Читать книгу "Сила рода"

Всё, чего он хотел – и это читалось в его глазах – размазать северянина.

Я уже шагал вперёд, чтобы подхватить Бранда, который уже едва стоял на ногах, как уши заложило от резкого свиста, а тот самый старшак, называвший меня ссыклом, властно произнёс:

– Всё!

– Сами решим, всё не всё! – огрызнулся я, умом понимая, что он прав.

– Какой дерзкий малёк…

– Я, – неожиданно раздался усталый голос Ивана Толстого, – признаю поражение своей пятёрки.

– Я, – подхватил Рома, – принимаю капитуляцию пятёрки Толстого и накладываю на побеждённых виру.

– Какую? – тут же выкрикнул кто-то из старшаков.

– Сами решим, – невозмутимо отозвался Роман и нетвёрдой походкой направился к Филиппу.

Подойдя к толстячку, он невесело усмехнулся и протянул ему руку.

– Бери артефактом! – крикнул кто-то. – У северянина, оказывается, Око Стужи имеется!

– Свиток заклинания бери!

– Технику Снежного посоха лучше!

– А ничего у нас мальки, боевые!

– Горчаков, лечи их быстрее, сейчас урок уже начнётся!

– Крошин! Давай сюда мой выигрыш! Я на них ставил!

Я стоял посреди туалета, рядом со своими товарищами и не понимал, что происходит.

Выплеснутый адреналин рассасывался, горячка боя сходила на нет, Аура Одержимости свернулась.

На меня тут же навалилась смертельная усталость, и дико захотелось одного – свернуться в комочек и забыться беспробудным сном.

– Горчаков, у них откат, давай быстрее!

– П-парни, п-потерпите, – Славик схватил меня за руку, неловко пытаясь удержать меня на ногах. – П-потерпите, п-пожалуйста!

– Мирон, держись! – Фил в отличие от Славика не хватался за руки, вместо этого поднырнув здоровяку подмышку и подхватив его за бок. – Сейчас легче станет.

Рома стоял рядом, но по его бледному виду было понятно, что ментальный поединок ему дался недёшево.

– Держи свой выигрыш, малёк! – долговязый старшак сунул мне руки мешок со звякнувшими внутри монетами и хлопнул по плечу. – Моя фамилия Крошин. Прости за ссыкло, но если что, готов принять вызов на дуэль.

– Извинения приняты, – проворчал я и едва слышно добавил себе под нос, – живи пока…

– Отчаянный малый! – слава богу, Крошин не расслышал мои слова и, ещё раз хлопнув меня по плечу, направился к своим.

– Мирон, ты как? – я с трудом сфокусировал взгляд на здоровяке.

– Замечательно, – расплылся в улыбке здоровяк, демонстрируя разбитые в кровь губы. – Шустрые заразы.

– Роман, ты как?

– Жить буду, – отмахнулся Дубровский, бросая на Толстого задумчивые взгляды. – Меня больше волнует, как мы на урок…

Накатившая следом волна свежести вымыла всю усталость и опустошение. Тут же прошла боль в разбитых костяшках и в ушибленных предплечьях.

Тело налилось силой и бодростью, словно никакой драки пять на пять и не было.

– … пойдём, – закончил Роман. – Неплохо, – он оценивающе посмотрел на излечившего нас старшеклассника. – Тройка в целительстве, не меньше…

– Ну, раз нормально, – я обвёл взглядом свою пятёрку, только что прошедшую крещение боем. – Тогда айда в классную комнату, может, успеем устроить разбор полётов!

Глава 18

Устроить разбор полётов не вышло.

В классе нас ждал хмурый Светозар, который, казалось, знал, что произошло в туалете, и стоило нам перешагнуть порог, как историк тут же начал говорить:

– За опоздание литере «Аз»… – не договорив, он с плохо скрываемым изумлением уставился на Романа и неожиданно поинтересовался: – Когда?

– Только что, – ответил Роман, а внутри меня шевельнулся червячок страха.

Неужели Рома так легко нас всех сдал после случившегося?!

– Любопытно, – протянул Светозар и неожиданно выдал: – Литера «Аз» плюс один балл! А теперь живо по местам!

Мы тут же уселись за свои парты, не успев даже обменяться непонимающими взглядами.

