Текст книги "Проклятая картина"

Мерзкая тварь сучила лапками, сдувалась, безуспешно пыталась бороться. Впившиеся в кожу Люсинды и коллег жала одно за другим выскользнули и растворились в пыли. После этого «насекомое» ссохлось так стремительно, что Люси и моргнуть не успела. О мерзком существе теперь напоминала лишь хитиновая кожурка, которую следом растоптал шаман.

– Все, – прошептала Марина. Но Макс качнул головой: они расправились лишь с тварью, созданной Темным, а не с ним самим. Все здесь оставалось иллюзорным, как бы им ни хотелось настоящей победы над врагом.

А после Люсинда увидела, как пустая рама заполнилась каким-то фоном, будто некто что-то подложил. Она не стала больше ждать и, сосредоточившись на том, чтобы пробить проход, точно ударила.

Из образовавшейся дыры вырвался сильный ветер, растрепав всем волосы.

– Офигеть! – восхищенно прошептал шаман, таращась на открывшийся проход, из которого доносились голоса. – Сработано грубо, но… ювелирно.

Он выхватил из пыли шнурок с колечком и торопливо надел на шею.

– Спасибо, Люси, – только и вымолвил Макс и первой в проем вытолкнул Марину.

* * *

Увидев ошарашенные глаза Виктории, Макс подумал, что такие зрелища точно не для беременных. И только после этого понял, что находятся они в агентстве, в усыпанном зеркальными осколками коридоре, в обществе Геры, зареванной Лиды, заказчицы и светловолосого худощавого мужчины, которому явно не помешало бы хорошо поесть и принять душ. Впрочем, они сами тоже выглядели не лучше: грязные, измученные, ослабевшие, растрепанные. Макс невольно оглянулся и увидел, что на полу валяется огромная рама с вырванным полотном – то, что осталось от картины. Художник был бы доволен: его проклятый «шедевр» уничтожен.

– По… Получилось, – произнес, внезапно заикаясь, Гера. А Лида, громко шмыгнув покрасневшим носом, бросилась вначале на шею Люсинде, потом шаману, а потом обняла сразу Макса с Мариной.

Виктория с мужем наблюдали за ними молча, держась за руки и улыбаясь. После собственных приключений их уже, похоже, ничто больше не удивляло.

Ладно, все вопросы потом. А сейчас…

– Выбрались, – с облегчением выдохнул Макс, высвободившись из объятий Лиды, которую тут же притянул к себе Гера. – Все в сборе. Живые и невредимые. Неделя отпуска всем, команда.

Не дождавшись ответных реплик, он развернул к себе Марину. После секундного промедления, в которое он вглядывался в ее синие глаза, он уже уверенно притянул ее к себе и поцеловал.

Громче всех от восторга взревел Гера, Лида с Люсиндой зааплодировали, шаман засвистел. А Виктория с Александром подбодрили запоздалыми криками.

Марина, не ожидавшая внезапного поцелуя, замерла, и Макс испугался, что она его оттолкнет. Он первым отстранился. Но девушка вдруг крепко обняла его за шею и поцеловала уже сама. И в тот момент Макс погрузился в такое счастье, какого, наверное, еще никогда не испытывал.

– Е-е-е! – повторно заорал Гера. – Наконец-то! Будет у нас вторая свадьба в агентстве! Ай, Лида! Ты чего щиплешься!

Макс с неохотой отстранился от Марины: будет у них время, наверстают все в спокойной обстановке. Первым дело нужно сообщить родным девушки, что с ней все в порядке. Он вытащил чудом не потерянный в «приключениях» телефон и нажал на вызов.

– Да? – нервно воскликнула мама Марины.

– Ирина, все в порядке! Нашлась, – со счастливой улыбкой прокричал он, явно заразившись громогласностью от Геры. Или, может, ошалев от шквала эмоций.

Коллеги вновь дружно закричали-зааплодировали. Что говорила, перемежая свои слова то смехом, то слезами, Ирина, Макс не различил. Зато четко услышал громкую фразу Геры:

– Маринка, клевые у тебя лабутены!

А Макс подумал, что придется воспользоваться щедрым предложением Арсения покататься на его Хаммере: вначале отвезти Марину к родителям, а потом отправиться в Подмосковье, чтобы забрать собственную машину и оставить обещанный презент призраку Василия.

