Читать книгу "Незнакомка из кофейни"

Глава 27
Корпоратив

Макс подошел к ресторану и осмотрел здание. Оно было похоже на неумело собранный сруб, поставленный на бетонный фундамент, да еще с глубокими трещинами, замазанными тонким слоем цемента. Перед входом бегали две дворняги – черная и рыжая. У одной из них не было куска уха.

На крыльце курил долговязый официант кавказской внешности. Молодой, бородатый, лет двадцати пяти. Иногда он нажимал на кнопки в своем телефоне, хмуря мохнатые черные брови.

– Вы не скажете, это «Арго»? – спросил его Максим.

– «Арго», уважаемый! – ответил официант, не отрываясь от телефона.

– А у нас тут столик на шестерых человек заказан.

– Корпоратив? – оживился официант, швырнув бычок в траву.

– Можно и так сказать. Скорее – совместный рабочий ужин.

Макс поднялся по небольшой лестнице и дернул за ручку входную дверь. Раздался неприятный скрип несмазанных петель. От неожиданности Макс рванулся в сторону и ударился о косяк двери. На запястье правой руки появилась едва видная царапина.

– Да-да, смазать надо. Руки просто не доходят. Работой завалило! Но, клянусь, завтра все сделаем! – стал оправдываться официант.

Макс не ответил. Дверь его мало интересовала, ровно как и свежая царапина на руке. Зайдя внутрь, он оглядел пустой ресторан с одним лишь занятым столиком. Там сидела его новая команда – Толик и четверо других сейлсов. Толик, устроившись по центру, разливал водку по маленьким стеклянным рюмкам. Справа от него расположился волосатый сейлс с серьгой в левом ухе, его звали Артемом. Слева – худой высокий продавец по имени Алексей. Все подняли свои рюмки, чокнулись без тоста и выпили, закусив мясной нарезкой и зеленью. Толик кивнул, и теперь уже Артем молча разлил. Макс подошел и сел напротив Толика, передвинув стул из-за соседнего стола.

– Начальник пришел! – крикнул Толик. – Позже всех! Прогульщик ты наш!

Раздался смех. Больше всего смеялся маленький лысый Вячеслав, с плохими зубами и неправильным прикусом, привычно прикрывая рот рукой.

– Ну так ему положено выпить штрафную! Он же уже тостов пять пропустил!

Толик взял стакан и налил в него водки до краев. Затем встал, подошел к Максиму и поставил перед ним стакан.

– Пей, начальник! Не обижай уж ребят своих. Или ты и напитков мужских не пил?

– А какой тост последним был? – Макс взял стакан. – За что пили-то?

– Мы-то? Пили… – Толик задумался, но не мог ничего вспомнить. – Да так…

– За удачу! – влез в разговор Артем. – За удачу мы пили, Макс.

– А до удачи за что? – Макс посмотрел на Толика и улыбнулся: – Или ты уже и забыл?

Толик привстал. Его глаза налились кровью. Огромные мясистые кулаки сжались и стали походить на боксерские перчатки. На массивном лбу появилась длинная неровная складка.

– Может, ты тогда со мной выпьешь? – продолжил Макс. – Раз ты у нас крутой такой. А то я один не пью!

Толик злобно посмотрел по сторонам. Продавцы стихли и опустили глаза, уставившись в стол. Лишь Артем разглядывал свои длинные музыкальные пальцы, выставив руку перед собой.

– А что не выпить-то. Да с ученым-то человеком. Который в Англиях учился. Мне-то, простому пацану! – оскалившись, выпалил Анатолий.

– Тогда давай свою емкость! – ухмыльнулся в ответ Максим.

Толик крикнул официанту, и тот подбежал со стаканом. Макс наполнил его водкой.

– Ну так за что выпьем? – спросил Макс.

Глаза Толика забегали. Он растерялся. За что пить, он не знал. С юности боялся говорить тосты. Всегда терялся и путался. Кто-то из коллег попытался вставить слово, но Макс перебил:

– Тсс… Пусть он сам сегодня! Он же начальником хочет быть! А тостов говорить не умеет! Дайте ему шанс, ребята.

