Читать книгу "Эта свирепая песня"

– Полагаю, для меня все складывается иначе, – напряженным голосом произнес Август. – Я не существовал – а затем возник, и я ужасно боюсь, что однажды я истаю в воздухе. Каждый раз, когда я срываюсь и затемняюсь, мне все труднее вернуться назад. Так что я хочу оставаться и… быть собой.

– Вау, Август! – воскликнула Кейт. – Ты умеешь радовать!

Этой репликой она завоевала усталый смешок. Но он угас, едва сорвавшись с губ. Август отвернулся, а Кейт стиснула руль. Боль усилилась и накатывала на нее волнами, пронзая мышцы живота.

Август сидел не шелохнувшись и смотрел в ночь.

– Что с ней случилось? – спросила Кейт, стараясь отвлечь себя и Августа.

– С кем?

– С Ильзой. Она такая… беспечная.

Август потер отметины на запястье.

– Она никогда не была бдительной, – сказал он. – Я считал, что у Ильзы просто такая манера поведения. И лишь недавно понял.

– Что?

– Такова ее суть. Причина и результат.

– В смысле, это связано с ее возникновением?

Август кивнул.

– Сунаи – результат трагедий, – пояснил он, – деяний настолько чудовищных, что они колеблют космическое равновесие. Лео возник в результате бойни, учиненной сектантами в первые недели перемен. Фанатики решили, что настал конец света, и бросились с крыши. Они потащили с собой свои семьи. Родителей. Детей.

Кейт судорожно втянула воздух.

– Господи!

– Поэтому мой брат такой праведный, – резюмировал Август.

– Ильза другая, – продолжал он. – Эмили – жена Генри, – рассказала мне ее историю. Ильза появилась в результате взрыва бомбы, подложенной в подвальный этаж большущего отеля в Северном городе.

«Оллсвэй-Билдинг», – сообразила Кейт. Харкер-Холл – некоторые участки его стены так и остались обгоревшими.

– Все произошло сразу после начала хаоса, – добавил Август. – Даже не в первые недели – в первые дни. Народ запаниковал. Нечто пробралось в отель, и люди, которым удалось спастись, забились в подвал. Они хотели хоть как-то уцелеть и забаррикадировались. Но кто-то решил, что раз они вырвались, то это не иначе как происки монстров. Какой-то чокнутый тайком пронес в отель самодельную бомбу и поджег запал. – Август понурился. – Поэтому моя сестра и разорвана на части.

– А ты? – спросила Кейт. – Твой брат праведный, а сестра – рассеянная. А что характеризует тебя?

Ответ был краток и настолько тих, что Кейт едва расслышала его.

– Потеря, – выдохнул он, и казалось, что из груди его вырвался не только воздух, но и всполох света. – Я появился, когда один парнишка настолько испугался мира, в котором живет, что сбежал из него. Он использовал единственный доступный ему способ. Он… прибегнул к насилию.

Воцарилось молчание, такое тяжелое, что от него делалось больно.

Август прислонился головой к окну, и стекло начало запотевать. По щеке сунаи скатилась капелька пота. Кейт потянулась, чтобы включить кондиционер, но внезапно седан издал странный звук.

Не из тех, которые положено издавать машинам.

Август вздрогнул.

Мотор засбоил.

– Кейт? – окликнул Август девушку.

Машина принялась резко терять скорость.

– Нет! – воскликнула Кейт.

А потом мотор заглох.

На панели помаргивал огонек. Правда, фары дальнего света работали.

Но все остальное отключилось.

– Дерьмо! – пробормотала Кейт.

– Кейт, – скрипнул зубами Август. – Что с машиной?

– Бензин закончился! – бросила Кейт, распахнув дверцу. К тому моменту, как Август вылез и присоединился к ней, она уже копалась в багажнике.

Ночь была холодной, но не настолько, чтобы смягчить снедающий его жар.

– Ты чего, не могла выбрать тачку с полным баком?

– Извини, я была занята. Пыталась не умереть.

У Августа вырвалось подобие стона.

– Ладно, не страшно, – сказала Кейт, включая ВУФ-маячок.

– Как не страшно? – прорычал Август. Гнев бурлил в его груди, вырывался вспышками при каждом выдохе.

