Читать книгу "Записки о Галльской войне"

24. На рассвете Красе собрал все свои силы и выстроил в две линии, сосредоточив в центре вспомогательные войска. Затем он подождал, пока выяснятся намерения противника. Хотя неприятель считал, что превосходит малые силы римлян своей многочисленностью и военным опытом, он решил, что блокировка дорог и перекрытие путей снабжения римлян обеспечат ему победу без кровопролития. Дальнейший его замысел состоял в том, что если нехватка продовольствия побудит римлян отступить, то следует их атаковать, когда они пойдут колонной, обремененной поклажей, и будучи ослабленными духом. Этот замысел одобрили предводители племен. Поэтому, когда римские войска выстроились для битвы, неприятельские силы оставались в лагере. Красе учитывал это. И ввиду того, что противник своей нерешительностью производил впечатление робости и возбуждал в наших солдатах жажду боя, ввиду того, что в войсках слышался ропот по поводу задержки с наступлением, он обратился к солдатам с ободряющей речью и затем в обстановке общего энтузиазма повел их штурмовать неприятельский лагерь.

25. Достигнув лагеря, некоторые солдаты стали засыпать рвы, другие стремились сбить защитников с вала и укреплений метательными снарядами, между тем солдаты вспомогательных войск, в боеспособности которых Красе не был вполне уверен, подносили камни и метательные снаряды, а также дерн для вала, производя впечатление, что это регулярные войска. Противник со своей стороны отвечал без колебаний и трусости, а его снаряды, бросавшиеся сверху, порой попадали в цель. Между тем из конного отряда, объезжавшего лагерь противника, Крассу доложили, что с тыльной стороны он укреплен не столь добротно и может быть легко атакован.

26. Красе велел командирам конных отрядов поощрить своих людей наградами и обещаниями, а также разъяснил им, что нужно делать. По его приказу они вывели когорты, оставленные для охраны римского лагеря и еще не утомленные боем. Когорты следовало вести длинным кружным путем, незаметно для тех, кто находился во вражеском лагере, чтобы они быстро заняли упомянутые укрепления на слабо защищенной стороне, в то время как все внимание неприятеля было обращено на ведение боя с атакующими римлянами. Когорты обрушились на эти укрепления и проникли во вражеский лагерь еще до того, как были четко опознаны или был раскрыт план их действий. Но когда в тылу неприятельского лагеря послышались крики, римляне усилили натиск на осажденный лагерь, как это часто бывало в предчувствии победы. Окруженный со всех сторон неприятель поспешил в полном отчаянии сойти с укрепленных позиций и спастись бегством. Конница преследовала противника, оставшегося без прикрытия, на равнине. Когда конники вернулись в лагерь после преследования, выяснилось, что из 50 тысяч галлов, мобилизованных, как было известно, в Аквитании и среди кантабров (в Северной Испании), осталась едва ли четверть этого количества.

27. Узнав об исходе этой битвы, большая часть Аквитании подчинилась Крассу и по собственной инициативе прислала заложников, среди которых были представители тарбеллов, бигеррионов, птианиев, вокатов, тарусатов, элусатов, гатов, аусков, гарумнов, сибузатов, кокосатов. Несколько отдаленных племен уклонились от этого, считая, что приближение зимы избавит их от нашествия римлян.

28. В обстановке общего умиротворения Галлии лишь морины и менапии оставались вооруженными и не прислали к Цезарю послов для переговоров о мире. Поэтому примерно в то же время он послал против них свои войска, хотя лето было на исходе. Цезарь рассчитывал на быстрое завершение военной кампании. Однако эти племена повели войну с использованием тактики, совершенно отличной от тактики остальных галлов. Зная, что наиболее могущественные племена были разбиты римлянам в сражениях, морины и менапии, живя среди бесконечных лесов и болот, укрылись вместе со своим имуществом в этих местах. Цезарь, прибывший к окраинам этих лесов и решивший встать здесь лагерем, не обнаружил противника. Когда же наши люди рассредоточились для проведения фортификационных работ, неприятель внезапно выскочил из леса с разных сторон и напал на наших воинов. Наши солдаты быстро взялись за оружие и загнали его обратно в лес. Римляне перебили значительное число напавших врагов, но так как увлеклись погоней в почти непроходимой местности, то сами понесли некоторые потери.

