Читать книгу "Фундамент для любви. Серия «Друзья»"

Проговорив всё, это Алекс отключился, а Ника быстро оделась и поспешила улизнуть из дома, чтобы спрятаться в квартире родителей. Слушать то, что он собирался ей сказать, она не согласилась бы и под дулом пистолета. По крайней мере, не сейчас и не сегодня. Ей нужно было время, и она трусливо оттягивала момент расставания.

На улице было темно и очень холодно. Собираясь второпях, Ника совершенно забыла, что добираться до дома родителей ей придётся общественным транспортом, так как свою машину она опрометчиво оставила у здания офиса. Однако возвращаться домой, чтобы переодеться в более тёплую одежду, она не стала. Ника так спешила убежать от навалившихся на неё неприятностей, что готова была немного помёрзнуть. Ведь главное – не допустить встречи с Алексом, который, вполне возможно, заявится сюда, не обнаружив её на рабочем месте.

Уткнувшись в телефон, чтобы вызвать такси, и пробираясь к остановке через насыпи снега, она так увлеклась процессом, что, когда перед ней вдруг выросло неожиданное препятствие, постаралась обойти его, даже не поднимая глаз. К сожалению, разойтись на узкой, плохо расчищенной тропинке было трудно, тем более что стоявший перед ней пешеход явно не желал уступить дорогу. Когда же Ника подняла свой взгляд на этого упрямого прохожего, то сначала громко визгнула, а затем кинулась в сторону, угодив прямиком в сугроб.

– Ни секунды не сомневался, что попробуешь сбежать, особенно после того, как обманула насчёт своего местоположения, – фальшиво улыбнулся Алекс, но тут же сердито поджал губы и, схватив Нику за плечи, резко рванул на себя. – Можешь мне объяснить, что происходит? Что за игры? Для чего всё это враньё? Я давно знаю, что ты дома. Неужели каждый раз, когда я буду куда-то уезжать, мне придётся потом ловить тебя по всему городу?

– Алекс, не надо! Не говори мне ничего. И пожалуйста, не бросай меня, только не сейчас! – уткнувшись ему в грудь, разрыдалась Ника.

Увидев любимого, она забыла обо всём, мечтая лишь о его поцелуях и объятиях. Он был рядом, он приехал к ней, и все остальное – её подозрения, слова начальницы – вдруг потеряло смысл и вес, по крайней мере сейчас. Ника понимала, что у неё мало времени, ведь пытаться удержать Алекса она больше не мечтала, но выкроить ещё хотя бы пару вечеров не могла не попробовать. О том, что у неё совсем не осталось гордости и самоуважения, она больше не думала, потому как этим чувствам с любовью было не по пути.

– Ну здрасьте, приехали! – с шумом выдохнул Алекс, целуя её в макушку и разворачивая в сторону своей машины. – Давай-ка садись, и поедем лечить твои нервы. – Он заботливо пристегнул Нику ремнём безопасности и, нежно поцеловав в губы, весело подмигнул. – Так просто ты от меня не отделаешься, поэтому расслабься и отдыхай. Ты, судя по всему, действительно слишком от всех устала.

***

Ласковые взгляды и прикосновения, тихие успокаивающие фразы – всю дорогу до своего дома Алекс вёл себя так, что Нике хотелось кричать от бессилия и неспособности правильно понять своё место в его жизни.

Глядя на его милую улыбку, она снова начала сомневаться. Вдруг все её последние выводы и решения – очередная ошибка, а слова Татьяны лишь способ навредить их отношениям? Ведь, находясь рядом с Алексом, невозможно было поверить, что он притворяется и ведёт двойную жизнь.

Ника так запуталась, что, когда Алекс принялся скидывать с неё одежду прямо в машине, едва заехав в паркинг, приняла эту любовную игру с такой страстью, словно она являлась решением всех её проблем.

Жаркие поцелуи, волнительные признания и чувственные объятия. В такие моменты Ника была уверена, что является для Алекса единственной женщиной на свете. Но только не сегодня. Крепко прижимая его к себе, она могла думать лишь о том, какой мучительной и пустой будет её жизнь без этого человека. Снова, как и в самом начале их отношений, она неосознанно пыталась запомнить каждую деталь, каждую мелочь, отсчитывая последние минуты и борясь с горьким страхом расставания с любимым.

