Текст книги "Ангел любви. Часть 1"

Роман опекал нас, но, его настоящую привязанность завоевала только она. Думаю, что он даже любил ее по-своему, и, умирая, взял клятву с меня и Габриэля, что мы никогда не бросим свою сестру, и будем оберегать и защищать ее. В моем сердце Лорен заняла место сразу и навсегда. Свою клятву я дал, не задумываясь, только не понимал, зачем клясться Габриэлю. Он и так был ее братом, обязанным любить и защищать свою сестру. Неприятности начались сразу после смерти Романа, единственного нашего защитника. Пока он был жив, Лорен не трогали. Боялись его мести. А она подрастала, и ее детская фигурка начала меняться. К ней стали приставать по-взрослому, и я понял, что надо бежать из банды, мы с Габриэлем не сдержали бы толпу. Главарь решил быстрее продать Лорен, пока пананы ее не испортили. Габриэль случайно услышал об этом и рассказал мне.

Ночью мы ушли в горы, перешли через перевал и спустились к морю. Там не было организованной банды, а только шайки обычных бродяг слонялись по побережью. Они попробовали было подмять нас под себя, но мы с Габриэлем были рослыми парнями, закаленными в постоянных драках, и нас оставили в покое. Тогда ему было тринадцать, а мне пятнадцать, а Лорен восемь Мы жили в песчаных дюнах, подворовывали, но не голодали.

Тот день перевернул нашу жизнь. Я заметил, как Габриэль, спрятавшись за валунами, следил за Лорен. Не заметив никого на берегу, она сняла одежду и купалась голышом. Я помню его взгляд, жадный и страстный. Мы уже начали спать с девчонками, и у меня не было сомнений, что он хотел ее. В голове не укладывалось, как можно хотеть сестру. Пелена безумной ярости застелила мои глаза, я набросился на него и стал бить с остервенением, с каким еще не дрался никогда. Я был старше, рослее, опытнее в драке, и реально мог его убить. Шрамом на руке наградил его я.

Его спасла Лорен, с криком бросившись к нам. Бедный ребенок не мог понять, почему ее братья убивают друг друга. Я не мог рассказать ей правду и придумал, что он проиграл все наши деньги на игровых автоматах. Малышка начала плакать и уговаривать меня не сердиться на братика, а его убеждала попросить прощения. Габриэль не посмел опровергнуть мои слова и сквозь зубы извинился. Когда она уснула, я опять сцепился с ним, и он признался, что Лорен ему неродная сестра, его отец удочерил новорожденную девочку. А потом сказал, что любит ее, и надеется, что они будут вместе. Для меня это стало ударом. Из брата и союзника он превращался в противника. Конечно, Габриэль пообещал, что подождет несколько лет, но вспоминая его взгляд, я сомневался, что он будет ждать годы, и пригрозил, что убью его, если он обманет.

Моей девочке грозила опасность даже внутри нашей маленькой семьи. На следующий день я поговорил с ней, объяснил, что она взрослеет и должна быть осторожной, не купаться голой даже ночью, лишний раз не высовываться из нашего убежища, а в город выходить только со мной.

– Я же сразу почувствовал, что хочу убить этого щенка, – Шон со всей силы стукнул кулаком по столу, – Так это он обидел ее?

– Нет. Через неделю Габриэль подцепил какую-то форму дизентерии, и свалился с высокой температурой. Через день заболел и я. Два взрослых парня валялись на песке с температурой под сорок, постоянной рвотой и поносом, и были беспомощны, как грудные младенцы. Лорен осталась одна, без защиты и денег. Голодный маленький ребенок бегал по пляжу, выпрашивая мелочь. Все заработанное она тратила нам на лекарства. Денег было мало, их хватало лишь на дешевые таблетки, вроде аспирина, которые лишь на время немного сбивали температуру, а нам были нужны дорогие антибиотики. Я понимал, что скоро мы умрем, злился от бессилия, от того, что нарушу клятву, данную Роману, и не уберегу сестру – самое ценное в моей жизни.

