Читать книгу "Синтонимы. Четвертый лишний"

– Ангела, слышишь меня?

Синтоним нашел в себе силы твердо ответить:

– Да. Где ты?

– Я сейчас в одном местечке. Не знаю, слышал ли ты об этом или нет, но… Я в комнате самоуничтожения.

Глаза Ангелы расширились:

– Зачем ты там?

– А из названия не понятно? – язвительно спрашивал Трой, но в голосе его слышался страх. – Не переживай. Я велел всем уходить отсюда. – Он усмехнулся.

– Трой, не смей это делать!

– Это я уже слышал, знаешь, сколько раз? И от мамаши, и от папаши.

– Так ты узнал правду?

– Да, еще тогда, когда вы всей компанией разбирали жизнь Марвел. После вскрытия плеча Логана я пошел в комнату слежки, где увидел и услышал все, что вы говорили. – И снова неуверенный смешок. – Честно говоря, было обидно, даже очень.

– Трой, послушай, сдайся им. Оно того не стоит. Зачем ты вообще это делаешь?

– Слышал, вас там накрыли, – проигнорировал вопрос Трой. – Сколько тебе еще осталось?

– Я не знаю…

– О, я придумал! – неожиданно энергично сказал Трой. – А давай умрем вместе? Тогда мне уж точно будет все равно, жив ты или нет.

– Не неси чушь! – вмешался в разговор Рейден.

– Знаешь, Ангела, – Трой продолжил, – одно решение может оборвать все: эксперименты, жизнь «ПН», Мейнса и, конечно же, твое преследование, ведь после этого решения потеряется смысл существования всего, связанного с ними.

– Трой, пожалуйста, не надо! – Ангела через силу повышал голос.

– Прекращай! – неожиданно грозно сказал Трой. – Ты ведь и сам понимаешь, что это единственный выход! Я уже говорил, что «ПН» можно уничтожить только изнутри! И я говорил это не просто так. Я с самого начала планировал сделать это, понимаешь? Я с самого начала планировал вернуться в «ПН», был бы только предлог. И в то же время… – Трой вздохнул, – да, ты был прав. Я ушел туда, чтобы избавиться от чувства одиночества и ненужности. Я устал от них, понимаешь? Так или иначе, но все пришло бы именно к такому концу, пойми! И ты ни в чем не виноват. И никто из дорогих тебе людей не виноват. Это я принял решение. Не пытайся даже…

– Пожалуйста! – Слезы уже ручьем текли по щекам Ангелы. – Подумай о других! О Крэме, о Рике! Ты оставишь их всех с чувством вины. Черт побери, подумай обо мне, Трой! Прошу тебя: не надо.

Маклин молчал несколько секунд, показавшихся вечностью. Ангелу трясло от волнения за его жизнь. Но тут Трой вздохнул, помолчал еще секунду и ответил:

– Прощай.

Связь оборвалась. Ангела широко раскрытыми глазами смотрел на экран телефона, на котором только что высвечивалось имя Троя. И тысячи ножей кромсали и раздирали его изнутри, когда он осознавал, что больше никогда этого не будет. Он зарыдал, растирая мокрые щеки выпачканной в пыли рукой, а в другой сжал телефон.

Какая-то частичка Рейдена тоже исчезла, оставив после себя пустое место, которое не скоро заполнится. Вернее, никогда. Каждая новая потеря напоминала ему о старой, и так могло длиться до конца его дней. Это как один и тот же кошмарный сон, который снится из ночи в ночь, и ты уже боишься сомкнуть веки, уснуть и снова проснуться в холодном поту.

– Время вышло! – победно объявил сотрудник «ПН». – Приготовиться. А тебе, Ангела, даю еще пять секунд, затем мы начнем стрелять. Раз…

Рейден взял Ангелу за руку, и парни смотрели друг другу в глаза, пока шел отсчет:

– Два…

Рейден сглотнул и сказал:

– Я рад, что встретил тебя.

– Три…

Ангела ответил:

– Я тоже.

– Четыре…

Друзья сжали руки так сильно, как только могли, не отрывая взгляда друг от друга.

– Пя…

– Стойте! – окликнул всех кто-то, похоже, тоже из сотрудников «ПН».

Рейден и Ангела ослабили хватку и прислушались.

– Что такое? – спросил угрожавший им расправой.

