Читать книгу "Не бойся спорить с милиционерами! Узнай свои права и научись ими пользоваться"

Если вопросов нет, идём дальше. Следующим идёт пункт 93-й:

«Если нарушитель на сделанное ему замечание реагирует возбуждённо, нужно дать ему время успокоиться и предоставить возможность дать объяснение по поводу его неправомерных действий. После чего разъяснить неправильность его поведения со ссылкой на соответствующие законы или иные правовые акты».

Правовые акты – это понятно, законы нужно знать и соблюдать. И только после этого принять решение о составлении протокола, доставлении нарушителя в милицию, может быть, ограничиться замечанием. Замечание уже было у нас в 92-м пункте:

«Требование и замечания излагать в убедительной и понятной форме».

Здесь опять повторение о замечаниях, и важно, наверное, именно то, что есть три основных варианта развития событий. Первое – это составления протокола. Второе – доставление нарушителя в милицию. Третье – получения гражданином замечания. Прошу это отметить.

Далее:

«…с подростком обязаны обращаться так же вежливо, как со взрослыми. Замечания делаются с учётом их уровня развития».

То есть замечания – термин, который широко используется в милиции.

95-й пункт о документах, что необходимо делать при проверке документов граждан:

«…необходимо обращаться аккуратно с документами, не делать в них каких-либо отметок. Если в документ вложены деньги или ценные бумаги, необходимо предложить владельцу самому взять их. Лица, предъявившие документ с явными признаками подделки, или неправомерно владеющие ими – доставляются в милицию».

Могу сказать, что явные признаки – это когда явно видно, и не нужно специальных экспертиз проводить. То есть не может быть такого: «Да, ваш паспорт похож на настоящий, но я сомневаюсь. У меня нет оборудования специального, поэтому давайте пройдём в отделение милиции».

Идём дальше.

«При проверке документов у иностранных граждан и лиц без гражданства патрульный обращает внимание на сроки регистрации заграничного паспорта, вида на жительства, наличие в документе соответствующих отметок, подтверждающих законность пребывания в данном населённом пункте».

О регистрации мы ещё поговорим отдельным кастом.

«При выявлении иностранных граждан и лиц без гражданства, не имеющих при себе документов, проживающих без регистрации или прописки, а также по просроченным документам, патрульный сообщает об этом дежурному и действует по его указанию». Никогда не видел, чтобы связывались предварительно с кем-то – просто берут и задерживают.

Дальше идёт 99-я статья, вторая по важности, как я считаю, после 92-й, где чётко сказано о правах нарядов милиции:

«Право доставлять в милицию лиц, подозреваемых в совершении преступлений при наличии одного из следующих оснований…»

Кто внимательно слушал предыдущие касты, понимают, что доставлять в милицию можно только лиц, подозреваемых в совершении преступлений, а не правонарушений. Различаем, да? Преступление и правонарушение. Да, да, преступление – это уголовный кодекс, а правонарушение – административный. Потому что для совершивших административных правонарушений у них есть протоколы об административном правонарушении. И не существует протокола об уголовном преступлении. В случае административного правонарушения есть возможность составить протокол на месте и никуда не ездить, никуда не доставляться. Дальше идёт двоеточие:

«…при наличии одних из следующих оснований:

а) когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения;

б) когда очевидцы (в том числе, потерпевший) прямо укажут на данное лицо как на совершившее преступление;

в) когда на подозреваемом или его одежде, при нём или в его жилище обнаружены явные следы преступления».

Это ответ на вопрос, который был задан через интернет участником из Питера – какие есть поводы для проверки документов. Да вот эти все поводы написаны – три повода для доставления в милицию. Для проверки поводы, как я понимаю, те же самые. Напомню, цель проверки – что сделать? Цель установления личности не в том, чтобы установить личность. Неустановленная личность – это не преступление. Если вы ходите по улицам неустановленными – это не является нарушением каких-либо правил и законов. И поэтому эти три пункта нужно знать очень точно. Естественно, что предусмотреть все возможные поводы, когда могут доставлять в отделение милиции, невозможно. Поэтому здесь есть важная приписка:

«При наличии иных данных, дающих основание подозревать лицо в совершении преступления, оно может быть доставлено в отделение милиции лишь в том случае, если это лицо покушалось на побег, или когда не установлена его личность».

