При этом те, кто утверждает, будто снятие презерватива во время близости – вполне оправданный акт, все равно не делают этого открыто. Они считают необходимым прибегать к самым различным хитростям, чтобы достичь своей цели. «Вообще-то мужчины не воспринимают это как обман, – говорит Александра Бродская в беседе со мной. – Лгут, по их мнению, только женщины. А тут – высокое искусство, мастерство любовника, которое заключается в том, чтобы обвести вокруг пальца партнершу»[83]83
Бродская замечает, что такой же подход к оценке честности и нечестности свойственен Дональду Трампу. Он нередко подает применяемый им обман как разовые ловкие способы обойти систему, в то время как те же самые приемы, используемые женщинами (например, Хиллари Клинтон), он оценивает как врожденную лживость. – Прим. автора.
[Закрыть]. Таким образом, демонстрируется мужское превосходство (речь в данном случае идет о гетеросексуальных контактах).
Статья Александры получила широкий отклик по целому ряду причин. Во-первых, пресса увидела в этом сенсацию – еще бы, новый устрашающий «секс-тренд»! Как не подкинуть такую новость аудитории, в том числе и тем людям, которым не терпится поскандалить, защищая жертв сексуального насилия? Есть и другой тип публики – эти всегда готовы впасть в панику и громко заявить, что во всех напастях виноваты беспорядочные половые связи (или вообще любой секс).
Но, помимо прочего, поднятая тема дала возможность женщинам, подвергшимся любому насилию, соотнести свой опыт с явлением, которому раньше они не могли дать имя. А также обсудить связанные с этим некрасивые поступки, возможно, и не имеющие отношения к стилсингу, но все же растущие из того же корня – из абсолютной веры мужчин в то, что именно они диктуют правила интимного общения в паре.
«Когда-то я знала парня, который говорил, что не любит спрашивать девушку, хочет ли та переспать с ним. Он хвастался, что умеет определять это без слов, – рассказывает Бродская. – То есть он сразу приступал к делу и мог зайти довольно далеко без всякой предварительной договоренности. Никакие презервативы в его планы тоже не входили. Меня тогда просто поразила его уверенность, будто он действительно знает, чего хочет женщина». Моя собеседница считает, что «стилсеры» исходят из тех же установок, порожденных сексизмом и мизогинией.
= Настаиваешь на использовании презерватива? Да ты меня не уважаешь и не доверяешь мне!
В масштабном социологическом исследовании Келли Кью Дэвис и ее соавторов обман назван лишь одним из нескольких методов саботажа мужчин, «сопротивляющихся презервативу» (95). Есть и другие уловки, с помощью которых молодые люди добиваются от девушек незащищенного секса. К примеру, они могут прибегнуть к шантажу, полностью отказавшись от близости, если она предполагает использование средства защиты; могут навязывать своей половине чувство вины или признаваться ей в любви до гроба; могут возбуждать партнершу, чтобы она потеряла бдительность, а также уверять ее, что незащищеный интимный контакт не несет никакого риска (иногда мужчины используют сразу целый ряд подобных манипулятивных техник и стратегий). Все это вероломная ложь – заранее спланированная и изощренная. На таком фоне стилсинг выглядит просто мелким хулиганством, и все же это тоже форма сексуального принуждения, фактически насилие над женщиной – беззащитной жертвой в руках у эгоиста, жаждущего добиться исполнения своей прихоти. Не припомню, чтобы ко мне лично применили какой-то из перечисленных выше способов давления, но с другими манипулятивными техниками, описанными в работе Дэвис, я сталкивалась. Гетеросексуальные герои-любовники, стабильно отказывающиеся от презерватива даже во время случайных разовых связей, – удивительно распространенный типаж. Так что в материалах опросов, приведенных Келли Дэвис, очень многое казалось мне знакомым. Исследовательница проводила фокус-группы на эту тему, и юноши признавались ей, что, уговаривая своих подруг, они чаще всего намеренно принижают опасность незащищенного секса и старательно повышают возбуждение девушки в надежде, что у нее закружится голова, и она пойдет на риск. Кроме того, они часто заявляют женщинам, что, настаивая на использовании презерватива, те проявляют недоверие к партнеру. Все это очень узнаваемо; эти хитрости знакомы мне по собственному опыту.
