Читать книгу "Офицерский клуб. Остросюжетный роман, смесь детектива, приключений и лав-стори"

– Но ведь она не умеет водить машину.

– Немного умеет. Мы все, кто ездили с ней, учили ее понемногу.

– Я тебе не верю. Я не верю ни одному твоему слову, – Юлька тоскливо взглянула на него. – Зачем она училась водить машину?

– Во-первых, она собиралась сдавать на права, – в Болгарии, по-моему, у нее была машина, и она хотела ее водить сама, когда приедет туда. А во-вторых, надо же о чем-нибудь говорить с тупым охранником.

– Она считала тебя тупым?

– А ты – нет?

Юлька закусила губу. А ведь и она его считала непроходимой тупицей, способным только исполнять чужие приказы. Неужели она ошибалась?

Подошел официант. Улыбка его, при виде Шýра, стала слегка кисловатой.

– Закажем что-нибудь еще? Может быть кофе или что-нибудь сладкое? Можно взять какой-нибудь ликер, – предложил Шур.

Юлька молча кивнула.

«Но кому и зачем была нужна смерть Златы? Впрочем, кому – это понятно. Но зачем? У них и друзей-то в России не было, не говоря уже о врагах».

Как будто прочитав ее мысли, Шур сообщил:

– Твой муж играет какую-то сложную игру. И даже не двойную, а множественную. Я никогда не смог бы даже предположить, что и от меня он захочет избавиться.

– И ты, конечно, страшно на него рассержен, – предположила Юля.

– Сердиться бесполезно. Нужно во всем разобраться, только тогда твоего мужа можно будет переиграть.

– Хорошо. Что ты хочешь от меня?

– Я думаю, что смогу быть тебе полезен. Действовать нужно сообща.

– Значит теперь, когда ты в опасности, я тебе стала нужна.

– Ты мне всегда была нужна.

– Врешь! А кто держал меня взаперти в том особняке, кто опаивал вином, кто собирался меня утопить? – Юлька почти кричала от возмущения.

– Тише, Юля. Я не собирался тебя топить.

– Подлец, – вконец разозлилась она и стукнула кулаком по столу.

Чашечки подпрыгнули в блюдцах, жалобно звякнули, на стол пролился кофе.

– Да, придется заказывать новые порции, – проговорил кто-то, подходя к их столику.

– Сергей, – обрадовалась Юлька. – Как ты вовремя.

– Я всегда вовремя. Познакомишь?

– Только не удивляйся, – предупредила она. Выдержала паузу в предвкушении сюрприза. – Это Шур, бывший охранник моего мужа.

– Ага, – понятливо кивнул Сергей и больше ничего не сказал.

– Это Сергей, – представила его Юлька Шýру.

Мужчины приподнялись над стульями, обменялись рукопожатием. Забавная у мужиков традиция. Будь они хоть трижды врагами, все равно, если их знакомят – обязательно будут жать друг другу руки.

– Шур – это не правильно, – проговорил при этом охранник. – Андриес – правильно.

– Почему? – глупо спросила Юлька.

– Меня так зовут, – пояснил Андриес-Шур. – Шур – это только прозвище, его когда-то давно, еще в военные времена дал мне твой муж.

– Вы уже, конечно, перекусили, – взглянув на чашки с кофе, резюмировал Сергей, меняя тему разговора.

– Мы можем перекусить еще раз, – предложил Андриес. Он, по-видимому, и вправду был страшно голоден.

– Сейчас все организуем, – сказал Сергей. Махнул рукой, подзывая к столику давешнего официанта. Тот подошел, ни на кого не глядя, но с застывшей на лице официальной улыбкой.

– Юль, ты что хочешь? – спросил Сергей у девушки.

– Я – ничего. Только кофе и ликер.

– Исхудаешь… Ладно, тогда займемся нами.

Им принесли огромный заказ, и Сергей предложил все разговоры оставить на потом.

– Ты зайдешь ко мне в офис? – спросил он Андриеса.

– Без проблем, если меня там не повяжут.

– Безопасность я тебе гарантирую. Но только в пределах фирмы.

– Идет, – согласился тот.

Как ни странно, но почти ничего нового Андриес не рассказал. Все те же подробности гибели Златы. Единственный вывод, который напрашивался – все это было выгодно только Барону. Юлька второй раз слушать это не захотела – ушла в коридор, а оттуда забрела к Галине.

