Читать книгу "Все – в одном. Книга основана на реальных событиях, но не имеет с ними ничего общего"

Димаш

Наконец квартира продалась. Стали искать жилье. Нашли два дома, правда, далеко от города. Один огромный, в два этажа и с огромным полуподвалом, но там были только стены, окна и крыша, второй поменьше, но зато туда можно было въезжать и жить.

– Тебе какой больше нравится? – спросила мать.

– Мне тот что больше, там Айжан можно мастерскую устроить, но я бы выбрал тот, который поменьше. Здесь строить надо, я ничего не понимаю в стройке.

– Нет, возьмем этот. Что там строить, наймем кого-нибудь. В том доме мне не нравится туалет, он прямо в центре стоит, да и участок маленький, всего шесть соток.

На возражения о том, что туалет всегда можно перенести, а на участке все равно никто работать не будет, мать не обращала внимания. Как всегда, мнение сына не учитывалось, с ним советовались только для галочки. Купили автомобиль. Естественно, большой джип, а как же иначе? Иначе никак. Еркеша устроился на работу и возил на нем людей из одной иностранной конторы. Снова начал говорить о свадьбе.

– Ты же видишь, денег почти не осталось! Хорошо, если на ремонт хватит. Потерпи полгода.

– Я же говорил, обойдемся без свадьбы.

– Ну потерпи немного, потом решим как-нибудь.

Пока строили, стоило оставить дом на пару дней, как его обворовывали. Вырывали провода из стен, снимали батареи, выбивали стекла. Один раз даже умудрились демонтировать железную лестницу ведущую на второй этаж. А тем временем, свадьба все откладывалась и откладывалась. Ергали перестал волновать этот дом. Его больше беспокоило, что не получается завести ребенка. Эльмира ходила к врачам и лечилась, ничего не помогало. Ей рекомендовали одного гинеколога, говорили, что она очень хороший врач. Та прописала ей уколы, от которых пациентку стало раздувать, и она сильно поправилась, но толку не было.

– Еркеш, что случилось? – Эльмира беспокоилась, глядя на его расстроенный вид.

– Да так, ничего. Просто у меня руки опускаются, устал я чего-то.

– Ну ничего, бывает. На всех время от времени нападает хандра. Это пройдет.

– Возможно, пройдет. Но я как посмотрю, что вокруг творится, страшно становится. Вот мы работаем, работаем, а что в итоге? Постоянно переезжаем, потому что квартиры нет. И позволить мы ее себе не можем. Недавно я читал книжку, «Сестра Керри» называется. Так вот там, смысл сводится к тому, что если работать как вол, обязательно чего-нибудь добьешься. А в жизни, которая окружает нас, получается наоборот: чем больше работаешь, тем меньше зарабатываешь, а если у тебя папа…, ну не знаю…, большой чиновник, или генерал какой, то ты можешь не работать, все равно будешь подниматься по карьерной лестнице. Мало того, ты можешь быть откровенно туп, и все равно, перед тобой открыты все двери. Сейчас произошла какая-то подмена понятий. Если ты подонок и для тебя подставить, обмануть, оболгать кого-то норма, то ты – уважаемый человек. Если ты честен, справедлив и добр, то, извиняюсь за выражение, ты – лох.

– По-моему, ты сгущаешь краски, просто придет время и все будет нормально.

– Да я понимаю, сейчас смутные времена. Знаешь, у нас по педагогике был преподаватель, Ахметов, я его считаю одним из лучших. Так вот, он говорил – представьте себе стакан с водой, вода в нем вроде чистая и прозрачная. Что случится, если его взболтать? Поднимется осадок, до этого времени находившийся на дне, и вода станет грязной. Но со временем муть осядет, и жидкость снова станет чистой. Так и в жизни: в дни потрясений из всех закоулков появляются такие люди и пытаются, что называется, ловить рубку в мутной воде. Они были всегда, просто искусно прятались. Когда ситуация стабилизируется, мы снова перестанем замечать этих людей, они опять спрячутся и наденут благовидные маски. Когда я его увидел в первый раз, испугался изрядно. Представь, в аудиторию заходит огромный мужчина с серьезным лицом. Я думал, он нас просто распнет, но это было ошибочное мнение, таких интересных лекций как у него, я не посещал, ни до, ни после.

– Что-то ты разошелся, пошли в магазин, я чего-нибудь вкусненького приготовлю.

