает, чего ждать от этой девушки, и эта её непредсказуемость сводила его с ума.

Приедет или передумала? И что делать, если она даже не собиралась к нему, потому что не восприняла его звонок всерьёз? Да, она написала: «если найдёт время», но ведь это всего лишь уловка, кокетство, не могла же она в самом деле ответить, что с радостью принимает приглашение? А если Ника действительно занята, потому что нашла, с кем встретить Новый год? Мчаться к ней и убеждать отмечать праздник с ним? Но как это сделать?

Все эти вопросы так подорвали самоуверенность Алекса, что он едва держался, чтобы не запрыгнуть в машину и не отправиться к Нике выяснять отношения.

Так что, когда через несколько часов она принялась ему названивать, он и думать не мог, чтобы сразу ответить. Алексу так хотелось её помучить, наказать за свои волнения, что он самодовольно улыбался, поглядывая на разрывающийся телефон, а затем и вовсе сделал звонки недоступными. Перезванивая, он был уверен, что Ника стоит у ворот охраны, как он и велел сделать в письме. Ведь если бы она передумала приезжать совсем, то не стала бы утруждать себя таким количеством звонков. Именно поэтому он и не дал ей завести разговор первой, предугадывая, как сильно она раздражена ожиданием. Алексу нравилось её заводить, и, закончив речь приглашением на шампанское, он ожидал неминуемого всплеска эмоций. Но вот к чему он совсем не был готов, это к сообщению о том, что Нике угрожает опасность. Алекс был настолько ошарашен, что не сразу пришёл в себя. Он плохо помнил детали той спасательной операции. Выяснение обстоятельств, мгновенные сборы, дорога… Казалось, всё это делал кто-то другой – серьёзный и бесчувственный.

Однако, когда он увидел фары её машины, когда она, испуганная и бледная, расслабилась в его присутствии, Алекс впервые в жизни не знал, как справиться со своими эмоциями. Оценивая степень опасности, он едва мог дышать, ведь могло случиться непоправимое, и винить кроме себя было некого.

Алекса ужасала мысль, что из-за его идиотской гордости и желания самоутвердиться он чуть не навредил Нике. Что, если бы у неё сел телефон или она отправилась до деревни пешком и заблудилась? Да как ему вообще пришла в голову идея заставить её ехать в такую даль при такой погоде? А уж когда Ника начала рассказывать про то, каких трудов ей стоило забрать из офиса пиджак, о котором он уже и думать забыл, Алекс больше не мог сдерживаться. Ему даже пришлось остановить машину, потому что всё это было уже слишком. Он хотел извиниться, прижать Нику к себе, удостовериться, что с ней всё в порядке, но вместо этого почему-то стал выплёскивать на неё все свои страхи.

И лишь позже, успокоившись и проанализировав ситуацию со всех сторон, Алекс позволил себе расслабиться и попытаться оправдать себя. От него не укрылось, в каком виде приехала Ника, она явно хотела ему понравиться, причём настолько, что, даже замерзая в глуши, подкрасила губы. И это не говоря о тех взглядах, что она бросала на него в машине и позже, в гостиной.

Всё это говорило о том, что правила игры не изменились и его желание быть с ней не уступало её. И всё-таки Алекс никак не мог перестать волноваться, и неожиданные задержки в делах эту нервозность только усугубляли.

Ещё вчера вечером он договорился о спасении и ремонте машины Ники, чтобы отрезать ей все шансы на побег. Теперь уехать самостоятельно или с бригадой эвакуатора, если она догадается его вызвать, у неё не получится. Плюс ко всему он просто не мог позволить себе остаться в стороне и не попытаться улучшить состояние той консервной банки, на которой она ездила. По мнению Алекса, этот до смешного обожаемый «рено» давно было пора сдать на утилизацию, правда, для этого нужно было его хотя бы вытащить из сугроба. Что, кстати, оказалось делом не таким простым и отняло намного больше времени, чем Алекс рассчитывал.

Из-за выпавшего за ночь снега опоздавший к назначенному времени эвакуатор подъезжал к машине Ники не быстрее улитки, видимо, боясь разделить её участь. А затем началась долгая погрузка и утомительный спор с водителем эвакуатора. То ли из-за принципиальности, то ли из-за жажды поживиться или просто потому, что ему приходилось работать в такой день, но транспортировать машину Ники без доверенности он отказывался. А учитывая, что речь шла о рухляди стоимостью в несколько раз меньше его часов, Алекс зверел не на шутку.

Оставалось надеяться, что эти хлопоты были не напрасными и Ника по достоинству оценит его старания. Однако, подъехав к дому, Алекс сразу понял, что его утренние опасения не были беспочвенными. Открытая калитка, следы, ведущие за пределы участка. Всё это говорило о том, что, скорее всего, Ника передумала оставаться с ним и ушла, как он того и боялся.

– Неуправляемая дура! – рычал он, запрыгивая обратно в машину, после того как убедился, что в доме её нет. – Ну и куда ты на этот раз пошла искать приключений?

Алекс снова попытался дозвониться до Ники, но тщетно. Телефон, как и прежде, настаивал на недоступности абонента, и это пугало ничуть не меньше, чем события вчерашнего вечера.

– Ну вот где тебя искать? – вздыхал Алекс, пытаясь понять ход мыслей Ники. Неужели она на самом деле решила отправиться домой? Но на чём она собиралась уехать? Пошла искать помощи в их посёлке, в ближайшей деревне? Или отправилась сразу к трассе в надежде напроситься в попутчики к какому-нибудь дальнобойщику?

В придачу он очень сильно сомневался в способности этой сумасшедшей ориентироваться на местности, ведь она умудрилась заблудиться даже с навигатором, не говоря уже о том, чтобы идти пешком.