К ним заглядывали молодые ребята: кто в цивильном, кто в камуфляжной форме.

– Ну, все! В «Кондоре» – неизвестная особа женского пола. Сейчас все сюда набегут, – констатировала Галка.

– Почему? – удивилась Юля. – Я уже была здесь днем.

– Не все тебя видели, – усмехнулась она. – А до женского полу – ох, как мы все охочи! Ты только сразу на их ухаживания не поддавайся и за первого попавшегося замуж не выскакивай – повыбирай немножко.

– Да я вообще замуж не собираюсь.

– Да ну? – удивилась Галка.

– Ну… пока, во всяком случае.

– Ладно, раз замуж ты не торопишься, давай пить чай.

Она щелкнула выключателем. Полезла в холодильник за пирожными.

– Девчонки, чай для всех? – в комнату заглянул дюжий детина. – Братва, чай дают.

– Ну все, понеслось, – вздохнула Галка, доставая чайный сервиз. – И работать не дадут, и чай толком не попьешь.

– Я лучше пойду, – предложила Юлька.

Но уйти не успела. В комнату ввалились трое ребят, подтащили стулья, загородили проход.

– Ну, Галка, знакомь. У тебя новая помощница?

– Да ребята, вы что? Это же Юля – программист.

– Между прочим, знакомая шефа, – с ехидцей вставил один из них.

– Но ведь не жена! – обрадовались остальные.

– Меня, например, зовут Марат, – смуглый парень протянул огромную ладонь, и Юлька опасливо пожала ее. Ладонь оказалась жесткой, а рукопожатие – крепким. Юлька даже вскрикнула от неожиданности. Парень смутился.

– Да он – валенок! Не обращай на него внимания, – сказал другой. – Смотри, деревня, как надо с девушками знакомиться. Олег, – представился он. – Ты меня помнишь?

Протянутая рука оказалась ничуть не меньше предыдущей. Юлька опасливо вложила в нее свою ладонь. Олег поднес ее руку к губам и поцеловал.

Ребята загоготали, посыпались шутки. Юлька смутилась и в очередной раз покраснела. Ребята развеселились.

– А я – Леха, – парень приобнял Юльку, шутя, притиснул ее к себе.

Юлька осторожно вывернулась из сильных объятий. Глаза в пол, лицо пылает.

– Ну все, теперь не угомонятся, – заворчала Галка. – Чай пейте, и по объектам, – сердито сказала она.

– Слушай, это ведь ты нам компьютер сегодня настраивала, – сказал Олег. – Я тебя помню.

– Ты должен был мне помогать, – заявила Юлька.

– Ах, я болван. Что наделал! – дурашливо запричитал он. – И зачем я согласился ехать с мужиками! Может, у меня еще есть шанс?.. Такой маленький шансик?.. Еще чем-нибудь помочь?

– Ты где так ловко научилась орудовать с техникой? – полюбопытствовал Леха.

Вопросы посыпались как из рога изобилия. Юлька не успевала отвечать. Просто сидела и хлопала глазами от удивления. Марат, молча присев на стол, пристроился рядом с ней. Подал пирожное. Юлька замотала головой:

– Я не люблю. Я… то есть – не ем.

– Почему? – он разломил пирожное пополам, – Смотри, оно с кремом.

– Ну, я не могу. Мне нельзя.

– Юля у нас танцовщица, – сказал, входя в комнату к Гале, Сергей.

– А мы думали она классный компьютерщик, – разочарованно протянул Олег.

– А кем тогда ты ее берешь? – спросил Марат.

– Юля, ты согласилась работать у нас? – удивился Сергей.

– Я не знаю, а что?

– Юля, Вы не представляете, как у нас классно, – начали уговаривать ее все сразу.

Галка закатила глаза – началось!

– Ладно, Юль, мы потом это обязательно обсудим. Сейчас нужно серьезно поговорить – идем ко мне.

– Ну вот, так всегда. Как симпатичная девушка, так обязательно в кабинет к начальнику, – разочарованно протянул Марат.

– Возвращайся скорее, – крикнул вдогонку Олег.

– Мы будем ждать, – дурашливо добавил Леха.

– Достали тебя мои орлы? Заходи, – Сергей открыл перед Юлькой дверь в кабинет.