– Найдем попутку, – заявила Кейт уверенным тоном, как будто спокойствие могло чем-то помочь.

Август скрестил руки на груди.

– Где ты видишь попутку?!

– Да что на тебя нашло?! – огрызнулась Кейт.

Август открыл было рот, чтобы ответить колкостью, но не смог. Острое желание закричать боролось с намерением врезать по седану, поэтому он развернулся и зашагал прочь. На ходу он старался выровнять дыхание и замедлить биение сердца. Он знал, что от тревоги его скверное состояние только ухудшится.

Ноги понесли его вдоль полосы света, тянущейся по краю шоссе.

Август не оборачивался – его снедала потребность двигаться.

«Разум превыше тела», – повторял он.

Август запустил пальцы в волосы и уставился в темноту. Они находились в редкостной глухомани. Огни И-Сити превратились в слабый отблеск, добирающийся до самых туч, но здесь царила непроглядная ночь. В нескольких милях позади остался маленький одинокий поселок, да и он не выглядел особо гостеприимным.

Где-то прозвучали выстрелы, напоминающие раскат грома. Август не понял, настоящие они или это фантом его сознания.

Голод грыз его мышцы и пел в костях. Августу уже казалось, что настоящий монстр стремится прогрызть его плоть и вырваться наружу.

Стоило бы съесть того верзилу в гараже – точнее, его следовало бы сожрать, будь он грешником, – но, к разочарованию Августа, мужчина не был убийцей. Значит, Слоан послал за ними невиновного! Ну и хитрюга! Но знал ли малхаи, что сунаи способны питаться исключительно грешниками? Или просто вмешалось невезение?

Сделав пару глубоких вдохов, Август усмирил свой гнев. Он повернулся к машине и увидел, что Кейт прислонилась к водительской дверце. Девушка обнимала себя за плечи, явно сражаясь с ледяным ветром.

Август при его нынешней лихорадке никакого холода не ощущал.

Он подошел к Кейт.

– Держи, – сказал он, положив футляр на землю и снимая с себя пиджак.

– Не надо, – прошептала Кейт, но Август уже накинул пиджак ей на плечи.

Она сразу расслабилась – ей стало теплее.

Ладонь Августа на мгновение задержалась на ее здоровом плече. Что-то в физическом контакте, простом и основательном, помогло ему успокоиться. Он хотел убрать руку, но Кейт поймала его пальцы. Глаза ее были темны, и по тому, как она приоткрыла губы, Август понял: она хочет что-то сказать, но когда Кейт заговорила, то произнесла лишь:

– Ты горячий.

Август сглотнул и осторожно высвободился. Что-то мигнуло над его головой, и у Августа перехватило дыхание. Ночь выдалась ясная – все небо было усеяно мерцающими точками.

Кейт проследила за его взглядом.

– Ты никогда не видел звезд? – протянула она.

– Нет, – признался Август. – По крайней мере – таких.

Небосвод пылал. Интересно, а Ильза видела нечто подобное? Не крошечные кляксы на своей коже, а настоящие звезды – необыкновенные и безукоризненные?

Внезапно сияющая точка сорвалась и пронеслась по небу.

– Я где-то читала, что люди созданы из звездной пыли, – заметила Кейт.

Август с трудом перевел взгляд на нее.

– Правда?

– Наверное, ты тоже из нее создан.

И вопреки всему Август улыбнулся.

Улыбка дорого ему далась, но она того стоила.

А затем Август задрожал и ухватился за машину. Его бил озноб, дрожь, сотрясавшая его до мозга костей.

Кейт потянулась к нему.

– Что случилось?

– Я… ничего страшного, – прошептал он.

– Врешь.

Август задрал рукав рубашки, и Кейт увидела, что на его коже появилось свечение вроде огонька сигареты: оно превратилось в короткую линию, которая в свою очередь быстро померкла и почернела.

Новая отметина. Новый день.

Августа продолжало трясти, но когда он поднял взгляд, в глазах его светилось мрачное торжество.

– Четыреста двадцать три.

Неожиданно тьму прорезал свет фар: со стороны И-Сити неслась одинокая машина.

