Текст книги "Станция Вечность"

Два эпилога

1

То, что люди одобряют, они называют увлечением.

То, что не одобряют, зовут одержимостью.

Никто не считал одержимым Эйнштейна. Нет, для общества он был гением. Кюри, Моцарт, Дикинсон, Хемингуэй – все они были страстно увлечены работой.

Когда дело доходило до Сэма Вашингтона, одержимым его называли все: родители, преподаватели в университете и даже его собственный психотерапевт. Ему нужно было взять себя в руки, заняться учебой и вылезти из интернета, ведь его фанатизм якобы граничил с безумием.

Сам он так не считал. В конце концов, Сэм не скрывал своих увлечений, не прятал в подвале вырезки из газет, а просто вел фанатскую страничку в социальных сетях. Он никому не угрожал и ни разу не общался с предметом своих увлечений.

Он даже не был в нее влюблен. Но почему-то никто не удивлялся плакатам с обнаженными женщинами, которые развесил его сосед, а вот при виде исписанных мелким почерком распечаток Сэма люди крутили у виска пальцем.

Хотя Джексон, его сосед, уже несколько месяцев как съехал.

– Как вы думаете, чем именно вас привлекает Мэллори Виридиан? – на первом приеме спросила его доктор Бридж, полная женщина чуть моложе тридцати. Она носила платья ручной работы и алую помаду, и Сэм постоянно отвлекался на ауру сексуальной самоуверенности, которая ее окружала. Он расстроился, когда узнал, что она возьмет его дело, но вовсе не из-за внешней привлекательности – просто она не читала книг Мэллори и ничего бы не поняла.

– Я с детства люблю детективы, – ответил он. – Мы с родителями часто смотрели старую классику: «Леди-детектив мисс Фрайни Фишер», «Отец Браун», «Она написала убийство», «Убийства в Мидсомере», сериалы про Пуаро и мисс Марпл. Делали ставки, кто окажется убийцей, и проигравший шел мыть посуду.

– У вас с родителями близкие отношения?

– Ну да, наверное, – ответил он. – Мы вместе смотрели кино. И папа мне деньги давал за хорошую учебу.

Она кивнула и что-то записала. Сэм испугался, что она позвонит родителям, но, к счастью, она вернулась к изначальной теме.

– Но книги Мэллори Виридиан предположительно основаны на реальных событиях, – сказала она. – Это не просто выдуманные детективы.

– Технически – это романы, – ответил он, – но я сопоставил детали из ее книг со всеми новостями и полицейскими отчетами, которые смог отыскать.

– В Северной Каролине полицейские отчеты не выкладываются в публичный доступ, – заметила доктор Бридж. – Где вы их нашли?

Сэм вздохнул. Какая сообразительная.

– Ладно. Я дал взятку работнику окружного архива. И сводил на обед журналистов, которые освещали убийства, связанные с Мэллори Виридиан.

– Обед тоже считается взяткой, – сказала она. – Значит, вы подробно изучили все дела Мэллори. Вы можете сказать почему?

– Да потому что они обалденные! – ответил он. – Вы не представляете, по каким мелочам она находит убийц! Пыльная перечница в доме сенатора, порванные штаны инструктора по йоге! Как же обидно, – добавил он с привычным раздражением, – что ей не дали лицензию частного детектива. Зачем власти ей препятствуют? Это вообще законно? Она писала книги и ночами подрабатывала в приюте для животных, а могла бы стать лучшим детективом в истории. А теперь вообще сбежала с проклятой планеты!

Он весь раскраснелся и тяжело дышал, его распирало от негодования, но доктор Бридж оставалась невозмутимой.

– Что именно вас разозлило: что она улетела или что перестала писать? Или вы злитесь, что не успели встретить ее и рассказать о своем восхищении?

Он посмотрел на нее и покачал головой. Крохотная надежда, что хоть она сможет его понять, пропала.

– Да как же до вас не доходит. Я не сталкер, я не убить ее хочу и не трахнуть. – Незнакомое ругательство застряло на языке. – Я хочу найти ее и сказать, что она неправильно раскрыла убийство!

Он тщательно воссоздавал все места преступлений, о которых писала Мэллори. В основном из кирпичиков Lego – куклы Барби людей почему-то напрягали. А против убитых кубических человечков никто не возражал – даже сосед, хотя потом и он съехал.

А ведь Сэм, следуя немецким законам о видеоиграх, делал кровь зеленой, а не красной. Он так старался никого не пугать.