– Ну, если быть точным, то не орлы, а кондоры, – улыбнулась Юлька…

Взгляд уткнулся в человека, стоящего у окна, и улыбка медленно сползла с ее лица. Как она могла хоть на мгновение забыть о нем? Палач! Тюремщик! Хозяйский подкаблучник! Она была уверена, что его уже здесь нет.

– Юля, – Андриес подошел к ней. – Я прошу тебя, пожалуйста, выслушай меня спокойно. И попробуй поверить мне.

Она молча села за компьютерный стол, побарабанила по столешнице пальцами, подняла на охранника глаза.

– Я слушаю, говори.

– В тот день, когда мы остались с тобой вдвоем в особняке, ты уехала от меня на моторке. Ты помнишь?

Она покачала головой, что означало «да» – по-болгарски.

– В той моторке лежало чучело – свернутый и перетянутый бечевкой ковер. Помнишь?

Она опять помотала головой. Конечно, она помнила. Она помнила, как ругалась почти вслух, когда обнаружила ненужный груз на борту. Как не могла столкнуть его в воду и, махнув рукой, оставила его в лодке и вместе с ним приплыла на середину озера.

– А помнишь вертолет? Тот, который летал над озером? Ты его должна была видеть.

– Я его видела… Но как ты об этом узнал? Ты же спал, – удивилась она.

– Я знал о нем заранее. И потом, мне про ту ночь немного рассказал человек, к которому я хотел тебя отвезти – конечно, после того, как все это представление закончится… У меня в ту ночь были жесткие инструкции – бросить тебя в воду именно тогда, когда подлетит вертолет.

– Объясни все нормально, по порядку, – попросила Юлька.

– Так. Сначала… Барон приказал усыпить тебя, а потом – спящую, с привязанным грузом, сбросить в озеро. Возражать ему бесполезно – чревато, знаешь ли. Несмотря на то, что все мои действия должны были контролировать – твой муж никогда никому не доверяет на все сто процентов, я решил сделать все по-своему. Как – я тогда и сам еще не знал. Про вертолет только догадывался – именно потому, что Барон назначил для проведения операции определенное время – половина седьмого вечера, в центре озера… Хочешь – верь, не хочешь – не верь, но я не собирался тебя убивать. Вместо тебя я хотел сбросить в озеро муляж, чучело. Если сделать это быстро, могло и получиться… Кстати, как ты обо всем догадалась?.. Эта подмена бокалов?.. Интуиция?

– Пусть будет интуиция. Что дальше?

– У меня было местечко в деревне, недалеко от озера, на другой стороне. Там ты должна была переждать пару суток, а потом я хотел увезти тебя, например, в Латвию. Никто ничего бы и не понял.

Юлька встала, прошла по комнате. Остановилась возле двери. Объяснялся бывший охранник нескладно, но все, что он говорил о том вечере, вполне походило на правду.

– И еще, – Андриес поднялся. – Тебе не нужно пока выходить на работу в «Русское золото». Барель будет проверять все ниточки, ведущие к Злате, и подчищать свидетелей или просто людей, которые хоть о чем-то догадываются или знают – о ней, о тебе… Кстати, вертолет, который меня контролировал в тот вечер, так и не долетел до базы. Он взорвался на полпути. Мне об этом потом тоже рассказали ребята. Радист держал связь лично с Бароном. После сеанса передачи прошло несколько минут, потом из-за неполадок в двигателе вертолет рухнул где-то в поле.

– Бред какой-то. Столько наворотов!

Андриес усмехнулся.

– На самом деле, все было, заранее четко спланировано. И моя гибель вместе со Златой – тоже была запланирована. Барон уничтожает всех свидетелей. Мое спасение – это случайность. Но тебя я не хотел убивать, ты мне веришь?

Юлька не ответила.

– Я не мог с тобой так поступить, пойми, Юля, – он помедлил и проговорил, тщательно выговаривая слова. – Я… ты мне очень нравишься. Юля, честное слово.

– И ты меня любишь, как волк – овцу, – сердито добавила она.

– Это не так.

– Я тебя ненавижу, – немного успокоившись, равнодушно сказала она.

Сергей деликатно молчал, приткнувшись на стуле возле двери. Андриес подошел к Юльке, навис над ней всей громадой – не вырваться.

