Читать книгу "Месть духов"

За всеми этими грандиозными планами и сама Ксюша, и ее друзья напрочь забыли, что ребята ездили в родной городок Быстрова. Именно ребята, а не сама Ксюша. А ведь Быстрову не составило труда разговорить тетку Аню, которую он знал с детства. И именно сейчас весь план мог рухнуть. Именно сейчас надо было паниковать. Но почему-то этот неожиданный момент, эта опасность заставила Ксюшу успокоиться и начать соображать, причем быстро, трезво и холодно.

– Конечно, они у нее были, – еще раз повторила девушка в трубку. – По двум причинам. Во-первых, чтобы наконец-то рассказать тетке Ане о Лизе. А во-вторых, чтобы найти вашего брата.

– Вот так, да? – Как ни странно, ее спокойствие сбило собеседника с толку. – То есть они в курсе?

– В курсе чего? – с некоторым раздражением спросила Ксюша.

– Дурочку не валяй! – Быстров начинал злиться.

– Они ездили туда по моей просьбе, – сказала Ксюша. – Мы искали то, что связывает жертв. Но когда ребята узнали, что отец Галки ваш брат… Все решили, что именно из-за этого вы решили нам помочь. Ведь именно на деле Лизы вы так активно к нам присоединились, – тут она наигранно тяжело вздохнула. – Не удалось меня поймать? А решение вы приняли?

– Принял, – коротко бросил Быстров. – Хочешь узнать, выгляни в окно.

– Хорошо, – сухо согласилась Ксюша.

Их редакция располагалась на втором этаже старого, еще советских времен, административного здания. Окна были широкими, выходили на проезжую часть. Девушка увидела проезд, вереницу машин, спешащих по своим делам пешеходов. А прямо под окном на небольшой парковке стоял автомобиль Быстрова. Сквозь вычищенное ветровое стекло отлично просматривалось переднее пассажирское место, где сидела пожилая женщина в старой шубе и повязанном на голову павловопосадском платке. Сам Быстров стоял, облокотившись на дверь со стороны водителя.

– Видишь ее? – коротко осведомился он.

– Это Анна Дмитриевна, – ответила Ксюша тихо и даже чуть испуганно.

– Хочешь ее смерти? – как-то почти весело задал журналист следующий вопрос.

– Естественно, нет! – Девушка не удержалась от сарказма.

– Вот и отлично! – живенько отреагировал журналист. – Тогда пиши адрес. Буду ждать тебя там в пять. И помни, от твоей пунктуальности зависит жизнь тети Ани.

Назвав адрес, он отключил вызов. Ксюша так и осталась стоять у окна со смартфоном в руках. Она наблюдала, как Быстров неторопливо открыл дверь, что-то весело сказал своей пассажирке, потом стряхнул с ботинок налипший снег и лишь потом захлопнул дверь.

4

Девушка продолжала стоять на месте, даже когда его автомобиль благополучно влился в дорожный поток.

Страха не было, как и нервозности. Такое впечатление, что все эти эмоции Ксюша уже исчерпала заранее. Сейчас оставался лишь расчет. Странно, но девушка точно знала – ее просто попытались запугать. Вчера вечером дома они обсуждали это. Быстров не будет применять силу. Будет хитрость. Или шантаж. И только что Ксюша увидела, как он действует. Хорошо. Пока все хорошо. Анна Дмитриевна жива и здорова. Пока… И есть еще два часа приготовиться к самой главной части их пьесы.

И вот тут Ксюша нахмурилась. Адрес! Его необходимо передать остальным. Вот только как? Девушка понимала, что звонить со своего номера нельзя. Если позже Быстров отберет у нее смартфон, увидит звонок или сообщение… Вот это на самом деле могло быть опасно для здоровья девушки. Но ведь можно взять телефон у кого-то из коллег… и разжечь совершенно лишнее любопытство… И сплетни. Тогда остается еще один вариант.