Когда они заходили в магазинчик, Ергали открыл дверь и, по обыкновению, стал пропускать Эльмиру. Какой-то молодой парень, лет двадцати, протиснулся между женщиной и дверью, «прорвавшись» в помещение первым. Ергали дернулся, но Эля схватила его за руку, взглядом давая понять – не стоит связываться. Когда же они выходили, то несколько молодых юношей, видимо, друзья недавнего грубияна, практически вломились, не уступив дорогу женщине и человеку, бывшего намного старше них.

– Ну вот, что я тебе говорил? В наше время такое было невозможно.

– Не обращай внимания, свою голову другому не приделаешь.

По дороге домой Еркеша взял яблоко и стал его есть.

– Потерпеть до дома не можешь?

– Зачем?

– Там яблоко хоть помыть можно.

– Я же его протер. Все нормально будет, раньше мы их так ели и ничего, никто не умер.

– Раньше, фрукты так сильно не обрабатывали химией.

– Да все нормально.

Все было ненормально. Ночью случилось расстройство желудка, до утра он обнимался с унитазом. Привычными средствами избавиться от недуга не получалось, в аптеке он попросил дать ему какое-нибудь лекарство, аптекарша продала ему «Имодиум». Сказала, принимать три раза в день. Он исправно принимал таблетки, становилось только хуже. Если раньше он не покидал «комнату задумчивости», то теперь не мог туда сходить. Живот раздуло, мочевой пузырь чуть ли не лопался. Он встал с кровати и пошел на кухню, при выходе треснулся лицом об открытую дверь. Как так получилось? Он же шел, прямо в проход! Вечером пришла Эльмира, прочитала инструкцию, там были описаны побочные эффекты – ухудшение зрения, нарушения координации и много еще чего. Позвонили к Раушан.

– Какой «Имодиум»?!? Вы что, с ума сошли? – Раушан была явно потрясена.

– Нам в аптеке дали, – оправдывалась Эльмира.

– Это лекарство назначают при очень тяжелых заболеваниях, таких, как холера, дизентерия. Немедленно прекращайте. Записывайте, я продиктую, что нужно делать.

Все нормализовалось через пару дней. Эльмира все посмеивалась над ним, и когда он начинал мудрствовать, говорила, что даст ему «Имодиум». Сама же искала нового врача, поскольку женщина, у которой она лечилась, предложила ей провести операцию, но предупредила, что если она не поможет, то после нее забеременеть не получится никогда. Подруга посоветовал ей врача, расхваливала его, говорила: «– он из старой гвардии, врач старой формации, таких уже не осталось». Когда Еркеша увидел, какое он назначил лечение, расстроился. Как можно вылечиться хозяйственным мылом? Таблетки прописал самые дешевые. После он сделал «гидротрубацию». У Эльмиры через полгода случилась задержка. Еркеша срочно побежал в аптеку.

– Здравствуйте. Можете дать мне тест на беременность?

– Да, конечно, какой Вам?

– Самый лучший, меня в последнее время тошнит сильно, вот и подумал, а вдруг залетел?

Молодые аптекарши не сдержали смех. Одна из них протянула ему маленький пакетик

– Вот, возьмите. Потом сообщите, может нобелевскую премию получите, нам интересно будет узнать об этом.

Но тест оказался отрицательным. Ергали уже смирился с тем, что останется без детей.

– Еркеша, твоя мама звонила. Тетя Сауле предлагает переехать в квартиру, которую у нее выкупила строительная компания.

– Как мы туда переедем, если она выкуплена?

– Вроде там по договору, ее не могут выселить пока не начнется стройка. А что? Хорошо же, и к моей работе близко.

– Я не хочу с ними связываться. Обязательно, какая-нибудь грязь вылезет. Ты ее плохо знаешь.

– Ну, пожалуйста. Оттуда до работы три квартала всего. Представь, насколько легче добираться будет!

Ергали долго сопротивлялся. Наконец, мать с Эльмирой уговорили его, и они переехали. Квартира находилась в старом, кирпичном доме, на высоком первом этаже. Снизу был магазинчик и очень маленькое кафе. Кухня-студия сильно раздражала, благо у них была своя комната, мама жила во второй комнате.

– Нам нужно расписаться.

– А как же твоя мама? Она же свадьбу хочет, – Эльмира накрывала на стол. Фигура у нее еще больше округлилась.