– Я не могу пока тебе рассказать всю правду – всего я пока и сам не знаю. Но когда-нибудь узнаю. И ты поверишь мне. Просто перестань меня сейчас бояться. Прошу тебя, Юля… И больше не выходи на работу. Деньги – не проблема, я помогу. Не стоит шутить с Бароном. У твоего мужа есть снайперы. На него работает куча ребят – бывших военных. Знаешь таких?

– Догадываюсь. А что будет с моим ребенком? – Юлька ловко вывернулась от нависшего над ней Андриеса-Шýра и поспешно отошла подальше.

– Барон бережет Пашку как зеницу ока. Ты не поверишь, но для него Павлик – смысл всей его жизни. По три раза на дню наведывается к нему, контролирует – как и что он ест, как и когда гуляет… каждый его чих. Раз в неделю к ним приходит детский врач.

– Трудно в это поверить.

– И все-таки это так. Он всегда хотел иметь наследника.

– Откуда ты знаешь?

Андриес пожал плечами:

– Знаю и все. Мы больше года служили вместе в Афгане.

Юлька удавилась – латыш в Афганистане?

– И как ты туда попал?

– В то время там, кроме русских, много кто воевал. Мы все помогали решить проблемы нашему общему старшему брату. Я тогда за год получил подполковника.

– Расскажи, – с чисто женским любопытством попросила Юлька.

– Это страшно и не интересно… Война ломает людей. Потом они уже плохо вписываются в реальную жизнь.

– Но ты, по-моему, вписался неплохо.

– Меня из Афгана вытащил твой муж. Нашел и предложил работать у него. Дела на международной арене тогда шли к сворачиванию военного конфликта. Войска из Афганистана потихоньку выводились. Мы должны были покинуть страну в течение пяти дней… Вот тогда он меня и нашел.

– Но ведь ты сказал, что вы вместе служили?

– Сначала… Потом наши дорожки разошлись. Я года два потом о нем ничего не слышал.

– И что он тебе предложил?

– Сказал, что ему требуется начальник охраны. То, что он обещал мне по деньгам, по тому времени превышало все мыслимые заработки за службу в любых зонах военных действий. Поэтому я почти и не раздумывал. Пришлось, конечно, сразу выти в отставку, но я и не жалел. К тому времени у меня были уже звездочки полковника – неплохо?

– Хорошо, полковник, – похвалила его Юлька и вернулась на стул возле окна. – Но объясни мне все-таки, зачем моему мужу так сильно захотелось избавиться от меня? Да еще таким изощренным способом? И зачем нужно было выдавать потом Злату за свою законную жену?

– Я думаю, что догадываюсь, – вмешался в их затянувшийся диалог Сергей. Он передвинулся ближе к ним вместе со стулом и продолжал:

– Смотрите. Он знакомится с двумя девочками, у которых на уме только заработки. А из родных – старенькие бабушки. Увозит их в Россию. Никакого контроля со стороны их родных. Приехать сюда бабушки не в состоянии, проверить, что здесь творится – тоже. Он делает одной из девушек предложение. Интересно, почему он решил жениться именно Юле?

– Злата оказалась хлипкой и изнеженной, – сказал Андриес. – Он считал, что она не сможет родить ему здорового наследника. Если она вообще захотела бы рожать после замужества. Иногда из-за огромных денег у женщин едет крыша, и они сильно меняются.

– Может быть, ему хотелось быть единоличным, скажем так, «собственником» малыша? – предположил Сергей. – Но тогда причем тут Злата? Что-то тут не срастается. Может, выдашь еще что-нибудь из тайн Мадридского двора? – попросил он Андриеса.

Тот помотал головой.

– Надо немного разобраться самому. Кстати, Барель в ближайшее время должен уехать из города.

– Зачем?

– По-моему, это связано с покупкой очередного завода где-то на севере. Он едет с огромной свитой: юристы, экономисты и пара-тройка журналистов с местного телевидения. Все обставлено, как очередной великий жест помощи загибающейся российской промышленности.

– Что мы можем сделать, пока его нет в городе? – спросила Юлька.

– Давайте решать. Может, подкинуть идею прессе? Что с гибелью Златы не все чисто, и к ней причастен ее муж? – предложил Сергей.

– Журналисты на это не пойдут, даже если здесь пахнет сенсацией. Жизнь, знаете ли, многим дороже бешеного успеха, – решительно возразил Андриес.