Кейт помахала ВУФом, и, к ее облегчению, автомобиль притормозил на обочине. Это был полуприцеп, сделанный для поездок через Пустошь. Капот и бока закрывали железные решетки, в окнах поблескивало пуленепробиваемое стекло. На боках виднелись глубокие борозды, но, вероятно, корсаи были здесь ни при чем.

Монстры охотились на людей, а лихие люди – на продовольствие.

Кейт вытащила из-под ворота рубашки серебряную подвеску и подошла к машине. Стекло со стороны водителя опустилось на дюйм.

– Ребята, как вас сюда занесло? – спросил мужчина средних лет с усталым лицом человека, истрепанного жизнью.

– У нас небольшие проблемы, – сказала Кейт и обворожительно улыбнулась. – Вы нас собой не возьмете?

Мужчина, нахмурившись, уставился на Августа. Кейт попыталась увидеть сунаи глазами водителя. Обычный долговязый подросток со скрипичным футляром.

– Вам куда?

Кейт кивнула на дорогу, идущую прочь от И-Сити. Она выудила из памяти название ближайшего города-сателлита.

– В Луисвилль.

Шофер покачал головой.

– Далековато, – заявил он. – Лучше поймайте попутку, которая едет в И-Сити.

– Мы проезжали маленький городок, – наивным голоском школьницы произнесла Кейт. – Думаете, нам стоит вернуться обратно?

Мужчина скривился.

– Если вы захотите забраться в форт посреди ночи, то получите пулю в лоб, – он провел рукой по коротко подстриженным волосам.

У него не было медальона. Кейт на несколько секунд задумалась и сняла с себя подвеску.

Тяжесть серебра действовала умиротворяюще. Кейт было жаль расставаться с кулоном, но пропадать в глуши она тоже не хотела.

Она продемонстрировала медальон шоферу.

– Знаете, нам хватает неприятностей. У нас денег в обрез, но если вы хотя бы подвезете нас в нужном направлении, я отдам подвеску.

Мужчина вытаращил глаза, и Кейт поняла, что заполучила его. В конце концов, медальон Харкера гарантирует безопасность, а это роскошь, товар более ценный и дорогой, чем грузовик, дом и еда…

Пальцы мужчины сомкнулись на серебре.

– Залезайте.

Кейт забралась на переднее сиденье, а Август скользнул на скамью, служившую, похоже, еще и койкой. Он сцепил пальцы и замер. Кейт не была дурой. С ним явно творилось что-то неладное. Но он злился, когда она спрашивала, как будто от вопросов ему становилось еще хуже. Август казался больным. Болеют ли монстры? Или они только испытывают голод? Когда он ел в последний раз?

– Я незаконными выездами за границу не занимаюсь, – заявил мужчина. – Я – дальнобойщик и езжу по сателлитам. Поэтому если вам надо перебраться через границу, я вам не помощник.

– Не волнуйтесь, – сказала Кейт. – Мы не перебежчики.

– А что вы вообще тут делаете?

Странно, но Кейт чуть было не выложила ему правду. Та бурлила в ней, стремясь вырваться наружу, сорваться с губ. Ей пришлось прикусить язык.

Кстати, что там Август говорил про дар сунаи? Кейт оглянулась через плечо: Август сидел сгорбившись, упершись локтями в колени, и сверлил взглядом пол.

– Мы заключили пари с друзьями, – нашлась Кейт.

– Вечером был концерт, – встрепенулся Август. – На краю зеленой зоны.

– Ага! – подхватила Кейт. – А после шоу мы поспорили с приятелями на двадцать баксов, что доберемся до Пустоши. Сорок, если привезем что-нибудь из города-сателлита.

Шофер усмехнулся.

– Ох уж эта нынешняя молодежь! – проворчал он, выруливая на шоссе. – У вас слишком много свободного времени и совсем нет мозгов!

У него были закатаны рукава, и на правом предплечье виднелись длинные шрамы. Отметины от встречи с корсаи.

– Я вас довезу до ближайшей забегаловки. А потом сами думайте, как вернуться в зеленую зону.

Кейт кивнула.

– Годится, – согласилась она и опять посмотрела на Августа.

Однако выражение его лица было непроницаемым.

Август почувствовал, что автомобиль замедлил ход, и оторвал голову от заднего сиденья.