– Она ничего не хочет. Я ее больше тебя знаю. Со мной так же поступила, когда хотела, чтобы я худграф закончил. Постоянно говорила, потерпи полгода, потом еще полгода, потом еще…, и плевать она хотела на мое мнение. Тогда я был молод и стараясь не огорчать ее, поступал так, как она того хотела. Ты не представляешь, какой она манипулятор. Если не получается напролом, то она старается найти обходные пути, и верит, что я ничего не замечаю. Кстати, наверное, надо продать машину. Все, что я на ней зарабатываю, на нее же и трачу. Возьмем машинку поменьше, и расходов меньше, и всю жизнь мне нравились маленькие, смешные автомобили. На оставшиеся деньги можно будет дельце организовать

– Да, машина действительно нужна поменьше. А как на это мама отреагирует? Она же любит передвигаться с шиком, – Эльмира отвечала, играя на ноутбуке в свою любимую игру. Лягушка выплевывала цветные мячики и нужно было выбить максимальное число шаров, двигающихся по экрану.

– Ты знаешь, мне все равно. Ей всегда плевать было на то, что я хочу. Иногда у меня складывается такое впечатление, будто она меня просто ненавидит. Кстати, ты почему не стреляешь? Вон же ряд красных шаров.

– Каких еще красных? – она смотрела на него и думала, что он хочет опять подшутить над ней.

– Ну вот же – она ткнула в экран.

– Ты издеваешься? Это же коричневые!

– Нет, это ты издеваешься, они красные!

– Подойди, пожалуйста, – Эльмира подозвала Машу – скажи, это какой цвет?

– Коричневый.

– Слушай, Еркеша, так ты дальтоник! Это темно красный, а вот это темно коричневый. Смотри внимательно.

– Ну, не знаю, как по мне, так они абсолютно одинаковые. Вот же, блин! – он разозлился и почувствовал, как лицо наливается кровью.

– Что случилось? – Эльмира увидела, как изменилось его лицо и немного струхнула.

– Да ничего, просто я понял почему у меня ничего не получалось на живописи. Говорил же матери, я не буду художником! Так нет же, заставила-таки окончить этот поганый университет. Теперь я ее точно слушать не буду.

Он согнал Эльмиру с места, подал объявление о продаже автомобиля. Покупатель нашелся очень быстро. Еркеша пошел по салонам и нашел устраивавшую его машину. Он, как сел в кресло «Матиза», так и влюбился в него – это чудо было создано, будто специально для него. Недолго думая, приобрел себе новый транспорт. Мать, увидев эту козявку, надулась, покраснела и долго не разговаривала с сыном. Единственным родственником, который одобрил выбор, была апашка.

– Правильно сделали. Незачем большие машины брать, – говорила Нурбике.

После джипа расход топлива очень радовал. Места для парковки требовалось совсем чуть-чуть.

– Мам, мы с Эльмирой хотим расписаться, но сначала ольтырыс сделаем, пойдете с нами?

– Ой, делайте что хотите! Только без меня.

Как говорится, на нет и суда нет. Решили расписаться без нее. Хотели сделать ольтырыс³³, Эльмира уже присматривала барашка. Тетя Айман, старшая сестра отца, узнала обо всем и закатила скандал. Заставила родственников со стороны отца собраться и поехать к родным Эльмиры, ехать пришлось в «Бурундай», там жила двоюродная сестра – Оля. У нее дома и провели обряд. Затем «молодые» справили свадьбу, но зная отношение своих к Эльмире, он не хотел их приглашать. Раз уж мать сказала: «– делайте, что хотите, только без меня», то, что уж говорить об остальных. На церемонии присутствовал только Сауран со стороны жениха и две подруги со стороны невесты – Ляйля с сыном и Куралай, которой в свое время Эльмира так бесцеремонно надавала пощечин. После ЗАГСа пошли в кафе, там посидели, потом гуляли в парке. Свадьба прошла гораздо интереснее, чем традиционная. Видимо, из-за того, что рядом были люди, которые действительно были рады происходящему.

Через полгода Ергали стало мутить по утрам, двигаться не хотелось совсем, аппетит пропал.

– Может, Вы беременны? – Эльмира подкалывала его по утрам.

Такое состояние длилось две недели. Затариваясь в магазине, Ергали увидел соленые огурцы, и у него потекли слюни, так сильно захотелось их, он купил банку.

– Ты же никогда траву не ешь. С чего вдруг купил?

– Не знаю, очень уж хочется.

Дома он в один присест, все съел.