– Что, все так серьезно?

– Серьезней не бывает. Для начала предлагаю решить вопрос с Юлей. Может, пока уедешь из города? – он развернулся к Юльке и выжидающе посмотрел на нее.

– Куда? – опешила она.

– Хочешь, увезу тебя в Латвию, – вновь предложил он. – У меня там куча друзей – не подведут.

– Никуда я не уеду из города без сына.

– Ну, тогда хотя бы увольняйся из своего «Золота» и сиди дома.

– И не уволюсь. Это поспешное бегство точно вызовет подозрение. И не только у моего мужа. Хотя гибель Златы и нагнала кучу народа в наш ресторан – пресса растрезвонила всему миру, что она в тот день была у нас, Виктор в последнее время смотрит на всех как на соучастников преступления. Другой был бы рад, что по вечерам ни один столик не стоит пустым, а он – нервничает, скандалит.

– Эта бесплатная реклама вашему заведению получилась сильно мрачной.

– Юлька, ты все-таки подумай насчет увольнения. Я тебя с удовольствием возьму к себе, – предложил Сергей.

– Нет и нет. Шур, то есть Андриес, – быстро поправилась она, – меня не узнал, и другие не узнают. Я в этом уверена.

– Она уверена! Ну и самомнение у Вас, госпожа Барель. Тогда я буду каждый день провожать и встречать тебя из ресторана, – заявил бывший охранник.

– Вот еще, – фыркнула Юлька.

– Ладно, ребята, едем домой. Оставь координаты, где тебя можно найти, – попросил Сергей бывшего охранника.

Тот черкнул на бумажке телефон.

– Но это, понятно, только для вас с Юлей, – добавил он.

– Само собой… Куда тебя отвезти? – спросил Сергей, когда они все вместе вышли на улицу – в темноту и метель.

– В центр, где-нибудь в районе оперного театра.

– Тогда, по коням.

Андриес галантно распахнул перед Юлькой заднюю дверь джипа и ей, волей-неволей, пришлось сесть на заднее сиденье. Сам он втиснулся вслед за ней. Занял все свободное пространство. Джип рванул с места, и нога Андриеса плотно прижалась к Юлькиной. Она попыталась отодвинуться, но охранник, воспользовавшись очередным резким поворотом автомобиля, опять прижался к Юльке. Ну и черт с ним.

На улице мела и подвывала не на шутку разбушевавшаяся вьюга, фонари на боковых улицах отключили – значит, уже было больше двух ночи. Сергей включил радио – говорить никому не хотелось.

Андриес нашел Юлькину руку, зажал ее в своей лапище. Она вытаращила глаза – ну и нахал! Потянула руку – не отпустил, зажал еще сильнее. Ну что с ним делать? Она затихла – не скандалить же из-за этого, в самом деле?

Они ехали по опустевшим улицам. Бешено работали дворники, сметая валивший на стекла джипа снег. Непогода разгулялась не на шутку.

Андриес поднес Юлькину руку к губам, подышал на нее, перевернул, поцеловал в раскрытую ладонь. Прижал ладошку к своей щеке. Это уже было слишком! Юлька воспользовалась моментом, резко дернула руку, высвобождаясь. Он только вздохнул. Посмотрел в окно.

– Здесь меня высадите.

Сергей притормозил.

– Завтра днем позвоню и провожу в ресторан, – бросил он Юльке.

– Ты же не знаешь номер телефона, – удивилась она.

– Знаю. Позвоню в два. Без меня, пожалуйста, не уходи, – и растворился в темноте.

– У тебя что, с ним был роман? – спросил Сергей, не поворачиваясь.

– Никакого романа не было, если не иметь в виду его постоянные приставания ко мне. А что? – удивилась она.

Сергей не ответил, резко развернул машину, подсекая на встречной полосе такой же огромный джип. Ошалевший водитель резко затормозил, высунулся из машины и наградил их отборным матом.

– Да пошел ты, – пробормотал в ответ Сергей и рванул в сторону дома.

Андриес действительно позвонил на следующий день и сказал, что заедет за ней в девять часов.

– Не выдумывай, – категорически заявила Юлька.

– Ладно, я приеду, а там решим, – предложил он.

Юлька еще вчера вечером попыталась узнать, как на все это смотрит Сергей, но он сказал, что она взрослая девочка и может поступать так, как считает нужным. И она больше не заикалась на эту тему.