Толик растерянно посмотрел по сторонам. Через окно он увидел, как одна дворняга пытается забрать у другой кость с остатками мяса. На невысокой эстраде появились два молодых музыканта: один снимал чехол с синтезатора, другой настраивал гитару. Секунды беззвучно тикали. У Толика побледнело лицо. – За удачу… – с трудом выдавил из себя он.

– Было! – перебил его Максим. – Не в счет! Новый тост давай!

Толик тяжело задышал. Сдавил в руке стакан с водкой. На поверхности водки появилась мелкая рябь. Продавец Алексей схватился рукой за кадык, словно ожидая удара. За окном раздался собачий перелай. Один из музыкантов включил синтезатор, и в ресторане негромко заиграла музыка.

– За победу! – выпалил Толик. – За нашу победу!

– Ну, это другой разговор! – Макс взял в свободную руку малосольный огурец. – За победу! – Сказав это, он поднес стакан к губам и не спеша все выпил. Толик последовал за ним. Прикоснувшись к стакану губами, он стал пить водку мелкими глотками, но вдруг закашлялся и поставил стакан на стол, не осилив и половины.

– Слабовато! – ухмыльнулся Макс. – Мало ты в продажах работал, если и стакан водки выпить не можешь.

Прикрыв ладонью подбородок, по которому стекала водка, Толик натужно прохрипел:

– Выйдем?!

– Выйдем! – кивнул в ответ Макс.

Продавцы заерзали на своих стульях, приподнимаясь.

– Нет, только он и я! – приказал Толик. – Алексей, за главного пока будешь. Закажи еще водки.

Макс прошел мимо официанта, который нес к их столу несколько блюд, расставленных на подносе. Краем глаза Максим заметил тарелку с долмой. В нос ударил запах баранины.

За спиной Максим чувствовал тяжелое дыхание грузного Толика. Тот шел за ним, словно бык за тореадором – униженный, озлобленный, готовый напасть в любой момент. Макс не хотел даже поворачиваться в сторону противника. Тот был ему противен, омерзителен. И совершенно не его уровня и статуса. В обычной жизни Макс не подал бы такому и руки, а сейчас ему предстояло с ним драться. И возможно, даже проиграть. Хотя выигрыш с проигрышем сейчас мало интересовали его. Ему просто хотелось больше не возвращаться в эту компанию, к этим людям, продавцам, которые его презирали, ему завидовали и всячески желали ему неудачи. Не хотелось больше видеть и этого слащавого угодливого начальника, похожего чем-то на отставного гусара, все еще пытающегося показать свою прыть и удаль. Макс презирал их не меньше, чем они его. И знал твердо одно – это его последняя встреча с новой командой, которая так и не стала своей.

Он спустился с крыльца и пошел направо, туда, где видел дворняг, и завернул за угол. Он шел вперед. Толик дышал ему буквально в спину.

Макс уже начал разворачиваться, когда почувствовал тяжелый удар по ноге. В область колена. Перед глазами появилась рябь, во рту – кислый привкус. Следующий удар был кулаком по почкам. Макс упал на колени и получил третий удар – в затылок.

Он лежал на асфальте. Перед ним валялся его кошелек, видимо, выпавший из кармана куртки. Из кошелька высыпалась мелочь и выпала знакомая зеленовато-белая карточка банка. В голове стоял гул, и Макс почти ничего не слышал. Потом появились другие ребята. Маленький лысый сейлс помог Максу встать. Отряхнул его куртку. Высокий продавец, с большим кадыком, держал в руках карточку Макса и, почему-то улыбаясь, тыкал в нее пальцем. Слух стал возвращаться. Потихоньку, не сразу.

– Так он у нас баба, выходит! – засмеялся Толик и взял в руки карточку. – Варвара Нестерова! А мы все ему – Максим Константинович!

– Точно, Варвара он, а не Максим никакой! – засмеялся волосатый сейлс с серьгой в ухе.

Макс, пошатываясь, сделал несколько шагов вперед. Продавцы расступились. Из его разбитого носа капала кровь, пачкая рубашку и куртку.

– А ну отдай! – протянул руку Макс.

– Что тебе отдать? А ты попроси! – Толик спрятал карточку за спину.

