Читать книгу "Бестселлер. Сказки жуткого дома"

Шатаясь, девушка вышла на дорогу, где один из автомобилей тут же остановился. Водитель понял, что она нуждается в помощи, но Оля зарыдала, истерически крича и умоляя не трогать ее. Уже через несколько минут подъехала машина скорой помощи, а затем и полиция, и лишь тогда Ольга рассказала, что с ней произошло, и указала, откуда она пришла.

– Приют, – согласились между собой сотрудники полиции и направились туда.

***

– Вы и правда жертва в этой истории, – печально сказала Настя, сочувствующе глядя на Владислава.

Если бы я встретила его в обычной жизни, вернее будет сказать: в жизни, я сочла бы этого брюнета настоящим красавчиком. Но как часто за маской красоты и притягательности скрывается настоящий монстр? Я перевела взгляд на Настю и поняла, что отнюдь не редко.

– Это меня и возмущает, – недовольно ответил герой романа Александра Королева.

– Вы убили восемнадцать девушек, – напомнила я Владиславу.

– У каждого свои слабости, дорогая моя, – ответил он, улыбаясь мне своей обольстительной улыбкой. – А какие они у вас? Наверняка ведь имеются.

Я задумалась… Слабости? При жизни их было слишком много, что часто и подавляло меня. Но потом я вспомнила, что ведь я тоже писатель, как и Королев! Да, я не успела достигнуть всего того, чего достиг он, но ведь я могла! Однако моя страсть к писательству при жизни – слабость ли это?

– Я создавала монстров, – уверенно ответила я. – В этом моя слабость и моя же сила – я не могла жить без того, чтобы не излить в тексте все то, что происходило внутри меня. Поэтому я и создавала монстров.

– Тогда, где же ваши монстры? – спросил Владислав, издевательски ухмыляясь мне и разводя руками, словно желая увидеть вокруг себя то, о чем я говорю. – Такой себе из вас создатель монстров, скажу я вам.

Он продолжал ухмыляться, глядя на меня, а я пыталась понять, что же я чувствую. Могу ли я что-то чувствовать?

– Вы не жертва, – ответила я. – Отнюдь. До новых встреч.

– Вы могли бы стать девятнадцатой! – услышала я вслед, уже выйдя и комнаты.

– А я и стала, – тихо ответила сама себе я.

Комната №11. Котенок

– Как ваши дела?

Я смотрела на Королева, который сидел в инвалидной коляске рядом с панорамным окном его библиотеки.

– Отсюда прекрасный вид, не так ли? – не дождавшись ответа, снова спросила я. – Именно из этого окна открывается вид на то место, где я умерла.

– Я помню, – пробурчал Александр.

– О, не нужно этого виноватого тона, прошу вас, Александр, – сказала я. – Столько времени прошло. Уже осень… Там холодно, наверное... Что пишете сейчас?

– О тебе, – ответил Королев. Муся запрыгнула к нему на колени и, устроившись на них поуютнее, замурчала своему старому хозяину.

– То есть вы на моей смерти еще и заработаете? Неплохо, неплохо…

– Я не опубликую историю, если ты не одобришь ее, – сказал Александр.

– А кто в ней главный злодей? Кто появится в вашем доме после того, как вы поставите последнюю точку в этой истории? Неужто я? Как-то не вяжется…

– Вероятно, им буду я, – он поднял на меня свой взгляд. Выцветающие глаза старика, вокруг которых глубоко пролегли бороздки морщин, смотрели на меня и сквозь меня. В них я не видела ничего, кроме усталости.

– Вы – мой главный монстр? – ухмыльнулась я.

– А разве нет? Я их создал. Их всех: Татьяну, Риту, Настю… Они никогда и никого раньше не трогали. Все мои герои были послушными и сидели на привязи.

– А мое появление вынудило их сорваться с цепи, так?

– Так, – кивнул Королев, – именно так.

– Объясните мне: почему? Почему ваши герои оживают? Что в вас такого особенного, чего нет у других писателей? Вы что, продали душу дьяволу?

Королев иронично ухмыльнулся, погладил Мусю и отвернулся к окну, где из темно-серого неба вот уже несколько дней лил затяжной осенний дождь.

– Писатель создает новые миры, – задумчиво сказал он. – Он придумывает людей, которых никогда не было, рисует в своем воображении, перенося на бумагу, существ, которые никогда не встречались в природе. Разве это уже не является чем-то сверхъестественным? Кто мы? Гении или люди, страдающие тяжелой формой галлюцинаторного синдрома? Ведь мы их видим. Мы видим наших героев. Нам необязательно детально рассматривать их лица, ведь мы видим гораздо больше: мы изнутри знаем всю их жизнь, все их естество.

– Это, кончено, все прекрасно, – сказала я, – пафосно, эпично, а еще замечательно проговорено после столь длительных проблем с речью – я поздравляю вас, Александр. Но вы обобщаете, говоря «мы».

– Ты еще не все сказала этому миру, – заявил мне Королев. – Я тебе обещаю, твои книги выйдут в свет. Твои истории прочтут тысячи людей.

– Неужто мы все же меняемся ролями? Теперь я буду диктовать вам свои романы и повести, верно? – усмехнулась я.

– Дай мне только дописать твою историю, – ответил мне старик. – Я пишу ее сам, не доверяю никому. Пальцы быстро устают, двигательные функции восстановились не до конца. Прошу, дай мне время, а дальше ты сама решишь, что с ней делать и как тебе поступить.

– Ох, Александр… Вот чего-чего, а времени у меня предостаточно…

Муся шла возле меня. Мы прошли рядом с Мартой, но я уже привычно не обратила на нее никакого внимания. Муся же лишь повела ухом, когда экономка позвала ее по имени.