– Ну что, это означает окончательное примирение, или у тебя остались ещё какие-то дурости в голове? – чуть позже весело спросил Алекс, устраиваясь рядом с Никой на диване в гостиной и протягивая ей бокал вина.

– Я с тобой не ругалась, – глубоко вздыхая, тихо проговорила она, с грустью осматривая так полюбившийся ей дом. Вернётся ли она сюда снова?

Нике нравилось здесь бывать. Несмотря на то что квартира Алекса была явно холостяцкой и, на её взгляд, темноватой в дизайне, в ней было уютно и комфортно. Большие панорамные окна этого нового жилого комплекса радовали жителей живописными видами парка, расположенного сразу за небольшой речкой. А тихие малоэтажные дома создавали ощущение того, что спокойная размеренная жизнь квартала протекает где-то за городом, вдали от суеты. Трудно было поверить, что совсем рядом находится оживлённый, не знающий покоя проспект. Да и внутреннее убранство квартиры Алекса было таким, что сюда хотелось возвращаться снова и снова.

Первый этаж, выполненный в европейском стиле, включал в себя совмещённые прихожую, гостиную, кухню и столовую. Здесь же находились небольшой кабинет и комната для гостей. А на втором этаже, куда вела широкая, оформленная под камень лестница, располагались две большие спальни с соединяющей их крытой террасой. Просторный паркинг на две машины с отдельным входом для каждой квартиры. И даже небольшой огороженный садик, который Панчо, будучи единственным питомцем из всех четырёх апартаментов дома, к сожалению, не особо жаловал.

За то время, что она провела с Алексом, Ника настолько привыкла к этому месту, что уже начала считать его своим домом. Она даже перестала смеяться над кабинетом своего любимого, который выглядел так, словно там снимали очередную серию «Звёздных войн».

– И не вздумай хихикать! Мы с друзьями очень любим эту франшизу! – предупреждающе поджав губы, ворчал Алекс, когда впервые разрешил ей заглянуть в эту странную для серьёзного топ-менеджера комнату. – Там, где есть космос, световые мечи, разумные роботы и хотя бы один из Скайуокеров, эффективность работы повышается пропорционально росту Силы.

– И кем же ты себя мнишь, запираясь в этой… Звезде Мудрости? – даже не пытаясь сдерживаться, хохотала Ника.

– Считай, что я Дарт Вейдер экономики! – буркнул в ответ обиженный Алекс, спешно выталкивая её из кабинета.

И пожалуй, единственное, что изо дня в день не давало Нике покоя, – это хозяйская спальня и установленная там огромная кровать. Каждый раз, глядя на неё, Ника изводила себя ревностью, гадая, сколько женщин тут побывало, и научиться не думать об этом никак не получалось. Впрочем, она уже давно поняла, что бороться со своим недоверием бесполезно. Она знала, какой порой бывает импульсивной и вспыльчивой, но даже не подозревала, что обладает такой негативной чертой, как хроническая ревность. Этот удушающий, мучительный страх потерять своего мужчину, узнать о его неверности действительно сводил Нику с ума, заставляя злиться и на Алекса, и на себя за то, что не может по-другому. Ника отдавала себе отчёт в том, что иногда ведёт себя неадекватно, но раньше она никогда не испытывала ничего подобного, даже когда узнала об измене Васи. И если со всеми своими пороками она так или иначе умела справиться, то это чувство было ей незнакомо и мешало здраво мыслить, да и нормально жить.

Так что сейчас, вновь подумав о бывших женщинах Алекса, которые, вполне возможно, проводили с ним время здесь же, в этой же гостиной, расслабленные и уверенные в его к ним чувствах, Ника начала заводиться. И хотя она очень хорошо запомнила слова своей начальницы о том, что Алекс не приемлет, когда его ревнуют, обуздать это чувство ей было не под силу.

– Александр, что у тебя с Татьяной? – резко поставив бокал на журнальный столик, выпалила Ника, смело посмотрев ему в глаза.

– Вероника, а что у тебя с головой? – серьёзно ответил он. – Мне кажется, мы уже это обсуждали! Она мой друг и коллега, не более.