Ксюша наконец-то убрала смартфон в карман джинсов и решительно отправилась в кабинет редактора.

Как во многих других российских городах, частный сектор легко уживался рядом с новенькими многоэтажками и уютными таунхаусами, так и в их городе такой «кусочек деревни» спокойно существовал всего в паре остановок общественного транспорта от центра города. Над крышами бревенчатых срубов виднелись близлежащие пятиэтажки и парочка коттеджей, приютившихся на границе квартала. Нужный адрес найти оказалось легко. И это был длинный домина, одноэтажный, вытянутый, больше со стороны похожий на какой-то сарай-переросток. Самое удивительное, что в левом его крыле явно еще жили люди. В небольших окнах со смешными ставнями виднелась посуда на подоконнике и чудом выживший фикус в растрескавшемся горшке. А вот вторая часть явно пустовала. Попасть внутрь не составляло труда. Только старая рассохшаяся дверь так ужасно скрипела, что невольно становилось страшно.

– Такой шум и мертвого поднимет, – прокомментировал, заходя внутрь, Юрий Михайлович.

– Вы поаккуратней с такими выражениями, – предупредила его Полина.

Следователь посмотрел на нее с нескрываемым скепсисом. Но тут мимо него протопал Митька с самым решительным видом. Блогер, как всегда, был одет в старые мешковатые джинсы, зеленую болоньевую куртку и любимые рыжие ботинки. Образ дополняли длиннющий ярко-желтый шарф и черная шапочка. За спиной у молодого человека висел его вечный рюкзак.

– Так, – распорядился Митька, оглядываясь. – Нам надо в бывшую спальню. Он потащит Ксюшу туда. Осмотримся. И надо понять, где спрятаться и… Оборудование…

– Что опять? – обреченно поинтересовался Юрий Михайлович. – Что еще я не знаю?

– Мы потратили много времени и сил, чтобы навязать Быстрову этот вариант, – деловым тоном начала объяснять Полина. – Наш общий друг верит, что десять лет назад в этом доме произошла трагедия.

– Это так важно? – Следователь осматривал пустующий дом профессиональным взглядом на предмет организации засады.

– Конечно! – живо ответил ему Митька.

Блогер шагал чуть впереди с видом гида, ведущего экскурсию.

– Итак, десять лет назад в этом доме проживала семья. Муж обычный рабочий, довольно простой человек, не слишком большого интеллекта. Жена немного моложе его, безработная, домохозяйка. Муж потерял работу, решил попробовать себя в бизнесе. Вроде сначала дело пошло. Появились лишние деньги.

– И, как это часто бывает, – подхватила Полина таким тоном, будто рассказывала сказку, – сначала были покупки. И дорогая одежда, и украшения жене. Потом рестораны и клубы. Бизнес приносил прибыль, но… Уже не такую, чтобы все это окупалось. А семья уже привыкла жить на широкую ногу. Тогда начались первые скандалы. Жена пилила его за недостаток денег, он ее – за лишние траты. Вот только проблема в том, что жена сидела дома. А муж… Короче, он начал расслабляться после ссор на стороне. Когда выяснилось, что жена беременна, муж обозлился еще больше. Теперь денег надо больше, а вести дела и зарабатывать получалось все хуже. Плюс любовница, которая тоже хотела денег и… стать женой. Однажды муж окончательно плюнул на мораль и притащил любовницу сюда. Заодно для храбрости сильно выпив. Жена, конечно, закатила очередной скандал, застав его с другой женщиной буквально в соседней комнате. Он оттащил орущую супругу в спальню и… просто придушил подушкой. После спокойно вернулся в объятия любовницы. Шума было в тот вечер много. Счастливые любовники отмечали начало нового этапа отношений. Соседи вызвали полицию. Так их и взяли. По сути, прямо рядом с трупом.

– Обычная бытовуха, – прокомментировал следователь, стоя в дверях в какой-то коридор. – При чем здесь Быстров и ваша подруга?

