Читать книгу "Техник и колдун"

13 Золотая рыбка

Жига шла спокойно раздувая пыль под собой. Солнце опустилось за деревья, и окрасило апельсиновым цветом небо. Пурпурные облака кучками ползли по небу, отбрасывая мягкие тени на дорогу. Горан вел аккуратно, чтобы не разбудить уснувшую Рэю. «Техник и охотница. Могло бы и получиться. Может ну его этого Рудру, колдунства его, технику. Срубить себе дом где-то, а хоть бы и вот в этом лесу. Как тут хаверло вырастить любой техник знает…» – думал Горан, – можно мастерскую на тракте открыть, лечить ховервагены, скаваторы, моциклы. Клеить покрышки, и выхаживать проезжих. Детишек бы завели…» Хотя вряд ли. У техников с техникой этого самого все в поряде, а вот насчет детей… Редко у кого получалось, разве что приемные. Но это мог быть вариант. Скоро стало темнеть. Горан присмотрел полянку на берегу у озера, и свернул с проселка, решив на ночь в такой красоте бросить якорь.

Пока суть да дело, Горан поставил палатку, развел костерок, погрел сублиматов. На запах пришел Зохан. Рэя пошла сполоснуться в теплой воде озера. Солнце село и стало прохладно. Рэя укуталась в одеяло, и пришла к костру. Горан подсел к ней, и отжал себе край одеяла. Рэя придвинулась к нему поближе, и они превратились в один комок человеков. Технику стало так нестерпимо сладко, как никогда еще не было. Казалось, вот так бы и сидел тут веками, смотрел на звезды… Вдруг в башке у техника родилось сомнение. А что если Рэя как Герман, засланная… А что, если это барон так его стимулирует, или подмасливает втихаря? Заруба тот еще скользкий… «Паранойя дело нужное», – подумал Горан, – «Но то, что все вокруг подстава, наверное перебор. Горан вздохнул, и как бы невзначай попытался обнять Рэю, но та на него так посмотрела, будто он ее ударил. Техник убрал руку, и взялся хлебать вареные сублиматы из миски. Видимо про взаимность чувств он себе насочинял. Доев свою порцайку, Горан отставил миску, и собрался было встать, но вдруг почувствовал, как рука Рэи проскользнула к нему под куртку, другая стала медленно расстегивать ремень на штанах. Техник посмотрел в горящие янтарем в свете костра глаза Рэи. Они смотрели ему прямо в душу. Горан решил, что это видимо была проверка на «козла», и судя по происходящему, Горан ее прошел. Он слегка сопротивлялся, но потом, незаметно для себя, соскользнул с края галактики, и провалился в тепло женских рук, забыв обо всем. Тела Рэи и Горана качало на волнах нежности, было нестерпимо сладко. Горан даже пару раз спецом замедлял время вместе с дыханием, чтобы растянуть удовольствие. И чем ближе они подходили к вершине, тем больше казалось, что техник и охотница становятся чем-то большим… одним существо, у которого одни чувства, одна плоть, кровь и душа. Рэя что-то шептала Горану на ухо, от чего у техника дыбом ставали волоски на затылке. Вселенная была наполнена возбуждением и жаром, и звезды катились по небосклону, и трещал костер в такт, и… Да, так, наверное, написал бы Горан в своих мемуарах. На самом же деле трахались они, как кролики пол ночи, и так и эдак, и орали, и палатку порвали. Даже Зохан заглянул посмотреть, чего там хозяин творит. Но был быстро пнут ногой в хлеборезку, и пошел спать к костру. Ночка удалась.

