Текст книги "Ангел любви. Часть 1"

По молчаливому согласию дуэлянты приостановили поединок и, опустив шпаги острием в пол, одновременно слушали своих собеседников.

– Говорите, сэр, – сказал Швейман, – Краев слушает вас.

– Мистер Краев, передайте своему клиенту мое предложение выкупить его акции по цене, втрое превосходящей их стоимость полгода назад, – твердо заявил Шон.

– Моего клиента такое предложение не устроит, – ответил Краев.

– Вот как, и почему же, позвольте узнать? – Шон начинал закипать, ему уже порядком надоела вся эта канитель с акциями.

– Потому, что я не продаю свои акции, но могу их подарить, обменять или проиграть.

Ответ прозвучал одновременно и по телефону, и в комнате. Он вскинул голову и встретился с насмешливым взглядом Герцогини.

– Так и передайте своему клиенту, мистер Швейман. Спасибо, Божидар, вы хорошо поработали, – закончила она переговоры и вопросительно посмотрела на своего соперника, ожидая его реакции.

– Я все понял, Леон. Спасибо, дальше я сам, – быстро закончил разговор с юристом Шон и с улыбкой предложил девушке, – Может, перейдем на «ты», партнер?

– Перейдем, – ответная широкая улыбка расцвела на ее лице, – И зови меня Лорен, а не миледи. Продолжать драться будем?

– Конечно, я всегда привык доводить дело до конца, – пришел в отличное расположение духа Шон, – Только определимся с наградой. Что ты хочешь если выиграешь?

– Если выиграю я… – она на секунду задумалась, – Ты будешь принадлежать мне, уточняю, только мне, две недели.

– Ничего себе выигрыш, – ревниво хмыкнул Стивен, а Стася захлопала в ладоши. Алан уже отказывался что-либо понимать. Вик хранил гробовое молчание.

– Хорошо, – легко согласился Шон, – Но если выиграю я… – он сделал длинную паузу, – То буду принадлежать тебе, и только тебе, месяц.

– Я умею проигрывать, – мгновенно ответила Лорен, отбрасывая шпагу в сторону. Туда же полетела и шпага Шона.

Вик, не проронив ни слова, поднял их, зачехлил и повесил обратно на стену, замкнув специальным ключом. Затем достал из бара бутылку виски десятилетней выдержки, смочил льняную салфетку и подал ее Лорен.

Щедро плеснув виски в бокал, он протянул его Алану и сочувственно предложил, – Выпей залпом, сразу отпустит.

Стараясь не выдать нервное напряжение и унять дрожь в руках, Алан крепко обхватил бокал и залпом выпил. Виски огненным шаром прокатился по гортани и медленно опустился в желудок, наполняя тело теплом и изгоняя холод пережитого кошмара.

– Не понял, – недоуменно потряс головой Стивен, – Кто, вообще, выиграл?

– Я тебе потом все объясню, – пообещал ему Вик.

Лорен подошла к бывшему сопернику и торжественно, словно давая клятву, произнесла, – Я сделаю все, но этот месяц ты не забудешь никогда! – и тихо добавила, прикладывая салфетку к кровоточащей царапине на шее, – С возвращением домой, Шон,.

Он накрыл ладонью ее руку и прижал к шее. В этот момент его словно пронзила молния. Ледяная броня, более двадцати лет надежно защищавшая сердце, дала глубокую трещину под натиском нежности, затопившей душу.

– Девочка моя, – подумал он, – спасибо за этот месяц, но я хочу быть в твоей жизни не месяц, а всю свою оставшуюся жизнь. Надеюсь, ты позволишь мне это.

– Что здесь происходит? – гневно осведомился Габриэль, входя в комнату и окидывая всех недоуменным взглядом. Его глаза вспыхнули от ярости, когда он увидел сестру, стоявшую рядом с Брионом – старшим.

– А мы все подготовили к просмотру фильма, – раздался из-за его спины оживленный голос Арчи, – А, что… случилось, ведь нас не было каких-то полчаса? – растерянно спросил он, увидев разгромленную комнату и Шона в окровавленных лохмотьях вместо рубашки.

Алан посмотрел на часы. Действительно, поединок, показавшийся ему бесконечным, продолжался всего полчаса.

