Читать книгу "Азиатский профайлер. Четыре дела Фан Му. Комплект иямису-триллеров"

Началась вторая половина матча. Лю Чжанчжун, неутомимо носившийся по площадке в первые две четверти, сначала играл немного вяло, и тренер заменил его, чтобы тот отдышался. Но вместо того чтобы сразу сесть на скамью, Лю Чжанчжун направился к группе чирлидеров и что-то шепнул Ден Линьё. Она, кажется, удивилась, но сразу кивнула, заметно покраснев.

– Похоже, у тебя больше нет шансов, – проворчал Ду Ю, наблюдавший за тем, что происходит у края площадки. – Этот парень – звезда вечера.

– И что? – огрызнулся Фан Му. – Я с самого начала плевать на нее хотел – если б не ты, и не вспомнил бы. – Он поднялся с места. – Пропусти!

– Ты куда собрался?

– В туалет. А что, ты думал, я пойду плакать в тихом уголке? Лечить разбитое сердце?

Минуту спустя Фан Му вышел из зала. По сравнению с царившими там шумом и духотой, коридор казался необычно пустынным. Юноша быстро пошел к туалетам, торопясь вернуться поскорее и ничего не пропустить. Свернув за угол, едва не наткнулся на двух сурового вида полицейских в бронежилетах. Настроение у него тут же упало.

«Расслабляться сейчас нельзя. Убийца бродит тут, поблизости».

Все происходившее в зале в один миг утратило для него значение. Фан Му позабыл даже, что шел в туалет. Он так и застыл на месте, наблюдая, как двое полицейских идут по коридору, пока они не скрылись за углом.

Посмотрел в окно – несмотря на темноту на улице, легко было разглядеть припаркованные поблизости полицейские машины, на которых беззвучно вращались красно-синие мигалки.

Постояв у окна несколько минут, Фан Му медленно, рассеянно побрел назад на арену. Тем не менее сосредоточиться на игре он больше не смог. На трибунах ему то и дело попадались на глаза переодетые полицейские. Хотя они и старались слиться с толпой, напряженный взгляд выдавал их: каждый готов был в любое мгновение стрелять, и нервы были натянуты как струна.

Фан Му оглянулся. Конечно же, Тай Вей сидел на трибуне позади него. Поняв, что Фан Му его заметил, он исподтишка махнул ему рукой.

Юноша снова развернулся к площадке. По какой-то неведомой причине он совсем упал духом.

* * *

По окончании матча были объявлены самые результативные игроки – Лю Чжанчжун и Су Юн. Лю Чжанчжун изо всех сил махал публике рукой, его взгляд светился счастьем. Обе команды построились для группового снимка, замигали вспышки фотокамер.

Зрители быстро расходились – лишь самые преданные болельщики остались ждать Су Юна, чтобы взять автограф, в том числе и Ду Ю. Поскольку Фан Му хотел вернуться в общежитие пораньше, он распрощался с приятелем и ушел.

На улице было холодно – особенно после раскаленной, переполненной арены, – и Фан Му поежился. Он заметил, что Тай Вей стоит у стены, держа руки за спиной.

Завидев Фан Му, полицейский жестом подозвал его к себе.

– Сигареты есть? – спросил он.

Фан Му кивнул.

– Дай две – мне и ему. – Тай Вей мотнул головой в сторону полицейского в штатском, стоявшего с ним рядом.

Фан Му вытащил из пачки две сигареты и передал Тай Вею. Себе тоже взял одну.

Некоторое время они трое молча курили, делая глубокие затяжки. Наконец Тай Вей пробормотал:

– Черт, я думал, с ума сойду. Выйти мы вышли, а сигарет нет. И отлучиться купить тоже нельзя. – Он указал на людей, толпой выходящих со стадиона.

Фан Му на мгновение задумался, а потом протянул ему полупустую пачку.

– Возьми.

Тай Вей, не благодаря, забрал сигареты.

– Куда ты сейчас?

– Назад в общежитие.

– Один?

– Один.

Тай Вей сделал паузу, а потом сказал:

– Нет, ты пойдешь со мной. Сейчас мы тут закончим, и я тебя провожу.

Фан Му попытался отказаться, но Тай Вей жестом показал, что разговор окончен – он уже решил.

Когда все разбрелись, Фан Му с Тай Веем обошли кампус, уделяя особое внимание женским общежитиям и укромным уголкам, где обычно встречались парочки. Фан Му испытывал крайнюю неловкость, проходя мимо таких мест, – ну не вуайерист же он, честное слово! Спустя час Тай Вей зевнул и сказал, что можно идти в общежитие.

