Читать книгу "За пределами любви"

Глава 11

Этот телефонный звонок оказался не совсем тем, чего ожидала Анита в ближайшем будущем. Она положила телефон на стол, облокотилась на спинку рабочего кресла и уставилась в пространство, надеясь прояснить в своей голове те события, из-за которых она, собственно, и ввязалась в это дело. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как она разговаривала с Шейлой в её офисе по поводу своих странных догадок и чувств. Она хорошо запомнила ответ секретаря регрессолога о том, что та уехала в долгосрочный отпуск и вернется в страну только через несколько месяцев. Тогда Анита не обрадовалась, поняв, что её накопившиеся вопросы могут остаться без ответов, и потому попросила созвониться с ней, как только регрессолог вернётся из своего турне. Теперь, когда это произошло несколько раньше, чем она планировала, внутри неё что-то начало предвкушающее вибрировать. И она не была уверена, что это что-то обязательно было хорошо.

Анита взяла в руки карандаш, перекатывая его между пальцами и погрузившись в воспоминая. Она пыталась понять, что на самом деле хотела вытащить из этого опыта с глубоким погружением. Ведь даже если её вера в то, что их с Ребеккой связывала куда больше чем одна жизнь, не подтвердится, она не сомневалась, что её чувства к ней никак не изменятся. Она была уверена, что нашла свою судьбу в голубых глазах и никогда бы не расстроилась, если бы узнала, что единственной причиной её романтических поисков, была лишь богатая фантазия с нотками надежды на что-то неподвластное простому пониманию. Может быть, её предчувствия и были подпитаны чем-то труднообъяснимым, но это вовсе не значило, что её фантастические догадки были правдой. Возможно, она просто хотела попробовать выяснить хоть что-то, чтобы больше не плутать в тех волшебных иллюзиях и до конца принять то реальное счастье, которое теперь ждало её каждый день дома. С грустной улыбкой Анита переписала нужный адрес в свой ежедневник и взяла телефон, чтобы позвонить домой и попросить Ребекку о встрече во время её обеда. В конце концов, она точно не собиралась ничего скрывать от владелицы своего сердца.

* * *

Ребекка сладко улыбнулась, когда заметила знакомую гриву волнистых локонов цвета шоколада и задумчивое светлое лицо, которое даже и не думало отрывать своё созерцание от прозрачного бокала с насыщенно-малиновой жидкостью. Когда она оказалась в поле зрения Аниты, вспышка небольшой паники в любимых зелёных глазах показалась ей чем-то новым в поведении своей пары, она присела за круглый столик местного кафе и взяла слегка влажную ладонь Аниты в свою руку, мысленно пытаясь подавить в себе накатившую волну нервозности. Взволнованный и в тоже время немного боязливый взгляд Аниты напугал её. Сотни возможных причин этой неожиданной встречи непроизвольно запустили внутри неё карусель самых нелицеприятных вариантов конца этого разговора. Когда прошло ещё несколько угнетающих секунд томительного ожидания, Ребекка почувствовала, как её сердце запрыгало интенсивнее, уже ожидая услышать самые страшные для неё слова.

– Пожалуйста… ты меня пугаешь… скажи, что случилось? – сбивчиво прошептала Ребекка, не в силах скрыть в голосе лёгкую дрожь.

Анита мысленно дала себе пощёчину за своё боязливое молчание и придвинула стул поближе к уязвимой девушке, чтобы успокоить её, а заодно и дать себе время для выбора нужных слов в этой ситуации.

– Прости, родная… с нами всё хорошо, просто это трудно объяснить, но я обещаю, что тут нет никакой проблемы, – когда она почувствовала вздох облегчения, её собственная тревога рассеялась, но брови тут же нахмурились в поисках возможной причины для появившегося страха в глазах любимой. Она сжала ладошку Ребекки и сделала несколько успокаивающих кругов на её спине, пристраиваясь ближе. – Что тебя так напугало, любовь моя?