Утром техника разбудило жужжание рации. Горан разлепил глаза и нажал кнопку на микрофоне. Сквозь шипение и жужжание слышался прорывающийся голос, но абсолютно невнятный. Горан пощелкал каналы, покрутил ручки, в рации что-то щелкнуло: «выжив… все… не в… пусто…”. Голос был похож на голос Германа, но помехи не давали его услышать. Горан подстроил антенну, попробовал подобрать и очистить частоту яблочным девайсом, но ничего не вышло. Он плюнул, выключил радио и с разбегу прыгнул в озеро. Вода была как парное молоко. Из палатки вышла Рэя, завернутая куртку Горана. Растрепанная и красивая. Она мягко ступала по росе, подойдя к воде, и, сбросив куртку, охотница разбежалась нырнула в воду. Горан заулыбался, вспоминая ночь. Это все же была не механическая баба, а самая, что ни на есть, настоящая, живая. Техник оглянулся, но Рэя не выныривала, он забеспокоился, тем более, что Зохан стал лаять на воду, но сам в нее не лез. Техник погрузил голову под воду. Вода была такая мутная, что… Горан включил внутреннее зрение, и увидел, что Рэя просто сидит в паре вершков от поверхности, схватившись за корень ивы и улыбается. Он решил ее подколоть, и хотел было поплыть в другую сторону, но не успел. Саженях в пяти от Рэи техник разглядел медленно плывущую длиной в сажень дрон-рыбу, отливающую золотом. И это был не «судак», это была рыба, из тех что отлавливают и приручают военные. На ее механической морде была большая камера 270 градусов, и длинные острые пики, похожие на самурайские мечи. Горану показалось, что он даже рассмотрел челюсти. Техник за долю секунды понял, что если будет звать Рэю, она подумает, что это все шутки, и начнет от него убегать. Тогда Горан согнул ноги, уперся в дно, стараясь взять такую траекторию, чтобы и Рэю вытолкнуть к берегу, и самому мудями под лезвия не попасть. Он напряг мышцы ног и пресса и выстрелил себя в сторону охотницы. Рэя увидела его буквально за аршин от себя, выпрыгнула из воды и хохоча стала убегать. Горан вынырнул следом и, не говоря ни слова толкнул Рэю как можно дальше в сторону берега, от чего Рэя чуть не упала. Неожиданно, дрон-рыба вылетела вслед за мешками с мясом, пытаясь зацепить Горана пикой. Перепуганная Рэя загребая руками песок на четвереньках ползла на сушу. Горан не нашел ничего лучше, увернулся и задом долбанул дрон-рыбу в левую часть морды. От удара рыбу повело вправо, она царапнула техника хвостом, перевернулась в воздухе, упала на спину, и встряла плавником в ил. Горан по кошачьи оттолкнулся всеми четырьмя от дна, и перекатом оказался на мелководье. Застрявшая в песке рыба, барахталась и билась в попытке вернуться в исходное положение, но это ей не удавалось. Зохан захлебывался лаем, но в воду заходить боялся. Горан оглянулся и понял, что произошло, выдержал паузу и спокойно стал подкрадываться к рыбе.

– Горан! Не надо, она же может… – заорала Рэя.

– Тихо мне, всю рыбу распугаешь, – осадил ее Горан.

Рэя замерла, Горан сделал пару шагов к хищнику, и посмотрел в то место, где у рыбы была голова. Он пытался увидеть цвет ее глаза. Внутренним зрением техник мог видеть только форму, а вот колдунство пока нет. Он резко коленом придавил рыбу к грунту. Та дернулась, попыталась вырваться, и в тот момент, когда над водой показалась ее голова, Горан схватил ее за то, что у нормальных рыб было жабрами, и потянул на себя. Из воды показалась камера и две фары. Они были вполне обычными стеклянными. Горан заглянул в глаз золотой рыбе, ни намека на зеленое свечение. Техник встал, сделал шаг в сторону, и пнул ногой дрон-рыбу в бок. Та дернулась, сегменты корпуса сошлись, разошлись, и рыба стала заваливаться на бок. Как только плавник полностью вышел из ила, золотая роборыба маханула со всей дури хвостом, и дала драпака на глубину. На другой стороне озера показался старик в лодке, который забрасывал электронный невод в воду. Горан махнул ему рукой, но дед был сильно занят. Техник плеснул себе на лицо водой и вышел на берег. Рея подбежала к нему, и врезала ему пощечину.

– Это еще за что? – возмутился техник.

– За то что лезешь на рожон! А если бы она тебя… – не закончив фразу Рея отвернулась и пошла к палатке. Голый Горан пошел за ней, потирая щеку.

После завтрака техник прогулялся за дровами, а когда возвращался услышал, как Рэя говорит по радио.