– Поступил приказ от миссис Абигейл.

– Какой же? Ну!

– Приказано… приказано отменить операцию и уходить.

– Но почему?

– Потому что… – каждое слово давалось ему с трудом, – потому что «ПН» больше нет.

Услышав это, Ангела распрощался с робкой надеждой на то, что Трой передумает. Он услышал гул с улицы, услышал поспешный топот ног из коридора и смог поднять голову, чтобы разглядеть, кто вошел в помещение, – это была Мелани. Она подбежала к нему и с помощью Рейдена подняла Ангелу на ноги, закинув его руки себе на плечи. Они обеспокоенно что-то говорили, но он уже не разбирал слов. Последним звуком, что синтоним услышал, был стук захлопнувшейся двери машины.

37

В Лесу Мерцаний Рейдена, Мелани и Ангелу встретила Ландиниум. Позже к ней присоединились остальные. Рейден на спине нес Ангелу, чье дыхание он едва чувствовал на шее. Кастилия поспешно провела их в пещеру Эха для разговора с Лесом Мерцаний.

Изнутри эта пещера почти ничем не отличалась от обычных. Ну разве что вода здесь текла снизу вверх и сталактиты поменялись местами со сталагмитами. Но даже не это удивило Рейдена. Возле пещерного родника без сознания лежала Марвел. Со стороны она выглядела спящей красавицей: поза девы – ноги прямые, руки раскинуты в стороны; те же золотистые волосы и умиротворенное лицо, те же приоткрытые губы. Мелани подошла к ней, прежде чем до нее добрался Рейден, и проверила дыхание и сердцебиение.

– Жива, но дыхание и сердцебиение очень слабые, – объяснила она Рейдену.

– Что с ней? С ней все будет хорошо?

Но на эти вопросы ответила подошедшая к ним Кастилия:

– Марвел решила совершить обмен с Лесом Мерцаний, чтобы Ангела выжил.

– А какова цена обмена? – спросил Рейден.

– Ее жизнь.

Красс стал чувствовать не частое, но и не редкое дыхание друга. Обмен действовал. Но от этого ухудшалось состояние Марвел.

– Сейчас они оба находятся на грани смерти, – продолжила Кастилия, изредка, как бы боясь реакции Мелани, поглядывая на нее. – Еще немного, и Ангела придет в себя, а Марвел…

– Неужели обязательно кто-то должен умирать? – вмешался в разговор Рейден. – Вы даже представить себе не можете, как мы устали оттого, что кого-то теряем либо же становимся свидетелями расправы над кем-то.

Парень аккуратно опустил Ангелу на землю рядом с Марвел. Вместе они смотрелись так гармонично, что он некоторое время не смог отвести от них взгляд.

«И как же я раньше не догадался, что они – мать и сын? Ведь они так похожи…»

– К сожалению, таково условие Леса Мерцаний, – ответила Мелани, поглядывая на Кастилию.

Рейден заметил эти робкие попытки зрительного контакта. По глазам женщин он отчетливо видел, что они хотят насмотреться друг на друга, компенсировать десятки, а то и сотни лет разлуки. Они хотели о чем-то поговорить, но по какой-то неведомой ему причине вели себя так, словно не были знакомы. И остальных сестер это тоже касалось. Ландиниум даже боялась поднять глаза на Мелани, а Райбин и Эрзария и вовсе вышли из пещеры.

– Я хочу поговорить с Лесом Мерцаний, – решительно сказал Рейден. – Что мне для этого нужно?

– Просто говори, здесь и сейчас, – ответила Мелани. – Мы в пещере Эха – единственном месте, откуда ты лично можешь говорить с Лесом, и он ответит.

Рейден набрался духу, отдышался и посмотрел куда-то вверх, словно перед ним стояло воплощение Леса Мерцаний.

