» » » онлайн чтение - страница 4

Текст книги "Диана и ее рыцарь"


  • Текст добавлен: 4 ноября 2013, 13:31

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

Автор книги: Рэй Морган


Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +18

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Глава 6

Диана вернулась в город. Она отсутствовала около недели – поручила доставку цветов постоянным клиентам своей помощнице Пенни, а сама отправилась в Сан-Франциско, провела несколько дней со своими прежними соседками по комнате. Потом Диана съездила в Сакраменто повидать Бена, но не застала его. Позже они созвонились, и кузен обещал сам приехать в Голд-Даст. Сегодня они должны встретиться.

Забавно, что дядя оставил свою землю им на двоих, хотя, может статься, этот кусок земли принесет больше забот, чем доходов.

«Надеюсь, Бен внесет некоторую ясность в этот вопрос».

Они должны были встретиться в кафе на Центральной улице. Диане удалось найти хорошее место для парковки, правда на некотором расстоянии от кафе. Но ей полезно двигаться. И есть о чем подумать. В основном о Кэме. Стал ли он ей еще дороже? Вряд ли. Но и «с глаз долой – из сердца вон» не сработало. Она думала о Кэме практически непрерывно. И это плохо.

Но ее мысли занимало и кое-что другое. Или, лучше сказать, кое-кто другой? Миа двигалась и толкалась. Легко-легко, как бабочка крылышками. Но эти слабые движения сильно действовали на Диану. Миа стала реальной, как никогда прежде.

Миа, ее ребенок, ее будущее, ее вселенная.

Ее живот теперь явно выдавался вперед. Диана гордилась этим, но взгляды прохожих не были дружелюбны. Все вдруг заметили, что она беременна, но почти никто не сочувствовал ей.

Наоборот. В глазах жителей маленького провинциального городка она читала осуждение. Мало этого, ей каждый день приходилось сталкиваться с еще более неприятной вещью – жадным любопытством. Все хотели выяснить, кто отец ее ребенка. Все знали, что она больше года ни с кем не встречалась. Она несколько раз ненадолго ездила в Сан-Франциско, но в основном занималась цветочной плантацией или гуляла у озера. Одна. Без мужчины.

Конечно, теперь все изменилось. Кэм вернулся. И кажется, не только у Дженни возникли подозрения. Странно! Столько людей находят пищу для размышлений и пересудов, решая простой вопрос: не Кэм ли отец этого ребенка?

Бормочут что-то, смотрят вслед и судачат, судачат между собой.

Но Диана лишь улыбалась и кивала прохожим. Возможно, это плата за право жить в маленьком городишке. Странно, но ей нравилось тут жить.


Кэм увидел, как она входит в кафе Дорри, и остановился в нерешительности. Он знал – Диана не хочет его видеть и говорить с ним, но очень хотел ее видеть, и им надо было о многом поговорить. Ее не было целую неделю. Он скучал без нее. В то утро у себя в спальне он понял, что она его любит. Неоспоримый факт. Она мгновенно приняла бы его, если бы слушалась только своих инстинктов. Значит, надо убедить ее сердце, ее разум.

От мысли о том утре его сердце забилось быстрее. Быть вдали от нее неимоверно трудно. Черт возьми! Надо поговорить с ней. Или оставить ее в покое еще на пару дней?

Прежде всего они друзья. Он всегда ценил ее как мало кого в этом мире. А с той ночи у озера к дружеским чувствам прибавилось что-то еще. Она нужна ему, нужна во всех возможных ипостасях.

Но он не твердолобый упрямец. Он знает ее настоящее положение и понимает ее потребность пребывать большую часть времени вдали от него. Ему это не нравится, но он готов держать дистанцию – до тех пор, пока не убедит ее, что это глупо.

Но так ли ужасно случайно встретиться с ней тут, в городе, на глазах у людей? Это ведь безопасно. Может, зайти в кафе и поздороваться? Да. Так и надо сделать.

Он вошел в кафе, помахал толстушке Дорри, кивнул Джиму, высокому тощему механику, который после аварии чинил его машину, а сейчас загружал в рот большой толстый чизбургер, но глазами непрерывно искал знакомую русую голову. Вот она!

– Привет, красотка! – сказал он и проскользнул за столик напротив Дианы.