Машина пересекла УВУ-полосу и свернула на боковую дорогу. На мгновение свет фонарей померк, а затем вспыхнул ярче – показалось какое-то строение.

Оно смахивало на крепость, а не на «придорожную забегаловку», как выразился шофер. Высокая металлическая ограда с колючей проволокой и мощные УВУ-прожектора – полоса света тянулась через гудрон, стирая все тени. Вывеска над зданием – точнее, над несколькими домами, сбившимися в кучку, – гласила, что заведение называется «Горизонт».

Дальнобойщик притормозил перед оградой, погудел и стал ждать. К воротам вышли двое вооруженных мужчин. У одного был ВУФ и мачете, у его напарника – автомат. «Они используют оружие и против монстров, и против налетчиков», – понял Август.

Тяжеленные створки с шипением отворились, и полуприцеп с грохотом вкатился внутрь. Август услышал скрип закрываемых ворот, и у него стиснуло грудь от мысли о том, что он сейчас заперт внутри.

– Добрались, – припарковавшись, сказал дальнобойщик. – Теперь вас точно подбросят до И-Сити. Денег-то вам хватит?

– Конечно, – подтвердила Кейт, хотя Август не сомневался, что они потратили практически все свои запасы.

Мужчина прикусил губу и вытащил подвеску, которую отдала ему Кейт.

– В случае чего дашь им медальон.

Кейт заколебалась.

– Мы же договорились.

– Я все равно сюда ехал, – заявил он. – Держи.

– Спасибо, – тихо поблагодарила его Кейт и спрятала подвеску в карман.

Август вылез из машины. На улице подморозило. Холодный воздух омывал Августа, словно целебное зелье.

На парковке ровными рядами стояла дюжина грузовиков. Августу показалось, что они не отбрасывают теней. Он зажмурился, сознание скользнуло к четыреста двадцати трем меткам, к призрачному эху опустошенной земли, к выстрелам, крикам и жгучему чувству голода.

Внезапно его выдернули из прошлого. Август открыл глаза и обнаружил, что Кейт тащит его к флуоресцентной вывеске «Горизонт».

– Я есть хочу! – говорила она. – Прямо-таки умираю, честно!..

Август едва не расхохотался, но смешок застрял у него в горле, будто осколок стекла.

«Горизонт» определенно оказался самым подходящим местом для четырех часов ночи. Это был самодостаточный мини-комплекс с кафе, уборными, душевыми и круглосуточными супермаркетами.

От яркого освещения у Кейт даже заболели глаза.

Август пошел в душевую, пробурчав, что ему нужно освежиться, а Кейт побрела в кафе самообслуживания, где помимо прочего продавали и сопутствующие товары. Она разглядывала еду, притворяясь, что у нее куча денег, а не жалких пять долларов. Кредиток у нее было предостаточно, но транзакции легко отследить, а большую часть наличности она отдала за номер в отеле.

Кейт подумала, не купить ли батончик мюсли, но вдруг увидела часы. Они лежали на рекламной стойке вместе с картами – обычные электронные наручные часы. Только вот показывали они не только время и температуру, но еще и координаты. А Кейт не знала точный адрес места, куда она направлялась.

Зато у нее были цифры. Широта и долгота.

38 – 29.45.

86 – 32.56

Кейт небрежно взяла часы и принялась их разглядывать, после чего опустила в карман пиджака. Ее рука коснулась чего-то металлического и гладкого. Украденный мобильник!

Кейт быстро огляделась. Август еще не появился, а клиенты сыпали сахар в кофе или таращились остекленевшими глазами в плазменные экраны, которые были развешаны на стенах.

Кейт достала мобильник. Тот был выключен ради экономии заряда, и Кейт включила его, надеясь увидеть сообщение. Но нет.

Кейт вздохнула. Может, им не надо убегать? Может, они имеют право отдохнуть здесь, в «Горизонте»? Он неплохо защищен от монстров. Никакой малхаи сюда не ворвется, а зал – просторный. Двое подростков не привлекут к себе внимания. Если они…

Внезапно она услышала свое имя. Но ее окликнул не Август и не кто-то из завсегдатаев кафе… нет, ее имя произнес ведущий новостного канала.