– Послушай, – начал он, сжимая кулаки, – ты ведь знаешь, чего я хочу, но все-таки озвучу это: я больше не желаю видеть смерть близких. Я хочу все прекратить. Сделать так, чтобы мы с Ангелой снова были друзьями, не задумываясь о том, какие опасности ждут нас впереди. Я хочу, и он – тоже, чтобы все встало на свои места… Но этого не произойдет, пока дорогие нам люди продолжают умирать. Будь то Ангела или Марвел. Только что мой… друг покончил с собой, уничтожив опасное объединение и унеся много жизней. Но он спас нас с Ангелой. Я понимаю, что, если бы не его смерть, нас сейчас здесь не было бы, но… Ты ведь чувствуешь, что осталось у нас в душе после его смерти, что оставалось каждый раз, когда кто-то нас покидал, когда мы наблюдали за мучениями близких и осознавали, что ничего не можем сделать. Это ужасное чувство, душераздирающее. Я не могу представить чувства Ангелы, когда он придет в себя и узнает, что его мать отдала жизнь за него, равно как не могу представить состояние Марвел, которая, очнувшись, узнает, что ей так и не удалось спасти единственного сына. Поэтому, пожалуйста, хватит смертей. Должен же быть другой выход!

Последние слова особенно звонко отразились от стен пещеры.

Мелани опустила взгляд, пораженная речью Рейдена.

«Этот парнишка так привязан к Ангеле, а я хотела снова принести его в жертву обмену…»

В этот момент она встретилась взглядом с Кастилией, которая все это время не отрывала от нее глаз. На этот раз Мелани не стала отворачиваться. Они смотрели друг на друга, пытаясь зрительным контактом сообщить друг другу нечто важное. Но Мелани упиралась. Она чем-то напоминала Троя. Ей тоже было нелегко меняться, отрекаться от того, что сопровождало ее почти всегда, – от ненависти. Она считала, что это проявление слабости, что это позор для нее – сдаться, чтобы не быть одной.

– Что ж… – услышали все находившиеся в пещере Эха.

Это был Лес Мерцаний. Голос специфический: никто никогда не мог понять, женский он или мужской, детский или взрослый. А может, все это – лишь иллюзия, а на деле каждое слово вкладывают им в разум и потому они не могут различить его обладателя?

– Рейден Красс, ты меня удивил. Меня восхищает твое стремление спасти друга, никого не теряя. И…

Сердце подростка сжалось в ожидании ответа.

– Я удовлетворю твою просьбу, сделаю исключение для тебя.

Рейдена словно из горячей ванны перекинули в холодную. От резкой смены эмоций у него закружилась голова. И даже Мелани, Кастилия и Ландиниум вздохнули с облегчением…

– Но! – вставил Лес Мерцаний. – Я хочу другую плату.

Парень напрягся, ожидая, что Лес пожелает его жизнь.

– У тебя есть кое-что, очень ценное, что вполне может послужить для обмена на жизнь. Это нечто тебе и принадлежит, и не принадлежит одновременно.

– И что же это?

Лес Мерцаний после короткой паузы ответил:

– Воспоминания Ангелы за последние пять месяцев.

– Что? – спросила Мелани. – Но если сделать это, то он забудет обо всем, включая смерть сестры.

– Верно, – продолжал Лес Мерцаний. – Он забудет все потрясения, приключившиеся с ним, а те, что отразились на его жизни, будут изменены. Но не это главное. Главное – он забудет Рейдена навсегда. Воспоминания о тебе особенно важны, потому что именно с тебя все и начиналось. Конечно, я могу оставить все как есть. Решать тебе, Рейден Красс.

Парень был словно в трансе. Он не хотел даже представлять, что когда-нибудь, через год или два, они с Ангелой встретятся и тот равнодушно пройдет мимо, а он будет с болью смотреть ему вслед. Друг пройдет мимо потому, что Рейден станет для него незнакомцем. Потому что он не вспомнит ни капли из пережитого вместе, ни единого слова, сказанного ему. А если начинать все сначала, то так будет еще больнее. И тогда, стоя в пещере Эха и осознавая, что иного выхода нет, смирившись с мыслью об утрате самых драгоценных моментов жизни, Рейден понял, что не все можно повторить дважды. Отрывая каждое слово от сердца, парень произнес:

– Я согласен.

Лес не ответил. Парень под встревоженными взглядами сестер подошел к Ангеле, опустился на колени и последний раз посмотрел на его умиротворенное лицо, измазанное грязью. И поспешил уйти. Уже на выходе его догнала Мелани.

– Рейден, ты уверен, что хочешь этого?

Он остановился. Ему не хотелось поворачиваться лицом к Мелани, потому что там, за ее спиной, пещера, в которой лежит его друг. Посмотреть назад означало взглянуть в болезненное прошлое, о котором ему самому теперь хотелось забыть. Похоронить Ангелу в куче своих воспоминаний. Но чем больше он старался это сделать, тем больше тот врезался в его память.