Дария смотрела на осколки, бывшие раньше чудесными вазами, и ее губы предательски задрожали.

– Ничего страшного не произошло, – бархатным голоском заверила ее Лорен, – У нас с Шоном немного разошлись мнения по поводу дизайна этой комнаты, и теперь появился прекрасный повод все здесь обновить, Я очень надеюсь на твою помощь, дорогая.

– Не переживай, сестренка, самое ценное мы спасли, – весело сказал Стивен, указывая на фигурку кошки и китайскую вазу, – Пожалуй, этим вещицам безопасней будет в твоей комнате. Давай мы со Стасей поможем тебе их расставить.

Он спешил покинуть гостиную, чтобы избежать объяснений с Габриэлем, и, передав кошку Дарии, подхватил жену под локоть и слегка стал подталкивать к выходу.

– А я помогу дотащить эту вазу, – вызвался Арчи, не желая присутствовать при семейных разборках.

– Я жду объяснений, – повторил Габриэль, решительно загораживая дорогу Викраму, тоже хотевшему улизнуть из гостиной.

– У меня к тебе два вопроса. Почему этот тип, нагло прикасающийся к Лорен, еще жив? И когда эти двое покинут наш дом?

– Он жив потому, что еще не дал повода себя убить, – Вик выразительно посмотрел на Шона и с нажимом добавил, – И, надеюсь, что не даст. А насчет второго вопроса… Видишь ли, Лорен проиграла этому типу, и теперь он будет здесь жить еще месяц. Алан, конечно, может покинуть нас в любой момент, но, думаю, он захочет поближе познакомиться со своими братьями и сестрой.

– Захочет, – подтвердил тот, еще не успокоившийся от всего произошедшего, и решивший, что не бросит отца в этом сумасшедшем доме. Пока не разберется во всей этой нелепой ситуации, он ни на шаг не отойдет от него.

– Что за чушь? Этот тип не мог победить Лорен! – вновь возмутился Габриэль.

– Увы, мой дорогой, я тоже иногда проигрываю, – с притворным сожалением сказала Лорен. Она подошла к брату и взяла его за руку, – И, пожалуйста, не называй Шона типом, это как – то невежливо.

– И небезопасно, – вкрадчиво предупредил тот, – Тип может рассердиться. Мне надо переодеться, так что я вынужден покинуть ваше приятное общество. Лорен, детка, когда я начну наслаждаться победой?

– Через час, если не возражаешь. Все начнется через час, – пообещала девушка и нежно промурлыкала, – Тебе хватит этого времени для улаживания своих дел?

– Вполне, я буду считать минуты, – томно протянул Шон, и, взяв ее руку, поцеловал внутреннюю сторону ладони, искоса бросая издевательский взгляд на Габриэля, у которого от столь нескромного жеста на скулах заходили желваки, а пальцы сжались в кулаки.

– Пойдем, мальчики, выпьем что-нибудь.

Желая прекратить обмен оскорблениями и не допустить драки, Лорен подхватила Вика и Габриэля под руки и потащила из комнаты.

В дверях она оглянулась и виновато сказала, – Алан, я прошу у вас прощения за весь этот балаган. Обычно мы вполне вменяемы.

– Надеюсь на это, иначе я сойду с ума гораздо раньше, чем покину ваш чудесный дом, Герцогиня, – с сарказмом ответил тот и, повернувшись к отцу, вопросительно посмотрел на него.

– Пойдем ко мне. Времени мало, а неотложных дел полно, – на ходу бросил Шон, и через минуту гостиная опустела.

***

Оказавшись в своей комнате, Шон сбросил лохмотья и попросил, – Найди мне новую рубашку. Я пока приму душ.

Алан осмотрел комнату, но нигде не обнаружил небольшую спортивную сумку, с которой они прибыли в это странное место.

– Отец, я не нашел нашу сумку. Пойду, поищу горничную.

– Поищем чуть позже. Присядь, нам надо поговорить – остановил тот сына, появившись через несколько минут с полотенцем на бедрах.

Шон подошел к большому зеркалу и посмотрел на порезы. Их было пять – три на груди и два на руках, все были тонкими и почти не кровоточили. Царапина на шее была чуть глубже.

