Текст книги "Ангел любви. Часть 1"

– Такая любовь и все так грустно закончилось, – жалобно сказала Дария, – Семь лет ждать любимого, ради одной ночи, это очень жестоко придумано.

– Ну и продолжали бы они бегать друг за другом, кому это мешало? А третьей части игры не будет? – Арчи разочарованно посмотрел на Алана.

Тот отрицательно покачал головой, – Нет, в контракте четко оговаривались две части.

Лишь трем было понятно, что такой конец истории вполне закономерен. Ведь долгая счастливая любовь для них тоже несбыточная мечта.

Вдруг Стася горько, безысходно заплакала, – Не хочу, не хочу, чтобы у меня все было так же – постоянно ждать и бояться, что видишь в последний раз.

Стивен попытался обнять жену, но та вырвалась и пересела на другой диван. Он растерянно посмотрел на Лорен. Она лишь грустно улыбнулась в ответ.

– Не расстраивайся, знаешь, это еще не самый плохой конец. У них все равно есть надежда на встречу, хоть и через семь лет, – Кристиана подсела к Стасе и ласково успокаивала ее, гладя по руке, а сама с тоской подумала, – Иногда одна ночь стоит и двадцати пяти лет ожидания.

Лорен подсела к Стасе с другой стороны, обняла ее и прошептала на ушко, – Не плачь, я что-нибудь придумаю.

– Ну, детка, не надо так расстраиваться, – Шон подошел к девушке и присел перед ней на корточки, – Возможно, что главная героиня беременная, а герою предложили сняться в другом фильме, вот и написали такой сценарий. Надо же было как-то прекратить всю эту канитель. И специально закончили так печально и одновременно романтично, чтобы через пару лет снова продолжить. Поэтому не надо плакать, – он поднялся и легко поцеловал Стасю в висок, а затем негромко предложил, – Кстати, малышка, зови меня дядя Шон.

Стася вытерла слезы и с благодарностью посмотрела на него, – Наверное, ты прав, дядя Шон, – тихо сказала она, – Мне очень хочется в это верить.

Шон улыбнулся ей и протянул руку Лорен, – А мы с тобой, детка, давай сходим в казино. После таких грустных любовных историй обычно везет в рулетку, тем более, я слышал, что сегодня кое-кому уже повезло. Может, и я сорву банк.

– Обычно говорят – не везет в картах – повезет в любви. Что же проверим поговорку в обратном порядке, возможно, ты и прав. Только хочу спросить у тебя, – она лукаво посмотрела на него, – Тебя кто-нибудь ждет в Торонто? Жена, любовница, дама сердца?

– Любовник? Бой-френд? – вкрадчиво продолжил Стивен.

– Хочешь предложить встречаться? – также вкрадчиво поинтересовался Шон и прищелкнул языком, – Ты не в моем вкусе, – и, прижав руку Лорен к груди, убежденно заверил ее, – Все главные для меня люди сейчас находятся в этой комнате.

– Отлично, – промурлыкала девушка, – Потому, что уже завтра утром ты станешь моим любовником.

Только Вик и Шон сохранили безмятежные лица. У всех остальных они удивленно вытянулись от такой откровенности.

– На страницах желтой прессы, – уточнила Лорен, – И твоя репутация будет испорчена.

– Напротив, она только улучшится. Мне все будут завидовать. Это большая удача – иметь такую восхитительную любовницу, даже если и только на страницах желтой прессы, – он коснулся губами ее ладони и иронично заметил, – Викрам, ты как-то не вписываешься в нашу компанию. Согласись, что два любовника рядом – это явный перебор.

– Ничего страшного, – поспешил заверить его Вик, – У Герцогини всегда два любовника одновременно, просто вы, сэр, временный и замещаете основного, – он кивнул на Стивена, – Пока у того медовый месяц.

– Тогда встречаемся через двадцать минут. Мне еще надо определиться с вечерним костюмом, их у меня несколько. И все они такие шикарные, не знаю даже на каком остановить свой выбор, – Шон торжествующе посмотрел на Стивена и интимным голосом спросил у Лорен, – Может, ты поможешь мне в этом, детка?