Келли Кью Дэвис сконцентрировала свое внимание прежде всего на изучении менталитета представителей сильного пола, агрессивно настроенных против мужской барьерной контрацепции. Но стоит уделить внимание также тому, как подобное поведение влияет на женщин, точнее, насколько оно определяет их взаимодействие с партнерами.
= Женщина жалуется, что ее вероломно обманули, а ей возражают: «Не надо было спать с тем, кто ненадежен!»
С момента достижения половой зрелости (а иногда и раньше) нам внушают, что мы должны быть всегда настороже и беречь свою девичью честь. Нас учат отказывать, помнить о своих интересах, «отфутболивать» любого, кто не готов выполнить наши условия. В итоге женщины привыкают думать, что любой сексуальный контакт, в котором что-то пошло не по их плану, – это их личный просчет: они сами показали себя слишком доступными и не сберегли свое «сокровище». Почему-то считается, что мужчина, который не оправдал доверия и проигнорировал просьбу партнерши надеть презерватив, ничего дурного не сделал – мужчины, они ведь все такие; такова уж их натура. И вся вина и позор – на женщине, которая позволила так некрасиво с собой поступить.
Из статей Александры Бродской и Келли Кью Дэвис становится ясно, что молодые люди, активно пытающиеся избежать использования контрацептива, прекрасно знают, что делают, и хорошо понимают, что партнерша хочет защищенного секса. Но они со своей стороны ни за что не пойдут ей навстречу. Им нужно любой ценой добиться своего: использовать манипуляции, обман, а иногда и физическую силу, чтобы одержать верх над подругой. При этом после того, как все произошло, женщине часто навязывается чувство вины за то, что поддалась на уговоры, а мужчину никто не обвиняет и не призывает к ответственности.
Когда девушки[84]84
Александра Бродская говорит, что подобные ситуации описывают и геи. Она читала такие истории в форумах. – Прим. автора.
[Закрыть] признаются, что их обманули, например незаметно сняв презерватив во время близости, им нередко отвечают: не стоило ложиться в постель с тем, кому не доверяешь; не надо подпускать к себе соблазнителя, если ты не убедилась в его моральных качествах, не проверила его со всех сторон. Проблема в том, что, не попробовав, мы практически не в состоянии понять, действительно ли мужчина достоин доверия. Иными словами, приходится доверять человеку, пока он тебя не подведет. Женщины, которые хотят заниматься сексом с разными партнерами, но не желают, чтобы на них оказывали давление, отговаривая от презерватива, а также не хотят столкнуться со стилсингом, – таким женщинам приходится в ответ на обман и шантаж прибегать к небольшим хитростям, просто чтобы уравнять свои шансы с противником. Цель такой лжи – всего лишь оградить себя от рисков, которые влечет за собой незащищенный секс.
* * *
Алиса, двадцатидвухлетняя жительница Бруклина, рассказывает мне о том, как она обычно обсуждает планы с каким-нибудь новым знакомым, с которым собирается переспать. Девушка заявляет потенциальному любовнику, что хотела бы, чтобы он использовал презерватив. Тот кивает и отвечает: он думал, что она принимает контрацептивные таблетки. «Если я подтверждаю его догадку, мужчина, как правило, заявляет, что тогда все и так будет нормально, можно обойтись без презерватива». Подобная дискуссия редко приводит к приятному для обоих вечеру. Попытки указать молодому человеку, что барьерная контрацепция лучше всех других средств защищает от заболеваний, передающихся половым путем, тоже не находят понимания. Собеседников Алисы оскорбляет такой поворот разговора: они полагают, что девушка априори считает их заразными, грязными, сомнительными личностями[85]85
Хотя, честно говоря, человек, собирающийся развлечься с женщиной, с которой только что познакомился, и при этом всячески увиливающий от использования презерватива, действительно сомнительный тип и вряд ли достоин доверия. – Прим. автора.
[Закрыть].
= Ценное ноу-хау: прикинуться недотепой или дурочкой, чтобы заняться сексом на своих условиях
Поэтому, чтобы долго не дискутировать о том, как именно нужно предохраняться, Алиса просто заявляет своему визави, что часто забывает принять таблетку, а потому не уверена, действует ли защита. Это существенно сокращает спор: отчасти потому, что, несмотря на нелюбовь к презервативу, любовник все же не хочет, чтобы партнерша забеременела[86]86
Среди мужчин, с которыми сталкивалась наша героиня, страх перед беременностью случайной подружки почему-то выше, чем перед заболеваниями, передающимися половым путем. На самом же деле отношение к этому вопросу у сильного пола может быть очень разным. – Прим. автора.