– Была бы настойка водного перца, все зажило бы за пару часов, – подумал он, – Для своего возраста девочка отлично фехтует, но до совершенства все равно далеко. Атаковать надо жестче. У меня должно было бы быть не менее десяти порезов. Да и защита хромает. Сколько мебели испортил, показывая ей слабые места в обороне. Ничего, будем заниматься по несколько часов в день, и я научу ее всем приемам, какие знаю.

Алан прервал его размышления, напоминая о себе и ожидая объяснений.

– Ты хотел поговорить, а я хочу, что происходит. Последние полчаса были самыми странными в моей жизни.

– Как ты уже понял, Герцогиня и есть тот таинственный партнер, которого мы искали полгода. Хочу попросить тебя, взять на себя все дела компании. Мы задержимся здесь на месяц, и я хочу провести это время с Лорен, не отвлекаясь ни на что.

– Ты делаешь это ради компании? Хочешь выиграть, обменять или получить в подарок акции? Никогда не поверю в это.

– Дело не в компании. Ты даже не представляешь, какой подарок сделали твоему отцу. Время не принадлежит Лорен. У нее много обязательств, не знаю, даже, как у нее получится выкроить месяц, разве, что эти клоуны ее прикроют. Пожалуйста, сынок, сделай так, как я прошу. Потом я тебе все объясню, а пока просто поверь, что для меня нет ничего важнее, чем провести с ней этот месяц.

– Лорен – это Лаки? – тихо спросил Алан.

– Да, – также тихо ответил Шон, – Но не надо говорить об этом Арчи или еще кому-нибудь. Все зовут ее Лорен, и мы с тобой тоже должны так звать, чтобы не навредить ей. Я обязательно все расскажу тебе, но только не сейчас. Мы поговорим в самое ближайшее время.

В дверь постучались, и, не дожидаясь ответа, на пороге возник Викрам с бутылкой дорого коньяка в одной руке и причудливой формы флаконом с зеленоватой жидкостью в другой. Не спрашивая разрешения, он зашел в комнату, сел в кресло и достал из мини – бара три широких бокала. Два из них наполнил янтарной жидкостью на пару пальцев, в третий же плеснул на дно.

Шон сел в кресло напротив него и жестом предложил сыну тоже присесть. Викрам распределил бокалы, пододвинув Алану почти пустой, а себе и Шону наполненные. Почти одновременно, не поморщившись, они залпом опрокинули их. Алану же стоило лишь пригубить, чтобы понять – коньяку намного больше лет, чем ему, и опьянеть можно и от пары глотков.

– Надо поговорить, – без предисловия холодным тоном начал Вик, – Наедине.

– Говори при нем, – спокойно ответил Шон, – У меня нет от сына тайн.

– Хорошо. Я хочу сразу обозначить границы вашего поведения в течение этого месяца. Я – главный хранитель Лорен.

Алан удивился, что Викрам не стал скрывать, кто такая Лорен и, по сути, признался, что она – Лаки, ведь в Венесуэле он был ее главным хранителем.

– Следовательно, я постоянно нахожусь при ней. В мое отсутствие это делает Стивен, он – второй хранитель. Вы как-то не вписываетесь между нами со своим выигрышем, сэр.

– Я помню, в чем заключается долг хранителей. Понятное дело, что вы постоянно будете болтаться рядом, – таким же холодным тоном осадил его Шон, – Но, девочка сделала мне королевский подарок, которым я буду наслаждаться, используя каждую минуту, и требую два часа в день проводить с ней наедине.

– Требуете? – насмешливо протянул Вик, – Хорошо, что это слышу я, а не Стивен.

– А я и говорю это тебе. Кстати, чаще напоминай ему, что хранитель не должен чувствовать вожделения. Странно, как его, вообще, утвердили хранителем, – удивился Шон, особо не рассчитывая на объяснения.

Но тот решил ему все объяснить, чтобы он смог правильно сориентироваться в сложившейся ситуации. Шон нравился Вику, хоть он и одним словом не дал этого понять.

– Стивена назначили хранителем по просьбе Лорен. Его патологическая ревность обеспечивает ей надежную защиту от остальных воздыхателей. Да и присматривать за ним легче, имея перед глазами, чем на расстоянии.