Кейт вскинула голову и увидела свои фотографии на всех плазменных панелях зала.

Август вцепился в раковину. Зрение расфокусировалось.

Ему становилось хуже с каждой минутой.

Он уставился в зеркало на свое отражение. Огромные распахнутые глаза и запавшие щеки. Костяк пылал. Когда он посмотрел на свои руки, то подумал, что мог бы запросто увидеть свои кости сквозь кожу – не такие темные, как у малхаи, а наоборот – белые, пышущие жаром. Лихорадка выжгла гнев, но вместо него пробуждалось нечто иное.

Он на ощупь отыскал кран и сунул руки под ледяную воду. От раковины тотчас повалил пар.

Они с Кейт находились слишком далеко от города, и отсутствие – людей, монстров, энергии – вызывало у Августа слабость и тошноту.

«Тебе пора перекусить, братец», – сказал бы Лео.

Август застонал.

«Разум превыше тела».

Да. Именно так.

Разум превыше тела, превыше тел на полу, превыше отметин, прижигающих кожу день за днем, за днем, за днем, пока та не лопнет, не слезет, не станет кровоточить под пульсацию выстрелов и мелодию боли, и мир был создан свирепой музыкой, создан и создавался, это цикл, большой взрыв переходит в шепот, и еще ничто не реально, кроме Августа, или реально все, кроме него…

Он вынырнул на поверхность, судорожно хватая ртом воздух – оставаться на плаву становилось все труднее, – и сжал кулаки. Он чувствовал, как ногти впиваются в ладони, грозя прорвать кожу.

Август уже делал такое прежде – доводил себя до истощения. Виной всему была его упрямая вера, что он сумеет перебороть свой голод. Но Август проигрывал неравную битву раз за разом.

У него всегда вызывал отвращение тот факт, что голод действует на него разрушительно.

«Почему ни Лео, ни Ильза никогда от этого не страдают?» – вопрошал он.

Он почти отчаялся отыскать что-нибудь на другой стороне! Найти бы хоть что-то человечное за тьмой! Август доходил до определенной черты и отступал назад, запоминая шаги и стадии, словно это знание могло помочь ему одержать победу в новом сражении…

А потом его опять настигал голод, который обманывал его чувства и полностью лишал воли.

Сперва идет гнев и безумие, их сменяют радость и печаль. Ритм напоминает колыбельную: гнев, безумие, радость, печаль, гнев, безумие, радость, печаль…

Он снова отрубался.

Все в порядке, в порядке…

– Эй, парень, что с тобой?

Август увидел рядом мужчину. Его щеку пересекали уродливые шрамы.

Август сглотнул, вспомнил, как говорить.

– Устал… драться.

Мужчина сочувственно покачал головой и принялся мыть руки.

– Как и все мы.

Бегущая строка на экране гласила:

«Кейт Харкер похищена. Подозревается семейство Флинн».

– Генри Флинн отрицает всякую причастность к похищению, – продолжал ведущий, – но наши источники подтвердили, что один из членов семьи Флинн учился в той же школе, что и Катерина Харкер, и их видели вместе непосредственно перед ее исчезновением.

Кейт остолбенела.

– Более того, улики заставляют предположить, что именно сунаи виновен в гибели трех школьников и преподавателя, которые также произошли в данном учебном заведении в ночь похищения Катерины Харкер, – добавил ведущий с нездоровым ликованием.

У Кейт екнуло сердце.

Несколько человек встали, не отрывая взгляда от экранов. Один вполголоса выругался, другой сказал, что лучше бы пообещали вознаграждение.

– Переключите канал, – попросил третий.

– Не могу, – ответила пожилая женщина за кассой. – Сообщение транслируют по всем каналам.

Теперь показывали ее отца. Харкер стоял на возвышении в дорогущем черном костюме с таким видом, будто не знает, что стряслось, и не в курсе, что именно его проклятые монстры хотели убить Кейт.

– Я верну свою дочь, – провозгласил он, – и добьюсь, чтобы виновники ответили за преступления, содеянные против моей семьи. Мы в Северном городе считаем это актом насилия. Объявлением войны.

На экране снова возник ведущий.

– Если у вас есть любая информация о Катерине Харкер, позвоните по номеру…

Кейт уже набирала кодированное эсэмэс по краденому телефону.