– Все вокруг утверждают, что у вас роман. Вы ходите друг к другу в кабинеты чуть ли не каждый день, развлекаетесь в клубах. Она ведёт себя, как… И она говорит… – Ника осеклась, не рискуя пересказывать разговор с соперницей, и тут же подняла руку, не давая Алексу ответить. – Я изо всех сил стараюсь не верить в офисные сплетни и потому спрашиваю тебя, хотя того, что сама вижу и слышу, более чем достаточно, чтобы сделать соответствующие выводы.

– Что ты хочешь услышать? Что я был монахом до тебя? Нет, не был, – сказал Алекс с вызовом. – Я встречался раньше с женщинами, у меня была жизнь до тебя. Что касается Тани, я тебе уже всё объяснил.

– Ничего ты не объяснил! – визгнула Ника. – Ты бросил меня сразу же, как только она позвонила. Причём поехал не куда-нибудь, а на встречу с ней! И что же я узнаю от совершенно чужих мне людей? А то, что, оказывается, вы с Танечкой по клубам разгуливаете! Неужели ты настолько был поглощён этой… этой, – она в отчаянии махнула рукой, чтобы не сыпать оскорблениями. – Наверное, вы там так увлеклись, обсуждая вашу «дружбу», что забыли обо всём на свете? Может, ещё и номер в отеле один на двоих взяли, опять же – по старой дружбе?!

– Прекрати истерику и следи за языком! – рассердился Алекс. – Знаешь что! По-твоему, я деревянный? Или обижаться имеешь право только ты? Я работал, Ника! И извини, конечно, но клиенты бывают разные, и не все они чопорные ленивые толстопузы. А ещё, если бы тебе было интересно, ты бы позвонила и узнала, что у меня все дни жутко болела голова, а твоё молчание и ночные загулы с друзьями хорошего настроения не добавляли. Кстати, встреча закончилась подписанием выгодного контракта, если, конечно, тебе есть до этого дело. Мне тоже не особо нравится мотаться по злачным заведениям, но так бывает. И твоё поведение, радость моя, меня не просто неприятно удивляет, но и порядком бесит. Вылези хоть на минутку из кокона саморазрушения и осмотрись…

– А что я должна думать? – закричала Ника, перебивая его. – Неужели непонятно, что я ревную! Скажи мне правду, ты спишь с ней? Ты был с ней, после того как решил встречаться со мной?

– Нет!

– Вот видишь, ты ответил слишком быстро!

– Я ответил правильно, и хватит! – рявкнул Алекс, хватая Нику за плечи. – Таня так же, как и я, была на работе. Она хороший специалист и умеет… Неважно, мне не за что оправдываться. Может, лучше поговорим о тебе, раз уж всё равно ссоримся. Ника, не только ты имеешь право на эмоции и обиды. Объясни-ка лучше, почему ты устроила мне бойкот, игнорировала сообщения и сбрасывала звонки?

– Потому что я тебе не верю! – выпалила она, пытаясь вырваться из его хватки.

– Вот как? – Он глубоко вздохнул. – Чему ты не веришь? – серьёзно спросил Алекс, отпуская Нику.

– Я не чувствую себя полноценной девушкой, твоей девушкой. Я не вижу, что нужна тебе так же, как ты нужен мне. Ты меня прячешь, стесняешься. Ты говоришь, что любишь, но почему обо мне знает только Панчо? Ты меня ни с кем не знакомишь, мы сидим дома. В разговоре с родными нет даже намёка, что у тебя кто-то есть. Неужели это такая разновидность тихой любви? И хотя мы спим вместе, Тани в твоей жизни гораздо больше, чем меня! Да её и в моей жизни больше, чем меня самой! А я хочу, чтобы ты заявил на весь мир, что занят, что принадлежишь мне! И главное – я не верю, не чувствую себя нужной. Ты принадлежишь только себе, Алекс, и живёшь так, как удобно тебе. А ещё я устала слушать о твоих многочисленных связях с какими-то Анями, Катями, Галями из каких-то там отделов и с другими девицами, которых ты меняешь как перчатки в промежутках между отношениями с Таней. Я не хочу быть одной из них, я с ума схожу, стараюсь не слушать, но не получается, я любопытная.

