Читать книгу "Мой некоронованный принц, или Золушки не продаются"

Глава 28

Утро началось для Ани довольно странно. Она успела сделать себе кофе, и уже устроилась было в столовой у телевизора, как раздался звонок в дверь.

Аня была уверена, что кто-то из друзей Артема решил заявиться с утра пораньше.

– Артем! – раздраженно прикрикнула она в сторону комнаты брата. – Вставай, кто-то из твоих дружков притащился!

– Шли всех лесом! – промычал из постели брат. – До обеда меня ни для кого нет!

То, что Артем и не собирался просыпаться, было ясно, как белый день.

Аня раздраженно поставила чашку с ароматным кофе на стол и пошла открывать.

В прихожую ворвалась Надя.

– Аня, я тебе сейчас такое расскажу!

Анна окинула запыхавшуюся подругу удивленным взглядом. Чтобы Надя, рискуя опоздать в ресторан, ранним утром сделала петлю и прибежала к Ане домой, должно было произойти что-то очень серьезное.

– У тебя такой вид, словно ты увидела привидение, – покачала головой она. – Проходи, я сделаю тебе чашечку кофе.

– Ох, я опоздаю. Но твой кофе так ароматно пахнет… Лучше опоздать, чем не попробовать!

Подруги прошли на кухню. Аня загрузила свежую капсулу в кофемашину и залила воду. Надя села у кухонной стойки и едва сдерживала захлестывающие ее эмоции.

– Так что произошло? – чувствуя, как кофейный аромат заполняет кухню, повернулась к подруге Анна.

– Мне кажется, я только что видела привидение.

– Настоящее?

– Практически! Я заправляла свою машину, и у соседней колонки остановился джип. Знаешь, кто сидел за рулем?

– И кто же?

– Максим!

– Максим? – что-то оборвалось внутри. – Ты не ошиблась, Надя?

– Какие уж тут ошибки, Аня! Он кивнул мне в знак приветствия, прежде чем двинуться дальше!

Аня продолжала делать кофе, но сердце сжималось от странной тревоги. Виски пульсировали болью, шрам на левой руке вдруг ожил и заныл.

– Не может быть, чтобы он вернулся. Его отчим никогда не позволит ему здесь находиться. Разве что только… Может, что-то с его матерью?

– Я не знаю, Аня. Просто… я подумала, что ты должна знать. Вы с Пашей скоро поженитесь, и будет лучше, если ты заранее морально подготовишь себя к встрече с Максом.

– Ладно… – не зная, что еще сказать, Аня развела руками. – Честно говоря, я к этому совершенно не готова.

Надя придвинула к себе кофе.

– Ты сегодня поёшь, помнишь?

– Помню, конечно же, как не помнить? Правда, не знаю, придет ли Паша. В его семье снова проблемы. Теперь с младшим братом.

– Я что-то слышала. Грязная история. Его девушка умерла, да?

– Да. Самого Поля с трудом удалось вернуть к жизни. Если бы не наша с Павлом помолвка, на которую его мама заставила всех собраться, Поль бы отправился на тот свет вместе с подружкой.

– Кошмар! Такой милый парнишка, и такое…

– Да уж. Теперь Поль проходит курс реабилитации, а потом родители до конца лета хотят увезти его в Сочи, подальше от травмирующих воспоминаний.

– А когда ваша свадьба?

– Я хочу в августе, – улыбнулась Аня.

– Жду не дождусь! Ты же возьмешь меня в подружки невесты?

– Конечно!

Они еще немного поболтали, а потом Надя ушла в ресторан.

Аня убрала кружки в посудомоечную машину. Мысли кружились в голове и неумолимо возвращались к Максиму.

Значит, вернулся. Надолго ли? С женой или один? Помнит ли он об их пламенной страсти, которая горела в дешевых прибрежных отелях и кафешках?

«Конечно, помнит! – в отчаянии заломила руки Аня. – Такое невозможно забыть!»