29. В оставшиеся дни Цезарь занялся вырубкой лесов. Чтобы предотвратить нападения с флангов на безоружных и не готовых к бою солдат, он велел валить деревья верхушками к потенциальному противнику, а также, накладывая друг на друга, создавать из них валы на флангах. В течение нескольких дней было расчищено с невероятной быстротой столь большое пространство, что в нашем распоряжении оказались скот и часть обоза неприятеля, который был вынужден спасаться в более густых лесах. Но затем разразилась такая буря, что пришлось по необходимости прервать работы, а последующие дожди сделали невозможным для войск укрываться в палатках. Поэтому Цезарь повел назад свою армию, опустошив посевы врага и предав огню его деревни и постройки. Он обосновался на зимовку в пределах аулерков, лексовиев и представителей других племен, с которыми недавно воевал.

Книга 4
(55 г. до н. э.)

1. Следующей зимой – в год консульства Гнея Помпея и Марка Красса[45]45
  55 г. до н. э.


[Закрыть] – через Рейн переправились в массовом порядке из Германии узипеты, а также тенктеры. Переправа произошла недалеко от моря, в которое впадает эта река. Причина переселения состояла в том, что в течение нескольких лет эти племена силой оружия теснили свевы, не позволяя им заниматься сельским хозяйством. Свевы являются наиболее многочисленным и воинственным племенем среди германцев. Говорят, что они состоят из ста кантонов (патов), с каждого из которых ежегодно привлекают тысячу вооруженных воинов для ведения войны за пределами своего расселения. Те, кто остается в своем племени, работают за себя и отсутствующих воинов. В следующем году те, кто оставался дома, несут, в свою очередь, военную службу и воюют, в то время как воины, отслужившие и провоевавшие этот год, возвращаются домой. Таким образом, у свевов не происходит перерыва ни в занятиях сельским хозяйством, ни в военных обучении и практике. У этого племени отсутствует частное или индивидуальное владение землей, не позволяет оно себе селиться на одном месте более года. Они мало занимаются выращиванием продовольственного зерна, но главным образом скотоводством и производством молока, а также уделяют много внимания охоте. И это благодаря особенностям их питания, постоянным упражнениям и свободному образу жизни – ведь с детства они не учатся соблюдению дисциплины и долга и ничего не делают против своего желания – способствует их силе и могучему сложению. Более того, благодаря постоянным тренировкам они не носят на себе, даже в местностях с холодным климатом, никакой одежды, кроме шкур, малый размер которых оставляет обнаженной большую часть тела. Купаются они в реках.

2. Свевы допускают в свои пределы купцов скорее для продажи военных трофеев, чем для удовлетворения потребностей в ввозе товаров. Они фактически не закупают породистых лошадей, которыми восторгаются галлы, тратя на них большие средства. Германцы же берут доморощенных лошадей, непородистых и неказистых, и посредством постоянной тренировки развивают в них чрезвычайную выносливость и силу. В кавалерийских боях они часто соскакивают со своих лошадей и сражаются пешими, приучив лошадей оставаться на месте, при необходимости же быстро ретируются на них с поля боя. По традиции для них нет ничего более позорного, чем воспользоваться седлом. И поэтому, как бы их ни было мало, они не боятся биться со сколь угодно большим отрядом всадников на оседланных лошадях. Германцы воздерживаются от ввоза какого бы то ни было вина, считая, что посредством этого напитка люди расслабляются и становятся неспособными переносить трудности.

3. Как народ, они считают за честь граничить с территорией, пролегающей возможно широкой незаселенной полосой, поскольку это означает, по их понятиям, что их силе не в состоянии противиться многие племена. Говорят, что с одной стороны от территории свевов не заселено пространство почти на девятьсот километров. С другой стороны близко от них расположены поселения убиев, племени, которое когда-то было многочисленным и процветающим по германским стандартам. Убии более цивилизованны, чем другие племена германской расы, потому что территория убиев примыкает к Рену (Рейну) и часто посещается купцами, а также потому что убии благодаря соседству с галлами усваивают некоторые черты жизни соседей. Свевы часто совершали нападения на этот народ, но не смогли вытеснить его со своей территории, поскольку племя убиев было многочисленным и сильным. Однако они сделали убиев своими данниками и значительно ослабили их силу и влияние.