– Странно, как он еще терпит Габриэля. Тот любит ее не меньше его, и испытывает такую же патологическую ревность. Отличные у малышки братики, – не удержался от язвительного замечания Шон.

– Габриэль у нас неприкасаемый. Помните об этом. А вы в отличной форме, сэр, что удивительно для человека, проводящего целые дни за монитором, – взгляд Вика одобрительно прошелся по полуобнаженному, накачанному телу Шона, – Я согласен на два часа в день. Но предупреждаю, что камеры слежения у нас повсюду.

– Спасибо, что предупредил заранее, пока мы не украли фамильное серебро.

– Вы отлично поняли, что я имел в виду.

– Конечно, понял. Нельзя заниматься сексом в бассейне, лучше в парке, на каждое дерево камеру не нацепишь.

Шон с вызовом посмотрел на него, ожидая реакции, понимая, что вывел его из себя. Но ему надо было выяснить, в каком качестве по отношению к Лорен Вик оценивает его, а парень выглядел уж слишком невозмутимым, чтобы это понять. Хотя судя по выпитому коньяку разговор для него тоже нелегкий.

При слове «секс» Вик побледнел, и впервые засомневался, что правильно оценил чувства Шона, а вдруг того действительно влечет страсть. Но это просто невозможно…

– Я думаю, что девочка тоже потребовала часы, и, сколько? – продолжал веселиться Шон.

– Три, – автоматически ответил Вик, пытаясь сообразить, что же ему делать. Может он неправильно понял Лорен, решив, что…

– Значит всего пять. Ох, и повеселимся же мы, – проявил бурную радость Шон, не давая Вику сосредоточиться и закончить мысль.

Он резко подскочил и подошел к зеркалу. Рассматривая себя со всех сторон, похлопал грудь, живот, и чуть приспуская полотенце с бедер, довольно заметил, – А я, действительно, в неплохой форме, да и опыта у меня хватает. В отличие от вас, я смогу многому научить малышку.

Шон уже смеялся в голос, видя возрастающую растерянность Вика, лицо которого было уже не бледным, а каким-то серым. Он решил, что, пожалуй, хватит издеваться над парнем, ведь тот ему тоже нравился. Шон не мог не оценить его подлинно братскую любовь к Лорен. Он подошел и взмахнул рукой перед лицом Вика, выводя его из оцепенения.

– Расслабься, хранитель. Хоть круглосуточно наблюдай за нами, ничего постыдного не увидишь. Просто я хочу немного времени проводить по-настоящему наедине с девочкой, без вас. Поверь, со мной ей ничего не грозит, и она это знает, если согласилась даже на три часа. И пять часов будут не подряд, а течение дня. Все будет хорошо, обещаю.

Лицо Вика стало приобретать нормальный цвет, и он вновь потянулся за бутылкой.

– Похоже, что ты еще не дорос до того, чтобы пить коньяк старше себя, – Шон решительно отобрал у него бутылку, – Совсем соображать перестаешь. Я ведь не говорил, чем мы с ней будем заниматься. Ты сам все придумал. Да, до настоящего хранителя тебе еще далеко.

Если на первое замечание Вик не отреагировал, то на второе возмущенно вскинул брови. Он считал, что хорошо исполняет свои обязанности.

– Ты хранишь не силу Лорен, а ее саму. Каждый хранитель знает, что хороший секс удваивает силы, и им надо заниматься как можно чаще.

– Ну, вам ли этого не знать, великому трахальщику Дармунда, о котором там до сих пор ходят легенды, – язвительно ответил Викрам, первый раз давая Шону понять, что знает, кто он.

– Бывшему великому трахальщику, сынок. Сдается мне, что это место теперь за тобой, – Шону надоело притворяться, и он решил поставить точки на все вопросы Вика, – Что, неприятно, когда тебя дергают за ниточки, и ситуация выходит из-под контроля? Иногда полезно почувствовать это на собственной шкуре. Хотя, мне кажется, что во вчерашнем спектакле, да и в сегодняшнем представлении ты был лишь рядовым участником. Стиль, знаешь ли, не тот.

– Ну, вы тоже хороший кукловод, сэр, – устало вздохнул Вик, – Заставили меня поверить… Не советую так шутить со Стивеном. Он запросто может убить за такие шутки.

