Читать книгу "Дело об исчезновении. Детектив"

– И правда, Дим, вскроем ее цивилизованно, – поддержал ее Максим. – Потерпи, вон и Заречье показалось. Ребята, я приглашаю вас к себе. Сейчас мать нас накормит. Обсохнем, вскроем сумку, посмотрим, что там находится и обсудим, как нам быть дальше.

– Согласен, – недовольным голосом произнес Дима, – а ты? – обратился он к девушке.

– Очень хорошее предложение, – согласилась Светлана.

– Вот и хорошо! – обрадовался Максим и включил приемник.

В салоне негромко зазвучала музыка. Дождь все еще продолжал моросить, и «дворники» на лобовом стекле работали не переставая. Светлана беспокойно ерзала на сиденье: противно было сидеть в насквозь промокших джинсах, которые неприятно прилипли к голому телу. У нее было единственное желание: как можно быстрее переодеться в сухую одежду. Она посмотрела на парней: они оба о чем-то сосредоточенно думали. «А ведь они тоже промокли, как и я, – подумала Светлана, – но, кажется, их это вовсе не заботит. Наверное, оба думают о том, что лежит в сумке. А мне хочется только сбросить эти мокрые тряпки, и уж только потом узнать, что же мы нашли. Все-таки женщинам комфорт нужен больше, чем мужчинам. Поэтому, человечество своим прогрессом целиком обязано только женщине».

Светлана вспомнила, как будучи студенткой, ездила, в гости к родственникам на Дальний Восток. Ее двоюродный брат, который работал в одном научно-исследовательском институте биологом, взял ее в командировку в тайгу. Утром они ездили вчетвером по тайге на старом «газике» и, ставили ловушки на мышей, которых изучали в его лаборатории, потом готовили обед. А затем снова полдня ездили по тайге, для того, что снять эти ловушки и «вскрыть» пойманных грызунов. Светлана улыбнулась, вспомнив, как мужчины, вместо того чтобы обрабатывать инструмент и мышей спиртом, принимали его внутрь за ужином. Ах, мужчины, мужчины…

Светлане было безумно весело и интересно с ними. Именно в этой командировке она убедилась, как, в сущности, мужчинам мало надо в этой жизни, в смысле комфорта. На обед ее брат в тайге подстрелил птичку, которую они ощипали, сварили и съели на обед вместе с бульоном, щедро посыпав это варево красным перцем. Спали в спальных мешках, все вместе, в каком-то заброшенном таежном домике, как дикари. Когда к ним неожиданно нагрянули такие же командировочные из соседнего института, они, выпив спирта, и закусив какими-то концентратами, всю ночь вели чрезвычайно умные разговоры о науке. Это были самые яркие впечатления от Дальнего Востока. Из этой поездки и общения с мужчинами она поняла, какую роль играет для них любимая работа, увидев, с какой неохотой они возвращались в город, к постылой повседневности.

Перед самым Заречьем начался хороший участок дороги и Максим прибавил газу.

Мама Максима обрадовалась гостям.

– Господи, как же вы промокли! – запричитала она всплескивая руками. – Раздевайтесь и вешайте все сушить. Максимка, дай Светочке переодеться. Вот мой махровый халат, а Диме предложи что-нибудь свое.

– Вы не против? – спросила она девушку и добавила, – Халат новый, с этикеткой, я его еще не надевала.

– Только об этом и мечтала! – воскликнула Света. – Быстрее переодеться во что-то сухое, совершенно без разницы во что.

– Вот и хорошо! Переодевайтесь и обедать.

Света надела ярко-зеленый махровый халат, который был ей на несколько размеров велик, подпоясалась поясом, надела на ноги тапочки с меховой опушкой и сразу почувствовала себя лучше. Только успели все переодеться, как мама Максима пригласила всех за стол.

В кухне, за накрытым столом, сидел отец Максима и ел вкусно пахнущую тушеную картошку с мясом.

– Проходите, гости дорогие, – с усмешкой произнес он, – где это вы так промокли?

Хозяйка поставила на стол бутылку водки и маленький пузатый графинчик с красным вином.