Когда они проходили мимо спорткомплекса, болтая между собой, Фан Му внезапно замер на месте.

– Посмотри!

Тай Вей поглядел в ту сторону, куда он указывал. Из окон спорткомплекса с синими стеклами пробивался приглушенный свет.

– Кажется, это с баскетбольной площадки, – заметил Фан Му, бросая взгляд на часы. – Но там давно никого не должно быть. Кому пришло в голову остаться внутри?

Они переглянулись и торопливо зашагали ко входу.

* * *

Вытирая влажные волосы, Ден Линьё рассеянно разглядывала цифру «9» на дверце своего шкафчика.

Во время игры Лю Чжанчжун попросил ее встретиться с ним наедине на площадке, когда все закончится. Что он задумал? Ден Линьё немного волновалась.

Честно говоря, Лю Чжанчжун нравился ей, но не в этом смысле. Многие ошибочно считали, что она – его девушка, но он даже не объяснился ей в любви.

«Может быть, сегодня, – думала Ден Линьё, – он скажет мне те самые три слова».

Из коридора донесся голос тренера, собиравшего ключи от шкафчиков.

– Третий, четвертый, пятый… седьмой, восьмой, десятый, одиннадцатый… Погодите, а девятый? У кого был девятый?

– У меня! – крикнула Ден Линьё.

В этот момент кто-то постучал в дверь раздевалки.

– Линьё, ты что, еще не готова?

– Мне надо задержаться, – ответила она через дверь. – Идите без меня.

– Вот копуша! Завтра сама сдашь ключ охране.

Ден Линьё слышала, как ее подруги и тренер удаляются по коридору.

Она продолжила собираться. Закончив, вышла из раздевалки и заперла ее за собой.

У нее в кармане завибрировал мобильный телефон: пришла эсэмэска от Лю Чжанчжуна.

Жду на баскетбольной площадке.

Сделав глубокий вдох, Ден Линьё забросила рюкзак за плечо и пошла вперед.

* * *

Площадка была абсолютно пуста, отчего казалась особенно огромной. Ден Линьё обвела глазами трибуны. Никаких признаков Лю Чжанчжуна. «И где он?» – пробормотала она себе под нос, растерянно выйдя на середину.

Бамм… бамм… бамм…

Ритмический звук эхом разнесся по залу, испугав Ден Линьё. Она огляделась и заметила баскетбольный мяч, который пропрыгал по лестнице и по паркету покатился к ней.

Ден Линьё остановила мяч ногой и подняла. Он был новенький, бренда «Сполдинг». На каждой из восьми секций было написано Ден Линьё + Лю Чжанчжун. Как приятно!

Ден Линьё улыбнулась. Похоже, парень все продумал.

Тут из колонок заиграла песня Чий Чина1919
  Чий Чин – знаменитый китайский поп-певец.


[Закрыть] «Луна – это мое сердце». Пустоту громадной арены заполнил чарующий голос: «Ты спрашиваешь, как сильно я тебя люблю… Как сильно я тебя люблю? Чувства мои истинны, любовь глубока, а луна – это мое сердце».

Ден Линьё посмотрела на радиорубку над трибунами. Внутри горел свет – кто-то стоял за стеклом и махал ей рукой.

Это был Лю Чжанчжун.

Песня закончилась, и после секунды молчания она услышала слова Лю Чжанчжуна, эхом отдававшиеся от стен.

– У меня сегодня особенный день, – говорил он. – И не только потому, что я играл на одной площадке со своим кумиром. Гораздо важнее то, что сегодня я хочу сказать девушке, которую люблю, о своих чувствах.

Колонки усиливали его голос, придавая ему неотразимое очарование.

Вглядываясь в размытую фигуру в радиорубке, Ден Линьё чувствовала, как в ее душу входит счастье.

«Любовь. Это любовь».

Какая девушка не тщеславна? От этой мысли она покраснела. Какой девушке не хочется, чтобы ее парень был высоким и красивым? Какая девушка устоит перед таким объяснением в любви?

– Линьё, я…

Внезапно воздух разорвал громкий хлопок.

Весь свет в зале погас, и прочувствованная речь Лю Чжанчжуна смолкла.

Ден Линьё застыла на месте в полной темноте. Растерянная, постояла несколько минут, потом позвала дрожащим голоском:

– Лю Чжанчжун?