У Паши выходной, и он придет послушать ее в ресторан. А что, если в ресторан придет Макс?

«Тогда я сдержанно поздороваюсь и пройду мимо, – размышляла она. – Как бы там не сложилось, наш роман в далеком прошлом. Я люблю Пашу».

Ближе к вечеру ей позвонил Павел.

– Я приду в ресторан и закажу самый лучший столик, – пообещал он. – Кстати, Ершов собирается кадрить Надю, так что он тоже притащится. Ничего?

– Я буду рада видеть вас двоих, – улыбнулась Аня. – Когда я пою для тебя, у меня в душе будто распускается целый сад прекрасных роз.

– Значит, до встречи в ресторане?

– Да, до встречи.

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю.

Она не сказала ему ни слова про Максима.

«Может, все обойдется. Максим и не вспомнит, что я пою песни в ресторане. Он не придет. А если и придет, я сделаю вид, что не знакома с ним. У меня есть любимый мужчина, который готов слушать мой голос вечно».

Но навязчивая нервозность не покидала Аню до самого вечера. Она готовилась к выступлению особенно тщательно. Девушка убеждала себя, что длинное голубое платье со стразами и глубоким вырезом в области груди предназначено только Павлу, но в душе ей хотелось показать Максиму, что она в полном порядке. И что его резкий отказ от общения с ней только из-за того, что ее не отпустили вслед за ним в Москву, никак не отразился на ее жизни. Конечно, все это было ложью, и психика Ани восстановилась только сейчас, но она собиралась сражаться со своими чувствами. У нее есть мужчина, который готов разделить с ней свою жизнь. И Максиму, так удачно женатому на неизвестной Ане москвичке, не удастся разрушить ее внутренний мир снова.

Как и обещал Павел, они с Гришей пришли к самому началу Аниного выступления. В этот вечер ресторан был полон посетителей. Все любили слушать, как поет для гостей ресторана очаровательная певица.

У Ани на правой руке поблескивало колечко, украшенное россыпью бриллиантов, и ни для кого в городе не было секретом, что очень скоро их любимая певица станет женой прокурора, который является ее самым преданным поклонником.

Она исполнила кавер версию одной из песен Селен Дион, и улыбнулась Павлу. Он послал ей воздушный поцелуй. За его столик принесли розовое шампанское, которое так нравилось Ане, и шоколад. Следователь Ершов что-то весело говорил, видимо, намереваясь спеть для Нади серенаду.

На сцену поднялся один из сотрудников ресторана с охапкой красных голландских роз.

– Это вам от тайного воздыхателя, – подмигнул Ане он.

Девушка приняла цветы и растерянно посмотрела по сторонам. Она заметила, как сошла улыбка с лица прокурора. Ведь все вокруг знали, что у Ани в этом сезоне может быть только один воздыхатель – ее будущий муж.

До конца ее выступления было еще несколько заказанных и оплаченных гостями ресторана песен, и Анна, подозвав официанта, попросила убрать букет со сцены. Она уже знала, что будет петь без остановки, и что потом случайно забудет забрать цветы с собой, чтобы не расстраивать любимого. Не важно, от кого букет. Главное, с достоинством уйти со сцены.

Ей казалось, что последние песни тянутся бесконечно. Счастливчики, для которых она пела, аплодировали ей, и таяли от радости.

Наконец, она откланялась и спустилась со сцены. Павел поднялся ей навстречу, поцеловал в знак приветствия и усадил за их с Гришей столик.

– Шампанского нашей звезде! – подмигнул Ане Ершов.

– Спасибо, – заулыбалась она.

Аня старалась не смотреть по сторонам, потому что она знала, кто мог так неосторожно подарить ей букет. Не знать, что у нее роман с прокурором, мог только один человек – Максим, вернувшийся в город утром.

– Что за воздыхатель, Аня? – поинтересовался Павел. – У меня появился соперник?

