Читать книгу "На Другом Берегу Любви"

Глава 5
Волшебная сказка

Лера

Разглядываю в зеркальном отражении белый топ, открывающий небольшую полоску кожи. Живот у меня подтянутый, но все равно как-то непривычно. Шелковая юбка, струящаяся по бедрам, прикрывает мои разбитые колени. И это хорошо. Длина вполне комфортная. Завершают модный образ новенькие удобные кеды и рубашка оверсайз.

Я довольна. Очень довольна! Но стоит сделать всего один шаг, смелый боковой разрез дает о себе знать, оголяя ногу.

Да уж, представляю реакцию Егора. В моих мыслях он всего-то осмотрел меня с головы до ног, а к щекам уже приливает кровь.

– Может, найдется такая же, но без разреза? Или зашьем его, а? Я и на машинке умею. У тети Марины есть, если что, – с надеждой перевожу взгляд на Дину, но она лишь смеется и качает головой.

– Нет, Лер, даже не смей покушаться на этот разрез! И так старалась сильно тебя не шокировать. Но в образе должна быть хоть какая-то изюминка. Еще и в бюджет уложились. По-моему, вышло просто шикарно! Смотри, какая ты аппетитная.

Войдя в раж, Дина щиплет меня за бок и заливисто смеется. Я тихонько взвизгиваю, и тоже начинаю улыбаться собственному отражению. Правда, никак не могу свыкнуться с тем, что это я и есть.

С прической и макияжем она тоже соглашается мне помочь. Специальным утюжком выпрямляет мои непослушные волосы, на что уходит целая вечность. Зато результат того стоит.

– Обалдеть, Травникова! Я думала, такие волосы только в рекламе бывают. Ты чем их моешь, чтобы они так блестели?

– Да ничем особенным, – пожимаю плечами, пропуская необычно гладкие и прямые пряди между пальцев. – Ромашкой ополаскиваю, как бабушка научила, а еще рисовой водой.

– Ну надо же! И что я раньше не спросила? Ах да, ты же такое сокровище все время в косы прятала…

Наш разговор прерывает звонок от тети Марины, и я вспоминаю, что обещала приготовить ужин, о котором совсем забыла.

– Лер, привет! Как ты там? Домой что-то купить? – раздается звонко под цокот ее каблуков. Снова куда-то спешит, по-другому и не бывает. Мне иногда кажется, что шило в одном месте у этой женщины и заменяет тот внутренний стержень, на котором все держится.

– Нет, ничего не надо, продукты я купила. Мне, кстати, аванс дали.

– Даже так? – удивляется не меньше моего. Оно и понятно, я ведь только один день отработала. – Если что, я уже прилетела. Только в офис еще надо заскочить и сразу домой.

– Марин…

– Да, Лер?

Никак не решаюсь перейти к самому главному.

– Девочка моя, у тебя там все в порядке? Ничего необычного не произошло?

Вообще-то произошло, и много чего. Только это не телефонный разговор. Да и на бегу услышит ли она меня, поймет ли правильно?

– Меня друзья из универа в клуб позвали, – скрещиваю пальцы на удачу, потому что врать совсем не умею. Если формально, Ветров и есть мой университетский знакомый, и Златка с Вадимом тоже. Правда, друзья из них те еще, врагам не пожелаешь. – Прости, помню, что обещала приготовить ужин. Но ты же знаешь, как редко я куда-то хожу…

– Нет, Лера! Только не сегодня, это очень опасно! – заявляет тетя Марина слишком резко и громогласно, того и гляди, ее голова высунется из трубки. – Пойдешь с друзьями в любой другой вечер, но сегодня останешься дома!

– А что сегодня такого, что мне опасно на улицу выходить? Вроде еще не август, не день ВДВ, – не знаю, то ли плакать, то ли смеяться, и как вообще на это реагировать.