Хотя мне не нужно было смотреть на одноклассников, чтобы ощутить исходящее от них удивление вперемешку с тревогой и ноткой… гордости?

С большим трудом перестав думать о случившемся и пообещав себе расспросить Романа на перемене, я попытался сконцентрироваться на уроке.

Но сделать это оказалось непросто.

В голове то и дело крутились эпизоды нашей схватки и всплывали лица северян. Почему-то именно они запомнились мне больше всего.

Словно я дрался не с четырнадцатилетними пацанами, а ледяными големами или киборгами.

Ладно я – рано повзрослевший двадцатилетний лоб в теле тринадцатилетнего подроста, но северяне…

К примеру, Безухов отлично держался в рукопашке, но стоило ему обморозиться, как тут же потерялся. В общем, повёл себя как подросток.

Северяне же вели себя как запрограммированные на победу роботы. Причём именно на победу, а не убийство.

Я могу ошибаться, но отцовский опыт подсказывал, что во время драки было как минимум два таких момента.

Один раз Бранд мог проломить открывшемуся Мирону висок, второй раз Ингвар мог сломать здоровяку кадык, но северяне предпочли не рисковать…

А ещё меня сильно волновал Иван Толстой и его магическое сопротивление.

Да, алхимия – это круто. Да ритуалистика – это скучно, но здорово. Но возможность противостоять магам – бесценна.

И я буду не я, если не узнаю секрет Ивана!

– И только взвод трёхметровых големов, которыми управляли гвардейцы семьи Громовых, смогли удержать плато.

Услышанная фраза выдернула меня из раздумий, и я сосредоточился на рассказе Светозара.

– Демоны Пустыни шли сплошной волной, но взвод «Стальные черепахи» умело использовал складки местности и растягивал силы противника.

Светозар не создавал иллюзии, в отличие от нашего классного, но рассказывал так, что картинка сама собой рисовалась в воображении.

– Черепахи, потеряв восьмерых, сумели остановить волну монстров уже у самых подступов к городу. Думаю, Дмитро сможет рассказать нам эту историю более подробно?

– Да, – Громов и так сиял, как начищенный самовар, а тут и вовсе возгордился. – Этот бой входит не только в семейные анналы, но и в бархатную книгу воинской доблести наших княжеств!

Мне жутко хотелось пошутить про семейные анналы, но я сдержался – не стоит рушить хрупкое перемирие, воцарившееся между нами. Хотя… кого я обманываю? Нет никакого перемирия.

– Десять воинских управляемых големов пятого ранга, по два шестого, седьмого и восьмого! Один девятый и жемчужина клана – голем десятого ранга, которым управлял сам Бруно Громов!

Эммм… Воинский управляемый голем? Это что, боевой робот, что ли?!

Неужели Наука этого мира шагнула настолько далеко, что позволила создать силовые доспехи или, быть может, это иномирная технология?

А может по факту это какой-нибудь паровой танк? Интере-е-есно…

– Вот и расскажете своим одноклассникам про этот бой, – кивнул Громову Светозар. – Сегодня вечером. А завтра мы с вами увидим его своими собственными глазами. Вас в классе как раз, хе-хе, двадцать человек!

– Это как? – простодушно удивился Мирон и тут же понёс заслуженное наказание.

– Мирон, минус балл. Я не разрешал говорить.

Здоровяк сердито засопел, но промолчал. Светозар же усмехнулся себе под нос и продолжил:

– Завтра всё узнаете. И помните, что чем точнее Дмитро расскажет вам про тот… выдающийся бой, тем легче вам будет… его наблюдать. А кто-то, возможно, сумеет поднять свой ранг.

Класс тут же зашумел, но почти сразу же замолчал – со Светозаром шутки были плохи.

– Народ, который не знает свою историю, не имеет будущего, – произнёс историк, а на меня нахлынуло острое чувство дежавю. Наш декан шибко любил Ломоносова и повторял эту фразу чуть ли не на каждой паре.

– Только поняв, на чём зиждется сила княжества, вы сможете увидеть объективные причины экономической картины мира.

Серьёзно? Да полкласса сейчас заснёт! Нет, я сам только за, чтобы это всё узнать, но моим одноклассникам сейчас не позавидуешь.

– Хороший исторический очерк можно взять у нас в библиотеке. Называется он «Три княжества». Очень рекомендую, – Светозар задержал взгляд на мне, – хорошая аналитика, много цифр.