Ребекка хныкнула, позволяя любимому голосу исцелить её неожиданно поднявшуюся неуверенность, больше не заботясь об их компрометирующем положении на людях. Прямо сейчас ей было всё равно, как они выглядели со стороны, она нуждалась в этом тёплом контакте со своей парой, и её не волновало, если кому-то могло что-то не понравиться. Она прижалась носиком к родному теплу на шее возлюбленной, впитывая в себя её любовь и ощущая, как желанное спокойствие потихоньку возвращается в её душу.

– Прости… на секунду мне показалось, что ты скажешь, что больше не хочешь этого.

Неуверенность и нотки отчаянья в тихом голосе раздирали сердце Аниты на куски. Она поцеловала золотистую головку, уже привычно испытывая непреодолимое желание защитить и избавить свою возлюбленную от всего, что могло привести её к болезненным эмоциям.

– Чего именно я могу не хотеть, родная?

Ребекка медленно подняла глаза на Аниту:

– Нас.

Анита непонимающе нахмурилась, и уже через секунду осознание ударило прямо в центр её существа. Она крепче прижала к себе Ребекку, испытывая столько всего сразу, что её следующие слова наскребли энергии лишь для слабого шёпота, который был слышан только ушкам Ребекки:

– Ты моё сердце. Неотъемлемая часть моей души, почему же ты сомневаешься в том, что я люблю тебя?

Ребекка прижала ладошку к щеке Аниты, буквально ощущая, как что-то внутри неё тянется к этой девушке, желая немедленно успокоить и заверить, что всё было иначе. Она не сомневалась. Никогда не сомневалась в их взаимной любви. Она чувствовала её силу ещё в самом начале и сейчас не могла вынести даже мысли о том, чтобы полюбить кого-то другого когда-либо. Она нуждалась только в Аните. Нуждалась в её сердце и душе так же сильно, как в воздухе.

– Я знаю, что ты любишь меня. Я чувствую это в своём сердце, и даже не понимаю, откуда взялись эти мысли… Просто у меня такое ощущение, что я уже проходила через что-то подобное когда-то… Как будто я уже теряла тебя однажды и теперь боюсь сделать это снова, – Ребекка что-то тихо бормотала, не особо задумываясь, как это должно было звучать. Раньше она боялась ходить в эту сторону и думать о подобных вещах, которые всегда обещали ей муки невыносимого горя.

Анита закрыла глаза, когда слова Ребекки заставили её с трудом затянувшуюся рану выпустить бордовый каскад безжизненных струй чего-то очень глубокого. Это были те самые страхи. Именно та главная причина, из-за которой она всё это затеяла. Она боялась потерять Ребекку, и этот необоснованный иррациональный страх с каждым днём подталкивал её всё дальше и дальше к желанию разобраться в причине подобных переживаний. Она вздохнула, наконец, решившись выложить все карты на стол и всё рассказать.

– Почти по этой же причине я и пригласила тебя сегодня в кафе на разговор, – прошептала Анита, ласково поглаживая золотистые локоны. – Со дня нашей первой встречи со мной происходило что-то необычное. Я безвозвратно влюбилась в тебя, но чувствовала, что это не было чем-то новым, скорее тем, что снова вернулось ко мне. Меня пугали собственные ощущения, и я пыталась уйти от них, но очень скоро поняла, что не могу сопротивляться желанию вновь увидеть тебя, и, согласившись на всё, пошла на этот риск, надеясь, что моя душа знала, на что шла. Когда всё стало слишком интенсивно и догадки начали прорастать, я поговорила с Шейлой, и она дала мне совет обратиться к её знакомому регрессологу. Но та женщина, которая умеет открывать двери в прошлые жизни, очень не вовремя отправилась в отпуск, и всё пришлось отложить на неопределённый срок. Сегодня её секретарь позвонила мне и сказала, что меня примут уже этим вечером. Я хотела посоветоваться с тобой, прежде чем пойду на это, – Анита внутренне сжалась, ожидая реакции девушки, которая не издала ни звука, пока она говорила о чём-то наверняка немного сумасшедшем для любого человека. Когда Ребекка приподняла голову с её плеча, она застыла, читая в её глазах нечто, чего уж точно не ожидала там увидеть после своих слов. Она видела пелену прозрения за простым любопытством и на долю секунды могла поклясться, что Ребекка смотрела на что-то дальше её внешней оболочки. Ребекка звала её душу.