Это было как смотреть на солнце. У нее перехватило дыхание. Почему, ну почему так случается каждый раз, когда она неожиданно встречает его? Это просто непорядочно. Он слишком красив для реального человека. А вдруг он – только плод ее воображения?

– Уходи! – сказала она как-то вяло, без должного напора в голосе.

– Не уйду, – ответил Кэм спокойно. – Ты сама признала, мы друзья. Старые друзья. А друзья иногда встречаются и беседуют. Этим мы и занимаемся сейчас.

Она подняла глаза к потолку:

– И все-таки будет лучше, если ты уйдешь.

– Мы взрослые люди, Ди, – сказал он, протягивая руку и вынимая хлебную палочку из корзинки, которую официантка успела поставить на стол. – И можем посидеть в кафе и поговорить.

Она казалась чем-то обеспокоенной.

– Ты уверен?

Он наставил на нее хлебную палочку:

– Естественно!

Диана вздрогнула и, чтобы прогнать фантазии и вернуться с небес на землю, сильно тряхнула головой.

– Может, в другой раз, – сказала она и сразу почувствовала себя увереннее. – Сегодня у меня нет времени. Я должна кое с кем встретиться.

– Да? – Он насторожился. Его насмешливость тут же бесследно исчезла.

– И тебе надо уйти прежде, чем придет этот человек.

Значит, она ждет какого-то мужчину. Она нервничает. Из-за кого? Из-за него или из-за того, с кем должна встретиться? Он сидел неподвижно, уставившись в стену. Естественно, она ждет отца своего ребенка. Кого же еще? Значит, надо остаться и как следует его разглядеть.

Кэм повернулся к Диане и посмотрел ей прямо в лицо:

– Если честно, мне сейчас хочется перекинуть тебя через плечо и унести подальше отсюда. Например, в какую-нибудь пещеру.

Диана, которая, на свою беду, как раз отпивала глоток воды из своего стакана, поперхнулась.

– Да что ты говоришь? – спросила она хрипло, откашливаясь и наклоняясь над столом, чтобы никто не слышал этих слов.

– Я серьезно. – Он тоже подался вперед и старался говорить как можно мягче. И в то же время страстно. И неотрывно смотрел ей в лицо. – Я хочу заботиться о тебе, защищать тебя. Я хочу быть уверен, что все хорошо с тобой и с твоим ребенком. – Он схватил ее руку и сжал. – Все во мне жаждет этого. И я должен знать. – Его лицо исказилось. – Ты собираешься выйти замуж за того типа?

Она удивленно заморгала:

– Какого типа?

– Отца твоего ребенка. Отца Мии.

– Мии… Ох, Кэм! – Ее пальцы обхватили его ладонь, глаза вдруг стали мокрыми. – Ты с ума сошел.

Он еще крепче сжал ее руку.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Кто сказал, что я должна отвечать на твой вопрос? – Она улыбнулась сквозь слезы. – Но я отвечу. Нет, я не собираюсь ни за кого выходить замуж. Я, как и ты, не планирую бракосочетания.

Кэм выпятил нижнюю челюсть и взглянул в самую глубину ее глаз.

– Хорошо, – сказал он. – Но предупреждаю тебя: я собираюсь поступать так, как должен.

– Если не будешь отрывать меня от земли. И никаких пещер, хорошо?

Он пожал плечами:

– Я же сказал. Я поступлю так, как должен.

Появление официантки с салатом избавило Диану от необходимости отвечать. Она села прямо и посмотрела на Кэма через стол. Она не могла не любить его, не быть благодарной ему за беспокойство о ней и ее ребенке. Но это ничего не меняло. И Диана переменила тему разговора:

– Я нашла на автоответчике два сообщения от твоей мамы. Придется ей позвонить. Что мне говорить?

Он криво усмехнулся:

– Тепло поздороваться, наверное.

Она вгляделась в его лицо:

– Ты еще ничего не сказал ей? Она не поняла, что ты не собираешься устраивать эти приемы?

Он откинулся на спинку стула. Теперь его лицо выражало озабоченность.

– Я сказал ей так твердо, как только мог. Другое дело, что она поняла, а что нет.

– То есть?

– То есть она так настаивала на своем… – Он почесал шею. – Вчера я попытался с ней объясниться. Боюсь, с некоторым шумом и криком.

Диана опустила вилку.

– Ты же не кричал на свою мать?