Он говорил, вроде бы шутя, но его серо-голубые глаза метали молнии.

– Я не знаю… Честное слово, Паша. Я даже не посмотрела на послание внутри букета.

– Так неси его сюда! Вместе и посмотрим.

– Мне кажется, это ни к чему. Я просто случайно забуду букет в ресторане, и все.

– Ты чего-то боишься? Или я о чем-то не знаю? – он придвинулся к ней вплотную, и она почувствовала себя так, словно только что совершила ужасное преступление и находится на допросе.

– О чем ты можешь не знать? – она наигранно закатила глаза, но ее руки предательски подрагивали. Аня поняла, что, если не согласится посмотреть послание в конверте, будет только хуже.

– А ты у нас, оказывается, собственник, – пытаясь перевести все в шутку, усмехнулась она.

– Еще какой! – резко отозвался он. – Попроси принести сюда конверт из цветов!

– Ладно. Как скажете, господин прокурор.

Аня подозвала официанта, дежурившего у барной стойки.

– Лёша, пожалуйста, принеси конверт, вложенный в тот роскошный букет, который мне подарили на сцене, – смело потребовала она.

Алексей почтительно кивнул и исчез за дверью кухни. Спустя пару минут он вышел обратно, неся аккуратный бумажный конверт.

Павел выхватил его раньше Анны и распечатал.

Девушка почувствовала, как в душе поднимается негодование. Как бы там ни было, а конверт предназначался ей лично, и уж никак не прокурору.

– Вообще-то, письмо принадлежит мне, – ледяным тоном сообщила она.

– Ага. А я твой будущий муж, – проигнорировал замечание Павел и впился глазами в листок.

– Самой очаровательной певице на побережье, – громко прочел он.

– Успокоился? – обиженно фыркнула Аня, в душе чувствуя невероятное облегчение от того, что в записке не было и намека на ее бывшего возлюбленного.

– Почти, – засовывая листок в карман джинсов, ответил Павел.

– Может, ты вернешь записку мне? – желая испепелить его взглядом, поинтересовалась девушка.

– Ни за что, – сощурил глаза он.

Вскоре к ним подсела Надя, но вечер был безнадежно испорчен. Отчего-то Павел был напряжен, и совсем не смотрел на свою невесту.

Аня злилась на него за такое подчеркнуто-холодное поведение. Он не имел никакого права обижаться на нее за подарок от неизвестного поклонника.

Казалось, этот вечер не закончится никогда. Ане хотелось поскорее уйти из ресторана и уже наедине высказать Павлу, что она думает о его выходке. Но прокурор отчего-то не торопился к выходу, будто испытывал удовольствие от их натянутого общения.

Наконец вторая бутылка шампанского была допита, и Надя поднялась из-за стола.

– Я провожу, – с готовностью подскочил с места Ершов.

– Я далеко живу, и это вовсе необязательно, – лукаво стрельнула огромными карими глазами в его сторону Надежда.

– Обожаю долгие прогулки пешком под звездами, – решительно перехватил ее взгляд Григорий.

– Вообще-то, я на машине.

– Но ты пила шампанское.

– Ладно, уговорил. Мы пойдем пешком.

Счет мужчины оплатили вскладчину, и все вчетвером вышли на свежий воздух.

– До встречи завтра! – помахала на прощание подруге Аня.

– До встречи, – улыбнулась та, и они со следователем двинулись вдоль набережной в сторону ее дома.

– Я бы очень хотела знать, отчего ты сегодня так некрасиво повел себя со мной, – развернувшись к Павлу, перешла в наступление Анна.

– Поверь, мне тоже хотелось бы знать, почему именно сегодня ты получила роскошный букет от тайного поклонника, – холодно фыркнул он и даже не взял ее за руку, как обычно делал это раньше.

– Я пою на сцене, Паша! Не вижу ничего необычного в подаренных цветах!

– Зато я вижу, – он достал из кармана джинсов записку и всунул ей в руку. – Держи, может, еще успеешь на свое свидание.

