Читать книгу "Воланте. Ветер перемен"

Глава 14

Осенняя погода на островах вела себя словно капризная дама: молочная туманная стылость сменялась пронизывающим ветром, приносящим с собой то дождь, то град, а иногда и торнадо, проходившийся по побережью широкой метлой. В этот раз с дальнего острова Сильбандо прилетел разгневанный Эстладо, выжигая осеннюю листву ледяным дыханием. Для разгона у него было двести километров пустоты над Океаном, так что до пика Теймаре он добрался в полной боевой готовности, разбудил там Фрайо и схлестнулся с ним в яростной схватке. В небе шваркнули молнии. Башни Кастильо Вьенто содрогнулись от грохота.

От жестоких порывов ветра гнулись мачты анемометров, а приборы сходили с ума. Магистры шептались, что давно уже не помнили такой бури. Непонятно, что было тому виной: проходящий циклон или слишком жаркое лето, но все сходились во мнении, что мощная волна флайра, движущаяся вокруг Ланферро, сделала изменения в погоде совершенно непредсказуемыми.

Во флигеле все были заняты делом. Орландо готовился к очередному коллоквиуму, Саина – к полевой практике со студентами, хотя все сомневались, чтобы выезд состоялся в ближайшее время. Как сказал Альваро, при таком ветрище катер с практикантами, чего доброго, унесёт куда-нибудь на Луну.

Дейзи, не поднимая головы, сидела над таблицами, пытаясь с помощью цифровых моделей предсказать поведение ветров в портах Керро, Пуэрто дель Росарио на Палмере и Пуэрто дель Томатос на Аррибе. Дийна ей помогала, раскрашивая синоптические карты островов. К этому времени она уже знала, что волнистые линии, пересекающие карту, называются «изобары» и обозначают места постоянного давления. Её больше не смущали определения вроде «адвективный туман, возникший в зафронтальном тёплом воздухе». Она научилась отмечать центры циклонов и атмосферные фронты. К её беспокойству, большую часть карты пришлось закрасить зелёным (осадки), жёлтым (мгла) и синим (низкая облачность).

Погода была определённо нелётной. Дирижабль с Аррибы опаздывал уже на три дня. Почта с Палмеры тоже запаздывала. Больше всех тревожился Мартин, который давно не получал известий от гусей.

Дийна сначала подумала, что он шутит.

– От каких гусей? – переспросила она. Может, это какой-то академический сленг?

– От обычных, серых. Летом они живут на Керро, осенью мигрируют на Палмеру, а оттуда – на Континент. А теперь мы потеряли их из виду, и в этой мясорубке, которая творится вокруг острова, с ними может произойти всё, что угодно!

Ситуация понятней не стала.

– Хочешь сказать, что гуси лично докладывают тебе о своих передвижениях?!

– Не они, а орнитологи, – вздохнул Мартин, беспокойно вышагивая по комнате. По стене за ним металась длинная взлохмаченная тень. – У них станция на Палмере.

«Теперь ясно», – подумала Дийна. Из-за погоды почтовое сообщение с Палмерой было нарушено. Световой телеграф тоже не передавал никаких сообщений.

– Не пропадут твои гуси, они водоплавающие, – усмехнулась Дейзи. – Скорее это нас всех смоет!

Но Мартин не унимался:

– Нужно слетать на Палмеру, проверить метеостанцию!

– В такую погоду? – саркастически вопросил Альваро, удобно устроившись возле камина со старым «Вестником Аррибы». – Думаешь, кому-то из нас жить надоело?

Все, не сговариваясь, посмотрели в окно, за которым дребезжал дождь в желобах и клубилась сплошная серая мгла. Иногда раскат грома властно вмешивался в разговор, заставляя всех почтительно умлокнуть. Время от времени белая вспышка выхватывала из сумрака отдельные кадры: бьющийся на ветру флюгер, пузырящиеся лужи на каменной дорожке, ветки жасмина, исхлёстанные дождём… Детектор молний пищал как припадочный, пока его не отключили.