4. Упомянутые выше узипеты и тенктеры оказались в аналогичном положении. В течение нескольких лет они противостояли натиску свевов, но в конце концов были вытеснены со своих земель и после трехлетних скитаний по многим областям Германии вышли к Рейну. Прибрежную территорию занимали менапии, владевшие землями, постройками и селениями на обоих берегах реки. Встревоженные приближением столь многочисленных племен, они оставили дома, которыми владели за рекой, и, расставив на ближнем берегу вооруженные отряды с определенными промежутками, решили предотвратить переправу германцев. Те использовали для переправы все, что могли, но, когда обнаружили, что не могут пробиться на другой берег ни сообща из-за нехватки плавучих средств, ни поодиночке из-за вооруженных патрулей менапиев, то сделали вид, что возвращаются туда, откуда пришли. Они шли в обратном направлении в течение трех дней, но затем вернулись. Их конница, покрыв все расстояние за одну ночь, застала менапиев врасплох, поскольку те, узнав от своих разведчиков об уходе германцев, снова переправились без опаски через Рейн и вернулись в свои деревни. Этих менапиев перебили, а их плавучие средства были захвачены. Затем германцы переправились через реку до того, как об этом стало известно менапиям на ближнем берегу Рейна. Пришельцы захватили их постройки и остаток зимы кормились за счет менапиев.

5. Когда Цезарю сообщили об этих событиях, он решил, что таким рассказам не стоит доверять, опасаясь, что они навеяны легкомыслием галлов, поскольку те весьма охочи на выдумки и переменчивы в настроениях. В самом деле, галлы, по обыкновению, останавливают путников, даже против их воли, чтобы выяснить, что те слышали или знали по какому-то вопросу. И в городах простой народ обступает купцов, требуя от них сообщить, какие области они проходили и что там слышали. Подобные рассказы и слухи часто побуждают галлов строить планы в отношении жизненно важных проблем, о чем им вскоре приходится раскаиваться, поскольку они становятся рабами непроверенных слухов, а многие люди рассказывают им истории, сочиненные на свой вкус.

6. Цезарь знал об этой привычке галлов, и, чтобы война не приняла более серьезный оборот, отправился в войска раньше, чем требовалось. Прибыв в расположение войск, он понял, что его опасения были небезосновательны. Некоторые племена послали к германцам гонцов, призывая их отойти от Рейна и обещая за это снабдить всем необходимым. Но германцы от этого лишь воодушевлялись и стали расселяться на все более обширных территориях и достигли уже пределов эбуронов и кондрусов, зависимых от треверов. Тогда Цезарь созвал вождей галлов, но, полагая, что лучше скрыть от них информацию, которой владел, успокоил и ободрил их и, договорившись о поставке ими вспомогательных войск (конницы), решил начать военные действия против германцев.

7. Обеспечив свою армию провиантом и набрав конницу, Цезарь начал поход в ряд областей, где, судя по сообщениям, пребывали германцы. Через несколько дней пути прибыли гонцы от германцев с нижеследующим обращением: германцы не делали первого шага к войне с римлянами, но они в случае начала боевых действий не откажутся от вооруженного конфликта, ибо предки завещали им давать отпор каждому, кто идет на них с войной, и не выпрашивать мира. Они заявили, что пришли против своей воли, поскольку их изгнали из своих поселений. Если римляне руководствуются доброй волей, то могут использовать их дружбу себе на пользу. Пусть римляне либо предоставят им новые земли, либо позволят им сохранить земли, завоеванные при помощи их оружия. Они уступили одним свевам, с которыми несравнимы даже бессмертные боги. На земле, во всяком случае, нет народа, которого бы свевы не могли покорить.

8. Цезарь ответил им учтиво, но заключил свою речь следующими словами: пока они остаются в Галлии, он не может поддерживать с ними дружбу. С одной стороны, несправедливо, когда люди, не сумевшие защитить свою территорию, захватывают земли других, с другой стороны, в Галлии нет территории, которую можно было бы предоставить, особенно народу столь многочисленному, не допустив несправедливость. Тем не менее им разрешается, если они хотят, поселиться на землях убиев. Их гонцы находятся в лагере Цезаря, жалуясь на бесчинства свевов и обращаясь к нему за помощью. Он отдаст убиям распоряжения на этот счет.