– На какое свидание? – дернув бумажку, уставилась на текст Аня.

«Жду тебя в нашем кафе у пристани. Максим»

Что-то больно кольнуло у нее в груди. Буквы запрыгали перед глазами и никак не хотели складываться в предложение. Шрам на левой руке заныл с такой силой, будто его только вчера зашили.

– Кафе у пристани. То место, где я тебя нашел в марте, – горько усмехнувшись, отступил от нее Павел. – Беги, Аня. Ты еще успеешь до закрытия.

– Зачем ты солгал в ресторане о том, что написано в записке?! – сжимая кулаки, выкрикнула она.

– Ты так упиралась, когда я попросил тебя принести эту записку, словно заранее знала, что будет в тексте!

– Я не знала! Мне было не по себе, что ты так бурно отреагировал на букет цветов!

– А как я, по-твоему, должен реагировать?!

– Спокойно принимать тот факт, что на сцене мне дарят цветы!

– Это не просто цветы! Это приглашение на свидание от твоего бывшего любовника! – заорал он.

– Я не знала! И я не давала никаких поводов для приглашения! – чуть не плакала она.

Они кричали друг на друга так громко, что оборачивались прохожие, которые торопились в парк развлечений, где сконцентрировалась ночная жизнь города.

– Знаешь, мне даже нечего тебе сказать. Остается только стоять и разводить руками, – покачал головой прокурор.

– Я не собираюсь идти в кафе у пристани! – со слезами на глазах посмотрела на него Аня. – В одну и ту же воду не войти дважды! Прошлое должно остаться в прошлом, сколько бы оно не доставляло боли воспоминаниями…

Она отвернулась от него и медленно зашагала прочь.

– Что, слишком больно даже для того, чтобы остаться рядом со мной? – выкрикнул он ей вслед.

– Ты поступил не очень красиво в отношении меня, – откликнулась она. – А сейчас я устала и хочу побыть одна.

– Черта с два ты будешь одна! Свернешь за угол и побежишь к нему!

– Почему ты так плохо обо мне думаешь?! – вскинулась Аня.

– Потому что ты слишком долго не могла его забыть! И я не уверен, что сейчас твое сердце спокойно!

– Вот как будешь уверен, позвони мне!

Аня заметила у обочины такси и шагнула в его сторону.

– Не смей уезжать! – сжал от бессилия кулаки Павел.

– Не смей указывать, что мне делать! – бросила она ему, и открыла дверцу машины. – До Портовой!

Он следил за тем, как такси плавно выезжает на дорогу, и не делал ничего для того, чтобы остановить ее. Его захлестнуло отчаяние и казалось, он задыхается от жгучей ревности и обиды.

Глава 29

Весь следующий день Аня не находила себе места. Конечно, она не пошла ни в какое кафе у пристани. Но они с Павлом не разговаривали почти сутки, и он не торопился ей звонить.

Хорошо, что ближе к вечеру к ней в гости зашла Надя, у которой был свободный вечер.

– Я смотрю, твоя личная жизнь бьет ключом! – ухмыльнулась подруга. – Что, Максим не появлялся?

– Нет. Но он поступил очень подло, отправив мне букет с запиской. Между нами давно ничего нет, у него своя личная жизнь, у меня своя. К чему ворошить прошлое?

– Мне тоже непонятно, чего он хотел добиться этим странным приглашением. Неужели ему не сообщили, что у тебя есть мужчина, с которым ты помолвлена?

– Могли не сообщить, – вяло пожала плечами Аня. – Он всегда был одиночкой. Почти ни с кем не общался.

– Да уж…

– Не понимаю, что я сделала не так?

– Все так, – ободряюще взмахнула рукой подруга. – Просто он очень переживает. Ему кажется, что твои чувства к Максиму еще живы.

– Разве это повод, чтобы не звонить мне?

– Позвони сама.