Единственный плюс островных гроз заключался в том, что длились они обычно недолго. Природа устраивала жителям Архипелага глобальную встряску, разгоняла всех по домам – и всё затихало. До следующего раза.

На другой день уже можно было выйти наружу, не опасаясь, что тебя унесёт шквалом или прибьёт отвалившейся черепицей. За последние сутки Мартин так извёл всех своими гусями, что обитатели флигеля привыкли считать их почти что близкими родственниками. Бледный и несчастный, Мартин уныло слонялся под окнами и сам был похож на запоздалого перелётного гуся, которого подвели его биологические часы.

Наконец, Альваро, не выдержав, предложил ему вдвоём слетать на Палмеру, чтобы проведать метеостанцию и заодно навестить орнитологов.

– Слетаем по-быстрому, туда и обратно, пока опять не задуло!

– Можете не успеть, – мрачно предсказала Дейзи, подняв усталые глаза от расчётов. – Лучше лететь через два-три дня, когда будет более устойчивая погода!

– Столько я не выдержу, – усмехнулся Альваро. – Если мне ещё двое суток придётся выслушивать этот плач о пропавших гусях, я сам мигрирую на Континент!

Сняв учебную мантию, он переоделся в видавшую виды кожаную куртку, годную только на то, чтобы ловить рыбу в Агилосе. Пока Мартин метался по дому, собирая рюкзак, Альваро вышел, чтобы взять в деканате катер, и вернулся расстроенный:

– Там, оказывается, машина на катере барахлит. Не везёт нам! Я сейчас поеду к ремонтникам в Оротаву, но, боюсь, что сегодня мы до Палмеры не доберёмся.

Мартин тоже огорчился было, но потом встрепенулся:

– Подожди! В колледже ведь было два катера!

Это невинное замечание, как отметила Дийна, произвело эффект взорвавшейся бомбы. Дейзи, вскинув голову, украдкой сделала Мартину страшные глаза, Альваро помрачнел и отвернулся к окну, а Саина даже негромко ахнула.

Здесь явно таился какой-то секрет, в который её решили не посвящать. С течением времени такие моменты бывали всё реже, но каждый раз, когда это случалось, Дийна чувствовала себя отделённой от остальной компании, словно смотрела на них из-за стекла. Почему-то её это больно ранило.

Дейзи сориентировалась быстрее всех:

– Спохватился! Ты что, забыл? Второй катер разбился летом.

– Да, в Барранко-дель-Флорес, – многозначительно добавила Саина, видя, что до Мартина всё никак не доходит.

Однако последняя фраза, похоже, разбудила его память, так как он издал невнятный звук и виновато оглянулся на Альваро, который притворялся, что его страшно интересует дождливый вид из окна.

Все они так старательно что-то скрывали, что Дийна не выдержала:

– Я могу слетать на джунте, если хотите. Легко! Там дел-то на три часа! Даже странно, почему колледж не нанимает воланте для этой работы, ведь наши лодки гораздо быстрее, чем тяжёлые катера!

– Профессор Мойзес считает, что это слишком рискованный спорт, – пояснил Орландо. – К тому же, услуги воланте довольно дороги, колледжу не по карману.

– Я же говорила тебе, что полёты на джунтах запрещены Уставом! – с беспокойством напомнила Саина. – Лучше оставить твою лодку в сарае, где она сейчас спрятана, и не мозолить глаза сеньоре ди Кобро! Не нужно дразнить… хм.

Она хотела сказать «гусей», но взглянула на Мартина и промолчала.

– Тем более, что к острову идёт ещё один штормовой фронт, – поддержала её Дейзи.

– Да пока он сюда доползёт, я сто раз вернуться успею!

– Пусть летит, если хочет, – вдруг сказал де Мельгар. И, посмотрев на Дийну, добавил: – Только психрометр с собой захвати.

Она тут же мысленно ощетинилась: что за намёки? Он считает её ненормальной? У Альваро был поистине редкий дар выводить людей из себя одной ухмылкой.

– Может, мне твои мозги им проверить?! – вспылила она.