[Закрыть]. Кроме того, как считает Алиса, мужчинам приятно, когда она выставляет себя рассеянной и забывчивой недотепой. Они тут же проглатывают наживку, у них включается режим доминирования, а вмести с ним и чувство ответственности за «эту бестолковую курицу».
Алиса – профессиональный фотограф. Она использует похожую стратегию во время портретной съемки. Если клиент не может расслабиться перед камерой, девушка говорит ему: «Ой, подождите секунду, у меня что-то с настройками!» А дальше спокойно возится с фотоаппаратом, незаметно снимая человека. Такие кадры получаются очень естественными и живыми. Алиса считает, что ее притворное замешательство позволяет посетителю студии почувствовать себя увереннее и не напрягаться перед объективом. Правда, ей совсем не нравится все время прикидываться дурой, однако «это дает отличный результат – получаются прекрасные снимки». Примерно то же самое происходит и в общении с мужчиной: ситуация, когда приходится рассказывать о том, как она «забывает» принять таблетку, далека от идеала. Но это лучше, чем устроить себе «веселую» ночь с незащищенным сексом[87]87
Как-то раз она согласилась на незащищенный секс и в итоге подхватила венерическое заболевание. После этого решила больше не идти на подобные компромиссы. – Прим. автора.
[Закрыть]. (Алиса рассказывает, что один раз ее случайный партнер сразу согласился на презерватив, без всяких оговорок. И она прекрасно провела с ним время.)
Отношение Алисы к сексу может показаться холодным и рассудочным: она фактически устраивает торг, пусть и в игровой форме, а также жертвует статусом умной и независимой женщины, чтобы настоять на своих условиях. В такой ситуации требуется тонкая интрига в духе Макиавелли. Но на самом деле ее отношение – это скорее реакция на то, как мужчины видят близость двоих. Именно они задали такие стандарты. Никто из участников фокус-групп, организованных Келли Дэвис, не мучился угрызениями совести от того, что манипулировал женщинами ради интима без презерватива. И большинство участников опроса без сожаления отвергали тех женщин, которые твердо настаивали на применении контрацептива.
Один из респондентов наивно поведал интервьюеру, в чем, по его мнению, преимущества общения с молодыми неопытными девушками. На них, как выяснилось, так легко оказывать психологическое давление! Вот что он сказал модератору: «Когда ты общаешься с девчонкой, то очень часто замечаешь, что она говорит глупости или просто в чем-то не права. Бывает, она заявит, что хорошо знает мужчин, хотя это вовсе не так. Тут нет ничего дурного, и ты оказываешься как бы в новой роли, чувствуешь себя кем-то вроде старшего наставника. Ты не просто друг, ты чему-то ее учишь, открываешь новое. И если у нее есть дурацкие предрассудки касательно презерватива, ты можешь заставить ее сомневаться. И тогда в качестве бонуса получишь еще и «безбарьерный» секс. А это здорово!»
Когда мужчины настолько откровенно признаются, как далеко могут зайти, чтобы избежать использования презерватива, перестаешь испытывать жалость к ним как к жертвам «встречного» обмана.
Когда я спросила Алису, зачем она занимается любовью с мужчинами, которых, по ее собственному признанию, она считает «негодяями или ничтожествами», моя собеседница привела вполне распространенный аргумент, знакомый любому, кто когда-либо пробовал секс без обязательств и взаимных привязанностей. «Эти люди мне не близки. Они мне не бойфренды, – пояснила Алиса. – Когда меня по-настоящему интересует человек, я подхожу к отношениям куда серьезнее. Я не применяю в общении с ним никаких глупых трюков. Тогда все складывается по-другому. А когда у меня интрижка на один уик-энд, это куда проще».
= Кендра хочет самостоятельно принимать решение о рождении детей, а не зависеть в этом от мужа
Женщины, которые любят «одноразовые» интимные встречи, да и те, кто состоит в прочных постоянных отношениях, зачастую считают, что безопасность и честность – два взаимоисключающих понятия. Если хочешь весело провести время с любовником, можно прибегнуть к маленькой лжи, чтобы защитить свое здоровье. И потом, как говорит Алиса, «в большинстве случаев мои партнеры все же соглашаются на презерватив после того, как я применяю свои уловки».