Эпилог

Неделю спустя

Макс волновался так, будто привел Марину в новый дом: а понравится ли ей? Зная, как она любит все организовывать, расставлять по местам, он опасался, что Марина обстановку в новом агентстве сочтет бардаком.

И не ошибся.

В агентстве действительно царил хаос.

Едва открыв дверь, он услышал громкие голоса, шум, будто двигали что-то тяжелое, смех и выкрики. На стойке ресепшн громоздились пакеты с эмблемами продуктовых магазинов и ресторана. Посреди коридора на стуле стоял шаман, одетый в бирюзовый костюм, и прикреплял к светильнику воздушные шары в виде единорогов. Под самым потолком парили два огромных надувных сердца, постукивались друг о друга с тихим шуршанием, будто интимно шушукались. Макс в изумлении застыл на пороге, а Марина громко хихикнула. Шаман резко оглянулся и чуть не свалился со стула, но успел спрыгнуть, держа в руке розового единорога.

– Упс! Не успели! Думали, вы через полчаса приедете, – невинно улыбнулся Арсений.

– Эм… Это что, все нам предназначалось? – Макс обвел ладонью «красоту». Кто был генератором идеи? Судя по «почерку», явно шаман!

– Не вам, а нам! – объявила Лида, выходя из кухни. Макс едва не уронил челюсть, потому что ведьма сегодня превзошла саму себя: в босоножках на шпильке и в алом вечернем платье со шлейфом, она прошествовала по коридору, будто по подиуму, сделала эффектный разворот, не запутавшись в подоле, и подхватила со стойки пару пакетов. Удивленный взгляд начальника ведьма явно приняла за комплимент.

Еще больше изумился Макс, увидев Геру. Он привык видеть коллегу в современной удобной одежде: толстовках, футболках, джинсах. Но сегодня хакер облачился в смокинг.

Да что тут происходит? Если еще и Люсинда появится в концертном платье…

– Вы нас не предупредили… о дресс-коде, – выдавил Макс, оглядывая свои обычные черные джинсы и темный свитшот. Марина тоже была одета просто: в удобные широкие брючки с высокой талией и короткий бежевый свитерок.

– Да и нас не предупредили, – сказал шаман таким тоном, будто его кричаще-бирюзовый костюм считался повседневной неброской одеждой. – На-ка подержи.

С этими словами он протянул единорога начальнику, подхватил оставшиеся пакеты и ушел на кухню.

– Я честно не понимаю… – пробормотал Макс, ощущая себя дураком с воздушным шариком в руке.

– Хороший же ты шеф! – поддела Марина и засмеялась. – Весело у вас. Впрочем, как всегда. Чувствую, что попала домой!

– Значит… Тебе нравится?

– А почему должно не нравиться? Все как обычно. Единороги под потолком, сердечки, серпантин на фикусах. Гера в смокинге. Ничего особенного!

Макс переглянулся с Мариной, и они оба расхохотались.

– Ну и чего вы стоите как неродные? – выглянул на смех из кухни хакер. – У нас почти все готово, но…

– Помощь нужна? – деловито спросила Марина. Но Гера с улыбкой качнул головой:

– Да вроде справляемся. Ты у нас сегодня гостья.

– Так в честь чего торжество? – не выдержал Макс, беря Марину за руку и ведя ее за собой.

– Ну мы это…

– Герасим, онемей! – рявкнула, выскочив из глубин кухни, Лида. – Вообще-то это сюрприз!

– Да все уже догадались, – пробормотал Гера.

– Угу, особенно по единорогам, – проворчал Макс, не зная, что делать со всученным ему воздушным шаром.

– Дай сюда, – выручила его Марина и привязала шарик к стволу пальмы в кадке, которая стояла в конце коридора.

Столы на кухне оказались сдвинуты в сторону, и на них Люсинда с Лидой раскладывали по тарелкам нарезки. К своему облегчению Макс увидел, что напарница одета привычно: в черные брюки и темную водолазку с жилеткой.

– Так в честь чего торжество? – уточнил он, хоть и так начал догадываться.

– Это касается нашей скорой свадьбы, – пропела Лида, подтверждая его мысли. – Так, мальчики, столы будем в коридор выставлять или тут отобедаем?

– А как ты хочешь, радость моя?

– Я… Я хочу красиво! – улыбнулась Лида.

– Тогда в коридор, – засмеялся Макс. – Там нарядно.

Марина осталась на кухне помогать, а Гера с Максом под руководством шамана принялись вытаскивать в коридор столы.