Де Мельгар слегка растерялся, но потом его губы дрогнули в улыбке:

– Дийна, психрометр – это прибор для измерения влажности воздуха. В прошлый раз, когда я был на Палмере, он сломался, вот я и прошу тебя взять другой.

– Я принесу! – тут же сказала Саина, чтобы сгладить неловкость. Дийна с пылающими щеками вышла из комнаты, проворчав, что ей нужно переодеться.

«Не сомневаюсь, он нарочно вспомнил про этот чёртов «психометр», чтобы выставить меня дурой! В очередной раз».

Впрочем, стоило ей вывести лодку на старт, как к ней сразу вернулось хорошее настроение. С высоты все проблемы, оставленные на земле, казались такими мелкими… Небо временно решило повернуться к Керро своей приветливой стороной, так что Дийна с удовольствием подставила лицо мягкому солнцу. Оно грело щёки и красиво подсвечивало розовые и лиловые облака, теснившиеся у горизонта. Её вдруг охватило ощущение небывалой свободы и восторга. Она мчалась на запад, словно на крыльях, прямо в марево золотистого света. Чутьё воланте вовремя подсказало, как найти подходящий слой воздуха, где нижний, более мощный ветер подрезал и выпирал верхний. Ух! Лодку понесло наверх с такой скоростью, что у Дийны заложило уши, и она рассмеялась от удовольствия.

Она снова в воздухе и свободна! Больше не нужно прятаться от таможенников. Не нужно думать, чем пригрозить контрабандистам, если они захотят отобрать у неё рюкзак и деньги. Не нужно хитрить и держать в памяти разные укромные места, где можно сбросить груз, если вдруг налетишь на таможенный катер. Свобода!

Вовремя подвернувшийся ветер всего лишь за час донёс её до Палмеры, так что даже лавировать почти не пришлось. Это было большой удачей, так как Дийна заметила, что парус «Плясуньи» после починки стал хуже слушаться: мачта заедала в степсе, и крыло поворачивалось с трудом. Сейчас ещё ладно, но в дождь или в шквальный ветер она не рискнула бы выйти на такой лодке!

В отличие от Сильбандо или Ланферро, имевших такой обугленный вид, будто там вдоволь порезвилась орава драконов (наследие вулканического прошлого этих островов), Палмера вся утопала в зелени. Подлетая, Дийна с восторгом разглядывала густо-зелёные холмы, выступавшие из пенного прибоя облаков. Метеостанция находилась на мысе Агандо, и Дейзи снабдила её подробными сведениями, как туда добраться. Описав в небе широкую дугу, «Плясунья» приземлилась на крутом уступе, нависавшем над чашеобразной долиной. Дийна вытащила лодку и осталась стоять на утёсе, балансируя в потоках прохладного ветра. Перед ней простирался огромный, шелестящий деревьями амфитеатр, почти чёрный от густой зелени. В одном месте виднелась деревня – словно стайка чаек присела отдохнуть среди тёмно-зелёных волн.

Здесь встречались два ветра: Фрайо и Тибио. Первый приносил дожди с севера, поил землю и наполнял озёра. Второй разгонял клочья облаков над золотистыми нагорьями, подсушивал улицы и ускорял созревание мелких бананов, которыми Палмера славилась на весь Архипелаг. За спиной у Дийны простирался узловатый перекрученный лес. Непрерывная игра ветров так искривила деревья, что жалко было смотреть. Сквозь мглистый сумрак кое-где просвечивало заходящее солнце. В отличие от сухого холодного воздуха Керро на Палмере было душно и влажно. В ноздри бил такой запах, будто где-то рядом варили цветочный суп.

Приблизительное расположение метеостанции Дийна определила ещё с воздуха по торчавшей над деревьями мачте с флюгером. В глубину леса уходила кривая тропа. С каждым шагом растительность становилась всё гуще, и порой Дийне с трудом удавалось пролезть сквозь естественный тоннель из сплетённых над головой ветвей. Ну и джунгли!