Мы уже второй год живем под одной крышей, но это первый раз, когда она так категорична. Хотя, нет, вру. В нашу первую встречу Марина вообще дверь перед моим носом захлопнула, а потом сама догнала, долго плакала и извинялась, маму мою без вести пропавшую вспоминала. В общем, редко, но бывают и у нее заскоки, что с такой выматывающей работой не удивительно.

– Просто послушай меня и сделай, как прошу, – настаивает Марина. – Приеду, все объясню. Это не телефонный разговор.

– Но для меня действительно важна эта встреча, – сквозят в моем голосе подступившие слезы. – Я очень долго ждала ее и не могу не пойти.

Перевожу взгляд на Дину, та обнимает меня за плечи и смотрит с нескрываемым сочувствием. Столько сил вложили, чтобы сделать из меня вот это… Я ведь отродясь не была такой красивой и ухоженной. И что теперь? По непонятным причинам послушно просидеть дома? Ну уж нет! С разрешения или без него, а эта встреча состоится.

– Хорошо. Если очень надо, разве я тебя удержу? – будто читает мои мысли тетя Марина. – Но, чтобы в двенадцать была дома! Ты еще не понимаешь, но это действительно очень важно. Вопрос жизни и смерти.

Там, на другом конце трубки, громко сигналит автомобиль, так, что в ушах звенит, и Марина от души на кого-то ругается. А потом связь обрывается. Вот и все, моя вездесущая родственница снова куда-то ускакала, разговор окончен.

– Ну что, отпустили? Или ты еще чему-то так радостно улыбаешься? – продолжает надо мной колдовать Дина, теперь выкладывая на столик содержимое своей объемной косметички.

– Отпустили, – вздыхаю с некоторым облегчением. – Только домой я должна вернуться к полуночи, прям как гребаная Золушка.

– В двенадцать?! – нависая надо мной, девчонка хмурит веснушчатый носик. – Да в клубе в это время только самое веселье начинается. Надеюсь, если ты немного опоздаешь, твоя тетя не оставит тебя ночевать в подъезде. На худой конец, переночуешь у меня… или у своего Егора. Он-то возражать не станет.

– Он не мой, я уже говорила, – ловлю в зеркале свой взволнованный взгляд, и смущаюсь собственной реакции. – И свидание это не настоящее. Скорее розыгрыш для его друзей.

– А ты заранее не загадывай. Время покажет, что там у вас настоящее, а что нет, – мудро заключает Дина, уверенным движением выводя аккуратную стрелку сначала на одном веке, а затем на другом. И я не загадываю. Пусть все идет своим чередом.

* * *

Мне нравится ее чувство вкуса, а главное, меры. Макияж выходит скромным, неброским, но при этом я выгляжу иначе, и чувствую себя тоже.

– Ну что, нравится?

– Еще как! Ты самая лучшая!

– Да. Я такая, – снова хохочет Дина. – Ну все. Наколдовала тут, пора и честь знать.

– Спасибо, – обнимаю подругу напоследок, а сама думаю: «И что мы раньше так близко не общались? Она ведь всегда была ко мне открыта, и сходить куда-то пару раз точно предлагала. Только я будто в коконе жила, ничего не замечала».

– Давай, Лер, хвост пистолетом. Вот увидит тебя сегодня, и как влюбится по уши. Еще бегать от него будешь.

Кончики пальцев снова покалывает, под кожей бежит электричество, словно в ее словах есть что-то пророческое. Или это я медленно схожу с ума от избытка эмоций?

Предупреждения тети Марины тоже отчего-то не выходят из головы. Вопрос жизни и смерти, ну надо же как загнула! Неужели меня ждет тот самый важный разговор о методах контрацепции, который обычно с детьми проводят родители? Ладно, как-нибудь переживу.

«Я освободился. Могу заехать пораньше. Ты готова?» – радостно пищит смартфон, оповещая о сообщении Егора, и я вместе с ним.