– Совсем чуть-чуть. – Он был явно смущен. – Она сводит меня с ума. Просто не хочет видеть реальность.

– Ты показал ей какие-нибудь документы? Счета? Бухгалтерские книги?

Он кивнул:

– Даже постановление об аресте имущества.

– Что?

– Один из наших складов в Сакраменто.

– Ох! – Диана облегченно вздохнула. Изгнание миссис Ван Кирк из ее собственного дома на основании постановления суда – ночной кошмар, который ни в коем случае не хотелось видеть наяву.

– Я показал ей эту бумагу, чтобы она поняла, насколько все серьезно. А она устроила маленькую истерику, бросилась в свой любимый розарий, споткнулась на ступеньке и упала.

Диана в ужасе подняла руки к лицу:

– О боже! И как она теперь?

Кэм выглядел таким виноватым, что она невольно его пожалела, хотя знала: его мать, по всей видимости, заслуживает жалости в гораздо большей степени.

– Она очень испугалась. – Он огорченно вздохнул. – И у нее сломана щиколотка.

– Что?!

– Во всем виноват я, конечно. – Кэм, видимо, действительно был очень расстроен.

– Бедняжка.

Он слабо улыбнулся:

– Я знал, ты поймешь.

– Да не ты! Твоя мама.

Но Диана знала – он просто хотел пошутить, чтобы хоть как-то поднять настроение, и его усмешка это подтвердила.

– Не переживай. Просто трещина. Врач сказал, через месяц ей станет лучше, а к Рождеству она будет как новенькая.

Диана хмыкнула:

– Не так-то просто сидеть смирно, когда привык находиться постоянно в движении.

– Это верно. – Кэм искоса посмотрел на нее и продолжал уже более серьезным тоном: – Так что мы пересматриваем наши планы. Увольняем многих работников, которых она наняла, отказываемся от услуг кулинара из Сан-Франциско и эксперта по розам.

Диана вздохнула:

– Наверное, цветочник-декоратор вам тоже больше не нужен.

– Ты так себя называешь?

Она кивнула:

– Твоя мама была моим лучшим клиентом.

Он улыбнулся самой циничной своей улыбкой:

– Так зарастает тиной старый пруд.

Диана засмеялась:

– Ну, Ван Кирки не зарастут тиной. Думаю, ты об этом позаботишься.

Мужчина кивнул. Теперь его глаза искрились весельем. Вот это он в ней ценил: она понимала его глупые шутки и радовалась им.

– Стараюсь как могу. Я пытаюсь спасти дом.

– Но вы откажетесь от приемов…

Он нахмурился.

– Да? – Она удивленно подняла брови.

– Мы пришли к некоему компромиссу.

– А именно?

– Мама так отчаивалась. Я должен был чем-то ее утешить. Так что один праздник все-таки состоится. Очень скромный. Мама, Дженни и Роса все сделают сами. Но поскольку мама не может ходить, нам нужен хороший координатор.

И как она раньше не догадалась, куда он клонит?

Диана чувствовала, что смотрит на него как олень на автомобильные фары, и старалась как можно быстрее придумать предлог для отказа. Согласие равносильно эмоциональному самоубийству. Она легко могла себе представить эту картину: самые красивые юные девы из самых богатых семей в самых модных одеяниях наперебой силятся привлечь внимание Кэма, а она, одетая как французская служанка, разносит им коктейли. Нет уж, спасибо!

– Дженни может все сделать сама, – сказала она поспешно.

– Конечно, если мы хотим катастрофы масштаба гибели «Титаника». Она же все поставит с ног на голову. – Кэм многозначительно посмотрел на Диану. – Есть только одно лицо, которому мама рискнет доверить это дело.

Диана вернула Кэму такой же взгляд.

– Ты не можешь думать о том, о чем я думаю, что ты думаешь.

Он пожал плечами, и в глазах его появилась надежда.

– Почему нет?

Она медленно покачала головой:

– Вы не сможете достойно оплатить мою работу. Ты сам говорил, у вас нет денег.

Кэм кивнул:

– Я надеюсь, ты все сделаешь даром.

Она громко рассмеялась его новой выдумке:

– Я ничего не буду делать, мистер Ван Кирк. Я категорически отказываюсь участвовать в этой затее.

