Читать книгу "Екатерина II, Германия и немцы"

4. Голштиния – Ольденбург – Австрия – Баден

Брак вюртембергской принцессы и Павла проложил путь расширению семейных связей. Дочерей на выданье у Екатерины не было, а внучки заставляли подождать со своим появлением, поэтому она целеустремленно взялась за устройство судеб младших сестер Марии Федоровны. Она искала партии, которые могли бы сделать честь двору Этюпа, но отдавала преимущество тем, что могли бы укрепить позиции России в Священной Римской империи.

Уже с 1778 года она принялась хлопотать об устройстве брака своего двоюродного брата Петера Фридриха Людвига Гольштейн-Готторпского, проживавшего в то время в Гамбурге коадъютора князя-епископа Любека, с тринадцатилетней дочерью мёмпельгардского правителя Фредерикой. Желание Екатерины связать с помощью уз брака княжеские дома, уже породнившиеся между собой благодаря Павлу и Марии Федоровне, было продиктовано не только заботой о личном счастье кузена, который был моложе ее на целое поколение. Скорее, она стремилась еще и с помощью родственных связей закрепить влияние России на новое герцогство Гольштейн-Ольденбургское, и так, с государственно-правовой точки зрения, сориентированное на дружелюбный курс по отношению к ее империи благодаря договору с Данией[902]902
  Обширные подготовительные материалы к договору (май – ноябрь 1774 г.) см.: Parry C. The Consolidated Treaty Series. Vol. 45. P. 181–228. См. об этом: Schmidt H. Herzog Peter Friedrich Ludwig von Oldenburg. Dynastische Voraussetzungen und wichtigste Lebensdaten // Idem. (Hrsg.) Peter Friedrich Ludwig und das Herzogtum Oldenburg. Beiträge zur oldenburgischen Landesgeschichte um 1800. Oldenburg, 1979. S. 9–14, здесь S. 11–12; Hübner E. Kiel, Eutin, St. Petersburg. Das Fürstentum Lübeck, Schleswig-Holstein und die nordeuropäische Politik im 18. Jahrhundert // Lohmeier D. (Hrsg.) Kiel – Eutin – St. Petersburg. Die Verbindung zwischen dem Haus Holstein-Gottorf und dem russischen Zarenhaus im 18. Jahrhundert. Politik und Kultur. Heide in Holstein, 1987. S. 11–26, здесь S. 22–23.


[Закрыть]. В июне 1781 года в Этюпе состоялась свадьба. Старания Екатерины увенчались заключением формального брачного контракта, подчеркивавшего интерес России в этом деле: в договоре закреплялось согласие великого князя Павла Петровича как «верховного начальника» голштинско-ольденбургского герцогского семейства на брак принца Петера Фридриха Людвига и принцессы Фредерики Вюртембергской[903]903
  Так согласно работе: Hübner Е. Kiel, Eutin, St. Petersburg. S. 23–24. См. также: Jansen G. Aus den Jugendjahren des Herzogs Peter Friedrich Ludwig von Oldenburg // Jahrbuch für die Geschichte des Herzogtums Oldenburg. Bd. 15. 1906. S. 1–40, здесь S. 21–30; Vierhaus R. Oldenburg unter Herzog Peter Friedrich Ludwig. Ein nordwestdeutscher Kleinstaat in der politischen Krise um 1800 // Oldenburger Jahrbuch. Bd. 80. 1980. S. 59–75, здесь S. 63; Israel O. Herzog Peter Friedrich Ludwig und das Haus Holstein-Oldenburg in Rußland // Lohmeier D. (Hrsg.) Kiel – Eutin – St. Petersburg. S. 115–118, здесь S. 117.


[Закрыть]. За четыре года совместной жизни принцесса, вышедшая замуж в шестнадцатилетнем возрасте, родила супругу двоих сыновей: в 1783 году – Пауля Фридриха Августа, а в 1784 году – Петера Фридриха Георга. Однако едва в августе 1785 года, после смерти своего дяди Фридриха Августа, Петер Фридрих Людвиг приступил к правлению в Эйтине и Ольденбурге с герцогским титулом и в должности управляющего от имени своего больного кузена, как Фридерика в ноябре того же года умерла после третьих родов[904]904
  Jansen G. Aus den Jugendjahren. S. 30–37; Schmidt H. Herzog Peter Friedrich Ludwig von Oldenburg. S. 12.


[Закрыть].

Новый герцог переселился в Ольденбург и правил там до 1829 года, причем от своего имени – лишь с 1823 года. Всю жизнь он сознавал, что как собственным воспитанием и продвижением, так и взлетом и авторитетом своего дома он был обязан императрице России. После смерти Екатерины надежной заступницей ему стала его свояченица Мария Федоровна[905]905
  Герцог целых полвека состоял в переписке с Марией Федоровной – с 1777 по 1828 год. См. указание на ее письма к нему и черновики его писем в Государственном архиве нижнесаксонского Ольденбурга в работе: Rauch G. von. August und Georg von Holstein-Oldenburg und die Bauernbefreiung in den baltischen Provinzen // Zeitschrift der Gesellschaft für Schleswig-Holsteinische Geschichte. Bd. 97. 1972. S. 95–126, здесь S. 98, Anm. 4.