– Вам надо немного выпить, чтоб не простудиться, а то можно и заболеть! – сказала она с улыбкой. – Мужчинам водочки, а нам со Светочкой – сладкой наливочки.

Ребята с готовностью расселись за столом. Только сейчас они ощутили, как проголодались и устали. На столе, как на скатерти-самобранке, появились большие тарелки с дымящимися щами, творог, молоко, тушеная картошка и пирожки.

– Вот, пирожков только что напекла. Горячие!

Валерий Николаевич разлил по рюмкам водку и наливку. Хозяйка тоже села за стол и подняла свою рюмку.

– Всем здоровья, – сказала она и, немного пригубив из своей рюмки, поставила ее на стол. – А Вы Светочка, выпейте до конца, не то заболеете.

Света покорно выпила вкусное сладкое вино, со вкусом смородины и вишни и, почувствовала, как горячительная жидкость, приятно обжигая пищевод, дошла до желудка. Мужчины тоже выпили и с аппетитом принялись уплетать свежие горячие щи. Когда дело дошло до тушеной картошки, Света поняла, что немного захмелела, а голова слегка закружилась. Дмитрий и Максим тоже раскраснелись, вероятно, водка подействовала и на них. После плотного ужина пили чай с пирогами и ватрушками.

– Мне не встать из-за стола, так я наелась! Спасибо, Мария Александровна, за угощение, – обратилась Света к хозяйке.

– Вот и хорошо, вот и на здоровье.

– Я помогу Вам со стола убрать, – предложила девушка.

– Ну, вот еще, чего не хватало! Заставлять гостей после себя убирать. У нас так не делается. Идите, я вижу, вам не терпится.

– Пойдемте ко мне в комнату, – Максим встал из-за стола и поцеловал мать в лоб.

– Иди, иди, – подтолкнула она сына, – в следующий раз поможешь.

На кухню зашел кот грязно-бежевого цвета, с забавной плоской мордочкой и разноцветными глазами. Кот подошел к столу, по-хозяйски уселся возле Светы, оглядел всех и хрипло мяукнул.

– Можно взять его на руки? – спросила Светлана и погладила его по спинке.

– Не жалко, бери, если хочешь, он не царапается. Но смотри, он грязный, где-то на улице под дождем шлялся. Мы его не очень-то балуем.

Светлана подняла кота и положила себе на колени, перевернув его на спинку, как ребенка. Кот не сопротивлялся.

– Какой флегматик, – Света почесала кота за ушком. – А как его зовут?

– А кто как назовет, – засмеялся Максим, – он у нас на все клички откликается.

Кот лежал на коленях у Светы и внимательно смотрел на нее разноцветными глазами и громко, благодарно мурлыкал, удивляясь свалившейся на него ласке.

Дмитрий хоть и расслабился слегка за столом от выпитого и съеденного, но все равно весь ужин сидел как на иголках, нетерпеливо дожидаясь момента чтобы открыть сумку. Наконец, этот долгожданный миг настал.

В комнате Максима было по-спартански пусто: кровать, письменный стол с компьютером, книжный шкаф. Мужская комната, ничего лишнего.

– Приступим к «вскрытию», – улыбнулся Максим и, расстелив газету на столе, положил на нее найденную ими сумку.

Ножницами он аккуратно, вдоль молнии расстриг сумку и осторожно высыпал ее содержимое на газету.

– Итак, что мы имеем? Косметичка, кошелек, расческа.

– Вот потайной карман, – Дима показал Максиму на молнию внутри сумки. – Наверное, застежка тоже заржавела от сырости, режь и ее.

Максим разрезал ткань возле «молнии» на потайном кармане и достал оттуда сложенный вчетверо тетрадочный лист.

– Ну, что там? – все трое склонились над листком бумаги.

Максим осторожно развернул его. Буквы на листке были большие, но, от многолетней сырости, сильно расплывшиеся. Однако прочитать то, что осталось от слов, все еще было возможно.

«Будь в пятн… возле мос… на …рой дороге в восе.. …сов вечера. Надо пого… ить».

– И все? – разочарованно произнесла Света, опуская кота на пол.

Кот сел возле ног Светы и уходить вовсе не собирался: может перепадет еще немного ласки от этой незнакомки.