– Ника, ты сама решила себя от всех скрывать. Я к твоей просьбе устроить из нашей жизни тайну за семью печатями отнёсся хоть и без понимания, но с уважением, ты же не захотела даже толком объяснить причину.

– Ты сам сказал так сделать! – возмутилась она.

– Я советовал особо не афишировать, а не… Да мне глубоко плевать, узнает об этом кто-нибудь или нет! Я просто не хотел давать повод для сплетен и доводить вот до такого. – Он указал руками на Нику и глубоко вздохнул. – Мы ругаемся из-за ерунды. Прекрати мучиться и загонять себя. Не ищи того, чего нет. Неужели тебе так хочется верить в то, что я мерзавец и повеса, как кто-то там говорит? Ника, прошу, успокойся и стань прежней. Ты хоть представляешь, как мне надоела твоя вечно угрюмая мордочка, глаза на мокром месте и странные недоверчивые взгляды?

– Алекс, ты распоряжаешься моей жизнью по своему усмотрению, не спрашивая меня. Я никогда не думала, что буду чувствовать себя такой неполноценной. И я не хотела, чтобы кто-то с работы знал, потому что, если или, вернее, когда ты меня бросишь, у меня останется хоть какое-то личное пространство для самоуважения! И хотя ты не ответил мне на мой вопрос про Татьяну, я тебе на твои отвечу: я не верю в твою любовь, вот что с моей головой!

– Значит, так, – проговорил Алекс после паузы, причём настолько серьёзно, что у Ники пошли тревожные мурашки. – Я вижу, понимаю, как ты расстроена. Признаю, моя репутация не самая вдохновляющая, но всё это в прошлом, и я не могу шарахаться от всех женщин мира, только потому, что ты настолько впечатлительна, что не можешь адекватно реагировать на чушь. Поэтому просто взываю к твоему здравому смыслу: успокойся и прекрати мучить себя и меня. Если уж на то пошло, мне тоже есть на что пожаловаться. Знаешь, как мне надоело за тобой бегать, словно за маленькой девочкой, и уговаривать, что всё в порядке? Ника, отношения как оживлённая трасса. Есть определённые правила и препятствия. И чтобы не отстать, не потеряться, нам с тобой нужно двигаться с одинаковой скоростью, доверяя друг другу, а не вставлять палки в колёса, это может привести к аварии. Поверь, я демонстрирую ангельское терпение и, признаться, ни одной женщине в мире не позволял с собой так разговаривать. А ещё, подумай о том, как мне неприятно, что ты ставишь слова и мнение чужих людей гораздо выше, чем моё. Ты не хочешь, чтобы о нас знали, может, мне тоже задуматься и сделать выводы? Может, ты ещё не доросла до настоящих отношений? – Алекс пересел на журнальный столик напротив и, немного наклонившись, продолжил учительским тоном: – Ника, у нас ничего не получится, если ты не будешь доверять, повзрослей уже! Где моя весёлая девочка? Куда ты её дела? Мне неприятна твоя ревность и истерики, а потому прошу, не поднимай больше эту тему. Я пригласил тебя в свою жизнь, дал тебе ключи от своего дома, какие ещё доказательства тебе нужны? И это с учётом того, что по большому счёту наши отношения ясли не закончили. – Он встал и протянул ей руку. – Давай не будем тратить вечер на ссоры. Можно ведь и поприятнее занятие найти, ты не находишь? Пошли спать. – Алекс ласково улыбнулся, однако Ника ставить точку в этом разговоре была не намерена.

– Не хочу, я ещё посижу, почитаю и подумаю над тем, почему перед командировкой ты не оставил Панчо со мной и как умудрился не испортить идеальный порядок твоей домработницы, – проворчала она, глядя в пол.