Наконец, отбросив со лба влажную прядь, она остановилась на круглой поляне. Из оборудования здесь имелась мачта, будка для психрометра и осадкомер. В хижине наверняка находились ещё какие-нибудь датчики, анализаторы и пробоотборники, но всё было заперто.

«Интересно, куда все подевались?»

Кроме ветра, тревожно гудевшего в кронах, больше ничего не нарушало тишину этого места. Трудно было поверить, что в то же самое время где-то в порту работали краны и лебёдки, шумели ветряки, снабжавшие остров энергией, и грохочущие фабрики. Доисторический мир Палмеры предстал перед Дийной во всей красе.

Краем глаза она уловила движение в кустах папоротника и резко развернулась, выхватив нож. Водятся ли здесь опасные хищники? Она не помнила. В диких районах Керро, например, человек мог нечаянно встретиться с вышедшей на охоту тридентой – великолепное зрелище, если, конечно, любоваться им с верхушки дерева.

Пока Дийна, сверяясь с инструкцией, устанавливала психрометр в будку, небо померкло, а ветер заметно усилился. Выпрямившись, она с тревогой посмотрела на быстро бегущие облака. Вообще-то она планировала быстренько заскочить к орнитологам в город и сегодня же вернуться на Керро, но стремительно ухудшающаяся погода и капризы «Плясуньи» внесли свои коррективы. На лодке с плохо управляемым парусом нечего делать в воздухе при таком ветре, тем более – в сумерках!

«Зря я столько возилась с приборами. И без всяких «психометров» ясно, что влажность здесь ого-го! Хоть губку в воздухе выжимай. Местные жители, наверное, каждое утро вытряхивают грибы из сапог!»

Дийна ещё раз огляделась. Хижина заперта, но рядом с ней в скале находилась неглубокая выбоина. Если установить навес перед входом и настелить внутрь папоротник, то получится вполне пригодное место для ночлега! Только лучше поспешить, пока совсем не стемнело!

Неподалёку были сложены крупные напиленные ветки – скорее всего, для растопки. Дийна выбрала несколько тонких стволов поровнее и наскоро обтесала концы ножом. Затем воткнула их перед входом и сверху обвязала пальмовыми листьями, а внутрь натаскала папоротник, в изобилии растущий между камней.

Когда она покончила с этой работой, румянец неба на западе почти растаял. В темноте сложно было оценить результаты её усилий, но, кажется, получилось вполне удобно. Полюбовавшись своим временным жилищем, Дийна мысленно похвалила себя и полезла в рюкзак за бутербродами.

– А что, неплохо вышло, – вдруг сказал кто-то сзади, словно эхо её мыслей.

От испуга она подскочила на метр. Нож сам влетел в руку, и секунду спустя она уже прижималась спиной к стене хижины, выставив оружие перед собой. Посреди поляны стоял де Мельгар.

– Эй, это всего лишь я. – Он успокаивающим жестом поднял ладони.

– Ты… как ты здесь оказался?

«Да ещё так незаметно! Ни шума катера, ни единого шороха не было слышно!» Де Мельгар просто возник на поляне, как будто соткался из воздуха.

– Починил катер и сразу сюда. Саина за тебя волновалась, решил вот проведать. Не знал, что ты у нас такая опытная туристка! – присвистнул он с одобрением, разглядывая модернизированную пещерку.

Несмотря ни на что, похвала была ей приятна.

– Учителя хорошие были, – равнодушно сказала Дийна и, спохватившись, прикусила язык.

Она подумала, что, вероятно, «школа выживания» у них с Альваро была одинаковой. На феодальных островах покушения на семьи правителей, увы, не были редкостью. Телохранители, чьей обязанностью было спасти наследника, могли зашвырнуть тебя в любую дикую местность – и хорошо ещё, если на хвосте не будет погони. Все их действия тщательно отрабатывались на практике. Дийну учили, как выживать в пустыне, в лесу и даже на «изнанке». Один раз она двое суток продержалась в кальдере Ройя, не попав на глаза преследователям и израсходовав всего половину запаса воды. За это преподаватель отдельно её похвалил.