Макс замахнулся на Толика, но получил удар ногой сзади. Падая, он успел закрыть голову руками и в этот раз лишь расцарапал локти.

Он приподнялся, но так и не смог встать с колен. Толик швырнул ему карточку в лицо. Уголком она попала Максу в лоб.

– Держи свою карту, Варя! И чтобы духу твоего тут больше не было! – поставил точку Толик.

Максим обеими руками прижал карточку к груди, лег на асфальт и стал медленно считать про себя, чтобы расслабиться и забыть весь тот ужас, что ему пришлось пережить.

Когда все ушли, он встал, спрятал карточку в карман и поковылял в сторону ближайшей автобусной остановки.

Глава 28
Вызов

Варя сидела на заднем сиденье «Мерседеса» и смотрела в окно. Ей нравилось разглядывать людей в проезжающих мимо машинах – молодых и стильных девушек, некоторые из которых умудрялись даже краситься за рулем, повзрослевших юношей на новых иномарках, солидных пожилых мужчин на дорогих авто. Но больше всего Варя любила разглядывать детей, особенно когда те замечали ее внимание к себе и отвечали взаимным интересом. Кто-то из них просто улыбался, другие водили пальчиком по стеклу, рисуя буквы, а некоторые пытались что-то сказать Варе. Она старалась читать по губам, но получалось редко. Иногда Варе хотелось выбраться из машины – просто приказать шоферу остановиться, открыть дверь и кинуться к ребенку. Обнять его и прижать к себе, потискать. Но все это были фантазии, несбыточные мечты. Варе нужно было рожать самой, пока еще не поздно. А текущая ситуация все дальше и дальше уводила ее от этого. Работа копилась как снежный ком, времени на личное совсем не оставалось, и с каждым днем ситуация только ухудшалась.

«Может, просто выпрыгнуть из машины и сбежать? Плюнуть на все? На дурацкий банк, выгодную и перспективную позицию, того же президента? И уехать куда-нибудь в деревню, подальше от всего. Взять с собой Наташку, перевезти туда родителей. Сдавать квартиру в Москве и просто жить, радуясь каждому дню? Почему так нельзя?» – думала Варя, не заметив, как подъехала к центральному офису банка. Водитель вышел из машины и открыл ей дверь. На улице моросил дождь из отдельной маленькой тучи, а солнце уже скрывалось за крышами домов. Варя проводила его взглядом и перепрыгнула через лужу. Охранник кивнул, увидев Варин пропуск. Она побежала вверх по ступенькам центрального входа.

В кабинете президента, куда ее сразу пропустили, было тихо и пустынно. Видимо, стены не пропускали шум. Хотя снаружи улица гудела, наполненная звуками города. Был там и шум автомобилей, и голоса людей, и даже шорох листьев, который совсем тонул в какофонии остальных звуков. Но в кабинете всего этого было совершенно не слышно.

На дубовом столе президента, покрытом красным темным лаком, стояли старинные механические часы с маятником. Их стук заполнял все пространство кабинета. И порой Варе казалось, что это вовсе не часы стучат, а ее сердце. А иногда возникало ощущение, что сердце останавливается, а часы продолжают биться. Тогда она прикладывала руку к груди и пыталась ощутить ритм сердца.

Часы чем-то очень нравились Варе. Сам их вид внушал ей безотчетный трепет.

Она встала, осторожно к ним подошла и дотронулась до краешка верхней крышки часов указательным пальцем. Раздался звук боя, словно кто-то ударил молоточком по металлическому предмету. Варя отдернула руку. Потом села поближе и стала наблюдать, как качается маленький, едва заметный за толстым стеклом маятник часов. От этого монотонного движения ей захотелось спать. Она потерла кулачками глаза, но веки все равно потихоньку смыкались, унося ее дальше и дальше от происходящего вокруг.

Облокотившись на спинку кресла, она закинула голову назад, подложив под нее правую руку, закрыла глаза и стала вспоминать лес, вдоль которого гуляла, когда шла домой от платформы электрички. Сначала лес казался ей привычным и знакомым. Каким Варя всегда его помнила и знала. Но внезапно листья налились ядовито-зеленым цветом и увеличились в размерах, грибы выросли до уровня колен, а по веткам стали прыгать незнакомые животные, похожие на обезьян.