И тогда Рейден ответил:

– Больно быть другом того, кто бессмертен.

38

Колледж Норбери в Стокгольме ждал своих студентов на пары с 8:30.

Сейчас на часах было 8:28. Подростки поспешно, поправляя свои сумки, проходили через металлоискатель, показывали студенческие билеты контролерам и бежали к расписанию или же на всех парах неслись в аудитории, пока грозная директриса не прошла по коридору и своим зычным голосом не поторопила опаздывающих.

8:31.

Через отполированное стекло широких дверей охранники и контролер по дисциплине заметили кого-то, кто необычно быстро бежал в сторону колледжа. Он перепрыгивал через три ступеньки, уже выбился из сил, пока бежал от машины, но добрался до входа. С облегчением он распахнул дверь, прошел через металлоискатель и подошел к контролеру, показывая свой студенческий.

– Рейден Красс, – важно протянула контролерша в очках, исподлобья глядя на запыхавшегося подростка. Парня всегда забавляла прическа женщины: складывалось впечатление, что на ее голову накрутили вермишель баклажанного цвета. – Я постоянно вижу твою фамилию в списке опоздавших.

– Простите, миссис Карпер. – Но от извинения ни одна морщина на лице пожилой женщины не дрогнула. – Я не высыпаюсь, поэтому…

– Знаешь, сколько раз я это слышала? – Она вскинула бровь. – Давай, иди.

Рейден уже прошел мимо нее и направился к лестнице, как услышал вдогонку:

– То, что ты из богатой семьи и сынишка известных людей, не должно давать тебе поблажек!

Парень вошел в кабинет, в сто пятый раз извинился перед преподавателем, в сто пятый раз подождал, пока тот насладится своей властью над ним и окинет его презрительным взглядом, и в сто пятый раз вытерпел насмешки одногруппников. Вернее, одногруппниц. В группе он был единственным парнем среди одиннадцати девчонок.

«А вот в параллельной группе куча парней и мало девчонок, но родителям обязательно нужно запихнуть меня туда, где шанс найти девушку гораздо выше. И плевать они хотели, что мне неудобно учиться в женском коллективе… Интересно, что было бы, поступи я в колледж Святой Мелани?»

Но о том колледже ему хотелось забыть, как и о «ПН», Мейнсе и обо всех остальных, включая Ангелу. Он уже дергался от одного слова «стихия» на парах по философии, когда преподаватель цитировал очередное высказывание какого-то великого человека.

Рейдену просто хотелось вести спокойную жизнь. Да, после летних приключений он слегка изменился: растерял хладнокровие, уверенность и даже стал опаздывать.

«Я становлюсь таким, как он».

Иногда Рейден задумывался: быть может, скучая по Ангеле, он сам того не желая, начинает уподобляться ему. Ну, чтобы заполнить какую-то часть внутренней пустоты и все в этом роде.

Перемена. Вместо звонка звучит припев из «Roar» Кэти Перри, а вот на пары студенты отправляются под «Centures» группы Fall Out Boy. Как на войну, честное слово.

В столовой Рейден успел занять один из столиков. Едва он сел, как к нему подошла одногруппница:

– Привет! Ты случайно не встретил сегодня директрису?

– Привет, Селли. Сядешь?

Девушка выделялась на фоне остальных одногруппниц своей миловидностью, рыжими волнистыми, даже немного кудрявыми волосами, круглым лицом и большими зелеными глазами. Однажды, увидев Рейдена с ней, миссис Дейнес рассказала об этом Грегору, и уже вечером парня ждал неиссякаемый поток вопросов: «Кто? Есть парень? Откуда? Вы встречаетесь?».

– Нет, – ответила Селли, держа в руках поднос с едой, – я к девочкам.

Когда она отошла, воздуха стало больше. Рейден почему-то волновался, когда она была рядом. Сейчас же он уселся поудобнее и уже собрался есть, но вдруг…

– О, Рейден!

«Да что за утро такое…»

– Привет, Логан, Лайк. Сядете?

– Да нет, – сказал Лайк, махнув свободной рукой, второй он держал поднос, – я туда, за столик к своим юристам.