Однажды ее долго не было, мы не находили места от беспокойства, гадая, что случилось и увидим ли ее живой. Когда солнце почти зашло, она появилась, вся избитая, в крови, в чужой футболке, надетой на голое тело, и золотым медальоном на шее. Я бросился к ней, схватил за плечи, пытаясь рассмотреть раны. И малышка, которую еще год назад я купал в корыте, и которая никогда меня не боялась, в паническом ужасе вырвалась из моих рук и побежала к морю, где забилась за большие камни. Мы с Габриэлем кричали и искали ее, но не могли найти. Утром она сама вышла к нам, все в той же черной мужской футболке, но уже выстиранной и высушенной. Глубоких ран на теле не было, лишь многочисленные царапины и кровоподтеки, ногти поломаны, что подтверждало нападение и ее яростное сопротивление. Конечно, я сразу заподозрил, что ее изнасиловали, и хотел осторожно расспросить и осмотреть. Но она отчаянно отбивалась и истошно кричала. Я еле успокоил ее, отойдя в сторону с поднятыми руками, и пообещав, что никогда не буду спрашивать, что с ней произошло. От Габриэля она шарахалась еще больше, хоть знала с самого рождения и никогда не расставалась с ним. А теперь она боялась нас. Целый день я говорил, что мы ее любим, что она самая лучшая девочка на свете, и, вообще, скоро мы все уедем отсюда. Лорен молчала, мгновенно став взрослее лет на пять. А самое удивительное было в том, что она вылечила нас за полдня. Накопала каких-то корешков, ободрала кору с деревьев, растущих неподалеку, сварила отвар и дала нам. Чтобы не огорчать ее, мы выпили странную бурду, и через несколько часов были в порядке. Казалось, кто-то подсказал ей, что надо делать. А к вечеру я понял кто. За нами пришли четверо – весь Совет Четырех. Они нашли нас по амулету, и мы оказались в Дармунде. Господин Галлард все выпытал у меня о Лорен, попытался сам узнать, что произошло, но безрезультатно. Тогда он придумал эту легенду.

– Великий ясновидец Галлард ничего не увидел? Странно, – удивленно протянул Шон, – Хотя, если ее сознание наглухо заблокировало тот кошмар, мы никогда не узнаем, что произошло. Как же тогда помочь? Стоп, а амулет, откуда взялся?

– Ее не изнасиловали тогда, – внезапно подал голос Алан, о котором они совсем забыли. До этого он не проронил ни слова.

– Помнишь, отец, когда мне исполнилось четырнадцать, ты подарил мне старый «Форд»? В тот день я решил покататься по безлюдному пляжу и потренироваться в вождении. А заодно тайком прихватил твой пистолет, пострелять по жестянкам, ты только начал учить меня стрелять. Выехав на пляж, я бросил машину и пошел собирать банки для мишеней. И увидел маленькую бродяжку – девочку лет семи, осторожно пробиравшуюся между камнями и горами мусора. Вдруг ее окружила толпа подростков, они явно поджидали в засаде. Их было четверо, и они набросились на нее, как свора собак. Девчонка отчаянно отбивалась руками, ногами, но их было много, и они были старше. Содрав с нее одежду, они повалили ее на землю, двое держали, а два других торопливо снимали штаны. Я спрятался за груду камней, снял предохранитель и начал стрелять по ним. Я тогда еще плохо стрелял и только напугал их, а не убил. Они бросились наутек, а я подбежал к девчонке, рывком за руку поднял ее, и потащил к машине. Втолкнул в нее и погнал. Девочка сжалась в комок и со страхом смотрела на меня. Она была вся в крови, своей и тех подонков, с которыми дралась. Я отдал ей твою футболку, папа, валявшуюся на заднем сиденье, и спросил, как ее зовут. Девочка, не переставая, тихо плакала, и только покачала головой, не желая отвечать. Тогда я сказал, что буду звать ее Лаки, что означает «счастливая», и чтобы успокоить снял с себя цепочку с медальоном, надел ей на шею и начал изображать забавных зверей, говоря за них разными голосами. Девочка перестала плакать и улыбнулась. Это была такая улыбка, – с грустной мечтательностью произнес Алан, – Мне до сих пор иногда снится маленький ребенок с ангельской улыбкой и огромными бирюзовыми глазами. Я предложил ей поехать со мной, сказав, что у меня очень добрый и хороший отец, и она сможет жить с нами. А девочка грустно ответила, что не может бросить братьев, которые очень больны, и умрут, если она не придет. Мы доехали до какого-то заброшенного места, она попросила остановить, сказав, что живет за этими камнями. Я отдал ей все деньги, какие были в машине, долларов семьдесят. Мне не хотелось отпускать ее в темное безлюдное место, но она, тихо прошептав «спасибо», выскользнула из машины.