Вот и думай, что это – намёк мне или тонкий троллинг над одноклассниками, которые сонно клюют носами.

Оставшуюся часть урока Светозар рассказывал про геополитическую обстановку княжеств, виртуозно переключаясь между литературой, историей войн и искусством.

К своему удивлению, я понял, что между этими сферами существует не всегда очевидная, но прямая связь!

Особенно мне понравился пример про всплеск националистических историй, рассказов, театральных постановок, и последовавшая через десять лет война между двумя, по сути, братскими княжествами.

Удивительно, но выиграли из-за развязавшейся войны, почему-то восточники.

Интересно, почему в наших школах всё изучается отдельно и собрать полную картину происходящего практически невозможно?

А ведь было бы интересно изучить Первую Мировую через призму художественной литературы и искусства трёх разных стран…

В общем, заслушавшись Светозара, я и не заметил, как подошёл конец урока.

– Если Воин прогрессирует в бою, то лучшее место для развития Мага – это библиотека, – именно такими словами историк решил закончить урок, адресуя их, почему-то, мне. – Ну а если не выйдет, то хоть наберётесь немного ума. Вопросы?

Мы промолчали, и учитель, пробормотав себе под нос что-то о недалёких идиотах, устраивающих разборки в туалете, вышел из классной комнаты.

Видимо, прощальные слова Светозара услышали только я, да сидящий на первой парте Славик, поскольку кроме нас никто больше не вздрогнул.

– Пятёрка, сбор! – послышался голос Романа, переключая мысли со Светозара на насущные проблемы.

И следом тут же подал голос Толстой:

– Пятёрка, ко мне!

Я повернулся было назад, но Рома уже сам шёл к моей парте.

– Фил! – я позвал замешкавшегося Крудау, а растерявшегося Славика направил сам Дубровский.

Мирону лишь оставалось выйти из-за своей парты и усесться на неё спиной к остальному классу.

– Секунду, – Роман сжал висящий на груди амулет и сделал левой рукой похожее на волну движение.

Внешне ничего не изменилось, но я почувствовал пробежавшую от него волну свежести, а на зубах появился привкус железа.

– Полог тишины поставил, – пояснил Роман. – Слабенький, конечно, но пойдёт.

– Насчёт виры хочешь поговорить? – предположил я, поглядывая на одноклассников, которые тоже разбились по пятёркам.

– В том числе, – едва заметно кивнул Рома. – Мирон встань чуть правее, да, вот так. Чем ровнее Одарённые стоят в круге, тем легче поддерживать Полог, – тут же пояснил Дубровский. – Итак, думаю, всем очевидно, что это была провокация?

– К Славику прикопались, – согласно прогудел Мирон. – Хотели нас расколоть.

– Михаил не вовремя вышел, – Филипп щедро сыпанул соли на всё ещё открытую рану моей совести. – Так бы, может, и пронесло.

– Нет, – покачал головой Рома. – Ничего бы не изменилось. Они искали драки, но я не могу понять, почему именно Славик. И по какой причине они начали требовать с нас какой-то золотой?

– Да это, наоборот, очевидно, – прогудел Мирон. – А вот зачем золотой…

– Стоп! – я вспомнил попытки нашего хлюпика мне что-то сказать. – Слав, ты поэтому просил меня на пару слов?

– Д-да, – подтвердил Славик, покраснев и потупив взгляд в пол. – У-утром я з-захотел в туалет, – пацан покраснел ещё больше, превратившись в гранат. – А б-бумаги в т-туалете не оказалось. И с-северянин п-предложил к-купить у него з-за з-золотой.

– Вот мерзавцы! – вырвалось у меня.

– Они же её сначала и собрали, – Филипп хмуро покосился на пятёрку Толстого и машинально погладил правое ухо. – Наверняка специально дежурили! Хороша сделка…

– Без-честная, – поморщился Роман.

– Зато эффективная, – вынужденно признал я. – Да и бесчестной её не назвать. Военный приём.

– П-простите, – пробормотал Славик, собираясь вот-вот расплакаться.

– А ну, не смей, – шикнул я на него. – Да, отхватили немного в начале, зато потом ауру обкатали, да и вообще, победили-то мы!