– Зря старались!

– Вот и не зря, – не согласился Максим. – Что мы имеем? Во-первых, явно, что это сумка Насти. Во-вторых, человек, который написал эту записку, и не поставивший под ней свою подпись, явно имел какой-то нехороший умысел, приглашая девушку на встречу. Иначе, зачем было скрывать свое имя? А так, совершенно безликое письмо! Непонятно кто и когда его писал: мужчина или женщина, знаком был это человек девушке или нет, какого числа написано послание? Из этого можно предположить, что Настю заманили в безлюдное место, чтобы убить или хотя бы припугнуть.

– Жаль, что нет конверта, и мы не знаем, откуда пришло письмо, – посетовала Светлана.

– А может оно по почте не приходило, а Насте его отдали в руки или подкинули, – предположил Дима.

– Во всяком случае, мы можем сделать еще один важный вывод, – уверенно сказал Максим.

– Какой?

– Вряд ли Настя поехала на свидание в такой поздний час и в такую глушь к незнакомому человеку. Понятно, что она этого человека хорошо знала.

– Или думала, что знает.

– И, наверное, это был очень важный для нее вопрос, на тот момент, – начала Света. – Я думаю, она ждала Игоря.

– Совершенно верно! – согласился Максим, заворачивая сумку в газету.

– Сопоставив все, таким образом, можно сделать однозначный вывод: Настя думала, что едет на встречу с Игорем Сомовым, – подытожил Дима. – А приехала Жанна! Ведь егерь видел за рулем только женщину.

– Почему ты решил, что это была именно Жанна? Может быть это была другая женщина? Мало ли красных «Москвичей»…

– Больше не кому. Ни у кого из наших подозреваемых не было такой машины, кроме Жанны.

– Но Метелкин не встретил на дороге красный «Москвич», – возразила Света.

– Вероятно, дело было так: Жанна наткнулась на машину егеря, которая неожиданно выехала из-за поворота, и она не смогла избежать этой ненужной ей встречи. Но машину Метелкина она увидела раньше, чем он ее, выключила фары и свернула на заброшенную дорогу, переждала, пока он проедет мимо, а потом доехала до моста. Если она действительно пряталась, это опять-таки говорит о ее злом умысле. То есть, проще говоря, она ехала избавиться от Насти. На счастье Жанны, кроме егеря, никто ее больше не видел. Что произошло на мосту между нею и Настей, мы можем узнать только от Сомовых. Жаль, что доказательства против них, только косвенные.

– Но ведь есть же, в конце концов, почерковедческая экспертиза. И хотя почерк человека с возрастом меняется, специалист всегда может определить, кто написал письмо.

– Одна надежда на это, но: первое – текста слишком мало, второе – наверняка писавший записку, изменил свой почерк, третье – никто не даст разрешение на экспертизу.

– Почему?

– Потому что не с чем сравнить эту записку: Сомовы не подозреваемые… и поэтому никто не позволит брать у них образцы почерка.

– Еще надо выяснить, был ли действительно на тот момент красный «Москвич» у Жанны.

В комнату заглянула Мария Александровна.

– Ребятки, – обратилась она к Свете и Диме, – время позднее, ьоставайтесь ночевать сегодня у нас.

– Что Вы, мы не хотим Вас стеснять, – ответила Светлана.

– Оставайтесь, – попросил Максим, – и одежда ваша еще не высохла.

Светлана посмотрела на Диму.

– Я не против, – ответил он.

– Ну, хорошо, мы останемся, – согласилась Светлана.

– Вот и замечательно. Светочке я здесь постелю, а мальчикам – в зале.

– Гостеприимная у тебя мама, – похвалил Дима.

– Да, она гостей любит.

К ночи дождь перестал стучать по окнам. Мария Александровна приготовила каждому постель и ушла к мужу в спальню.

– Я тоже спать хочу, – сонно сказала Света, – совсем не выспалась сегодня.

– Намек поняли, – ответил Максим. – Пошли Димон спать.

Дмитрий с удовольствием вытянулся на диване, закутался одеялом и закрыл глаза. Он слышал сквозь дремоту, как Максим с кем-то тихо разговаривал по телефону, а потом провалился в сон.