– Не хочу я сама! Он некрасиво поступил, скрыв записку и обвинив меня потом в том, чего я не совершала!

– Слушай, дай ему время. Возможно, твоему Тихонову просто надо побыть со своей ревностью наедине. Лучше бери купальник, и идем на пляж. Вечер просто шепчет, что нам необходимо поплавать. Я знаю отличное место, где чистая вода и ни одного человека вокруг.

– А знаешь, идем, – хмуро буркнула Аня и полезла в шкаф за купальником. Пока Надя наслаждалась крепким ароматным кофе, Аня собиралась на пляж. Черный раздельный купальник с крупными белыми горошинами и аккуратными рюшами на лифчике и трусиках подчеркивал роскошную грудь и плотно облегал бедра. Аня надела поверх купальника коротенькие джинсовые шорты и майку, и закинула в пляжную сумку полотенце.

– Уже начало шестого, солнце ушло, так что крем от загара можно не брать, – повернулась она к подруге. – Только губы подкрашу блеском, и можем двигать на пляж.

– Мне не терпится окунуться в теплую воду, – отодвинула от себя чашку Надя.

Подруги вместе вышли из комнаты.

– Артем! – уже возле двери крикнула Аня в беседку, где сидели несколько подростков в обнимку с музыкальным центром. – Я на пляж!

– Смотри не утони! У тебя такая огромная грудь, что никакое море не выдержит!

– Очень смешно, – под общий подростковый гогот передернула плечами девушка. – Сейчас подойду, надаю подзатыльников.

– Попробуй сначала поймай! – раздался дерзкий ответ.

Аня шагнула в сторону беседки, и парней, как ветром сдуло в заросли маминого папоротника.

– Потопчете папоротник, сам перед мамой отчитываться будешь! – прошипела девушка, и они с Надей, плавно покачивая бедрами, направились к калитке.

Место на пляже, куда ее привела подруга, действительно пустовало.

– Как такое может быть? Ни единого человека! – бросая холщевую сумку с веселым оранжевым узором на камни, обрадовалась Аня. Быстро сбросив с себя шортики, майку и сланцы, она подошла к кромке воды. Море было прозрачным и теплым. Едва заметные волны лениво окатывали камни, приглашая окунуться.

Девушка так и сделала. Пока Надя стягивала с себя джинсы, Аня окунулась в воду и поплыла.

– Иди скорее сюда! Вода такая теплая, словно ее подогревали специально! – позвала она подругу. – Играем в «задержи дыхание»?

– А как же косметика?

– А у тебя на лице много косметики?

– Нет. Но у тебя есть.

– У меня только водостойкая тушь и блеск для губ.

– Ладно, ты сама напросилась. Я тебя обыграю!

– Или я тебя!

Надя с разбегу нырнула в море и в считанные мгновения оказалась возле Ани.

– На счет три?

– Ага, – весело подмигнула ей Аня. – Раз, два, три!

Они по очереди оказывались под водой, то выныривая, то вновь окунаясь. Хохотали до слез, дразнясь, и пытаясь обвести друг друга вокруг пальца.

Прошел почти час, прежде чем девушки решили выйти на берег.

– О, черт, – медленно произнесла Анна.

Им навстречу по камням шел Павел. Белоснежная рубашка из хлопка была расстегнута, а светло-голубые летние джинсы он закатил до щиколоток. Очки от солнца скрывали его глаза, но даже без служебной формы в нем безошибочно можно было узнать полицейского.

– А что это он не на службе? Вторник ведь, – удивленно застыла с полотенцем в руках Надя.

– Не знаю, – пожала плечами Аня.

– Он идет к нам.

– Понятно, что не рыбу ловить.

– Будь с ним помягче, ладно? – покосившись на приближающегося прокурора, попросила Надя.

Аня вздохнула.

– Ладно.

Павел поравнялся с ними и сдержанно поздоровался.

– Привет, – Аня старалась на него не смотреть, и уставилась на камни под ногами.