– Да… Есть техник, не кипишуй, к обеду будем, – кто-то ответил шипением и невнятно пробурчал, – хорошо, на месте решим, конец связи, – ответила охотница.

– Ты смотрю уже по хозяйски моим шмотом пользуешься, – заметил Горан складывая сушняк у костра.

– После того, что между нами было, – хихикнув ответила Рэя, потом посерьезнела, подошла и обняла его за шею, – Горыныч, я же по делу. Дора переживает, краны к воде подойти не дают, а там лодки…

– А своей рацией нет?

– Есть… батарея сдохла. В харчевне зарядить забыла.

– Так кинь шнур Жиге, она тебе зальет чутка электричества.

– Ого, у нее и порт зарядный есть?

– У нее много чего есть…

Рэя достала из шмотника шнур, и воткнула в порт Жиги. Жига поежилась и стала кормить рацию. Горан подошел, обнял Рэю сзади, она сначала сопротивлялась, вроде ей бежать надо куда-то, но потом прижалась к нему, и положила голову на плечо. У Рэи в руке появились ушники от ее коммуникатора, она воткнула один себе в ухо, второй Горану. Заиграла тихая гитара в минорном ключе, а скрипучий голос что-то подпевал на незнакомом языке. Так могло длиться долго, но Горан после окончания песни вынул ушник, и спросил:

– Рей, слышь, меня пока не было, никто в радио не стучал?

– Вроде нет, – ответила охотница, – что-то шуршало, но думаю кто-то не в ту частоту попал.

Они сели завтракать чаем и ржаниками из Гыдоты. Ржаники не зря так назвались. Очень смешные пирожки оказались, – сказал бы Горан, если бы кто спросил, только спросить было некому. Через час парочка с собакой собрали барахло и двинулась дальше.

14 Спасение утопающих

Подъехали к Дельфам с запада. Ушник в правом ухе техника нашептывал какую-то старую индейскую песню, чтобы это не значило, но было спокойно и хорошо. При въезде в город стояло два рактора обшитых бронелистами, и пол дюжины охраны со старыми ружьями. Увидев Горана, охранники подошли к загородке из железных труб, и хотели было вопросов задавать на серьезной ноге, но тут из-за спины техника вынырнула Рэя.

– О! Наши в городе, – сообщил один из бойцов.

– Я ж обещала техника приволочь, вот, принимайте, это Горан, – Рея соскочила с ховера и давай обниматься с охранником лет шестидесяти, – Горан, это Папа Грош, это Ярый, а вон тот Хром, – тыкая пальцам в охранников радостно сообщила Рэя.

Горан слез, поручкался с охраной. В этот момент со стороны реки раздался стон со скрежетом, будто ковшом асфальт скребут. Вороны с карканьем сорвались с деревьев и полетели прочь. Стон повторился более протяжно, но уже тише.

– Это то, о чем я думаю? – спросил Техник.

– Агась, краны пугают местных, видимо кто-то мимо проходил. Уже с неделю нет от их спасу. Совладаешь? – спросил хитро прищурившись Папа Грош.

– Судя по крику, они не пугают, а зовут. – заметил Горан, – Где ховер кинуть можно?

– Да вон у хаты Доры… она сама где-то там, – сказал, подозрительно рассматривая техника Хром, и махнул рукой на восток.

Горан поставил ховер где сказали, проверил подсумки, пихнул мосинку в кобуру на спине, и в сопровождении Зохана, Рэи и Папаши Гроша направился к речке. Пока они шли, снова раздался железный стон и скрежет. На выезде к реке были набросаны мешки с песком, куски дохлой техники и пару сваренных из швелера ежей. У баррикады на потертом временем и жопами раскладном стуле сидела плотная баба, возрастом далеко за полтос с выцветшими волосами, в комбезе цвета хаки, из которого по бокам торчали какие-то трубки. На ее коленях лежал потертый калаш, она с удовольствием покуривала «козью ногу» из бумаги набитой травами. Рядом кучковались молодые бойцы в расписанных витиеватым шрифтом ватниках, с берданками.

– Давно сидим? – спросил Горан.

– А смотря хто спрашует? – огрызнулся один из молодых поднимая винтовку, обмотанную синей лентой с привязанными к цевью патронами.