«Откуда тут обезьяны? – думала Варя, не понимая, что уже спит. – И грибы какие-то огромные. До колен».

Она зашла уже в таинственную глубину леса. Странные животные прыгали вокруг нее, не решаясь подойти. Варя нагнулась к одному из грибов и потрогала его за шляпку. Она была мокрой и скользкой. Шляпка приподнялась, наклонилась назад, и гриб заговорил человеческим голосом:

– А ну не тронь!

– Извините, – Варя отпрыгнула в сторону, – я и не знала…

– Мало ли что ты не знала! Дура! – Шляпка затряслась, и Варя увидела маленький рот гриба.

– Простите, а куда мне идти?! – спросила Варя.

– Прямо иди! И грибы не трогай!

– Спасибо! – Варя обошла гриб и побежала дальше.

С каждым шагом вокруг Вари все менялось. Лес то становился густым, состоящим из хвойных пушистых деревьев, то деревья, наоборот, уменьшались в размерах и больше походили на кусты с редкими, почти сухими листьями. Цвет неба тоже изменялся от бело-голубого до буро-красного, словно кто-то разлил кровь на небосводе. Иногда Варе становилось страшно. Но она, собрав остатки сил в кулачок, все же двигалась вперед. Издалека Варя разглядела полянку. Совсем небольшую, от силы несколько метров в диаметре. Полянка приближалась и наконец открылась целиком. В центре нее лежало бревно, на котором сидел знакомый седой старик в телогрейке. В этот раз на нем почему-то не было шапки-ушанки. Варя вышла на полянку и села на край бревна, в метре от старика. Тот, казалось, не замечал Варю. Или делал такой вид.

– Как мне вернуть все назад? Скажите, как? – Варе очень хотелось заплакать, но она сдержалась.

Старик сорвал одуванчик и стал его нюхать, испачкав нос в желтой пыльце.

– А зачем, Варенька? Ты разве не этого хотела?

– Верните меня туда, назад, я вам… – Варя задумалась о том, что она может предложить старику. – Я вам денег дам. Хотите… квартиру на вас перепишу.

– Квартиру? – изумился старик. – Такого мне еще никто не предлагал! На что мне она… Вон вокруг какая квартира! – старик повел в воздухе рукой.

– Да, квартиру! Мне бы туда, назад. Я как раньше хочу быть!

– Ну, как раньше ты уже не будешь никогда, Варенька. Но туда – можно!

Варя вскочила с бревна, подошла к старику, села перед ним на корточки и просительно протянула к нему руки.

– А сейчас можно? Прямо сейчас? Сможете вернуть?

Старик неловко отодвинулся. Поправил воротник телогрейки. Швырнул в куст цветок.

– Найди его, Варенька, просто найди!

– Кого его? Кого мне искать?

– Того, с кем вы карточками тогда обменялись…

– Какими карточками? – удивилась Варя. – С кем мы обменялись? Скажите, умоляю вас!

Внезапно контуры старика стали расплываться. Из человека, которого еще секунду назад можно было потрогать, старик превращался в облако, растворяющееся в воздухе. Варя попробовала схватить рукав его телогрейки, но ее пальцы лишь соединились с основанием ладони, ощутив пустоту.

– С кем? С кем мне нужно встретиться?! – кричала Варя туда, где раньше был старик.

– С Антоном Денисовичем! – услышала Варя испуганный голос помощницы президента. – У вас сегодня встреча с президентом нашего банка!

– Извините, – проговорила Варя, чувствуя себя совсем неловко – это я во сне. Не обращайте внимания!

– Может, вам водички или чая, Варвара Федоровна? Вы так кричали. До смерти меня перепугали!

– Нет, не надо. Просто страшный сон. Забудьте!

В кабинет вошел президент. Он был в прекрасном настроении. На его лице расплылась искренняя широкая улыбка. Новый итальянский костюм в ярких лучах солнца переливался множеством оттенков. Стильные швейцарские часы черным ремешком обтягивали запястье. Президент прошел мимо нее и сел в свое массивное кожаное кресло.