Лайк совсем не изменился, даже внешне. Разве что стал уверенней в себе, находясь в коллективе таких же умных парней, как и он.

– Я тоже подсяду к своим, – сказал Логан. Его поднос стоял на столике позади.

Логан тоже не изменился. Вообще ни капельки. Ни внешне, ни внутренне. Словно никто ему плечо не разрезал, словно он не был при смерти.

– Кстати, ты переводиться к нам не собираешься? – спросил Логан. – Ты ведь в группе совсем один из парней. Удобно тебе? Особенно на занятиях по вокалу… Это же, наверное, жесть какая-то.

– Мама мне голову снесет. – Рейден усмехнулся. – Пока не найду девушку, – чего я, кстати, не хочу делать, – к вам дорога закрыта.

– Бе-е-едненький. Тут о тебе уже спрашивают в моей группе. Мол, когда же переведешься.

– Оу, наверное, никогда.

Друзья посмеялись, и Логану пришла в голову мысль:

– На рождественском балу, может, кого-то и найдешь.

– Ты, возможно, тоже девушку найдешь.

Логан усмехнулся:

– Прости, Рейден, но я один из тех, кого ты ненавидишь.

С этими словами он мило улыбнулся и направился к своему столику, оставив Рейдена в недоумении. Красс вопросительно уставился на Лайка, но тот лишь пожал плечами и пошел к своему столу.

«Ну наконец-то можно поесть! А то я даже позавтракать не успел».

Рейден уже потянулся к чаю, как вдруг…

– Привет.

«Этот голос…»

Парня как электрическим током ударило, он едва не подскочил, когда увидел того, кто стоял рядом с ним, держа в руках поднос.

– Анг… А… э-э-э… – Рейден едва не проболтался.

– Я могу сесть? – спросил Ангела и улыбнулся.

– Э-э-э, да, конечно.

И Эрар почти бесшумно опустился на стул. Рейден чувствовал себя как в нагретой до двухсот градусов духовке, ибо все тело пылало от недоумения, а самого его терзали вопросы:

«Откуда он? Что он здесь делает? Прошло ведь всего два месяца. Я только стал привыкать…»

– Меня зовут Ангела, – прервал его размышления Эрар. – Я здесь с нынешнего дня. Поступил на графического дизайнера.

«Дизайнер? Он подписал себе смертный приговор».

Рейдену было страшно даже поднять на него взгляд. Ему казалось, что, если он сделает это, Ангела прочитает его как книгу, и все раскроется. Ему безумно хотелось уйти, убежать в какой-нибудь уголок, отдышаться там и как ни в чем не бывало пойти на пару.

Но в то же время Рейдену хотелось рассмотреть друга.

«А он сильно изменился».

И пусть Ангела не особо подрос за два-то месяца и стиль его одежды тоже не сильно изменился, что-то в нем было ново для Рейдена. Он был в бирюзовой рубашке навыпуск, узких джинсах небесного цвета и бирюзовых кедах на высокой платформе. Из-под бейсболки, надетой козырьком назад, виднелась прядка его бледновато-золотистых волос.

– А тебя как? – спросил Ангела, посматривая на Рейдена, но не отрываясь от поедания пирожного.

– Меня… э-э-э…

Но тут зазвучал спасительный звонок на пару.

– Мне пора, пока! – Рейден оставил поднос с нетронутой едой и выбежал из столовой. По дороге в кабинет он чуть не сбил какую-то студентку. Но едва парень дошел до места, как его окликнул Ангела:

– Стой! Ты забыл свой зонт.

Эрар протянул ему предмет, пристально вглядываясь в глаза Красса.

– С-спасибо.

– Ты так и не…

– Пока!

Рейден уже потянулся к ручке двери, но Ангела перехватил его руку и встал перед дверью, загораживая путь.

– Что ты делаешь? – спросил Красс, отдергивая руку.

– Можешь показать, где находится уборная?

– Что? – Рейден захлопал глазами. – Да, конечно. Она находится…

– Покажи.

– Но я ведь могу…

– Покажи, – настойчивее попросил Ангела, – пожалуйста.

Рейден уже представлял, как преподаватель в очередной раз окидывает его презрительным взглядом, но все-таки решил довести бывшего друга до уборной.

– Зайдешь? – спросил Эрар.

– Зачем? Мне нужно на пару.