– Конечно, – таким же тоном ответила девушка, не сводя с него глаз, – Надень серый, он подойдет к моему вечернему платью. Хотя, ты в любом будешь неотразимым. Мне будут завидовать все женщины в казино.

– Конечно, будут, малышка, ведь рядом с тобой будет не сопливый мальчишка, а настоящий мужчина, – ленивым бархатным голосом согласился Шон.

У Стивена перехватило дыхание от такой наглости. Сжав кулаки, он уже был готов накинуться на Шона, но его остановил вопрос Вика, заданный нарочито недоуменным тоном.

– Так я не понял, мы идем в казино или заменим его вашим мордобоем?

– Идем, я набью ему морду в следующий раз. Зачем же совмещать два удовольствия в один день, – засмеялся Шон и предложил Лорен руку, чтобы вместе покинуть комнату.

10. Безумства продолжаются

Первый скандал произошел утром следующего дня. Они сидели за столом вчетвером – Алан, Арчи, Стивен и Кристиана, когда в комнату для завтраков влетел Габриэль и со злостью швырнул на стол утренние газеты. На первых полосах красовались фотографии Лорен и Шона, на которых они улыбались друг другу, держались за руки и даже целовались, вернее, он целовал ее в щечку.

– Ты можешь мне объяснить, зачем она выставляет его напоказ? Зачем потащила после казино в ночной клуб, где всегда болтаются эти папарацци? Зачем ей это надо? – возмущенно спросил он Стивена

– Без понятия, – сквозь зубы процедил тот, – Спроси у нее сам, если увидишь, конечно. Я не уверен, что она дома. Где твой папочка, сынок? Или он загулял на радостях и не пришел ночевать?

Алан медленно намазал тост джемом и спокойно ответил, – Мой папочка спит. Один, в своей постели. Еще вопросы есть? А ваша Лорен, наверное, с Викрамом спит. Вот у него и спрашивайте.

– Она не спит с Виком! – отрезал Стивен, – Не болтай глупостей. И, вообще, тебя это не касается.

– Как не касается тебя, где и с кем проводит ночь мой отец, – холодно заметил Алан.

Арчи было неловко перед ним за постоянные нападки брата, и он попытался усовестить Стивена, – Почему ты все время нападаешь на Алана? Он ваш гость.

– Мой? – язвительно переспросил его брат и повернулся к Габриэлю, – Может, твой?

– Он гость нашего дома, Стивен, – раздался холодный голос Лорен, – Как и Алан, и Арчи. Веди себя прилично, и не задавай гостям бесцеремонных вопросов. Ты все можешь спросить у меня, как, впрочем, и ты Габриэль. Шон – мой партнер по бизнесу, и вы меня очень обяжете, если будете с ним, по крайней мере, просто вежливыми. Я очень заинтересована в нем. Почему и в какой степени, вас не касается. Я уже большая девочка, и сама решаю такие вопросы. А вы займитесь своими семейными делами. Доброго утра всем.

Она села за стол и стала намазывать тост шоколадной пастой.

В этот момент в комнату вошли Шон и Викрам. Поздоровавшись со всеми, Шон подошел к Лорен и чмокнул ее в щечку.

– Доброе утро, детка! Отлично выглядишь. Хочешь, папочка нальет тебе кофе?

Под прицелом злых взглядов Стивена и Габриэля он уселся с ней рядом и стал наполнять чашки кофе.

– Вы заняли мое место, сэр, – ледяным тоном произнес Габриэль.

– Теперь это место мое, – безмятежно ответил Шон, – Я хочу сидеть рядом со своей девочкой, а тебе лучше сидеть рядом со своей. Если ты забыл – ее зовут Дария.

Габриэль сначала побледнел, а потом вспыхнул яростью, – Мои отношения с женой вас не касаются! И не смейте указывать, где мне лучше сидеть! Вы здесь не хозяин!

– Доброе утро, – раздался мелодичный голос Дарии, входящей в комнату.

Она настороженно посмотрела на мужа, пытаясь понять, что так разозлило его.

– Что случилось, почему ты так сердишься, Габриэль? – тихо спросила она.

– Еще ты мне будешь указывать! Тебя я, вообще, уже ни видеть, ни слышать не могу, – со злостью прошипел тот и, четко разделяя слова, добавил, – У меня больше нет сил на это.