– Это наш ударник труда! – кивнул он в сторону Вари, обращаясь к помощнице. – Ее офис на первом месте по кварталу идет! Представляешь?

– У Варвары Федоровны? – удивилась та, разглядывая сонную, все еще приходящую в себя Варю.

– Именно! У Варвары Федоровны! Тут такой порыв и накал! В общем, наш человек! Ни минуты без дела не сидит. Не то что эти, сонные мухи, – и президент махнул рукой в сторону двери.

– Спасибо, – Варя посмотрела на часы и поняла, что ей надо продержаться еще минут двадцать, пока президента не вызовут на новую встречу.

– Это вам спасибо! Все бы так! – В этот момент президент взглянул на свою помощницу, кивнул ей, и та вышла из комнаты. – В общем, помните того борова, что к вам приставал?

– Анатолия Эдуардовича?

– Именно, его самого! Эдуардовича этого.

– Помню, конечно, – смутилась Варя.

Президент засмеялся, рассматривая прозрачную ручку с золотыми вставками, которую вертел перед собой пальцами.

– Вам бы и не помнить. До сих пор же звонит! Почти каждый день?

Варя опустила глаза. Разговор был ей неприятен. Ей хотелось поскорее уйти и проверить, про какую карту говорил в ее сне старик. Неужели она украла или, вернее, взяла по ошибке карту другого человека? Но при президенте проверить это было довольно затруднительно.

– Да, звонит иногда, – подтвердила Варя.

– Говорили же ему по-хорошему, а он, козел толстый, все никак не успокоится.

– Я привыкла…

– А вот и зря! В шею таких надо гнать, – президент склонился к Варе, посмотрел по сторонам, словно убеждаясь, что его никто не слышит из посторонних. – В общем, я хочу его заменить! Я наконец-то разобрался с его связями! Больше он не опасен для нас.

Варя оживилась. Ухаживания вице-президента были ей, мягко говоря, неприятны. И она от них устала. Хотя он и казался ей несчастным и одиноким человеком. Таким же, как и она сама. Поэтому его было все-таки жалко.

– Это хорошо, а то я, признаться, уже сколько раз его просила. А он все никак не успокоится.

– Теперь успокоится! С завтрашнего дня он уволен. Осталось только согласовать нового вице-президента с акционерами.

– Есть кандидатуры?

– Конечно! – Президент привстал из начальственного кресла и протянул вперед свою тонкую, почти детскую руку. Варя, не понимая, что от нее хотят, ее пожала. – Вот она, передо мной! Собственной персоной!

– Я? – ткнула себя в грудь пальцем Варя.

– Именно! Вы же об этом мечтали? Признайтесь?

– Я даже не знаю…

– Осталось несколько согласований, но основные я получил.

– А когда? – у Вари закружилась голова, и ей сильно захотелось пить.

– В начале следующей недели! С понедельника. Хотя есть формальности! Но они формальные! – Антон Денисович засмеялся, по-детски радуясь своей неловкой шутке.

– Кабинет его завтра очистят! От его вещей, а главное – от него самого. Так что – добро пожаловать в команду!

Варя еще раз протянула вперед руку и пожала ладонь президента. В этот раз она почему-то была сухой и по-мужски грубой.

Глава 29
Новое пристанище

Максим сидел за маленьким деревянным столом в огромном шумном зале. Вокруг раздавались сотни голосов чужих, совершенно незнакомых людей. Эти люди сменялись почти каждый день: старые уходили, но на их место тут же брали других. Больше месяца никто не задерживался. Макс же продержался целых три.

Работа в колл-центре давала очевидные преимущества: она была посменной – день через день, и совсем рядом – Макс снимал комнату у старушки в доме напротив, и путь на работу занимал не более десяти минут.

Зарплату Максу платили регулярно, раз в две недели. Денег хватало, чтобы оплатить комнату, купить продукты, заплатить за телефон. Самым же ценным было то, что, используя доступные на работе ресурсы и возможности, он мог искать Варвару Нестерову. В течение рабочего дня он имел возможность посетить десятки сайтов, выписать нужные телефоны, обзвонить компании и предложить билеты в театр. И заодно, хотя для него-то именно это и было главным, попытаться узнать, не работает ли там случайно Варвара Нестерова. Находя нужный контакт, он звонил в компанию и рекламировал очередной спектакль:

– Вы просто не поверите, как замечательно играет Иван Нагой, он великолепен! Клянусь, вы и ваша половина не пожалеете!