– Это точно! – обрадованно прогудел Мирон. – Видели, как я северянину поддых дал, а?

– Самое главное – виру взяли, – перебил здоровяка расчётливый Филипп. – А золотой-то ты им отдал?

– С-сказали, что д-должен, – вздохнул Славик и поправил свои очки с толстенными линзами, – он же у-у т-тебя.

– Точно! – Филипп хлопнул себя по лбу и тут же приосанился. – Говорю же, у меня в сохранности будут.

Насчёт сохранности я был согласен. У меня и вовсе сложилось мнение, что даже если Филиппа будут живьём на куски резать, то деньги он не отдаст.

Но вот насчёт Славика дело было нечисто.

Откуда он вытащил рогатку? Я видел её, когда он стрелял из неё своими камушками. Её так просто в карман не засунешь… О точно, ещё и камни! Где он держал всё это добро?

А ведь Славик ещё заикнулся про голема…

Ранг у Милослава 1-3-1, значит, голем совершенно точно не магический. Механика? Но где хранить детали и комплектующие…

Зуб даю, у Славика есть какой-то секрет.

Впрочем, колоть бедолагу я не стал. Успеется ещё. Поговорим, так сказать, по душам.

– На, кстати, – я протянул Филиппу мешочек с монетами. – Как казначею нашей пятёрки!

– Ой, Михаил… – покачал головой Филипп не спеша принимать мешочек с деньгами. – Вроде весь такой опытный, даже умный, а деньги при всём классе светишь. Кто ж так делает?

– Хм, – я аккуратно положил мешочек на свою парту, – не подумал.

– Да ладно, – прогудел Мирон, – как будто весь класс за нами наблюдает!

Я усмехнулся, но всё же пробежался взглядом по одноклассникам.

Мирон был прав, все без исключения пятёрки о чём-то горячо спорили, не обращая на нас никакого внимания. Все, кроме северянина Бранда.

Этот, не моргая, смотрел в нашу сторону, не принимая участия в обсуждении своей пятёрки.

– На нас Бранд пялится, – поделился я своими наблюдениями. – Хах, прикиньте, парни, вдруг он по губам читать умеет!

Пошутить-то пошутил, но тут же задумался.

А что если действительно умеет? К тому же он глух на правое ухо… Да не… Делаю из северян каких-то спецназовцев. Обычные пацаны с трудным детством.

Наверное…

Ребята, к слову, тоже напряглись. Ну или, как минимум, почувствовали себя крайне неуютно.

– Расслабьтесь, парни, – одними губами улыбнулся Роман. – У меня Полог с защитой от чтения губ. Поэтому и просил в круг встать.

– Хахаха! – развеселился Филипп. – Если представить, что Михаил прав, и северянин действительно читает по губам, то что он сейчас видит?

– Обсуждаем бал с гимназистками, который будет на следующей неделе, – на полном серьёзе ответил Рома.

– Какой бал? – с любопытством прогудел Мирон.

– Да, что за бал? – поддержал его толстячок Крудау.

– Тренировочный, – слегка подал плечами Роман. – Преподавателям нужно знать уровень каждого ученика.

– Ого! А вот…

– Так, ребят, – я решительно прервал свернувший не туда разговор. – Про бал потом. Что с вирой и как мы можем ею воспользоваться?

– Можем взять золотом, – тут же ответил Филипп, – или услугой. Артефактом, зельем, специями. Думаю, мы можем рассчитывать на что-то из этого: три золотых, два-три зелья, артефакт первого ранга, мешочек простеньких специй или услуга лидера пятёрки.

– Именно лидера? – уточнил я, ловя мелькнувшую в голове мысль.

– Да, – кивнул Крудау. – Только лидер имеет право решать за всю пятёрку.

Хм… Интересно, не по этой ли причине Рома Дубровский не особо рвался в лидеры нашей пятёрки?

На краткий миг я выпал из разговора и посмотрел на творящееся в гимназии со стороны.

Четырнадцатилетние подростки? Да как бы не так! Половина из них дворяне, впитывающие интриги с молоком матери и думающие только об интересах семьи.

Другая половина – родовичи, которые тоже не дураки и думают о своём Роде.

И ведь где лучше всего натаскивать молодняк? Да в княжеской гимназии!