[Закрыть]. В течение десятилетия Петер Фридрих Людвиг трижды приезжал в Петербург. В 1801 году он пробыл при российском дворе несколько месяцев, пока в Ольденбурге квартировали прусские войска. Став членом Рейнского союза после заключения Тильзитского мира, в 1809 году он снова приехал в Петербург погостить – на этот раз по случаю свадьбы своего второго сына Петера Фридриха Георга, с 1808 года состоявшего на российской службе, и великой княгини Екатерины Павловны – умной и влиятельной сестры Александра I. Значение этого брака, заключенного между двоюродными братом и сестрой, не в последнюю очередь состояло в том, что он лишил французского императора шанса породниться с императором русским. В третий раз Петер Фридрих Людвиг приехал в Россию весной 1811 года по приглашению Александра, предложившего герцогу и его старшему сыну-наследнику убежище в России, после того как в декабре 1810 года Наполеон, нарушив договор о создании Рейнского союза и Тильзитский мирный договор, аннексировал Ольденбург с целью включить его в систему континентальной блокады. Однако интересы России и Ольденбурга в этот момент плохо согласовывались между собой: хотя Александр публично протестовал против провокационного нарушения суверенитета Ольденбурга, он не увидел в этом причину для объявления войны. Когда Петеру Фридриху Людвигу было доверено формирование военного сопротивления немецких офицеров и солдат против Наполеона, легитимный герцог Ольденбурга оказался абсолютно непригоден в качестве вождя народной войны, вызывавшей у него лишь недовольство и раздражение[906]906
  См.: Tantzen R. Das Schicksal des Hauses Oldenburg in Rußland. Tl. 1: Prinz Georg von Oldenburg (1784–1812); Tl. 2: Catharina Pawlowna, Gemahlin des Prinzen Georg von Oldenburg (1788–1819) // Oldenburger Jahrbuch. Bd. 58. 1959. Tl. 1. S. 113–195; Venzky G. Die Russisch-Deutsche Legion in den Jahren 1811–1815. Wiesbaden, 1966. S. 11–14, 30, 56–68; Rauch G. von. August und Georg von Holstein-Oldenburg; здесь см. особенно S. 102–104; Vierhaus R. Oldenburg. S. 75.


[Закрыть].

Лишь после поражения Наполеона под Лейпцигом в 1813 году Петер Фридрих Людвиг смог вернуть себе власть в Ольденбурге. Принц Георг, тверской генерал-губернатор, добросовестно посещавший городской лазарет, умер от сыпного тифа в столице своего наместничества в декабре 1812 года[907]907
  Tantzen R. Das Schicksal. S. 149–152; Rauch G. von. August und Georg von Holstein-Oldenburg. S. 112.


[Закрыть]. Из двух его сыновей, родившихся от брака с Екатериной Павловной, старший – Фридрих Пауль Александр – умер в 1829 году в Ольденбурге, вскоре после смерти деда-герцога. Младший же принц – Константин Фридрих Петер – остался в России, а в 1837 году женился в Бибрихе на принцессе Терезе Нассауской. «Русские Ольденбурги», в семье которых было восемь детей, стали родоначальниками разветвленного рода, к началу XX века укрепившего родство с императорским домом многочисленными браками. Мужчины из этой семьи занимали высокие посты при дворе, в армии и управлении[908]908
  Tantzen R. Das Schicksal. S. 154–156.


[Закрыть]. А рано овдовевшая сестра Александра I Екатерина Павловна в 1816 году вышла замуж вторично, и снова за двоюродного брата – вюртембергского кронпринца, в том же году унаследовавшего престол своего отца под именем короля Вильгельма I[909]909
  Ibid. S. 185–192. О Екатерине – королеве Вюртемберга см.: Merkle J. Katharina Pawlowna, Königin von Württemberg. Beiträge zu einer Lebensbeschreibung der Fürstin besonders nach neuen russischen Quellen. Stuttgart, 1889; Schmierer W. Das Haus Württemberg und sein Einfluß auf die sozialpolitische Entwicklung des Landes im 19. Jahrhundert // Uhland R. (Hrsg.) 900 Jahre Haus Württemberg. S. 500–520, здесь S. 502–509; Elias O. – H. König Wilhelm I. (1816–1864) // Idem. S. 306–327, здесь S. 310–311; Idem. Bemerkungen zur Biographie Königin Katharinas von Württemberg // Schmierer W. [et al.] (Hrsg.) Aus südwestdeutscher Geschichte. Festschrift für Hans-Martin Maurer. Dem Archivar und Historiker zum 65. Geburtstag. Stuttgart, 1994. S. 595–615.


[Закрыть].

В период сближения России с Австрией, последовавшего после заключения Тешенского мира, нескрываемый «прусский настрой» великого князя Павла Петровича и Марии Федоровны много способствовал усилению отчужденности между Екатериной II и великокняжеским двором. Второй брак Павла быстро утратил для императрицы политическую ценность, более того, он даже угрожал отпугнуть нового потенциального союзника. Этот пример говорит о том, что в XVIII веке брачная политика не имела самостоятельного значения, если она не вела к объединению подвластных территорий, а стало быть, не изменяла соотношения сил[910]910
  См.: Schilling H. Höfe und Allianzen. Deutschland 1648–1763. Berlin, 1989. S. 41–43.