В радиорубке было темно. Никто не отвечал.

Она несколько раз крикнула; ее голос эхом заметался по залу, напугав Ден Линьё еще сильнее.

– Я боюсь! – чуть не плача, воскликнула она. – Мне это не нравится!

Вдруг вспыхнул прожектор, и его бледный луч с верхней трибуны осветил Ден Линьё.

Ослепленная, она приставила ладонь козырьком к глазам и поглядела, откуда идет свет.

Ей показалось, что кто-то спускается к ней по лестнице.

Потом до нее донесся звук шагов, и она поняла, что не ошиблась.

– Лю Чжанчжун, это ты?

Фигура не отвечала и продолжала идти – не быстрее и не медленнее. Прожектор светил Ден Линьё прямо в лицо, и она не могла ее разглядеть – понимала только, что это мужчина.

Он приблизился, и Ден Линьё стало ясно, что это не Лю Чжанчжун – мужчина был примерно на полголовы ниже ростом.

– Кто… кто вы такой?

Она хотела убежать, но ноги ослабели и не слушались.

Мужчина сделал шаг на баскетбольную площадку, и она увидела, что на нем черная ветровка и что он несет что-то в руке.

Двадцать метров, пятнадцать, десять…

По мере того как он приближался, Ден Линьё дрожала все сильнее. Наконец она увидела его лицо.

Черный капюшон ветровки прикрывал верхнюю часть, а нос и рот прятались за хирургической маской.

Она увидела, как движутся под ней его губы, но мужчина не говорил – он улыбался.

Наконец-то она смогла пошевелиться. Вскрикнув, швырнула в незнакомца мячом, потом развернулась и побежала.

Мужчина оказался быстрее. Он прыгнул вперед и схватил ее за волосы. Потом занес вторую руку для удара, но волосы Ден Линьё были еще влажными после душа и выскользнули из его хватки. Молоток, грозивший обрушиться ей на голову, ударил Ден Линьё в плечо.

Дыхание перехватило от боли, ноги подкосились, и она повалилась на пол.

Мрачно усмехаясь, мужчина медленно сделал шаг.

В ужасе девушка попыталась ползти, потом выставила перед собой руки:

– Умоляю, умоляю – не надо…

Мужчину ее слова нисколько не тронули. Он встал над ней, опустил ногу ей на бедро и снова занес молоток.

– Стой!

Крик прогремел со стороны центрального коридора, следом за ним раздался выстрел. Пуля просвистела в воздухе, едва не задев незнакомца.

Это отвлекло его внимание от Ден Линьё.

Две фигуры уже мчались к ним. Мужчина развернулся и побежал.

Двое подскочили к перепуганной, плачущей Ден Линьё, и один из них крикнул:

– Ждите здесь!

Потом, с пистолетом в руке, погнался за незнакомцем.

Ден Линьё, дрожа всем телом, почувствовала, как кто-то помогает ей сесть. Плечо страшно болело. Обессиленная, она оперлась на человека у себя за спиной. Повернула голову и увидела, что это Фан Му. Его лицо было полно тревоги.

– Это ты? – воскликнул он. – С тобой все в порядке?

Она слабо покачала головой.

– Куда тебя ранили?

– В… в плечо.

Он выдохнул с облегчением. Потом сел поудобнее и помог ей привалиться к нему. Схватил армейский нож и зубами сорвал с него ножны.

Ден Линьё сидела в полузабытьи под защитой своего спасителя. Силы никак не возвращались, и она всем весом опиралась на него.

Но Фан Му не мог позволить себе расслабиться. Он сжимал рукоять ножа с такой силой, что ладонь у него вспотела. Ему казалось, нож вот-вот выскользнет у него из рук.

Прогремел новый выстрел. Фан Му и Ден Линьё подскочили от неожиданности, но больше тишину ничего не нарушало.

Оба не знали, что думать. Одиночный выстрел… Попал ли он в убийцу?

Фан Му нервно озирался по сторонам. За пределами светового пятна царила полная темнота. Ему казалось, что на трибунах копошатся черные фигуры, подпрыгивают и танцуют. Напряженный слух ловил малейшие шорохи, но, кроме их с Ден Линьё дыхания, в зале было тихо.

Когда его глаза наконец привыкли к темноте, он увидел на паркете перед собой баскетбольный мяч.

– Ты была здесь одна? – спросил Фан Му, слегка встряхнув Ден Линьё.