Их разговор мог бы тянуться еще долго, если бы не появление гостя Дианы. Он остановился у их столика – высокий, грубовато красивый человек с начинающими седеть висками. Одет в дорогой костюм. Кэм возненавидел его с первого взгляда.

– Привет, Диана, – сказал гость с холодной улыбкой.

Диана быстро взяла себя в руки.

– Привет, Бен. Это мой друг Кэм. Он как раз уходит.

Кэм не двинулся с места. Демонстративно посмотрев на часы, он улыбнулся:

– Думаю, у меня есть еще немного времени.

– Кэм!

– Знаете, мне вдруг захотелось отведать фирменного пирога с яблоками Дорри. Я столько лет скучал по нему!

Диана зло на него посмотрела, Бен тоже, но Кэм ответил им лучезарной улыбкой и как ни в чем не бывало стал рассуждать о том, насколько яблочные пироги Дорри лучше тех, что подают у него дома.

– Кэм, – сказала Диана твердо. – Бену и мне надо поговорить наедине. Уходи.

Он внимательно посмотрел на нее:

– Ты уверена? – Кэм хотел убедиться, действительно ли Диана не хочет, чтобы он остался – в качестве буфера между ней и ее гостем.

Ее взгляд сказал ему, что она начинает терять терпение.

– Да, уверена. Пожалуйста, уходи.

Кэм неохотно поднялся. Друга Дианы он одарил суровым взглядом – просто чтобы дать ему понять, что не собирается упускать его из виду.

– Добро. Но я буду есть пирог тут, в уголке. На всякий случай.


Кэм ушел, но не далеко. Он внимательно наблюдал за тем, что происходит за столиком Дианы. Она и ее гость оживленно беседовали, наклонясь вперед, почти касаясь друг друга головами, а Кэм все больше распалялся. Если это и правда тот тип…

Их разговор оказался недолгим. Бен достал из портфеля какие-то бумаги и показал Диане, потом сложил большую их часть обратно и явно собрался уходить. Кэм облегченно вздохнул. Эти двое не проявляли друг к другу никакой теплоты. Если когда-то между ними и была какая-то эмоциональная связь, теперь от нее ничего не осталось. Наоборот, когда Бен поднялся, чтобы уйти, Диана посмотрела на него почти враждебно. И как только он скрылся из вида, призывно кивнула Кэму. Он немедленно проскользнул обратно за ее столик.

– Мне нужна твоя помощь, – сказала она просто. – Я не знаю, что с этим делать. – И указала на бумагу, которую оставил ей Бен.

– Делать? Подать на паршивца в суд за то, что он тебя бросил? Вытянуть из него деньги на ребенка?

Диана, удивленная, нахмурилась:

– Что ты имеешь в виду?

Кэм заморгал:

– Разве это был не отец твоего ребенка?

Диана откинулась на спинку стула.

– О Кэм! Бога ради! Бен – мой кузен. Я тебе о нем говорила.

– Правда? – Он мог бы догадаться. Они общались не как любовники, даже не как бывшие любовники, ставшие врагами. Глупо, конечно! Но на душе стало легче. – Да, может, и говорила.

– Не важно. Дело вот в чем. – Диана ткнула пальцем в бумагу. – Бен юрист. Он всегда ищет в документах промахи, которые можно обернуть в свою пользу. Ты понимаешь, о чем я говорю? Наш дядя Люк, старший брат папы, скончался на прошлой неделе. Я видела его однажды, несколько лет назад. И он был на похоронах отца. Но, к моему удивлению, он оставил свой маленький участок земли в горах мне и Бену.

– На двоих? – Это могло быть и хорошо и плохо.

– Да. Наверное, он думал, мы продадим землю и поделим деньги или один из нас выкупит у второго права на нее. Так вот. Бен хочет выкупить у меня право владения этим участком. – Она понизила голос почти до шепота. – Звучит ужасно, но я не доверяю ему. Все, что он говорит, логично и так далее, но… Видишь ли, он пытался после смерти отца заполучить часть моего озера. Он не говорил об этом прямо, но я знаю, он пытался. И сейчас я не могу не подозревать…

– Семь раз отмерь, один раз отрежь, – согласился Кэм. – Где находится участок?