– Слушай, Еркеша, ты себя в последнее время странно как-то ведешь. Тебя тошнит, ничего не ешь, теперь вот огурцы сожрал, даже мне не оставил… ты случайно не беременный? – Эльмира вроде смеялась, но взгляд был беспокойный.

– Может. В этой жизни все может быть. Смотри, какой у меня большой живот стал, – весело ответил он. После съеденного настроение стало гораздо лучше.

Следующим вечером Эльмира пришла домой и протянула ему тест, там было две полоски. У Ергали как рукой сняло болезненное состояние, он стал прыгать как ненормальный, хохотать без причины, обниматься. Со стороны можно было подумать, что он свихнулся.

– Как так? Я уже и не ждал!

– Просто на работе сидела и вспоминала, как ты себя вел, все эти дни. Очень похоже было на токсикоз. Ну я и решила – мало ли?

– Тебе к врачу надо сходить! Тест ведь и ошибаться может – от одной только этой мысли, у него по спине, потек холодный пот.

– Уже.

– Что уже?

– К врачу сходила, говорит две недели срок. Я забеременела в тот момент, когда тебе стало плохо. Получается, ты беременность почувствовал, вот тебе и стало худо.

– Ты как показала мне две полоски, сразу стало лучше. Теперь мне на все наплевать. Главное, выноси детеныша.

С этого дня он перестал нормально спать. Если ночью Эльмира вздыхала, он соскакивал с постели, если спускалась с лестницы, он ее хватал так, словно она не в состоянии сама спуститься.

Зимой, когда город завалило снегом, они ехали с работы, Еркеша припарковался поближе к подъезду, Эля открыла дверь и глядя на него стала медленно наклоняться. Он смотрел на нее и не мог понять, что она этим хочет сказать. Это, видимо, была какая-то шутка, которую он не понял. Эльмира же все молчала, только взгляд становился все сосредоточеннее, брови сошлись на переносице. И, наконец, она плавно закатилась под машину.

– Ты что творишь? – У Ергали чуть сердце не остановилось, когда он понял смысл происходящего

– Ха-ха-ха, а ты почему меня не поймал? – Эльмира хохотала и не могла остановиться.

– Я думал, это какой-то новый вид заигрываний, откуда мне было знать, что ты падаешь? Хоть бы слово сказала!

– Я смотрела на тебя и думала: вот-вот поймает. А ты сидишь и смотришь на меня – она стала смеяться еще громче.

Ергали поднимал ее, но сделать это было трудно, хохочущее тело сопротивлялось, оно стало, словно в три раза тяжелее. Наконец, удалось установить беременную вертикально.

– В общем, так. Без меня теперь из дому ни на шаг!

– Хорошо. Ни на шаг, так ни на шаг – привалившись спиной к машине и пытаясь отдышаться, говорила она.

– Я серьезно, мало ли… вот родишь, потом хоть с моста прыгай!

– Вот значит, как? Я тебе только до родов нужна, да? – она не успокаивалась, ей все это казалось смешным.

Эльмира ездила сначала на переднем сиденье, потом перебралась на заднее, а еще позже, когда живот увеличился до огромных размеров, стала брать с собой в салон подушку и передвигалась лежа. На восьмом месяце у нее распухла правая нога, до невероятных размеров. На выходных она лежала дома, и ветерком с улицы занесло запах блинов, так сильно захотелось их, но дома не было молока. Собралась и пошла в магазин. Спускаясь по лестнице, упала, у нее было такое чувство, будто ее толкнули в спину, только успела подложить руку под живот, чтобы не повредить плод.

Звонок раздался в самый неподходящий момент. В самом разгаре были съемки. Но, увидев от кого звонок, сразу ответил.

– Еркеша, можешь приехать?

– У меня работа, сейчас не могу. Что случилось?

– Я с лестницы упала, похоже, руку сломала.

Горячая волна поднялась от ног и ударила в голову, он бросил все и помчался домой. Вызвали скорую, которая повезла Эльмиру в больницу, а Ергали выехал следом на машине. Там наложили гипс, но перелом это или трещина было непонятно, поскольку рентген делать не стали. Сделали УЗИ и удостоверившись, что с ребенком все в порядке, отпустили. По дороге домой он ее распекал:

– Я же говорил! Я же предупреждал! Какого ты вышла из дома?

– Мне блинов захотелось, не переживай так, обошлось же.

– А если бы не обошлось?