Выходить в девять вечера, чтобы попасть на работу к десяти – это, конечно, было слишком рано, но Юлька решила, что они могут немного пройтись пешком: вдруг Андриес расскажет что-нибудь новое о ее муже или Павлике.

Снег на улице валил так же сильно, как и вчера. Зато, к счастью, не было пурги. Тротуары были покрыты толстым слоем пушистых сугробов, и ноги проваливались в них по щиколотку.

Андриес приехал на неказистого вида «жигуленке» и стоял возле машины на улице, поджидая Юльку. На голове у него была вязаная шапочка, надвинутая по самые глаза.

– Маскируюсь, – объяснил он, увидев ее улыбку. – Моя зимняя шапка слишком приметная и к тому же осталась в моей квартире.

– И где ты сейчас обитаешь?

– У друзей. Пока это не опасно. Барон меня не ищет, уверен, что я погиб вместе со Златой.

– Все-таки непонятно, зачем тебя было убивать вместе с ней? Ты, пожалуй, был самым преданным ему человеком, – протянула задумчиво Юлька.

– Моя смерть ему необходима, так же как и твоя. Мы связаны с тобой одной ниточкой, – заявил он.

Юлька покосилась на него. Наглеет, или это просто шутка? Так и не поняла по его лицу, что он имел в виду.

– Значит, он уничтожает не только свидетелей преступлений, но и их исполнителей, – предположила она.

– Ну, это связано не только с преступлениями. Там есть кое-что еще.

– Что? – быстро спросила Юлька.

– Расскажу как-нибудь. Не на ходу. Пойдем или поедем?

– Пойдем. И мы можем даже посидеть где-нибудь за чашкой плохо сваренного кофе, – предложила девушка, – Все равно на работу мне еще рано.

– Почему плохо сваренного? – удивился Андриес.

– Здесь его не умеют готовить. Не знаю, почему. Или сам кофе плохой, или что-то еще. Не важно. Не кофе, а просто жидкая бурда. Или жидкая бурда в гуще перемолотых зерен… Но зато, в кафе тепло и там можно спокойно разговаривать.

– И куда идем?

– В сторону «Золота», а там будет видно.

Андриес взял Юльку за руку, положил ее на свою, согнутую в локте. Потянул вперед. Семейная парочка, да и только!

– Я не люблю ходить под руку, – поморщилась Юлька. – Неудобно.

– А за руку удобно? – он перехватил ее ладонь.

– Зачем это? – опешила Юлька.

Андриес не ответил, но и руку не выпустил. Так они и шагали по узкому тротуару, как влюбленные десятиклассники.

– Ты не передумала с увольнением?

– Нет. И знаешь что… тебя это ни с какой стороны не касается, – заявила Юлька.

– Касается. Мы не чужие. И ты должна мне доверять – я не сделал для тебя ничего плохого, – опять завел старую песню Андриес.

Юлька чуть не задохнулась от возмущения:

– Да ну? Значит, особняк, отравленный Совиньон и твоя наглость, мне просто приснились?

– Ничего не приснилось, просто ты неправильно трактуешь все события той ночи, вот и все. Я хотел тебя спасти.

– И распустил лапищи перед спасением! И потащил в постель!

– Мне нужен был стимул. Я же нормальный мужик. И ты мне очень нравилась. И потом, между прочим, ты, по-моему, не очень-то и возражала, – он заглянул ей в глаза.

Юлька возмущенно пожала плечами.

– Интересно, как ты себе представляешь мое сопротивление? Мы одни в особняке, на меня нападает здоровый мужик. Хоть закричись – никто не поможет.

– Юля, ты мне нравилась, с тех пор, как приехала в Россию. Я все это время сдерживался. А тогда – просто не смог. Пойми, я… ты мне очень нужна. Очень.

– Я все-таки тебя ненавижу!

– Понятно. Я, наверное, это заслужил.

Юлька презрительно фыркнула.

Он остановился перед девушкой, загораживая ей проход. Притянул к себе. Она помотала головой, уперлась в широкую грудь руками.

– Не надо, прошу тебя.

– Юля, пойми. Это не просто – решиться сделать что-то не так, как хотелось бы Барону.

Он отпустил ее.

– Но тогда зачем был Совиньон? Ведь ты хотел меня усыпить. Хотел?