– В том-то и дело. Бен не сказал, где именно. Он говорит, это пустынное место в горах, вдали от цивилизации, и, кроме того, участок, возможно, заложен. Я получила письмо от нотариуса дяди, но ничего не поняла. Пробовала звонить ему, но не дозвонилась. Бен оставил бумагу с номером участка в земельном кадастре и координатами, но так и не сказал, как туда добраться.

– А сам он был там?

– Был. Говорит, из этого куска земли нельзя извлечь никакой пользы, там просто голый пустырь.

Кэм задумчиво кивнул:

– Так что ты настроена несколько скептически?

Она состроила кислую мину:

– Скверно, конечно, но ты прав. Можно сказать – скептически.

– И ты хотела бы сама поехать и посмотреть на этот участок, – заключил Кэм. И, подумав еще немного, добавил: – Было бы неплохо. Прежде чем принять решение, стоит узнать, где именно находится земля и в каком она состоянии.

Диана искоса посмотрела на него:

– Вообще говоря, это вполне может оказаться райское место или место, где можно построить райское жилище. И я подумала, вдруг ты знаешь кого-нибудь в Управлении лесного хозяйства?

– Я знаю кое-кого, кто мог бы помочь. – Кэм внимательно прочитал бумагу. – Могу я ее взять?

– Конечно.

– Хорошо. – Он спрятал бумагу, потом многозначительно посмотрел на Диану. – Мне придется приложить некоторые усилия, знаешь ли. Возможно, напомнить кому-нибудь о каких-нибудь одолжениях, пустить в ход авторитет семьи. – Его улыбка вдруг стала лукавой. – И вот, после того как я проделаю все это, не щадя живота своего, ты, надеюсь, будешь более склонна оказать мне встречную любезность.

Совершенно очевидно, он все еще рассчитывал уговорить ее взяться за организацию праздника, который затеяла его мать, – самое непривлекательное для нее из всех непривлекательных дел.

– Кэм!

Уголки его губ опустились.

– Просто подумай. Большего я не прошу. Я найду тебя. – Он погладил карман, в котором лежала бумага. Его улыбка снова стала ласковой и естественной. – Ты мне доверяешь?

– Конечно. – Диана улыбнулась – просто не могла не улыбнуться – ему в ответ и добавила: – А теперь иди.

Он не стал возражать, потому что действительно уже опаздывал на встречу в канцелярии мэра. Но перед тем как уйти, он взял руку Дианы, склонился и поцеловал ей ладонь.

– Скоро увидимся, – пообещал он.

Она, улыбаясь, проводила его глазами. Но ее улыбка исчезла, а лицо раскраснелось, когда она, оглянувшись, увидела, как смотрят на нее посетители кафе. Они, несомненно, заметили этот поцелуй, и теперь им не терпится добраться до телефона и поведать всем знакомым, чему они стали свидетелями.

Ох уж эти маленькие городишки!

Глава 7

Диана пришла в восторг, когда через два дня Кэм позвонил ей и сказал, что узнал, где находится участок земли ее дяди. Теперь поскорее накормить котенка, полить цветы, одеться по-дорожному и быть наготове. Для нее это было приключение, и она радовалась ему. Только бы Кэм скорее приехал!

Диана не выполняла принятого ею самой решения держаться подальше от Кэма, а следовало бы. Она просто не могла себе позволить вернуться назад. Теперь она – взрослая женщина, она ждет ребенка. Ей не пристало вести себя как влюбленной девчонке. Она знала – если он решит ее проблему, ей будет труднее отказаться помогать его матери, и тем не менее обратилась к нему за помощью. Кэм каким-то образом находил способы проникать в ее жизнь, так что она почти попала в его ловушку, полюбила его еще сильнее и уже не мыслит себе жизни без него. Это надо прекратить! Как только он отдаст ей карту! У нее хватило чувства юмора рассмеяться собственным мыслям. Какая она все-таки глупая!

Она услышала шум подъезжающего автомобиля и выбежала навстречу. Кэм вылез из машины и, прислонившись к ней, наблюдал за Дианой. И Диана не смогла удержать улыбку.

– Кэм, пожалуйста, не делай так!

– Не делать – чего? Не любоваться тобой?

Она сверкнула на него глазами:

– Ты привез карту?

– Да.

Но в руках у него ничего не было.

– Где карта?

– В машине.

– Так отдай ее мне.

– Нет.

Теперь она смотрела удивленно.

– Почему?

Его глаза блестели на солнце.