Как же много мне хочется ему сказать, но вместо этого набираю короткое «Да».

«Через двадцать минут буду, выходи».

От волнения не нахожу себе места, всю квартиру шагами измерила. Одуревшее сердце оглушает ударами.

Я так долго ждала этого, столько мечтала, что теперь кажется, будто все сон, волшебная сказка. Но и сказки имеют свойство заканчиваться. И не всегда так, как нам того хотелось бы.

* * *

Егор

Снова бросаю взгляд на часы, не зная, как еще скоротать время. Дом после работы клининговой службы в идеальном порядке, словно и не было здесь вчерашней вакханалии с толпой пьяных студентов. И от утреннего потопа не осталось следа. Только сидеть в одиночку в этом пустом склепе никакого прикола. Прыгаю в тачку, вжимаю по газам, и несусь, сам не зная куда.

Да кого я обманываю? Конечно, знаю. Даже не признаваясь себе в этом, я еду к ней. К той странной деревенской девчонке, которая своей робкой улыбкой и вечно алеющими щеками смогла вернуть меня к жизни.

«Поужинаем вместе? Я успел проголодаться», – набираю, пока стою на красном сигнале светофора. Перед глазами встают ее сочные закусанные губы, и я жадно сглатываю.

Да уж, изголодался, только совсем по другому. Как бы не спугнуть малышку такими намеками. Уж больно она застенчивая. Тут же стираю сообщение, и набираю заново:

«Я освободился. Могу заехать пораньше. Ты готова?»

Лерка почти сразу отвечает, и на моем лице расползается идиотская улыбка. При этом чувствую я себя так, будто задышал полной грудью. И на тренировке днем отработал по полной: собственный рекорд побил на стометровке вольным стилем. Едва из бассейна выбрался, Горыныч давай меня нахваливать. На радостях к груди прижал как родного. Правда, сразу же обматерил, что я его намочил всего. Такой уж он человек.

Останавливаюсь у знакомого подъезда и залезаю в смартфон. Не сидеть же и пялиться на входную дверь? Девчонки, они такие: сказала, что готова, а потом еще полчаса перед зеркалом будет крутиться.

Но случается то, чего я никак не ожидаю – Лера появляется вовремя. Дверь открывается, я бросаю быстрый взгляд и не узнаю мою вчерашнюю гостью: длинные гладкие волосы, стильный прикид, уверенная походка. Не сразу понимаю, как выбираюсь из тачки и открываю для нее дверь, продолжая во все глаза разглядывать девчонку.

– Отлично выглядишь, – признаю очевидное, и ее щеки вспыхивают, будто я сказал что-то интимное. Хотя, с этими хриплыми нотами, так неожиданно прорезавшимися в голосе, возможно, именно так оно и прозвучало.

– Спасибо. Ты тоже… – робеет под моим прямым взглядом и закусывает нижнюю губу. – В смысле, хорошо выглядишь.

Это она про мою футболку поло что ли? Конечно, я хотел произвести впечатление, но не сказать, чтобы особо заморачивался. Неважно, какие тряпки на мне надеты, да и на ней тоже. Мне неважно. Гораздо важнее, что внутри, и там у нее полный порядок, одного вечера хватило, чтобы понять это. Добрая, открытая, неискушенная. Только в нашем гнилом мире, где все вывернуто наизнанку, встречают по одежке. Хотим мы того, или нет, приходится соответствовать.

Давлю по газам, тачка рычит под нами и срывается с места. Сжимаю руки на руле до проступающих вен. Я и сам отчего-то взволнован рядом с обновленной Леркой. Еще вчера, когда колени ее лечил, а она сидела прямо передо мной, такая доверчивая, незащищенная и немного растрепанная, все как-то проще было. Сейчас же, хоть и смотрит в мою сторону, но держится более уверенно, с достоинством.