Над их головами заволновались пальмы, нервно перебирая длинными листьями.

– Будет гроза, – уверенно заявил Альваро. – Может, поужинаем, пока не накрыло? Кажется, с возвращением придётся повременить.

У Дийны с собой были только бутерброды, которые ей подсунула заботливая Саина, зато де Мельгар оказался более запаслив. Он принёс свой рюкзак из катера, выбрал место для костра и захватил ещё кусок брезента, чтобы получше защитить их укрытие от дождя. Тяжелое полотнище вырывалось из рук под порывами ветра.

– Погоди, здесь что-то мешается…

– Осторожно! – предупредила Дийна. – Это несущая палка!

Чуть не уронив «крышу» себе на головы, они закрепили брезент и решили перекусить. Наступило время навигационных сумерек, когда солнце уже скрылось за горизонтом, но очертания рыжеватых гор были ещё чётко видны в густо-синем небе. Вдалеке ярко блеснула молния.

– Надеюсь, ты не боишься грозы? – усмехнулся аспирант.

– Ха! Напугал дракона спичками! Да у нас на острове… – начала Дийна и осеклась, снова вспомнив, с кем разговаривает.

На Ланферро молнии били пачками – сильные и яростные, похожие на слепящие смертоносные деревья. Они буквально отпечатывались у вас на сетчатке, а грохот потом стоял такой, что уши закладывало. Говорили, это оттого, что в сердце острова скрыто много железной руды – она, мол, и притягивает грозы. Не зря же Ланферро прозвали Железным островом. Дийна с детства привыкла к бушующему великолепию стихий.

– Да? – подбодрил её де Мельгар. – Где это «у нас»?

Чтобы не отвечать, она сделала вид, будто совершенно поглощена едой. «Очень вкусно», – пробубнила она, подбирая ложкой остатки тушёного мяса из своей жестяной банки. И мысленно отругала себя за расслабленность.

Здесь, вдалеке от Керро, всё представлялось иначе. Здесь они с Альваро были заодно, вдвоём против всех опасностей дикого леса, грозы и ночи.

«Но это не значит, что он внезапно превратился в моего друга! Хотя я рада, что он приехал, чего уж там». Дийна представила, как сидела бы здесь одна, вздрагивая от треска разрывов в небе, и невольно поёжилась.

Костёр почти прогорел. Только оранжевые искры иногда вспыхивали, освещая пятачок углей и лица сидящих напротив людей. Пора было прятаться в пещеру, но так жалко было гасить уютный огонь, дающий чуть-чуть тепла! Де Мельгар, наверное, думал так же, потому что сидел, не проявляя никаких признаков спешки, и думал о чём-то своём.

– Знаешь, у практикантов на выезде есть традиционная игра: правда или желание. Поиграем? – Он хитро прищурился.

«Только не с тобой!» – тут же подумала Дийна. Хотя отказаться ещё хуже – тогда он мгновенно поймёт, что ей есть, что скрывать. Если он уже это не понял. Она кивнула с видом заправского игрока в покер:

– Ладно, чур, ты начинаешь. Правда или желание?

– Правда.

«О, вот это удачно! Чего бы такого спросить?»

Она вовсе не собиралась задавать ему именно этот вопрос, но он против воли слетел с языка:

– Ты действительно был в Коста-Кальмо тогда… во время бунта?

Спросила – как в омут шагнула. Даже холодно стало от страха: что он ответит?

– Да, – прозвучало с другой стороны костра.

«Ну, конечно…» Дийна отвернулась, глядя в огонь. А чего она ожидала? Что это ошибка? Чудес не бывает.

– Почему же ты не остановил это?

Поленья в костре багровели и медленно подёргивались пеплом. Не выдержав, Дийна подняла голову. Она ожидала какой-нибудь грубости вроде «не твоё дело, краболовка», но Альваро молчал. Его лица почти не было видно, только очертания скул и тёмные впадины глаз.