[Закрыть]. Для Екатерины интересы России не определялись семейной политикой. В идеале последняя должна была ориентироваться на направляющие линии внешней политики, а ее эффективность – выражаться исключительно в воздействии на рост российского влияния в Европе. В случае успеха такая политика способствовала заключению желаемых союзов, помогала сохранить уже существующие, расширить клиентелу и выстроить новые сферы влияния, оживить дипломатическое взаимодействие, измерить и расширить имеющиеся пространства для собственной деятельности и ограничить таковые у других. В век европейского абсолютизма во внешней политике, вслед за военной, «главные действия» начали сводиться к «государственным действиям»[911]911
  См. обзор исследований, посвященный политике европейских держав в эпоху абсолютизма: Kunisch J. Absolutismus. Europäische Geschichte vom Westfälischen Frieden bis zur Krise des Ancien Régime. Göttingen, 1986. S. 157–171.


[Закрыть]. Европейская «семья королей» продолжала существовать в династических связях и дипломатическом церемониале, однако все больше как идеология, скорее менявшая, чем скрывавшая властные интересы крупных монархий.

Именно в конфликте между инерцией, присущей силам вновь завязанных семейных структур, и динамичным интересом к перемене союзника снова прошел проверку талант Екатерины, который в критических ситуациях умел распознать шансы на политическое действие и перехватить инициативу. С помощью каждого из браков Павла императрица рассчитывала обеспечить стабильность союзу с Пруссией, и теперь она должна была признать, что на фоне внезапного поворота во внешнеполитической ориентации когда-то многообещающая в политическом смысле и пышно отпразднованная женитьба наследника на вюртембергской принцессе вдруг оказалась тактическим просчетом. Поскольку к 1780 году Мария Федоровна успела произвести на свет двоих сыновей, на которых императрица возлагала большие надежды, просто так дать обратный ход этому политическому промаху было невозможно. Однако ошибки брачной политики можно было исправить с помощью все той же брачной политики. Уже в 1780 году при встрече в Могилёве Екатерина и Иосиф II разработали ответный ход. Их план предусматривал заключение брака между эрцгерцогом Францем, сыном Леопольда Тосканского и вероятным габсбургским наследником императорского престола, и младшей сестрой Марии Федоровны, принцессой Елизаветой Вюртембергской. Как бы мимоходом мёмпельгардское семейство выдергивали из стабильных отношений с Пруссией. Однако прежде всего великие державы преследовали цель закрепить свой будущий союз, в котором роль связующего звена предназначалась не кому-нибудь, а великокняжеской чете, прямо выражавшей свои симпатии прусскому королю[912]912
  В 1781 году императрица сообщила по дипломатическим каналам Фридриху II, что этот брак был решен еще в Могилёве при встрече с императором Иосифом. См.: Екатерина II – Ивану Андреевичу Остерману, 29.04.1781 г.; граф Герц – Фридриху II, 11.05.1781 г. // [Friedrich II.] Politische Correspondenz. Bd. 45. Leipzig, 1937. S. 484–486. То значение, которое заинтересованные партии придавали этому брачному проекту, отразилось в их переписке в 1780-е годы. См.: Arneth A. von. (Hrsg.) Joseph II. und Katharina von Rußland. Ihr Briefwechsel. Wien, 1869; Idem. (Hrsg.) Joseph II. und Leopold von Toscana. Ihr Briefwechsel von 1781 bis 1790. Bde. 1–2. Wien, 1872; Beer A. (Hrsg.) Joseph II., Leopold II. und Kaunitz. Ihr Briefwechsel. Wien, 1873; Idem, Fiedler J. von. (Hrsg.) Joseph II. und Graf Ludwig Cobenzl. Ihr Briefwechsel. Bde. 1–2. Wien, 1901; [Friedrich II.] Politische Correspondenz. Bde. 45, 46. Leipzig, 1937; 1939.


[Закрыть]. Императрицу беспокоила еще и мысль о том, что слишком тесная связь с Пруссией приведет к ограничению независимости российских интересов в настоящем и будущем. С другой стороны, трудно найти более красноречивое подтверждение упрочению авторитета российской императрицы в Европе в 1770-е годы: прибывший в белорусский губернский город Могилёв, до 1772 года принадлежавший Речи Посполитой, римский император с ликованием воспринимает перспективу брака мёмпельгардской принцессы с наследником престола – Габсбургом лишь только потому, что избранница – сестра супруги российского престолонаследника.

Подобно Фридриху II, в роли брачного посредника самовольно распоряжавшегося своей клиентелой в пределах империи, увлекшиеся брачными стратегиями Екатерина и Иосиф игнорировали не только интересы Павла Петровича и Марии Федоровны, но и родителей несовершеннолетних жениха и невесты. Им потребовалось немалое упорство, чтобы преодолеть стоявшие на пути этого предприятия препятствия. Несмотря на все обаяние, которым обладал император, петербургскую великокняжескую чету не сразу удалось склонить в пользу этой идеи[913]913
  Иосиф – Марии Терезии, 12.07.1780 г. // Arneth A. von.(Hrsg.) Maria Theresia und Joseph II. Ihre Correspondenz. Bde. 1–3. Wien, 1867, здесь: Bd. 3. S. 280. См. также: Kobeko D. Der Cäsarewitsch Paul Petrowitsch. S. 151–153, 155; Кобеко Д.Ф. Цесаревич. С. 183–185; Wandruszka A. Leopold II., Erzherzog von Österreich, Großherzog von Toskana, König von Ungarn und Böhmen, Römischer Kaiser. Bde. 1–2. Wien, 1963–1965, здесь: Bd. 2. S. 41–42; McGrew R.E. Paul I. P. 113–114.