– Предупреди своего Стивена, что я не изгой, как он считает, а отступник, и значит – беспредельщик. Я не потерплю его жадных взглядов на Лорен, и церемониться не буду. А Габриэля, вообще, уберите с глаз моих долой.

– Вам напомнить, что признаться ловцу в беспределе, все равно, что подписать себе смертный приговор?

– Свою девочку я буду защищать от любого похотливого козла, будь он ей хоть брат, хоть хранитель. А ловец он или лекарь, мне по фиг.

– Со мной не надо сражаться. Я на вашей стороне, – широко улыбнувшись, Вик протянул руку и сказал фразу, уже звучавшую сегодня, но не понятую Аланом, – С возвращением домой, Шон!

Пожав ему руку, Шон вновь стал искать сумку, – Подскажи, как вызвать горничную. Мне срочно нужна новая рубашка, не идти же мне в таком виде. Впрочем, полотенце можно оставить здесь.

Вик засмеялся, быстро подошел к зеркалу и отодвинул его. За зеркалом оказался шкаф-купе, забитый новой одеждой отличного качества с фирменной маркой «Лау». На нижней полке теснилась обувь ручной работы. Такого количества одежды хватило бы носить полгода.

– Теперь понятно, для какого клиента две недели круглосуточно работала фабрика «Лау», – присвистнул от неожиданности Вик, – Даже не знаю, как Стивен переживет такой удар. Вот хитрюга, а мне сказала, что там лежит новая рубашка. Значит, она была уверена, что вы согласитесь остаться здесь на месяц.

– Я же сказал, что у девочка есть стиль. Ладно, мне надо одеться, осталось всего десять минут. Что-то мы заболтались с тобой.

Шон достал светло-бежевую рубашку и слаксы, и направился в ванную.

Вик протянул ему флакон с жидкостью, – Малышка передала водный перец. Она очень сожалеет, что поранила вас несколько раз.

– Можно задать тебе пару вопросов, – спросил Алан, оставшись с Виком наедине.

– Валяй, – милостиво разрешил тот.

– Зачем надо было тратить два желания, если можно было использовать одно, и сразу затащить нас сюда? И как Лорен догадалась, что отец умеет танцевать и фехтовать? Я живу с ним двадцать лет, но мне никогда и в голову не приходило, что он умеет это делать.

– Сам думал об этом, ведь мы спорили на каждом этапе, и на всех она обыграла нас. Вряд ли это произошло случайно. А потом понял, что она не догадывалась, а хорошо знала. Твой отец ей очень интересен, вот она и навела справки. А насчет двух желаний ты прав, достаточно было бы и одного. Но Лорен пообещала Патрику, что покажет ему внука, которого тот любил больше всех и не забывал все эти годы. Она относится к нему, как к собственному деду, и тебе, пожалуй, не стоит явно игнорировать старика в ее присутствии. Остальные члены семьи Макбрайдов ее не волнуют, а за старика она будет сердиться. А может тебе и самому захочется начать общаться с ними. Дальше мы уже не вмешиваемся. Лорен выполнила свое обещание. Остальное – дело твое.

Шон вышел из ванной комнаты, и, услышав о пари, заинтересованно спросил, – Какие ставки были в вашем споре на меня? Моя девочка заработала немножко денежек?

– Ваша девочка за два дня заработала почти семьдесят тысяч. Мы со Стивеном сами, как последние дураки, предложили максимальные ставки, потому что были уверены, что все мы примерно одинаково знаем о незнакомце, случайно появившемся в нашей жизни. Ну, и решили проявить свои способности в предвидении. За что и поплатились.

– Можно узнать условия последнего пари?

– Да, пожалуйста. Сегодня занимаясь фехтованием с Лорен, Стивен посетовал, что за год забыл многие приемы. А она напомнила ему о плохом танцоре, которому все мешает, и заявила, что настоящий профессионал помнит основные приемы даже после очень длительного перерыва. И предложила проверить это на вас. Якобы, по вашей осанке она заподозрила, что в молодости вы занимались фехтованием. И мы снова повелись, как будто нам мало было ваших танцев, да еще и предложили начать ставить с пяти тысяч. Лорен заявила, что бросит вам вызов, вы примете его и будете драться вполне прилично, ведь бывших фехтовальщиков не бывает. Стивен рассмеялся и сказал, извиняюсь, что эта старая развалина сто процентов, как откажется.