– Хранитель карты – я, и я буду капитаном в этом плавании.

Она уперла руки в бока:

– Тогда ты останешься здесь, а я поеду одна.

– Наоборот, – улыбнулся он. – Поскольку мы поедем в моей машине…

– Ни за что!

– И у меня с собой ленч на двоих, который Роса сегодня утром приготовила нам и упаковала в корзину.

Диана сделала глубокий вдох:

– Я не предлагала тебе ехать со мной.

Он обратил к ней свою фирменную улыбку, способную смягчить самые суровые женские сердца:

– Верно. Но я все равно с тобой поеду.

Сопротивление, видимо, было бесполезно. И все-таки она нахмурилась и сурово спросила:

– Можно мне посмотреть карту?

– Конечно. Из моих рук.

Такое недоверие рассердило ее, но она забыла о нем, как только увидела карту.

– Боже праведный! Туда так просто и не доедешь!

– Дикое место. Радуйся, что сейчас не зима.

– Да уж! – Она нахмурилась, стараясь выглядеть сурово. – А теперь, если ты отдашь мне карту…

Он улыбнулся и вдруг поцеловал ее в лоб.

– Тебе придется взять и меня в придачу. Или ни меня, ни карты.

Диана улыбнулась:

– Упрямый мул!

– Точно. Поехали!

Это была приятная поездка, сначала мимо подножий холмов, потом выше в горы. Они проезжали через идиллические маленькие городки, мимо редких ферм, мимо зеленых лугов и пасущихся повсюду коров и альпак. Они болтали, смеялись, указывали друг другу на какие-то детали местности. В общем, им было хорошо. Но под конец им пришлось проехать пятнадцать миль по тряской каменистой дороге, их почти полчаса подбрасывало и мотало, разговаривать было невозможно.

Приехали! Кэм остановил машину в облаке пыли, и они долго сидели, молча глядя на пустынное пространство.

Наконец Диана жалобно спросила:

– Ты уверен, что это то место?

– Боюсь, да, – ответил он.

Она повернулась к нему:

– Кажется, во всей Сьерре нет более мерзкого куска земли.

– Действительно, гнусный пустырь, – ответил Кэм, кривя губы. – Ни деревьев, ни вида – ничего. Вряд ли кто-нибудь захочет тут жить.

– Нет даже нормальной дороги! – Диана с ужасом оглянулась на смесь булыжников и пыли, по которой им пришлось ехать. – Кажется, лучшее, что можно сделать, – принять предложение Бена и взять у него деньги.

– Наверное. – Кэм нахмурился и облокотился на руль. – Хотя я понять не могу, зачем ему это надо. Кому он собирается продать пустошь? Где выгода?

Она вздохнула:

– Я надеялась, мне повезет – для разнообразия.

– Везение – дело наших собственных рук, дорогуша, – нарочито наставительно изрек Кэм.

Диана состроила ему гримасу.

– Тут даже негде устроиться, чтобы поесть. Между прочим, полчаса назад мы проезжали мимо чудесного лесопарка. Поедем туда!

Обратный путь был таким же тяжелым, и они облегченно вздохнули, когда наконец добрались до лесопарка. Там были врытые столики и скамейки, и они отлично позавтракали под огромным дубом около протекавшей по парку речки. Роса приготовила вкуснейший ленч. Они ели, болтали и наслаждались послеполуденным солнцем. Мимо них проходили мамы с колясками, неподалеку играли в салочки какие-то ребятишки.

– Даже странно. Когда готовишься стать матерью, начинаешь постоянно приглядываться к детям вокруг тебя.

Кэм искоса посмотрел на нее. Она сама заговорила о своей беременности. Значит ли это, что запрет с данной темы снят? Он заметил осторожно, прощупывая почву:

– Ты станешь замечательной мамой.

Она ответила ему таким взглядом, что ему показалось, его голова сейчас расстанется с телом. Но вдруг выражение ее лица смягчилось, и она, улыбаясь, спросила:

– Почему ты так думаешь?

– От тебя исходят обнадеживающие флюиды, – ответил он. – Ты, кажется, вполне освоилась со своей будущей ролью.

Теперь улыбка так и играла в уголках ее губ.

– Странно. Мне понадобилось время, чтобы осознать, что же я, собственно, сделала и что мне надо будет делать потом. Но теперь Миа кажется мне абсолютно реальной. Я жду не дождусь, когда смогу взять ее на руки. И очень хочу стать ей хорошей матерью.