«Выйди на связь. Срочно».

Она отступила подальше и затаилась возле холодильника, где выстроились ряды неприглядных жестянок с консервами.

Через две минуты мобильник запищал.

– Катерина, – произнес голос отца – теперь в нем был лишь слабый отзвук прежней паники. К Харкеру вернулось обычное хладнокровие. – Ты в порядке?

– Я смотрела новости! – рявкнула Кейт. – Нападение совершили не они!

Размеренный выдох.

– Вряд ли, Катерина…

– Но я-то знаю! – гневно прошептала она.

– Значит, он все-таки с тобой.

Кейт на секунду потеряла дар речи.

– Кто?

– Фредерик Галлахер. Он же – Август Флинн, третий сунаи Генри.

У Кейт ком подкатил к горлу. Она бы сказала ему, она собиралась! Она мечтала швырнуть монстра к отцовским ногам! Но сейчас она даже не могла заставить себя выговорить имя мальчишки-сунаи.

– Он с тобой с самого начала? – требовательно спросил Харкер.

Но Кейт не поддалась на провокацию. Август не виноват! Он вовсе не пытался убить ее. Август спас ей жизнь.

– Катерина…

– Где Слоан?

– Охотится на тех, кто выступил против меня.

– Он выступил против тебя! – заявила Кейт.

– Нет, – ответил отец. – Он – нет. Я его допросил. Лично. Слоан утверждает, что не имеет отношения к налету на школу.

– Он врет!

– Катерина, монстры не способны лгать.

Мысли Кейт смешались. Все организовал Слоан. Или нет?… Но тогда кто?…

– Па…

– Не возвращайся в И-Сити, пока не получишь от меня сообщение.

– Ты и дальше позволишь людям думать, что меня похитили?

– Я намерен обеспечить тебе безопасность, – жестко отчеканил Харкер. – Кстати, Катерина, тебе незачем кодировать эсэмэс. В конце концов, я читаю их по своему телефону. Послания никто, кроме меня, не увидит.

«Никто, кроме твоей тени», – едва не выпалила Кейт, нажимая на «Отбой».

– Не открывай! – хрипло прикрикнул кто-то на Августа.

Он отлепил голову от холодильника с напитками и увидел жилистую пожилую женщину в форменной одежде «Горизонта».

– Извините, – промямлил Август, захлопывая дверцу. – Мне просто стало очень жарко.

Фраза показалась ему корявой и неправильной, но ничего не поделаешь – слова уже вырвались на свободу.

Неподалеку другая женщина говорила по телефону громким визгливым голосом.

Какой-то дальнобойщик уронил чашку с кофе и облил своего соседа. Мужчина выругался и толкнул дальнобойщика, но немного не рассчитал – тот едва не упал со стула.

Обстановка в «Горизонте» накалялась.

Женщина в форме заспешила прочь, а в промежутке между двумя обжигающими ударами сердца Август уловил запах застарелого преступления. Он ощутил в воздухе запах крови, который буквально прилипал к его воспаленной коже. Август пошатнулся, вцепился в футляр скрипки, а взгляд его заскользил по залу, по прилавкам и лицам, пока… Вот!

Весь мир клином сошелся на этом человеке. Грешником оказался коренастый мужчина в забрызганной грязью куртке, с короткой клочковатой бородой и несоразмерно маленькой головой.

Август кивнул. Точно. Сейчас для него имела значение лишь тень, вьющаяся за мужчиной, будто плащ – безустанно и неестественно.

Грешник направился к выходу. Август не мог оторвать от него взгляда.

Надо поесть. Тогда его кости действительно охладятся, а рассудок обретет ясность.

Август двинулся следом за отступником, но внезапно кто-то схватил его за руку.

Кейт.

– Пора сматываться! – резко бросила она. – Немедленно!

– Кейт, я… – пробормотал Август. – Мне нужно…

Но прежде чем он сумел договорить, Кейт взяла его за подбородок – удивительно, как она не обожглась! – и развернула лицо Августа к плазменным панелям.

На всех экранах красовалось ее фотография и подпись: «Кейт Харкер похищена. Подозревается семейство Флинн».

Август оторопел.