Она с трудом приоткрыла глаза.

– Нет. Еще Лю Чжанчжун.

– И где он? – молниеносно отреагировал Фан Му.

Она слабо махнула рукой в сторону трибун.

– В радиорубке.

Ему надо было пойти проверить. Мягко, но настойчиво Фан Му попытался переложить Ден Линьё на пол, однако она с неожиданной силой вцепилась ему в рубашку.

– Не уходи! Только не уходи! Не оставляй меня здесь, я умоляю!

Секунду он колебался, но освободиться все равно не смог. Уже начал сердиться, и тут услышал торопливые шаги. Еще крепче сжав нож, развернулся. В глаза ему ударил свет фонариков.

– Бросить оружие! – приказал голос.

Фан Му услышал щелчки взводимых курков. Он поспешно поднял руки вверх:

– Это я, Фан Му!

Несколько человек подскочили к ним. Юноша увидел, что возглавляет группу тот самый переодетый полицейский, который вчера поругался со студентом на стремянке.

Он посветил фонариком на Фан Му и Ден Линьё.

– Это ты? Что случилось? Где Тай Вей?

Времени отвечать не было; Фан Му ткнул пальцем в радиорубку и воскликнул:

– Скорее, там человек!

Полицейский в штатском дал сигнал своим офицерам.

– Вы, двое, за мной!

И они помчались вверх по ступенькам с пистолетами на изготовку.

Наблюдая за тем, как полицейские, пригибая головы, ныряют в радиорубку, Фан Му взмолился про себя: «Пусть он будет жив! Прошу, только бы он не умер!»

Фонарики заметались внутри радиорубки.

Все вокруг молчали, и Фан Му, не в силах дольше ждать, закричал:

– Что с ним?

Из радиорубки высунулся переодетый полицейский:

– Все в порядке, он жив.

Фан Му с облегчением выдохнул и обернулся к двоим полицейским у себя за спиной:

– Тай Вей погнался за убийцей. Вы должны помочь ему!

– Не надо.

Прикрывая глаза рукой, из темноты выступил Тай Вей, держа что-то в другой руке. Глянул на полицейских в рубке:

– Включите свет.

Секунду спустя раздался щелчок, и на арене стало светло как днем.

Фан Му смог наконец разглядеть Тай Вея – по его лицу текла кровь, а в руке было что-то длинное и тонкое, обернутое в тряпку.

«Задело пулей? – встревожился Фан Му. – Что у него с лицом? И что он держит?»

В голове вертелась масса вопросов, но язык отказывался подчиняться.

Тай Вей тоже был явно не в настроении что-то объяснять. Он приказал двоим офицерам перенести Лю Чжанчжуна на баскетбольную площадку.

– Как он?

– В порядке. Просто без сознания.

Тай Вей посмотрел на обессиленную Ден Линьё. На его лице читалось облегчение.

Он велел своим подчиненным как можно скорее доставить обоих студентов в больницу, а потом склонился к Фан Му и показал, что у него в руке.

Это была отвертка.

Они молча переглянулись.

Йоркширский потрошитель. Как и ожидалось.

* * *

– Черт, этот парень бегает как молния и знает тут все ходы и выходы, – сказал Тай Вей. – Я гнался за ним по коридору, а он чем-то в меня швырнул. Я пригнулся, но это не очень помогло. – Он показал на окровавленное лицо – на скуле алела рана, из которой продолжала струиться кровь. – Я выстрелил в ответ, но промахнулся. Через секунду он свернул за угол и был таков. На полу валялось вот это.

Фан Му всмотрелся в отвертку, погруженный в свои мысли. Потом заметил что-то у ног Тай Вея:

– Погляди-ка!

Тай Вей наклонился и подобрал с пола ключ. К ключу на резинке была подвешена металлическая бирка с гравировкой «ЖР».

Тай Вей перевернул ключ.

– Номер шесть?

– Или девять? – спросил Фан Му, вставая.

Они переглянулись. Так все-таки шесть или девять?

– Кажется, – сказал Фан Му, – это ключ от шкафчика в женской раздевалке.

– В женской? – переспросил Тай Вей. – Тогда это девятка, потому что шестой шкафчик точно заперт.

Фан Му взял ключ у него из рук и пошел к выходу.

Тай Вей последовал за Фан Му в женскую раздевалку. Оглядевшись, студент отыскал шестой шкафчик. Попробовал ключ – замок не открылся.