Такую девчонку хочется крепко взять за руку, и не отпускать. Своей спиной закрывать, чтобы никто другой даже не смел смотреть в ее сторону, не то, что размечтался бы залезть под юбку. А в том, что таких желающих найдется немало, я даже не сомневаюсь. Еще и этот чертов разрез на бедре, от которого сложно оторвать взгляд…

«Ну, Травникова! Если в аварию попадем, это все из-за твоих стройных ножек», – мысленно улыбаюсь, и снова таращусь на Лерку. А она, чувствуя на себе мой взгляд, прячется под ресницами, чтобы, когда я отвлекусь на дорогу, точно так же тайком разглядывать меня. Так мы и доезжаем до клуба будто малые дети, продолжая играть в нелепые гляделки.

– Идем? – наконец встречаемся взглядами, и я залипаю на ее голубых омутах.

Глаза у нее красивые, выразительные, а сейчас, когда увидела, куда мы приехали, полоснула взглядом вывеску и двух суровых охранников на входе, они у нее будто в размере увеличились.

– Да, идем.

– Остальные будут позже. Пока есть время, предлагаю поужинать. – Выходим из машины, ставлю на сигналку. – А еще порепетировать.

Тяну руку к девичьей талии, невзначай забираюсь под рубашку, касаясь пальцами тонкой полоски кожи, выглядывающей из-под топа. Всю дорогу хотел это сделать, притянуть к себе. И сейчас, когда она так близко, смущенная моей решимостью, мой голод усиливается в разы, словно и не было всех девчонок до нее.

– Порепетировать? – нервно сглатывает, но не отстраняется, привыкает к новым ощущениям и моей загребущей пятерне на ее талии.

– Ну да. Я же могу обнять свою девушку?

Минуя охрану, Лера отчего-то опускает голову, словно хочет спрятаться. Стыдится? Не хочет быть замеченной в моей компании? В клубе в этот час немноголюдно, но и среди присутствующих сразу находятся знакомые рожи.

– Ветер! Ты ли это? – не успеваем дойти до ресторана, сталкиваемся у лифтов нос к носу со Стасом.

Раньше, еще в старших классах, вместе на бокс ходили. Только я так, для общего развития. Плавание для меня всегда оставалось в приоритете, а он уже тогда в профи метил, и с родичами за бугор свалил к новому тренеру.

– Здорова, – жмем друг другу руки. – Какими судьбами? По родине заскучал?

– Есть немного.

Стасян повзрослел и в плечах раздался – не узнать: голливудский загар, короткая стрижка, татухи на руках. Девки от таких текут, как мороженое на солнце. Только глаза все те же остались, карие с озорным прищуром, и все на Лерку мою глядят.

– Девушка твоя?

Внутренне напрягаюсь.

– Мы не…

– Мы недавно вместе, – еще крепче притягиваю девчонку к себе, фактически вдавливая в свое тело. Лерка уже не вздрагивает, но все равно жутко напрягается в моих объятиях.

– Познакомишь?

На секунду стискиваю зубы. Сам не понимаю, на что злюсь? Вроде обычная просьба. Только не хочу я их знакомить. Отделываюсь коротким представлением:

– Лера, это – Стас, Стас, это – Лера.

– Очень приятно, – застенчиво улыбается Травникова, так, как она одна умеет, чем еще больше распаляет его интерес хищника. А еще от нее снова начинает искрить, как сегодня утром, того и жди, что-нибудь или кого-нибудь прорвет. Вон Стасян завис будто загипнотизированный, и мне уже неймется увести эту невинную овечку подальше отсюда.

– Рад видеть, но нам пора. Будешь в городе, звони, пересечемся.

Перехватываю девчонку за руку и ускоряю шаг, веду к лучшему столику, который заранее забронировал. Она за мной едва успевает и молчит.

– Вот и что это сейчас было? Я думал, мы договорились.

– О чем? – моргает испуганно. Оно и понятно. Сорвался на пустом месте, как последний псих.