Дома ты выругал меня за машину и пистолет, за то, что я шлялся, непонятно где, а ты волновался. Больше всего я боялся признаться, что отдал медальон, который носил, не снимая, с самого рождения. Но когда ты спросил, где он, а я ответил, что потерял его, ты только грустно улыбнулся и сказал, что значит так надо, все равно передать его некому. На следующий день я опять поехал туда, но, сколько не искал, так и не смог найти мою маленькую незнакомку Лаки.

– Теперь понятно, откуда взялось это имя. Я все думал, где она его откопала, – Викрам посмотрел на Алана со смешанным чувством недоверия и благодарности, – Получается, что ты тогда спас нас всех, а твой амулет полностью изменил нам жизнь.

– Господи, мы были почти рядом, – прошептал Шон, – Бедная моя девочка. Вот все и прояснилось. Вик, даже не зная всей правды, ты все равно мог бы помочь ей, ведь знал главное, что на нее напали. Надо было действовать, а не оставлять девочку страдать двенадцать лет. Ладно, тогда ты был пацаном, но, а потом? Я слышал, что ты работаешь в центре помощи женщинам, подвергшимся насилию, а сестре помочь не можешь. Ты должен был научить ее перестать бояться мужчин и их прикосновений.

– Шон, а вы понимаете, какой метод применяется при этом? – крайне возмутился Вик.

– Отлично понимаю, другого и не существует, – спокойно ответил тот, – Я ведь не зря говорил тебе, что секс удваивает силу, и вы со Стивеном, регулярно занимаясь им, получаете дополнительную энергию. Могли бы поделиться ею и с Лорен, что сделало бы ее намного сильнее. Хотя, его она не подпустит. Ты один, кому она безоговорочно доверяет.

– Она моя сестра, – по слогам произнес Вик, – Вы сошли с ума, предлагая мне инцест.

– За эту неделю ты дважды заподозрил инцест, и дважды ошибся. И уже начинаешь меня злить, – холодно заметил Шон, – Я же не предлагаю тебе спать с ней. Но несколько поцелуев в щечку, братских объятий ты вполне мог бы себе позволить. Она перестала бы бояться прикосновений мужчин еще много лет назад, выбрала бы парня, занималась бы с ним любовью и набиралась сил. Да я физически ощущаю ее энергетическое истощение, и все наши экстремальные развлечения здесь не помогут.

– Она не любит, когда к ней прикасаются, и не позволяет этого. Какие тут поцелуи и объятия? Не могу же я хватать ее и насильно целовать.

– И это говорит мой преемник, великий трахальщик Дармунда, – с иронической ухмылкой произнес Шон, – Тебя, оказывается, надо учить, как поцеловать девчонку. Ладно, дам тебе мастер-класс. Сынок, проверь, что там Стивен приготовил.

Алан понял, что отец хочет поговорить с Виком наедине, и, выходя, услышал его слова, – Запоминай, что будешь делать, когда меня не будет рядом. При мне не делай, не то я начну ревновать, а значит злиться.

В столовой Стивен, как заправский официант, расставлял на столе тарелки с бутербродами.

– Давай, помогай, – буркнул он Алану, злясь, что его вытолкали из комнаты и заставили работать, а «папочкин» сыночек прохлаждается.

Алан без комментариев взял нож и стал резать овощи.