[Закрыть]. В Австрии после смерти Марии Терезии 29 ноября (н. ст.) 1780 года основное сопротивление этому императорскому намерению оказывал брат Иосифа, великий герцог Тосканский Леопольд. Он разделял точку зрения своей матери и придворного общества Вены, не одобрявших союза Австрии с Россией. Однако, опасаясь открытого разрыва с Иосифом, он был вынужден уступить[914]914
  Wandruszka A. Leopold II. Bd. 2. S. 42–44.


[Закрыть].

Не успев еще осознать масштаб сближения двух имперских держав, король Пруссии был напуган известием о попытке обойти его в деле устройства политических браков. С целью воспрепятствовать проекту – по его словам, «никоим образом несовместимому» с его интересами[915]915
  Фридрих II – Мадевейссу, 14.11.1780 г. // [Friedrich II.] Politische Correspondenz. Bd. 45. S. 31–32 (оригинал на французском языке: «nullement compatible avec mes intérêts». – Перевод науч. ред.).


[Закрыть] – он пытался убедить родителей Елизаветы в том, что Францу не видать императорской короны, если Иосиф женится еще раз, и напоминал, что принцессе придется перейти в католичество[916]916
  Фридрих II – Герцу, 2.05.1781 г. // Ibid. S. 431–433. Маневры Фридриха, какими они виделись из Петербурга, комментировал А.А. Безбородко в письме к П.А. Румянцеву. См.: [Безбородко А.А.] Письма А.А. Безбородка к графу Петру Александровичу Румянцову // Старина и новизна. Исторический сборник / Ред. П.М. Майков. Кн. 3. СПб., 1900. С. 160–313, здесь с. 236–238. См. также: Kobeko D. Der Cäsarewitsch Paul Petrowitsch. S. 155–156; Кобеко Д.Ф. Цесаревич. С. 185–186; Lindemann M. Die Heiraten. S. 47–49; Volz G.B. Die Reise des Prinzen Friedrich Wilhelm von Preußen nach Petersburg (1780) // ZOG. Bd. 9. (N.F. Bd. 5) 1935. S. 540–572, здесь S. 569–570; Stribrny W. Rußlandpolitik. S. 134–135.


[Закрыть]. Однако Екатерине удалось настоять на своем. Напрасным трудом оказались и посреднические усилия, которые по поручению короля предпринял служивший в прусской армии брат великой княгини и принцессы Елизаветы наследный принц Вюртембергский Фридрих Вильгельм Карл[917]917
  О личности Фридриха Вюртембергского см.: Friedrich I., König von Württemberg // ADB. Bd. 8. S. 56–60; [То же] // NDB. Bd. 5. S. 596–598; Sauer P. König Friedrich I. (1797–1816) // Uhland R. (Hrsg.) 900 Jahre Haus Württemberg. S. 280–305; Sauer P. Der schwäbische Zar. Зимой 1779/80 года принц Фридрих навестил Марию Федоровну в Петербурге, а также удостоился чести быть принятым Екатериной. См.: А.А. Безбородко – П.А. Румянцеву, 11.09.1779 г., 31.01.1780 г. // [Безбородко А.А.] Письма. C. 205, 214.


[Закрыть]. Произошедшая смена союзника поставила и самого принца в затруднительное положение: когда король убедился, что предотвратить брак Елизаветы с представителем дома Габсбургов невозможно, он начал вымещать свою досаду на Фридрихе, приходившемся ему внучатым племянником, в результате чего тот в декабре 1781 года вынужден был оставить прусскую службу. Отношения России и Пруссии к тому времени ухудшились до такой степени, что столь несчастливая отставка послужила Екатерине поводом принять вюртембергского принца на свою службу. В апреле 1782 года она назначила его губернатором русской Финляндии со столицей в Выборге в звании генерал-лейтенанта[918]918
  Sauer P. Der schwäbische Zar. S. 60–70.


[Закрыть].

Успех своему брачному предприятию Екатерина и Иосиф обеспечили во второй половине 1781 года. Иосиф II лично прибыл в Этюп, чтобы просить руки Елизаветы для своего племянника, что свидетельствует о том значении, которое он придавал окончательной изоляции Пруссии от России, инструментом которой был намечавшийся союз[919]919
  Иосиф II – Екатерине II, 23.07.1781 г. (н. ст.) // Arneth A. von.(Hrsg.) Joseph II. und Katharina. S. 98–100; Иосиф II – Кауницу, 24.07.1781 г. (н. ст.) // Beer A. (Hrsg.) Joseph II., Leopold II. und Kaunitz. S. 95–98. См. работу о путешествиях Иосифа: May W. Reisen „al incognito“. Zur Reisetätigkeit Kaiser Josephs II. // MIÖG. Bd. 93. 1985. S. 59–91.