– Спасибо, молодой человек, но мне не нужно! Я не пойду, – обычно говорили на том конце провода.

– Но вы не спешите отказываться. Вот ваша коллега, Варвара Нестерова, купила билет на этот спектакль и осталась чрезвычайно довольна. Вы можете лично у нее спросить.

– Но у нас нет никакой Варвары Нестеровой! Вы что-то путаете, – отвечал уже почти возмущенный голос.

В этот момент Максим выдерживал небольшую паузу, шуршал бумагами, делая вид, что пытается найти нужную запись, а потом добавлял:

– Извините, видимо, я перепутал что-то, но Варваре Нестеровой действительно понравилось!

Дальше все развивалось по двум сценариям. Либо на том конце тут же клали трубку, либо разговор продолжался уже повеселее:

– Ну раз Варваре Нестеровой понравилось, – задумчиво звучал голос, – то можно попробовать и сходить.

– Тогда наш курьер подъедет к вам и привезет парочку билетов.

– Договорились, – заканчивался разговор взаимным удовлетворением сторон.

Прием Макса нравился и коллегам, и начальнику – молодому рослому парню с крупным лбом и каштановыми вьющимися волосами. Звали его Матвеем. Собственно, в конторе его отца и работал Максим. Матвей же был заместителем генерального директора и начальником колл-центра.

– Здорово ты с этой Варварой придумал, – как-то сказал Матвей, – и фамилию красивую выбрал «Нестерова». Ты это сам или прочитал где?

– В Лондоне научили, в университете! – всегда отвечал Максим.

– Ну хватит уже байки-то про свой Лондон рассказывать, Макс, не верю ни на грамм.

– А чего так? – ухмылялся Макс.

– Да того, – Матвей почесывал свой крупный лоб. – Не работал бы ты у нас тогда. У нас с вышкой всего два человека. И те – заочно учились.

– Понимаю… – одобрительно кивал Максим.

– Макс, ты не обижайся на меня, – продолжал Матвей, – мне ты нравишься и отцу тоже. Но что-то у тебя с головой иногда не того…

– В каком смысле?

– Ну, как выпьешь, про Лондон свой рассказываешь, про то, как вице-президентом был. Оно, конечно, здорово все это слушать, но в меру. Может, тебе к врачу сходить, голову проверить?

– Не надо. Я больше не буду, обещаю, – с улыбкой прошептал Макс и подмигнул Матвею.

– Да ты и в прошлый раз обещал. Но как напьешься, все рассказываешь про деда какого-то волшебного, про Варю, про карточку…

– Да не вру я, Матвей!

– Опять началось… – Матвей махнул своей мясистой ладонью.

– Поверь мне, прошу тебя, – и Макс, привстав, взял Матвея за рукав рубашки. Тот отдернул руку.

– Да брось ты… – смутился Матвей и переключился на более прозаическую тему. – Я, кстати, всем сотрудникам про твой трюк с Варварой рассказал. И что ты думаешь?

– Что?

– А то, что они все теперь про Варвару Нестерову говорят. А продажи у нас за неделю на десять процентов выросли.

Макс чуть заметно улыбнулся. Ему стало приятно, что его метод увеличил продажи. А ведь его так давно не хвалили, не говорили доброго слова! И, по сути, он уже давно потерял веру в себя.

Вся его надежда, весь смысл его разрушенной жизни был теперь в поисках Варвары. Он знал, что она, попав в его жизнь, мучается не меньше его, и понимал, как ей тяжело. Еще он знал – она тоже его ищет, если, конечно, у нее есть на это время, и хочет вернуть ему карточку.

Макс попробовал вспомнить, как выглядит Варвара. Ведь он же ее видел, и она ему даже понравилась. Правда, это было так давно, к тому же он был пьяным и сонным. Но он был уверен, что если когда-нибудь увидит ее, то точно узнает. Вот только бы найти ее в этом многомиллионном городе, только бы увидеть. Уж он бы своего шанса не упустил.