Через несколько минут к ним присоединились Шон и Вик.

Следы от рукоприкладства были едва видны, губа почти не кровоточила, но Лорен, вошедшая в комнату вслед за ними, встревожено спросила у брата, – Что с твоим лицом? Ты дрался?

– Все нормально, малышка, – поспешил успокоить ее Вик, – Давайте ужинать.

Но они не успели рассесться по местам, как дворецкий провел в гостиную начальника полиции. Тот сразу подошел к девушке, взял ее руку и поцеловал.

– Лорен, простите, что вовлек вас в это дело, но вы оказались правы во всем. Я никогда не поверил бы, услышав его имя. Без вас мы никогда не поймали бы его.

Маккуин был взволнован и очень расстроен.

– Но мне так неприятно, что вам пришлось пережить весь этот ужас. А в тот момент было еще и страшно, что он мог убить вас прямо у нас глазах. До сих пор не могу поверить, что офицер полиции, прослуживший в ней пятнадцать лет, бывший на отличном счету, делавший успешную карьеру заделался серийным убийцей, причем таким циничным и жестоким. Как такое могло произойти? Когда я спросил об этом Моретти, он нагло рассмеялся мне в лицо и, пренебрежительно сплюнув, заявил, что я никогда не оглашу его имя. Побоюсь сам оказаться замешанным в убийствах, ведь он работал под моим руководством. И если все-таки раздую дело, мне все равно никто не поверит. А он ответно обвинит, что я специально сфабриковал улики, и еще подаст в суд за зверское избиение, – он мельком посмотрел на Шона.

– Вы сами ответили на свой вопрос, господин Маккуин, – усмехнулась Лорен.

Без грима, уставшая и бледная, она была такой хрупкой и беззащитной, что Алан сам готов был избить Вика за то, что тот допустил ее участие в таком опасном и, похоже, пустом деле.

– Его карьера продвигалась успешно, но очень медленно. И он решил ее ускорить. Первые пять убийств совершил психически ненормальный тип, которого Моретти удалось выследить в ходе одной из ваших операций. Но, он не передал его в руки правосудия, а спрятал в старом заброшенном доме. А потом сам начал убивать, подражая почерку убийцы. Его расчет был очень простым. Убийца на свободе и продолжает убивать. Руководство полиции не справляется со своими обязанностями, и возмущенная общественность начнет требовать отставки начальника и его заместителя. Вот тогда и наступил бы его звездный час. Он, как герой, захватил бы убийцу на месте преступления, правда, убил бы при задержании, но это неважно, ведь победителя не судят. Особенно такого, который спас город от страшного маньяка. Улик по первым пяти убийствам хватило бы с головой, чтобы и последующие пять списать на него. А для того, чтобы окончательно добить вас, он даже не пожалел Аманду, с которой у него были личные отношения. Вначале он хотел воздействовать на вас через нее. Прикинулся влюбленным и рассчитывал, что она будет просить вас продвигать его по службе. Но Аманда оказалась такой – же принципиальной, как и ее дядя, и не захотела смешивать служебные и личные отношения. Она не была изнасилована, – успокоила Лорен Маккуина, – У нее с ним был обычный контакт за несколько минут до нападения. Конечно, она не подозревала его и повернулась спиной. К тому же, что он был одним из страхующих ее. Ему казалось, что снова все удалось, но Аманда выжила. Не переживайте за нее. Я не стала вам говорить об этом утром, но вчера нам удалось вывести ее из комы.

В глазах начальника полиции блеснули слезы. Лорен взяла его руку и поднесла к своему лицу.

– Мы поможем, с ней все будет хорошо. А Моретти зря хорохорится. Когда вы предъявите ему убийцу, заключенного в его загородном доме, коллекцию вещей, снятых с убитых девушек и скажете, что Аманда пришла в себя и свидетельствует против него, он сам поймет, что у него нет выхода, и он не жилец на этом свете. Так что дело не дойдет ни до защиты чести мундира, ни до суда, – она положила его руку на стол и ободряюще улыбнулась, – Ваш кошмар закончился, господин Маккуин. Оба убийцы схвачены, город может спать спокойно.