– Это большая и ответственная собака, которая охраняет тебя даже от меня. Не хотел за вас волноваться, представляя, на какие приключения вы способны на пару, особенно в черте города. Жанна приходила в субботу, после моего отъезда. А что насчёт чтения, твоя книга наверху, да и почитать ты можешь в постели. Но если ты вдруг намерена довести ссору до конца и сбежать, как ты любишь делать последнее время, лучше скажи сразу, – тихо и ужасающе спокойно ответил Алекс. – Не хочу лишний раз за тебя переживать, лучше сам отвезу. Только подумай хорошо, потому что моё терпение на исходе. Мне нужна женщина с хорошим настроением, чтобы, приходя домой, я отдыхал и чувствовал себя нужным и счастливым, а не кидался в пекло раздражения и выяснения отношений. Дом – это место без истерик на пустом месте, которых мне и так достаточно, а ты сейчас больше похожа на психопатку в ПМС. Пойдём! – Он снова протянул ей руку, но, когда Ника вновь её отвергла, обиженно поджав губы, весело улыбнулся и, ловко подмяв её под себя, навалился сверху.

– Ну до чего же ты глупая! Всё ведь просто: вода мокрая, небо голубое, а я тебя люблю! – Он быстро сбросил с неё одежду, и под натиском поцелуев Ника очень скоро оставила все свои мысли, запустив руки в его волосы. – Глупая и упрямая, – страстно шептал Алекс. – Не хочешь в кровать, останемся здесь, но, я надеюсь, ты поняла, что мы сейчас будем мириться? А вместо книжки я лучше расскажу тебе сказку для взрослых.

И как обычно, Ника не смогла возразить, и, как обычно, всё было так, как решил Алекс.

***

Заканчивая утренний туалет, Ника пыталась настроиться на положительный лад. Сейчас, после ночи с Алексом и его уютных объятий, вчерашние разговоры и ссоры казались ей чем-то далёким и неважным. Нике даже было немного стыдно за своё поведение и нападки на любимого. Что же касается её трудовой деятельности в компании Алекса, тут согласиться со своей начальницей она не могла, потому как работать вместе они не смогли бы ни при каких условиях. И именно поэтому сегодняшний рабочий день станет для неё последним.

Приняв решение уволиться, Ника ощущала такое облегчение и радость, словно сбросила с себя тяжёлую ношу. Не будет больше раздирающих душу сплетен и удушающих подозрений. Теперь их отношениям с Алексом ничего не помешает, ведь впредь она не станет в нём сомневаться.

Размышляя над всем этим, Ника так воодушевилась, что счастливо улыбалась своему отражению в зеркале и весело хихикнула, испугавшись неожиданной вибрации телефона, который Алекс забыл на прикроватной тумбочке. Взяв его в руки, она хотела крикнуть любимому, чтобы он забрал свой неугомонный аппарат, но, увидев, кто его вызывает, замерла и похолодела. Отгоняя противные мысли, Ника постаралась не обращать на это внимания, ведь, нравится ей или нет, Татьяна работает с Алексом уже много лет, и требовать от него исключить эту женщину из своей жизни она не имеет права. Однако, когда, не дождавшись ответа, её начальница отправила Алексу – её Алексу! – сообщение с пожеланием доброго утра, мир Ники раскололся на части.

Трясущимися руками она открыла список звонков и тут же пожалела о том, что Алекс не пользовался режимом блокировки экрана. Видеть, как часто эта женщина ему звонила, было слишком болезненно и горько. А уж когда, не в силах остановиться, Ника прочла их недавнюю переписку, нервно усмехнулась и, удивляясь собственному спокойствию, аккуратно убрала телефон на место. Положа руку на сердце, она была вынуждена признать, что совсем не удивлена, ведь открывшееся содержание всего лишь поставило точку во всех её сомнениях. Было даже неважно, что в этих сообщениях не находилось ярко выраженного сексуального подтекста, это всё равно было общением близких людей, не коллег. Татьяна обращалась к нему «дорогой» и «милый», а Алекс ничему не противился и активно поддерживал заданный тон. Даже Ника не переписывалась с ним так часто. Каждый день брюнетка желала Алексу доброго утра и спокойной ночи, и он отвечал ей тем же. На «Я уже соскучилась, ты в кабинете?» он отвечал: «Да, заходи». На вопросы, что он делает вечером, Алекс писал, что спит, или занимается в спортзале, или смотрит кино. Это уже не говоря о приглашениях на обед, которые он, конечно же, принимал, и нелепых отговорках, когда Татьяна просила подбросить её до дома. Ни единого намёка на то, что он не свободен, и ни одного упоминания о ней, его девушке. И всё это при том, что Татьяна прекрасно знала о существовании у Алекса, как она считала, любовницы, раз выдвигала ей требования. Впрочем, с чего бы им было это обсуждать, если такие романы случались у него и раньше? Тем более что о новой сопернице начальница узнала только накануне их командировки и, если хотела, имела возможность обсудить это лично. Однако всё это больше не имело значения, ведь теперь для неё, Ники, о продолжении отношений с Алексом не могло быть и речи.