– Я поеду с тобой.

* * *

Анита до последнего не верила, что Ребекка поддержит её идею, не говоря уже о том, что захочет поучаствовать во всём этом. Она коротко объяснила Шейле всю ситуацию по телефону и попросила подругу присмотреть за Тимкой, пока они с Ребеккой не вернутся домой. Она улыбнулась, вспомнив слова Шейлы о том, что та заберёт Тиму и собак на эту ночь к себе и они потратят целый вечер на разгром набора видеоигр, пока мамы мальчика будут заниматься своими делами. Во время пути по указанному в навигаторе маршруту, слишком мало слов было сказано между ними. Но на самом деле прямо сейчас они не нуждались в простых разговорах, ладошка Ребекки лежала в свободной руке Аниты, и им обеим было достаточно только этой связи, пока их мысли пытались подготовить разум к будущей встрече и возможным её последствиям.

Анита бросила быстрый взгляд на девушку и позволила себе несколько мимолётных секунд, чтобы вновь прокрутить те слова, которые ей сказала Ребекка перед выходом из кафе: «Ещё немного – и я бы сама предложила обратиться к специалисту».

Ребекка приподняла брови, когда миниатюрная брюнетка с дружелюбным взглядом пригласила их к себе в кабинет и предложила поговорить перед началом их будущего погружения. Девушка на вид была примерно их возраста, её мягкие глаза и приятная внешность с минимальным намёком на косметику вызывала доверие. Ребекка не пыталась уходить от прямых ответов, когда регрессолог начала задавать вопросы о возможных причинах их сегодняшней встречи, но ей стало немного не по себе, когда девушка обратилась к Аните и та начала описывать свои предчувствия с момента их первого дня знакомства. Множество совпадений с её собственными ощущениями настолько поразили разум Ребекки, что на секунду она подумала о сьёмках какого-то глупого фильма про потусторонние силы или что-то в этом роде. С каждым словом это становилось всё запутанней, и, если честно, ей не терпелось лечь на расположенный рядом диванчик и погрузиться во что-то, что могло бы прояснить некоторые моменты и дать объяснения для их странных с Анитой мыслей.

Анита слушала, как будет проходить само погружение, в целом быстро сообразив, что их с Ребеккой слегка отключат от реального мира, чтобы связаться с глубоким подсознанием и пройти туда, где всё будет в лучшем случае немного размыто и непривычно. На протяжении всего разговора она согревала ладошку Ребекки своей и спокойно гладила пальцами её нежную кожу, создавая именно тот контакт, в котором они обе нуждались в эту минуту.

– Ты правда хочешь этого? Может, мне стоит пойти первой или…

Ребекка прикрыла губы Аниты, ласково улыбнувшись, когда лёгкий поцелуй коснулся подушечек её пальцев.

– Только вместе.

Анита могла чувствовать, как её сердце согревается, и весь страх перед неизведанным погружением начинает стремительно исчезать.

Выслушав своих клиентов и поняв, что именно они хотели узнать, регрессолог улыбнулась, не в первый раз сталкиваясь именно с такими парами, которые видели друг в друге нечто большее, чем верного друга и своего возлюбленного. Они чувствовали притяжение родной души и приходили, чтобы увидеть истоки своей связующей силы, что была исключительной и особенной для каждой пары.