– Эй, тут еще один номер шесть, – воскликнул Тай Вей удивленно, указывая на другой шкафчик.

Фан Му подошел. На металлической двери шкафчика была привинчена шестерка. Он сунул ключ в замок, и тот без усилий повернулся.

Юноша легонько подтолкнул шестерку. Она закрутилась на месте: 6, 9, 6, 9…

Тай Вей посмотрел на нее поближе. Один из двух винтов, удерживавших цифру на месте, отсутствовал.

– То есть это шкафчик номер девять, – сказал он, глядя на Фан Му. – Но кто-то исхитрился переделать его в шестой.

Шестой.

Губы Фан Му растянулись в слабой улыбке.

На этот раз их кто-то не добился своей цели.

Глава 19
Значение любви

– Угу… Ладно, я понял. Пока все остается по-прежнему. До связи.

Фан Му повесил трубку и указал на мандарины на прилавке:

– Вот эти почем?

Тон Тай Вея по телефону был мрачным. Он сообщил Фан Му, что после нападения полиция всю ночь прочесывала кампус в поисках убийцы. Тот оказался неуловим. Поэтому полицейское наблюдение в кампусе сохраняется.

Фан Му прекрасно понимал, что чувствует Тай Вей. Он оказался от убийцы на расстоянии вытянутой руки, а тот умудрился из этой руки вырваться. Ни один полицейский не смирится с таким. Скорее всего, сейчас Тай Вей раз за разом прокручивает в голове события прошлого вечера. Если бы бежать немного быстрее… Если бы взяться за пистолет пораньше… Если бы выстрелить поточней…

Сам Фан Му беспокоился не так сильно. Возможно, потому, что они рассматривали дело с разной перспективы. Тай Вея заботила прежде всего поимка убийцы. Фан Му тоже хотел поймать его как можно скорее, но для него было важнее, что на этот раз они не позволили преступнику разделаться с новой жертвой. В тот вечер, изложив полицейским свою версию событий, Фан Му вернулся в общежитие и крепко заснул. На следующее утро, когда новость дошла до студентов и те стали стучаться к нему, чтобы узнать, что случилось, Фан Му безмятежно спал.

Проснувшись и кое-как отделавшись от посетителей, он решил навестить с друзьями Лю Чжанчжуна в больнице.

С корзиной фруктов, которые они купили по заоблачным ценам в палатке возле входа в больницу, Фан Му с приятелями зашли внутрь и поднялись на третий этаж, в стационар. Пока Ду Ю метался по коридору в поисках 312-й палаты, Фан Му сразу направился к дверям, возле которых дежурили двое полицейских. Один из них его узнал, поэтому вопросов не последовало и их впустили внутрь.

Вокруг кровати уже стояли несколько человек, и при их появлении все обернулись. Двоих Фан Му помнил. Это были полицейские, вбежавшие вчера вечером в зал.

Они приветственно кивнули ему, а потом один обернулся к врачу и спросил:

– Значит, вы говорите, что в текущем состоянии он не может отвечать на вопросы?

– А разве так не видно? – резко сказал врач. – Он же без сознания. Как вы собираетесь его допрашивать?

Двое полицейских переглянулись с безнадежным видом и молча вышли из палаты.

Поставив корзину с фруктами на подоконник, Фан Му вгляделся в лицо Лю Чжанчжуна.

Его голова была замотана бинтами, кожа – белая как мел. Глаза полуприкрыты, на рту кислородная маска. Он выглядел ужасно слабым.

Сердце Фан Му упало. Ранение Лю Чжанчжуна оказалось куда серьезнее, чем он предполагал. Когда двое полицейских прошлым вечером вынесли его на площадку, то сказали, что он «в порядке». Похоже, это означало просто, что он еще жив.

Фан Му перевел взгляд на карту больного, прикрепленную к кровати. В самом верху было написано просто «вдавленный перелом черепа».

«Вдавленный», – про себя повторил он. Значит, убийца нанес ему удар тупым предметом – вероятно, молотком.

Чжу Туанчжи, сосед Лю Чжанчжуна по комнате, дремал в кресле рядом с больным. Ду Ю растолкал его:

– Ну, как он?

Чжу Туанчжи зевнул и ответил:

– Ночью сделали операцию. Врач сказал, опасности для жизни нет, но его пока подержат тут, для наблюдения.

Внезапно из коридора до них донесся шум. Какой-то мужчина за дверью спорил с полицейскими, плакала женщина.