– Порепетировать, вот о чем, – не приходит ничего лучшего в мою голову.

– Прости. Просто я врать совсем не умею, – замирает на месте, и я рядом с ней.

Не умеет она… Смотрит виновато своими чистыми голубыми озерами и снова нижнюю губу закусывает, да так, что в штанах становится тесно.

«Твою же», – корю себя за несдержанность. И что, спрашивается, сорвался? Только напугал девчонку.

– Все в порядке. Если не умеешь, будем учиться, – тянусь рукой к ее волосам, заправляя прядь за ухо, и Лерка едва заметно улыбается.

– Попробуем еще раз? В смысле, порепетировать до прихода Вадима и Златы?

– Обязательно, – возвращаю теплую улыбку.

Как по мне, я бы эти репетиции и не заканчивал. Только Лере об этом знать пока не обязательно. Пусть считает, что все – игра, если ей так проще, а потом и сама понемногу начнет ко мне привыкать.

Глава 6
Пропади пропадом

Лера

Мне неуютно в этом месте, среди всех этих посторонних людей и многочисленных взглядов, которые я невольно на себе ловлю. Даже рубашка не спасает. А стоит ее снять и остаться в топе, этого самого внимания становится в разы больше.

В ресторане было хотя бы относительно тихо, а вот когда мы перемещаемся в клуб, музыка на время оглушает и дезориентирует. Тогда со мной снова начинает происходить что-то неладное. Кожу на ладонях покалывает будто в крепкий мороз, а потом накрывает это странное ощущение растекающегося по венам электричества.

Смотрю на свои руки – все как обычно. Это что, такая своеобразная реакция на стресс? Ведь с утра все началось именно с того, что тетя Наташа, домработница Ветровых, не ожидая увидеть постороннюю девицу на диване, хорошенько на меня прикрикнула, чем ненароком испугала. Впервые оказавшись в подобном пафосном месте, я снова чувствую себя не в своей тарелке, вот эти странные приступы, если их можно так назвать, и случаются все чаще.

– Все в порядке? – губы Егора почти касаются моего уха. Он и так весь вечер рядом, то обнимает меня за талию, то держит за руку, но сейчас особенно близко, словно у нас и, правда, все по-настоящему.

«Нет, дурочка, не обманывайся. Это только притворство, а ты – его временное развлечение, – оживает голос разума. – С чего бы такому, как Егор Ветров западать на деревенщину вроде тебя? Стоит ему щелкнуть пальцами, любая из этих красоток согласится занять твое место».

– Да так, просто задумалась, – теперь и я вынужденно склоняюсь к его лицу, чтобы докричаться. На мгновение замираю у мужского виска и глубоко вдыхаю. Ведь это не запрещено?

Господи, веду себя, как какая-то маньячка, но ничего не могу с собой поделать. До чего же он вкусно пахнет! Здесь и свежесть моря с нотами розмарина, и еще совсем немного что-то цитрусовое, вроде грейпфрута.

– Интересно, о чем? – заглядывает в мои глаза Егор, когда я немного отстраняюсь. Мне и не нужно его слышать, чтобы понять, потому что я читаю по губам. И чем больше на них смотрю, тем сложнее оторваться.

«О тебе. О ком же еще?» – кричит взволнованное сердце, при этом язык будто к небу прилип, не могу и звука произнести.

– Выпьешь чего-нибудь?

– Если только воды, или сок, – нервно сглотнув от его нежданной близости, возвращаю способность говорить.

– Может, что-то покрепче? – кивает в сторону бара, где уже столпилась приличная куча народа. – Я и сам не сторонник алкоголя, к тому же, за рулем. Но ты ведь нет. Поверь, тебе не повредит немного расслабиться.

– Звучит как дельный совет, – смущенно улыбаюсь.