Дария покраснела от стыда и обиды, и быстро вышла из комнаты.

– Что ты себе позволяешь? – низким, от еле сдерживаемого гнева голосом спросил Алан, – Как ты смеешь так разговаривать с женой, тем более, в ее положении? Ты думаешь, что здесь нет никого, кто защитит ее? Зря ты так думаешь. Пошли, поговорим на тему семейных отношений.

– Вы посмотрите! Неужели, у меня появился шурин? – издевательски ухмыльнулся Габриэль, – Пошли, поговорим. Много ты понимаешь в семейной жизни. Тебе навязали бы жену, тогда посмотрел бы я на тебя.

– Только не говори, что тебя заставил жениться ее отец, угрожая охотничьим ружьем, – с едким сарказмом протянул Алан, – В жизни не поверю в это. Я его видел.

– Да мне ее отец по барабану, как и вся ваша семейка. Меня заставила сестра.

– А вот в это я уже не поверю, чтобы наша Лорен заставила жениться своего любимого братца, – вмешался Стивен и посмотрел на нее в упор, ожидая ответа.

Она еле заметно вздохнула, а затем лучезарно улыбнулась, – Дорогой мой, садись со мной рядом.

Лорен похлопала по столу с левой стороны от себя, где обычно сидел Вик. Тот молча сел рядом с Кристианой, недовольно поджимая губы. Его злило, что Габриэль начал выяснять отношения при посторонних. Хотя, похоже, что их гости перестали быть посторонними. Вик был солидарен с Аланом – Габриэль недопустимо грубо повел себя с Дарией.

– Прости меня, любовь моя, я хотела, как лучше, – тихим голосом попросила Лорен, нежно гладя руку брата, – Я виновата, и сама все исправлю. Дария больше не будет тебе докучать, считай, что ты уже развелся с ней. А формальности уладим после рождения ребенка, – она поцеловала его в щеку и поднялась со стула, – Я выйду на минутку, отдам необходимые распоряжения.

Провожаемая недоуменными взглядами, девушка вышла из комнаты, и отсутствовала минут десять. За это время за столом никто не проронил ни слова. У всех остался неприятный осадок от вспышки Габриэля, и в первую очередь у него самого.

Она вернулась в отличном настроении и радостно сказала, – Ну, вот и все. Ты свободен, брат, и можешь жить своей прежней холостяцкой жизнью. Надоевшей жены у тебя больше нет.

И видя вопросительные взгляды, решительно произнесла, – Алан, Арчи, не беспокойтесь за сестру. Она всем довольна, и хватит разговоров на эту тему. Шон, чем бы ты хотел заняться сегодня? – нежно проворковала она, – Чем-нибудь необычным.

– Необычным? – он на минуту задумался, – Пожалуй, дайвингом.

Стивен тихо присвистнул, – Ничего себе желаньице в конце ноября.

– Отлично! – пропела Лорен, – Тогда летим в Египет, я покажу тебе свои любимые места. Стивен, ты с нами?

– Конечно, – обрадовался тот, – И даже согласен стать третьим любовником.

– Нет, больше, чем с двумя одновременно Герцогиня любовь не крутит, – засмеялась Лорен, – Вику и так досталось этой ночью. Пусть отдыхает, и копит силы на завтра. Завтра вечером пойдем на прием к Стоунам, закрепим вчерашний успех.

Она заговорщицки подмигнула Шону, а тот громко рассмеялся и сказал, – Я тебя обожаю, малышка. Пойдем, поболтаем о дайвинге.

Он обнял ее за плечи и увлек к выходу, показывая Вику на пальцах два часа.

– Стивен, через два часа вылетаем, подготовь все, – обернулась на пороге Лорен и, оживленно болтая с Шоном, вышла из комнаты.

– Я так и не услышал твою занимательную историю о женитьбе, к которой тебя принудила Лорен – угрожающе сузив глаза, набросился Стивен на Габриэля.

– Ничего занимательного в ней нет, – недовольно огрызнулся тот, – и говорить об этом я не хочу. Тем более при посторонних.