* * *
Итак, женщины врут, что не принимают противозачаточные таблетки. Не важно, для чего конкретно они это делают – чтобы избежать нежелательной беременности, к которой принуждает муж, или чтобы заставить партнера воспользоваться презервативом. Так или иначе подобным образом они пытаются хоть как-то вернуть себе право самостоятельно решать, как распорядиться своим телом. Но как отнестись к тем, кто поступает с точностью до наоборот: тайно перестает принимать препараты, надеясь забеременеть. Зачем они говорят: «Я предохраняюсь», – тогда как это совсем не входит в их планы?
В апреле 2014 года в ходе телепередачи The Wendy Williams Show ведущая поговорила с одной из присутствующих в зале девушек по имени Кендра (96). Та подумывает о том, чтобы перестать принимать противозачаточные таблетки, но не собирается сообщать об этом мужу. «Я замужем уже шесть лет, – поясняет она. – Примерно девять месяцев назад у нас родился первый ребенок – девочка. До брака мы решили с мужем, что хорошо бы иметь двоих детей. Однако теперь он не хочет второго ребенка. Мои подруги считают, что его можно перехитрить, тайно отказавшись от препарата».
Хозяйка шоу, Венди Уилльямс, вначале заявляет, что не желает поощрять обман, ведь поступать так с супругом нехорошо. Однако далее она противоречит сама себе, советуя Кендре все же воспользоваться рекомендацией подруг. Венди обращается к аудитории: «Считаете ли вы, что стоит скрыть правду от мужа?» Гром аплодисментов! Оправдывая свою непоследовательность, ведущая говорит: «Мужчины не имеют права распоряжаться женским телом. Мы сами должны им управлять». Такая декларация несколько озадачивает. Плюс ко всему удивляет тот энтузиазм, с которым женщины защищают репродуктивные права. На самом деле это свидетельствует только о том, что они лишены контроля над своим телом. Если поразмыслить, становится понятно: с точки зрения Уилльямс, дело не в конкретном мужчине, муже Кендры. Не его хочет «загнать под каблук» жена, отказавшись от таблеток. Она мечтает вернуть себе власть над собственным организмом и самостоятельно принимать решения о продолжении рода.
Мотивацию женщин, которые своей беременностью желают загнать партнера в западню, не так уж много исследуют. Гораздо больше социологических материалов о том, как мужчины пользуются тем же способом, чтобы «закабалить» жен. В уже упомянутой статье «Репродуктивное принуждение: разоблачение дисбаланса социальной власти» цитируется много работ, в которых изучен опыт женщин, переживших репродуктивное насилие. Таких случаев, по оценкам социологов, около 25 % (эта цифра зависит от типа выборки) (97). В отношении мужчин, которые попали в подобную ловушку, эксперты ссылаются лишь на один опрос, проведенный Центром контроля и предотвращения заболеваний (CDC). В 2010 году он запустил общенациональное анкетирование по вопросам домашнего и сексуального насилия. Тогда около 10,4 % американцев признались, что подруги пытались забеременеть от них против их воли[88]88
Правда, согласно расчетам CDC, всего 8,6 % женщин подверглись репродуктивному принуждению. К этой цифре апеллируют некоторые защитники прав мужчин, указывая, что именно представители сильного пола являются подлинными жертвами давления. Однако их претензии представляются сомнительными. Целый ряд других исследований говорит о том, что женщин, испытавших такого рода принуждение, гораздо больше, чем мужчин. Даже по результатам того же опроса CDC ясно, что женщины в 1,7 раза чаще, чем мужчины, готовы воспользоваться презервативом во время секса, в то время как их партнеры склонны чаще отказываться, чем соглашаться на это. К тому же не вполне уместно приравнивать друг к другу последствия этих действий: одно дело, когда тебя заставляют зачать и родить ребенка. И совсем другое, когда ты попадаешь на крючок и вынужден участвовать в содержании детей. – Прим. автора.
[Закрыть] (98).
= Лишь немногие женщины верят, что незапланированная беременность может укрепить отношения
Авторы обзора в American Journal of Obstetrics and Gynecology указывают на недостаточность данных и говорят, что необходимо дополнительно изучать влияние репродуктивного принуждения на мужчин, а также мотивацию женщин, которые пытаются манипулятивными путями добиться беременности. Нужен научный взгляд на эту проблему, а при его отсутствии мы вынуждены иметь дело лишь с тем, как она видится массовому сознанию, формирующемуся под воздействием мужского авторитета. Именно поэтому общественное мнение так часто бывает безжалостно к женщинам.