Когда же девушки устроились поудобнее, Анита так и не отпустила руку Ребекки. Они вместе закрыли глаза, и прошло не так много времени расслабляющей мелодии и тихих слов регрессолога, когда похожее на сонную дымку чувство окутало их сознание, унося дальше, чем это требовалось в начале стандартного сна.

Анита ощущала лёгкое парение, почти абсолютную невесомость, которая позволяла её сложным мыслям таять, словно кусочку льда на открытом летнем солнце. Это было невероятным ощущением абсолютного покоя, и лёгкие слова, доносившиеся откуда-то извне, позволяли ей заходить всё дальше и дальше, пока её дух не ослабил связи с её неподвижным телом. Она могла думать и чувствовать, но здесь всё казалось иначе, к чему она привыкла даже в самых невероятных блужданиях по своим снам. Здесь было легко, и невесомый серебристый туман появившейся вокруг неё, уносил её туда, куда просил едва слышимый успокаивающий голос где-то по ту сторону.

Анита почувствовала, что тело, в котором она сейчас находилась, было её и не её одновременно. Она подошла к висящему на расписной стене зеркалу и почему-то не удивилась той симпатичной девушке, которая смотрела на неё. Она видела не совсем чёткую картину, но смогла разглядеть прямые чёрные волосы и высокую крепкую фигуру. Она узнала только свои глаза. Обстановка, в которой она находилась, была ещё более нечёткой, и она мало, что могла видеть, но это быстро перестало её волновать, когда вновь появившейся туман перенёс её в совсем другое место. Теперь всё было иначе. Анита ощущала, как волны неземного счастья закружили её вместе с объятиями невысокой девушки, к которой она питала самые чистые на свете чувства, от силы которых её душа всегда светилась огнями всепоглощающей радости. Она немного отстранилась, чтобы увидеть лицо своего ангела, и её не удивило, когда незнакомка со светлыми волосами и небесными глазами улыбнулась ей, не скрывая своей любви, что окружала её ярче самого солнца. Только любящие голубые глаза были знакомы Аните, и она легко наклонилась, чтобы поцеловать девушку в своих руках, не удивляясь тому ощущению родной души, которая столько для неё значила.

– Ого, ты в хорошем настроении, – выдохнула светловолосая девушка, нежно погладив свою пару по щеке. – У меня есть новое фото для тебя.

Анита сцепила руки за талией заёрзавшей возлюбленной, которая вытянула из заднего кармана брюк какую-то открытку. Когда она посмотрела на чёрно-белую картинку, слёзы счастья потекли по её щекам, заставляя всхлипнуть.

Понимающе улыбнувшаяся девушка обхватила ладошками лицо Аниты и притянула её к себе для ещё одного нежного поцелуя, который должен был немножко успокоить её всегда эмоциональную пару.

– Ты будешь прекрасной мамой, – прошептала она, одаривая её сладким вниманием в этот тёплый момент их личного семейного счастья.

После уносящего полёта с пеленой успокаивающего светлого тепла Ребекка, наконец, попала в место, которое было не то, чтобы неузнаваемым, скорее давно забытым. Теперь она стояла внутри цветочной арки на пляже с чистым океанским песком и держала за руки девушку, которую любила всей душой. Она продолжала смотреть во взволнованные зелёные глаза, совсем не обращая внимания на их окружение и на всё то, что отвлекало от созерцания родного для её сердца человека. Где-то глубоко в памяти она уже чувствовала, что сказала свою клятву, и теперь слышала лишь слова девушки, которая неотрывно смотрела прямо в её душу.