– А здесь уже все свои. У Дарии три брата, – он впервые объединил себя с Арчи и Аланом, – Из той семейки, которая тебе по барабану. Она отличная девчонка, я ее с детства знаю. Чем же тебе так не угодила наша сестра? Поведай нам о своей несчастной семейной жизни. Только попытайся быть убедительным, чтобы не получить по шее, – зловеще предупредил он и приказал, – Начинай.

Габриэль сел за стол и спокойно стал чистить апельсин, занимая руки и окончательно успокаиваясь. Его вспышка злости на жену прошла. Он согласился бы со Стивеном, что она отличная девчонка, если бы его не заставили на ней жениться. Ведь он, в принципе, не хотел ни на ком жениться. А хотел быть рядом с Лорен, жить ее жизнью, помогать во всем и продолжать любить своей странной любовью, которая давно перестала быть чувственной, но еще не стала по-настоящему братской.

Очистив апельсин на дольки, он посмотрел на Стивена и неспешно ответил, – Я познакомился с Дарией в доме твоего деда. Лорен тогда попросила вернуть часы Патрику. Он забыл их на фабрике, когда заказывал платье для внучки. Она мне сразу понравилась, умная и общительная.

– И красивая. Ты понял бы это, если перестал бы пялиться на Лорен, – насмешливо заметил Вик.

– Мы уже не раз говорили на эту тему. Я не пялюсь на нее. Она моя сестра.

– Это отдельный разговор, вернемся к Дарии, – холодно напомнил Стивен, – Вы познакомились, и ты решил с ней переспать. Извини, Кристиана, за мою прямоту, – он приложил руку к сердцу и покаянно склонил голову, – Но, я хочу добиться от него правды.

– А что ее добиваться? – недовольно вскинулся Габриэль, – По большому счету ты прав. Через пять дней Лорен и Вик уехали на две недели, я остался один. Мне стало грустно и одиноко, и я позвонил Дарии. Мы с ней встретились пару раз в кафе, а на третий раз переспали. Я и подумать не мог, что буду у нее первым, ведь ей почти двадцать три года. В наше время редко кто хранит невинность до такого возраста. И вела она себя нормально и до, и после этого – без всяких кривляний, обид, упреков. И не требовала от меня слов любви и уверений в верности до гробовой доски. С ней было хорошо и необременительно. Я думаю, что и ей со мной было так же легко. Мы еще встречались несколько раз, ну, в то время, когда я оставался один.

– А когда возвращалась твоя великолепная Лорен, в ее услугах ты переставал нуждаться, – раздраженно заметил Алан и грубо подначил, – Ну и дрочил бы себе по-тихому на фотку своей Лорен. Зачем Дарии голову морочил? Нашел себе средство от одиночества – живую игрушку, а вернее грелку. Что, когда спал с ней, представлял, что трахаешь Лорен?

Он спохватился, вспомнив, что среди них женщина, и виновато сказал, – Кристиана, я сожалею, что вынудил вас все это слушать. Простите, забылся. У меня от злости не хватает нормальных слов на этого козла.

Кристиана понимающе кивнула, принимая извинения. Страсти за столом накалялись, но она решила остаться, и дослушать до конца объяснение Габриэля, чтобы понять его действия. Они вместе работали, и она его уважала. Ей не хотелось разочаровываться в нем, а значит, надо самой, не с чужих слов, сделать вывод, как дальше себя с ним вести.

– Ничего я не представлял, – прошипел Габриэль, – Сколько раз мене еще повторить, что Лорен – моя сестра? Или тебе надо вдолбить это в твою тупую башку?

– Это я вдолблю в твою тупую башку, что не позволю измываться над Дарией, – с тихим бешенством пообещал Алан, – Ты каждый день будешь унижать ее за то, что она не та женщина, о которой ты грезишь ночами?

– Повторяю, для всех, кто не понял. Меня сестра заставила жениться, узнав, что Дария беременная.

– Неужели, ты сам рассказал ей об этом и попросил совета? – скептически ухмыльнулся Стивен, – Не могу поверить, что ты решился рассказать, что переспал с какой-то девчонкой. Ты же всегда клятвенно убеждал, что для тебя существует только одна женщина на свете – она.