Может быть, я параною, но…

– Предлагаю насчёт виры подумать вечером, – спокойный голос Романа сбил меня с мысли, – не забывайте, сегодня по распорядку стрельбы по Военным наукам и Рукопашный бой с директором.

Парни тут же поскучнели, но дело исправил Крудау:

– Зато вечером Дмитро расскажет про подвиг Стальных черепах! – напомнил нам Филипп, всплёскивая руками и случайно роняя на пол тетрадь. – Ой!

Нагнувшись за своим блокнотом, он опёрся о мою парту, на которой я сидел и выпрямился.

– А ещё Светозар Иванович задал пятьдесят дат учить!

Ого, про даты что-то новенькое, неужели я прослушал домашку? А вот то, как Филипп незаметно умыкнул с парты мешочек с деньгами – красота да и только!

Мой выигрыш исчез в рукаве у нашего финансиста, а я мысленно поаплодировал Филиппу.

– С-спасибо, д-друзья, – неожиданно выдал Славик и густо покраснел.

– Знаете, парни, – я улыбнулся, вспомнив прочитанную в детстве книгу, – в моём мире говорят так: «Один за всех и все за одного». Как вам?

– Здорово! – прогудел Мирон.

– Хорошо звучит, – согласился Филипп.

– В текущих реалиях – самое то, – кивнул Роман.

Его «в текущих реалиях» резануло мне слух, но я сделал вид, что не обратил внимания.

– Очень з-здорово з-звучит, – подтвердил Славик.

– Это наш новый девиз, – объявил я. – И даже не думайте пропустить рукопашку у директора!

Филипп скривился, будто съел целый лимон, Мирон предвкушающе сжал-разжал свои огромные кулаки, Славик обречённо вздохнул, а Роман… Роман и бровью не повёл.

– Нам же в Фехтовальный зал! – опомнился Филипп.

– Точно, – кивнул Роман, отпуская амулет, и чуть громче, чем следовало, произнёс: – В общем, гимназистки там, что надо!

– Говорят, в Магическом училище девчонки в два раза красивей! – возразил Филипп, направляясь на выход.

– А я слышал, что в Инженерном! – подключился к спору Мирон, идя следом за Романом и Славиком. – Не такие изнеженные, как в Магическом, и не такие жилистые, как в Воинском.

– Я тоже слышал что-то такое, – благосклонно кивнул Роман и оглянулся на меня: – Михаил, ты идёшь?

Глядя на нас, на Военное дело или на физ-ру, как я по привычке называл урок, засобирался весь класс.

– Догоню! – отозвался я и сделал вид, что завязываю шнурки.

Конечно, на моих сапогах никаких шнурков отродясь не бывало, но… прокатило.

Честно говоря, решение задержаться я принял спонтанно.

Проскользнула мысль, что задержится Ги’Дэрека и мы, как серые кардиналы наших пятёрок, сможем обсудить с ним несколько насущных вопросов.

Но Ги’Дэрека намёк не понял или понять не захотел. Вместо него в классе остался тот, с кем я и не надеялся пообщаться с глазу на глаз.

Один из двух дворян, присоединившихся к группе родовичей, наследник семьи, поссорившейся с князем, гимназист с двойной фамилией…

Он уселся на свою парту и сейчас лениво болтал в воздухе левой ногой.

«Игорь Прокудин-Горский, – всплыла в памяти заметка. – Ранг: 2-1-2. Тактик, фехтовальщик. Каменная кожа. Семья в опале у князя».

– Поговорим? – предложил дворянин, вопросительно посмотрев на меня.

Интересно, в этом мире есть бог Удачи или что-то наподобие? Если да, то обязательно сделаю подношение от чистого сердца!

– Не боишься опоздать на Военное дело?

– Игнат не заметит, даже если мы не придём, – усмехнулся Прокудин-Горский. – Не говоря уже о небольшом опоздании на урок.

– Зато все любопытные уши окажутся в Фехтовальном зале, – догадался я, – хитро…

– Ничего такого, – невозмутимо пожал плечами дворянин, излучая вокруг себя лёгкий интерес вперемешку с… предвкушением?

Физически развитый для своих лет, модная причёска, из-под воротничка мундира выглядывает еле заметная татуировка.

Лицо приятное, располагающе к себе. Волосы тёмные, нос с небольшой горбинкой – ну вылитый аристократ!