9. Гонцы сказали, что сообщат о мнении Цезаря своему народу и после обсуждения этого вопроса на совете племени вернутся через три дня к Цезарю. Они попросили его не передвигать свой военный лагерь дальше. Цезарь ответил, что не может удовлетворить даже такую просьбу. Он знал, что несколько дней раньше германцы послали большой отряд конницы в страну амбиваритов через реку Мое (Маас) за трофеями и провиантом. Цезарь полагал, что они дожидаются возвращения этого отряда и по этой причине ищут поводы для проволочек.

10. Маас (Мое) зарождается в горном хребте Вогезы на территории лингонов и, получив от Рейна (Рена) приток под названием Ваал, образует остров батавов. Затем примерно в ста двадцати километрах от океана он впадает в Рейн. Верховья Рейна находятся в стране лепонтиев, которые населяют Альпы. В продолжительном быстром течении река проходит по землям нантуатов, гельветов, секванов, медиоматриков, трибоков и треверов, а приближаясь к океану, делится на несколько рукавов, образуя много крупных островов (большинство из которых населено свирепыми варварскими племенами, которые, как полагают, в ряде случаев питаются только рыбой и яйцами птиц). Затем разветвленными устьями Рейн впадает в океан.

11. С приближением Цезаря к противнику на расстояние почти двадцать километров гонцы вернулись к нему, как и договорились. Они встретились с ним на марше и настойчиво просили не продвигаться дальше. Не получив согласия, они попросили его выслать перед колонной войск конницу, не разрешая ей завязывать бои, и обеспечить им возможность послать гонцов в страну убиев. Германцы надеялись, что если вожди и совет племени убиев поклянутся допустить германцев в свои пределы, то они примут условия Цезаря. Германцы попросили Цезаря дать им три дня, чтобы уладить эти дела. Цезарь полагал, что все эти просьбы преследовали ту же цель, что и прежде, – выиграть три дня для возвращения их отсутствовавшего конного отряда. Тем не менее он сказал, что в этот день он продвинется не более шести километров с целью выйти к воде. Цезарь предложил встретиться на следующий день с ними, в возможно большем количестве, чтобы он мог выслушать их просьбы. Вместе с тем он распорядился, чтобы командиры конных отрядов, двигавшиеся в авангарде, не провоцировали противника на вооруженные столкновения, а если провоцировали их самих, то отбивались на месте до подхода его самого со всей армией.

12. Конница противника насчитывала не более восьмисот всадников, так как отряд, переправившийся через Маас за провиантом, еще не вернулся. Нашей коннице численностью 5 тысяч человек бояться было нечего, поскольку послы германцев уехали от Цезаря чуть раньше, выпросив на этот день перемирие. Однако, несмотря на то что наша конница была у противника на виду, он все-таки напал и быстро привел наших конников в замешательство. Когда они стали сопротивляться, враги, по своему обыкновению, соскочили со своих коней и, закалывая ножами наших коней и повергая наземь конников, обратили остальных в бегство. Германцы нагнали на них такого страха, что они спасались бегством, пока не показалась колонна наших войск. В этом бою погибли 74 наших конника, и среди них отважный Пизон из Аквитании, потомок знаменитого рода, дед которого был вождем своего племени и получил от нашего сената почетное звание друга римского народа. Пизон пришел на помощь своему брату, который рубился с врагами. Он спас брата от гибели, но был сброшен со своего раненого коня. Пока мог, он смело защищался, затем его окружили, и он пал от многих ран. Его брат, вначале уцелевший в бою, видел его гибель издали. Тогда он пришпорил коня, бросившись на врага, но был убит.

13. После этого боя Цезарь решил, что ему не следует больше принимать послов и их условия сотрудничества с племенами, которые добивались мира посредством коварства и предательства, а затем начинали настоящую войну. Он посчитал далее верхом безумия ждать, пока неприятельские силы возрастут и вернется их конный отряд. Зная неустойчивость настроений галлов, он прикидывал, как много из них противник уже привлек на свою сторону только одним боем. Цезарь считал, что нельзя оставлять неприятелю время на разработку военных планов. Утвердившись в этом решении, он сообщил легатам и квестору свое намерение не откладывать сражение ни на день. Затем произошло одно благоприятное событие. На следующее утро большая группа коварных и лицемерных германцев, включавшая всю знать, прибыла в резиденцию Цезаря с двойной целью – оправдаться (так они выражаются) за нападение предыдущим днем, вопреки договоренности и собственным просьбам, а также добиться при помощи обмана того, чего они ожидали от перемирия. Цезарь обрадовался тому, что они попали в его руки, и приказал задержать их. Затем он лично вывел войска из лагеря, приказав коннице, которая, по его оценке, была потрясена недавним боем, следовать в арьергарде.