– Это уже второй вопрос, – сказал он мягко. Разговор увял.

– Когда-нибудь я тебе расскажу, – пообещал он наконец так негромко, будто разговаривал сам с собой. – Пригодится… наверное. Теперь твоя очередь! Правда или желание?

Де Мельгар поворошил палкой угли, вспыхнувшие алым светом, и при этом коротком взблеске Дийна увидела в его глазах столько азарта, что стало сразу понятно: банальными вопросами дело не обойдётся! Альваро был твёрдо намерен вытряхнуть из неё, как из мешка, все секреты.

– Желание! – выпалила она, вся загоревшись от собственной храбрости.

Тогда он улыбнулся. В первый раз улыбнулся по-настоящему, а не той кривоватой ухмылкой, к которой она привыкла в колледже.

«О! Я и не знала, что он так умеет!»

– Отлично! – обрадовался он. – Чур, я сплю первым, а ты подежуришь. Это моё желание, – пояснил он, так как Дийна молча смотрела на него с очень странным выражением и хлопала ресницами. – Нам лучше дежурить по очереди. Не думаю, чтобы здесь водились опасные звери, но…

Он поднялся, настороженно вслушиваясь в голоса леса. На первый взгляд, в них не было ничего необычного: скрип деревьев под ветром, влажный шорох папоротника и треск медленно потухающих углей. Дийна, сидевшая у костра, была похожа на маленького лесного духа с огромными мерцающими глазами. Перехватив его взгляд, она кивнула:

– Я тоже это чувствую. Как будто мы здесь не одни.

* * *

Гроза всё-таки разразилась, глубокой ночью. Вспышки молний стали чаще, потом, перебивая друг друга, загрохотали громовые раскаты, и зашумела, засвистела дикая ночь. Дийне даже не пришлось будить де Мельгара – он сам проснулся, зевая, выбрался из пещеры и прогнал её спать, заявив, что в таком шуме она всё равно не расслышит, даже если стая кайсеров подкрадётся к ночёвке. Дийна хотела заметить, что в такую погоду все приличные хищники сидят по домам, но решила, что слишком устала для пикировок.

Ей долго не удавалось заснуть, так как от холода и от грозы сон рвался, как тонкая пряжа. Каждый раз, просыпаясь, она видела у входа очертания фигуры Альваро – тот сидел и любовался природой. В очередной раз она проснулась уже утром от того, что в пещеру проник узкий щекочущий луч. Оказалось, что она спала под двумя куртками, а её спутник куда-то исчез. Лес вокруг пещеры вставал тихий и сонный, весь окутанный утренней дымкой. Дийна набрала в горсть воды с самой ближней ветки, чтобы наспех умыться.

– Ну что, собираемся? – прозвучало над ухом, снова заставив её подпрыгнуть.

Нет, она никогда не привыкнет к его бесшумным и мгновенным перемещениям!

– Ты не мог бы погромче подкрадываться, для приличия?

Де Мельгар засмеялся:

– Только не в лесу.

В Кастильо Вьенто они вернулись, когда на замковой башне пробило десять. Успели записать показания приборов, навестить орнитологов и даже узнать, что случилось с работниками покинутой станции. Оказалось, что один из них сломал ногу, и напарнику пришлось отвезти его к врачу, в ближайший город Эль Седро.

«О чём мы тебя и предупреждали, – заметил де Мельгар. – Метеорология – опасная наука!»

Пока Дийна беседовала с орнитологами, он успел прикупить огромную связку мелких бананов, и поэтому пребывал в отличном настроении. Обратно они летели порознь. Дийна, из какого-то лихого кокетства поднявшаяся почти до перистых облаков, следила за пунктирной линией дыма, отмечавшей маршрут парового катера.

Она решила оставить лодку в порту Оротавы, подальше от бдительных глаз сеньоры ди Кобро. Когда она открывала тем самым ключом дверь их старенького ангара, её вдруг охватило волнение. Похоже, что Гаспар ни разу не наведывался сюда с тех пор, как Дийна так внезапно покинула его дом. Все привычные вещи находились на тех же местах…

Альваро, нагруженный рюкзаком и бананами, с интересом смотрел, как она разоружает мачту, а затем чистит парус от пыли и влаги.