[Закрыть]. Поскольку Франц был еще моложе, чем его невеста, со свадьбой можно было бы не спешить, однако Екатерине и Иосифу не терпелось закрепить дипломатическую победу над прусским королем, сделав ее достоянием публики, поэтому медлить с помолвкой было нельзя. Во время своего визита в Мёмпельгард император пригласил семейство принца Фридриха Евгения посетить Вену осенью, а еще в начале года он договорился с Екатериной об одновременном приезде в столицу империи великокняжеской четы, которой предстояла длительная поездка по Европе. Обсуждение маршрута, поскольку значительная часть путешествия приходилась на германские территории, вылилось в июне 1781 года в серьезные разногласия в Петербурге между Екатериной, с одной стороны, и Павлом Петровичем, его супругой и Никитой Паниным – с другой. Официальный глава внешней политики с момента первой женитьбы Павла и выдвижения в 1773–1774 годах Григория Александровича Потемкина вначале постепенно, а затем, после заключения Тешенского мира, все более и более стремительно утрачивал свое влияние на императрицу. Однако его упорная приверженность союзу с Фридрихом стала тяготить императрицу всерьез, когда она заметила, что сближение с Австрией затрудняется, помимо всего прочего, из-за его чрезмерной откровенности в отношениях с прусским посланником. В 1780–1781 годах одну за другой у него стали отбирать сферы ответственности. В бессильной ярости он узнал, что в Коллегии иностранных дел появились новые сотрудники, а прежние, наделенные новыми обязанностями, в том числе и бывший секретарь Екатерины Александр Андреевич Безбородко, составляют русский вариант договора о союзе с Австрией, заново формулируя интересы России не только на Черном море, но и в Германии и в Европе в целом. Надежды Панина на возможность превратить Берлин в главную цель поездки его воспитанника и как следствие – на оживление русско-прусского альянса и укрепление его собственных позиций в июне 1781 года разбились о ту настойчивость, с которой Екатерина действовала во внешней политике, делая ставку на территориальную экспансию в ущерб Османской империи. Настаивая на своем, он лишь ускорил свой окончательный крах[920]920
  Утвержденный вопреки настоянию Панина маршрут, исключавший Берлин, упоминается в письме Безбородко к Румянцеву от 23 июня 1781 года. См.: [Безбородко А.А.] Письма. C. 236. О влиянии, которое имели изменения в союзнической политике на положение придворных партий, см.: Griffiths D.M. Russian Court Politics and the Question of an Expansionist Foreign Policy under Catherine II, 1762–1783: Ph.D. diss. / Cornell University. Ithaca (N.Y.), 1967. P. 144–268; Ransel D.L. The Politics of Catherinian Russia. The Panin Party, 1975. S. 248–255. Об изменениях в германской политике петербургского двора см. ниже, с. 374–382. О спорах вокруг маршрута поездки великого князя с супругой см.: Kobeko D. Der Cäsarewitsch Paul Petrowitsch. S. 156–163; Кобеко Д.Ф. Цесаревич. С. 196–192; McGrew R.E. Paul I. P. 115–117.


[Закрыть].

Великие князь и княгиня Павел Петрович и Мария Федоровна инкогнито, под единым именем Comte du Nord отправились в четырнадцатимесячное путешествие через западные провинции России, провели несколько дней в Киеве, а затем двинулись дальше, причем преимущественно по габсбургской Европе. Их поездка проходила под строгим контролем преданных Екатерине сопровождающих лиц и русских дипломатов, по отношению к которым любезность Иосифа не знала границ[921]921
  Из переписки, мемуаров, придворных журналов и других опубликованных источников того времени видно, какую сенсацию в Европе вызвало путешествие великого князя с супругой. К сожалению, дневник супружеской пары, о котором знал Леопольд Тосканский, до наших дней не дошел. Вообще, в связи с этим большую важность представляет переписка императора и великого герцога в период с августа 1781 до ноября 1782 года. См.: Joseph II. und Leopold. Bd. 1. О поездке великокняжеской четы из Лиона в Штутгарт через Париж, Гаагу, Спа см. дневниковые записи: [d’ Oberkirch H. – L.] Mémoires. P. 146–277. Об этой поездке см. также работы: Kobeko D. Der Cäsarewitsch Paul Petrowitsch. S. 164–201; Кобеко Д.Ф. Цесаревич. С. 193–232; Шумигорский Е.С. Император Павел I. Жизнь и царствование. СПб., 1907. С. 46–53; Griffiths D.M. Russian Court Politics. P. 205–227; McGrew R.E. Paul I. P. 117–142.