– Я его мать, – всхлипывая, повторяла она. – Вы не можете мне запрещать войти к нему.

Потом дверь открылась и, запыленные с дороги, в палату вошли супруги средних лет. Обведя палату встревоженными взглядами, они поспешили к кровати Лю Чжанчжуна.

Женщина, еще не дойдя до нее, разрыдалась.

Чжу Туанчжи вскочил с кресла и подхватил ее под локоть.

– Не плачьте, Тетушка. Пожалуйста, присядьте. С Чжанчжуном все будет в порядке.

Мать Лю Чжанчжуна села на постель рядом с ним. По ее лицу катились крупные слезы; одной ладонью она зажимала рот, чтобы не потревожить сына. Наклонившись, легонько погладила его по щеке.

Отец Лю Чжанчжуна вполголоса прочитал диагноз в карточке.

– Вдавленный перелом черепа? – В его голосе звучали ужас и скорбь.

– Не волнуйтесь, Дядюшка, – немедленно вмешался Ду Ю. – Врачи сделали ему операцию. Они говорят, никакой опасности нет.

Отец кивнул, слегка успокоенный. Затем оглядел молодежь, собравшуюся в комнате.

– Вы однокурсники Чжанчжуна? Расскажите толком, что произошло.

Ду Ю глянул на Фан Му.

– Подробностей я не знаю. Известно только, – он качнул головой в сторону Фан Му, – что этот парень спас Лю Чжанчжуну жизнь.

Отец Лю Чжанчжуна обернулся к Фан Му, а мать вцепилась ему в руку.

– Мальчик, прошу, расскажи Тетушке, что там случилось на самом деле, – взмолилась она. – Кто это сделал?

– Тетушка, я и сам толком не знаю, что произошло. Я оказался там случайно.

Внезапно она упала на колени и воскликнула, рыдая:

– Ты чудесный мальчик! Тетушка так тебе благодарна! Чжанчжун – мой единственный сын… спасибо, спасибо тебе!

Фан Му поспешил поднять ее, красный от смущения.

– Тетушка… Тетушка, не надо… Я ничего не сделал…

Наконец ему удалось убедить мать Лю Чжанчжуна снова сесть. Фан Му не мог дольше оставаться в палате – невыносимо было смотреть в ее благодарные глаза.

Ведь, по сути, на Лю Чжанчжуна напали из-за него.

Глядя на друга, лежавшего без сознания, Фан Му чувствовал, как на сердце становится все тяжелее. Его руки непроизвольно сжались в кулаки.

«Сукин сын! Клянусь, я тебя поймаю».

Не желая, чтобы Ду Ю и остальные заметили перемену в нем, Фан Му потихоньку вышел из палаты.

* * *

В коридоре юноша почувствовал себя лучше. Ему очень хотелось курить. Поглядев на врачей и медсестер, деловито снующих туда-сюда, он решил найти туалет и потихоньку покурить там, но вдруг заметил на лестничной клетке Тай Вея – тот поднимался наверх.

– Ты что тут делаешь? – спросил полицейский, завидев Фан Му.

– Пришел навестить товарища.

– Того парнишку? Как у него дела?

– Опасности для жизни нет, но он все еще без сознания. А ты тут зачем?

– Надо расспросить девушку о том, что произошло. Она в другом отделении, на пятом этаже. Хочешь со мной?

Немного подумав, Фан Му кивнул и последовал за Тай Веем.

* * *

Охрана у Ден Линьё была серьезнее, чем у Лю Чжанчжуна, – возле ее дверей стояли четверо полицейских в бронежилетах. Сама палата оказалась очень просторной, со всеми удобствами и больше походила на современную двухкомнатную квартиру. Ден Линьё лежала там одна.

Внутри Фан Му и Тай Вей первым делом наткнулись на очень ухоженную и дорого одетую женщину, которая спорила с полицейскими.

– Через пару дней посмотрим, – говорила она. – В нынешнем состоянии Ден Линьё не может отвечать на ваши вопросы.

Полицейские неловко топтались на месте.

– Поверьте, мы понимаем, в каком состоянии ваша дочь, – сказал один преувеличенно вежливо, – но она единственная находилась в контакте с убийцей. Чем скорее она расскажет все, что видела, тем скорее мы раскроем это дело.

– И тем не менее вам придется подождать, – отрезала женщина решительным тоном. – Моей дочери требуется отдых.

Тут она увидела, как в палату входит Тай Вей, и резко окликнула его:

– Вы кто такой?