Я и, правда, слишком напряжена, даже двигаюсь как-то неестественно, что меня невероятно бесит. Как не стараюсь, не могу справиться с этим состоянием.

Егор возвращается довольно быстро с двумя бокалами в руках. Я не спрашиваю, что в моем за фруктовый коктейль, его название мне все равно ни о чем не скажет, но выглядит аппетитно.

– За общее дело, – со всей серьезностью произносит Ветров, чокаясь со мной минералкой. Отпиваю напиток, ощущая, как по горлу растекается приятное тепло, и с каждым глотком меня действительно понемногу отпускает.

В какой-то момент я даже начинаю ощущать что-то особенное в этом безумии, происходящем вокруг, словно настроилась на общую волну: в светомузыке и звоне бокалов, в толпах посторонних людей, в девичьих призывных улыбках и мужских благосклонных взглядах. Только все они постепенно сливаются в единое пятно, и остаемся мы с Егором, застывшие друг напротив друга под звуки модного трека, льющегося из колонок.

– Лера… – шепчут его губы, а рука тянется к моему лицу, медленно заправляя прядь за ухо. Он склоняется все ниже, словно хочет что-то сказать, или… поцеловать? Да нет, не может быть. Или может? В продолжение репетиции, конечно. – Готова? – произносит, не достигнув считаных сантиметров. Только я от захлестнувших меня чувств, сразу и не понимаю, к чему я там должна быть готова.

В этот самый момент за нашими спинами и вырастает Илюхин, естественно, не признавший во мне свою недавнюю жертву. За ним появляется и Злата.

– Травка?! – шевелятся на ее шокированном лице напомаженные губы.

– Вы что, вместе?! – с опозданием доходит и до Илюхина, только в отличие от Златки, эта новость его, вроде как, даже радует. – Выходит, все-таки оценил наш подарок? – придурковато ухмыляется Вадим.

– Отныне Лера – моя девушка, – звучит твердо и уверенно, что и я, не знай всей правды, была бы готова поверить. – Прошу относиться к ней с должным уважением, а еще извиниться за вчерашнее.

Полоснув лучшего друга укоризненным взглядом, Егор приглашает нас всех через черный ход выйти на улицу, где обстановка для разговора на порядок комфортнее.

В пустом тихом переулке никого кроме нас четверых не оказывается. За время, пока мы были в здании, на город опустилась ночь. Небо заволокли тучи. А еще поднялся небольшой ветер, того и гляди разразится гроза.

Поежившись, я обхватываю себя за плечи. Егор притягивает меня к себе и бережно обнимает, отчего физиономия Златки приобретает ни с чем несравнимое выражение. Стоит, сложив руки под грудью, раздувает ноздри, от злости аж пятна по шее пошли.

Только Ветров плевать на нее хотел. Войдя в роль, будто невзначай он трется носом о мой висок и томно шепчет в ухо: «Ну вот, а ты боялась. Все пройдет, как по маслу».

От его теплого дыхания по коже бегут мурашки. Я смущаюсь, но ради достоверности заставляю себя заглянуть ему в глаза. Они светятся озорством, а еще в этот самый момент кажутся невероятно счастливыми.

– Ну, раз такие дела, – мнется Вадим, подбирая слова. – Ты это, Лер, прости, что так вышло, и мы про тебя забыли. Я думал, посидишь немного, и отпустим. А потом как-то все завертелось. В общем, предлагаю начать сначала. Ну как, мир? – неожиданно протягивает он мне свою крепкую ладонь, и я уже готова ответить, но тут в дело вступает разъяренная Злата, со злостью ударяя Вадима по руке.

– Какой еще мир? Вы что тут с ума посходили? – брызжет слюной в сторону Илюхина, и тут же срывается на Егора. – Ты и эта деревенщина? Серьезно?! – шипит от бешенства, будто ей нанесли личное оскорбление.

– За деревенщину ты тоже извинишься, – настаивает Ветров.