[Закрыть]. Целых шесть недель они гостили в Вене, радуясь свиданию с родителями великой княгини, знакомясь с императорским двором, посещая окрестные замки, представления придворного театра, императорскую библиотеку, фарфоровый завод, балы и армейские маневры. Они присутствовали на богослужениях в привилегированных православных церквях, но побывали на праздничной католической мессе в придворной церкви и на заседании масонской ложи. Вполне вероятно, что масоны постарались воспользоваться поездкой Павла Петровича по Европе, чтобы привлечь его в свою организацию в качестве главного участника, а заодно и отделиться от шведской ложи. Лишь немногие доверенные лица свиты великого князя из панинской клиентелы – Александр Борисович Куракин и Сергей Иванович Плещеев – были масонами. Однако в то же самое время – зимой 1781–1782 года – по поручению московских масонов шли переговоры о превращении российской ложи в самостоятельную провинцию: университетский профессор Иоганн Георг Шварц во время своей поездки по Германии встречался с гроссмейстером герцогом Фердинандом Брауншвейгским и принцем Карлом Гессен-Кассельским. Решение об этом было принято в 1782 году Вильгельмсбадским конвентом, созванным по инициативе Виллермоза. Кроме того, в Берлине он договаривался с «конкурентами» – розенкрейцерами Иоганном Христианом фон Вёльнером и Иоганном Христианом Антоном фон Теденом о создании в России филиала их тайного союза. В обеих организациях Павлу была приготовлена степень провинциального гроссмейстера. Масонством престолонаследник начал интересоваться еще в юности: так, в августе 1782 года, находясь во Франкфурте опять же во время Вильгельмсбадского конвента, он воспользовался возможностью побеседовать с принцем Карлом Гессенским «о высших материях». Именно свидетельство принца никак не удается опровергнуть современной науке: он сообщал, что «нашел великого князя благочестивым, разумным, верным приверженцем его религии, стремящимся к постижению высшей мудрости и предполагающим таковую в масонстве, хотя сам он и не является масоном. Человек он замечательный, и я полагаю, что в свое время он наверняка станет истинным учеником мудрости». Российские тайные общества и впоследствии продолжали рассчитывать на Павла, однако он, по всей видимости, не поддавался давлению, в особенности тому, которое исходило от весьма значимых с культурно-политической точки зрения московских розенкрейцеров из окружения Николая Новикова вплоть до ареста последнего в 1792 году[922]922
  Пыпин А.Н. Русское масонство. XVIII и первая четверть XIX в. Пг., 1916. С. 184–188, 322–323; Вернадский Г.В. Русское масонство. С. 229–243; McArthur G.H. Catherine II and the Masonic Circle of N.I. Novikov // CSS. Vol. 4. 1970. P. 529–546; Ryu I. – H. Moscow Freemasons and the Rosicrucian Order. A Study in Organization and Control // Garrard J.G. (Ed.). The Eighteenth Century. P. 198–232; Ransel D.E. The Politics of Catherinian Russia. P. 255–261; Rauch G. von. Johann Georg Schwarz und die Freimaurer in Moskau // Balasz E.H. [et al.] Beförderer der Aufklärung. S. 212–224; Madariaga I. de. Russia in the Age of Catherine the Great. P. 521–531; Jones W.G. Nikolay Novikov. P. 132, 156–164, 206–215; Papmehl K.A. The Empress and,Un Fanatique‘: A Review of the Circumstances Leading to the Government Action against Novikov in 1792 // SEER. Vol. 68. 1990. P. 665–691; McGrew R.E. Paul I. P. 195–196. Взгляд на масонство с европейской стороны см.: Hammermayer L. Der Wilhelmsbader Freimaurer-Konvent von 1782. Ein Höhe– und Wendepunkt in der Geschichte der deutschen und europäischen Geheimgesellschaften. Heidelberg, 1980. О России см.: Ibid. S. 34–35, 40, 47, 61, 146–148. Также см. письмо: Принц Карл Гессенский – барону [графу] фон Хаугвицу, 12.12.1782 г. // Ibid. S. 214, Anm. 206.


[Закрыть].

В январе 1782 года завершилось брачное предприятие, наделавшее так много шума: состоялась помолвка Франца Тосканского и Елизаветы Вюртембергской. Однако и после этого путешествие графа и графини du Nord продолжало использоваться для демонстрации союза двух имперских держав. Иосиф, разумеется, позаботился о том, чтобы высокие гости были приняты родителями жениха и невесты во Флоренции и Мёмпельгарде. Затем им предстояло навестить братьев и сестер императора, восседавших на тронах, определенных им Марией Терезией: королеву Марию Каролину в Неаполе, герцогиню Марию Амалию в Парме, эрцгерцога Фердинанда в Милане, королеву Марию Антуанетту в Париже и супругу генерал-штаттгальтера Марию Христину в Брюсселе. Остальные остановки возникали скорее по ходу посещения этих узловых пунктов: супруги провели неделю в Венеции, приняв участие в заседании Большого совета и встретившись с Ангеликой Кауфман[923]923
  Clark A.M. „Roma mi è sempre in pensiero“ // Angelika Kauffmann und ihre Zeitgenossen. Bregenz; Wien, 1968–1969. S. 5–17; переизд.: Idem. Studies in Roman Eighteenth-Century Painting. Selected and Edited by E.P. Bowron. Washington (D.C.), 1981. P. 125–138, здесь р. 133–134.


[Закрыть]; три недели в Риме, где великие князь и княгиня несколько раз были приняты папой Пием VI, а Иоганн Фридрих Рейффенштейн представил им Филиппа Хаккерта, получившего от них заказы и не поддавшегося на их уговоры переехать в Россию[924]924
  Goethe J.W. von. Philipp Hackert. Biographische Skizze, meist nach dessen eigenen Aufsätzen entworfen (1811) // Idem. Berliner Ausgabe. Bd. 19. Berlin; Weimar, 1985. S. 521–721, здесь S. 608–609; Krönig W. Philipp Hackert und Rußland. Mit einem Verzeichnis der in Rußland befindlichen Gemälde Hackerts // Wallraf-Richartz-Jahrbuch. Bd. 28. 1966. S. 309–320, здесь S. 312. Из картин работы Хакерта у великокняжеской четы в собственности находились позднее три в Гатчинском дворце и девятнадцать – в Павловске. См.: Ibid. S. 319–320.