– Мотя, не газуй, – ответила баба в комбезе положив мозолистую руку на его бердану.

– Это Горан, техник из Петровского, – громко объявила Рэя.

– Ну наконец, Рейча, мы думали забыла про нас. Я, Дора, – ответила баба в комбезе, встала и протянула руку Горну. Горан пожал ее. Рука была твердой как дерево, и такой же шершавой.

– Таки шо тут за вопрос? – спросил техник.

– Вон, там в пятидесяти саженях два крана со съехавшими набекрень башнями. Пройти не дают, одного мужика крюком огрели, мы его еле откачали. Баб пугают, а у нас там лодки, сети… мы с воды пытались, так тоже никак… да и боязно… Они здоровенные, и злобные, Тихон на их первый наткнулся, так чуть кирпичный завод не открыл, – описала ситуацию Дора.

– Понял, – ответил Горан. – Знач так, бойцов поставь там, напротив рва, если какой из железяк будет на баррикаду идти, шмаляйте в бак, но не по фарам. Я на разведку. Если получасом не обернусь, поминай как звали, – скомандовал Горан, и подмигнул.

Дора скомандовала, чтобы молодняк шел к березам, сама устроилась в амбразуре на мешках. Недовольный Мотя что-то бухтел соседу на ухо, но пошел на позицию. Рэя пошла за техником, но он ее остановил.

– Чет у меня жопа не на месте, – обратился он к охотнице, – Я там и сам управлюсь. Можешь пока суть да тело эфир прошерстить. Как-то за Германа неспокойно.

– Я – охотник… – запротестовала Рэя

– Ты, охотник, сделай мне радость, попробуй вызвать жирдяя. Это важно! – серьезно ответил Горан глядя Рэе в глаза.

– Гаденыш ты! – обижено бросила в него охотница, – я думала поучиться у техника, а ты меня в тыл…

– Та не гуди ты коленвалом, они не бешеные. Крик был о помощи, а не рык. Разберусь. А вот техника дела не ждут, да и просить мне больше некого. Не хочу я, чтобы кипиш поднялся на ровной дороге. Сделай как прошу, а вечером с меня причитается, – загадочно улыбнулся Горан.

Рэя хлопнула его по заду, грустно кивнула, и пошла обратно к ховеру. Техник вместе с Зоханом двинулись вперед.

Снова раздался вой железный. Горан остановился, но из-за деревьев и кустарника было не видно, что там, и техник решил подойти ближе. Он скомандовал Зохану молчать, и идти следом. Еще через пятнадцать саженей техник увидел первый кран, здоровенный колесный камаз. Он стоял на распорках, и мигал габаритами. Вроде как зазывал кого. Горан напрягся. Присел за камнем, и посмотрел в оптику. Кран как кран, глаза живые, зелени нет. И тут камазный кран спрыгнул с распорок, и направился прямо к нему, размахивая стрелой с крюком. Техник достал мосинку и стал пятится. Кран был все ближе, но в скрежете его механизма Горан не услышал злобы. Горан встал в полный рост и вышел на середину дороги. Кран вертел башкой, но за пять саженей до техника вдруг остановился, и стал снова махать стрелой. Горан увидел, что тот не просто так крюком машет. Крюк описывал дугу, и возвращался назад. Кран гудел клаксоном, мигал правыми поворотниками, газовал на месте и скрипел. Горан не двигался, ожидая что будет дальше. Камаз стал пятиться, поворачивая башню вправо. Техник пошарил взглядом по кустам и увидел в десятке саженях в гуще леса другой кран, на гусени. Тот медленно ездил полукругами, вроде крюком зацепился за что-то. Горан решил подобраться поближе, но вдруг, из под его ног выскочил Зохан, завилял хвостом, залаял, и побежал к гусенявому крану. Горан закричал ему: «Бэк-Бэк»! Зохан оглянулся, гавкнул и побежал дальше. Горан поднял ствол мосинки и прошел мимо колесного на безопасном расстоянии, не упуская его из виду. Камаз откатился назад. Техник нырнул в подлесок. Чего-чего, а такого Горан не ожидал увидеть. Поляна саженей двадцать пять представляла собой здоровенную воронку, как карьер, только меньше. В центре воронки, на дне, заваленный глиной почти по самую башню, сидел подрощенный гибрид скаватора и дозера. Он почти обессилев ерзал на месте и стонал. Грунт вокруг него был жидкий, как тесто, вперемешку с камнями, глиной и ветками. Гусенявый кран схватив гибрида за башню крюком, удерживал того от полного погружения. Он… Хотя Горан бы сказал, она прокатывалась по краям ямы, утаптывая грунт, чтобы не сползал. Внизу у гибрида лаял Зохан, копая под него лапами. Горан понял что случилось. Деревенские чугунки решили, что краны на людей охотятся, а тут беда бедовая.