– Лорен, называйте меня Уилл. Как я смогу отблагодарить вас?

У шефа полиции не хватало слов для выражения признательности этой девочке, которую всегда считал пустой прожигательницей жизни.

– Я понимаю, за то, что вы сделали для нас с Амандой, достойной награды просто не существует. Я буду обязан вам всю..

Лорен легким жестом руки остановила поток благодарностей.

– Вы ничего мне не должны, Уилл, – твердо пресекла она все возражения, – Я всегда делаю только то, что считаю нужным для себя. Я посчитала, что это мое дело и поучаствовала в нем. И попрошу вас никому об этом не рассказывать, и своего мнения о том, что Герцогиня – пустая прожигательница жизни, прилюдно не менять, а при встречах, как обычно, ее игнорировать.

Маккуину стало неловко, что она знает, как пренебрежительно он всегда отзывается и попробовал как-то реабилитироваться перед ней.

– Лорен, вы столько сделали для меня, а я при встречах буду отворачиваться от вас и поддакивать злобным наговорам? Простите, но это как-то низко и недостойно.

– Если вы хотите отблагодарить меня, то именно так вы и поступите. Мне не нужна шумиха вокруг моего имени. Впрочем, одно мое желание я попрошу вас исполнить.

Маккуин вскинулся в надежде, он готов был сделать все, что она попросит.

– Пожалуйста, проверните дело так, что в захвате убийцы на месте преступления участвовала Аманда.

Тот попробовал было возразить. Лорен взглядом убедила его не делать этого.

– Мы обсудим, как лучше все преподнести вашему начальству. Аманда, действительно, участвовала в раскрытии этого дела, потратила столько сил, и достойна получить за это награду по службе. Тогда будем считать, что вы меня отблагодарили.

От избытка чувств у Маккуина осталось сил только кивнуть ей, пожать руку Шону и сказать напоследок, – Вы хорошо отделали этого подонка, сэр! Спасибо за все.

12. Забавная игра

За столом в комнате для завтраков сидели одни мужчины, хмурые и не выспавшиеся, они ели молча. Кристиана еще не появилась, Стася кормила Раяна в детской.

Шон и Лорен, оживленно переговариваясь, вошли в столовую. За последние три дня они стали неразлучными. Его легкие объятия и поцелуи, ее радостная улыбка наполняли эти дни. Каждая минута, проведенная в обществе друг друга, радовала их.

– Почему все такие мрачные? Опять полночи провели в сети? – с улыбкой спросила девушка, – Мы поразились, когда в три часа ночи вернулись домой, а во всех окнах светятся мониторы. Было ощущение, что это не дом, а компьютерный клуб.

У каждого из них была причина для бессонницы, но они не торопились их озвучивать.

– Да как-то не спалось, – мрачным голосом ответил за всех Стивен. Он злился на сестру, что все свое время он посвящает Шону.

Лорен отлично понимала, в чем дело. Их в разной степени раздражало внимание, оказываемое ей Шоном. Как, впрочем, и ее увлеченность ним, ведь эти дни она проводила только с ним. Только Арчибальд относился к их «дружбе» вполне нормально.

Брат Стивена нравился ей, и она решила помочь ему, а заодно проверить на практике одну интересную мысль, возникшую у нее пару дней назад. Она захотела испытать себя в роли свахи.

– Ну, остальным хоть не надо идти на работу, а ты, Арчи, не щадишь ни себя, ни подчиненных. С утра хмурый шеф – плохое начало рабочего дня. Почему все вечера ты безвылазно проводишь за компьютером? Лучше показал бы Алану Дублин, да и Габриэля могли бы прихватить, он ведь теперь свободный по вечерам. Ты пригласил бы свою девушку, а она – подружек, и посидели бы в каком-нибудь уютном ресторанчике. Я всегда думала, что молодым, красивым парням надо только одно, – Лорен лукаво стрельнула глазами в сторону Вика и Стивена, а затем прошлась взглядом по Арчи, Алану и Габриэлю, – И, глядя на вас, окончательно поняла, что именно – ноутбук и «Пираты».