[Закрыть]; несколько дней в Голландии по следам Петра Великого с посещением Лейденского университета, затем во Франкфурте и Штутгарте, где им наносили визиты многочисленные германские князья, в частности принц Карл Гессенский, а также в Швейцарии, где они навестили Лафатера, которому великий князь позволил провести физиогномический анализ его личности на немецком языке[925]925
  Heier E. Das Lavaterbild. S. 111–114.


[Закрыть]. Наконец круг замкнулся в Вене, откуда супруги направились домой. По дороге в Краков Павел Петрович и Мария Федоровна проезжали через прусскую Силезию, однако королю не оставалось ничего иного, как поприветствовать их через местного коменданта[926]926
  Kobeko D. Der Cäsarewitsch Paul Petrowitsch. S. 200; Кобеко Д.Ф. Цесаревич. С. 231.


[Закрыть].

Так еще одним поколением спустя Фридрих понял, что ему вновь не удается в решающий момент инструментализировать связь преданного ему русского престолонаследника и сосватанной им в Петербург принцессы для установления длительных союзнических отношений с Россией. Как и во время Семилетней войны, в последние годы жизни ему снова пришлось терпеливо ожидать, что отношения с Россией улучшатся после воцарения великокняжеской четы. Когда в 1788 году сестра великой княгини, Елизавета Вюртембергская, перейдя в католичество, вышла замуж за эрцгерцога Франца Австрийского, Екатерина все еще гордилась тем, что этот союз был заключен благодаря совместным усилиям ее самой и ее друга императора Иосифа наперекор Пруссии[927]927
  Иосиф II – Екатерине II, 7.01.1788 г. (н. ст.) // Arneth A. von.(Hrsg.) Joseph II. und Katharina. S. 308; Екатерина II – Иосифу II, 26.01.1788 г. // Ibid. S. 309–310. См.: Uhland R. Herzog Friedrich Eugen. S. 274–215; Sauer P. König Friedrich I. S. 283.


[Закрыть].

Путешествие наследной четы по Европе не ограничилось официальным поводом – браком наследника Габсбургов и вюртембергской принцессы: оно превратилось в крупный, широко обсуждавшийся в то время спектакль. Почестями, которыми встречали графа du Nord, он был обязан престижу России – делу рук его матери, и поездка способствовала сближению именно екатерининской России с Европой. Самой Екатерине не удалось с помощью этого путешествия склонить великого князя в пользу союза с Австрией и поколебать идеальный образ правителя – Фридриха II, но все же поездке удалось нарушить его одностороннюю тягу к Пруссии – она обрела противовес, хотя и иного рода. Поездка оставила длительный и прочный отпечаток на представлении Павла Петровича о европейской монархической структуре, несколько лет спустя объявленной революцией «старым режимом»[928]928
  Scharf C. Staatsauffassung und Regierungsprogramm eines aufgeklärten Selbstherrschers. Die Instruktion des Großfürsten Paul von 1788 // Schulin E. (Hrsg.) Gedenkschrift Martin Göhring. Studien zur europäischen Geschichte. Wiesbaden, 1968. S. 91–106, здесь S. 104–105; McGrew R.E. Paul I. P. 142.


[Закрыть]. В 1796 году, взойдя на престол, он счел своим долгом проявить солидарность с этой Европой: с эмигрировавшими французскими принцами, знакомство с которыми он составил в 1782 году в Париже и Версале, с итальянскими и немецкими князьями, спасшимися бегством от республиканских войск, и даже с папой римским. Пруссия же, перешедшая под начало наследника великого Фридриха, к тому времени уже давным-давно подписала в Базеле первый мирный договор с республикой – с «цареубийцами», как в 1795 году выразилась возмущенная Екатерина[929]929
  Екатерина II – Гримму, 7.04.1795 г. // Сб. РИО. Т.23. С. 623 (в оригинале: «les régicides»).


[Закрыть].

До самой смерти императрицы оставались натянутыми ее отношения с великокняжеской четой. Екатерина фактически не допустила их к участию в устройстве брака Александра с баденской принцессой Луизой Марией Августой, внучкой маркграфа Карла Фридриха. На сей раз ее выбор не был продиктован соображениями союзничества – будь то с Пруссией или с Австрией. Дело также было не в угрозе, которую представляла для маркграфства Французская республика на момент заключения брака – 1792–1793 годы[930]930
  Принц Людвиг Баденский – Карлу Фридриху, 14.08.1792 г. (н. ст.) // [Karl Friedrich von Baden.] Politische Correspondenz Karl Friedrichs von Baden. 1783–1806 / Bearb. von B. Erdmannsdörffer und K. Obser. Bde. 1–6. Heidelberg, 1888–1915, здесь: Bd. 1. S. 496–497; Николай Петрович Румянцев – Эдельсхейму, 5.12.1792 г. (н. ст.) // Ibid. Bd. 2. S. 14; [Храповицкий А.В.] Дневник А.В. Храповицкого с 18 января 1782 года по 17 сентября 1793 года / Под ред. Н. Барсукова. М., 1901. С. 241–242, 245, 250 (18 и 31 октября, 1 ноября 1792 г., 13 января, 9 и 10 мая 1793 г.; переизд.: Храповицкий А.В. Дневник. 1782–1793 // Екатерина II: Искусство управлять / Сост., послесловие А.Б. Каменского. М., 2008. С. 9–243, здесь с. 229–231, 233, 238); Екатерина II – Гримму, 31.10.1792 г., 14.05.1793 г. // Сб. РИО. Т. 23. С. 577–578, 583–584. См.: Lindemann M. Die Heiraten. S. 52–55; см. также работу, в которой нет ссылок, которые могли бы свидетельствовать об использовании русских опубликованных источников: Blaese H. Zar Alexander I. und Baden // ZGO. Bd. 99 (N.F. Bd. 60). 1951. S. 507–567, здесь S. 512–515; Palmer A. Alexander I. Tsar of War and Peace. London, 1974. P. 13–21.