– Вчера я полчаса прошагал по коридорам, пытаясь найти выход, поэтому…

– Ладно.

Они зашли в небольшое помещение, и Ангела закрыл дверь. Он подошел к раковине, включил воду и подставил под нее руки, бесцельно их рассматривая.

– Как тебе тут? – спросил Ангела.

– В колледже? – неожиданно оживился Рейден. – Ну, ничего так.

– Я про уборную. – Ангела закрыл кран и подставил руки под сушилку.

– В смысле?

– Ну… – когда парень закончил сушить руки и прибор выключился, он повернулся лицом к Рейдену, – это ведь полностью закрытое пространство. Тут даже окон нет.

– И что с того? – недоуменно спросил Красс, но внутри него постепенно зарождалась догадка.

– У тебя ведь клаустрофобия, разве нет? Помню, как мы с тобой случайно заперлись в кладовке в школе. Ты с ума сходил. А тут…

– Стой! – Рейдену стало невыносимо жарко. – Как ты…

Но он не успел договорить. Ангела развел руками и сказал:

– Ну, здравствуй, Рейден! Давно не виделись, да? Целых… – он начал считать на пальцах, – девять недель!

– К тебе вернулась память? Лес Мерцаний ведь забирает все безвозвратно!

Ангела усмехнулся, подошел к Рейдену, смотря на него снизу вверх, и прошептал:

– А я ничего и не забывал.

– Что? – Рейден сделал шаг назад. – Что же тогда принял Лес Мерцаний в обмен на жизнь?

Ангела опустил взгляд, но ответил:

– Я больше не синтоним.

Рейден едва устоял на ногах, сраженный очередной шокирующей новостью.

– Когда начался обмен жизней с мамой Марвел, я пришел в себя и услышал все, о чем вы говорили. Как только ты ушел, я уговорил Лес Мерцаний забрать у меня все что угодно, но только не воспоминания. И он забрал мое бессмертие, мои способности. Теперь я такой же человек, как и ты.

Ангела улыбался. Было видно, что он действительно рад стать таким, как Рейден, быть ему равным и не выделяться среди остальных.

– Ты сделал это, но зачем?

– Потому что воспоминания о близких мне куда дороже бессмертия. И воспоминания о тебе – тоже.

– Э-э-э… – только и протянул Рейден, когда в уборную неожиданно ворвалась миссис Карпер.

При виде парней она отшатнулась.

– Вы что здесь делаете во время пар?! – возмутилась контролерша.

«Действительно, что мы делаем в мужском туалете-то?..» – мысленно усмехнулся Ангела.

Миссис Карпер отошла от входа, пропуская студентов:

– Я позвоню вашим родителям, если вы сейчас же не…

– Бежим! – сказал Ангела и рванул прочь из уборной. Вслед за ним выбежал и Рейден, пока миссис Карпер задыхалась от возмущения. Жаль, что ребята не оглянулись и не посмотрели на нее: она была похожа на красный шарик, который медленно накачивали воздухом.

Друзья выбежали на улицу. Рейден удивился своей смелости – один он никогда ничего подобного не сделал бы. Он чувствовал, что Ангела заражает его своей смелостью и энергией. И ему это нравилось.

Эрар же что-то радостно выкрикивал, размахивая руками.

Когда ребята оказались за пределами колледжа, они остановились, чтобы отдышаться.

– Мама убьет меня, – со смехом сказал Рейден, упершись руками в колени.

– Не убьет, – успокаивал его Ангела.

– Ты просто не знаешь эту мадам. Жуткая женщина. Когда-то она была директором этого колледжа. Даже страшно представить, что здесь было: казарма, очевидно!

Ангела засмеялся. Рейден был рад услышать этот смех снова. Два месяца назад он прощался с этой маленькой радостью, но вот теперь снова мог ее испытать.

К ним подъехала белая машина с затемненными стеклами. Переднее стекло со стороны водителя медленно опустилось. За рулем сидела блондинка в черных очках, походившая на суперагента. Она поправила очки и сказала:

– Залезайте.

Ангела рванул с места, раскрыл дверь и поманил Рейдена:

– Поехали!

– Что происходит? – спросил Красс, не скрывая своего удивления.

Женщина за рулем подняла очки.

– Ты что, не узнал меня?