– Ну так что? – не вытерпел Игорь. – Поговорим?

– Одну секунду, – бросил я.

Подошёл к выходу из класса, выглянул в коридор, проверяя, никто ли не остался греть уши. Плотно прикрыл дверь и повернулся к дворянину.

– Вот теперь можно и поговорить.

Глава 19

– Ловко вы Толстого с северянами раскидали, – протянул Прокудин-Горский. – Твоя аура повышает Воинский ранг?

– С чего ты взял? – я, как мне хотелось верить, мастерски изобразил удивление.

– Да брось, – махнул рукой Игорь. – До твоего прихода было… избиение. Даже ваш кузнец ничего не мог противопоставить связке из двух северян.

– Зря они его разозлили, – пожал плечами я, не собираясь облегчать дворянину жизнь.

– Не хочешь – не говори, – понимающе хмыкнул Прокудин-Горский. – Можешь просто послушать.

Игорь вопросительно посмотрел на меня, на что я молча кивнул.

– Ольга Ивановна попросила тебя и Толстого зайти к ней в кабинет, чтобы, – одноклассник прикрыл глаза и процитировал, – «в индивидуальном порядке решить вопрос».

– Ты про то, что я нулёвка? – я решил прикинуться дурачком.

– Не считай себя умней других, форточник, – поморщился дворянин. – Что у тебя, что у Толстого проклятая аура или, как их называет наша магиня, «кот в мешке». Толстой, благодаря своей ауре, поднял Магический ранг своей пятёрки, из-за чего и сам успешно противостоял волевому натиску Дубровского. А магик северян и вовсе выдал аж два второранговых заклинания.

Хм, вот теперь очередной кусочек пазла встал на место. Я-то думал – откуда у Фроста такая сильная магия?

– Твоя же аура дала плюс к Воинскому рангу. Иначе сложно объяснить, как такой хлюпик, как ты, смог справиться с Безуховым. Да и выносливость вашего кузнеца явно зашкаливала. Я бы даже предположил, что твоя аура дала двойной ранг, но… это нереально. Или реально?

– Бесконечность – не предел, – расплывчато ответил я фразой из какого-то древнего мультика.

– Ну так вот, – Прокудин-Горский едва заметно поморщился, а я почувствовал прокатившуюся от него волну недовольства, – я предлагаю сделку.

– Почему не подошёл к Роману? – я решил сразу же расставить точки на ё.

– Подошёл, – пожал плечами дворянин, и я уловил волну удивления, – но он отправил меня к тебе. У тебя случайная прибавка к рангу, верно?

– И бонус к рукопашному бою, – кивнул я.

– Вот почему вы их одолели, – удовлетворённо покивал Прокудин-Горский. – Ауру активировать умеешь?

– Во время боя, – расплывчато ответил я.

– Первым делом попроси Ольгу Ивановну научить тебя контролю, – посоветовал Игорь. – Нужно научиться активировать ауру по своему собственному желанию.

– Кому нужно? – полюбопытствовал я.

– Тебе же и нужно, – невозмутимо парировал Игорь. – Воинский ранг кузнецу усилить, или Дубровскому с Магией помочь. Про Крудау и самородка из вольных вообще молчу. Им без Инженерского ранга тяжело придётся.

Вообще, с самого начала разговора меня не покидало ощущение, что я беседую с продавцом «ДНС» или «М-видео».

Не знаю, откуда взялось это ощущение, но я нутром чуял, что Прокудин-Горский хочет мне что-то втюхать, ну или использовать меня в какой-то комбинации.

К слову, не знаю, показалось мне или нет, но мою пятёрку он знал чуть ли не лучше, чем я сам.

– А ты хорошо изучил мою пятёрку…

– Не ты один вёл конспект на классном часе, – с превосходством усмехнулся дворянин. – Хотя… мне нужды записывать не было.

Ну да, бьюсь об заклад, у него информация появилась ещё до поступления в гимназию!

– Ладно, – я хотел было по привычке покоситься на запястье, где раньше носил часы, но вовремя спохватился и посмотрел на настенные ходилки. – Думаю, я понял, что ты хочешь предложить.

– И что же? – заинтересовался Прокудин-Горский, проследив мой взгляд.

– Аура. Воронцов. Зелья.

Мне не составило труда вспомнить состав пятёрки Игоря.