[Закрыть]: перспективу этого брака она взяла на заметку десятью годами ранее, а переговоры о нем начала в 1790 году[931]931
  Луизе было всего четыре года от роду, когда баденский дипломат Фридрих Альберт Кох начал переговоры о возможности связать ее брачными узами с русским двором. См.: Кох – Эдельсхейму, 5.12.1783 г. (н. ст.) // [Friedrich II.]Politische Correspondenz. Bd. 1. S. 310–311; см. об этом: Amburger E. F.A. Koch, der erste badische Geschäftsträger in Petersburg // ZGO. Bd. 46. 1933. S. 119–123. Детали переговоров см. в переписке: Екатерина II – Николаю Румянцеву, 14.11.1790 г., 26.05., 25.10.1791 г., 2.01.1792 г.; Николай Румянцев – Екатеринe II, 13.05.1791 г. // Шильдер Н.К. (Сост.) Императрица Екатерина II и граф Н.П. Румянцов. Переписка с 1790 по 1795 г. // РС. 1892. № 10. С. 5–23; Екатерина II – Николаю Румянцеву, 17.08.1792 г., Румянцев – Екатеринe II, 7.09.1792 г. (н. ст.) // Бильбасов В.А. (Сост.) Екатерина II и граф Н.П. Румянцов // РС. 1894. № 2. С. 70–95; № 3. С. 94–112; № 4. С. 157–178; № 5. С. 76–90, здесь: № 3. С. 103–104, 110–111; Екатерина II – Румянцеву, 29.10, 1.11, 1.12.1792 г. // Там же. № 4. С. 157, 162–163, 169–172; 20.12.1792 г. // Там же. № 5. С. 78–82; Екатерина II – Румянцеву [без даты, вторая половина 1791 г.] // [Екатерина II.] Автобиографические записки. С. 687–688. См. рус. пер.: [Она же.] Записки императрицы. С. 702–703.


[Закрыть]. Отношения с Баденом имели в правление Екатерины II самостоятельное значение. Прежде всего, Екатерина II и Карл Фридрих Баденский были правнуками маркграфа Фридриха Магнуса Баден-Дурлахского, и всю свою жизнь Екатерина вспоминала о редких встречах с его дочерью – своей бабкой, овдовевшей баденской княгиней Альбертиной Фредерикой[932]932
  [Екатерина II.] Автобиографические записки. С. 6, 19–20, 23, 27, 30, 100, 441, 444. См. в рус. пер.: [Она же.] Записки императрицы. С. 3, 17, 21, 25, 29, 205, 467, 471. Лишь мимоходом Екатерина отметила смерть своей бабки в 1755 году: [Она же.] Автобиографические записки. С. 367. См. в рус. пер.: [Екатерина II.] Записки императрицы. С. 387.


[Закрыть]. Однако крепче, чем семейные узы, с маркграфом и его супругой Каролиной Луизой – дочерью ландграфа Людвига VIII Гессен-Дармштадтского Екатерину объединяла принадлежность к тому, что в языковых играх Вольтера, энциклопедистов и Гримма называлось «универсальной церковью Просвещения»[933]933
  См.: Voss J. Voltaire und der badische Hof (1758–1789) // Brockmeier P., Desne R., Voss J. (Hrsg.) Voltaire und Deutschland. Quellen und Untersuchungen zur Rezeption der Französischen Aufklärung. Stuttgart, 1979. S. 41–54; Lauts J. Karoline Luise von Baden. Ein Lebensbild aus der Zeit der Aufklärung. Karlsruhe, 1980. S. 129–138; Schlobach J. Französische Aufklärung. См. об «универсальной церкви Просвещения» выше, с. 54–57, особенно с. 56.


[Закрыть].

Незадолго до своей смерти, в 1795–1796 годах, Екатерина устроила брак великого князя Константина с Юлианой, дочерью австрийского генерала Франца Фридриха Саксен-Кобург-Заальфельдского и внучкой правящего герцога Эрнста Фридриха, перешедшей в православие под именем Анны Федоровны. С удовлетворением она подвела итог своей деятельности в письме к Гримму: «Итак, все это устроено как нельзя лучше и по-домашнему»[934]934
  Екатерина II – Гримму, 18.09., 07., 14. и 27.10.1795 г., 5.02.1796 г. // Сб. РИО. Т. 23. С. 649, 658, 660, 661, 668, цит. с. 661 (оригинал по-немецки: «Also ist alles dieses so gut und häuslich eingerichtet, als nur möglich war». – Пер. науч. ред.).


[Закрыть].