– Я никогда не признался бы ей в этом. Да и сам не знал о беременности Дарии, она ничего мне не сказала. Сестра сама обо всем догадалась, когда Патрик пришел с внучкой за платьем, а оно оказалось ей мало. Тогда она затащила ее к себе в кабинет, и через пять минут уже все знала о нас. Я уверен, что Дария ей не жаловалась и не называла моего имени. Но, ты же знаешь, что от Лорен ничего не утаишь, она читает мысли, когда захочет. Тогда она сказала Патрику, что закройщица случайно ошиблась в размере, и платье переделают за три дня. Ну, а я получил от нее сполна, – Габриэль сокрушенно покачал головой, вспоминая реакцию сестры, – Она никогда так не кричала на меня. Я даже подумал, что она меня ударит, когда сказал, что не хочу жениться, и предложил убедить Дарию сделать аборт.

– Не ударила? – невинно поинтересовался Стивен, – Ну, конечно, ты же у нее любимый братец.

Он непроизвольно потер скулу, вспоминая, как сестра заехала ему в Венесуэле за Стасю. А Вик, иронично улыбаясь, подумал, – Да, задали братья хлопот моей малышке. Один я – пай-мальчик, радую ее.

– Лучше бы ударила. Она сказала, что за такие слова надо отрезать язык, а за такие последствия сексуальных утех – отрывать яйца, и тогда сразу решится проблема с подпольными абортами. Короче, она предупредила, что не позволит мне и словом обмолвиться Дарии о том, что я знаю о беременности. Я должен немедленно сделать предложение, заручиться согласием и жениться на ней в ближайшее время. А иначе, пригрозила Лорен, она больше не будет считать меня своим братом. Так и сказала: «Мои братья не плодят ублюдков. Выбирай, сам. Или исправляешь все, что напортачил. Или разворачиваешься и уходишь, и я знать тебя не знаю.

– Круто! – восхищенно присвистнул Стивен и посмотрел на Вика, – Как думаешь, Лорен встала на сторону Дарии потому, что та внучка Патрика? Или еще лучше – правнучка Бирна?

– Она встала на сторону будущей племянницы. Ты же знаешь своего дядю Бернарда. Мало, что тому в голову придет, если его дочь родит вне брака. Он собственного сына назвал ублюдком и отдал постороннему человеку, а незаконнорожденную внучку мог запросто выбросить на помойку, а потом сказать, что это ему голоса в голове подсказали. Да и дочери бы жизни не дал. Лорен права, Габриэль, в этой ситуации виноват ты. Не пойму, как ты мог допустить беременность, – Вик привычным жестом прикоснулся к уху, проверяя, на месте ли маленькая пусета.

– Ошибся в дате и не заменил, – процедил тот и сердито пробормотал, – И не только я допустил, нас там было двое. А Лорен главным виновником сделала меня.

– Как все грустно и несправедливо, – тихо произнесла Кристиана, – Мужчины всегда обвиняют женщину и заставляют одной расплачиваться за минуты удовольствия.

– И, похоже, что весьма сомнительного удовольствия, судя по его рассказу о легкости и необременительности их отношений. А ты и есть главный виновник, если не научился надевать презерватив, – с брезгливым презрением Алан посмотрел на Габриэля, – Вот тебя и заставили ответить, как мужчину, за невинную девчонку, которую ты наградил ребенком. И теперь ты подло мстишь ей за это. По-моему, у вас в Ирландии уже разрешены разводы. Потерпи немного и разведешься. Зачем же вести себя по-скотски, и постоянно доводить до слез беременную жену, или ты хочешь довести ее до нервного срыва и спровоцировать выкидыш? Может права твоя сестра, и надо отрезать тебе язык для начала?

– А я тебе помогу, – кровожадно пообещал Стивен, – Мне тоже не нравится, что Дария постоянно чем-то расстроена.

– Габриэль, переживания и огорчения, действительно, могут спровоцировать выкидыш. Но, я не думаю, что ты это делаешь специально, – нежный голос Кристианы был полон дружеского участия, – Ты все-таки подумай хорошенько о своих отношениях с женой. Ведь она любит тебя, это видно любому. И ты, возможно, хоть сам еще и не понял, любишь ее. Ведь это твоя женщина, и принадлежит она только тебе. Пока только тебе, – грустно добавила она, вспоминая почти подобную ситуацию, когда отвергли ее любовь, – И ребенок, он ведь твоя частица. Ты будешь для него самым главным человеком в жизни – его отцом. Тем более, если это будет девочка. Маленькая хорошенькая девочка, которую ты будешь любить, учить, баловать. И которая будет твоей всю жизнь, независимо от того, будешь ли ты считать ее мать своей. А когда отвергаешь ребенка еще в утробе матери, он может, вообще, не родиться, – она вспомнила, как сама потеряла ребенка, когда его отец опроверг свое отцовство, – Или быть очень несчастным человеком всю жизнь.