Посреди ночи он неожиданно проснулся от какого-то странного шепота, приподнял голову с подушки и прислушался. Максим тихо спал в другом конце комнаты. «Показалось», – подумал он и, повернувшись на бок, попытался снова заснуть. Однако, прямо возле уха снова послышался невнятный тихий шепот. Дима резко повернулся и поднял голову: прямо перед ним в воздухе «парило» еле видное бестелесное существо. Это была не Настя, а старушка, высокая и тощая. Чувства страха у Димы почему-то не было. Наоборот, ему было любопытно и интересно. Старуха, заметив, что Дима ее видит, наклонилась к нему и начала шептать что-то быстро и непонятно. Дима пытался расслышать отдельные слова в этом бесконечном горячем шепоте: «Найди… медиума… два дня… Настя… напишет…». «Настя просит через 2 дня найти медиума, чтобы что-то передать мне, – подумал Дима». Старушка благодарно закивала головой и, улыбнувшись страшным беззубым ртом… растворилась в темноте комнаты.

Утром Дмитрий проснулся с головной болью. За окном опять стучал дождь. Максима в комнате не было. Вставать не хотелось. Он вспомнил, что ночью во сне видел какую-то старуху. «Привидится же такое, – подумал он. – А может это был не сон? Что она там бормотала? Ах, да… что-то про медиума».

В дверь заглянула Светлана и, увидев, что он проснулся, прошла в комнату и присела на стул рядом с Димой.

– Вставай, соня, все проспишь.

– Послушай, мне ночью что-то привиделось, не пойму: на самом деле это было или во сне?

– Что же? Не Настя ли опять? Вот уж не удивлюсь. Давай рассказывай.

– А где Максим?

– Он позавтракал и ушел по делам.

– Привиделась мне незнакомая старуха. Она мне что-то долго шептала, но я понял только одно: Настя просит найти медиума.

– А где же мы найдем настоящего медиума? – растерянно произнесла Света.

– Надо спросить нашу секретаршу из редакции: она все про всех знает.

– Не думаю, что легко найти такого специалиста. Это очень редкий дар, работать с духами крайне опасно.

– Попробуем разыскать.

Как ни странно, но в Приволжске действительно жил медиум. Его адрес дал Диме знакомый журналист.

Звонок был сломан, пришлось Диме стучать кулаком в дверь. Открыл им мужчина неопределенного возраста, среднего роста, с большими залысинами на голове. Он был немного похож на ковбоя из фильма о диком западе: в старых потертых джинсах и клетчатой рубашке.

– Николай Аркадьевич?

– Да.

– Вы… медиум? – осведомился Дмитрий, недоверчиво рассматривая мужчину.

– Совершенно верно.

– Самый настоящий медиум? – улыбнувшись, переспросила Светлана.

– А что вам угодно, молодые люди?

– Видите ли, Николай Аркадьевич, у нас к Вам огромная просьба, помочь нам в одном, очень важном деле.

– Ну что ж, проходите в комнату, раз пришли по делу, – он провел их в кабинет, где целая стена была заставлена разномастными стеллажами с огромным количеством книг.

– Прошу Вас, – мужчина сел за внушительного вида письменный стол и показал гостям на стулья. – Внимательно Вас слушаю.

Дмитрий смущенно посмотрел на медиума.

– Ну что же Вы, давайте, не стесняйтесь, – ободряющим голосом произнес мужчина. – Я выслушаю все, что ни скажете и, уверяю Вас, не стану над этим смеяться, если Вы этого опасаетесь.

– Тогда, – начал Дмитрий, – сразу начну с главного: видите ли, мы со Светой видели призрак. Десять лет назад этот человек исчез. Не нашли до сих пор ни этого человека, ни его останков, если он умер. Вчера ночью мне явился другой призрак, который попросил меня найти настоящего медиума, и сказал, что Вы поможете ему что-то передать нам, какое-то послание. Сегодня ночью, если я правильно понял, привидение явится Вам. Вы согласны принять наше предложение и встретиться с ним?

– Очень интересно, – невозмутимо ответил медиум. – Если имеется в виду психография, то в принципе, на это способен любой человек, не обязательно для этого искать медиума. Хотя… с медиумом все гораздо проще.