Двое полицейских оглянулись и приветствовали его кивками:

– Капитан Тай!

– Так вы их начальник? Очень хорошо. Будьте добры, ответьте мне на вопрос: когда эти охранники, снаружи, уйдут? Или нас вы тоже принимаете за преступников?

– Пока что они останутся на месте, – ответил Тай Вей, оглядывая пустую палату. – Где ваша дочь?

Мать Ден Линьё не ответила. Глаза ее сузились в щелки.

– Вы что, хотите, чтобы мой муж позвонил вашему руководству?

Тай Вей кинул на нее короткий взгляд.

– Подробности я разглашать не могу, – холодно ответил он, – но велика вероятность, что убийца продолжит преследовать вашу дочь. – Он сделал паузу. – Что вы теперь скажете? Нам уйти или остаться?

Женщина побледнела. Спустя пару секунд она испуганно пролепетала:

– В… в таком случае… наверное, пусть пока все будет как есть.

Раздался звук спускаемой воды, и две медсестры вывели из ванной Ден Линьё. Лицо у нее было бледное, волосы убраны в пучок. Плечо сковывала гипсовая повязка, рука висела на перевязи. Увидев Фан Му, она слабо улыбнулась и пробормотала:

– А, это ты!..

Потом, кивнув в сторону женщины, представила ее:

– Это моя мама. Мам, вот эти двое спасли мне жизнь.

Ее мать, похоже, слегка смутилась. Пытаясь загладить неловкую ситуацию, она натянуто улыбнулась и пригласила их садиться.

Медсестры помогли Ден Линьё лечь и накрыли одеялом. Они приподняли изголовье кровати, чтобы пациентке удобнее было общаться с посетителями.

Накрытая белоснежными простынями до подбородка, девушка улыбнулась Фан Му.

– Спасибо, что пришел меня навестить.

– Я пришел к Лю Чжанчжуну. – Стоило этим словам вылететь изо рта, как Фан Му понял, что они прозвучали грубо, и поспешно добавил: – И к тебе тоже.

В ее глазах промелькнуло разочарование, но Ден Линьё быстро взяла себя в руки.

– И как он?

– Ему сделали операцию. Врачи говорят, опасности нет.

Мать Ден Линьё презрительно фыркнула.

Тай Вей достал из портфеля блокнот и ручку.

– Госпожа Ден, не могли бы вы немного рассказать о том, что случилось прошлой ночью?

Лицо Ден Линьё побледнело еще сильнее. Встревоженная, она часто задышала, а ее глаза наполнились слезами. Похоже, вспоминать происшедшее ей было рановато.

Заметив реакцию дочери, мать немедленно вмешалась:

– Я же просила не расспрашивать ее! Надо хоть немного считаться с чувствами жертвы! Дайте ей несколько дней, тогда и посмотрим.

Она встала, всем своим видом показывая, что им пора уходить.

Тай Вею ничего не оставалось, как убрать блокнот и ручку обратно в портфель.

– Ну что же, отдыхайте и набирайтесь сил, – сказал он Ден Линьё. Потом добавил, обращаясь к ее матери: – Через пару дней мы вернемся.

Фан Му уже собирался выйти за двери вместе с полицейским, когда девушка попросила его задержаться.

– Фан Му, – сказала она, попытавшись сесть, – в какой палате лежит Лю Чжанчжун? Я хочу его навестить.

Ее мать сразу же отмела эту идею.

– Я не разрешаю. Ты никуда не можешь ходить в таком состоянии.

Тай Вей мрачно глянул на мать, потом развернулся и вышел из палаты.

Фан Му беспомощно махнул Ден Линьё рукой и последовал за Тай Веем. Из-за дверей они услышали, как Ден Линьё и ее мать спорят приглушенными голосами.

* * *

– Господи! – вздохнул Тай Вей, закуривая сигарету. Проигнорировав табличку «не курить» в коридоре, он сделал несколько глубоких затяжек и добавил: – Ох и проблемная же особа!

Не зная, имеет он в виду Ден Линьё или ее мать, Фан попытался успокоить его, расплывчато заметив:

– Ну, ей ведь тоже досталось…

– Да там вся семейка такая. Отец какая-то большая шишка и пока что вообще отказывается сотрудничать. – Мужчина выбросил окурок. – А свидетелей всего двое. Один в коме, вторая не хочет говорить. И как, скажи на милость, нам продолжать расследование?.. – Он махнул рукой ближайшему полицейскому: – Эй! Сходи спроси врача, когда парень очнется.