Обычно представляемый публике сюжет выглядит примерно так: мальчик встречается с девочкой. Девочка хочет длительных и серьезных отношений. Мальчик колеблется. Девочка «случайно» беременеет, и мальчик оказывается связанным на всю оставшуюся жизнь. Что движет женщиной: любовь, отчаяние, безумие? Как правило, по умолчанию предполагается, что она врет, будто принимает контрацептивные таблетки, а на самом деле хочет завести ребенка только ради того, чтобы заполучить мужчину. Считается, что он с легкостью бросит ее, если в этой истории не появится младенец. Защитники мужских прав подают всю ситуацию так, будто на самом деле всем процессом управляют женщины, что они лишают мужчину будущего, хитростью заставляя его стать отцом. Но так ли это на самом деле? Действительно ли прекрасный пол надеется, что незапланированная беременность может укрепить отношения? Очень сомнительно, чтобы большинство женщин верило в то, что преподнесенный «сюрприз» сможет реально привязать к ним «суженого». Рождение малыша не гарантирует, что союз будет прочным. Нет также и гарантий, что вы получите какую-то материальную поддержку, чтобы вырастить дитя (миллионы одиноких матерей подтвердят это). Есть множество более простых способов достичь финансовой стабильности, чем завести ребенка.
Логичнее было бы предположить, что женщины, которые тайно перестают принимать противозачаточные средства, как Кендра, просто очень хотят родить и готовы на этот шаг вне зависимости от того, как отнесутся к нему их мужья или бойфренды. На первый взгляд может показаться странным, что мы рассматриваем такое «случайное» зачатие как декларацию телесной автономии женщины (а ведь именно об этом заявила Венди Уилльямс). И все же логичнее было бы предположить, что прекрасный пол пускается на обман ради того, чтобы обрести власть над собственной судьбой, а не ради того, чтобы прибрать к рукам мужчину.
Когда девушка саботирует контрацепцию или лжет, что принимает таблетки, хотя на самом деле никогда этого не делала, истина быстро выходит на поверхность: беременность становится заметной, обман быстро раскрывается сам собой. Вероятно, у мужчины в этом случае не будет стопроцентной уверенности, что его перехитрили. Ведь все могло произойти и по воле случая. Но результат так или иначе налицо. Однако когда ситуация обратная: женщина тайно принимает препарат, чтобы оплодотворение не наступило, – есть большая вероятность, что правда так никогда и не вскроется. То, что беременность не наступает, само по себе еще не свидетельствует о применении препаратов. Для большинства женщин (даже тех, кто никогда не пользовался оральными контрацептивами) отсутствие беременности – нормальное, естественное состояние.
= Неловко рассказать подруге, что предохраняешься втайне от самого близкого человека
Возможно, подобная асимметрия между всегда открывающейся ложью и обманом, который остается сокрытым, как раз питает культурный стереотип, будто женщины, а не мужчины обычно являются инициаторами манипуляций. Трудно доказать, что женщина избегает беременности. А то, что она к ней стремится, быстро становится очевидным. Для многих подобный недостаток осязаемых доказательств служит достаточным основанием, чтобы считать: принуждения женщин к беременности просто не существует в природе.
Александра Бродская отмечает, что большинство людей, откликнувшихся на ее статью о несогласованном снятии презерватива, поддержали все ее тезисы. И все же, по ее собственному признанию, «четверть откликов содержали возражения вроде: «А что вы скажете о женщинах, тайно прекращающих предохраняться, чтобы забеременеть?» Сколько ни приводи свидетельств того, как мужчины плохо обращаются со своими половинами, каждый раз натыкаешься на этот миф: мол, женщины первыми начали; это они чаще всего саботируют контрацепцию».