– Мисс Марвел! – Рейдену стало жарко. – Извините, не узнал.

В машине помимо Марвел сидел еще и Джинджер. Ангелу просто распирало от радости, что вся компания собралась вместе, а его друг продолжал хлопать глазами, спрашивая сам себя: «Я что, сплю?».

– Фам уже заждалась, – сказала Марвел, – Рика и Крэм подъедут с минуты на минуту.

– Рика тоже? – спросил Рейден.

– Конечно! – ответил Ангела.

– Стойте! Но что вы все делаете здесь, в Стокгольме?

– А мы переехали, – ответил Ангела.

– Просто голова кругом от такой резкой смены событий! Я здесь живу у тети, так что…

Машина остановилась возле дома Эраров. Из разговоров по дороге Рейден узнал, что Джинджер вернулся к Фам, а с Марвел поддерживал дружеские отношения.

– Теперь у меня две мамы! Правда, здорово? – не мог угомониться Ангела.

Рейден в ответ лишь улыбался. Несмотря на праздничную атмосферу, он все еще видел картины из болезненного прошлого. И пару раз он заметил, как взгляд Ангелы становится грустным, словно он тоже разделяет эти чувства.

Все направились в дом, чтобы отпраздновать счастливое воссоединение друзей и семей. Но Рейдену было не до праздника.

– Ангела, – позвал он.

Эрар тут же остановился, будто ждал, когда друг созреет для разговора.

Они молча вышли на улицу. В том же молчании прошли половину квартала, готовясь к важной беседе. Вот только слова не шли. Только мысли…

«Два месяца. Чем занимался Ангела все это время? Что стало с Абигейл? А Трой?»

– Ангела, ты…

– Прости! – прервал его бывший синтоним. Он остановился, ибо так ему думалось легче.

– Почему ты не объявлялся эти два месяца?

– Потому что…

– Почему даже эсэмэску не написал?

– Рейден, я…

– И все знали, кроме меня!

– Рейден…

– Ты хоть понимаешь, что…

– Рейден! – повысил голос Эрар. – Да послушай ты меня. – Казалось, он сдерживался, чтобы не схватить друга за воротник черной рубашки. – Нам с тобой нужно было время, чтобы отойти от пережитого. Ты ведь и сам это понимаешь.

– Я уже ничего не понимаю, Ангела. Ни-че-го!

Хорошо, что на улице никого не оказалось, иначе все хорошо расслышали бы каждое слово этой дружеской ссоры.

Ангела перевел дух и продолжил:

– После пребывания в Лесу Мерцаний я не знал, что делать. Хоть все и закончилось, но оставалось ощущение, что это не конец, потому что… – Ангела поджал губы, – Троя нет. Его больше нет, понимаешь? Видел бы ты, как рыдала Абигейл, которая так и не успела с ним объясниться. После этого она исчезла. Троя даже похоронить нормально не смогли. На его электронном почтовом ящике не было пароля. Там Марвел нашла одно письмо.

– И… что же там было?

Ангела поднял на Рейдена тяжелый взгляд и ответил:

– «Я люблю тебя».

Рейден сглотнул. Он думал:

«Неужели Трой был способен на такое? Более того, написать такое».

– Кто она? Неужели это Рика? – спросил он.

Эрар неопределенно покачал головой. Рейдену лишь оставалось догадываться, что это за девушка и знает ли он ее.

Гасборн

Гасборн. Родной Гасборн, в котором Рейден не был уже если не вечность, то четыре месяца точно.

Асфальт превратился в каток, нескончаемыми хлопьями падал снег. Но это не останавливало горожан. Рождественское настроение не обошло ни одного жителя города.

– Уже совсем немного, и будем у тебя, Рей, – весело сказал Ангела. Красс отметил, что друг его выглядел более чем забавно. Торчащие во все стороны волосы, кое-как завязанный шарфик, мокрые, почти до колен штаны и хлюпающие от сырости ботинки. Все это превращало Ангелу в ребенка, хотя ему было уже шестнадцать лет. Подумать только: а если уже через какие-то несчастные три-четыре года он заведет семью и детей? Рейдену даже страшно было представить друга в семейной жизни.

«Это какой же должна быть девушка, чтобы принять Ангелу, да еще и выйти за него замуж?» – задавался он вопросом.