– Интересно. У нас на таких почти не летают, – сказал он про джунту.

«Оно и понятно, – подумала Дийна. – Сильбандо – окраинный остров, а Эстладо, овевающий его берега – коварный ветер. Чуть зазеваешься, и тебя зашвырнёт в такое поднебесье, куда ворон костей не заносил! Хуже всего, если вылетишь за пределы поля флайра. Тогда всё. Короткий полёт вертикально вниз, прямо до Океана – и полный конец приключений!»

Они заперли лодку и направились к замку. На середине тропы, которую Дийна уже изучила до последнего камешка за время пробежек, им неожиданно встретился Мартин.

– Ну как? Что-нибудь разузнали? – взволнованно начал он.

Дийна передала ему привет от орнитологов:

– Всё в порядке с твоими гусями, улетели на Континент.

– Ох! Слава ветрам! – воскликнул Мартин с чувством непередаваемого облегчения. Странный он всё-таки человек.

Дальше они шли втроём. Не дождавшись от своего сокурсника больше ни слова, Альваро добавил с сарказмом:

– Мы с Дийной тоже в порядке, но спасибо, что спросил!

– Да-да, – рассеянно улыбнулся Мартин. Чужая ирония свободно обтекала его, словно камень в потоке, нисколько не задевая его чувств. Как только они дошли до ворот, он кивнул друзьям напоследок и сразу направился в свои «птичьи угодья», беззаботно насвистывая.

Зато во флигеле их встретили гораздо приветливее:

– Мы уже хотели организовать спасательную экспедицию! – воскликнула Саина, забирая у Альваро бананы и придвинув каждому из путешественников по горке горячих оладьев. Они не заставили просить себя дважды, принимаясь за поздний завтрак.

– А у нас тоже есть новости! – не утерпев, воскликнула Дейзи.

– Представляете, Мойзес собирается серьёзно заняться проблемами флайра!

– Давно пора, – невнятно проговорил Альваро набитым ртом.

– И он решил взять помощника! – добавил Орландо. – Сказал, что определится с кандидатурой на этой неделе. Вчера вечером было чрезвычайное заседание учёного сообщества.

По лицу Альваро было заметно, что ему досадно было пропустить такое событие, и Дийна почувствовала укол вины. Хотя при чём тут она? Это всё Мартин с его гусями!

Дейзи продолжала рассказывать:

– Мойзес хочет устроить лабораторию в Башне Ветров. Там с утра стоит дым коромыслом! Такую кучу хлама выгребли – не передать!

– А ещё из порта пришёл караван с новым оборудованием, – перебил Орландо. – Студенты его целый час перетаскивали!

Да уж, если сеньор Мойзес брался за дело, то брался со всей энергией. Ради перспективы попасть в его лабораторию студенты были готовы на многое! Чувствовалось, что между Дейзи и Орландо уже разгорелись искры соперничества: каждый думал, что именно он достоин этого места. «А какой ажиотаж сейчас творится у второкурсников!» – подумала Дийна.

– Мойзес попросил нас предоставить ему свои работы о морфологии флайра и динамике системы ветров. Обещал внимательно рассмотреть самые интересные! – рассказывал Орландо, демонстративно игнорируя Дейзи и обращаясь только к Альваро и Дийне.

– Между прочим, однажды он назвал мои расчёты по измерению активности флайра потрясающими и новаторскими! – с гордостью заметила Дейзи, чтобы обратить на себя внимание.

Обстановка во флигеле становилась взрывоопасной. Дийна поняла, что пора спасаться бегством. Оба «конкурента» так увлеклись, что даже грехи Барриги (который в это время тихо тащил по лестнице нечто, напоминавшее дамский чулок) отошли на второй план. Дейзи с Орландо всецело поглотила идея создания новой лаборатории, и цель попасть туда временно заслонила для них всё остальное.