Что делать, техник определил почти сразу. Он вышел на край ямы напротив гусенявого крана, и громко крикнул. Все трое повернулись к нему. Горан показал знаками, чтобы те успокоились, что он пришел помочь. Он показал гусенявому, чтобы тот развернулся жопой к яме, и позвал колесный. Сам же техник привязал прихваченный с собой трос к дереву, обмотал себя по парашютному, и спустился в вниз к гибриду. Зохан начал рыть землю активнее, а Горан достал саперную лопатку, и взялся откапывать бедняге ковш. Подъехал колесный кран, техник маякнул ему и тот сбросил вниз свой крюк. Горан перецепил крюки кранов так чтобы они малышу ноздри не порвали, освободил ковш гибрида, и стал покрикивать кранам как им тащить. Гибриду техник пояснил куда ставить ковш и как толкаться. Потом Горан подрубил корни деревьев вокруг колес гибрида, и стал командовать всей бригадой. Все шло хорошо. Гибрид цепляясь ковшом достал из под земли передние колеса, те что поменьше, а краны аршин за аршином тащили его наверх. За ревом и скрежетом Горан не слышал Зохана, хотя тот лаял во все горло. Пес понял, что шансов быть услышанным нет, и стал дергать Горана за штанину. Горан отвлекся, и поднял взгляд, куда показывал пёс. Над поляной завис коптер пол сажени в диаметре. Он покачивался, и явно целился, с какого боку напасть, но не решался. Горан залез на крышу гибрида и выстрелил в коптер из мосинки. Пуля попала по винту, тот взвизгнул и отвалил куда-то за деревья. Через какое-то время стараний кранов, Горана и пса под гибридом что-то громко хлюпнуло и тот резко вывалился на склон ямы. Горан скомандовал вытаскивать его наверх, краны послушно все исполнили.

После общего осмотра гибрида, техник констатировал, выворот переднего моста, стойки повело, да шаровые, да чистки на день работы. Короче есть чем заняться.

Горан весь в глине и грязи спокойно отмывался в реке, когда услышал голоса. Это подоспело «подкрепление», которое привел Зохан. Народ настороженно обошел краны и гибрида. Когда всем стало ясно, что опасности нет, бойцы стали подходить по очереди к технику, хлопать его по спине, вопить и стрелять в воздух, пугая технику. Дора всех угомонила парой тройкой этажей ругани.

– Чего разорались, тишина в классе! – закончила Дора, после чего обратился к Горану, – что скажешь техник?

– Чего тут говорить, краны этого мелкого защищали, и помощи просили, а вы уже кипеш развели, – Горан стер глину с лица, и утершись рукавом, продолжил, – эту семейку можете пользовать, они команды знают, приручены, а гибрида надо бы на погрузчик, да в «сухой док» отвести. Я его отхожу за пару дней, будет как новорожденный. Если надо, приручу, да пользуйтесь. Только не обижать, натерпелся он итак.

– Спасибо техник, у нас был слесарь один, он бы мож и сам управился, да как в Петровское уехал пару недель назад, так и не отзывается. Может присоветуешь кого? Ну чтобы все по чести? Ремстанция то у нас рабочая, – отозвалась Дора, положив калаш на предплечье.

– Я бы тебе насоветовал к переправе подрулить, там и слесаря и прочие бывают, может нароешь кого. А нет, так на столбы у Гыдоты кью ар код налепи, долго ждать не придется.

– Лады, а за помощь мы тебе организуем чуть барыша. Уж не обессудь, чем Рандом послал.