– А что такое психография?

Мужчина встал из-за стола и прошелся по комнате.

– Есть теория, которая предполагает существование глобального информационного поля, в котором все будущее и прошлое, зафиксировано. Так вот, сведения оттуда поступают, время от времени к различным людям, и чаще всего, обычным. Например, это бывает при автоматическом письме, которое специалисты называют психографией. В истории есть такие факты, когда в обычного человека вселяется тот или иной дух и, пользуясь им, диктует свое послание. Приведу известнейший пример психографии. В конце 19 века, а точнее в 1872 году, дух Чарлза Диккенса, через посредника американца Джеймса, молодого человека без образования, никогда не бывавшего в Англии, продиктовал продолжение своего незаконченного романа «Эдвин Друд».

– Как это произошло?

– Началось с того, что Джеймс написал себе письмо, от имени Диккенса, в котором его дух просил Джеймса записать под диктовку его незаконченный последний роман. Джеймс согласился. Это случилось ночью. Джеймс сидел у письменного стола и ждал, внезапно он потерял сознание, а когда очнулся, вокруг него валялись исписанные листы бумаги. Так продолжалось до тех пор, пока дух писателя не закончил свой роман.

– И что, это признанный факт?

– Во всяком случае, большая часть американской и европейской прессы, признала это творчество за совершенное факсимиле слога Диккенса.

– А у нас в стране, есть такие факты?

– Конечно, есть. Например, в начале 1990 года мама двенадцатилетней московской школьницы Вики Ветровой, записывала за нею по ночам стихи. Специалисты, которые прочитали их, признали, что они были очень похожи на ранние стихи Цветаевой или Ахматовой. Но самое интересное в таком феномене как психография, это то, что человек, написавший и роман, и стихи – об этом не помнит. Это как раз и является доказательством того, что человек не сочиняет сам, а пишет под диктовку неизвестной «сущности».

– А наука как-то объясняет эти факты?

– Феномен психографии известен еще с библейских времен, во всех уголках земли, но попытки объяснить его наукой, к сожалению, пока тщетны. Кто-то посылает нам эти послания оттуда, но кто? Вряд ли мы это когда-то узнаем.

– Так Вы беретесь за наше дело?

– Да, мне это очень интересно с любой точки зрения.

– Значит, сегодня ночью, это должно случиться. В крайнем случае, завтра. Мне дано было два дня на поиски медиума.

– Хорошо, молодые люди, договорились. Если будет положительный результат, я вам позвоню.

Как ни странно, Дмитрий лег спать и, не ворочаясь, как обычно, сразу же уснул и спал без сновидений. Светлана долго металась в постели, несколько раз вставала и смотрела на часы, и только в четыре утра, наконец, заснула.

В девять утра в комнату Дмитрия постучала соседка.

– Дима, вставай. Тебя к телефону.

Дмитрий на бегу стукнул в дверь Светланы и побежал на первый этаж к телефону. Звонил взволнованный медиум.

– Дмитрий, ЭТО случилось!

– Правда?

– Несколько страниц текста. Я сам не верю! Приезжайте!

– Хорошо, ждите, – ответил обескураженный Дима. В глубине души он тоже не верил, что их опыт удастся. И вот – момент истины!

Дмитрий, все еще шокированный этим известием, поднялся на второй этаж, где в дверях своей комнаты его ожидала заспанная Светлана.

– Что случилось? – спросила она, поплотнее запахивая халат. – Я только к утру заснула…

– Звонил медиум, сказал, что все получилось!

– Медиум? Ты не шутишь? Я все-таки как-то не верю в эту психографию.

– А вот сейчас и проверим. Собирайся, поедем в Приволжск. Почитаем, что он написал, вернее… что нам передала Настя. Понимаешь, это момент истины! Если он написал какую-нибудь галиматью, с желанием убедить нас любым путем в психографии, мы сразу поймем. Он ведь ничего не знает, никаких фактов из жизни Насти. Он не знает даже, что это женщина, а не мужчина. Ведь в разговоре с медиумом я нарочно так выразился – не девушка, а «человек», так сказать для чистоты эксперимента.