Она вдруг с ужасом поняла, что даже не обижается, ведь сама заставила себя поверить в эту иллюзию, не замечая, что в жизни Алекса ничего не изменилось и он по-прежнему думал только о себе. Он по привычке играл чужими сердцами, наслаждаясь чувством безнаказанности и теша самолюбие, влюбляя в себя таких, как она. С горькой усмешкой Ника вспоминала все те странные звонки, отвечать на которые Алекс уходил подальше от её ушей, и с какой загадочной улыбкой смотрел на телефон, отвечая на сообщения. Конечно же, она не упускала такие моменты из виду, но, ослеплённая любовью, искала им оправдания.

Даже сейчас в глубине души Ника надеялась, что всему этому есть разумное объяснение, однако разбираться в этом уже не хотела. Ведь неважно, искренне или нет говорил Алекс, но он был совершенно прав – без доверия отношения не построить. И именно поэтому Ника больше не станет и пытаться.

Только сейчас, оглядываясь назад, она наконец смогла себе признаться, что никогда не верила ни ему, ни в их союз. Всё то время, пока они были вместе, Ника искала доказательства его измены и повод уличить во лжи. Наверное, именно поэтому она с такой лёгкостью принимала то, что говорили коллеги и не сомневалась в словах начальницы. Ника просто хотела верить в его виновность, так как не могла верить в обратное.

Но даже если она ошибается и Алекс действительно испытывает к ней какие-то чувства, одной любви для прочных отношений всё равно недостаточно. Тем более что для Ники этот роман давно стал мучительным и болезненным. Как ни горько было признавать, но вместо радости, ощущения полёта и желания кричать на весь мир о своём счастье она чувствовала страх и невероятное напряжение, разрушающие её жизнь. Каждый день Ника находилась в атмосфере неопределённости, не понимая, на чём держатся их отношения. Уж точно не на уважении и доверии. На сексе? Но физическая совместимость не залог успеха. На безоговорочном подчинении желаниям Алекса? Неужели это их фундамент? Да и почему она так слепо и быстро поверила в его любовь? Почему приняла как истину? Что ему стоило обмануть?

Очевидно, что Алекс считал её своей собственностью. Он не раз повторял Нике, как доволен собой и тем, что добился её расположения и тех признаний, о которых мечтал, причём тогда, когда планировал. И хотя он преподносил это как шутку, где гарантии того, что на самом деле просто вероломно не прибег к старому, как мир, приёму, чтобы удержать свой трофей?

«Не могу смириться с тем, что ты меня бросила…»

«Я намерен похитить тебя и доказывать свою любовь, пока не удостоверюсь, что ты принадлежишь мне…»

«Неужели ты думаешь, что я бы тебя отпустил? Я, дорогая моя, привык добиваться того, чего хочу…»

«Ты меня очень обидела, задела, и это не говоря о пострадавшем мужском самолюбии. Меня, вообще-то, ещё ни одна девушка не бросала…»

Именно эти слова Алекс говорил, признаваясь ей в любви. А это означало, что до сих пор он держал её возле себя только потому, что не наигрался, и потому, что никогда бы не позволил ей уйти первой.

Стоя, как застывшая статуя, Ника невидящим взглядом смотрела в пол. Почему она не подумала об этом раньше? Да и как, вообще, можно было довериться человеку, который без зазрения совести бросил в Новый год семью ради ночи с едва знакомой девушкой?

Что ж, больше страдать и позволять использовать себя как игрушку Ника была не намерена. Возможно, когда-нибудь Алекс поймёт, что значит любить, по-настоящему делить жизнь с другим человеком, не навязывая свои правила. Но она этого уже не увидит.