– Та хоть Лаплас, главное помыться бы мне нормально, – при упоминании Лапласа Дора напряглась, потом сморкнулась в сторону и пошла к своим.

Горан вернулся в город, там устроили небольшой сабантуй в честь героя. Накрыли столы прямо во дворе, под тентом, где по выходным рынок привозной тусит. Стали таскать еду, кто что мог. Горан подошел к Рэе, и поинтересовался насчет радио.

– Ну чего? Выходил Герман на связь?

– Не скажу, – изображая обиду, ответила Рэя, – Да, нашару просидела над приемником весь день аки кура. Точно кто-то прорывается, но голоса не слышно. Видать далеко. Че там с мелким? Смотрел?

– А тебе уже доклали… Та да, там не сложно, но попыхтеть придется. Чистить надо. Ты шаришь в технике, или только насчет чего открутить да срезать?

– Горыныч, от ты язва? Шарю… развал-схождение, тормоза, гидравлику и прочие. Ну если есть тонкости, покажи. А так, я и сама гибрида пролечу.

– Покажу конечно, – ответил техник, и полез обниматься.

– Куда ты? Ходит весь в говне, еще шото вообража, – с улыбкой, на южный манер, отозвалась Рея, – иди откисни, вон баньку тебе протопили.

Горан поднял Рэю на руки и унес с собой в парилку. Пока они там скрипели досками, да пыхтели вениками, местные бабы притащили им квасу, и сухую одежду. Через час парочка вышла наконец из бани, и все сели ужинать. И про Зохана не забыли, как про героя. Перепало ему в тот вечер знатно. Все поздравляли друг дружку, даже Мотя толкнул тост.

– Этого того, я вот тут… многие меня не того… А я вот скажу! Надоть наших мелких ентих заслать по техникумах, чтобы… ну, значит было больше таких как наш Горант! И потому…

Тирада затянулась, народ стал хлестать пивас и мед, не дожидаясь окончания опуса магнума.

Принесли жареных пельменей с предсказаниями.

– Хочешь предсказаний отсыплю? – спросила Рэя

– Очень… не хочу, – ответил Горан.

Она смешно затолкала пельмень себе в рот, немного пожевала что-то выделывая языком, и вытолкала между зубами кончик бумажки с текстом. Горан аккуратно своими зубами схватился за листок и вытащил его у Рэи изо рта. «То, что ты ищешь, сейчас в твоих руках», – было написано на клочке газетной вырезки.

– Ну вот! Так я и знал! – сказал Горан, – у меня в руках только ты, так что вишь, вселенная сама подмигивает.

– Главное, чтобы не приставала, а то я ей устрою развал-схождение за казенный счет, – скривив страшную рожу выпалила Рэя, – я тут отвернулась на секунду, а ему уже глазки кто-то строит!

С этими словами она стала тыкать Горана пальцами в бока. Горан заулыбался.

– Горыныч, ты что щекотки не боишься?

– Неа, это она меня боится, – хихикнул Горан, и стал щекотать Рэю. Та захохотала и завизжала, аж кружку с пивом перевернула.

Народ втихаря наблюдал за парочкой, бабы краснели и шептались, мужики стыдливо отворачивались. В разгар веселья к технику подошла Дора, пошептала ему что-то на ухо, и кивнула головой в сторону своего дома. Горан поцеловал Рэю, и почти вырываясь из ее крепких пальцев выперся из-за стола. Дора с Гораном обошли хибару и вошли в небольшое помещение с облупившимися стенами, старыми тертыми локтями столами, и ковром на стене, на котором были вытканы подобия линялых горбатых лосей без рогов. Дора щелкнула выключателем, и по всей комнате зажглись небольшие светильники. На столах лежали бумаги, немытые чашки и кипы журналов по радиоэлектронике. Посреди комнаты стояла большая радиостанция из старого мира с открытым корпусом. В ней, видимо все время что-то меняли, перепаивали и настраивали. На передней панели радиостанции был колхозно приторочен треснувший экран от какого-то планшета.

– Ну, так чего ради мы от пива отвлеклись? – иронично поинтересовался техник.