– Как хорошо, что ты дал нам еще один выходной, начальник, – заговорщически проговорил Гера. – Мы сегодня объявим дату свадьбы! Лида захотела сделать это торжественно. Чтобы раздать вам пригл… Да, радость моя? – мигом подобрался он, увидев, что невеста вышла в коридор. Лиде явно захотелось проконтролировать расстановку мебели.

– Ты им ничего не слил? – нахмурилась девушка.

– Не-а! Пересказывал новость, которая сегодня на первых полосах! – быстро сообразил Гера. – Что, не слышали? Да ладно! Известный наследничек Ахметовых этой ночью попал в аварию. Пишут, сел обдолбанным за руль и влетел в столб. Жив, но, возможно, останется овощем.

Максу имя ни о чем не сказало. Он знал только, что это какой-то то и дело влипающий в скандалы представитель «золотой молодежи». Шаман же вскинул брови, будто понял, о ком идет речь.

Краем глаза Макс заметил, что в коридор со скатертью в руках вышла Люсинда, но, услышав Геру, замерла.

– Перед самой свадьбой, прикиньте? Это уже вторая свадьба у Ахметова срывается. В первый раз его другая невеста бортанула. Я бы на ее месте тоже так сделал! Девка от ада спаслась. И вот он должен был жениться снова, уже на дочери нефтяного магната. Хотя и первая невеста у него была богатая. Похоже, карма нагнала чувака. Где он – там скандалы.

Люсинда положила скатерть на край стола и скрылась в кухне. Макс проследил за девушкой удивленным взглядом: слишком поспешно она ретировалась. Впрочем, это было в духе Люси.

– Не знала, Гера, что ты так любишь желтую прессу. Вон какие подробности знаешь! – поддела Лида и принялась расстилать скатерть.

– Да какие подробности. Сегодня просто эта новость с первых полос не сходит! Говорят, что аварию Ахметову все же подстроили. Слишком мутный чувак, многим успел насолить. Ну… это сплетни. Лида, радость моя, нести бокалы?

Макс, хоть и поворчал для виду на коллег, мол, предупреждать надо, все же не мог не порадоваться за такую дружную и веселую команду. Пусть между ними и случались трения, но друг за друга они были горой. А новое расследование сплотило их еще больше.

Он не терял надежды, что Марина к ним вернется, – когда сможет, конечно. Пока у девушки больничный, хоть она уже и запросилась на «экскурсию» в агентство.

Неделю назад, на следующий день после их приключений, все собрались дома у Марины: девушка сама обзвонила каждого и пригласила в гости. Ирина напекла-наготовила, накрыла в комнате старшей дочери стол и ушла к себе работать. Наташи и Анатолия дома не было, поэтому никто не мешал разговаривать. А обсудить нужно было многое. Каждый поведал свою часть истории – с чем пришлось столкнуться в последний день расследования. Люсинда запнулась на моменте с провокациями от Лилии Черной. Но никто, уважая право Люси на личные секреты, не стал выспрашивать детали. Лиде тоже оказалось нелегко рассказать о визите Ивана Темного. Она передала и его «предложение», которое, конечно, встретили дружным негодованием. Отчего-то ведьма об этой встрече рассказывала осторожно, тщательно взвешивая каждое свое слово. Может, Темный напугал ее сильнее, чем Лида пыталась представить? Макс напомнил, что в кармане иллюзий они победили не самого врага, а только созданную им тварь. И завершил тем, что дал всем недельный отпуск: после такого дела нужно восстановить силы.

Саша с Викторией внесли оставшуюся оплату и пообещали рекомендовать агентство знакомым. «Лучше пусть наши услуги им не понадобятся», – подумал Макс. Хотя, конечно, от новых клиентов не отказался бы.

Сегодня был понедельник, но день предполагался легкий: возвращение в офис, приведение старых дел в порядок, просмотр почты, составление планов. Видимо, Лида и Гера решили воспользоваться этим, да еще тем, что Макс собирался с утра в банк, а потом приехать к обеду вместе с Мариной. Что ж, небольшой праздник тоже не помешает.

Он не заметил, как остался в коридоре один. Правда, его уединение длилось недолго: из кухни с прижатым к уху телефоном вышел Арсений, прошествовал к стойке и уже там закончил короткий разговор.

– Макс, – позвал шаман, делая приглашающий жест. Видимо, собрался сообщить что-то секретное.