Дело, в котором героиня Мэллори доставляла пиццу, а наткнулась на убийство, было описано довольно хаотично, но оно и понятно. Тогда она не знала, что ее ждет. Но постепенно, пользуясь журнальными вырезками и изначальной рукописью, которую ему за взятку передал ее первый редактор, Сэм разобрался, как именно она раскрыла преступление, на какие улики стоило обратить внимание, а какие были добавлены, чтобы пустить читателя по ложному следу. Он очень собой гордился и даже выложил фотографии в своем блоге.

Он раздобыл для игрушечной Мэллори зеленую униформу «Спейс Кейс Пиццы» и маленькую картонную коробку, а заодно аккуратно подрисовал фингал женщине, которая стояла в дверях и прикрывала спиной жуткую сцену убийства. Полиция бы списала все на превышение самообороны, но раньше женщина уже сидела в тюрьме – причем по той же статье, – а убийство попыталась оправдать ограблением, хотя расправились с ее мужем очень… умело. В итоге преступление вскрылось, когда Мэллори заметила две ключевые улики, упущенные полицией: висящее на шее убийцы (практически у всех на виду!) кольцо, о которое она порезалась, когда жертва ударила ее по лицу, и маленькую шпильку в волосах – орудие убийства, которым закололи ее мужа.

Ну ладно, стоит признать, что в этой диораме Сэм не обошелся без искусственной крови. Уж очень она была хороша.

Доктор Бридж наклонилась к нему, и планшет в ее руках накренился. Сэм успел увидеть какие-то записи, а потом она перехватила его взгляд. Пронзила насквозь своими голубыми, как лед, глазами.

– Я бы очень хотела вам поверить, Сэм, но подобная фиксация – первый признак нездорового поведения. Вы следите за ней, иначе откуда бы знали, где и в какую смену она работала? Почему вы решили, что она не собирается возвращаться? Если вы так уверены, что она допустила ошибку, вы могли бы написать ей письмо. Не сомневаюсь, что с вашей способностью к поиску информации вы могли бы найти ее электронную почту, – заметила доктор Бридж. Когда она хмурилась, на щеках у нее выступали ямочки.

Он жарко замотал головой:

– Нет, я хочу поговорить с ней лично. Я просто пытался понять, с кем буду иметь дело, но она нарочно держится в стороне от людей.

– Неудивительно, – спокойно заметила доктор Бридж. – Скажите: чего конкретно вы хотите добиться? Мэллори покинула нашу планету и, насколько нам известно, больше не планирует издавать книги. Вы – молодой студент. Как мы планируем двигаться дальше?

«Мы», – сказала доктор Бридж. Как будто хотела помочь ему, хотя на самом деле считала таким же сумасшедшим, как и все остальные. Он продолжил сверлить взглядом свои руки, не поднимая глаз.

– Я просто хочу указать ей на ошибку. Да, я мог написать ей, ну и что дальше? Сейчас-то уже не могу.

– В каком деле она ошиблась?

Он помотал головой. Знал, что его засмеют.

– Забейте. Вы все равно не поверите, что я раскрыл дело, с которым она не справилась.

– Расследования – это ваш личный интерес? Вы планируете заниматься частным сыском? Криминальной журналистикой?

Сэм пожал плечами. Все, что он делал – это скрупулезно анализировал книги Мэллори, изданные за последние годы. На поступлении в университет настоял отец. О будущем он особо не задумывался.

– Хорошо. Думаю, мы с вами достигли неплохих результатов, – сказала она. – Спасибо, что поделились со мной своими проблемами, Сэм. Для начала я бы хотела видеть вас два раза в неделю.

– Два раза в неделю? – резко вскинул голову Сэм. – Я что, чокнутый?

– «Чокнутый» – очень плохое слово, Сэм, – нахмурившись, сказала она. – Чем чаще мы будем встречаться, тем быстрее вы научитесь правильно расставлять акценты и сосредоточитесь на учебе и своем будущем. Вы сами сказали, что ваша зацикленность завела вас в тупик. Вы не можете читать новые книги Мэллори, следить за ее расследованиями и тем более преследовать, ведь она покинула Землю, а вы – нет.

Потом доктор утешающе улыбнулась ему, демонстрируя ямочки на щеках. После этого Сэм сходил к ней еще три раза, но практически не слушал, что ему говорили, – просто поддакивал.