– Какими судьбами? Ты же должен быть на работе? – растянувшись на полотенце, приподняла бровь Надя.

– Пришлось взять отпуск, – покачал головой он.

– Что-то с Полем? – Аня испуганно посмотрела на него.

– Нет. Я улетаю в Москву.

– Когда? – внутри все оборвалось. Улетает? И не зовет ее с собой? Как такое может быть?

– В шесть утра.

– Дедушка совсем плохой?

– Впал в кому. Врачи говорят, больше суток он не протянет.

– Можно, я поеду с тобой? – вскинула голову Аня.

Все обиды вдруг растворились, и теперь ее сердце разрывалось от тревоги.

– Ты же не хотела туда ехать? – сверля ее взглядом, Павел криво усмехнулся.

– Не хотела. А теперь хочу, – она тоже не отводила глаз. Придвинувшись к нему вплотную, девушка почувствовала, как ресницы жгут слезы. – Вчерашний день без тебя был самым ужасным днем в моей жизни. Ты не звонил, и мне казалось, я медленно схожу с ума.

– А как же кафе у пристани? – сощурившись, съязвил он.

– Мне кажется, в последний раз я встретила там тебя. И мы с тобой собирались купить дом, в котором будем жить вместе.

Он поймал ее за руки и резко притянул к себе.

– Прости меня за то глупое поведение возле твоего ресторана, – прижимая ее к своей груди, тихо произнес прокурор. – Просто… мне показалось, что я тебя потеряю.

– Нет же! Есть я и ты, и наша с тобой мечта о прекрасном доме, где мы посадим розы. Но если потребуется, чтобы мы уехали отсюда, так тому и быть. Неважно, где мы будем жить. Главное, мы будем вместе.

– Я полечу в Москву с Эдуардом. Мама и папа останутся с Полем, он еще в больнице. Похороны займут всего пару дней, и я не хочу, чтобы ты пропускала через себя весь негатив, с которым мне предстоит встретиться лицом к лицу. Мне очень хочется уберечь тебя от грязи, с которой мне придется столкнуться.

– Мысленно я все равно буду рядом с тобой. Но если тебе удобнее лететь с братом, я не стану тебе мешать.

– Поехали ко мне домой? Я хочу побыть с тобой наедине, прежде чем сяду в самолет.

– Едем. Закажем что-нибудь из китайской кухни, и будем есть китайскую еду прямо из коробок, – коснувшись ладонью его жесткой щеки, улыбнулась Аня.

– Я так понимаю, мне отведена роль молчаливой слушательницы, которой нельзя напрашиваться третьей лишней, – усмехнулась Надя. – Но, честно говоря, я бы тоже не отказалась от китайской лапши в коробке. А еще можно заказать пиццу и пиво.

Аня и Павел обескуражено уставились на Надю.

– Мешать китайскую лапшу с пивом – сомнительное удовольствие, – первой опомнилась Аня.

– Только если с нами поедет Ершов, и вы пообещаете убраться после десяти часов вечера, – вмешался в разговор прокурор. – Вместо пива у меня дома есть бутылка текилы.

– Звучит не очень любезно, но учитывая обстоятельства, я согласна. Звони своему Ершову. Он в последний раз много рассказывал мне про звезды по дороге домой, но не поцеловал на прощание. Думаю, пришло время это исправить. У тебя в квартире романтичная обстановка?

– Очень. А он что, и в правду не поцеловал тебя? – доставая телефон из кармана джинсов, развеселился Павел.

– Правда, – усаживаясь на полотенце, подтвердила Надя. – Гриша всегда такой застенчивый?

– Ершов? Впервые слышу, чтобы к Ершову применяли слово «застенчивый»!

– Ладно, как бы там ни было, зови его на наш маленький сабантуйчик по случаю твоего отъезда в Москву.

– Уф, похоже, ты уже и название придумала, – рассмеялась Аня. – Что скажете, господин прокурор? Мы позовем наших друзей?

– Позовем, куда ж деваться, – он притянул ее к себе, в душе безумно радуясь, что все недоразумения между ними остались в прошлом, крепко поцеловал ее в губы и начал набирать номер сотового телефона Гриши Ершова.

Григорий приглашению обрадовался.

– У меня в багажнике машины давно болтается вторая бутылка текилы! – со знанием дела хмыкнул он. – Пожалуй, пришло время ее открыть.

– Она там, наверное, совсем теплая? – поморщилась Аня.

– Придется охладить, – подмигнула ей Надя.

Вечеринка в квартире номер 1095 набирала обороты. В ожидании заказанной пиццы и следователя Ершова с бутылкой теплой текилы, Надя и Аня ловко орудовали ножиками на кухне, создавая закуски из содержимого холодильника.

Сам хозяин квартиры с довольным видом сидел за высокой барной стойкой и старательно распаковывал пачку морской соли.

– Кто еще кроме меня умеет пить текилу? – повернувшись к девушкам, приподнял бровь он.

– Обижаешь, – фыркнула Надя. – Когда работаешь помощником шеф-повара в ресторане, умеешь делать практически все.

– Я точно знаю, что пить нужно залпом, – ловко нарезав лайм, улыбнулась Аня.

– И слизнуть с ладони соль, – приподняла палец вверх Надя. – Сначала лижешь соль, потом пьешь рюмку текилы и закусываешь ее долькой лайма.

– А танцы на столе будут? – насмешливо хмыкнул Павел.

– Только без раздевания, – пронзила его взглядом Аня.

– Так не интересно.

– С раздеванием только наедине!

Раздался звонок в дверь.

– Это Гриша, – отсыпав соль в солонку, поднялся со своего места Павел.

Ершов пришел не один. Рядом с ним стоял Эдик.

– Твой брат увязался за мной от самого подъезда, – пожаловался он. – Стоило ему узреть бутылку текилы у меня в пакете, так он забыл, куда шел!

– Ба, народ, да у вас тут вечеринка в стиле девяностых? – весело фыркнул Эдик. – И текила имеется? А знаете, кто самый большой мастер пить текилу?

– Даже не догадываемся, – толкая его в спину, хмыкнул прокурор. – Главное, брат, не забывай, в чьей компании ты собираешься коротать вечер вопреки своим планам. Здесь сплошные блюстители закона.

– Ой, можно подумать, полицейские – не люди, – показал ему язык Эдик. – Девчонки, привет! Травку курить будете?

– Ты в конец охренел? – вытаращил глаза Павел.

– Не будем. Хозяин квартиры против, – строго стрельнула взглядом в Эдика Аня. – Интересно, все младшие братья одинаковы?

– Похоже на то, – расплываясь в довольной улыбке от того, что резкий ответ невесты заставил Эдика стушеваться, отозвался прокурор. – Видишь, Эдя, у меня идеальная будущая жена.

– Такая же зануда, как и ты, – обиженно надулся Эдик. – Ладно, раз травки вам совсем не хочется, гоните сюда текилу. Обещаю взамен танцы до упада.

Вытолкать гостей Павлу удалось только к полуночи. Они так лихо отплясывали в его гостиной паровозиком после второй бутылки текилы, что соседи снизу пришли жаловаться на трясущийся потолок и сыплющуюся отовсюду штукатурку.

– С вами скучно, – тут же собрался ретироваться Эдик. – Брат, я заеду за тобой в шесть часов утра на такси.

– Отлично. Не проспи, иначе самолет улетит без нас.

– Ты тоже постарайся не проспать.

– А кто тебе сказал, что я буду спать? – целуя Аню, усмехнулся Павел.

Надя и Ершов тоже уехали на такси.

– Надо же, поцеловались, – как только двери за гостями захлопнулись, и они остались одни, улыбнулась Аня. – Как думаешь, у них это надолго?

– Как знать, – притягивая ее к себе и откровенно поглаживая спину, выдохнул ей в шею Павел. – Идем в душ, мне не терпится тебя везде намылить, прежде чем наступит утро.

– Звучит очень интимно, – сглотнув внезапно образовавшийся в горле ком, Аня повисла у него на шее и обхватила ногами его бедра. – Неси меня туда. Я даже разрешу тебе снять с меня шортики.

Придерживая ее руками, прокурор впился губами в ее губы. Они врезались в стену ванной и продолжили целоваться. Павел прислонил ее спиной к прохладному кафелю и опустил на пол. Не сводя с нее своих серо-голубых глаз, он медленно потянул вверх майку и отбросил ее в сторону. Скользнув жадным взглядом по полной груди, которую обтягивали плотные чашечки лифчика от купальника, он потянул чашечки вниз.

– Обожаю, когда на тебе нет ничего, кроме шортиков, – сжимая ладонями вмиг освободившиеся груди, он втянул в себя воздух и ощутил, как в джинсах сразу стало тесно.

– А если я позволю себе сделать шаг навстречу? – ее затуманенные страстью зеленые глаза пытались поймать ответ в его глазах, а пальцы нащупали пряжку ремня на джинсах и медленно расстегнули замок. Рука нырнула внутрь и принялась поглаживать его взбунтовавшееся естество.

– Дерзкий шаг, – хрипло сказал он и резко притянул ее к себе. Откинув непослушные волосы с ее плеча, Павел медленно прикоснулся губами к изгибу шеи. Руки уверенно легли на упругие бедра. Он прижал ее спиной к кафелю и впился губами в ее мягкие губы.

– Пожалуй, я намылю тебя чуть позже, – выдохнул ей в шею прокурор и с силой дернул шортики вниз. Нисколько не смущаясь, следом он сорвал с нее трусики.

Аня сдавленно вскрикнула и выгнулась ему навстречу.

Его пальцы скользили по ее горячему от желания телу, а рот жадно терзал шею, плечи и крупные горошины сосков, вызывая дрожь удовольствия.

Она ощутила, как он разворачивает ее к себе спиной и уперлась руками в прохладный кафель. Прикрыв глаза от дурманящей страсти, она почувствовала, как его горячая ладонь легла на низ живота, подстраивая ее под себя. Его дыхание стало рваным, он вошел в нее резко и жестко, не давая увернуться. Окунувшись в темную пучину сладкого удовольствия, она всхлипнула под напором его чувств.

Он стиснул ее бедра и задвигался в ней быстрее.

Аня вскрикнула, сжалась вокруг него и по телу прокатилась волна удовольствия.

Он прижался к ней крепче и с наслаждением разрядился в нее.

– Боже, это… это было замечательно… – сползая вниз по прохладной стене, пробормотала Аня.

Павел помог ей подняться и включил горячую воду в душевой.

– Вот теперь, пожалуй, я начну тебя мыть, – пробуя воду рукой, пообещал он.

От недавно полыхнувшей между ними страсти Аня все еще ощущала дрожь во всем теле. Она послушно шагнула в душевую и почувствовала, как плечи и спину ласкает приятная горячая вода. Вскоре к ней присоединился и Павел. Она обвила его шею руками и их губы слились в нежном поцелуе. По их лицам и плечам струйками стекала горячая вода, но это совсем не мешало им продолжать ласкать друг друга.

– Я буду с тобой, что бы ни случилось, – тихо прошептала Аня. – Даже если нам придется отправиться на Северный полюс, где есть только лед и снег.

– Нет, вечная мерзлота совсем не то, что я себе представлял в будущей совместной жизни, – заглядывая в ее зеленые глаза, усмехнулся он. – Но обещаю через несколько дней вернуться и снова допекать тебя своим эгоизмом, ревностью и скверным характером.

Она посмотрела на него, такого мокрого и полного решимости, не удержалась, и рассмеялась.