14. Построившись колоннами в три линии[46]46
  Армия двигалась не походной колонной, но колоннами в линию, готовыми построиться в боевую линию. См. книгу 8.


[Закрыть], войска совершили тринадцатикилометровый марш так быстро, что достигли неприятельского лагеря до того, как германцы могли ожидать их появления. Их охватил внезапный страх в связи со всеми обстоятельствами сразу – и быстротой нашего появления, и отсутствием их предводителей. Поскольку у германцев не оставалось времени подумать или взяться за оружие, они были слишком потрясены, чтобы решить, что было лучше – бросаться на неприятеля, защищать свой лагерь или спасаться бегством. Когда они выдали свое беспокойство криками и суетой, наши войска, уязвленные предательской тактикой противника днем раньше, ворвались в лагерь. Там некоторые из германцев, которым удалось взяться за оружие, какое-то время сопротивлялись римлянам, сражаясь среди телег и фургонов. Другие, в основном женщины и дети (поскольку германцы покинули дома и переправились через Рейн со всем скарбом), начали разбегаться в разные стороны. Цезарь приказал конникам преследовать их.

15. Услышав шум в тылу и видя, как убивают соплеменников, германцы бросили оружие, изменили принципам своей военной доблести и бежали из лагеря. Когда они достигли слияния Мааса с Рейном, то понадеялись на спасение. Большое число их уже было перебито, остальные бросились в реку, чтобы там погибнуть от ужаса и истощения сил в борьбе с течением. Римляне, не потеряв убитыми ни одного человека, имея нескольких раненых, освободившиеся от страха большой войны с неприятелем численностью 430 тысяч человек, вернулись в лагерь. Цезарь позволил германцам, задержанным в лагере, уйти, но они, опасаясь карательных действий и пыток со стороны галлов, на земли которых нападали, сказали, что останутся с римлянами. Цезарь позволил им это.

16. Война с германцами закончилась таким образом. В силу многих причин Цезарь решил, что должен переправиться через Рейн. Наиболее веская причина состояла в том, чтобы лишить германцев соблазна вторгаться в Галлию и заставить их, в свою очередь, опасаться за свою судьбу, показав им, что римская армия способна и обладает решимостью форсировать Рейн. Более того, та часть конницы узипетов и тенктеров, которая, как упоминалось выше, переправилась через Мос (Маас) за добычей и провиантом и не приняла участия в сражении, теперь, после разгрома своих соплеменников, вернулась за Рейн на территорию сигамбров и соединилась с ними. Цезарь послал к ним гонцов с требованием выдачи людей, которые затеяли войну против него и Галлии. Ему ответили, что Рейн обозначает границу Римской державы. Если он полагает несправедливой переправу германцев в Галлию против его воли, то почему претендует на власть Рима за Рейном?

С другой стороны, убии, единственное племя за Рейном, приславшее послов к Цезарю, заняли примирительную позицию, передали ему заложников и настойчиво просили от него помощи, так как жестоко страдали от разорительных набегов свевов. Если же оказание им помощи не соответствует государственным интересам Рима, то они сочтут достаточной мерой поддержки и надеждой на будущее переправу римской армии через Рейн. Они говорили, что слава и престиж армии Цезаря даже среди самых отдаленных терманских племен были так велики после разгрома Ариовиста и успешного исхода последнего сражения, что их собственное спасение может быть обеспечено лишь дружбой с Римом. Для переправы римской армии они обещали предоставить большое количество речных судов.

17. По вышеназванным причинам Цезарь решил переправиться через Рейн, но счел небезопасным и недостойным для себя и римлян форсировать реку на речных судах. Поэтому, хотя строительство моста через реку представляло большие трудности из-за ее ширины, скорости течения и глубины, Цезарь полагал, что следует либо взяться за это дело, либо не переправлять армию вовсе. Он решил строить мост по нижеследующему проекту[47]47
  См. с. 107. Полагают, что мост был переброшен через реку на участке между современными городами Андернах и Кобленц.