– Я это заметила, ты правильно сделал, – промямлила Света и, вздохнув, пошла переодеваться. Выспаться не удалось…

Медиум сиял, как начищенный самовар.

– Проходите! Как я благодарен, что вы обратились за помощью именно ко мне.

В его кабинете, на письменном столе, лежала пачка исписанных листов.

– Вот! – торжественно воскликнул медиум и ткнул пальцем в стопку бумаги. – Это неоспоримый факт, подтверждающий существование психографии.

Светлана и Дима присели на диван, все еще не веря, что сейчас они узнают что-то важное.

– Прошу вас, – медиум взял со стола несколько листков и протянул их Диме, – читайте, надеюсь, я оправдал ваши ожидания. Я вас оставлю, и не буду мешать: это увлекательное чтиво, настоящий детектив, трагедия, мелодрама!

Медиум закрыл за собой широкую двустворчатую дверь.

– Приступим, – бодро сказал Дмитрий.

Они буквально взахлеб прочитали текст, написанный медиумом под диктовку «духа». Заканчивалось письмо так: «Будьте в пятницу на мосту».

– Вот это да! – воскликнула Света. – Значит… это все-таки Жанна Сомова?

– Право слово, не ожидал, – согласился с ней Дима. – А эти последние строчки написаны явно для нас. Она будет ждать в пятницу на мосту.

– Ну, что? – услышав их восклицания, в комнату снова зашел медиум. – Как? Чувствую, что вы получили ответы на свои вопросы.

– Расскажите, Николай Аркадьевич, все произошло, так как Вы ожидали?

– Практически, да. Я сидел вот на этом самом месте, – он похлопал ладонями по столу, – было уже за полночь. Я приготовил ручку, бумагу и ждал. Мне сильно хотелось спать, и я боялся, что усну. А потом… я ничего не помню!. Очнулся утром, спящим, на своем стуле. Смотрю, а передо мной лежат листы исписанной бумаги. Все гениально просто! – он засмеялся, запрокинув голову назад. – Ну что? Вы довольны?

– Честно говоря, не верили, что такое возможно, – сознался Дмитрий.

– Я тоже сначала не поверил. Человеку свойственно сомневаться и не верить, пока он сам на себе не испытает это.

– Спасибо, Николай Аркадьевич.

– Вам спасибо.

Наступила долгожданная пятница. К мосту они приехали заранее и, дожидаясь назначенного времени, сидели в салоне джипа, приоткрыв дверцы машины. Погода стояла ясная, теплая, безветренная. Внезапно резко похолодало, и на реку опустился редкий голубоватый туман. Он появился так же неожиданно, как и в ту ночь, когда Дима искал на дороге тело сбитой им женщины.

– Сейчас начнется, – тихо прошептал он.

– Откуда ты знаешь? – так же тихо спросила Светлана и добавила, – Мне страшно!

– Я читал, что перед появлением призрака, вокруг становится холоднее, – ответил за Диму Максим. – Не бойся, Светочка, ведь мы уже встречались с привидением…

– Согласен, – согласился Дима, – мы ЕЙ нужны и ОНА ничего плохого нам не сделает.

Они вышли из машины. На другом конце моста, на самом спуске к реке, появилось что-то похожее на человеческую фигуру. Сначала ЭТО больше походило на плотный сгусток тумана, через который просвечивали перила моста, но затем сгусток сделался ярче, светлее и отчетливее, как будто кто-то невидимый установил подсветку внутрь появившегося «существа» из другого мира.

– Надо подойти поближе, – предложил Максим.

– Давайте еще подождем, – не согласилась Света. Она чувствовала, как дрожит всем телом, сама не понимая отчего: от холода и сырости, или от собственного страха, волнами захлестывающего ее.

Струящийся сгусток тумана, наконец, оформился в женскую фигуру: это был призрак Насти. Та же длинная белая коса, которая казалось, стала еще длиннее, бледное грустное лицо и опущенные вниз глаза. Призрак пошевелился, ожил, взмахнул рукой, как будто призывая людей следовать за ним, и повернувшись к реке, сделал шаг по тропинке вниз

– Пора, – тихо, словно боясь вспугнуть привидение, прошептал Дима и шагнул на мост.