То есть, другими словами, есть иные данные подозревать (сейчас не будем останавливаться – какие эти данные). Ясно, что – или вы покушаетесь на побег, или не установлена ваша личность. То есть если у вас есть паспорт или другой документ, удостоверяющий личность, вас не могут доставить в отделение милиции.

Насколько это ясно? Если неясно, задавайте обязательно вопросы, я на них отвечу. Если не сейчас, то в течение всего курса, пожалуйста, задавайте вопросы, чтобы вам всё было совершенно понятно до той степени, до которой это возможно, чтобы у вас не было каких-либо вопросов по пройденным темам.

Дальше идёт ещё много пунктов. Я вас прошу дальше самостоятельно до конца после сотого пункта просмотреть, пробежать глазами и выделить те из них, которые важны именно для вас, для вашей повседневной деятельности. Там есть и о массовых акциях, есть об использовании служебных собак и так далее… В Законе «О милиции» – в общем о милиции, а здесь практически то же самое, но более подробно, более конкретно.

Итак, сегодня мы рассмотрели очень важный юридический документ – Устав Патрульно-постовой службы. И выделили пункт 92-й «Обращение патрульных с гражданами». И пункт об основаниях для доставления, поводы для задержания патрульно-постовой службой. Отдельно замечу, что это документ третьего уровня, вы не обязаны его знать, вы не обязаны его выполнять, к вам он никакого отношения не имеет, если вы не сотрудник милиции.

Кроме этого, если какой-то федеральный закон вышел после утверждения этого Устава, то Устав должен быть переписан в соответствии с этим законом. Наверняка в этом большом документе есть какие-то пункты, которые не соответствуют сегодняшним федеральным законам. Поэтому в этом случае вы отметаете, не принимаете во внимание то, что написано в Уставе, и сотрудник милиции, кстати, тоже не должен следовать пунктам, противоречащим новому федеральному закону (вспомните второй каст по Федеральному закону «О милиции» – там было чётко сказано, что если есть приказ, даже если это прямой приказ начальства, и он противоречит Закону «О милиции» или Конституции, то он не должен выполняться).

Хорошо. Тогда на сегодня считаю третий день законченным. Всего вам хорошего. Домашнее задание напишу, выложу его более подробно. И до встречи завтра.

Подойти к любому ППС-нику и попросить представиться. Ничего не требовать, общаться в спокойном и уверенном тоне. Далее сообщить о любом правонарушении – бомж в метро, незаконная торговля в электричке или курение в общественном месте. Выложить описание произошедшего диалога и действий СМ в комментариях. (Техника безопасности: на всякий случай иметь при себе документ, удостоверяющий личность.)

Бонусный каст №1. Внутренние войска МВД РФ: права и обязанности

Добрый вечер, ещё раз приветствую участников вебинара по милиции. Это бонусный (дополнительный) каст. И проведём мы его с одной моей знакомой, которой тоже есть, что рассказать вам.

Кстати, сегодня 27 марта – День военнослужащих внутренних войск МВД России. В связи с этим могу рассказать историю из своего личного опыта. Это было, когда они только появились на улицах Москвы и Подмосковья – году в 2002-м. Вообще, солдаты внутренних войск – они такие, совсем молоденькие. Потому что служба во внутренних войсках засчитывается как воинская – и к тому же они, в основном, довольно безграмотные, потому что набираются из российской глубинки. И безграмотны не только в плане общего образования (сами знаете, какие там выпускники школ в деревнях и сёлах). Безграмотны в том числе в юридическом плане, в юридических вопросах.