– Ну, для нас это уже тоже почти бытовуха, – чуть нервно отозвался Митька, который просто по-детски обижался на скептицизм Юрия Михайловича. – Вот такие дела разбирать. Только Быстров в отличие от вас в это верит!

– Дело в том, – быстро вмешалась Полина, – что, по легенде, эта самая убитая, униженная и разозленная жена стала призраком. И нападает здесь на любую женщину, которая входит в дом. Она видит в каждой соперницу и старается отомстить, так как мужа все-таки любила и отдавать другой не собиралась.

– По легенде, – напомнил следователь. Он уже прошел по узкому коридору и стоял теперь возле закрытой двери в комнаты. – Обычная такая себе городская легенда. Но ведь призрака тут нет.

Митька позволил себе широкую злорадную улыбку.

– Ну, почему нет? – спросил он и распахнул дверь.

В доме не было света. В наступающих сумерках вся грязная комната со старой полусгнившей мебелью казалась какой-то серой. И посреди нее, в неясном свете последних лучей дня, падающих из окна, хорошо был виден какой-то туманный мутный силуэт. До жути напоминающий человеческий. Фигура висела в воздухе, распространяя вокруг дикий сухой холод и просто невыносимую, острую тоску. От которой хотелось выть и рыдать. Ее горе было безысходным и бесконечным.

Юрий Михайлович, побледневший и весь сразу как-то съежившийся, привалился к стене, не сводя взгляд с призрака. Вошедший из соседней комнаты Стас посмотрел на него с искренним сочувствием и чуть поежился.

– Все готово? – спросил он почти шепотом. – Время идет…

5

В пять часов в январе уже почти полностью стемнело. Снег, еще вчера свежий и искрящийся, сейчас казался серым и каким-то жалким. Под ногами тихо хлюпала противная жижа. В этом частном секторе возле указанного Быстровым дома было почему-то очень тихо и безлюдно. И мрачно. Ксюша посмотрела на экран смартфона. Похоже, он опаздывал. Девушка старалась не смотреть на странный длинный несуразный деревянный дом, куда ей скоро предстояло войти. Она не боялась призрака. Ее пугала мысль, что ребята не успели добраться до места вовремя. Вдруг что-то пошло не так. Но идти внутрь, осматривать и проверять она опасалась.

Наконец, когда часы показывали десять минут шестого, девушка увидела фары приближающегося автомобиля. Быстров затормозил буквально в паре шагов от нее. Журналист вышел из машины, почти ласково прикрыл дверь. В руках у него была большая сумка.

– Ждешь? – спросил он девушку. – Молодец. Ну, пойдем?

Ксюша лишь пожала плечами и двинулась за ним к двери дома.

Внутри было сумрачно. Но даже темнота не могла скрыть грязь и запустение. А еще запах. Из-за беременности Ксюша чувствовала любые ароматы намного ярче, чем раньше. Сейчас от запаха старой пыли и сырости ей чуть не стало плохо.

– Эй! – Быстров почти нежно подхватил ее под локоть. – Ты это… осторожнее. Тут недалеко осталось.

Они миновали разбитую, всю какую-то развороченную кухню, где не хватало створок у шкафчиков, а газовая плита настолько проржавела, что покосилась на сторону. Журналист практически протащил свою спутницу дальше, по недлинному узкому коридору, потом через захламленную еще одну грязную комнату. Там он открыл еще одну дверь и подтолкнул Ксюшу внутрь.

Здесь было чище, чем в остальном доме. Из мебели в этой комнате остался только разобранный диван, на котором виднелись остатки какого-то одеяла, желтая, наверняка сырая и жутко вонючая подушка. Еще тут был один-единственный стул и трюмо с разбитым зеркалом.

– О! – привычным чуть насмешливым тоном сказал Быстров. – Садись иди. Стул чистый. Я для тебя постарался.