К тому моменту как раз наступило время оплачивать следующий семестр, и родители прислали деньги. Несмотря на то что они полностью его обеспечивали, отец хотел научить Сэма распоряжаться своими финансами, и тот расплачивался за все сам. Поэтому в этот раз он спустил все на лотерейные билеты и выиграл возможность отправиться в первое космическое путешествие. Там его ждала Мэллори. Он хотел поговорить с ней, рассказать, в чем она ошиблась. Он хотел ей помочь.

И сейчас, сидя в шаттле, который нес его прямо к мечте, он думал о своем психотерапевте, о ямочках на ее щеках, о словах, что нужно двигаться дальше. Что Мэллори можно просто-напросто написать.

Он думал о Питере – друге с его этажа. Они часто шутили, что половину конфликтов в кино можно было решить одним лишь звонком. Но нет, некоторые вещи стоило обсуждать только с глазу на глаз. «Расскажу при встрече», – настаивал Майкл Гарибальди из «Вавилон-5». А потом ему выстрелили в спину.

Может, Сэм просто хотел встретиться с ней. Хотел побывать в космосе. Хотел написать ей письмо, но на космической станции не было интернета. Хотел… он не помнил, чего еще он хотел. Он вообще ничего не помнил – только как оказался в шаттле и осознал, сколько здесь людей, связанных с Мэллори. Еще успел подумать, что не стоит лишний раз разговаривать с возможной убийцей. Но потом азиатка дала ему успокоительное, и все тревоги исчезли.

Сознание уплывало. Действие таблетки должно было уже кончиться – но, если подумать, когда он ее запивал, у воды был непривычный привкус. Женщина по соседству безумно пугала его, но почему? Она сидела рядом и перебирала подвески на браслете. О, это был знаменитый браслет – правда, никто о нем больше не знал. Только Сэм. Значит, пресловутый браслет? Мэллори постоянно упоминала его, когда описывала свою тетю, а в последней книге он фигурировал особенно часто.

А затем в его жизни произошел величайший момент: разумная космическая станция Вечность соприкоснулась с его сознанием, чтобы познакомиться с ним и поприветствовать на борту. А потом хватка ее вдруг ослабла – и она соскользнула в пропасть.

А он рухнул следом за ней.

2

Люди в лице Финеаса и Лавли вернулись на Землю благодаря «Бесконечности». Они привезли с собой информацию о катастрофе, с которой столкнулись. У них взяли бесконечное множество интервью, где они объяснили, что остальные пассажиры шаттла либо погибли, либо остались на борту Вечности, и что земляне могут забрать тела, но военных на станцию не допустят. Также они передали послание от самой Вечности: она сообщала, что миссис Элизабет Браун останется с ней, и просила инспекторов по УДО навсегда забыть о ее существовании. Остальных людей, однако, запреты не коснулись: после завершения внутреннего расследования двери станции были для них открыты. А еще Земле был нужен новый посол: Адриан Кэссерли-Берри до сих пор не оправился от тяжелой травмы, а его сменщик умер еще на подлете.

Под покровом ночи Ксан Морган тоже вернулся на Землю, где вместе с братом высыпал под крыльцо прах бабушки вместе с пеплом ее сигарет, после чего они всю ночь пили пиво и искали семейные документы. На следующий день, когда прибыли юрист и нотариус, Ксан назначил Финеаса своим душеприказчиком и передал ему все наследство.

В свою очередь Финеас удивил брата целой горой одежды, которую доставил специально обученный человек, – теперь Ксан мог наконец-то выкинуть свою затасканную армейскую футболку. Но плащ Кэл он забрал с собой – удивительно, но после полета на Стефании на нем не осталось ни единого пятнышка крови. Они с Финеасом его подлатали, и Ксан твердо решил, что лучше не спрашивать Стефанию, куда подевалась кровь.

Адриан Кэссерли-Берри пережил путешествие в компании фантасмагорки, безмолвного и сломанного дрона. К счастью, он практически ничего не запомнил.

За весь утомительный день Деванши и Безмолвный 2331 так и не смогли найти информацию о местонахождении миссис Элизабет Браун. Когда они обратились к Сонму, то обнаружили, что насекомые гневно засели в улье и не планировали вылезать.

Уже потом Деванши узнала о восстании в усыпальнице, о космической битве между тремя шаттлами и новоиспеченной боевой машиной, о двух гнейсах, древними запрещенными обрядами настроивших против себя весь свой народ, о новой хозяйке станции и о новом наркотике, угрожающем местным жителям. И все это время она бегала в поисках информации, таская за собой раненого человека, как какой-то мокрый мешок.

Деванши не выдержала и ушла в отставку.