– Хром записал, вот слушай, – Дора потыкала в экранчик, и в колонке зазвучало шипение, потом скрежет, а потом… «…кто меня слышит… технику… с-ш-ш-с, прием-ш-ш-ш, нужна помощь… Горан… ш-с-ш-ш, если слышишь-ш-с-с… Герман… с-ш-ш-ш-ш Наска… -ш-т-с-ш сгорел… ш-ш-ш… уям, нужна помощ-ш-ш-ш Горан… ш-ш-с-ыручай…» – Дора обернулась и посмотрел на Горана. – У нас новую антенну недавно поставили, а то бы и не услышали. Знаешь чей голос?

– Знаю, – вздохнул Горан, и погрустнел – другой техник… учились вместе… Сученок решил сам в пустошь рвануть… Попал видимо…

– Что думаешь? – спросила Дора забивая травами козью ногу.

– А что тут думать?! Идиот он конечно… но придется ехать… Лучше бы выхлопную себе просверлил, Тур Хейердал херов… Какого болта его туда понесло? Координаты есть?

– Нет, не передавал…

– А по сигналу можно посчитать?

– Вот, – Дора подвинула Горану листок с какими-то формулами и закорючками, – Хром как смог квадрат высчитал, но тут плюс минус…

Горан вышел с листком бумажки и кислым лицом из радио рубки. Когда он вернулся за стол, Рэя все просекла и стала выпытывать, что случилось. Горан пояснил, что если с техником беда, то ближайший к нему техник должен помочь. Это работает обоюдоостро. Проигноришь, так и к тебе никто не придет на подмогу, когда сам попадешь. А так хоть какая надежда…

– А че ты скис тогда? Помню я этого Германа, ну не на себе же его тащить? – спросила Рэя.

– Не в том дело. Мне ехать надо, а как же уродец этот… гибрид?

– Еще скажи что ты его усыновишь!? – с иронией ответила Рэя, – я же все понимаю… Горыныч, я тоже не хочу, чтобы ты уезжал. Но есть радио, вон у Доры антенна новая. Будешь мне туда шипеть по вечерам. А за скава-дозером, или как его звать, я присмотрю. Ему уже полегче.

– Да, я просто… – замялся Горан

– Не ссы, я тебя дождусь, пары часов то хватит? – хитро заулыбалась Рэя.

– Ну ты мне поговори еще, иди манускрипты с инструкциями учи, вернусь, проверю… – грустно заулыбался техник.

– А хочешь, я с тобой поеду? – с надеждой в голосе спросила Рэя.

– Хочу… но слишком уж все это странно. А лучше сам, а то еще за тебя думать…

– Я – охотница, могу и сама за себя подумать, и спину тебе прикрыть, а?

– Нет, не могу я так рисковать… прости… – насупился Горан.

– Не доверяешь? Понимаю… Смотри… а то я могу и пригодиться…

Горан помолчал, обнял Рэю, вдохнул запах ее волос и что-то защемило в его сердце. Собравшись силами, техник потряс головой, приводя мысли в движение, выдохнул и улыбнулся. Рэя обняла его за талию, они попрощались с народом, и под одобрительный свист отправились в дом Доры на ночевку.

Только тронула зоря верхушки деревьев, а Горан уже заканчивал сборы. Он подозвал Зохана, тот запрыгнул на багажник, где и был пристегнут ремнем. Рэя вышла из дома в горановской рубахе, и стала пить отвар из кружки. Горан был серьезным и слегка грустным. Тяжесть на сердце давила на него, хоть он и успокаивал себя, что за пару дней вернется. Рэя улыбнулась, обняла его, и задорно пнула под зад ногой.

– Давай служивый, не забывай свою охотницу!

– Тебя забудешь. На связи, – ответил Горан, запрыгнул в седло и завел ховер.

Техник подозвал Рэю, обнял ее, будто прощался навсегда, и нежно поцеловал в губы. Выезжая со двора, он боялся обернуться. Если бы Горан снова увидел ее глаза, бросил бы все и остался, гори этот Герман в топке с кизяками. Рэя махнула ему в след рукой, зашла в дом, и молча заплакала сползая по стене. В доме никого не было, и она могла себе это позволить.