– Спасибо, – хмуро отозвалась девушка, оглядываясь. – Странное место для беседы.

– В самый раз! – Он прислонился к стене у выхода.

– Ну, – наигранно скучающе выдала Ксюша. – Как я понимаю, от моего согласия сюда явиться судьба Анны Дмитриевны вообще никак не зависит.

– Естественно! – порадовал ее Быстров.

– Так вы ее убили? – все так же ровно и почти лениво поинтересовалась девушка.

– Зачем? – пожал он плечами. – Никаких насильственных действий. Еще не хватало случайно оставить следы. Она жива. Пока. Как и эта… милая тихая новая женушка Костика.

– Мария? – Ксюша радовалась, что в комнате темно и ее неискреннее удивление нельзя будет увидеть. Пусть слышит только голос. – Она-то как к вам попала? И… Тут подвал, что ли, какой? Куда вы их дели?

– Насчет подвала понятия не имею, – усмехнулся Быстров. – Их тут нет. И… Давай ты вообще пока помолчишь. Я тут для тебя тронную речь заготовил. Послушай уже.

– Ну и… – Ксюша скрестила руки на груди наполеоновским жестом и чуть прислонилась к стене возле окна.

– Ты уж меня извини, несостоявшаяся ученица, – начал журналист. – Я сначала здорово на тебя разозлился. Но… Потом решил, что в целом ты права. Идея исчезнуть мне понравилась. Ведь после того, что с тобой произойдет сегодня, твои друзья будут землю носом рыть. Да и не только они. А ведь достаточно запросить список звонков с твоего сотового, и увидят, что мы общались. И в кафе нас вспомнят. Да и Митька меня после возвращения уже видел. А там… Вдруг и правда через Артема на меня выйдут… И покатится.

– Про Лизу еще не забудьте, – подсказала Ксюша. – А что вдруг сегодня случится со мной?

– Не перебивай, – сухо распорядился он. – Лучше будешь слушать, больше узнаешь. Хотя это не имеет в целом значения. Так вот… Короче, я не слишком жажду рассказать кому-то о своих делах. Это личное. Точно не для протокола.

– Личное, – Ксюша усмехнулась. – Не считая нескольких лишних убитых.

– Заткнись, – это прозвучало уже зло. – Те несколько… Да мне плевать. Важно, что исчезнуть мне мешало одно незаконное дело. Эта наша Маша. Ну, еще твое существование и неудобные поиски истины, которые ты устроила. И да! Еще Лиза. Как видишь, я ничего не забыл.

– До нее вы все равно не доберетесь! – упрямо перебила его девушка. Как бы она ни хотела внешне выглядеть спокойной, страх все равно начал прорываться.

– А мне и не надо! – Журналист ответил резко, раздраженный ее неповиновением. – У всех и всегда есть родственники или друзья. Всегда можно добраться до них.

– Что вы и делаете, – напомнила хмуро Ксюша. – И не затыкайте мне рот! Это вам не кино, где жертва рыдает от безысходности, пока убийца добивает ее своей исповедью морально.

– Ну… – этот ее выпад рассмешил собеседника. – Я такие фильмы не смотрю. Так вот… Твоя Лиза в монастыре, а не в башне из слоновой кости. А еще у нее есть тетка.

– Так вы решили убить Анну Дмитриевну, чтобы запугать Лизу? – предположила девушка. – Или вы ей так очередной раз мстите?

– Как с тобой трудно! – устало посетовал Быстров. – Чего я ей мстить буду? Все намного проще. Тетка Анна знает меня с детства. Я приехал к ней, сказал, что знаю вашу команду, что про Лизу знаю. Предложил ей навестить племянницу. Мол, я отвезу к Лизе. Ну… – тут он усмехнулся. – Тетка Аня простая женщина. Намекнул ей, что монастырь вещь суровая, посты, голод и все такое. Она, конечно, начала племяшке еду собирать. Жаркое там, в баночку, супчик в термос. Огурчики маринованные, домашние. И вот пока она за этими огурчиками в подпол лазила, я немного в термос добавил приправы…

Не выдержав, Ксюша рассмеялась. Девушка вспомнила, как они с Полиной иронизировали по поводу отравленных пирожков. А оказалось… Отравленный супчик.