– Не стану я ни за что извиняться. Она получила, что заслужила!

– Даже так? – Егор выпускает меня из объятий и выходит вперед, закрывая своей спиной. – А если твой отец узнает о том, как ты развлекалась с новым преподом в лаборатории?

В первую секунду ее глаза округляются от ужаса, но она быстро берет себя в руки.

– Ничего не было! У тебя нет доказательств!

– Уверена? – сохраняет спокойствие Егор, а мне становится так гадко. Пусть и ради меня, но не шантажом же выбивать из нее извинения? Да и раскаянием там вряд ли будет пахнуть.

– Ты этого не сделаешь, – тушуется Никонова, разом растеряв напускную храбрость, а в ее голосе сквозит нечто похожее на отчаяние.

– Не сделаю, конечно. Ведь ты извинишься. Язык не отсохнет, правда, Злат?

– Егор, не надо, – беру его за руку и тяну за собой, понимая, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. – Пожалуйста, давай просто уйдем.

– Вот и вали, Травка! – выливает на меня Злата всю свою желчь. Ее карие глаза, подведенные густыми стрелками, блестят будто от бешенства, голос сквозит отборным ядом. – Тебе тут не место, еще не поняла? Напялила модные шмотки, и что? Ты все та же нищебродка из деревни и никому не нужна!

– Не суди по себе, – обрывает ее Егор и наконец разворачивается в мою сторону, собираясь уходить, чему я очень рада.

Правда, уйти далеко не успеваем. Нам в спину раздается гневное: «Да пропади ты пропадом!»

В руках снова искрит, и тут случается непоправимое. В небе гремят раскаты грома, а прямо перед нами в асфальт ударяет молния, образуя черную воронку.

Все происходит слишком быстро. Один шаг и Егора затягивает туда, как если бы он провалился в открытый люк, которого еще мгновение назад не было.

– Нет! Нет! Нет! – кричу, готовая прыгнуть за ним следом, но подоспевший Илюхин не пускает, вцепившись в меня мертвой хваткой. Еще и оттаскивает подальше. – Пусти, я его не оставлю!

Не знаю, как это выходит, но из моих ладоней тоже вырываются молнии, яркие, светлые. Тянутся подобно сияющей паутине за ним следом, встраиваясь в эту черную воронку, только она все равно становится все уже, пока и вовсе не исчезает.

– Нет, Егор, нет! Пожалуйста, не оставляй меня. Вернись, – падаю на асфальт, продолжая колотить по нему кулаками. И сквозь слезы не замечаю, как с неба обрушивается целая стена из дождя, смывая последние его следы.

* * *

Я не хочу никуда уходить, хоть давно уже промокла до нитки, и зуб на зуб не попадает. Совсем недавно здесь был проход, куда провалился Егор. Кто знает, вдруг он снова откроется? Илюхин видимо придерживается другого мнения, потому что подхватывает меня на руки, вытаскивая из образовавшейся лужи и, не спрашивая, затаскивает в свою машину.

– Оставь меня! – колочу его куда придется, но он будто не замечает, а еще пристегивает ремнем безопасности.

– Не оставлю.

– Я должна быть там.

– Не думаю, что Егор хотел бы этого. Сляжешь с воспалением легких, никому лучше не сделаешь, – настаивает он на своем.

– Но мы должны что-то сделать! Не сквозь землю же он провалился?

– Об этом я и хотел поговорить.

Удостоверившись в том, что я прихожу в себя и не стану убегать, Вадим захлопывает дверь. Дождь и не собирается утихать, в небе слышны новые раскаты грома, от которых я невольно вздрагиваю. Обойдя машину, Илюхин занимает водительское кресло, и переводит взгляд на мои ладони.

– Рассказывай давай, что это вообще было? Твоих рук дело?

– Моих?!

Я все еще в шоке от произошедшего, но эти его нелепые обвинения заставляют мозг напрячься и работать активнее.