– У меня было мало времени, чтобы успеть объяснить тебе хоть что-то. Нужно было вовремя провернуть весь спектакль на озере. Потом у нас с тобой была бы вся ночь впереди. Я, между прочим, сразу тебе предлагал, во-первых – только коньяк, а во-вторых – уехать в Латвию. Ты не согласилась ни на то, ни на другое.

– Я была уверена, что ты, как всегда, издеваешься.

– Я над тобой когда-нибудь издевался?

Юлька пожала плечами. Разговор становился бессмысленным. Не нравилось ей выяснять отношения. Что было – то было. Все равно прошлое не изменишь.

– Ты даже мне ни разу не разрешила остаться после ужина.

Она не стала напоминать ему, что все его просьбы на совместное времяпровождение были с явными намеками не на деловое общение. Спорить она не желала. Все равно нового ничего не узнаешь.

Андриес протянул руку, чтобы приобнять девушку. Она отстранилась.

– Почему ты мне сразу ничего обо всем не рассказал? – запоздало спросила она у него.

– Я не мог выйти из роли жестокого и преданного охранника. Там же была куча народа!

– А когда мы остались одни? Когда ты всех отправил из особняка в город?

– А ты бы мне поверила? Вот так, сразу. За один вечер? За десять минут, которые были в моем распоряжении?

– А ты бы поменьше ко мне приставал, – упрекнула его Юлька.

– Тогда поверь сейчас.

Она не нашлась что возразить.

В кафе они так и не зашли: пропало настроение болтать в обстановке тет-а-тет. И в ресторан Юля пришла одной из самых первых.

– Во сколько встречать? – спросил ее Андриес.

– Я поеду домой в служебном автобусе.

– Давай все-таки довезу, – предложил он.

– Нет. И провожать на работу тоже больше не надо. Нет и нет, – категорически заявила она и скрылась за дверью служебного входа.

В гримерной еще никого не было. Не постучав, заглянул Виктор. Шеф «Русского Золота» был сегодня какой-то помятый, с кислым выражением лица. Молча посмотрел на Юльку и захлопнул дверь. «Неужели так переживает за репутацию ресторана? – подумала Юля. – Но ведь зал каждый день полнехонек!»

Через полчаса приехали из общежития девчонки.

– Кира! – обрадовалась Стелла. – А мы тебя в общаге ждали!

– Кое-кто даже бегал и стучал в твою комнату, – сверкнув глазами, злорадно сообщила Ярослава.

– Я ночевала у друзей, – смутившись, пояснила Юлька.

– О-о-о! – протянули хором девчонки.

– Вот тебе и наша тихоня! – начала заводиться Ярослава. – Раньше всех обзавелась мужиком. Познакомь хоть, ради приличия.

– Это не мужик, а друг, – Юлька покраснела и отвернулась к зеркалу. Начала накладывать яркий макияж.

Дверь гримерной опять без стука открылась. В проходе появилась помятая фигура шефа – большим животиком вперед. Виктор сердито оглядел всех по очереди.

– А стучаться нам совсем не нужно? – медовым голоском пропела Ярослава. – Мы здесь, знаете ли, иногда голенькими ходим.

– Не сахарные, не растаете. Что я, голых баб не видел? Через пятнадцать минут быть всем готовыми, – заявил он, заложил руки за спину и удалился, не потрудившись прикрыть за собой дверь.

– Наш Викторчик совсем расклеился, – проронила Стелла.

– А что с ним? – спросила Кира-Юлька.

– Ты не знаешь? – Ярослава презрительно хмыкнула.

– Элен поменяла Виктора на Макса. Знаешь, такой большой солидный дядька. Он обычно сидит в углу зала, справа. Говорят, страшно богатый. И сразу сделал Элен предложение. Она уже таскает на пальце его подарок – кольцо с сапфиром – большим, как грецкий орех. Вот Виктор и бесится, – сообщила Стелла.

– Да уж. Каково бедняге видеть свою бывшую пассию замужем за другим? – протянула Ярослава.

– Но ведь он – хозяин, и может ее уволить, – удивилась Юля.

– Кирочка, ты на самом деле такая дурочка или только прикидываешься? – все таким же сладким голосом протянула Ярослава. – Кто ему это позволит? Он перед Максом в три погибели сгибается.