– … целой жизни будет мало, чтобы показать, как сильно я люблю тебя. И потому в этот день я дарю тебе свою клятву… за пределами каких бы миров мы ни оказались, я всегда буду находить тебя, чтобы мы снова продолжили свой путь вместе. Моё сердце узнает тебя. Моя душа принадлежит лишь тебе, и я обещаю искать только твои глаза, веря в то, что они всегда напомнят мне, для кого я живу на этом свете. Они всегда будут тем единственным ключиком, который будет способен открыть двери моего сердца…

Что-то внутри Аниты сжалось, когда туман вернулся и унёс её от того прекрасного чувства и объятий её родной души. Она летела туда, откуда уже просачивался холод и языки ядовитого пламени отравляли её кровь, заставляя невыносимое горе проступать сквозь бестелесную форму. Ей стало больно дышать, когда она, наконец, остановилась и вдохнула жизнь через то же самое тело, в котором ещё недавно чувствовалось столько потрясающих, чистых эмоций. Теперь ощущалась лишь пустота. Анита дышала через раз, суматошно оглядываясь по сторонам и злясь на то, что расплывчатые фигуры слишком медленно обретали свою форму, очень нескоро позволяя ей всё-таки разглядеть окружающую обстановку.

«О боже!»

Её дыхание остановилось, а сердце, казалось, перестало биться, когда она увидела очертания гроба и безмятежное лицо той, которая была для неё всем. Анита больше не могла плакать, она просто стояла и смотрела, пока вся боль этого мира разрывала её душу на куски. Она чувствовала, что уже много часов хотела своей смерти, она знала, что не сможет жить без неё и была удивлена тому, что это тело всё ещё могло дышать.

«Зачем?» – был её единственный вопрос. Она не хотела жить. Она вспомнила причину, почему умерла её любовь и те страшные слова, которое произнёс врач: это был рак. Она помнила годы борьбы и помнила, как силы постепенно покидали девушку, которой принадлежало её сердце. Это было невыносимо. Это её убивало – наблюдение за страданиями своей возлюбленной. Она не могла сосчитать, сколько раз просила бога поменять их местами. Лёгкое движение по сторонам не могло отвлечь её от простого созерцания девушки, которая лежала без признаков жизни. Откуда-то она знала собравшихся рядом людей. Она не обращала внимания на слова сочувствия приехавших родственников, потому как помнила, что те отвернулись от них, когда узнали, что две девушки полюбили друг друга.

Среди них всех Анита чувствовала тепло только от самой ближней к ней пары – мужчины и женщины, которые показались ей действительно убитыми горем. Она знала их. Это был её брат со своей женой. Их лучшие друзья, как в этой жизни, так и во всех предыдущих. Именно с этим мужчиной она делила одну связующую силу, его каштановые глаза было не перепутать ни с кем, и она почувствовала присутствие Шейлы ещё до того, как мужчина подошёл к ней ближе. Она уже знала, но всё равно посмотрела в глаза подошедшей её обнять невестке, убеждаясь, что её янтарные радужки всё также были ей знакомы, но свободно падающие слёзы не позволяли увидеть в них того игривого света, к которому она привыкла.

Она приняла объятия лучших друзей, но это не могло избавить её от мыслей о смерти, которая казалась единственным выходом из этой боли. Она не могла этого терпеть. Жить без неё она просто не могла. Её будто бы резали ножами, когда она думала о том, что больше не сможет поцеловать или обнять половику своей души. Она продолжала стоять в немом горе и не замечала светловолосую девочку, пока та не подбежала к ней совсем близко. Лишь тогда она смогла что-то почувствовать. Увидеть ту самую причину, из-за которой она всё ещё позволяла своим лёгким дышать. Маленький ангелочек с голубыми глазками был не старше четырёх лет, и она подняла девочку на руки, чувствуя, что всем сердцем любит её и, помня о последних словах своей любимой, которая просила жить ради их дочери.

«Как же я смогу? Я не могу. Только не без тебя».

Ребекка нахмурилась, когда картинка поменялась и всё из странно знакомого преобразилось во что-то однозначно ненормальное. Она больше не чувствовала своего тела. Но могла мыслить и парить где-то посреди каких-то людей, разодетых в чёрную одежду. Она чувствовала свободу и необъяснимую тягу улететь туда, куда её притягивало, словно магнитом. Но она оставалась для чего-то, желая побыть здесь хотя бы ещё немного. Только несколько минут, чтобы успокоить её любимую.