– Вообще, – заметила Ксюша с некоторым превосходством. – Один раз монахини ее уже откачали. Думаете, второй раз не выйдет?

– Мне, опять же, наплевать, – напомнил Быстров. – Меня к тому времени уже в городе не будет. А еще… Лиза наркоманка. И вновь сорвалась, накушалась той же дряни… которую тетка привезла. Тут полиции будет о чем подумать.

– Очередная ложная версия, – поняла девушка. – Но… Тогда что все-таки с Анной Дмитриевной?

– Она сидит себе сейчас в одном подвале, – нехотя выдал Быстров. – Где ее еще долго никто не будет искать. Надо же было подстраховаться.

– Интересно, – задумчиво протянула Ксюша. – И как это она добровольно в чужой подвал полезла?

– И как тебе удалось меня разоблачить? – наигранно удивился ее собеседник. – Ты вообще ничего не слушаешь. Я же говорил, тетка Аня знает меня с детства. Заброшенный дом, я иду внутрь, немного шума… Конечно, милая женщина кинулась на помощь!

– Подло, – искренне высказалась девушка. – А Мария? Она тоже вас спасала?

– Прогресс! – Тон Быстрова стал более неприятным. Комментарий Ксюши его разозлил. – Ты даже сообразила, что эта немощная там же. Нет, меня она не спасала. И даже в глаза меня не видела. Просто позвонил, сказал, там в подвале ее дочь. Дети полезли из любопытства, их завалило…

– Подло и мерзко, – Ксюша чуть не сорвалась на крик. – Я помню, вам плевать… Но… Все-таки вы реально отвратительны.

Он промолчал. По лицу Быстрова было видно, как он обижен. Он мог бы даже ударить девушку, и очень хотел этого, но…

– Ладно, – журналист отлепился от стены. – Поговорили. Давай прощаться.

– Счастливого пути, – бросила Ксюша с презрением. – Могу уйти первой.

– Вряд ли, – он смотрел на нее без всякого выражения. – Ты останешься тут. Надолго.

– И как вы себе это представляете? – иронично осведомилась девушка.

– Я тебя запру, – Быстров протянул руку и взял в руки большую тяжелую деревянную балку.

– Вы собрались этим меня избить? – Она не смогла скрыть испуг.

– Черт! – Быстров в раздражении ударил палкой об пол. – Ты вообще слушала? Я же сказал! Никаких телесных повреждений! Ксюша, ты вроде бы не дура. Я просто тебя тут запру. И все. А там как получится.

– Не понимаю, – честно призналась Ксюша. – В чем смысл? Ну, посижу я тут одна…

– Не одна, – он чуть улыбнулся. – Ты у нас кто? Охотница за привидениями. Вот! Один такой милый, правда, немного агрессивный призрак одной дамы, которая не переносит соперниц, составит тебе компанию.

– Владимир Яковлевич, – девушка посмотрела на него, как взрослый на ребенка. – Я и правда охотница за привидениями. И уж как-нибудь с призраком разберусь. Так что…

– Без вашего всякого оборудования? – Вот тут Быстров скупо улыбнулся. – Без железа и соли? – Он увидел, что Ксюша собирается возразить. – Подожди. Всего минуту. Я объясню. Я заберу у тебя куртку. Ты ведь так старательно на нее цепочки железные нашивала. Куртка тонкая, а свитер на тебе теплый. Не замерзнешь. Заберу сумочку. Будешь тут с призраком одна. И… Да-да. Ты охотница. Сильная и здоровая. Но… Ксюша, я знаю, что ты беременна. А еще ты самая эмоциональная в команде. Тебе, может быть, атака призрака и не нанесет физического вреда. А вот эмоции… Страх, стресс. Ты останешься с ней, с призраком, надолго. И рано или поздно случится выкидыш… Я думаю, ты просто истечешь кровью. Извини.