В том году я впервые столкнулся с ними, когда шёл по своему городу в магазин, шёл – никого не трогал. Тут у меня на пути встают двое в униформе и спрашивают мой паспорт. На мою просьбу показать свои документы они отвечают, что их документы хранятся в отделении милиции у дежурного. Я сказал им «До свидания» и пошёл дальше. То есть реально сказал «До свидания», развернулся и пошёл. Тут, кстати, что главное в этом «До свидания» и дальнейших действиях? Никогда не нужно показывать своим видом, что вы убегаете или как-то избегаете контакта с людьми в форме. Потому что это может быть оценено как покушение на побег или ещё что-нибудь в этом роде. Поэтому вы твёрдо, ясно и глядя прямо в глаза сообщаете, почему, например, вы не собираетесь дальше общаться, спокойно поворачиваетесь, и так же спокойно, как шли до этого, идёте дальше по своим делам. Потому что очень важно, как это выглядит со стороны. Со стороны это не должно выглядеть так (рассказываю со слов предполагаемого свидетеля): «Молодой человек шёл по улице, к нему подошли милиционеры. Молодой человек вдруг что-то им выкрикнул и побежал». Вот так это не должно выглядеть.

И по поводу документов, то, что они хранятся у дежурного – это действительно могло быть так, вполне допускаю это. Дальше что было – они, конечно, меня догнали и стали уже паспорт требовать. Я их продолжал игнорировать, но ребята попались настырные, молодые, озорные – просто преградили мне дорогу. Хотя я там уже успел перейти дорогу (магазин был с одной стороны, я шёл с другой). То есть меня остановили в первый раз с одной стороны дороги, большой такой, с разделителем, а на другой стороне уже догнали и физически, расставив руки, стали преграждать мне дорогу, попутно объясняя, насколько я не прав и так далее. И одновременно я тоже громко говорил, насколько они не правы. Говорил, что это нарушает мои права – буквально в полный голос происходило это выяснение.

Пытался я, конечно, давить психологически на одного из военнослужащих, который и был главным зачинщиком этого активного задержания. А он просто расставил руки – я не смог его обойти. Он встал как раз перед входом в магазин, в который я направлялся. И не пускал меня, соответственно, в этот магазин. А я общался на повышенных тонах и кричал, потому что шумно там было (автомашины постоянно рядом проезжали). Поэтому моя задача состояла и в том, чтобы привлечь к себе внимание прохожих. Потому что стало ясно – ни я, ни он уступать друг другу не собираемся. Хорошо, что тогда дубинок солдаты внутренних войск ещё не носили.

И вот ситуация – один встал у входа в магазин, не пускает меня, а второй в это время стал искать подмогу. Рации у них не было, и он начал «голосовать» – пытался остановить проходящие мимо милицейские машины. Проехала «Волга» милицейская (наверное, начальник какой-то проехал). Она не остановилась, естественно. Но подъехали на шум какие-то всадники в казачьих одеждах. Я не понял, то ли они несли службу, то ли ещё что-то. В общем, у них оказалась рация, они вызвали кого-то – и через несколько минут подъехал УАЗик с автоматчиками. Четыре человека: водитель, начальник патруля и двое автоматчиков. Старшим по званию среди приехавших оказался майор местного ОВД, с ним я и общался. Потому что в любой подобной ситуации общения с группой главное – выявить лидера, и всё внимание, все ресурсы, все методы убеждения и так далее направить на лидера, не обращая внимания на других членов группы.

И вот для начала он, конечно же, спросил мои документы. В ответ я попросил его предоставить свои. Он, естественно, показал своё служебное удостоверение. В этом момент вокруг нас был и наряд, и солдаты внутренних войск, и казачий разъезд, и просто люди собрались – женщины с детьми, с колясками, которые в этот момент были на улице. А это был день, обеденное время.

А у меня в тот момент из документов был только военный билет. Но там указан местный военкомат, в котором я состою на учёте. Несмотря на то, что у меня был этот военный билет, майор выразил желание отвезти меня в отделение для разбирательства. Как я сейчас понимаю – им просто было важно продемонстрировать свою силу, свою власть. И что бы я им ни показал для разбирательства меня бы забрали, даже если бы я паспорт предъявил. Трудно представить ситуацию, что майор посмотрел паспорт и сказал: «Всего хорошего, извините за беспокойство». Здесь уже толпа собралась и куча его подчинённых.