[Закрыть]. Цезарь приказал скрепить попарно бревна с интервалом 60 сантиметров. Толщина каждого бревна составляла 45 сантиметров, длина – на глубину реки. Их немного заострили у основания. На плотах эти балки погрузили в реку и прочно забили бабами, но не вертикально, как сваи, но с наклоном в направлении течения. С противоположной стороны забивали другие пары балок с наклоном против течения. Сверху противостоящие пары балок покрывались поперечными балками толщиной 60 сантиметров на величину промежутка, на который отстояли друг от друга эти пары, соединенные с внешней стороны скрепами. Таким образом, эти пары бревен, отстоящие друг от друга с наклоном и скрепленные скобами, образуют конструкцию столь прочного характера, что чем больше сила течения, тем крепче держатся балки. Эти козлы[48]48
  То есть каждый комплект балок и поперечин.


[Закрыть] крепятся бревнами под прямыми углами и настилом из длинных жердей и плетня. Далее были вбиты под наклоном вниз по течению сваи, которые торчали из воды, как подпорки, и были надежно скреплены со всей конструкцией так, чтобы выдержать напор течения. Вбивались также защитные сваи на небольшом расстоянии перед мостом таким образом, что, если варвары попробуют использовать стволы деревьев или плавучие средства для разрушения конструкции моста, эти приспособления смогли бы смягчить силу ударов и помешать повредить мост.

18. Все работы были завершены в течение десяти дней, начиная со дня, когда началась заготовка бревен, и кончая днем, когда армия перебралась на другой берег реки. Оставив сильную охрану на обоих концах моста, Цезарь углубился на территорию сигамбров. Между тем к нему прибыли послы от нескольких племен, просьбы которых о мире и дружбе Цезарь великодушно удовлетворил и велел прислать ему заложников. Но с самого начала строительства моста сигамбры по наущению тенктеров и узипетов стали готовиться к отступлению. Теперь же они покинули свою территорию, унесли все свое имущество и укрылись в лесных дебрях.

Нынешняя ширина Рейна у Кобленца составляет около четырехсот метров, глубина варьируется от полутора до семи с половиной метров. В вышеприведенной секции пять метров составляют среднюю глубину. Ширина проезжей части моста 11 метров. Расстояние (более 12 метров) между парами бревен (А, а) рассчитывается по ватерлинии, то есть по нижней видимой части. Если бы оно рассчитывалось по дну реки, это означало бы, что последовательные пары бревен наклонялись внутрь под разными углами, когда мост подходил бы к середине реки от каждого берега; здесь исключается предположение, что ширина проезжей части моста была неодинаковой. Нам не сообщается ни угол наклона бревен, ни высота крепления поперечных балок над поверхностью воды, ни дистанция, на которой одни козлы отстоят от других. Весьма вероятно, что в сооружении моста подобного рода для военных нужд ради быстроты следовали одинаковому профилю для каждого быка или козлов, видимых над ватерлинией.

Неясно, что подразумевается под словом fibulae, которое употребляет Цезарь. Некоторые эксперты полагали, что это диагональные связки (D, d), которые определенно необходимы для устойчивости моста и которые, вероятно, подразумевает фраза: quibus disclusis aique in contrariam partem revinctis. Треугольник образуется балкой, поперечиной и связкой, и эта конструкция напоминает и функционирует как скрепа (fibula). Другие эксперты считают, что fibulae – это железные скобы для прикрепления каждой поперечины к ее паре балок в местах соединения.

МОСТ ЧЕРЕЗ РЕЙН. СЕКЦИЯ КО́ЗЛОВ

А, а – бревна-сваи; В – бревно-поперечина; С, с – перекладина между A, a; D, d – закрепленные на концах связки на каждой из сторон козлов; Е и F – жерди; G – плетень в качестве настила; Н, h – столбы-опоры, скрепленные со сваями А, а перекладинами или иным способом, как можно ближе к ватерлинии; К – защитные сваи, вбитые перед мостом

19. Цезарь оставался на землях сигамбров несколько дней, пока не сжег все их селения и постройки и не скосил хлеба. Затем он вернулся на земли убиев и пообещал им помощь в случае нападения свевов. При этом он получил от них следующую информацию. Свевы, узнав от своих разведчиков о том, что строится мост, собрались, по своему обыкновению, на совет. Они разослали гонцов во все стороны, веля соплеменникам оставить крепости, укрыть в лесах жен, детей и имущество, а тем, кто носит оружие, собраться в одном месте. Сбор назначили в одном из центральных районов их территории. Здесь они ждут подхода римлян, полагая дать им решающее сражение. Ко времени получения Цезарем этой информации он осуществил уже все цели, которые преследовала переправа римской армии через Рейн. Речь идет об устрашении германцев, о возмездии сигамбрам, об освобождении убиев от гнета свевов. Таким образом, пробыв за Рейном восемнадцать дней, продвинувшись на этой территории достаточно далеко для славы и пользы римского народа, Цезарь вернулся в Галлию и приказал разобрать мост.