– У него нет девушки, – криво ухмыльнулся Стивен, – Где он ее найдет? На тусовки не ходит, на светские приемы тоже, вот и остается только работа и «Пираты». Может, виртуальную пиратку встретит, тогда и появится девушка.

Арчи хмуро посмотрел на брата, но промолчал.

– Не вижу повода для веселья, Стивен, – осуждающе покачала головой Лорен, – Девушку можно встретить в реале и в своем офисе. Арчи, у вас же работают молодые симпатичные девушки, например, секретарши?

– У него самого три секретарши, – вновь отозвался Стивен, не давая брату и слова сказать, – Одна серая моль, а две тааакие штучки, – протянул он, закатывая глаза, – Да и в других отделах девчонок полно. Если бы не щелкал клювом, то переспал бы с любой, ведь он сын владельца компании, кто же ему откажет.

– А с тобой, можно подумать, они спали бы только ради одной твоей улыбки, – скептически заметила Лорен, – Ты ведь тоже сын владельца компании.

– У нас не приветствуются интрижки с персоналом. И ты отлично это знаешь, Стивен, – холодно заметил Арчибальд разошедшемуся брату, и намного теплей ответил Лорен, – Девушки, работающие в нашем офисе, для меня только сотрудники, именно так я к ним и отношусь.

– Речь идет о поиске девушки для серьезных отношений, а не для интрижек, для которой важен будешь ты, а не твой статус. Надо просто широко открыть глаза и посмотреть вокруг. Может, и увидишь такие же глаза, ищущие тебя.

– Да он не увидит девушку, даже, если она сядет ему на колени, разве только загородит ему монитор, – продолжал язвить Стивен, приходя в отличное настроение, издеваясь над братом, – Он же видит только цифры на экране и пиратов с саблями.

– Ты меня уже достал своими репликами, – вспылила Лорен, – Не слушай его, Арчи. Я уверена, что в офисе есть девушка, мечтающая, обратить на себя твое внимание, потому что ты умный, красивый и надежный.

Тот недоверчиво покосился, думая, не издевается ли она над ним. Но, девушка говорила проникновенным голосом и смотрела прямо в глаза.

– А если она и переспит с тобой, то не потому, что ты сын самого большого босса, а потому, что вы оба этого захотите. Без комментариев, Стивен, – резко бросила она в его сторону и продолжила разговор с Арчи, – Я сегодня зайду в офис, посмотрю, кто там работает, а потом мы поговорим с тобой. Договорились?

– Договорились, – словно под гипнозом ответил он, – Я буду рад тебя видеть в нашем офисе, Лорен.

– Шон, поможешь мне определиться с девушками? – заговорщицки попросила она, – Хочу узнать твое мнение.

– Конечно, детка, я сам не прочь увидеть тааааких девчонок, – передразнил тот Стивена, – Жди нас после двух часов, Арчибальд.

Озадаченный Арчи закончил завтрак и ушел на работу, а Лорен высказала Стивену все, что о нем думала.

– Вместо того, чтобы помочь брату, ты издеваешься над ним. Тебе, значит, можно каждый день спать с женой, а ему надо работать допоздна для пополнения семейного капитала, а ночью играть в дурацкую игру.

– Чем я помогу? Найду для него девчонку и научу, как трахать? Может мне еще и наглядно показать? Меня никто не учил, сам до всего дошел методом тыка. Этому вообще никто не учит.

– Я сама его научу, кого выбрать, как подойти и что сказать, – резко осадила его Лорен, – А если потребуется, то и расскажу, как надо заниматься любовью. Плохо, что тебя никто ничему не учил. Я вижу, что ты и в семейной жизни до всего доходишь методом тыка. Совсем Стаську не жалеешь, полночи ей Раян спать не дает, а полночи ты. Так с женой не поступают.

– Это наши семейные дела, и они касаются только нас, – холодно ответил Стивен, – Не тебе меня учить, ты никогда не жила в семье. Как можно судить о том, чего не знаешь?