– Приголубила бы мужика. А, Ярослава? – весело поддела Стелла. – А то он совсем ничейным оказался.

– Болтаешь много, – разозлилась та. Одернула короткую юбку, крутанулась перед зеркалом, оглядывая себя со всех сторон, и вышла в коридор: на сцену она выходила первой…

Виктор подобрел через несколько дней. В тот вечер в их гримерной появилась новенькая – светловолосая, чуть полноватая Влада. Юлька удивленно взглянула на Стеллу, но та только пожала плечами. Зато когда Влада вышла в коридор, сообщила:

– Ярославу перевели в кордебалет. У нее теперь даже несколько номеров, где она – солистка. Понимаешь, почему?

– Виктор? – догадалась Юлька.

Стелла кивнула головой.

– Самое главное, со мной она теперь даже не здоровается. А в общежитии делает вид, что мы совсем не знакомы.

– Переживешь?

– Я-то – да! Лишь бы она пережила, когда вернется обратно в эту каморку.

– Что ты такое говоришь?

– Кира! Ты, действительно, живешь, как в вакууме! Видела новенькую кобылку? – она кивнула в сторону двери.

– Владу, что ли?

– Ну да. Похоже, она тоже не прочь приголубить шефа. И Виктор к ней очень даже благоволит. Она тебе никого не напоминает?

– …?

– Юная копия Элен. Не находишь?

– Ну и страсти!

– То ли еще будет! – обнадежила ее Стелла.

Но неделя подходила к концу, и больше никаких изменений в жизни «Русского Золота» не намечалось. Новенькая Влада с девчонками почти не общалась. Больше помалкивала. На вопросы отвечала односложно «да» или «нет», сразу давая понять, что долго задерживаться в роли шестовички она не собирается. Поэтому обзаводиться с ними дружбой ей тоже вроде бы и ни к чему.

Все эти дни на работу Юлька приезжала одна, хотя Андриес неизменно сопровождал ее на машине, иногда – на городском транспорте. Ехал в отдалении: оглянешься – можно увидеть его дохленькие «жигули» недалеко от себя. Он улыбался Юльке издали, кивал, приветствуя ее, но не приближался.

В пятницу Владу забрали в кордебалет, и всю ночь Юлька со Стеллой крутились у шеста вдвоем.

– И ведь даже не заплатит за переработку, – возмущалась Стелла. – А завтра – суббота и пахать придется почти до утра. Совсем Виктор сбрендил на старости лет. Две бабы за раз! Кому это пойдет на пользу в его-то возрасте?

Субботы Юлька любила с детства, причем гораздо больше, чем воскресенья. Их праздничное безделье, неторопливость – впереди был еще один выходной… Раньше, конечно, был выходной. Теперь по воскресеньям с нее, в буквальном смысле сходило семь потов. Но, несмотря на это, по субботам все-таки тянуло бесцельно бродить по городу, пообедать в незнакомых кафе, послушать военный оркестр, играющий на Центральной площади, посмотреть, как на Главном проспекте толпятся кучки молодежи – кто-то играет на гитаре, кто-то поет, кто-то целуется…

В ночь на субботу опять шел снег. И утром улицы были такими белыми, что даже глаза резало от этой яркой белизны.

Юлька, как всегда, проснулась ближе к обеду. Сергея дома уже не было. Последнее время он работал и по выходным, и они с ним почти не виделись. С ужином мудрствовать не хотелось. Она натушила большую сковороду мяса, отварила картошку – вечером можно будет все разогреть. Есть в одиночестве не хотелось, и пообедать Юлька решила в городе. Можно даже позволить себе посидеть в каком-нибудь ресторане до самой работы, потягивая кофе и выкурив пару-тройку сигарет. Это, конечно, не лучший вариант субботнего отдыха, но и не самый худший.

Она так и поступила: полдня просидела в «Гессере» – вполне демократичном кафе, где мужики литрами глушили пиво, неспешно попивая его из огромных кружек, поедали горы мяса, громко смеялись. Здесь можно было спокойно курить – и все курили; заказать кучу свежих овощей с бокалом сухого вина и трапезничать всем этим хоть десять часов подряд.

Несколько раз к ее столику подходили молодые люди: по одному или в компании, предлагая разбавить ее одиночество. Юлька по-русски мотала головой – что по-болгарски означало бы «да», и инцидент на этом исчерпывался – ее оставляли в покое.