– Нет, – выдавил он и покачал головой. – Я не…

Вдруг дверь скрипнула, и в кафе ввалился дальнобойщик, который подбросил их до «Горизонта».

Он посмотрел на экраны, после чего недоуменно уставился на Кейт.

– Это еще чего?

– Живо! – Кейт дернула Августа, заставив присесть за стойку с горячей едой. – Уходим. Быстро.

Кейт втолкнула его в коридор. Август в последний раз с отчаянием взглянул на дверь, но грешник уже исчез.

– Давай же!

Кейт поволокла его мимо уборных, к черному ходу, на другую сторону гудроновой площадки. Лучи УВУ хлынули на них потоком, и Август скривился, в его висках застучал пульс.

– Я тебя не похищал! – говорил он. – Я тебя спас! Ты сама решила бежать!

– Угу. И ты ко мне присоединился, – добавила Кейт, не сбавляя шага.

Она очень торопилась. Спустя мгновение она завернула за угол здания и пропала из виду.

Август кинулся за ней.

– Нам нужно с кем-нибудь связаться, – произнес Август, трусцой нагнав Кейт. – Надо сообщить, что ты в порядке!

– Если ты забыл, – откликнулась она, – я тебе напоминаю, что кто-то по-прежнему пытается убить меня.

– Послушай, Кейт! – затараторил Август. – Ведь меня… нет! – нас подставили. Именно этого они и хотели, Кейт. Обвинить мою семью в нарушении договора. У них все получится, если мы не…

Кейт крутанулась на месте.

– Знаешь что, Август? Я не могу просто взять и вернуться…

Позади них лязгнула дверь.

– Эй, вы! – окликнул их кто-то.

Август и Кейт замешкались. На пороге стоял рослый дальнобойщик с небритой физиономией. Он поигрывал пистолетом – а за ним маячил второй здоровяк. Хорошо бы, если безоружный…

Август попытался заслонить собой Кейт, но тут распахнулись другие двери, и на освещенную площадку вынырнули еще двое. У мужчины была дубинка, у женщины – длинный нож. Под УВУ никто из них не отбрасывал теней.

Четыре человека, и ни одного грешника!

У Августа закружилась голова.

Он начал снимать с плеча футляр, в надежде хотя бы обезоружить их, но неожиданно дальнобойщик прицелился и выстрелил. Пуля срикошетила от гудрона в нескольких дюймах от ног Августа. Звук оглушил юношу, и на миг Август вновь очутился в школьной столовой.

Он смотрел и смотрел на черные отметины на полу, пока голос Кейт не вернул его в реальность.

– Ты что, спятил?! – заорала она на стрелка.

– А ты правда дочка Харкера? – осведомился дальнобойщик.

– А ты, значит, монстр? – вмешался шофер, стоявший позади.

Прежде чем Август успел ответить, мужчина с дубинкой схватил Кейт за плечи. Она ударила его коленом, и он отлетел, задыхаясь, а женщина тотчас вцепилась в Кейт и приставила нож ей к горлу.

Август бросился к ней, но опять прозвучал выстрел – и на сей раз Августу чуть не оцарапало щеку.

Женщина ухмыльнулась, и Август заметил, что половина ее зубов сделана из металла.

– Руки прочь, парни. Награда моя.

– Пуля тебе награда.

Августу почти хотелось, чтобы мужчина зашел дальше. Ему трудно было держаться на ногах, взгляд метался между дубинкой, ножом и пистолетом, а напряжение вокруг нарастало, словно жар.

– Слушайте, – произнес тип с дубиной, – мы берем девчонку, а вы можете забрать парня.

– Я думаю, мы возьмем обоих, – пробурчал дальнобойщик с пистолетом.

Кейт зашипела – лезвие вдавилось ей в горло.

– И как вы собираетесь это сделать? – поинтересовалась женщина.

Воздух вокруг них сгустился. Женщина и дальнобойщик оказались в патовой ситуации. Мужчина с дубинкой – и второй громила (действительно безоружный) придвинулись чуть ближе к эпицентру схватки.

Их глаза странно блестели, как случалось, когда люди разговаривали с Августом. Жадность и тяга к насилию хлынули на поверхность. Наверное, он будоражил их инстинкты. Парадоксально, но, похоже, именно его голод и побуждал их к агрессии. У Августа земля ушла из-под ног.