Ребята последовали за ним и быстро пересекли мост, стараясь не упустить из виду призрак, который спустился вниз, к самой реке и уже выглядел как часть густого тумана, покрывающего всю поверхность реки. Призрак тихо и невесомо двигался над землей вдоль берега. В тумане видно было плохо, несмотря на полную луну, и ребятам пришлось туго, пробираясь в зарослях кустарника вслед за призраком. Где-то вдалеке, наверное, в лесу на другом берегу, заухал филин. Светлана споткнулась от неожиданности, и чуть было не упала в реку. Максим успел подхватить девушку и, почувствовав как сильно она дрожит, молча взял ее за руку и повел за собой, приминая кустарник, чтобы Светлане было не так трудно идти по этим непролазным зарослям. Призрак был уже где-то далеко и почти слился с туманом. Под ногами зачавкала земля, и слышно было, как впереди, Дима ломает ветки молодой поросли. Внезапно, туман исчез, также быстро и неожиданно, как и появился. Они увидели призрак так ясно, как будто кусочек луны упал в темноту леса. Ребята догнали Диму и перевели дух. Призрак приблизился к краю водной глади и остановился. Девушка-привидение смотрела на воду, казалось, что-то там высматривая. Наконец, она повернула голову к людям, и они увидели, что у нее по щеке поползла слеза.

– Посмотрите, она плачет, – взволнованно прошептала Света.

Призрак сердито посмотрел на Светлану и, указав пальцем в воду, вдруг… исчез.

– Что теперь? – растерянно спросила девушка. – Что ОНА хотела этим сказать?

– Думаю, что ее останки здесь, под водой, – предположил Дима, и обратился к Максиму, – а ты, что думаешь?

– Вот завтра и посмотрим. Надо отметить это место чем-нибудь ярким. У кого-нибудь есть какая-нибудь яркая тряпка, чтобы издалека было видно?

– У меня есть носовой платок. Можно привязать его к ветке дерева, – Света достала из кармана куртки платок и дала Диме.

– Завтра сообщу начальству, что надо здесь искать останки Насти.

– Думаешь, тебе поверят?

– Надеюсь.

– А как ты это объяснишь?

– Покажу письмо, которым Настю заманили сюда. Это серьезная улика.

Немолодой мужчина натянул водолазный костюм.

– Вы не думайте, что речка наша выглядит так невинно. Говорят, омуты в ней есть, глубочайшие, да и родники бьют холодные: враз ноги и руки сведет, и сердце остановится, – предупредил водолаза один из зевак.

– Знаю я ваши края, сам когда-то в этих местах жил, и коварство этой речки мне известно. Как-то одного утопленника искали, дня три наверное, как ни пытались, не нашли. Хотя свидетели точное место указали. Настолько глубоко оказалось, что дно бочага нащупать так и не удалось, да и в воронку того и гляди засосет. Бросишь щепку на середину омута, она покрутится-покрутится как пушинка и камнем под воду.

Ребята терпеливо ждали, когда водолаз войдет в реку.

На мосту стоял милицейский «газик», а возле него валялось несколько брошенных на произвол судьбы велосипедов. Всего народу собралось десятка два: это были милиционеры из Николаевска, и любопытствующие взрослые и ребятишки из Заречья, прослышавшие о приезде водолаза. Отец Максима тоже приехал на своем мотоцикле. Светлана с Дмитрием держались возле Максима, который обсуждал что-то с приезжими коллегами.

Водитель милицейского «газика» сломал рядом стоящее тонкое деревце, примерно около трех метров в длину и прощупал глубину реки возле берега. Оказалось довольно глубоко: сразу возле берега начинался обрыв. Водолаз привязал к своему поясу веревку-страховку, второй конец отдал водителю. Наконец-то, он подошел к кромке воды, сел на траву и осторожно сполз в воду. Исчезла его голова, по поверхности воды пошли пузыри воздуха, а веревка в руке у водителя продолжала разматываться. Все разговоры стихли. Над поверхностью воды снова показалась голова водолаза. Жестом он показал водителю на небольшую металлическую лопатку, лежащую на берегу. Водитель бросил ему лопатку и прокомментировал для присутствующих:

– Видно что-то нашел, откопать надо.