– Да, твоих, – смотрит на меня, будто инквизитор на ведьму. – Я сам видел эту электрическую паутину, которую ты запустила в воронку.

– Я не знаю, как это вышло. Ясно?! Но хорошо помню, что сама воронка появилась сразу после того, как Никонова наслала на нас проклятье. А где, кстати, она сама?

– Проклятье?! – усмехается Вадим, даже сейчас оставаясь слепым влюбленным ослом, защищающим свою Златку. – Да она просто обиделась, вот и ляпнула сгоряча. А потом, когда все началось, испугалась и убежала.

– Она сказала: «Пропади пропадом», и Егор тут же пропал. Так себе совпадение, тебе не кажется?

– Это уже не важно. Вопрос, что делать, и как его оттуда вытащить, – почесывая мокрый затылок, размышляет Вадим.

– Мы должны кому-то сообщить, обратиться в полицию.

– Ты нормальная вообще, Лер? Какая полиция? Если мы расскажем им то, что своими глазами видели, нас обоих в психушку упекут. Хотя, нет. Сначала на наркоту проверят, а потом упекут, – нервно усмехается, только вижу, ему совсем не до смеха. Держится, а сам места себе не находит.

– Тогда близким его надо сообщить. Может, тренеру?

– Ага, еще Горыныча нам сейчас не хватало. Не, – сразу отмахивается от этой идеи Вадим. – Он во всю эту потустороннюю фигню точно не поверит.

Глядя на стекающие по стеклу капли дождя и чувствуя свою абсолютную беспомощность, я готова разрыдаться с новой силой, но тут в кармане рубашки оживает мобильный.

«Тетя Марина», – сразу догадываюсь я. Вот же черт! Совсем забыла про время. Только какое все это теперь имеет значение, когда с Егором случилась беда?

– Ответь, – первым не выдерживает Илюхин и толкает меня в плечо, выводя из состояния оцепенения.

Мысленно я уже готовлюсь к тому, что скажу. Как стану оправдываться за свое опоздание. Но, стоит ответить на звонок, вместо ожидаемых обвинений слышу совсем другое.

– Лера, девочка моя, ты все еще здесь?

– Где здесь?

– В этом мире, где же еще, – как что-то вполне естественное выдает Марина. – Был такой сильный энергетический всплеск, что я подумала… – всхлипывает в трубку моя непутевая тетка, а до меня вдруг доходит, что разговор о жизни и смерти предстоял вовсе не о методах контрацепции. Она что-то знает и, возможно, сумеет помочь.

– Я-то здесь, но случилось кое-что очень страшное, – признаюсь, и по щекам с новой силой катятся слезы.

– Что конкретно?

– Егор, с которым я провела этот вечер, он пропал. – Так и знала, что портал снова открылся, – вздыхает Марина, вселяя в меня хоть робкую, но надежду. – Рассказывай все по порядку.

И я рассказываю обо всем, что получается вспомнить. Вот только по порядку не выходит, потому что мысли скачут с одной на другую.

– Сперва ударила молния, затем прямо у его ног образовалась черная дыра, в нее он и провалился.

– И про паутину расскажи, – подсказывает Илюхин, ставший невольным свидетелем нашего разговора.

– Да, еще кое-что. Из моих рук вырвалась святящаяся паутина, она тоже устремилась в ту воронку. Неужели я этот ужас и сотворила? Скажи, это я во всем виновата? – растираю по щекам слезы и остатки косметики.

– Паутина?! Это очень хорошо, Лера. Ты ведь не хотела, чтобы он исчез, так? Значит, неосознанно пыталась спасти, раскидать хлебные крошки. Ты ни в чем не виновата.

– Какие еще крошки? – не успеваю за ходом ее мыслей. Или это все потому, что мои собственные на эмоциях неповоротливы будто в тумане.

– Те, что помогут найти к нему дорогу.