«Успокоить?» – Ребекка оглянулась и внезапно вспомнила, что происходит. Она была лишь духом, который совсем недавно покинул своё тело, и теперь смотрела на людей, которым придётся идти дальше без неё. Она чувствовала их глубокую боль, и ей хотелось плакать, но она не могла этого сделать. Прямо над гробом стояла её жена, которая была убита горем и держалась только за ту тонкую ниточку, олицетворявшую их маленькую доченьку. Она могла чувствовать её страдания и не понимала, как вообще человек был способен такое вынести. Она бы не смогла. Она любила её всем своим существом и не смогла бы потерять её и выжить. Она хотела подойти к ней, и каким-то лёгким перелетающим движением она оказалась позади любимой и бестелесно обняла её за плечи, не зная, что ещё могла сделать, чтобы забрать её разрушающие страдания себе. Она дотронулась до места под сердцем, которое болело, и коснулась руки, которая была холоднее самой смерти. Ребекка взглянула в умирающие от горя зелёные глаза и послала им силу своей мысли, что должно было стать их последним прощанием перед тем, как ей придётся уйти туда, где она всегда будет ждать её.

«Ты должна жить, любовь моя. Мы ещё встретимся с тобой и снова пойдём вместе, как делали это всегда. Я вернусь к тебе, родная… я обещаю».

Густая дымка начала потихоньку рассеиваться, и тихий зов откуда-то со стороны возвращал странствующих девушек туда, откуда они начали своё погружение.

Ребекка открыла глаза, и первое, что она увидела, были горькие слёзы на щеках Аниты, рука которой всё ещё сжимала её собственную. Она поднялась со своего места, чтобы присесть рядом с задыхающейся от горя возлюбленной и сжать её в своих крепких объятиях.

Анита ничего не могла с собой поделать, она безудержно рыдала на руках у Ребекки, пока та тихо шептала ей слова любви и пыталась успокоить её выскакивающее из груди сердце. Её с ума сводило то, что она увидела и что чувствовала несколько мгновений назад, и теперь возможность снова быть рядом со своей половинкой исцеляла не только её мысли, это возвращало жизнь в её душу. Она не могла сказать точно, сколько прошло времени с тех пор, как они обе начали плакать от облегчения их вновь вернувшейся любви, но была благодарна понимающему регрессологу, которая позволила им побыть наедине, после такого сильно душевного переживания.

– Я люблю тебя, – прошептала Анита, поднимая голову с колен Ребекки и с благоговением глядя в её растроганные голубые глаза. Наконец-то ей открылась причина тех бесконтрольных ощущений предательства, настигавших её каждый раз, когда она искала свою пару в случайных знакомых. И теперь она понимала, почему безмерная любовь всегда шла в комплекте с бесконечной болью.

Ребекка обхватила заплаканное лицо своими ладошками и на расстоянии выдоха прошептала ей свой ответ:

– Навсегда, любовь моя! – она двинулась вперёд, неистово целуя открывшиеся ей солёные от слёз губы, и не отпускала Аниту до тех пор, пока они обе не начали задыхаться от той нескончаемой силы, которой обладала их давняя друг к другу любовь.

* * *

Они вызвали такси, так как Анита в данный момент не особенно доверяла себе, чтобы вести машину. Они не помнили всей прошлой жизни, лишь те немногие из самых запоминающихся моментов для их душ, которые помог увидеть регрессолог, поглощали их снова и снова, пока они блуждали где-то там, на другой стороне своего подсознания.

Вместе с ошеломляющими эмоциями обе девушки чувствовали непреодолимую потребность соединиться как можно скорее и глубоко целовали друг друга, пока такси с очень смущённым водителем продолжало движение к их дому.