* * *
Есть еще один фактор, мешающий понять, кто и кем манипулирует. Представительницы прекрасного пола часто и много обсуждают между собой притворный оргазм, количество половых партнеров, разные ухищрения, на которые они идут ради красоты. Но те, кто тайно от мужа предохраняются, редко говорят об этом вслух. Иногда они не делятся этим секретом даже с близкими подругами. Почему они не признаются супругу, понятно: мужу лучше пребывать в блаженном неведении, так будет спокойнее и ему самому, и жене. Чем больше здесь «гласности» и «прозрачности», тем меньше безопасности. Сложнее объяснить скрытность в общении с другими женщинами. Рискну предположить, что причиной тому стыд и неловкость. Рассказать, что утаиваешь важную информацию от человека, которого сама выбрала в качестве постоянного полового партнера, значит признать, что ты сделала неверный выбор и легла в постель с тем, кто тебя не уважает. «Хорошие девочки» так не поступают. Они ведь всегда принимают правильные решения и вручают свое «сокровище» только тому, кто по-настоящему его достоин.
= Мужчины повсюду трубят, что ими манипулируют, а женщины склонны скрывать факты, заставляющие их лгать
Получается, продолжение стабильной половой жизни для таких женщин ценнее, чем самоуважение и уверенность в себе и в партнере. Страшно признаться, что ты связала свою жизнь с манипулятором и насильником. Те, кто осмеливается прямо заявить об этом, рискуют, что их объявят недалекими и похотливыми самками или слабыми, безвольными, трусливыми существами, которым не хватает смелости, чтобы вести открытый диалог со своим мужем.
В то время как общество и обстоятельства заставляют женщину молчать о том, каким образом она пытается себя защитить, мужчины повсеместно трубят, как их обманывают. Им устраивают «западни», им лгут про предохранение. Объявляя об этом, они ничем не рискуют: никто не обвинит их в развратности, слабоволии, недалекости. Напротив, их еще и превознесут за великодушную попытку предупредить своих собратьев, что на них идет коварная охота.
Подобный дисбаланс и гендерное неравенство в распределении права свободно говорить о проблемах безопасности секса приводит к тому, что в обществе складывается неверное преставление, кто является подлинным манипулятором и кто страдает от саботажа в вопросе репродуктивной автономии.
Мы все настолько убеждены, что именно женщины, а не мужчины решают все в этом отношении, что, даже услышав правду, не хотим ее принимать, а иногда считаем ее оскорбительной. Александра Бродская столкнулась с этим на собственном опыте, когда читала отклики на свою статью. Идея, что именно сильный пол виноват в том, что женщина вынуждена скрывать контрацепцию, «настолько противоречила общепринятым штампам… что некоторые читатели просто не допускали мысли, будто во всей этой истории главную роль может играть именно мужчина».
«Мужской» взгляд на мир утверждается не только в интернет-дискуссиях. «Мужская» правда в целом доминирует всегда и везде, а «женская» чаще замалчивается. В качестве иллюстрации этого факта Бьянка Палмисано рассказала мне о том, что произошло на конференции по профилактике СПИДа в Балтиморе, в которой она недавно участвовала. Бьянка должна была рассказать участникам-медикам, как правильно собирать информацию о сексуальной истории пациента, как построить беседу с ним в позитивном ключе, мягко и деликатно. Обычно на таких лекциях она всегда призывает участников вспомнить, какие негативные и болезненные установки касательно секса они получали за всю свою жизнь[89]89
Такое обсуждение, говорит Палмисано, дает очень интересные, хотя и невеселые результаты. – Прим. автора.
[Закрыть]. Ведь многие врачи, сами не замечая того, продолжают в беседах с пациентами, коллегами, членами семьи транслировать усвоенные с детства сомнительные истины.
= Нам зачастую важно не забеременеть, а, напротив, избежать беременности и обрести телесную автономию
За долгие годы работы Палмисано столкнулась со многими безумными стереотипами, но одна мысль, высказанная в Балтиморе, ей особо запомнилась. Некая женщина-врач лет пятидесяти заявила: «Я всегда говорю своему сыну: «Общайся с девушкой не меньше девяти месяцев перед тем, как лечь с ней в постель. Тогда ты точно будешь знать, что она не была беременна до момента встречи с тобой». Получается, априори считается, что женщина будет лгать про свою беременность. И сделает она это, чтобы заманить мужчину в западню. «Эта дама несла чушь, не задумываясь о ней и не стыдясь ее, – сетует Палмисано. – Она не понимала, какое представление о слабом поле навязывает молодому человеку. И такого вокруг очень много, даже среди профессионалов, которые должны демонстрировать позитивный настрой в разговорах об интимных отношениях».