– Мне только что позвонили от Гвоздовского. Он хочет с тобой встретиться.

– Гвоздовский?! – от удивления Макс повысил голос. – Встретиться? Хм… Зачем я ему понадобился?

– Не знаю, но мне от него позвонили и…

– Ты знаком с Гвоздовским?! – громко вопросила Люсинда. Ее появление оказалось таким внезапным, что Макс с Арсением вздрогнули.

Шаман отчего-то стушевался. Его бледное лицо даже покрыли неровные пятна румянца. Это Максу показалось необычным – смутившийся Арсений. Люсинда уперла руки в боки и, не понижая голоса, повторила:

– Так откуда ты его знаешь?! А ведь знаешь же, да?

– Ну… Случалось встречаться. Я же вроде как вращаюсь… в кругах.

На щеки Люсинды тоже выплеснулся румянец, но густой, клюквенный. Такой, в гневе, Макс еще ни разу ее не видел, поэтому от неожиданности не посмел вмешиваться.

– Ты. Ему звонил. Да? Тогда, когда я тебя застукала! – выкрикнула Люсинда, внезапно распаляясь. От ярости ее глаза приняли изумрудный оттенок, на фоне румянца выделившийся особенно ярко. Шаман вскинул подбородок и жалобно улыбнулся, но теребившие край пиджака руки выдали его сильную нервозность и подтвердили правоту девушки.

– Кому звонил? Когда? Зачем? – влез Макс. На крики из кухни выглянули остальные. Лида испуганно нахмурилась: не испортит ли внезапная ссора ее праздник?

– Я позвонил Гвоздовскому, когда пропала Марина. Нам без его помощи было бы не попасть в центр.

– Так вот почему на мое имя был заранее выписать пропуск! – то ли хохотнула, то ли всхлипнула Люсинда. – Конечно…

– И что, Гвоздовский так просто принял твой звонок? – недоверчиво спросил Арсения Макс, у которого не укладывалось в голове, что известному олигарху можно позвонить среди ночи и изложить проблему. Да, Станислав Родионович познакомился с Мариной и даже оплатил ей лечение, но… Так ли важна была для этого человека судьба простой девушки?

– Естественно! – ядовито выплюнула Люсинда. – Арсений же ведь не первый раз ему звонил, да?

Шаман только потупился.

– Поэтому ты тут и оказался! Чтобы шпионить за нами и сливать информацию всемогущему Гвоздовскому! Я права?

– Ну, все не совсем так было… Он беспокоился и…

– Беспокоился! Бес-по-коил-ся-я! Не верю! Ему был нужен шпион, и ты прекрасно в эту роль… вписался! «Хочешь шоколадку, Лю-юси-и?» – передразнила Люсинда. Горечь в ее голосе была такой явной, что за гневом наверняка скрывалось что-то еще. Разочарование?

– Макс! – развернулась к нему Люсинда. – Плохие дела, если мы попали под наблюдение Гвоздовского. Хотя я могла бы и это предположить! Все, к чему этот бессердечный человек прикладывает руку, ломается, бьется, исчезает!

– Но это не так! – воскликнула Марина, бросаясь на защиту. – Я знала немного Станислава Родионовича, он показался мне…

– Вот именно! Немного! И показался! – отрезала Люсинда. – Макс, если ты поедешь к нему на встречу, я уволюсь!

– Что?..

– Лучше уволюсь я, – вздохнул Арсений. – Да, я работал в агентстве по просьбе Станислава Родионовича. И раз это вскрылось, то мне лучше уйти.

– Да что тут происходит?! – окончательно рассвирепела Лида, которой испортили праздник. – Люсинда, тебя-то что с этим Гвоздовским связывает?

– Многое! – сорвалась она, и на ее глаза навернулись слезы. – Он мой отец!

В коридоре повисла звенящая тишина, нарушаемая только частым дыханием Люсинды.

– Фига-асе… – пробормотал Гера, но поймал на себе несколько гневно-растерянных взглядов и быстро сориентировался:

– Пойду принесу воды Люсинде.

Макс проводил взглядом его спину: третий. Он назвал Люсинду по имени в третий раз.

Хакер скрылся на кухне. А драматическую сцену нарушил звонок в дверь. Лида процокала на шпильках к домофону и с силой ткнула в кнопку.

– Только клиентов нам не хватало, – пробормотал Макс. – Вот именно сейчас.