Анита, не глядя, положила водителю пару купюр и выскользнула из машины следом за Ребеккой, которая, тяжело дыша, уже бежала отпирать входную дверь. Они ввалились в погружённый в темноту дом, даже не подумав о возможности включить свет или прерваться хоть на мгновение в охватившем их безумии. Руки продолжали блуждать по разгорячённой коже, и губы не прерывали обжигающего контакта, пока они, спотыкаясь, поднимаясь вверх по лестнице и нетерпеливо избавляли друг друга от одежды.

Анита ударом плеча отворила дверь комнаты, в которой вот уже как несколько недель делила все ночи в компании своей вечной спутницы. Они никогда не заходили дальше пары часов сладких поцелуев и нежных ласк, но теперь напор Ребекки ясно говорил ей, что она больше не собиралась ждать, чтобы получить всё. И Анита всем сердцем горела желанием пойти до конца и возобновить связь со своей любовью как можно скорее.

Ребекка парила на грани наивысшего наслаждения, пока её возлюбленная доводила её до максимального желания своим неописуемо диким напором. Где-то в глубине души она думала о том, чтобы сделать их первый раз как можно более нежным и чувственным для своей невинной любимой, но сейчас очень сомневалась, что у неё хватит сил на сопротивление, чтобы не так скоро ответить на зов нуждающейся в ней Аниты. Она целовала её с ответным неистовым желанием, не способная отказать себе в безграничном удовольствии взять эту девушку как можно скорее. Она жаждала почувствовать её обнажённое тело над собой и срывала с неё одежду, пока свет луны не отразил абсолютно прекрасное видение с ярким пламенем в зелёных глазах.

Анита заставила себя погасить огонь в её кипящей крови, чтобы как можно спокойнее избавить свою любовь от оставшегося комплекта нижнего белья. Она была не способна описать те чувства, которые вызывали в ней видения обнажённого ангела со струящимися золотистыми локонами и затемнёнными ярко-синими глазами, которые теперь безошибочно умоляли сделать её своей. Тёмная отметина чуть выше левой груди Ребекки заставила её подойти ближе и показавшийся знак скорпиона в плетёном кольце вдруг напомнил ей о том незабываемом дне, когда они все сделали татуировки, и только Ребекке, видимо, удалось сделать это втайне ото всех. Осознание этого выбора и значение этой картинки согрело душу Аниты слезами радости. Она смотрела на девушку с безграничным обожанием, и сказать, что она хотела её, было самым большим преуменьшением из всех возможных. Она желала свою половинку. Она нуждалась в её любви так сильно, что боялась, что её сердце не выдержит, если Ребекка не испытает таких же чувств к ней. Она мечтала об этом моменте всю свою жизнь. И теперь, когда её ангел наконец-то вернулся, она не знала, как заставить себя поверить в этот самый прекрасный подарок, ради счастья которого, не подумав, отдала бы собственную жизнь. Она сомневалось, что в этом мире существуют слова, чтобы описать те чувства, которые олицетворяли её связь с этой девушкой. Всё, что она знала, это то, что одних слов любви здесь было недостаточно. Она дышала только ради этой души. Она жила ради её улыбки и знала, что будет любить её вечно, так же сильно, как сейчас, если не больше.

Ребекку глубоко тронула реакция Аниты на долгожданное открытие своего тату, она дала ей время, чтобы все появившиеся чувствительные эмоции в зелёных глазах немного поутихли, и протянула руку, когда та была готова принять их любовь и возобновить то, ради чего они снова встретились в этом мире. Она нежно поцеловала мягкие губы и постепенно опускала свои поцелуи к чувствительной коже на шее Аниты, улыбнувшись, когда услышала низкий стон и почувствовала, как крепкие бёрда двинулись к ней навстречу. Ей было нелегко сдерживать свои порывы, чтобы не наброситься на готовую девушку, и после небольшого поддразнивания она добилась того, чего хотела. Анита зарычала, подняв её на руки и позволив обнять себя ногами. Ребекка всхлипывала, пока болезненный контроль покидал её тело, и двигала бёдрами, одновременно разжигая как своё желание, так и неукротимую энергию своей возлюбленной. Она смутно осознавала, что теперь лежит по центру кровати, и яростно притягивает дикие бёрда между своих ног. Её желание выходило из-под контроля. Она впивалась ногтями в упругие ягодицы Аниты и дразнила зубами её шею, слыша только вибрацию звуков наслаждения крепкой девушки, которая не уступала ей в напоре первобытных инстинктов.