Он видел, какое впечатление произвели его слова. Ксюша была просто потрясена.

– Хорошо, – кое-как взяв себя в руки, сказала она. – Это старый дом, первый этаж…

– Ты меня недооцениваешь, – заметил Быстров. – Конечно, я об этом подумал. Дверь я подопру этой дубиной. Из комнаты ты не выйдешь. Окно… Оно завалено снегом больше чем наполовину. Ну… И я там немного острого мусора оставил на всякий случай. Будь ситуация проще, ты могла рискнуть. Но ребенок…

Он пожал плечами.

– Я только одного не могу понять, – Ксюша отвернулась от своего врага, уставилась на огромный жесткий, заиндевелый сугроб, почти полностью закрывший окно. – Как? Как вы так можете? Все эти обиды… Помнить столько лет… Хотя ладно. Но… Мне вам мстить не за что, и вы вот так спокойно собираетесь меня убить. Как? Каким это нужно быть человеком!

Быстров помолчал. На самом деле было заметно, что, высказавшись, журналист как-то расслабился. Будто сделал трудное и неприятное дело. Похоже, ему самому все-таки было не так легко решиться на убийства, как могло показаться.

– Знаешь, – он смотрел на Ксюшу чуть затравленно. – Вся эта затея с призраками… Это было… легко. Я же ничего, по сути, не делал сам. Я лично никого не убивал. Своими руками. И даже вот сейчас с тобой это трудно. Я просто хотел жить. Нормально, счастливо. И ты, и твои друзья… Это было здорово. Потому я так злюсь на тебя лично. А каким надо быть… – Быстров пожал плечами, уже не в первый раз, и получалось это как-то нервно. – Помнишь, что говорила Лиза? Ты давала мне слушать запись? Она готова на все, чтобы наказать убийцу дочери. Ее жизнь пуста, и думает она только об этом. Вот каким человеком надо быть, чтобы решиться на все это. Знаешь… – теперь его улыбка стала почти ласковой, – если ты выживешь, а я даже пожелал бы тебе это, и… потеряешь ребенка. Скажи, что ты будешь чувствовать? Что думать обо мне?

– Я найду вас и посажу, – не задумываясь, ответила девушка.

– Но я могу и уйти от правосудия, – напомнил Быстров.

– Я найду способ сделать так, чтобы этого не случилось, – жестко и безапелляционно уверила Ксюша.

Журналист потупился. Потом как-то развел руками.

– Ладно, – он снова посмотрел на девушку совершенно пустым взглядом. – Да, давай куртку и сумку, Ксюша. Лучше сама.

Девушка сняла куртку, отбросила вещи в его сторону.

– Пожалуйста, – она зло улыбнулась. – Сохраните их на память обо мне.

– Возможно, – Быстров остался серьезным. – Я правда жалею, что так вышло, Ксюша. О тебе я точно буду сожалеть.

– Нет, – девушка на этот раз улыбнулась искренне весело. – Вы будете сожалеть совсем о другом.

– Прости и прощай, – Быстров повернулся к выходу. – Я честно оставался с тобой сколько было можно. Но пришло время. Сейчас появится призрак. Держись.