– Спасибо, что напомнил об этом. Кто я такая, чтобы указывать тебе.

– Прости, не хотел тебя обидеть, – он понял, что в пылу спора жестоко обидел сестру и умоляюще сложил ладони, – Ты же знаешь, как я тебя люблю.

– Знаю, поэтому мне и больно видеть, как ты разрушаешь свою семейную жизнь. Ладно, не буду больше вмешиваться, это твоя жизнь, тебе и решать, как с ней поступать.

– Ты неправ, Стивен, – вмешался в их спор Шон, – Можно и нужно заранее учиться любить, а не применять метод тыка. Я тоже подскажу Арчи, что надо делать, а если потребуется, то и покажу, – рассмеялся он и по-деловому осведомился, – Кого будем изображать в офисе, малышка?

– Самих себя, – у нее загорелись глаза в предчувствии нового развлечения, – Ты – канадский бизнесмен, а я… – краем глаза она заметила Кристиану, спустившуюся к завтраку, и громко сказала, – А я твоя – партнерша. Они уже сами додумают, в чем именно.

Последние слова ножом полоснули по сердцу Кристианы. Лорен прямым текстом сказала всем, что они с Шоном любовники.

– И мы с тобой подумываем об инвестициях в какой-нибудь строительный проект, – увлеченно продолжил Шон. Новое развлечение захватило и его.

Вечером за ужином Стивен небрежно поинтересовался, – Ну, и как успехи? Нашли в нашем офисе девчонку, влюбленную в Арчи, и ищущую его с широко открытыми глазами?

– Там собрались на редкость меркантильные особы, очень деловые и амбициозные, – нехотя признавая его правоту, глубоко вздохнула Лорен, и с извиняющей улыбкой сказала, – Они не подходят тебе, Арчи. Ты не должен быть трамплином в их карьерном взлете. Твои секретарши настоящие пираньи, не приведи судьба попасть им на зубки. Правильно делаешь, что игнорируешь их призывные взгляды. Немного расслабишься, и тебя сразу начнут шантажировать мнимой беременностью или угрожать судом за сексуальное домогательство, – доверительно кивнула она красному от смущения парню.

Его удивило, что всего за три часа она во всем разобралась, вспоминая, как начал работать в офисе более двух лет назад. Его отец охотно привлекал в компанию выпускников престижных университетов, и среди сотрудников было много молодых и очень симпатичных девушек. Они сразу обратили на него внимание и доброжелательно общались с ним. Арчи от природы был не очень решительным, а на фоне красивого, уверенного в себе старшего брата, всегда выглядел бледно, что еще больше занижало его самооценку. В колледже, затем и в университете Арчи налегал на учебу, стремясь заслужить одобрение отца, и готовясь в дальнейшем работать в семейной компании. На флирт с девушками времени почти не оставалось. Он не был девственником, но количество его девушек можно было пересчитать по пальцам одной руки, и отношения с ними нельзя было назвать даже влюбленностью. Это был обычный дружеский секс, которым девчонки занимались с ним в периоды расставаний со своими парнями. Они всегда говорили, что он очень хороший, и в постели с ним легко и приятно. Но, вновь возвращались к своим парням, к таким изменникам и негодяям, забывая доброго, порядочного Арчи до очередной ссоры с ними. Он был симпатичным, высоким парнем, умным, надежным, но очень правильным и приличным, словом, старомодным. А такие не пользуются популярностью в студенческой среде, где среди парней больше ценится умение хорошо оторваться, «снять» девчонку и зажигать до утра, а девчонки хотят либо пылкой романтической любви, либо головокружительного секса. Такой же парень, как Арчи, вызывает горячее одобрение у престарелых родственников, а не чувство зависти у подружек.

Во время учебы он не смог найти постоянную девушку и старался не переживать по этому поводу, считая, что начав работать, станет вращаться в других кругах, более солидных и респектабельных. И девушки будут оценивать его уже не по количеству выпитых банок пива и приколов над приятелями, а по качествам, таким необходимым для семейной жизни, как спокойный, добродушный характер, надежность и преданность семье.