Сам Прокудин-Горский, ранг: 2-1-2.Тактик, фехтовальщик. Каменная кожа. Семья в опале у князя.

Далее, Пётр Волконский, ранг 2-1-2. Стратег, Семья владеет мануфакторой. Огненные кулаки. Прыщи на лице и на спине. Ему, к слову, стихия не откликнулась.

Ну и три родовича:

Павел Меньшов, ранг: 2-2-1.Тактик, стрелок, помощник младшего Инженера. Падает в обморок от вида крови.

Александр Горчаков, ранг: 2-2-1. Тактик, лесник, пограничник. Слоупок.

И, наконец:

Валерон Воронцов. Ранг: 1-1-2. Тактик, алхимия, разведка. Род угасает, плохо фехтует, цель – найти партию. На Калибровке получил призрачного фамильяра.

И если Меньшов с Горчаковым вроде как Воины, пусть даже один из них боится вида крови, то из Воронцова Игорь точно намеревается сделать алхимика.

Вообще, мне всё чаще в последнее время кажется, что учителя во главе с директором специально создают неприятные ситуации и наблюдают, как мы будем из них выпутываться.

И работе с пятёркой, как мне кажется, уделяется повышенное внимание.

В любом случае независимо от того, паранойю я или нет, у Игоря попросту нет других вариантов, как прокачивать алхимика Воронцова.

Зелья дадут хороший буст для получения внеочередного ранга, и пятёрка Прокудина-Горского превратится в грозную силу.

– Валерон может делать зелья не только для нашей пятёрки, – с намёком протянул Игорь и испытывающее посмотрел на меня.

Я же судорожно вспоминал, что круче: зелья или специи? Зелья дороже и делаются из специй, значит, они и круче. Вот только что делать? Соглашаться на союз или немного поблефовать?

– Валерон в одиночку не сможет сделать хорошее зелье, – наугад выстрелил я. – Даже под моей аурой. Вот если бы он имел доступ к специям…

– Я уже беседовал на эту тему с кухней, – тут же погрустнел Игорь. – Варианты есть, но объёмы удручают.

– Что ты предлагаешь? – поинтересовался я.

Нужно для начала услышать его условия, потом выдвигать свои. Я и так поспешил сболтнуть про специи раньше времени. Впредь надо быть внимательней.

– Во-первых, Валерон делает зелья под твоей аурой. Две склянки нам, одна – вам. Во-вторых, союз до конца года.

– Меньшов пнул меня в голову, – припомнил я удар в спину.

– Каждая вторая бутылка Павла – твоя, – поморщился Игорь.

– И тр… пять консультаций по стезе Науки.

– Три.

– Пойдёт, – кивнул я, не спеша протягивать ладонь для рукопожатия. – Последний момент.

– Какой? – с лёгким раздражением поинтересовался дворянин. – Знаешь, никто не любит наглых выскочек.

– Вообще-то, я хотел поинтересоваться, насколько интересно тебе будет получить доступ к специям, – я пожал плечами, – но если…

– Говори, – видать, зелья были для Прокудина-Горского очень важны, если он сделал вид, что не заметил мою шпильку.

– С нас специи для зелий, но делим всё поровну. Кроме виры Меньшова, само собой.

– Откуда специи? – нахмурился Игорь.

– Плюс, ты будешь должен лично мне, – проигнорировав его вопрос, сказал я.

На самом деле я плохо себе представлял, зачем мне это надо, но очень уж сильно хотелось проверить, насколько эти зелья нужны Прокудину-Горскому.

– Необременительную услугу, – немного подумав, предложил Игорь. – И ты научишь меня драться руками.

Зачем ему это понадобилось – ума не приложу. Может, не захотел потерять лицо и выторговал несколько уступок? Или впечатлился моим стрёмным броском Безухова?

– Договорились, – я подошёл к дворянину и протянул руку вперёд.

– Договорились, – подтвердил Прокудин-Горский, пожимая мне руку. – Вечером заключим официальный договор с Дубровским.

– И обговорим мелкие детали, – кивнул я и покосился на часы. – Игнат точно ругаться не будет?

– Не будет, – отмахнулся Игорь, излучая довольство. – Вот увидишь.

Игнат Иванович действительно не стал ругаться.