Он вышел за дверь, Ксюша осталась стоять у окна, слушая, как Быстров припирает балкой вход. Девушка улыбнулась еще раз и, за неимением часов, начала тихим шепотом отсчитывать секунды…

Журналист запечатал дверь и всего на несколько мгновений прислонился к ней лбом, закрыв глаза. Все равно никто не поймает его на этой слабости. Ксюша… Вот если бы она истерила, кричала, обвиняла… Нет, она держалась. Конечно, он видел, что девушке страшно, что она злится. Но… Он тоже человек, и у него есть совесть. Да, он будет жалеть о ней. А еще, убивать страшно. Тех, кого знаешь. Убивать… Пусть не своими руками, а вот так, но… Нечто подобное он испытал, когда обривал волосы Лизы. То же сожаление, какое-то тянущее, тяжелое чувство… почти потери. Но кто такая Лиза? Да, молодая, красивая… Деревенская девчонка, которой не повезло. Проститутка, в конце концов. А Ксюша…

Быстров открыл глаза, выпрямился, тяжело вздохнул. Изо рта у него валил пар. Неужели тут так холодно? Странно, в той комнате казалось теплее. Там, где он оставил Ксюшу. От мысли об этом ему опять сделалось как-то очень тоскливо. Так, что выть хотелось. От какой-то едкой печали, безысходности. Чего-то запредельно невыносимого… Быстров заставил себя встряхнуться. Надо просто уйти отсюда. Все равно уже ничего не изменить. Он развернулся, собираясь пересечь комнату, и застыл. Всего в паре шагов от него в полутьме висела фигура. Нечто туманное, какое-то грязно-белесое, как и все в этом заброшенном доме… А еще прозрачное и… жутко похожее на человека. Именно от этой чуть мерцающей фигуры тянуло резким сухим холодом и… тоской.

Ксюша досчитала до двухсот пятидесяти восьми, когда бледный, весь какой-то сжавшийся и даже постаревший на вид Быстров нетвердой походкой ввалился обратно в комнату. Девушка подхватила его под локоть, почти дотащила до стула, усадила. Без труда она вытащила из его рук свою сумочку и куртку. Накинув одежду, Ксюша быстро открыла «молнию», достала из сумки бутылку и, отвернув крышку, протянула журналисту.

– Вот так, – заботливо проговорила она. – Сели, отдышитесь, попейте. Пейте, Владимир Яковлевич! Это обычная вода, но станет легче.

Он сделал пару глотков, чуть не подавился, прокашлялся. А Ксюша в это время успела вытащить из сумочки и свой смартфон. Номер Стаса был у нее на быстром наборе. Дав пару гудков, она сразу отключила вызов.

– Подушка, – как-то механически выговорил Быстров.

Он смотрел на старый диван и грязное белье на нем.

– Вот, – девушка позволила себе легкую иронию. – Я ведь говорила, что вам придется жалеть совсем о другом. Первое правило журналистики, господин Быстров. Всегда проверяй факты. Подушка, вы сказали? Думаете, что успели унести не ту, что якобы стала орудием преступления здесь десять лет назад? Нет…

Митька ввалился в комнату, улыбаясь во весь рот.

– Подушка, да? – тут же поинтересовался он. – А не нужна была подушка! Здравствуйте…

За ним уже заходили в комнату Полина и Стас, а также и Юрий Михайлович в сопровождении двух сотрудников полиции.

– Тогда у супругов был план, – рассказывала Ксюша. – Любовница мужа была при деньгах. И он спал с ней сознательно. И жена знала. Но сладкая жизнь за чужой счет… Молодая жена хотела другого и мучилась. А когда все зашло так далеко, когда муж привел любовницу домой… Жена сама напилась снотворного. Но в последний момент решила, что супруг все-таки должен быть наказан. Это она вызвала полицию, сказав, что ее убивают. Она вышла отсюда в соседнюю комнату, к ним… И сама умерла там.

– Это потом пьяный муж, даже не поняв, что произошло, – продолжила Полина, – уложил труп жены обратно в эту комнату, на этот диван. А лицо он закрыл ей подушкой, просто чтобы не видеть ее мертвых глаз.

– Получился в итоге статичный унылый призрак, неспособный на кого-то нападать. Ведь она умерла сама. Факты нужно проверять, – напомнила Ксюша. – А остальное… узнаете в ходе следствия по вашему делу. И кстати…

– Знакомьтесь, – холодно и зло прервал ее Стас, который не мог легко и мило общаться с человеком, желавшим смерти его любимой женщины. – Это Юрий Михайлович, он из следственного комитета.