– Мне самому противно, что нападаю на Дарию. Не могу понять, почему так злюсь на нее. Может потому, что все как-то быстро закрутилось, и я не успел смириться с мыслью о женитьбе?

– Или потому, что понимаешь, что Лорен окончательно стала для тебя недосягаемой, – вкрадчиво подсказал Вик, – Вот ты и бесишься.

– Да сколько раз можно повторять, что она – моя сестра, и уже давно стала недосягаемой! – вновь вспыхнул Габриэль.

– Ну-ну, – скептически протянул Викрам, – Даже посторонние люди замечают твои явно не братские взгляды. Шон смеется мне прямо в лицо, когда я заверяю его, что ты ее брат. Как, впрочем, и когда я говорю то же самое о Стивене. Вы же не знаете, как все эти ваши взгляды видны со стороны, А ему не нравится, когда на его девочку так таращатся. Он сразу начинает нервничать.

– На его девочку? Он считает Лорен своей девочкой? Или не просто считает, а у него уже есть на это все основания? – недовольно прищурился Стивен.

– А ты у него сам спроси, – невинно посоветовал Викрам, – Вчера в казино его прямо забросали вопросами – как ему удалось закадрить Герцогиню, какая она в постели, и помогает ли секс с молодой телкой при заболеваниях простаты.

– Такое спрашивают? И кто же? – недоверчиво посмотрел на него Стивен.

– Да этот придурок Уилсон со своими дружками. Шон мирно перекидывался в картишки с твоим отцом и его деловым партнером, когда к ним подкатили эти трое и стали задавать ему вопросы. Ну, Шон – красавец! Уважаю! – засмеялся Вик, – Посмотрел на них и спросил с такой похабной улыбочкой: «Хотите, расскажу, какая Герцогиня в постели и поделюсь с вами надежным рецептом лечения простаты? Только не здесь, а в комнате для мальчиков. Может, еще ваши друзья хотят узнать об этом? Я охотно поделюсь со всеми вами». Твой отец и его партнер были просто шокированы его словами. Лукас рассказал мне, что Шон им понравился, они хотели в дальнейшем продолжить с ним общение. И вдруг этот приятный парень начинает так непристойно говорить о женщине. А тот извинился перед ними, все с той же гаденькой улыбочкой встал из-за стола и направился с любопытствующей троицей в туалет. По дороге к ним присоединились еще двое их приятелей. Они все зашли в туалет, а через несколько минут оттуда вышел один Шон. Он надел очечки в роговой оправе и с видом безобидного придурка подошел к охраннику и робко сказал: «Простите, но в туалете джентльмены затеяли драку и даже разбили зеркало. А мне говорили, что у вас респектабельное заведение».

Затем он вернулся за стол и продолжил играть в карты. А охранники выносили из туалета пятерых пролеченных им джентльменов. Лукас признался, что давно так не веселился. Хозяин казино с удовольствием внес всех пятерых в свой черный список, ведь они уже достали всех своей наглостью и хамством. Так что, брат, если хочешь узнать, есть ли у него основание считать Лорен своей девочкой, рискни и спроси, только смотри, можешь не вернуться из Египта, или сразу туда не полетишь. А ты ведь так любишь дайвинг.

– Совсем забыл, – хлопнул себя по лбу Стивен, – Меня же попросили все подготовить. Ну, я пошел, разберемся с Шоном после Египта, посмотрю, как он будет вести себя с Лорен.

– Угу, – согласился Вик, – Или он посмотрит, как ты будешь вести себя с ней. Я предупредил тебя, брат, что он очень нервничает, когда на нее пялятся. А ты, Габриэль, помирился бы с Дарией. Она хорошая девчонка и, похоже, тебя любит, а это надо ценить.