20. До окончания лета оставалось мало времени, а в этих местах, поскольку Галлия расположена на севере (по отношению к Средиземноморью), зимы наступают рано. Но, несмотря на это, Цезарь задумал совершить поход в Британию. Он осознавал, что в ходе всех войн в Галлии помощь противнику приходила оттуда. Цезарь полагал, что, хотя окончание лета не даст ему времени для проведения военной кампании, все же для него небесполезно совершить высадку на остров, определить, кто на нем обитает, характер местности, гавани и причалы. Ведь почти всего этого галлы не знали. Фактически никто, кроме купцов, туда не ездил без крайней необходимости. Но даже купцы посещали лишь береговую линию напротив Галлии. Поэтому, хотя Цезарь пригласил отовсюду в свою резиденцию купцов, он не смог узнать ничего о величине острова, численности его племен, их военной тактике, обычаях и гаванях, удобных для определенного числа больших судов.

21. Цезарь полагал, что Гай Волусен является подходящим кандидатом на предварительное посещение Британии на военном корабле для получения сведений о ее береговой линии перед высадкой римской армии. Он приказал ему выведать все и немедленно вернуться. Сам Цезарь со своими войсками направился в край моринов (нынешняя Фландрия), откуда начинался кратчайший морской путь в Британию. Он велел собрать здесь корабли со всех соседних областей, а также флот, который он построил минувшей весной для войны с венетами. Между тем о его намерениях британцы были оповещены через купцов. От нескольких племен острова прибыли послы с предложениями передать заложников и принять власть Рима. Цезарь выслушал их и проявил к ним великодушие, поощрив сдержать свои обещания. Затем он отправил их на родину, послав вместе с ними Коммия, которого после покорения атребатов назначил их вождем. Цезарь ценил его смелость, благоразумие, преданность и авторитет, на который следовало полагаться в тех краях[49]49
  То есть в Британии.


[Закрыть] в значительной степени. Он велел ему навестить как можно больше племен и убедить их искать покровительства у Рима, а также сообщить о его скорой высадке в Британии. Волусен исследовал страну, насколько это было возможно для военачальника, который не осмеливался высадиться на остров, чтобы не попасть в руки местных варваров, и на пятый день вернулся к Цезарю, доложив о своих наблюдениях в прибрежных водах Британии.

22. Пока Цезарь находился там, где был, для подготовки своих кораблей к походу, с большей части территории моринов прибыли послы с извинениями за свое прежнее поведение, когда они по своей дикости и невежеству в отношении знания наших порядков приняли участие в войне против Рима. Они обещали выполнять приказания Цезаря. Он счел их инициативу весьма уместной. Цезарь не хотел ни иметь в тылу врагов, ни проводить военную кампанию в условиях окончания летнего сезона, ни заниматься такими мелочами перед походом в Британию. Поэтому он приказал моринам доставить как можно больше заложников. После выполнения этого приказания он взял их под свое покровительство. Когда удалось собрать около восьмидесяти транспортных судов – достаточное число, по мнению Цезаря, для переправы через пролив двух легионов, он распределил военные корабли между квестором, легатами и военачальниками. Ко всему флоту следует добавить восемнадцать транспортных судов, которые задержались сильным ветром в 12 километрах от берега и не смогли зайти в порт сбора[50]50
  Вероятно, Булонь, тогда Гезориак (Бонония).


[Закрыть]. Эти суда он определил под транспортировку конницы. Оставшиеся войска Цезарь передал под командование легатов Квинта Титурия Сабина и Луция Аурункулея Котты, чтобы они повели их против менапиев и тех кантонов моринов, которые не прислали заложников. Он приказал легату Публию Сульпицию Руфу во главе достаточного, по его мнению, гарнизона защищать порт.