Открыл было рот, увидев заходящего в класс меня, но тут же его закрыл, стоило за моей спиной появиться Прокудину-Горскому.

На самом уроке физрук проверил, выучили ли мы руководство по использованию пистолей и повёл нас на подземный этаж.

– Следующий урок у вас будет здесь же, – просветил нас Игнат, ведя по широкой винтовой лестнице вниз. – Тарас Иванович любезно согласился провести практическое занятие в своей подземной мастерской.

Подземной? Значит, есть ещё и наземная?

– С вашим классным руководителем мы уже обо всём договорились. Демид Иванович попросил меня продемонстрировать вам разницу между пистолями и арбалетами. Зачёты вы сдали на десятку, поэтому к стрельбам в тире допущены все.

Этот урок, несмотря на присутствие неприятного мне физрука, вышел нереально крутым.

Тир был похож на те, что я видел в фильмах: десять стоек, разделённых деревянными стенками и длинный полигон, с висящими на разном удалении мишенями.

Под потолком находилась хитрая конструкция, благодаря которой можно было отодвинуть мишень на любое расстояние, вплоть до пятидесяти метров.

Не знаю, правда, насколько реально попасть в такую мишень из простого арбалета…

– Начинаем с пяти метров! – скомандовал Игнат, предусмотрительно держась за нашими спинами. – При попадании в центр, мишень автоматически отъезжает на пять метров назад. Болты собираем только при разряженных арбалетах в конце упражнения! Начали!

На самом деле, про разряженные арбалеты физрук мог и не напоминать. Зря мы, что ли, учили выданные нам наставления?

Первыми стреляли пятёрки Громова и Прокудина-Горского.

Остальные одноклассники кто тихонечко переговаривался, кто внимательно следил за стрелками. Я принадлежал к последней группе.

Особое внимание уделял Инженерам. Эти стреляли быстро и уверенно.

Упирали приклад в плечо, целились несколько секунд и на выдохе спускали пусковую скобу.

Лучше всех отстрелялись Горчаков, Меньшов и Громов. Последний и вовсе сумел поразить мишень на расстоянии в тридцать метров!

– Отличный результат! – просиял физрук. – Господа, предлагаю вам немедленно вступить в сборную по стрельбе!

Слово «господа» из уст Игната прозвучало как-то по-лакейски, что ли? Да и потом, классный, вроде, говорил Филиппу, что у нас в классе нет господ?

Впрочем, как я понял, двойные стандарты в княжестве ничем не отличаются от их аналогов в моём мире.

– Следующая группа!

Подойдя к стойке, я первым делом внимательно изучил арбалет.

– Стандартная модель второго ранга, – прокомментировал Филипп, заметив моё любопытство. – Упрощённая зарядка, оптимальный вес. Средняя дистанция уверенного поражения – около пятнадцати метров. Максимальная – тридцать. Всё, что дальше – либо удача, либо третий ранг мастерства.

– Чтобы стать крутым стрелком, нужно идти по стезе Воина или Инженера? – поинтересовался я.

– Больше Инженера, – немного подумав, ответил Филипп. – Хотя можно взять парочку Воинских специализаций.

– Понятно, – я благодарно кивнул и прижал приклад к плечу.

Поймал в прорезь прицела мишень и спустил скобу.

Умц!

К моему удивлению, болт унесло чуть вверх и влево. Под потолком тут же зажужжал механизм, и мишень отъехала на пять метров дальше.

Я же взвёл арбалет и прицелился уже внимательней.

Умц!

Болт едва задел край мишени, хотя казалось бы – всего десять метров!

На пятнадцати метрах мне повезло, и болт случайно попал в самый низ мишени, ну а на двадцати ожидаемо ушёл в молоко.

– Хороший результат, – похвалил меня Славик, выцеливая тридцатиметровую мишень.

Мало того что стрелял он в два раза быстрее меня, так ещё и попадал точно в центр мишени.

Всё-таки Милослав очень интересный парень. Вроде в очках, а из арбалета лупит так, что даже со стороны Фроста потянуло завистью. А северянин, на секундочку, охотник!

– Неплохо, – кисло улыбнулся физрук, стоило двум нашим пятёркам отстреляться. – Милослав, один балл за результативную стрельбу. Честно говоря, ты первый, кто попал из этого арбалета с пятидесяти метров.