В офисе Арчи стал пользоваться усиленным вниманием, что сразу придало ему раскованность и уверенность в себе. Он думал, что наконец-то, главные черты его характера по достоинству оценены прекрасной половиной, считая, что пользуется популярностью просто, как обычный симпатичный парень. И даже решился предложить встречаться одной хорошенькой блондинке из отдела маркетинга, как из случайно услышанного разговора его пассии с подружкой открылось истинное положение дел. Она стояла спиной к двери и не видела Арчи. Он зашел, чтобы пригласить ее на ужин, во время которого хотел признаться в своей симпатии.

– Я тебя умоляю, с чем меня поздравлять? – небрежно спросила девушка свою подругу, – С тем, что подцепила младшего Маклафлина? Невелика удача – он же ни рыба, ни мясо. Только фамилия громкая. Наши грымзы завидуют, что я первая взяла его за рога, пока они распевали ему дифирамбы. Еще не знаю, как его лучше применить, – она весело рассмеялась, – Что посоветуешь – переспать, а потом давить на порядочность, или сразу обвинить в сексуальном домогательстве, чтобы его папаша засуетился и назначил меня на новую должность? Ты, пожалуй, права, второй вариант более надежный, да и не надо будет все эти муси-пуси разводить и напрягаться в постели.

Девица внезапно повернулась, почувствовал чье-то присутствие и увидела изумленного Арчи. Она не стала ничего придумывать в оправдание, а скорчила милую гримаску и неопределенно пожала плечиками. Он не стал ей мстить, но она не оценила его благородства, а наоборот, сама начала нападать и распространять слухи о его мужской несостоятельности, рекомендуя офисным подружкам не связываться с младшим сыном босса.

Это был тяжелый период в его жизни, когда приходилось слышать за спиной перешептывания и смешки сотрудников, еще недавно заискивавших перед ним. Но, предприимчивая барышня недолго задержалась в офисе. Она попробовала провернуть трюк с сексуальным домогательством с партнером Маклафлина-старшего, но тот оказался стреляным воробьем. Барышне предложили быстро и без скандала уволиться, в противном же случае пообещали подать на нее в суд за клевету и оскорбление достоинства. После изгнания интриганки общественное мнение вновь стало благосклонным к Арчи. Пристыженные легковерные коллеги попытались наладить с ним дружеские отношения и начали усиленно навязывать свое общество. Но, он не повелся на их мнимую искренность, и относился ко всем индифферентно.

Тот случай стал для него уроком. Он престал обращать внимания на сотрудниц компании, ни на молодых, ни на зрелых женщин. Для него они стали все на одно лицо, обычной офисной оргтехникой, что-то вроде калькулятора, факса или компьютера. Он общался с ними только в форме выдачи указаний и принятия отчетов об их исполнении, требуя в рабочее время вести только деловые разговоры. Это был жесткий и тяжелый стиль общения, и у Арчи постоянно менялись секретарши. Малейшая улыбка или фраза не на производственную тему, становились поводом для расставания с такой сотрудницей. Одни не выдерживали такого прессинга, других он увольнял сам. И вторых было гораздо больше. Арчи даже не пытался запоминать их имена. Зачем напрягать память, если максимум через месяц на этом месте появится новая девушка.

Появление Шона и Лорен произвело настоящий фурор. Девицы откровенно флиртовали с канадским бизнесменом, а мужчины, бросив работу, усиленно пытались обратить на себя внимание Герцогини. Три часа, проведенные в офисе компании, чрезвычайно утомили их. И сейчас, сидя за ужином, они вели интенсивный мысленный обмен мнениями, хотя внешне каждый занимался своим делом. Он ел жареную баранину, а она медленно потягивала белое вино.

– Ты там заметил хоть кого-нибудь с человеческим лицом? – спросила Лорен.

– Только одну девушку, на которую Арчи может обратить внимание, – не поднимая глаз от тарелки, беззвучно ответил Шон, – А ты?