Решили сходить в мечеть, там сделали никах³⁵. Из приглашенных был Сауран со своим братом. После свершения обряда, мулла посмотрел на брачующихся, представлявших из себя странную пару. Невеста сидела с огромным животом и поломанной рукой, словно ее силком тащили сюда, жених тоже был, мягко говоря – круглый. Если смотреть только на животы, то было бы не понятно, кто же из них в положении. Ергали к тому моменту сильно растолстел.

– Извините, конечно, но я не могу не спросить. Почему вы дотянули до такого срока? Почему не пришли раньше?

– Так получилось, ждали разрешения родителей, – спокойно ответил Еркеша.

Все было хорошо, но на выходе к ним подбежали какие-то грязные люди, что-то кричали, по всей видимости, это должно было считаться пением, перегородили проход белой простыней, которая на их фоне, выглядела просто белоснежной. Ергали стал закипать, но сдержался.

– Эльмира, я не понимаю ни слова, чего они хотят?

– Да просто дай им денег.

Он кинул им немного наличности, надеясь в глубине души, что они подавятся ею, за то, что испортили такой хороший день.

Через полтора месяца, у Эльмиры незначительно подскочило давление, и наблюдающий врач срочно отправил ее в роддом. Там она пролежала две недели, после чего родила крепенького мальчика. Правда, плод в последний момент развернулся неправильно и пришлось делать кесарево сечение. Ергали находился в соседней комнате, его заставили раздеться по пояс и уложили на кровать, потом принесли ребенка, положили ему на грудь. Сын плакал, опустив уголки губ вниз, так, будто его кто-то обидел. Наконец он успокоился и заснул, но тут в комнату влетела акушерка.

– Что случилось? – она подбежала к ним и стала трясти обоих, сын проснулся, и снова заплакал.

– Вы что делаете? Все же нормально, – Еркеша ничего не понял.

– Он должен плакать, ему нужно очистить легкие, – сказала она и убежала.

Ергали приезжал в роддом раза по четыре в день. То бутылочки покупал, то чепчик никак не могли подобрать, голова у ребенка уж больно большая оказалась. Когда он привез свечи и передавал своей жене, то спросил:

– Как назовем его?

– Я думала, ты уже выбрал имя, все время же ходил около музея Кунаева, и говорил о нем.

– А, ты не против? – супруга в очередной раз удивила его. Живя в первом браке, он привык, что Виктория предпочитала высказывать свое мнение по любому, самому незначительному поводу и со скандалом добиваться своего, а уж при выборе имени, она бы его и вовсе слушать не стала.

– По-моему, Динмухамед – красивое имя, дома, будем звать его Димаш. Классно звучит, тебе не кажется?

– Спасибо.

– За что?

– Как за что? За сына. За то, что согласилась на имя, которое я выбрал, – он подтянулся и поцеловал ее.

Зауре не соизволила явиться на выписку внука, зато пришел отец со своей новой семьей. Ергали передал ему в руки своего сына, когда новоиспеченный дед брал своего внука, произнес:

– Уф-ф-ф.

– Пап, что случилось? – Ергали не понял, что произошло.

– Ничего. Просто, я уже думал – не видать мне внуков. Мои ровесники, уже женят их, а я вот, только обзавелся.

Когда приехали домой, к Ергали на сотовый, позвонила тетка и попросила съехать.

– Я с Вашей мамой договаривалась на полгода, а вы уже вон сколько живете. У меня Ануар женился и ему нужна квартира, – при этом она пыталась сделать максимально ласковый голос.

– Хорошо, мы переедем, – Ергали был зол, он же предупреждал, что так будет. Его никто не слушал, а об этом договоре он слышал впервые.

Через три дня они переехали, нашли большую, трехкомнатную квартиру в «Айнабулаке». Еркеша сильно боялся за жену, все-таки переезжать с дыркой в пузе довольно тяжело. Мало ли, может швы разойдутся, или еще какая неприятность случится. К счастью, все обошлось. Вечером, после тяжелого переезда, Еркеша лежал и смотрел на своего сына, в спальню зашла Эльмира.

– Что это у тебя вид такой загадочный, о чем думаешь?

– Знаешь, сколько я его ждал? Семнадцать лет. А сейчас смотрю на него и даже злиться ни на кого не могу. Представь, сколько поколений должны были прожить свои великие и не очень жизни, они должны были воевать, голодать, проигрывать, побеждать. И все ради того, чтобы появился он. Они все – в нем одном…

– Да, можно сказать, что для нас с тобой это определенный итог…