Он знал, что не сможет прекратить этот хаос, когда в нем бурлит голод… хотя, может, прекращать и не стоит?

Лео умел перебрасывать свое состояние на людей. Он зачаровывал их – целиком и полностью. Да, брат контролировал их, а они с радостью подчинялись.

«Разум превыше тела».

И Август решился. Он сосредоточился – и сила сунаи раскатилась над гудроном, устремляясь к людям.

Кейт тоже ощутила какие-то изменения – и в противниках, и в себе самой. Она посмотрела на Августа. Пальцы ее шевельнулись, и Август заметил, что в ее руке появился нож. Кейт напружинилась и…

– Готово! – воскликнула она, вонзив лезвие женщине в бедро.

Та пронзительно вскрикнула, а Кейт вскинула руки и метнулась в сторону. Одновременно с этим Август бросился на дальнобойщика с пушкой и сумел толкнуть его на другого мужчину.

Они оба отлетели, а пистолет упал на гудрон в футе от второй сцепившейся пары – те уже грызлись, позабыв про дубинку и нож. Август услышал рокот приближающегося грузовика, его короткий резкий гудок – потянул за собой Кейт и побежал.

Позади звучали вопли, потом раздался глухой стук падающего тела и приглушенные ругательства, но Август не оглядывался. Они с Кейт завернули за угол кафе и помчались через ярко освещенную площадку к открытым воротам.

Грузовик въехал, и створки начали закрываться. Охранники вглядывались в темноту за грузовиком и даже не обратили внимания на двух подростков.

Август и Кейт вылетели наружу, а мгновение спустя ворота вошли в пазы и захлопнулись.

Они свернули с дороги и ринулись в поле. Август пытался расслышать сквозь грохот пульса хоть что-то, но – удивительное дело – все было тихо.

Ни шороха автомобильных шин, ни выстрелов, ни скрежета ворот.

Но они не останавливались и продолжали бежать.

Август перестал осознавать ход времени. Он даже не понимал, что они с Кейт по-прежнему держатся за руки. А лихорадка и боль постепенно отступили. Интересно, почему? Может, по-настоящему свихнулся или голод и впрямь ослабевал?

Они бежали, петляя среди травы, мимо цистерн, деревьев и темных кустарников.

В конце концов они позволили себе притормозить. Август огляделся по сторонам. Ничего и никого. Неужели опасность миновала?

Кейт закашлялась и схватилась за живот, а Август рухнул на колени и замер.

Ему хотелось лечь. Прижаться бы щекой к сырой земле и, как Ильза, чутко вслушиваться в тишину.

Внезапно Кейт оказалась рядом с ним. Она коснулась его плечом, и несколько долгих секунд они так и сидели, укрытые дикими травами. Ночь была ясной, а пейзаж – безмятежным. Трудно было поверить, что в этом мире приходилось выживать, сражаясь не на жизнь, а на смерть.

До Августа донесся шум грузовиков, и он испугался, но потом с облегчением вздохнул. Вереница машин ехала по шоссе. Никому из них не хватило смелости свернуть в поле, разыскивая беглецов.

Когда они встали, на горизонте уже забрезжила заря. Небо сделалось тускло-фиолетовым, звезды померкли.

Август пошатнулся, и Кейт поддержала его.

– Ты как? Нормально?

Вопрос эхом отдавался у Августа в голове – от голоса Кейт, будто от камня, брошенного в пруд, пошли круги.

«Нормально. Нормально».

Тем не менее Август чувствовал себя неплохо. Боль практически исчезла, мышцы перестали ныть, а кости – гореть.

Август судорожно втянул воздух. Потрясение переплеталось с радостью. Лео ошибся.

Август сделал это. Он прорвался.

– Август! – не унималась Кейт. – Как ты?

– Хорошо, – ответил он и потянулся.

Он не лгал.

– Ладно, – Кейт что-то держала в руке. Она повернула вещицу к первым лучам солнца и двинулась вперед.

– Куда мы идем? – спросил Август, подстраиваясь под ее шаг.

Кейт не обернулась, но фраза, подхваченная ветром, долетела до Августа подобно музыке:

– Домой.