– Уверен, так и будет. Я помню, как ты заботилась о своем отце.

– Правда? – Ее взгляд выразил удивление, потом грусть. – Кажется, мало кто помнит. Люди даже не замечали. – Она покачала головой. Большую часть своей ранней юности она провела в заботах об отце, ничего не получая взамен. Но ей и не надо было ничего взамен. Она делала это из чувства долга и сострадания. Она уехала из города в основном из-за отца и из-за него же вернулась: она нужна была ему, когда он лежал на смертном одре. – Ему надо было, чтобы кто-то заботился о нем. Сам он не мог.

Кэм наставил на нее морковку.

– Ты заботилась о нем, когда была слишком юна для того, чтобы заботиться о чем-нибудь, кроме своих чулок.

Она улыбнулась. Конечно, Кэм все видел и понимал, как трудно ей приходилось, когда она была еще девочкой. Ну можно ли не влюбиться в такого парня?

Некоторое время она сидела молча. Потом тихо сказала:

– Знаешь, я любила его.

Он посмотрел на нее и увидел, что ее глаза затуманились. Ему захотелось обнять ее, но он удержался, зная, как она это воспримет.

– Конечно, ты любила его. Это же был твой отец. – Он чуть-чуть переменил позу. – А свою мать ты помнишь?

Диана покачала головой:

– Очень смутно. Она уехала, когда мне не было и шести лет, и больше не вернулась.

– Скверно.

Диана отбросила с лица волосы:

– Я не уверена. Если бы она была достойна того, чтобы ее помнили, то сделала бы так, чтобы я ее не забыла. – Она рассмеялась коротким ядовитым смешком. – Зато отец был рядом.

Они убрали в машину остатки ленча и пошли погулять вдоль реки.

Со дна русла вздымалось множество камней и валунов. Обтекая их, река бурлила и пенилась. Завораживающее зрелище! Они прошлись немного, потом сели на большой камень и стали слушать, как шумит вода.

– Тебе нужно завести что-нибудь подобное у себя, – сказал Кэм. – Твое озеро слишком тихое.

– Там тоже есть течение, – возразила Диана. – И вообще мне больше импонирует нечто спокойное и управляемое.

Кэм засмеялся и бросил в воду плоский камешек.

– Именно этого ты и хочешь в жизни, правда? Чего-то спокойного и управляемого?

– А что тут плохого?

– Ничего. – Он бросил в воду еще один камешек. – Но мне казалось, ты хотела поехать в какой-нибудь большой город и стать фотомоделью. – Он сел так, чтобы она могла опираться о него, а не о холодный камень. – Почему ты осталась?

Она заколебалась, потом не выдержала искушения и прислонилась к нему.

– Детские мечты, – сказала она с легкой иронией.

Кэм повернул голову, наслаждаясь ощущением близости ее тела. Неожиданный порыв ветра бросил ее волосы ему в лицо, и он вдохнул их аромат.

– У тебя бы получилось.

Впитывая ее присутствие, он закрыл глаза.

– Нет.

– Почему нет? – Возмущенный, он снова открыл глаза. – У тебя все для этого есть. Ты была бы прекрасной фотомоделью. – Он протянул руку и взял прядь ее волос, как поводья сказочного пони. – Ты… Диана, ты красивая.

Она сказал это так, словно сделал величайшее открытие. Она холодно улыбнулась, отдавая должное его страстности и сдержанности.

– Такая жизнь не для меня.

– Трусишка.

Она покачала головой:

– Дело не в этом.

Некоторое время он сидел неподвижно, обдумывая ее положение.

– Возможно, тебе все равно стоило уехать, – сказал он мягко.

Она сердито повернулась к нему:

– Ты не понимаешь. Я знаю об этом больше, чем ты думаешь. После колледжа я пару лет жила в Сан-Франциско и делала все, что делают все, кто живет в Сан-Франциско. Я ходила на вечеринки, плясала на дискотеках, встречалась с молодыми клерками и ленивыми студентами. Я почти доставала до звезд, катаясь на подъемнике. Несколько месяцев жила в доме на воде в Саусалито. Работала на скучных работах. Мою машину угнали. Мою квартиру ограбили. Я развлекалась, я веселилась, у меня были разные приключения. А потом мне это надоело и захотелось домой. Большие города не для меня, там хорошо гостить, но жить там – увольте.