Следователь подошел к Быстрову, собираясь арестовать журналиста.

6

Отмечался веселый День студента. В центре города гуляли компании молодых людей, звучала музыка. Иногда звуки праздника были слышны и недалеко от их дома. Вся команда охотников за привидениями, а заодно и Арсений, как и всегда, сидели в гостиной. Дело о Незнакомце было официально ими закрыто, но уже не первый день ребята продолжали делиться впечатлениями. Стас и Митька в лицах рассказывали, как сидели в сыром подвале заброшенного дома, где когда-то располагалось детективное агентство Завадных. Сотовая связь не работала. Было не то чтобы страшно, а скорее скучно и холодно. Они слышали, как Быстров привез Марию. Кстати, жена Константина оказалась не такой уж истеричной и бесхарактерной, какой представлял ее Быстров. Узнав, что с ее дочерью все в порядке, женщина спокойно перенесла временные неудобства и активно помогала следствию. Даже, как показалось Стасу, с некоторым мстительным удовольствием.

А вот Анна Михайловна перенесла предательство Быстрова тяжело. Она знала его с детства, всегда относилась по-доброму. И узнать, что он так поступил и с ней самой, и с ее племянницей, и даже с собственным братом, было для женщины крайне тяжело.

– Ладно, ребята, – Ксюша весело улыбнулась. – Главное, что мы все-таки смогли это сделать. Наверное, это самое важное, что нам вообще удалось за время существования нашего клуба.

– И пусть Быстров молчит, – добавила Полина. – Все равно теперь уже не отвертится. На нем покушение на убийство трех человек, похищение и нападение на Лизу.

– Думаю, к делу Артема его тоже легко смогут привлечь, – напомнил Стас. – Монахини сразу забрали этот его отравленный супчик и передали в полицию. А он же сам сказал, что там та же отрава, что он дал Лизе в первый раз. Значит, это та же смесь, от которой умер и Артем.

– Посадят, – однозначно вынесла Полина приговор. – И пусть остальные эпизоды недоказуемы, ему и этого хватит.

– И обошлись без призраков, – с какой-то легкой детской обидой напомнил Митька. – Зато стоило видеть лицо этого следователя, когда он все-таки увидел привидение. Хоть этот поверил.

Ребята усмехнулись.

– Да… – Ксюша чуть помолчала. – Никто особенно не расстроился, что это был наш последний призрак?

– Я только «за», – тут же решительно сказала Полина, поднимаясь с дивана. – Пусть все будет, как во «Властелине колец». Наше братство навек будет связано узами дружбы, но все-таки перестанет существовать.

Арсений посмотрел на нее ласково, кивнул, соглашаясь, и тоже встал.

– Нам пора, – сказал он, держа девушку за руку. – Митя, тебя до дома подвезти?

– Ага, – блогер тоже поднялся с кресла. – Но… Для меня история продолжится.

– Мить? – Стас тут же нахмурился. – Только давай без подвигов. Ты один не справишься. Подумай о своей девушке.

– Я не о том, – отмахнулся Митька. – Мы закрыли дело Незнакомца, кто создавал и активировал призраков. Но на его совести их только пять! Почему же в последние годы в нашем городе их так много и без него?

Все переглянулись. Об этой статистике все давно и благополучно забыли.

– А ты уверен, что это так? – спросил его Арсений явно заинтересованно.

Полина, не выдержав, рассмеялась.

– Добро пожаловать в клуб, – сказала она.

Ксюша со Стасом провожали друзей до двери.

– Это ужасно, – в шутку пожаловалась девушка. – У меня такое чувство, будто я выпроваживаю вас из дома.

– Но ненадолго, – тут же сказал Стас. – Эта Митькина тема… Может, соберемся через пару дней… Обсудим?..