***

Дария на негнущихся ногах вышла из комнаты и, с трудом переводя дыхание, прислонилась к стене. Ей еле хватило сил на то, чтобы достойно уйти. Слова мужа стали для нее ударом в сердце. Она не могла понять, почему он так холодно обращался с ней после свадьбы, и ни разу не прикоснулся к ней. На церемонии венчания он быстро поцеловал и все. У них даже не было брачной ночи, не говоря уже о медовом месяце. В ту первую совместную ночь, когда она вошла в спальню, вся дрожа от ожидания и немного робея в новой для себя роли жены, ее муж спал, отвернувшись в другую сторону. Он не стал ожидать ее, а просто заснул. А ведь она только минут на десять зашла в ванную комнату, и он вполне мог перебороть на это время свой сон. Она тогда немного обиделась, но сразу же, нашла ему оправдание. Он очень устал от суеты со свадьбой, убеждала она себя, ведь организовал ее за три дня. Сегодня он отдохнет, а завтра все будет хорошо. Ведь Габриэль сказал, что любит ее, когда делал предложение, и она радостно поверила ему. Но, утро ничего не изменило. Он встал гораздо раньше ее и ушел на работу. Они стали встречаться только в столовой, и то, если его родные в тот момент находились дома. В семье ее мужа было заведено обедать и ужинать всем вместе за одним столом. Если же они были одни в доме, Габриэль даже не старался быть элементарно вежливым с ней. Она не понимала, почему он сердится на нее, и наказывает молчанием. Ее робкие попытки все выяснить он просто игнорировал, заставляя страдать от непонимания. А теперь ей стало все предельно ясно и понятно, ведь он так красноречиво сказал ей об этом. Сказал в присутствие всех членов семьи и гостей, унизив перед всеми.

Через неплотно прикрытую дверь она услышала объяснения мужа, вытребованные от него ее братом. Вновь приобретенным братом, который сторонится ее и не считает сестрой, даже переброситься с ней парой слов не горит желанием. Все сразу встало на свои места. Габриэль не только не любит ее. Он ее презирает, ведь его вынудили жениться на ней. Вынудила Лорен, которую он зовет сестрой, и которая для него таковой не является, в чем упрекнул его Викрам. Дария часто ловила взгляды Габриэля, бросаемые украдкой на Лорен, и ей они тоже не казались братскими.

Дария услышала ее слова, – Я виновата, и сама все исправлю. Она больше не будет тебе докучать, считай, что ты уже развелся с женой, – и шаги в сторону двери.

Она отшатнулась от стены и стала лихорадочно метаться по коридору. Ей хотелось скрыться, убежать от всех, ставших свидетелями крушения ее семейной жизни. Она не представляла, что ей делать дальше, но знала только одно – она и ее ребенок больше не будут непомерным грузом для Габриэля. Она не допустит этого, и прямо сейчас пойдет, заберет свои вещи и исчезнет из его жизни навсегда.

Лорен быстро вышла из столовой и плотно прикрыла за собой дверь. Затем подхватила Дарию под руку и потащила по коридору, а затем втолкнула в небольшую комнату. Она увидела панику в глазах Дарии, пытавшейся вырваться из ее рук, и участливо погладила ее по плечу.

– Тихо, тихо, сестренка, все будет хорошо, вот увидишь. Я с тобой, и не дам в обиду.

От таких слов, сказанных великолепной, уверенной в себе Лорен, которую она даже немного побаивалась, Дария заплакала в голос. Она не могла больше сдерживаться, и горькая обида вырвалась наружу.

– Зачем, зачем ты заставила его жениться на мне? Теперь он меня ненавидит!

– Он любит тебя, поверь мне, И только из-за своей глупой гордости отрицает это. Он скоро одумается, и будет умолять тебя простить его.

– Я больше не хочу его видеть, – твердо заявила Дария, – И слышать о нем тоже. Мне не нужны его извинения, потом опять выяснится, что это ты его заставила их сделать. Я только не пойму, зачем ты настояла на женитьбе? Ведь он твой брат и, конечно, гораздо ближе тебе, чем какая – то Дария, залетевшая по собственной глупости.