Он улыбнулся ее увлеченности этой темой, протянул руку и погладил ее по щеке.

– В душе ты любишь маленькие городишки.

– Наверное. Мне нравится жить в Голд-Дасте. – Диана откинула голову и задумалась. – Я люблю, проснувшись утром, смотреть, как ветерок рябит поверхность озера, люблю, когда ветер раскачивает сосны, люблю запах свежести после грозы. И ощущение покоя, когда солнце садится за вершины холмов и в сумерках все становится туманным, волшебным.

– Понимаю, – сказал Кэм. – Я вернулся сюда из-за всего этого… Отчасти. Из-за этого… и из-за тебя.

И как только он произнес эти слова, он понял – так и есть на самом деле. Во время всех перипетий и ужасов его жизни с Джиной где-то в глубине его сознания присутствовала Диана, спокойная, разумная, ангел всепрощения, чьи заботы способны излечить душу. Он всегда старался отгонять воспоминания о ней, считал, что это лишь фантазия, костыль, на который он жаждет опереться утешения ради. Но теперь понял: его чувство к Диане, пусть безнадежное, истинно реально, более реально, чем что-либо еще в его жизни.

Она повернулась к нему медленно, словно во сне. Она знала – сейчас он ее поцелует. Она услышала это в его голосе. Он ее поцелует, и она опять, и только сейчас, один раз, ответит на его поцелуй.

Диана не стала ждать. Она потянулась к нему, раскрыв губы, и его руки обхватили ее, и она прижалась к нему, исполненная чувственного наслаждения. На самом ли это деле? Действительно ли это Кэм, его плоть, его сказочное тепло?

Все прошло слишком быстро. Она вздохнула, отстранилась и улыбнулась ему.

– Ну как я могу скучать по тебе, если ты не уходишь? – прошептала она с усмешкой.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил он и погладил ее по щеке.

– Ты всегда где-то рядом. – Она выпрямилась и отодвинулась от него. – Или в моей жизни, или в моих снах. Я не могу от тебя избавиться. – Диана сказала это шутливо, словно поддразнивала его. Но на самом деле она была серьезна.

Кэм смотрел на нее, прищурив глаза, и спрашивал себя, почему его тянет к ней сильнее, чем к какой-либо другой женщине. Обнимать ее было естественно, целовать – чудесно. Ему хотелось, чтобы она была в его постели, в его жизни, но что это означает? В данный момент он не понимал.

Только позже, по дороге домой, он начал разговор, которого Диана со страхом ждала все время.

– Ты давно у нас не появлялась.

– Да. Я уезжала, а потом… – Она замолчала, потому что знала – с ее стороны было нехорошо отправить с букетами в дом Ван Кирков Пенни еще раз уже после своего возвращения.

– Мама просит, чтобы ты приехала ее навестить, – сказал он, искоса глядя на нее.

– О нет! – вскрикнула Диана. В глазах ее был страх. – Она начнет просить меня заняться приготовлением бала, ведь так?

– Да.

Она сморщила нос:

– Скажи ей, что у меня грипп.

Его взгляд стал суровее.

– Я взял себе за правило никогда не лгать женщинам, – заявил он.

Она не смогла понять, шутит он или говорит серьезно, и грустно улыбнулась:

– Только мужчинам?

Кэм подавил смешок:

– Естественно. Мужчина может оценить удачную ложь. Он даже может взять ее на заметку и использовать в своих целях. И будет благодарен.

– В отличие от женщин, – сказала Диана лукаво.

– Женщины ценят только ложь, которая касается их самих и имеет форму комплимента.

Она внимательно посмотрела на него, потрясенная неожиданной серьезностью его тона.

– Из-за чего ты так цинично относишься к людям? – спросила она.

Кэму вдруг захотелось рассказать ей о Джине, единственной женщине, с которой он был близок за эти десять лет. Как она едва не заманила его в ловушку, как преподала ему урок женской лжи, который он никогда не забудет. Но потом решил, что эту историю лучше не разглашать. Хорошо, когда взрослый дядя рассказывает юнцу эпизоды из собственного прошлого, дабы преподать ему урок осторожности. Но вываливать свои переживания на беззащитную Диану непорядочно.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации