Читать книгу "Воланте. Ветер перемен"

Онемев от ужаса, Дийна действительно расслышала за дверью шаги.

– Нет! – воскликнула она.

Снаружи кто-то толкнулся в дверь. Быстрее молнии она пролетела мимо остолбеневшей сеньоры ди Кобро и вцепилась в дверную ручку. Никто не посмеет отобрать у неё «Плясунью»!

«В крайнем случае, сбегу в порт и спрячусь на другом острове! – мелькнула паническая мысль. – Но лодку я им не отдам!»

Дверь снаружи дёрнули сильнее. Не успев среагировать, Дийна внезапно оказалась в коридоре… и вместо привратника увидела перед собой две удивлённые физиономии: Орландо и де Мельгара. За их спинами с любопытством топорщил брови профессор Мойзес. К его чести, он не стал задавать глупых вопросов вроде «Что здесь происходит?», а просто вошёл в кабинет и любезно поздоровался с остолбеневшей сеньорой ди Кобро:

– Простите, что потревожил, но у этих молодых людей есть интересные соображения о новом способе сбора данных для научных исследований, – мягко сказал он, напрочь игнорируя грозовую атмосферу, царившую в комнате. Донья Кобра нахмурилась:

– Вон, – коротко сказала она, одним движением бровей выставив обеих девушек за порог.

Дийна предпочла не уточнять: предлагалось ли ей убраться только из кабинета или вообще из колледжа. Пропустив вперёд заплаканную Транкилью, она вышла и аккуратно прикрыла за ними дверь. Напоследок успела поймать выразительный взгляд де Мельгара, говоривший: «Во что ты опять вляпалась?!» Дийна прикусила губу, понимая, что если он действительно явился, чтобы ходатайствовать насчёт полётов, то она здорово осложнила ему всё дело.

* * *

– Да, они с Орландо хотели обратиться к сеньору Мойзесу, – подтвердила Саина, когда Дийна прибежала во флигель, спасаясь от гнева разъярённой деканши. – Между прочим, летая на джунте, Альваро за два дня собрал столько данных, что Ортису вместе с профессором теперь целой недели не хватит, чтобы их обработать! Орландо, естественно, впечатлился, собрал все распечатки и предложил поговорить с Мойзесом вместе. Думаю, они его убедят!

– Угу, – угрюмо кивнула Дийна, представляя себе последствия утренней катастрофы.

Но она не могла не вмешаться! При одном воспоминании о Транкилье, на глазах превращавшейся в прежнюю запуганную тихоню, у неё внутри всё сжималось. Ядовитые слова доньи Кобры, как широкие мазки грязной краски, убивали в ней всю радость и сияющую уверенность в своих силах, и что хуже всего, это подавалось под видом заботы!

«Не думаю, что её так сильно волновала наша безопасность! – думала Дийна, сидя на кухне с пылающими от гнева щеками. – Ей просто удобно иметь под рукой покорную бессловесную секретаршу!»

До самого возвращения аспирантов она ни о чем другом не могла думать. Отвечала невпопад, не могла сосредоточиться на разговоре и, когда Саина попросила помочь ей с ужином, чуть не высыпала в суп толчёные орехи.

Как только в прихожей хлопнула дверь, Дийна нервно подскочила на месте. Вскоре в комнату вошёл улыбающийся Орландо:

– Ну, что я говорил? – победоносно обратился он к обеим девушкам. – Мойзес согласился! Ваши полёты, считай, узаконены. Мы даже деканшу уговорили! Всё прошло замечательно!

– Я знала! – обрадовалась Саина.

– Всё прошло бы ещё замечательней, если бы не один вредоносный микроб, который успел просочиться к декану быстрее нас! – счёл нужным уточнить де Мельгар. Он в упор посмотрел на Дийну: – Что на тебя нашло? Зачем ты вообще к ней полезла?

– Это вышло случайно! – огрызнулась она. – Донья Коб… Сеньора ди Кобро подслушала наш разговор о полётах и чуть не съела Транкилью!

– Я понимаю, что характер у неё немного сложный, но…

– Немного сложный? Ха! – весело встрял Орландо.

– …но если бы ты не провоцировала её постоянно, всем было бы проще! – с нажимом закончил Альваро.

– Хватит ссориться, – сказала Саина, вручив ему стопку тарелок. – Лучше помогите накрыть на стол. Отпразднуем это событие!

– Сеньора ди Кобро сказала профессору Мойзесу: «Под вашу ответственность», – предупредил де Мельгар. – Нам всем придётся быть осторожными.

– Вот и отлично, значит, будешь меньше лихачить!

Дийна тоже была рада закончить этот бессмысленный спор. С плеч как будто упала огромная тяжесть. Подумать только! Им разрешили полёты!

Глава 19

Таким образом, хотя джунты были по-прежнему запрещены для первокурсников, но для старшего курса и аспирантов сделали исключение. Дийна каждый день заглядывала на плато, где строились новенькие ангары, и от счастья не верила своим глазам. У «Плясуньи» в замке появилось своё законное место, так что теперь никакой привратник не мог выбросить её отсюда. Дезире и Транкилья понемногу делали успехи в обучении искусству воланте. Де Мельгар уже вовсю летал между островами, проверяя метеозонды, один раз чуть не встретился с Мордорезкой и вернулся злющий как чёрт. По примеру Дейзи, он тоже купил себе лодку с огромным бело-синим парусом, гораздо крупнее и тяжелее «Плясуньи». С присущим ему своеобразным юмором Альваро назвал её «Нинья» («Детка»), хотя девушки хихикали между собой, что ей больше подошло бы название «Огромный летучий монстр» или «Синяя фурия». Из любопытства Дийна однажды попробовала справиться с этой лодкой и едва не вывихнула себе руки.

«Это не парус, а чудовище какое-то! – думала она, потирая плечи. – Но если Альваро нравится постоянно его укрощать – пожалуйста! Характер у него такой, наверное. Хлебом не корми – дай только кого-нибудь поукрощать!»

Сеньор Мойзес назначил де Мельгара командиром только что созданной группы воланте, и хотя в первую минуту это вызвало у Дийны бурю протеста, она промолчала. А со временем начала признавать, что в чем-то Мойзес был прав. Ей всегда казалось, что Альваро предпочитал роль этакого «одинокого волка». Даже среди друзей во флигеле он держался особняком. Но когда под его началом оказалось трое воланте, двое из которых были совсем неопытными, в его характере откуда-то появилось терпение и даже намёк на тактичность. Кто бы мог подумать!

Больше всех их беспокоила Транкилья, которой никак не давались повороты. Поворот оверштаг требовал от пилота известной ловкости и быстроты реакции, а Транкилья терялась, отпускала парус – и он сбрасывал её с джунты, как только лодка пересекала линию ветра.

– Как она собирается летать, если малейший порыв ветра её пугает? – хмурился Альваро, на минутку присев рядом с Дийной. Издалека они видели, как Транкилья снова упала и опять упрямо влезла на лодку.

– Это не трусость, – вздохнула Дийна, снова вспомнив инцидент в кабинете декана. – Это последствия службы у сеньоры ди Кобро! Очень легко, знаешь ли, привыкнуть к беспомощности, когда тебя постоянно одёргивают и орут!

Ситуация с Транкильей напомнила ей своё собственное положение после бегства с Ланферро. Это унизительное чувство беспомощности, когда твой мир рушится – а ты ничего не можешь поделать. Кто-то чужой распоряжается твоей жизнью – а ты ничего не можешь изменить. Со временем привыкаешь, что лучше не рыпаться: не вникать, не спорить и довольствоваться тем, что дают. Всё равно от тебя ничего не зависит… Лучше уж прикинуться ветошью и плыть по течению. У таких доверчивых и слабых людей, как Транкилья, это быстро входит в привычку.

– Что же всё-таки произошло тогда в кабинете? – спросил де Мельгар.

Дийне не хотелось рассказывать. К счастью, жизнь с аспирантами научила её искусству уклончивости:

– Кажется, пора звать всех на базу! – спохватилась она, будто не расслышав. – Уже слишком темно.

Часом позже, когда они разбирали снаряжение в ангаре, Транкилья расстроенно с ней поделилась:

– Я стараюсь, правда, стараюсь, но у меня никак не выходит! А вчера всё получалось!

– Так оно и бывает, – успокоила её Дийна. – Кажется, что уже всё умеешь, а потом – более сильный ветер, и всё меняется, и приходится учиться заново. Собственно, воланте учатся постоянно. Приспосабливаются к новой погоде, новым ветрам, неудобным грузам…

«Ой! А вот этого не стоило говорить!» – спохватилась она. И улыбнулась, пока подруга не вздумала её расспрашивать:

– Я уверена, что у тебя всё получится!

* * *

Вечер получился неожиданно мирным. Даже Дейзи, которая при виде Орландо до сих пор превращалась в грозовую тучу на человеческих ногах, сегодня решила сменить гнев на милость. Слишком вымоталась на тренировке. Саина, сидя в кресле возле камина, подшивала юбку для бального платья. Золотистый шёлк стекал по её коленям, мерцая в отблесках пламени. Из-за кресла торчали уши Барриги, который, искренне убеждённый в своей незаметности, медленно утянул с подлокотника ножницы и бесшумно исчез.

Дийна отвернулась, пряча улыбку. В другое время Барриге крупно досталось бы за такие проделки, но благодаря одной хитрости им удалось справиться с его мелким хищничеством. Собираясь помочь Саине со швейными работами, Дийна сшила холщовую сумку и повесила её на ручку двери. Баррига сразу её оценил. Увидав такой удобный тайник, он озарился счастьем и теперь таскал туда всё награбленное. Больше в доме ничего не пропадало. Более того, «сумка Барриги» стала волшебным местом, куда все привыкли заглядывать в поисках давно потерянных мелочей: за какой-нибудь заколкой, внезапно понадобившимся ключом от старого сундука или за древней записной книжкой, которую Мартин посеял ещё после первого курса. Баррига находил всё.

– Завтра я улетаю, – сообщила Саина. – У моих студентов практика на Аррибе. Но к празднику как раз вернусь!

– Кстати о празднике, – оживилась Дейзи. – Меня пригласили три второкурсника и сеньор Авеструс, лаборант с кафедры сенсорных искажений. Интересно, он хорошо танцует? Ты не знаешь, Альваро?

– Ну, я-то с ним точно не танцевал, – подал голос де Мельгар, – но говорят, что грации в нём примерно столько же, как в этом буфете. Если пойдёшь с ним на бал, советую запастись железными башмаками!

Орландо с деланной улыбкой обернулся к Саине:

– Может, я составлю вам компанию на Аррибе? Сводим твоих первокурсников в «Ачаман»! – пошутил он. – Тогда они точно запомнят эту практику до конца жизни!

«Ачаман» представлял собой самое знаменитое кабаре на Архипелаге, известное далеко за его пределами. Поработав на кафедре истории, Дийна узнала, что, оказывается, это кабаре носило имя верховного божества племени ардиеро, сотворившего небо, Океан, острова и огонь в их недрах. Но для большинства её современников Ачаман был, скорее, богом ночной жизни. Туристы записывались в очередь на месяц вперёд, чтобы попасть в этот клуб!

– Перетопчутся! – ответила Саина под общий смех.

– Что, Орландо, мечтаешь о ночных певичках? – сладким голосом спросила Дейзи. – А я-то думала, что ты романтик!

– Как сказал один мой знакомый, для романтика я ещё слишком молод! – отшутился он.

Все тактично пропустили их перепалку мимо ушей. Иногда Дийне казалось, что эти двое ссорятся просто для удовольствия, чтобы лишний раз услышать голоса друг друга.

Подсев к камину, она подбросила в его огненное жерло ещё пару поленьев. На лицо и руки дохнуло жаром. Отблески огня напомнили ей о ярких золотых закатах на Ланферро, впрочем, что бы она ни делала, Ланферро никогда не покидал её мыслей. Дийна вздохнула. Приходилось признать, что затея с Эспиро окончательно зашла в тупик. Донья Эстер настаивала, что в замке не были никакого волшебного ветра. А сама она никак не могла пошарить в архивах, так как Библиотека по-прежнему была для неё недоступна.

«Значит, придумаю что-то другое! – одёрнула она себя, чтобы не раскисать. – Если не Эстер, то, может быть, Мойзес сумеет помочь! Он интересуется флайром – мы добудем ему столько данных для изучения, сколько потребуется! Если мы сумеем понять природу этой Аномалии…»

Дийна думала, что её первое впечатление о профессоре, как об учёном чудаке, заблудившемся в запредельных лабиринтах по ту сторону разума, было явно ошибочным. На неё произвела впечатление его педагогическая прозорливость, а также сила убеждения, проявленная им в споре с деканом.

Такой человек наверняка сумеет помочь Ланферро! Если захочет.

* * *

В отличие от Дийны, сеньор Гонсалес никогда не склонен был недооценивать Мойзеса, и поэтому, когда тот окликнул его вечером возле дверей главного корпуса, магистр сразу насторожился. Внезапный интерес начальства лично ему ничего хорошего не сулил.

– Доктор Гонсалес! – приветствовал его профессор. – Кажется, ваша лаборантка снова произвела фурор в колледже, обучая аспирантов полетам на джунте!

Проводя больше времени в разъездах, чем в собственном кабинете, Гонсалес понятия не имел, чем занимается Дийна в свободное время, но счёл нужным за неё заступиться:

– Ну, поскольку её умение летать помогло мне остаться в живых, то не мне упрекать её за это!

Они медленно направились в сторону жилых коттеджей. Фонари в тумане мягко светились, окружённые ореолами дымчатого света. Мёрзлые клумбы на газонах топорщились косматыми оборками.

– Как вы знаете, джунты запрещены в колледже, – говорил Мойзес. – Мы здесь стараемся поощрять командные виды спорта: эстафеты, состязания воздушных змеев… чтобы привить молодым людям чувство локтя и умение работать в команде… Все талантливые студенты – индивидуалисты. Все горят желанием показать себя. А полёты на джунте – это, согласитесь, рискованный спорт. Пренебрежение к опасности и желание выделиться могут легко довести кого-нибудь до беды.

– Ну так запретите им, – пожал плечами Гонсалес.

Мойзес хмыкнул.

– М-да, сеньора ди Кобро уже попыталась это сделать. Причём в самой строгой форме. Знаете, меня поразило, как горячо все аспиранты выступили на защиту вашей помощницы, когда декан в очередной раз захотела её уволить! – В голосе профессора послышались весёлые нотки. – Де Мельгар и Ортис в один голос заявили, что обученные воланте могут принести колледжу много пользы. Даже сеньорита Бланко явилась их поддержать, хотя, боюсь, она на меня в большой обиде из-за того, что я выбрал другого помощника-лаборанта.

Он смущённо откашлялся:

– Но не мог же я взять её в помощницы! Мои опыты с флайром тоже довольно рискованны. Ортиса-то я предупредил, да и парень он осторожный, на рожон не полезет… Но подвергнуть такой опасности сеньориту Бланко? Это было бы сущее преступление! Однако теперь я боюсь, что придал нашим старшекурсникам слишком сильный соревновательный импульс.

– И вы думаете, что полёты на джунтах станут тем объединяющим фактором, который сможет помирить наших… талантливых индивидуалистов? – догадался магистр.

– Именно! Разумеется, всё должно происходить на безопасном полигоне. И исключительно под присмотром. Я назначил де Мельгара главным в их группе, – словно невзначай обронил профессор.

Это заявление поразило Гонсалеса. Того самого де Мельгара? Да, характер у парня, конечно – кремень, дисциплина в группе будет железная. Но доверять сильбандцу?! Что, интересно, на уме у этого Мойзеса?

С сильбандцами всегда было трудно ладить. Чуть что – хватаются за мечи и очень любят демонстрировать при случае свой сложный внутренний мир. Зато, если придётся, они могли дать прикурить даже шишкам из Директории. «Уж не хочет ли Мойзес создать свою группу агентов? – лихорадочно размышлял магистр. – Конечно, трое-четверо необученных новичков – это не агентура, а смех один, но лиха беда начало!»

Недавно он узнал, что на Аррибе в Сенате снова рассматривали очередной проект соглашения с Северным Альянсом. Может, Мойзес думал то же, что и Эстер? Может быть, он тоже понимал, что Архипелагу не позволят долго сохранять независимость… если только не случится какое-нибудь чудо.

– Кроме того, несколько воланте добавит нашему сообществу немного мобильности, – добавил Мойзес. – Вы согласны? Не можем же мы сидеть тут на горе, как в курятнике, когда в мире творятся сплошные перетурбации!

И он улыбнулся так хитро, что магистр окончательно убедился: Мойзес не только замыслил какую-то авантюру, но и наверняка догадался, кто такой Гонсалес на самом деле. Неужели Эстер… нет, она не могла ему рассказать!

– Главное, чтобы обошлось без инцидентов, – пробормотал он, вконец сбитый с толку.

– Да, инциденты нам ни к чему, – согласился Мойзес. – До сих пор помню стальной взгляд сеньоры ди Кобро, когда она скрепя сердце дала своё согласие! Б-р-р! Я даже подумал, что она сделала это нарочно, ради удовольствия сказать потом «ну я же предупреждала!»

Дойдя до коттеджей, они попрощались, и Гонсалес направился к себе, полный беспокойства и смутных мыслей. Каждый разговор с Мойзесом приводил его в подобное состояние. Однозначно, хитрый старик просто играет с ним, как кот с мышью!

У себя дома он долго не мог заснуть. Растопил камин, бродил по комнате, обдумывая возможности и варианты. Но единственное, что в результате пришло ему в голову – посоветоваться с Эстер.

На другое утро, правда, его тревоги были вытеснены другой, более насущной проблемой, так как катастрофа всё-таки разразилась. Только не на тренировочном полигоне, чего все боялись, а на Аррибе. Там прошел ураган, разгромивший предместья в окрестностях Пуэрто дель Томатос. Он сорвал крыши с домов, разбил лодки, оставленные без присмотра, и поломал деревья. Этот шквал обрушился на остров так неожиданно, что никто не успел подготовиться. В вихре бури бесследно исчез катер из Кастильо Вьенто с двумя практикантами и Саиной Перес.

Глава 20

Дийна узнала о катастрофе, когда сидела за машинкой, печатая очередной доклад. Бросив все дела, она помчалась в секретариат, где узнала, что магистр Гонсалес только что улетел на Аррибу «для выяснения обстоятельств». Профессор Мойзес занял пост на Семафорной башне, надеясь получить хоть какие-то сведения по оптическому телеграфу. Все занятия в колледже отменили, Дийну отпустили домой. Орландо заявил, что он тоже немедленно отправится на Аррибу. Он ждал только Дейзи, которая, обложившись синоптическими картами, пыталась проследить сценарий развития и ход движения урагана. Все их ссоры временно были забыты.

– Куда их могло выбросить? – то и дело спрашивал Орландо, заглядывая девушке через плечо. – Куда посылать спасателей?

– Скорее всего вот сюда, – наконец заявила Дейзи, очертив небольшой район на восточном побережье Аррибы. – Или сюда.

Орландо тут же отправился к своему отцу, сенатору Ортису, который обладал достаточной властью, чтобы быстро организовать две поисковые группы. В этот скорбный день университетский катер постоянно курсировал между Аррибой и Керро, отправляя в пострадавшие кварталы студентов, желающих поработать волонтёрами, и координируя действия преподавателей и чиновников. Остальным оставалось только ждать.

– Я тоже думаю, что на Аррибе от нас будет больше пользы, – вполголоса заметил Альваро. Они с Дийной обладали некоторой свободой перемещения благодаря своим лодкам. Дейзи летала ещё слишком плохо, чтобы отправляться к соседнему острову, а про Транкилью и говорить ничего.

Дийна кивнула. Оба ждали, что, может быть, Мойзес отправит их на Аррибу с каким-нибудь поручением, но с каждым часом ожидание всё сильнее их угнетало. Дийну мучила мысль, что, окажись она на месте аварии, то гораздо быстрее нашла бы Саину! А ещё её кое-что смущало в расчётах, сделанных Дейзи… Кажется, она проглядела ещё один вариант, очевидный для всякого опытного воланте. Дийне и самой хотелось бы забыть про него, так как это был настолько плохой вариант, что хуже и быть не могло!

И всё-таки его следовало учесть. Решившись, она ткнула пальцем в помятую карту:

– Есть ещё одно место, которое нужно проверить. Их могло забросить на Близнецы.

Дейзи побледнела.

– Нет. Ты ошибаешься!

– Очень на это надеюсь. И всё-таки это возможно!

Близнецы – это спутник Аррибы, два обломка скалы, с бешеной скоростью вращавшиеся вокруг друг друга. По какой-то прихоти природы или флайра они располагались гораздо выше остальных спутников – на высоте почти трёх километров от острова. Человека, случайно попавшего туда, не ожидало ничего хорошего: снег, лёд, кислородное голодание и острые скалы.

Ни один пилот в здравом уме не стал бы туда соваться, но Амансеро, главный ветер Аррибы, обладал коварными повадками. В основном он прикидывался слабачком, чьих усилий едва хватало на то, чтобы выдернуть зонт из рук зазевавшейся дамочки на променаде, но когда он срывался в ураган, то был способен на многое! Амансеро вполне мог закрутить катер спиралью, а потом зашвырнуть его туда, где приличные люди не летают! Только воют старые духи ардиеро, не нашедшие покоя, да изредка пролетит обледеневший труп какого-нибудь неудачливого воланте.

– Если такая возможность существует, её нужно проверить, и побыстрее! – посерьёзнел Альваро. Нельзя ждать, когда поисковые группы закончат с другими местами!

Он был прав. На голой скале, покрытой снегом, несущейся в ледяном разреженном воздухе, люди долго не выдержат. Если бы кто-нибудь взялся составить справочник мест на Архипелаге, наименее пригодных для жизни, Близнецы лидировали бы с большим отрывом.

Всей компанией они отправились к Мойзесу на Семафорную башню, чтобы снова попытаться связаться с Аррибой. Профессор огорчённо развёл руками. Оптический телеграф работал через пень-колоду, так как всё пространство между сигнальными башнями, расположенными на мелких островах Архипелага, то и дело затягивало облаками. Тем не менее, им удалось связаться с Орландо Ортисом и куратором поисковых групп. Тот обещал сообщить, как только появятся новости. Мойзес попросил их всех быть наготове.

Они ждали целую ночь. Мартин ушёл к себе в «птичник», озарившись идеей использовать недавно пойманных уток в качестве птичьей почты. Дейзи от волнения сожгла чайник, а Альваро протоптал тропу на паркетном полу в гостиной, пока ходил от стола к окну и обратно.

– Никого они не пошлют! – высказал он в сердцах то, о чём Дийна боялась подумать вслух. – Что я, наших сенаторов не знаю, что ли? Одно дело – послать людей пошарить по побережью Аррибы, и совсем другое – отправить экспедицию на Близнецы ради слабой надежды отыскать троих человек в этом ледяном аду! Лучше бы мы сами слетали!

От такого заявления Дийна поперхнулась воздухом:

– Нет! – услышала она свой голос. – То есть я не против лететь, если нужно, но ты останешься здесь! Для такого дела нужны опытные воланте!

«Что за самонадеянность! Полетал часок-другой над мирным, ровным плато и уже возомнил себя опытным пилотом!»

– Дилетантам в горах не место! – заявила она как можно жёстче, так как ей совсем не понравилось, с каким азартом её друг принялся рыться в картах. – Там непредсказуемая обстановка! В любой момент можно попасть в болтанку, или налетит «белый ветер», лавина, да что угодно!

Де Мельгар покаянно вздохнул:

– Не хотел тебе признаваться… но уж ладно. Я вообще-то не совсем новичок.

Дийну это не убедило.

– Правда, что ли?

«То-то я удивлялась, что у него довольно легко получаются базовые приёмы!»

– Я пытался летать ещё на Сильбандо. В первом же полёте разбился вдребезги, и отец запретил мне даже думать о джунтах. Поэтому…

– Один день – это не опыт, – отрезала Дийна. – Это просто ничто!

– Поэтому, – продолжал Альваро, – дальше я тренировался тайком. Когда было время. Но, поскольку я всё-таки наследник, то свободного времени оставалось немного. И в те дни у меня не было такого замечательного учителя, как сейчас!

«Если он думает, что я растаю от лести, то зря надеется!»

Они спорили почти до рассвета, пока их не прервал Орландо, наконец-то вернувшийся с Аррибы. Дейзи сразу метнулась к нему:

– Что? Они нам помогут?

Остальные уже и так всё поняли по его расстроенному лицу.

– Нет, на Близнецы никого не пошлют, – вздохнул аспирант. – Говорят, поиски вести там всё равно невозможно. Мол, только зря угробим людей, потому что, ну…

«Потому что если катер зашвырнуло туда, то его пассажиры, скорее всего, уже мертвы», – мысленно закончила Дийна. У неё сдавило горло. Недошитое платье Саины так и осталось лежать на кресле. Она с таким воодушевлением готовилась к балу!

– Но в других предполагаемых местах катастрофы никаких следов не нашли, ведь так? – нахмурился Альваро.

Орландо молча покачал головой.

– Они могут оказать нам поддержку, если мы сами проведём поисковую операцию. Хотя бы это я смог у них вырвать! Два катера подойдут так близко к Близнецам, как смогут, и будут ждать нашего сигнала.

Дийна невольно бросила взгляд на Альваро. Тот смотрел на неё, и в его глазах блеснул огонёк торжества:

– Значит, полетим мы. Другого выхода нет.

* * *

Упакованные в тёплые ватные куртки, они шли к ангарам. Новые помещения для лодок построили за садом, недалеко от флигеля. Дийна предпочла бы, чтобы дорога была длиннее. Может, тогда ей удалось бы отговорить Альваро от этого убийственного полёта!

«Конечно, лететь в одиночку трудно. Но ещё хуже потом вытаскивать этого упрямого осла из Близнецовой ловушки, в которую мы обязательно вляпаемся!»

Она нервно поддёрнула рукава слишком длинной куртки. У Дийны никогда не было тёплой одежды, поэтому куртку ей одолжила Дейзи. Пришлось туго затянуть её поясом, иначе она болталась в ней, как карандаш в стакане.

«До чего тяжело быть мелкой! Никто тебя не слушается!» Взять хотя бы Альваро, шагавшего рядом с таким несгибаемым видом, будто он всю жизнь только тем и занимался, что летал под парусом над горами. Его профиль впору было чеканить на монетах.

Дийна предприняла последнюю попытку его отговорить:

– Слушай, это всё-таки горы. Там погода меняется очень быстро. Ситуация может стать «боевой» в любой момент! Тебе кажется, что облака нормальные на вид, а из них – бац! – и вывалится снежный заряд! Прямо тебе на голову. Или безобидный «барашек» возьмёт и обернётся грозой! Или…

– Ну, одну грозу мы с тобой уже пережили, – усмехнулся Альваро. – Никто же не умер!

– А ещё там нет удобных мест для посадки! – не отставала Дийна. – Вообще нет, в принципе, понимаешь? Кругом одни только скалы и поваленные брёвна! В кулуарах садиться нельзя – снесёт лавиной. Знаешь, что такое «кулуар»? Это такая ложбина в склоне горы, направленная вниз по…

Де Мельгар перебил очень терпеливым голосом:

– Дийна, я знаю, что такое «кулуар». У нас на Сильбандо, между прочим, тоже есть горы!

– Максимум, на что мы можем рассчитывать – маленький пятачок, со всех сторон окружённый деревьями! Как ты будешь там приземляться?!

– Захвачу с собой верёвку, карабины и сяду на сосну. Я прекрасно сажусь на деревья, если ты помнишь!

Иногда его ирония была просто непрошибаемой.

– Может, хотя бы поменяемся лодками? – в отчаянии предложила Дийна.

Если Альваро впечатается своей упрямой башкой в скалу, на «Плясунье» она их не вытащит! Её лодка слишком лёгкая для двоих!

Уже возле самых ангаров де Мельгар посмотрел на её расстроенное лицо, и вдруг взгляд его потеплел. Улыбнувшись, он обнял её за плечи.

– Слушай, расслабься. Я знаю, что делаю!

Дийна молчала. У неё кончились все разумные доводы. У неё вообще все слова закончились от тревоги!

– Ты можешь лететь первой, если захочешь. Я пойду следом. Не бойся, мы справимся!

От его лица и рук словно исходила уверенность. Пробурчав что-то, Дийна занялась снаряжением. Рюкзаки с запасом еды. Ножи. Верёвки. Привычные действия успокаивали и позволяли ненадолго забыть об опасностях ледяного ада, в который им предстояло сейчас окунуться.

Стартовая площадка – тоже новая – размещалась рядом с ангарами. Не желая оттягивать момент старта, который и без того пугал её до чёртиков, Дийна молча кивнула де Мельгару и отчалила. Кажется, он крикнул что-то в ответ, но его слова унёс ветер.

Разрезая парусами медленно светлеющий простор, они мни мчались в сторону Аррибы. Остров ещё не очнулся от сна. Словно тени, они летели в пустоте мимо спящих домов и одиноких ферм, обозначенных маленькими бусинками света. Во второй половине дня железные крыши Аррибы, столицы Архипелага, были неплохим «провокатором» для восходящих потоков, но с утра рассчитывать на помощь нагретого железа не приходилось. Для подъёма Дийна надеялась поймать порывы Фрайо, в этот час огибавшие остров с западной стороны. Им предстояло подняться как можно выше, к заповедному месту в небе, известному только самым рисковым воланте, где сплетались в узел три ветра с Аррибы, Палмеры и Керро.

«Помоги нам, Фрайо, – мысленно взмолилась Дийна. – И ты, Тибио! Не дай этому паршивцу Амансеро убить нас!»

По ночам Аррибу затягивало облачным покрывалом, и три её горные вершины – Ньевес, Альтависта и Тедерас – казались диковинными островами в дымчатом волнующемся море. Дийна нацелила парус на среднюю из вершин, заставив лодку пойти круто вверх. А потом разглядывать окрестности стало некогда, так как их подхватило и завертело воздушным течением. Один раз она оглянулась – Альваро не отставал.

Все силы теперь уходили на то, чтобы удерживать парус. Дыхание вырывалось из груди со свистом. Сердце билось где-то в ушах – то ли от волнения, то ли, может, от гипоксии. Дийна хмыкнула, вспомнив, что некоторые люди от кислородного голодания впадали в эйфорию и теряли рассудок. Она подавила желание ещё раз оглянуться.

«Вряд ли де Мельгару это грозит! Он и внизу был со сдвигом! С хорошеньким таким креном… на всю голову!»

Небо вокруг налилось синевой. Ветра пели незнакомыми голосами чужие, холодные песни. Нижний плотный слой облаков остался внизу и лежал там, как толстое одеяло. Перистая дымка, затенявшая обзор, расступилась, и впереди яркой звездой заиграло солнце на скальных гранях. Вот они, Близнецы! Две скалы кружились посреди ослепительного ледяного пространства. Несмотря на страх, Дийна улыбнулась онемевшими губами: «Добрались!»

Металлические вершины гор плавали в гробовом сиянии, похожие на черные окаменевшие паруса. Кругом стыла громадная тишина. Человек в этом царстве снега и камня казался просто ничтожным, и у Дийны защемило сердце, когда она представила, что должна была ощутить Саина, когда попала сюда. Если они со студентами ещё живы, конечно.

Но как здесь отыскать пропавших?! Под бортом «Плясуньи» плыли чёрно-белые крутые склоны с торчащей жёсткой щёткой деревьев. Узкие ледниковые долины рассекали их на глубокие заснеженные коридоры. Это был лабиринт – бесконечный лабиринт из льда, снега и камня. От одной мысли сесть куда-нибудь в эту крутизну перед глазами пробегали лучшие годы, маша на прощанье рукой. В таких случаях рекомендовалось садиться, тщательно следя за направлением ветра, например, по столбу дыма. «Можно подумать, – мысленно фыркнула Дийна, – в этом «оживлённом» месте есть какие-то люди, готовые подать дымовые сигналы!»

У неё и Альваро были с собой ракетницы, но расходовать заряды следовало с умом. «Попробуем для начала сами что-нибудь обнаружить». Через час она поняла, что наткнуться в здешних горах на обломки катера можно разве что чудом. Белизна снега резала глаз, от разреженного воздуха ныло в груди. Они дважды облетели остров, тщательно следя, чтобы их не затянуло в «мясорубку» между скалами. После долгой борьбы с парусом плечи немилосердно болели, да ещё погода начала портиться. Склоны гор постепенно затягивало туманом.