– А на что поставил ты? – невинно поинтересовался Шон, расчесывая волосы и небрежно укладывая их.

– Я поставил пятьдесят на пятьдесят. Вызов вы примите, но вряд ли покажете класс. К тому же можете ее поранить. Я серьезно напомнил, что она должна понимать – если вы даже легонько зацепите ее, то уже не выйдете из комнаты живым. Мы со Стивеном исполним свой долг. И если ей не хочется стать свидетельницей убийства человека, случайно встретившегося у нее на пути, да еще на глазах его сына, то она откажется от пари. Лорен громко засмеялась и утроила ставку, сказав, что вы скорее позволите порезать вас на полоски, чем зацепите ее драгоценную шкурку. А самой проницательной оказалась Стася.

– Вы еще и ее вовлекли в свои игры. Бедный ребенок, что ей приходится терпеть от вас.

– Так вот, Стася сказала, что поддерживает ставку Лорен и попутно выдвигает свою – победителем станете вы. Вот здесь мы уже рассмеялись втроем и снисходительно приняли ее ставку. Она выиграла пятьдесят тысяч, и Стивен лихорадочно ищет тридцать, чтобы отдать ей. Он почему-то считал, что как муж может не платить, но Стася решительно отказалась простить ему долг. Она относится к вам, как к своему дяде, сэр, и очень сердится на него из-за нападок на вас.

– Мой ангел! – умиленно воскликнул Шон, – Я всегда знал, что в вашей компании лишь один здравомыслящий человек – малышка Стася. Я готов, пошли. Час истекает через три минуты.

Втроем они вошли в красную гостиную на последних ударах часов, показывавшие пять часов вечера.

– Мы здесь всего пять часов, – устало подумал Алан, – а такое ощущение, что меня сутки гоняли по кругу, не давая присесть. Отцу же все нипочем, он свежий и бодрый, словно только проснулся.

В гостиной присутствовали Стивен с женой, Арчи, Габриэль и Дария, не отошедшие еще от странного происшествия в белой гостиной, и Кристиана, присоединившаяся ко всем после короткого отдыха. Стивен уже объявил, что Лорен пригласила канадских партнеров погостить у нее месяц. Арчи тоже предложено остаться на этот срок, чтобы пообщаться с Аланом до его отъезда в Торонто.

Все с напряжением смотрели на вошедших, ожидая, что будет дальше. Стивен переглянулся с Виком, молчаливо спрашивая, предупредил ли он этого наглого чужака о правилах его поведения с Лорен. Тот еле заметно кивнул в ответ. Минуту спустя в красную гостиную впорхнула очаровательная хозяйка дома, одетая почти так же, как и Шон – в рубашку и слаксы, только в голубом тоне.

– Так вот на кого работала наша фабрика? Небольшой сувенирчик для партнера, да, Лорен? И с размерами как точно угадала. А почему же только для одного? Второй не заслужил? – язвительно поинтересовался Стивен, насмешливо глядя на Алана. А затем небрежно указал пальцем на Шона, – И за какие же заслуги папочка получил такой весьма дорогостоящий подарочек?

– Зачем же так явно завидовать? – поддел его Шон, и пригладил на плечах так понравившуюся тому рубашку, – Лорен лучше знать, кто и что у нее заслужил.

– Стивен, не надо так горячиться. Мы же не знали, как изменились твои вкусы за этот год. Вдруг ты проникся наргонскими традициями, и стал очень сдержанным в выборе одежды? – невинно спросила Лорен, – Зачем тогда запускать целую коллекцию, если будет достаточно пошить пару просторных черных брюк и полдюжины серых рубашек?

– Сначала Вик издевался, а теперь и ты? Дождешься от вас понимания, – обиженно проворчал тот, – Значит, какой-то посторонний мужик – бунтарь, а я – наргон! Спасибо, Лорен! А я думал, что ты меня любишь и рада, что я снова с вами, – как маленький мальчик надулся Стивен.