Она подружилась с Безмолвным 2331 и научилась программировать дронов. Миссис Браун и Вечность остались в восторге от ее инноваций. Изучив человеческую анатомию, они занялись разработкой бионических протезов и в первую очередь сделали новый глаз Адриану.

Адриан стал если не другом, то как минимум приятным, тихим товарищем. Удивительно, как сильно может повлиять на характер столкновение с сильнейшим разумом галактики, которого ты не достоин. На самом деле Деванши даже прониклась мокрым мешком. В основном он проводил дни за книгами и поглощением прочего инопланетного контента. Но детективы обходил стороной.

Деванши усовершенствовала свой дрон и назвала его Фенрисом.

Когда ее инженерные навыки продвинулись дальше сломанных людей и сломанных дронов, она вернулась в службу безопасности, но уже в качестве специалиста по дронам, предназначенным для облегчения коммуникации с Вечностью. Служба безопасности, наряду с миссис Браун, приняла ее с распростертыми объятиями. Миссис Браун даже пригласила с Земли делегацию протезистов, чтобы показать им ее продукцию.

Однажды к ней пришла Мэллори Виридиан и попросила одолжить дрона. Ей на голову свалилось новое дело, в котором были замешаны очередной человеческий шаттл и пропавший ребенок, а Сонм с Вечностью отказывались вмешиваться в конфликт.

– Ты обратилась по адресу, – сказала Деванши и приступила к работе над Фенрисом-2.

Благодарности

Хотелось бы мне сказать, что книги просто появляются на свет, как Афина из головы Зевса, но нельзя делать вид, будто никто, кроме автора, не прикладывает к ним руку. Поэтому хочу передать огромное спасибо сотрудникам издательства Ace и особенно поблагодарить моего редактора Энн Совардс за безграничный запас терпения.

Мой невероятный агент Сет Фишман протянул мне руку помощи, когда я сбилась с пути, и помог не сойти с ума, пока я дописывала эту книгу. Спасибо также Мэри Робинетт Коваль, стальной богине добродушного терпения, за все, что она сделала для меня лично и для всего жанра фантастики в целом.

Хочу также поблагодарить Джонатана Снайпса, Уильяма Хатсона и Дэйвида Диггса из группы clipping за разрешение использовать в книге их песни, а также за весь альбом Splendor & Misery. Любой поклонник заметит в тексте его влияние.

Отдельно хочу подчеркнуть, что пандемия разразилась в самый разгар написания книги, и иногда продолжать работу над ней было очень непросто. В то время только эскапизм и развлекательная индустрия оставались нашим спасением, и лично мне этот год помогли пережить игра Blaseball от студии Game Band и группа the garages, пишущая музыку по игре. Отдельное спасибо rain и Mother Love Blone, известному также как Макс Коэн, за разрешение использовать в тексте одну из моих самых любимых песен. RIV!

При написании этой книги мне потребовалось немало информации. От доктора Памелы Гэй я многое узнала о космосе; от Мисти, Рори, Колтона и Сары из Центра физической терапии Северной Каролины – о травмах рук; от доктора Джона Кмара – о бактериях; от Кима Криста – о выплавке золота; от Кима Рика и Криса Линдси – об устройстве армии; а Кайл Ванарсделан рассказал мне замечательную историю о струнном квартете Бена Франклина. В этой книге Тартини и его сделку с дьяволом мне упомянуть не удалось, но то ли еще будет.

Сообщество, созданное из подписчиков моего подкаста и канала, также оказало невероятную поддержку. Некоторые комментаторы в Дискорде и на Твиче даже одолжили погибшим людям свои имена. Спасибо вам, Фабулисты!

В вакууме авторам не выжить. Спасибо Ричарду Дански, Аласдеру Стюарту, Келлану Шпаре, Кори Доктороу и Джиму Келли, и бесконечное спасибо тайной шайке космических пьяниц. Без вас я бы не справилась.

Спасибо моим родителям, Донне Смит и Уиллу Лафферти, за то, что многие годы поддерживали мой интерес к писательству. Спасибо также моей семье, Джиму и Фионе, что были моей скалой, моим якорем, моим покоем.

И, наконец, эта книга бы не увидела свет без Дженнифер Удден и Ребекки Брюэр. Спасибо вам за все, чему вы меня научили, и за то, что дали мне шанс.

Об авторе

Мер Лафферти – писательница, редактор и автор подкастов. Неоднократно становилась номинантом литературных премий, а некоторых даже была удостоена. Она проживает с семьей в Дареме, штат Северная Каролина.

Социальные сети:

MurVerse.com

@MightyMur

Twitch.tv/MightyMur