Потом по пути в их машине тоже много чего могло произойти. Могли подбросить чего-нибудь или «обнаружить» какие-то нарушения. Поэтому хорошо, что такая толпа собралась – она подключилась, стала активно участвовать. Особенно женщины лет 40—50 легко подключаются к таким процессам. В общем, пожилые активистки встали на мою защиту, обвинив солдат в приставании к такому добропорядочному гражданину, как я, который просто шёл по улице в магазин. А одна пожилая, но ещё бодрая женщина шепнула мне на ушко: «Не садись с ними в машину, наркотики подбросят, дело пришьют – как пить дать». После этих слов у меня что-то включилось в мозгах, я понял, что моих знаний, умений на сегодняшний день не хватит, чтобы со всем этим ещё разбираться. И под шумок, за руку, она потащила меня в магазин и показала, что там второй выход есть. Обычный такой магазин советского типа, с двумя выходами. Я вышел через вторые двери. Как она сказала: «Выйди и беги отсюда поскорее». Так я и сделал – прошёлся дальше по улице в таком состоянии: мандраж неслабый, ощущение загнанного зверя, на которого идёт охота. В подобных ситуациях каждая проезжающая мигалка вызывает не очень хорошие ассоциации и заставляет внутренне сжиматься, появляется желание опять забежать в ближайший магазин, куда-нибудь спрятаться.

В общем, всё кончилось нормально, благополучно. Я другой дорогой вернулся домой.

…

– Как что рассказать? То, что будет интересно послушать слушателям моего вебинара.

– В общем, кажется неслыханным подарком. Поэтому любая попытка разжиться денежками дополнительными – она используется. И их, вот этих солдат-срочников, выпускают на улицу и говорят: «Вы должны принести столько-то, взять столько-то». Причём их же ещё отлавливают деды, говорят: «Половину выручки нам». Они банально вымогают деньги на улице. Отбирают – просто шарят по карманам, вытаскивают деньги и говорят: «Свободен».

– Это в каком городе, в каком году было?

– В Курске.

– Давно?

– Лет семь назад.

– Наверное, всё изменилось уже.

– Ты знаешь, я очень сомневаюсь, что это изменилось. Возможно, теперь у нас народ стал более юридически подкованным. Возможно, теперь они больше осторожничают. Но дело в том, что можно себе представить, кем являются солдаты-срочники. Это восемнадцатилетние пацаны. У которых больше дури в башке, больше ража, чем вообще чего-то.

– Ну, это я уже понял в процессе общения с ними.

– Поэтому они ничего не боятся. И они действительно считают, что если сейчас придёт офицер, то он им поможет. Тот же, который их и посылал вымогать деньги.

– Но они не догадываются, что если что – подставят их.

– А их, скорее всего, не подставят.

– По крайней мере, мне кажется.

– Они могут оказаться крайними только в том случае, если действительно придёт какой-нибудь большой начальник-офицер. И будет вероятность, что человек, которого они остановили, он имеет какое-то отношение к правящим кругам в милиции. Во всех остальных случаях они, наоборот, чувствуют свою абсолютную безнаказанность. Поэтому они творят, что хотят. Они останавливают – просто шарят по карманам, вытаскивают деньги. Они говорят: «Мы тебя сейчас отведём…» Если его приведёт такой солдат-срочник (конечно, по одному они не ходят, как правило, толпой в несколько человек, человека четыре)…

– Ну, да, у меня было трое в одном случае.

– Поэтому они просто подходят, окружают со всех сторон – и всё, человек никуда не денется.

– Да, потому начинают крыть матом, постепенно доводят, прессингуют. Они начинают крыть матом, потому что ты начал сопротивляться.

– А обычно идёт, например, человек, который в армии никогда не служил. Студент, да? Он фиг знает, как выглядит солдат ли, срочник это, кто он по званию – он даже не отличит. Если у него не было никаких увлечений.

– В синей форме – значит, милиционер.

– В синей форме – всё, значит, ты обязан показать паспорт, у тебя проверят карманы, а вдруг у тебя там наркотики. Он ещё карманы вывернет, он ещё покажет, сколько у него денег в кошельке. Многие предпочитают откупиться, быстренько отдать, если у него денег, допустим, много. Потому что они боятся, что их отведут в какое-нибудь место, даже в отделение милиции – там отберут всё, что у него есть. Ему проще отдать сто рублей и сказать: «Всё ребята, у меня больше нет». И они от него отвалят. Вот и всё.

– Понятно. Тем более, в каких-нибудь казармах, как в тюрьме, – что терять-то.