Анита стонала, расставив руки по обе стороны от девушки, пока Ребекка ласкала губами её шею и с безмерным удовольствием подхватывала её ритм, соединяя их центры с каждым толчком всё интенсивней. Она услышала почти скулящие звуки, когда дрожащая ладонь Ребекки схватила её за руку и просунула между их телами, смело ведя её в нужном направлении.

– Пожалуйста… любимая… ты нужна мне сейчас, – Ребекка взвыла от удовольствия, стоило пальцам Аниты нежно заполнить её тело. Она тут же двинула руку вниз, сжимая набухшую плоть Аниты между своими пальцами, почти сходя с ума от ощущений влаги любимой покрывшей её ладонь. Она жаждала освобождения возлюбленной и осторожно просунула свой палец в раскрывшуюся для неё сердцевину, со стонами вбирая в себя глубокие ласковые прикосновения и в экстазе запрокидывая голову назад. Она замурлыкала от удовольствия, когда Анита вобрала в себя ещё один палец и задвигалась быстрее, обещая скорое неземное наслаждение. Ребекка чувствовала, как всё её тело вибрирует, и электрические разряды пускаются через их вершившуюся связь, пока они двигаются внутри друг друга, зовя свои души на этот последний рывок их окончательного воссоединения. Они не до конца понимали ту силу, что зазывала их идти дальше подступивших волн, но не боялись, даже зная, что это будет большим, чем были способны понять их затуманенные желанием разумы.

Ребекка почувствовала начало вспышки и открыла глаза, увидев засиявший блеск в зелёных радужках, перед тем как что-то сильное и яркое окутало их обеих, заставляя замереть. Ребекка ощутила что-то похожее на свободное парение, которое почувствовала ещё в том погружении у регрессолога. Она высвободилась из тела и прошла через такую же замершую девушку, унося её дух следом за своим, где они закружились в родном объятии долгожданной встречи. Всего несколько странных секунд – и две души вернулись в свои тела, снова глядя друг на друга, но больше не видя ничего. Девушки истратили свои последние силы на эту заключительную связь и закрыли глаза, упав в объятия друг друга, одновременно погружаясь в глубокий сон. Они никогда не вспомнят о последних секундах этого вечера, ведь то, через что они прошли сейчас, было единственной возможностью двух душ снова связать себя неразрывными нитями их особенного брака для ещё одной жизни на этой земле.

* * *

Ребекка открыла глаза только когда яркое утреннее солнце осветило её лицо, унося остатки сновидений и возвращая воспоминания о предыдущей ночи. Счастливая улыбка появилась на её губах, и взгляд тут же опустился вниз, где с каждым её вдохом поднимались растрёпанные шоколадные волосы, обрамляющие лицо её усталой красавицы. Густые ресницы всё ещё охраняли сон возлюбленной, а лёгкая улыбка на алых губах подсказала Ребекке, что это приключение было очень приятным, и она передумала переворачиваться, как того просило её тело, оставаясь в том же положении, чтобы просто понаблюдать за девушкой, которую полюбила уже так давно.

Аните понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что её прекрасный сон был совсем не вымыслом, а реальностью, на подтверждени которой, она, по-видимому, вчера уснула. Она чувствовала под щекой родной ритм сердцебиения и поцеловала это место, перед тем как открыть глаза и встретить любящий взгляд своего ангела.

– Доброе утро, любовь моя, – ласково прошептала Ребекка, проводя рукой по спутанным волосам улыбнувшейся девушки.