Тот с готовностью кивнул и побежал вниз по лестнице.

Несколько секунд Тай Вей еще стоял, уперев руки в бока и недовольно пыхтя. Потом спросил:

– Как думаешь, что будет дальше?

Вопрос застал Фан Му врасплох.

– В смысле? Что ты подразумеваешь под дальше?

– Как поступит убийца? – нетерпеливо объяснил Тай Вей. – Будет пытаться добраться до девчонки? Или найдет для шестого убийства кого-нибудь другого? И кого он станет копировать на этот раз?

– Я-то откуда знаю! – раздраженно ответил Фан Му.

Но Тай Вей зрил в корень. Действительно, как убийца поступит теперь?

На этот раз ему не удалось завершить преступление, и он не оставил подсказок насчет следующего. Соответственно, возникали новые вопросы. Как им предупредить очередное убийство? Кого он выберет жертвой – Ден Линьё или другого человека? Ответов на них Фан Му не знал.

Получалось, что на бланке экзамена внезапно возник пробел. На какой вопрос отвечать дальше?

* * *

– О, это ты?

– Да. Вы говорили по телефону? Я не хотел вас потревожить.

– Нет проблем. Я уже закончил.

– Вы просили меня зайти. Что-то случилось?

Короткий смешок.

– Ничего особенного. Просто ты давно не заглядывал. Мне захотелось узнать, как у тебя дела.

– Все прекрасно. А вот вы что-то бледный… Плохо себя чувствуете?

– Нет-нет. Ну, может, немного простыл…

– У вас температура?

– Да нет же. Все в порядке.

– Может, мне отвести вас к врачу?

– Нет, нет и нет. Вернемся к моему вопросу. Как у тебя дела?

– Хорошо.

– Еще боишься переклички?

– Кажется, больше нет. Я очень вам благодарен. Чувствую, что с этой проблемой покончено.

– Серьезно? Ты уверен?

* * *

Несколько дней спустя Лю Чжанчжун наконец начал говорить. Слабым голосом он с большим трудом рассказал полиции, что произошло в ту ночь. По его словам, он собирался признаться Ден Линьё в любви на баскетбольной площадке после игры. Накануне за ланчем взял у охранника спорткомплекса ключи и попросил показать ему, как управлять из радиорубки светильниками и микрофоном. Потом, во время матча, предложил Ден Линьё встретиться с ним в зале, когда все разойдутся. Все шло по плану, но когда он добрался до самой романтической части своего представления, кто-то ударил его сзади по голове и вырубил. Дальше Лю Чжанчжун ничего не помнил.

Ден Линьё наконец-то смогла справиться с эмоциями и подробно поведала полиции о том, что с ней случилось. С учетом того, что на арене было темно, а она страшно перепугалась, про убийцу Ден Линьё могла сказать лишь, что он ростом примерно 175 сантиметров.

Фан Му с Тай Веем тоже видели убийцу в ту ночь, а Тай Вей даже гнался за ним, но из-за темноты и расстояния между ними ни тот ни другой не сумели его рассмотреть.

Полиция задалась вопросом: откуда убийца знал, что Ден Линьё в одиночку окажется в зале?

Преступник заранее открутил винтик от номера на шкафчике, переделав девятку в шестерку. Получалось, что он прицельно избрал Ден Линьё своей жертвой, и его действия свидетельствовали о том, что он знал – у нее девятый шкафчик и она собирается задержаться в спорткомплексе после игры. Владеть такой информацией могли лишь несколько человек.

Полицейские воспрянули духом: это означало, что круг подозреваемых достаточно узок.

Однако и здесь их ждало разочарование.

Лю Чжанчжун сказал, что никому не говорил о том, что задумал. Но было два эпизода, при которых другие люди могли подслушать его разговоры и понять, что происходит. Первый – когда Лю Чжанчжун брал у охранника ключ и спрашивал, как пользоваться радиорубкой. Второй – когда он просил Ден Линьё встретиться с ним после игры. Однако, по словам Лю Чжанчжуна, когда он говорил с охранником, поблизости никого не было. Самого охранника полиция тщательно проверила – он не имел к преступлению никакого отношения. Итак, первая возможность отметалась.

Вторая тоже отпала: полицейские пристально изучили всех девушек-чирлидеров и болельщиков, находившихся рядом с Ден Линьё в тот момент, и установили, что они к преступлению непричастны.