Дверь распахнулась, впуская красивую ухоженную женщину за сорок и девочку-подростка.

– Здравствуйте, – произнесла незнакомка с сильным иностранным акцентом. Она явно стушевалась, увидев такую пеструю компанию и единорогов под потолком, которые в создавшейся ситуации выглядели особенно комично. Сопровождавшая ее девочка лет тринадцати громко чавкнула жевательной резинкой, за что получила строгий взгляд матери.

Внешность обеих посетительниц притягивала внимание. Женщина была одета в элегантный полушубок, узкую юбку и сапожки. Все в ее облике – духи, безукоризненный макияж, аккуратная стильная стрижка, – выдавало даму состоятельную. Девочка же, как и многие подростки, эпатировала публику своей внешностью: черная куртка, широченные штаны с оборванными краями и прорехой на коленке, выкрашенные в розовый и черный цвет волосы, падавшие нечесаными космами на один бок, выбритые висок и затылок. В носу и брови у девчушки было по колечку, ярко-голубые глаза густо подведены черным карандашом. «Боже, ну и чудо», – явно прочиталось на лице Лиды. Девочка не смутилась ее взгляда, нагло выдула розовый пузырь и громко им хлопнула.

– Лайя! – одернула мать дочь. – Прас-сти-ите-е. Это мой дочь. Он… Она…

Женщина, не договорив, оборвала себя смущенной улыбкой и, обведя всех взглядом, спросила:

– Могу я разгова-ариват с Хера?

– Что?! – воскликнул Макс, подумав, что ослышался.

– С Хера, – терпеливо повторила женщина. – У меня секрет… секретни разговор, да. С Херасимом, да?

Она сделала ударение на предпоследнем слоге, отчего имя информатика прозвучало как название японского города.

– Герасимом, – мрачно поправила Лида и скрестила на груди руки.

– Да. С ним. Он тут?

– Люсиндемон, твоя вода! – прокричал Гера, выходя из кухни со стаканом воды. – Новость, конечно, офи… Мари?

Он застыл, не пройдя до стойки и половины пути, недоверчиво качнул головой, покосился на Лиду, а затем снова на гостью.

– Как ты… Что ты тут делаешь?

Он смущенно улыбнулся, и Макс заподозрил еще один надвигающийся скандал.

– По-аговорит. Важно, – ответила женщина, которую Гера назвал Мари.

– Éste es mi padre? – презрительно спросила девочка и снова надула пузырь. Не нужно было и знать испанский, чтобы понять ее вопрос. «Этот – мой отец?»

И если признание Люсинды оказалось предвестником грозы, то сейчас грянул настоящий гром. Гера ошарашенно уставился вначале на женщину, потом на хмуро таращившуюся на него голубоглазую девочку.

– Si, cariño, – вздохнула женщина и поправилась:

– Да, дорогая. Это… он.

– Ч-черт, – выдохнула Люсинда и переглянулась с шаманом, которого до этого готова была убить.

– Влипли, – брякнул Макс. Марина взяла его за руку и деликатно потянула за собой, чтобы увести куда угодно – на кухню, в переговорную.

Гера запустил пальцы в шевелюру, потом сгреб волосы в хвост.

– Хорошо, – решился он. – Давайте поговорим. Не здесь.

Ни на кого не глядя, он быстро прошествовал к себе и вскоре вышел уже в накинутой прямо на рубашку куртке. Смокинг он оставил в кабинете.

– Пойдемте, – кивнул он женщине и девочке и первым вышел наружу.

Лида втянула в себя воздух и вздрогнула от звука захлопнувшейся двери.

– Я тоже… пойду, – сказала Люсинда и бросила мимолетный взгляд на шамана. – Не могу здесь оставаться. Макс, ты поступай, конечно, как знаешь.

Она вылетела так стремительно, что Макс не успел ничего ей сказать. Только запоздало подумал, что Люсинда выбежала без верхней одежды.

– Та-ак, все ясно, – медленно и тихо произнесла Лида. Подозрительно тихо. Так же тихо, на цыпочках, она прокралась на кухню. Но уже через мгновение оттуда раздался оглушительный грохот.

Прислушиваясь к звону бьющейся посуды, Макс понял: придется ему, как начальнику, разруливать не только рабочие задачи, но и возникшие в команде личные проблемы. Со вздохом он отправился на кухню. А сердечки под потолком стукнулись с такой силой, что разлетелись в обратные стороны и зависли в разных концах коридора.