– А ты знаешь, какой недавно случай забавный приключился? – продолжал Матвей. – Вообще умора. Я так ржал.

Макс насторожился. Нахлынуло ожидание чего-то нехорошего. Казалось, сейчас Матвей скажет нечто такое, от чего Максу станет больно и невыносимо тяжело.

– Что стряслось? – с волнением спросил Макс.

– Одна наша сотрудница позвонила в новую компанию и предложила билеты, – Матвей говорил громче обычного, видимо, ожидая, что его будут слушать и другие коллеги. – Ну и давай про Варвару Нестерову им впаривать, ну, как ей спектакль понравился.

– И что? – Макс встал и словно удав, пожирающий взглядом мышь, уставился на Матвея. Но тот продолжал, не обращая на телодвижения Макса никакого внимания.

– А ей в ответ: сейчас мы, мол, у Варвары этой, ну, они ее по отчеству, большой человек, видимо, и спросим. И что самое-то интересное – спросили!

У Макса закружилась голова, а земля словно выскальзывала из-под ног. Он попытался схватиться за Матвея, но рука, разрезав воздух, опустилась на спинку стула. Макс присел и, прислонив ладонь к груди, стал прислушиваться к своему сумасшедше забившемуся сердцу.

– Так эта дуреха наша от неожиданности трубку бросила! – и Матвей засмеялся так, чтобы услышали все вокруг. – Такая вот хохма. Так что, оказывается, и на реальную Варвару нарваться можно!

Макс поднялся и уставился на Матвея остекленевшими глазами:

– Где она? – выдохнул он. – Где?

Матвей наконец-то обратил внимание на Макса и несколько опешил. Макс весь дрожал, белки его глаз покрылись густой сеткой капилляров, на уголках губ появилась слюна. И дышал Макс часто-часто, словно ему не хватало воздуха.

– Э-э-э… Что это с тобой дружище?! – испуганно отпрянул от него Матвей. – Ты это того, не волнуйся так.

– Где она?

– Да кто она?

– Та сотрудница, что Варвару нашла! Покажи ее! – наседал на него Макс, решительно давая понять, что он сейчас совершенно серьезен и с ним лучше не шутить.

– Да вон она, Наташка, в черной кофточке, с носом таким, – Матвей приложил к собственному носу свой огромный кулак, – ну, как картошка.

Ничего не ответив, Максим двинулся в сторону Наташки. Та сидела, разглядывая свежий лак на ногтях, и говорила в трубку:

– Там будут играть все наши лучшие актеры. – Она нахмурила брови, взяла в руки карандаш и продолжила: – И Боярская там будет. Конечно, будет! И…

В этот момент кто-то сдернул с ее головы гарнитуру. Наташка от неожиданности едва не свалилась со стула, но чьи-то крепкие руки подхватили ее под мышки и плотно усадили обратно.

– Где телефон, по которому ты дозвонилась до Варвары Нестеровой?

– Я не понимаю, – Наташка, защищаясь от нависшего над ней Максима, замахала в воздухе руками и попала ногтем по его лицу. Щеку перечеркнула тонкая царапина, и выступила кровь. Максим стал вытирать ее кончиками пальцев, но лишь размазал кровь по всей щеке. – Что вам надо?!

– Где телефон Варвары Нестеровой? Говори!

– Не знаю я никакой Варвары! Милиция, кто-нибудь, вызовите милицию! – в ужасе отбивалась от Макса девушка.

– Говори, а то я тебя придушу! – Макс схватил Наташку за щуплую шею.

– Помогите! – сдавленно и сипло закричала девушка, пытаясь оторвать от своей шеи Максовы ладони.

Кто-то схватил Макса за плечо. Грубо и больно. Он обернулся и успел увидеть огромный приближающийся кулак размером с маленький футбольный мяч и яркую вспышку в глазах, после которой стало темнеть. Больно не было. Просто Макс понял, что теряет сознание и падает на пол. Последней мыслью было: надо успеть подложить под голову руку. Потом совсем стемнело. Какое-то время он еще слышал чьи-то голоса, но они становились все тише и тише, пока и вовсе не растаяли в кромешной тишине.