Бьянку очень огорчает, что даже некоторые ее коллеги, которые работают в сфере поддержания сексуального здоровья, не считают подобные высказывания тревожным симптомом. Впрочем, удивляться особо не приходится. Люди ошибаются не в том, что думают, будто девушка наверняка станет лгать своему бойфренду, чтобы что-то выгадать для себя. Просто они не понимают, какого рода «выгода» побуждает женщину к вранью. Кто-то, наверное, полагает, что все дамы хотят привлечь и удержать партнера, и для этого все средства хороши, в том числе и беременность. Однако мотивация большинства женщин иная: им важнее не беременность, а скорее избежание беременности как возможность получить телесную автономию и заниматься любовью на своих условиях, без манипуляций со стороны своей половины. Это очень важный, хотя и не для всех очевидный момент. Когда наше представление об истине сводится к элементарной формуле «все женщины лгут», мы и не пытаемся выяснить, в каком контексте появляется ложь и что ей предшествует. В этом случае так легко верить, что они врут всегда и по любому поводу, а также без повода. Так мы убеждаемся, что именно женщины, а не мужчины стоят у истоков манипуляции и что обман жизненно необходим прекрасному полу, чтобы проще было вертеть в любую сторону своими беззащитными и беспомощными партнерами. При этом легко упустить из виду, что женщины обманывают, потому что мужчины не прислушиваются к ним, не уважают их мнения. Из-за этого услышать голоса тех, кому так важно быть услышанными, а также поверить им становится еще труднее.
* * *
Язык и формулировки, которые используют мужчины на форумах по стилсингу, отвратителен. Это ничем не прикрытое женоненавистничество. На женщину смотрят как на неодушевленный предмет, обсуждая ее анатомические части и не допуская, что у нее могут быть свои желания, потребности, стремление к физической и эмоциональной безопасности. Все это не важно; главное, чтобы мужчина удовлетворил свой «естественный» позыв (незащищенный секс и семяизвержение в тело партнерши).
То, что он имеет на это право, не подвергается сомнению. Трудно не заметить у участников переписки презрения к сексуальному объекту, которого не считают за человека, а рассматривают как набор определенных органов и «запчастей», пригодных для интимных утех. Многим и в голову не приходит, что близость предполагает сотрудничество двоих, а не нечто, что женщина дает, а мужчина берет. При этом ошибочно было бы думать, что такие взгляды характерны лишь для тех, кто активно сопротивляется использованию презерватива. За желанием снять его во время секса тайком от партнерши стоит общая убежденность, что женщины – пассивная принимающая сторона, и только от ее любовника зависит весь эротический сценарий. Вера в это свойственна не только хвастунам, которые трубят, как лихо они умеют манипулировать своей подругой, добиваясь незащищенного сексуального контакта. Такая уверенность проникла в наши базовые представления о том, каким «должен» быть секс между мужчиной и женщиной. Как в романтических, так и в чисто сексуальных отношениях предполагается строгое распределение ролей. Оно закреплено поп-культурой, порнографией и даже на законодательном уровне. Например, в Северной Каролине до сих пор юридически не зафиксирована норма, по которой женщина имеет право передумать – формально выражаясь, «отозвать свое согласие» уже во время секса. Судя по разъяснению Верховного суда этого штата от 1979 года, если женщина сказала «да» перед проникновением в нее, значит, она уже на все готова. И не важно, что партнер чуть позже может перейти к насилию; не важно, что она просит его прекратить, а он не слушает. Все дальнейшее, с правовой точки зрения, заведомо происходит по взаимной договоренности. Предпринималось множество попыток законодательно изменить это правило, но пока они не дали результатов (99).
«Мужчины диктуют свои условия, – констатирует Александра Бродская в беседе со мной. – На практике это означает, что женщина, соглашаясь на секс, автоматически принимает все его виды, какие только придут на ум ее партнеру». Мальчиков с детства приучают, что близость будет развиваться так, как они захотят. А женщины вынуждены всю жизнь лукавить и лицемерить, чтобы защититься от мужского произвола – от возлагаемых на них общественным мнением и даже законом требований. В таких условиях любовный акт вряд ли сможет стать по-настоящему приятным и радостным для обоих его участников.
Прошли годы с тех пор, как феминистки впервые выступили за женские права, но мужчины по-прежнему прочно удерживают власть в своих руках, а женщины во многом остаются людьми второго сорта. При таком несправедливом распределении возможностей стоит поставить вопрос: а что же, собственно, имеется в виду, когда мы говорим о добровольном согласии на секс?