– Живут они в казармах – и практически ничем не отличаются от обычных солдат-срочников. У них те же самые построения, те же самые «разводы». Всё то же самое, единственное – их выпускают на улицу.

– На заработки.

– Да, на заработки. С ними, как правило, несколько солдат первых лет службы и более старшего поколения. Как правило, вот этот вот лидер-солдат – он уже знает, он уже за полтора-два года научился это делать, научился это делать виртуозно. Конечно, те сопливые юнцы, которые пришли в армию, они пока ещё… Вот ты такой юридически подкованный попадёшься, скажешь: «А ну, пшёл отсюда», – и он пойдёт. Потому что он не знает, что делать. Поэтому с ними ходит кто-то постарше, кто уже знает. Трясут нещадно.

– То есть трое – из которых один старший, который знает, что делать.

– Один старший, и пара-тройка помладше, которых учат это делать. Если попалось несколько старших, то, скорее всего, несколько из них из тебя вытрясут всё, что есть. Поэтому эти деньги, которые они вытрясают – они всё равно обязаны нескольких человек притащить. Поэтому они притащат какого-нибудь подвыпившего мужичонка, и с этого мужичонки стрясут уже в отделении. Либо они просто будут искать тех, кто от них откупится – за 100 рублей. На которые они купят шоколадку, половину какому-нибудь деду, и всё.

– Понятно. Расскажи, что за история у тебя была 2 года назад.

– Один знакомый мой, молодой человек, возвращался с работы. А работал он в научно-исследовательском институте, но при этом на базе этого института они организовали фирму, которая занималась продажей приборов для всяких мукомольных фабрик и прочих. Как правило, эти приборы покупались где-то в глубинке. И он в очередной раз, получив большую сумму денег, поехал домой. Половину с этих денег он должен был отдать своему партнёру, у него с собой была спортивная сумка, там были какие-то его вещи, в том числе его деньги. Его остановили сотрудники милиции – дело в том, что от него пахло пивом, выпил пиво. И сотрудники милиции предъявили ему обвинение в том, что он разгуливает по улице в нетрезвом виде. Если бы он был совсем трезвый – я уверена, он нашёл бы, что сказать в ответ на какие-либо обвинения. Но тут у него возник, как он тогда сказал, какое-то чувство вины, что «да, нехорошо, что я выпивший и по улице иду». Они на это очень сильно надавили и сказали, несмотря на то, что он москвич и то, что он показал свои документы, они сказали ему: «Давай-ка, милый друг, поехали с нами в отделение, а иначе мы что-то там сделаем». И вообще, нужно записать твои данные, мы сообщим на работу, что ты разгуливаешь, ну, в общем, были какие-то такие угрозы, которые очень хорошо прокатили бы в советский период – типа выговор с занесением. Ну, я ещё раз повторяю – он выпивший, поэтому он чувствовал какое-то…

В отделение милиции он сначала отказался ехать, но ему просто ударили по почкам. Когда он согнулся, его в этом согнутом состоянии вместе с сумкой затолкали в УАЗик и благополучно доставили в отделение. Там его, несмотря на сопротивление, несколько человек раздели догола и отправили в морозильник. Просидев там несколько часов, когда у него зуб уже не попадал на зуб, он уже попросил: «Ребят, выпустите меня отсюда». «Хорошо, мы тебя выпустим при условии, что ты напишешь (я не знаю, как это называется – протокол или что) вернули тебе всё, что было». Сумма денег у него была немаленькая, но так как больше сидеть в морозильнике он был не в состоянии – просто подумал, что он умрёт, подхватит воспаление лёгких. Он подписал эту бумагу. Деньги ему, естественно, не отдали. Ему отдали только его вещи. Вот как ходить по улицам нетрезвым.

– Понятно. Спасибо тебе за такие интересные истории, интересные подробности из жизни. Ну, а теперь домашнее задание, которое будет заключаться в том, что вы должны просто написать – как вы думаете, какие ошибки были совершены вот этим мужчиной из последней истории. Напишите и выложите в комментарии в блоге. На этом наш бонусный каст завершается. И до встречи, как обычно, завтра вечером. Всего хорошего.