Машина из аэропорта ехала настолько медленно, что Рейден отчетливо слышал трение зимней резины по хрустящему снегу. Ему уже надоело смотреть на привычные картины города, в которые теперь добавились еще и счастливые лица горожан. А вот Ангелу от стекла отлепить было невозможно. Он разглядывал все, что происходило снаружи, с таким интересом, будто видел впервые.

Теперь парень не часто сможет приезжать в Гасборн. Да и зачем? Разве что только повидаться со старшими Крассами.

Наконец показались знакомые заснеженные ворота. Как только машина въехала во двор, Рейден неожиданно оживился и с нетерпением стал ждать, когда она остановится и он наконец выйдет и отправится в родной дом, окинет его счастливым взглядом, а затем завалится на свою кровать, по которой, наверное, скучал больше всего.

– Рейден! – С порога вскрикнула Дейнес при виде сына.

– Ма… – не успел он закончить слово, как уже был зажат в крепких материнских объятьях.

– Мы не виделись с тобой три месяца, сынок!

Ангела заметил, что миссис Дейнес совсем не изменилась: тот же высокий хвостик, те же строгие брюки и пиджак темных тонов.

Из гостиной вышел мистер Грегор. На его лице моментально засияла улыбка, как только он увидел Ангелу и Рейдена. За ним показалась и Рика, затем служанка, а потом…

– Хармонияс? – спросил Эрар, когда заметил за Грегором знакомое миниатюрное лицо и длинные золотистые волосы.

– Ангела! – позвала его девочка.

Парень ожидал, что она побежит к нему с распростертыми объятьями. Но вместо этого девочка убежала вглубь гостиной.

Вся компания проследовала туда. Там под треск поленьев в камине они собирались вместе обсудить все, что только могло прийти в голову. И, естественно, хорошенько подкрепиться после длинной дороги.

Хармонияс копошилась в своем маленьком рюкзачке с котиками, пока все усаживались на свои места. Почти все…

– Очень неожиданно видеть тебя здесь, Хармони-яс, – обратился к ней Рейден. Он сел рядом с ней на диванчик, и девочка подняла на него свои большие зеленые глаза.

– Как ты здесь оказалась? – спросил Ангела, садясь на другой конец дивана. Тем самым друзья окружили девочку, чем смутили ее.

– Я… э-э-э… я… – запиналась она, нервно оглядываясь по сторонам, лишь бы не смотреть на парней. – Просто мои родители хорошо знают твою семью, Рейден. Они рассказали им, что ты скоро приедешь. Поэтому я…

Она начала усерднее копошиться в рюкзачке. Друзья даже подумать не могли, что же она так настойчиво ищет, пока Хармонияс оживленно не улыбнулась, глядя на темное дно рюкзака, и не сказала:

– Я уже испугалась, что забыла его.

Она достала короткую цепочку. Ангела и Рейден лишь мгновение недоуменно моргали, смотря на предмет, пока первый не встрепенулся и не сказал:

– А я все думал, куда же его дел…

– Это чокер? – спросил Рейден. – Ты что, терял его?

– Прости! – Ангеле было очень стыдно перед другом. Не успел он поносить его подарок, как потерял. И теперь, под пристальным взглядом Рейдена, ему хотелось зарыться в бархатные подушки.

– Я не знала, как его вернуть, – продолжила Хармонияс. – По крайней мере, до тех пор пока не узнала, что наши родители знакомы. Но на тот момент тебя, Ангела, уже не было в Гасборне.

Рейден продолжал напряженно смотреть на друга, но в конце концов лишь сказал, обращаясь к Хармонияс:

– Ладно, давай сюда. Спасибо, что вернула. Этот тугодум… Ладно.

Девушка тут же вернула ему чокер, и Рейден подвинулся к Ангеле с цепочкой на ладони:

– Поворачивайся.

Это слово вышло слишком твердым, почти повелительным и холодным одновременно. Не так оно должно было звучать, но, если учесть, что Ангела потерял его подарок, это было вполне нормально.

– Зачем? – настороженно спросил Эрар.

Рейден лишь закатил глаза, встал и обошел диван, встав за спиной Ангелы. Тот вздрогнул, когда друг опустил руки ему на плечи, а перед глазами пронесся чокер и аккуратно лег на грудь, после чего плавно переместился кверху и вот теперь обвивал шею Ангелы.