– Наверное, илом заросло, – предположил кто-то из присутствующих.

Прошло еще немного времени, когда голова водолаза вновь показалась из воды в паре метров от берега. Он выбросил на берег лопатку и вытащил из воды человеческие останки.

– Неужели Настя?! – охнул кто-то из зевак.

– Так и есть, кому ж быть? – согласился другой.

Останки упаковали в полиэтиленовый мешок и отнесли в милицейскую машину. Деревенские мальчишки быстро оседлали свои велосипеды и наперегонки понеслись в Заречье, чтобы первыми рассказать о новостях всем остальным, кто не мог присутствовать при таком впечатляющем и необычном для них зрелище. Уехал милицейский «газик». Постепенно разъехались все зеваки.

– Что ж, пора и нам? – сказала Светлана обращаясь к Максиму. – Я так устала… А что там с красным «Москвичем»?

– Я узнал: красный «Москвич» действительно был у отца Жанны, – ответил ей Максим.

– Значит, Жанна вполне могла им воспользоваться, – уверенно сказал Дима.

В Приволжск они добрались к вечеру. Втроем, на Димином джипе они подъехали к дому Сомовых.

– Последний этап нашего расследования в завершающей стадии, – с пафосом произнес Дмитрий. – Вы согласны?

– Согласны, Пинкертон, – засмеялась Светлана.

– Ладно. Шутки в сторону. Послание от Насти, которое записал медиум, предъявить в милиции нельзя, это и ежу понятно, – сказал Максим.

– Ясно, что никто посторонний в эту историю не поверит. Но, все равно, надо Сомовых как-то застать врасплох. Но как? – откликнулась девушка.

– Светлана знакома с Игорем, ты, Максим – официальное лицо, тебе нельзя, значит надо идти мне. Правда, Жанна однажды меня видела у подъезда и, наверное, запомнила, но ничего страшного. Покажу им и письмо, которым Настю вызвали к мосту, и Настино послание, которое записал медиум. Посмотрим, что они скажут!

Дмитрий хлопнул дверью и пошел к подъезду, возле которого сегодня никого не было. Бабульки, отсидев весь день на скамейке, уже разошлись по домам смотреть любимые сериалы. На дверях подъезда был кодовый замок, пришлось подождать, чтобы кто-нибудь вышел из подъезда. Через пять минут из дверей выпорхнули две девушки. Высокая блондинка весело стрельнула глазками в сторону Дмитрия, но брюнетка быстро потащила ее за собой.

– Мы опаздываем, – она недовольно взглянула на Диму и, взяв подругу под руку, потянула ее в сторону автобусной остановки.

Девчонки не успели закрыть дверь подъезда и Дмитрий, воспользовавшись этим, вошел в тамбур. Сорок шестая квартира находилась на третьем этаже. Дмитрий остановился возле двери, помедлил немного, собираясь с мыслями, и нажал на кнопку звонка.

Дверь ему открыл Игорь. Он был в коротком сером халате и брюках.

– Что угодно? – он вопросительно смотрел на Дмитрия.

– Игорь Петрович Сомов?

– Он самый.

– Мне надо с Вами поговорить.

– А кто Вы, можно полюбопытствовать?

– Корреспондент районной газеты, из Николаевска.

– А какое отношение я имею к вашей газете?

– Кто там? – из глубины квартиры донесся женский голос.

– Сейчас разберемся, – ответил Игорь. – Вы по какому вопросу?

– По личному.

– Ну, проходите, – он закрыл за Димой дверь, и жестом предложил пройти в комнату.

– Вот, Жанна, корреспондент к нам, из Николаевска, по личному делу, – представил он гостя Жанне и, сидевшей рядом с нею на диване женщине в бигуди на голове. «Наверное, соседка – подумал Дмитрий, – как некстати».

– Дмитрий Юрьевич, – представился Дима и по взгляду Жанны понял, что она его узнала.

– Ну, я пошла, – сказала женщина в бигуди, почувствовав себя лишней, – заходи ко мне, Жанночка.