– Конечно, он мне ближе, чем ты. Ведь мы с тобой только недавно познакомились и не успели подружиться, – мягко и проникновенно зазвучал голос Лорен, – Но, я всегда объективно оцениваю своих братьев. Габриэль виноват, и должен отвечать за свои поступки. То, что он соблазнил тебя, а ты поддалась на уговоры – это ваше с ним дело. Вы взрослые люди. Но, он был неосторожен и допустил твою беременность.

– Обычно девушку обвиняют в том, что у нее не хватило ума не допустить последствий. Мужчина считает, что это не его проблема. Не умеешь предохраняться, вот и выпутывайся сама. Меня удивляют твои слова, ведь сестры всегда на стороне братьев. Прости, но я не верю тебе. Я больше никому не верю.

Дария, сдерживаясь изо всех сил, чтобы опять не начать плакать. Ей было унизительно лить слезы перед сестрой Габриэля, которая смотрит так сочувствующе, но кто знает, что в душе думает о ней.

Лорен слышала горькие мысли и хорошо понимала ее состояние. Она хотела помочь ей и пыталась найти нужные слова, чтобы убедить в этом.

– Я прошу тебя только об одном – поверить мне, что я помогу при любом твоем решении. И помогу ради моей маленькой племянницы. Да, у тебя будет девочка, – убежденно сказала она в ответ на недоверчивый взгляд Дарии, – Я сама росла сиротой и знаю, как это не иметь родителей. Поэтому, и настояла на женитьбе, чтобы у малышки был отец. Даже если у вас с Габриэлем ничего не сложится, у нее будет хотя бы номинальный отец. Ваш брак уже защитил ее от клейма незаконнорожденной. А это горькая участь, поверь мне, – тихо прошептала Лорен.

Дария с удивлением посмотрела на нее. Она не ожидала таких слов от этой богатой и блестящей девочки.

– И скажу честно, что меня не волнуют чувства Габриэля, когда дело касается ребенка. Никто и ничто не стоят слез маленькой девочки. Давай договоримся, ты подождешь до Рождества, а потом уже подумаешь о разводе.

Видя, что Дария хочет ей возразить, но Лорен легко развеяла все ее сомнения.

– Конечно, ты не будешь с ним жить в это время. Можешь с ним даже не встречаться и не разговаривать. Ты вольна делать, все, что хочешь, но, я предлагаю тебе пожить этот месяц здесь, у меня. Не в этом доме, и не в качестве жены Габриэля. Пойдем, я все тебе расскажу, и ты согласишься, что это будет лучшим выходом, чем вернуться домой к родителям и выслушивать вечные упреки отца.

И Дария, как завороженная, пошла с ней. Ее понемногу стало отпускать, она успокоилась, и даже начала верить, что все в ее жизни наладится, потому, что теперь у нее есть сестра, которая не оставит ее в беде. Ни ее, ни ее маленькую дочку. Она почему-то сразу поверила, что у нее будет дочка, и тихо улыбалась, радуясь этому известию.

***

– Лорен, я хочу знать, где Дария! – голос Габриэля дрожал от возмущения, – Ее нигде нет – ни у матери, ни у деда. Она пропала после твоих слов, что я никогда ее больше не увижу. Куда ты ее дела? Она хоть живая?

Он был вне себя, когда, наконец, увидел ее через три дня. Они так увлеклись подводной охотой, что задержались в Египте. Лорен, весело переговариваясь с Шоном, вошла в комнату для завтраков, где ее и настигли вопросы Габриэля. В комнате были еще двое – Вик и Алан. Стивен решил позавтракать со Стасей в своей комнате.

– Привет всем! Ну, что ты за ерунду несешь, брат? – недоуменно усмехнулась она, – Конечно, живая, и с ней все в порядке. Ты же сам сказал, что она так тебе надоела, что уже видеть ее не можешь. Вот я и выполнила твое желание. Ты ее больше не увидишь, разводиться будешь через адвокатов. Я же сказала, что ты можешь жить своей обычной жизнью и забыть досадный эпизод с женитьбой, – Лорен легко коснулась ладонью его щеки и попросила, – Прости меня, что вынудила тебя жениться на Дарии. Я думала, что так будет лучше для всех – для тебя, для нее и маленькой Габриэлы.