– Не обижайся, я пошутила. Конечно, мы все очень рады, что ты опять с нами. Кристиана забросила все дела и сейчас работает только на тебя. Она подготовила восхитительные эскизы, и обязательно с тобой все обсудит. Кристиана, пожалуйста, не уезжай, – ангельским голосом обратилась она к своей подруге, – Я надеюсь, что ты не заболела, а просто устала от напряженной работы за последнее время. Отдохни у нас, мы так соскучились по тебя, – уже совсем жалобно произнесла Лорен, – Через месяц нам с Виком опять придется уехать. Прошу тебя, побудь с нами.

Она скосила глаза на Вика, затем на Стивена. Кроме них, ее взгляды заметил только Шон.

– Кристиана, ты же знаешь, как я люблю тебя, и всегда радуюсь твоему обществу, – первым бросился в атаку Викрам и многозначительно, с интимными интонациями, громко прошептал, – Останься с нами, может у меня появится шанс.

К нему присоединился Стивен. Оттеснив Вика в сторону, он завладел руками Кристианы, и, прижимая их к груди, стал горячо убеждать ее.

– Я не видел тебя целый год. Хочешь, расскажу о тенденциях наргонской моды? Только ты поймешь, что я пережил за этот год. От этих, – он небрежно кивнул в сторону Лорен и Вика, – не дождешься ни понимания, ни поддержки. А еще нам надо полностью обновить гардероб Стасе, и мы с ней рассчитываем на твою помощь.

– Что вы вцепились в нее, как пиявки, – искренно возмутился Габриэль, тоже включаясь в игру, – Кристиана, нам надо столько всего обсудить по делам фирмы, пока Лорен опять не уехала. Столько проблем накопилось, а ты знаешь, как трудно затащишь ее в офис.

Кристиана не знала, как ей отбиться от всех, придумав убедительный повод для побега, и поэтому была вынуждена согласиться остаться, о чем потом жалела каждый день, наблюдая, как между Лорен и Шоном быстро развиваются любовные отношения.

Шон подошел к Лорен, положил ей руку на талию и сделал пару танцевальных движений.

– Кажется, я кому-то задолжал тройку грязных танцев, – вкрадчиво напомнил он, – И готов отдать долг прямо сейчас. Пожалуй, крошка, начнем с ламбады.

С чувством превосходства он посмотрел на Стивена, и тот мгновенно угрожающе сузил глаза. Второй, не менее насмешливый взгляд, Шон адресовал Габриэлю, который тяжело дышал от возмущения. Если бы Шон повернул голову немного правее, то встретил бы полный горя, боли и тоски взгляд прекрасных зеленых глаз Кристианы, с разочарованием смотревшей на кружившуюся пару.

Но этот взгляд заметила Лорен и усмехнулась она про себя, – Отлично. Все идет, как надо.

– Здесь есть приличный танцевальный зал, детка? – продолжал куражиться Шон и произнес хрипловатым голосом – У меня уже все горит от желания танцевать.

– Безумства начались, – громко объявил он, обращаясь ко всем, и танцующей походкой увлек смеющуюся девушку к выходу.

Проходя мимо Вика, он небрежно бросил ему, подчеркивая каждое слово, – Пять часов наедине. Сейчас. В десять можешь присоединяться.

Проводив растерянным взглядом развеселившуюся парочку, Стивен накинулся на Викрама, – Какие еще пять часов? Она установила три.

– А он потребовал еще два, – спокойно ответил Вик. И, вспоминая, что пережил в комнате Шона, решил так же помучить и Стивена.

– Потребовал? Да кто он такой, черт его побери?

Выразительным взглядом Вик призвал Алана к молчанию, а сам лихорадочно придумывал, что ответить, – Он …ее партнер в канадской фирме. Она же сама сказала нам об этом. Вероятно, им многое надо обсудить.

– Он узнал, что она его партнер полтора часа назад, причем в нашем присутствии! – негодующе возразил Стивен, – Как такое, вообще, возможно? Быть партнером человека, которого в глаза не видел?

– Возможно, – спокойно возразил Алан, – Если термин «молчаливый партнер» тебе о чем-нибудь говорит.

– Говорит, – сквозь зубы прошипел Стивен, – А теперь твой папочка решил «разговорить» партнера наедине в течение пяти часов.

– Переговоры иногда продолжаются и по двенадцать часов, – еще более спокойно продолжил Алан, – Тем более, что Лорен может прекратить их в любой момент, ведь она находится в собственном доме.

– Он прав, брат, ей ничего не угрожает. Тем более, что Шон предупрежден о камерах круглосуточного наблюдения, – прекращая спор, вмешался Вик, мысленно усмехаясь, – Ты еще не знаешь об установленных пяти часах каждый день. Я скажу тебе об этом завтра.

– Ну, это совсем другое дело, – успокоился Стивен.

Он взял пульт, нажал несколько кнопок и напряженно уставился на большой экран, висевший на стене. На экране высветился танцевальный зал, в который вплыла смеющаяся парочка. И тогда Шон сделал то, что от него Стивен, да, впрочем, и никто не ожидал. Подойдя к ближайшей камере, искусно спрятанной между светильниками на стене, он широко улыбнулся прямо в нее и резко взмахнул рукой. Это был последний кадр. На экране пошли помехи, все камеры зала одновременно вышли из строя. Стивен удивленно посмотрел на Вика, а тот разразился веселым хохотом, а затем тихо шепнул Алану, – Твой отец не обманул. Он, действительно, беспредельщик.

– Ну, раз уж мы получили свободу на пять часов, пошли, посмотрим другое кино, – успокаивающе похлопал Вик Стивена по плечу, – Что ты там нарыл в нашей кинотеке, Арчи?

Общее напряжение спало, и все потянулись в небольшой уютный кинозал с мягкими креслами, расставленными отдельными группами, удобными диванчиками и небольшими столиками с напитками, поп-корном, орешками и прочей ерундой, которую так приятно поглощать во время просмотра фильмов. Бурно начавшийся вечер обещал перейти в спокойное русло с приятным времяпровождением.

– Я нашел третью серию «Пиратов». Откуда она у вас? Ведь фильм еще не вышел в прокат, и в сети нет пиратских копий. А у вас уже есть. Круто.

– Это не пиратская копия, а сигнальный экземпляр, – снисходительно пояснил ему Стивен, и, видя, что тому это ничего не говорит, добавил, – Вик продюсер «Пиратов», ему прислали только что смонтированный фильм на утверждение.

Викрам – продюсер нашумевшего фильма? Да этого не может быть! Арчи укоризненно посмотрел на брата, вечно тот его разыгрывает.

– Я слышала, что при съемках этой серии ты выступил еще и в роли второго оператора? – вежливо поинтересовалась Кристиана, у которой в обществе была безупречная репутация, следовательно, ее словам можно верить.

– Да так, побегал немного с камерой, – нехотя объяснил Вик, не желая хвастаться, – Надо было отснять сцены сражений для компьютерной фирмы, с которой у нас контракты на создание спецэффектов и второй части игры. Слушай, Алан, получается, что мы сотрудничаем с вашей фирмой, если твой отец назвал Лорен партнером?

– Получается, что так. Игра еще немного сырая, а спецэффекты получились классные, отец в этом деле самый лучший. Я и не знал, что фильм уже смонтировали.

– А игры пишешь ты? Я никак не могу пройти пятый уровень, поможешь? – с надеждой спросил Арчи, и, получив в ответ кивок Алана, нетерпеливо попросил, – Давайте начинать смотреть.

– Может, начнем со второй серии? Я ведь ее не видел, – предложил Стивен, и все охотно согласились посмотреть еще раз вторую серию, чтобы продлить удовольствие в ожидании просмотра третьей.

Удобно расположившись в креслах с напитками и поп-корном, они погрузились в увлекательные приключения влюбленной пары, их друзей и врагов. Фильм захватил всех и поднял настроение.

Когда до окончания третьей серии осталось минут двадцать, в кинозал тихо прокрались Шон с Лорен и, устроились в углу на диванчике, о чем-то зашептались.

Конец фильма ошеломил, всех, кроме двоих, приложивших руку к сценарию. Но все возмущенные возгласы достались, конечно, одному Вику.

– Зачем ты его убил? – недоуменно спросил Габриэль.

– Наоборот, он стал бессмертным, ведь на «Летучем Голландце» – все бессмертны.