Читать книгу "Некромаг. Том 1. Рождение"

– Большой, – расплылся в улыбке владыка. – Если ты его не видишь и не чувствуешь, значит – чрезвычайно заоблачный для тебя.

– Ладно…

Илья попробовал встать.

Получалось тяжело.

Голова просто уплывала. Просто такой веселый аттракцион – «Полетай на вертолете».

Сел.

Пока только это он смог сделать.

Прислушался к своим ощущениям, прикрыв глаза.

Ничего толком не понял. Чертыхнулся. Мысленно. И попробовал свой прием – тот, что он освоил на стене. То есть почувствовать ауры существ вокруг.

Эти двое – как два гигантских прожектора – просто перекрывали весь азимут по своему направлению. За ними вообще ничего не ощущалось. А вот в остальных направлениях – прямо интересно. Илья с удивлением обнаружил свою свиту, стоящую в комнате недалеко. С три десятка местных «краснокожих». Причем, что примечательно, сумел понять их уровень.

Вон ученики. Рядом ходили адепты, во всяком случае, Илье так показалось. Если аура учеников напоминала бесформенную кляксу – этакую шевелящуюся амебу, то у адептов – веретено. Очень условно. Будто ее чем-то стянули и оформили хоть во что-то устойчивое. Хотя, конечно, эта изменчивость и явная нестабильность хорошо наблюдались. Аура пульсировала и словно бы пыталась вырваться из оков.

Приметил несколько существ с явно более развитыми аурами. И куда большими. Да.

Снова скосился на этих двух местных чудовищ – владыку и его подругу. Вспомнил, как та распустила свою ауру и КАКАЯ она большая. Припомнил, что, отключаясь, почувствовал: эта особа манипулировала им своей тьмой. Ужаснулся. Заметил на ее лице усмешку.

Та явно снова читала мысли.

Улыбнулся по-доброму.

И тут его словно кто-то за рукав дернул. Мысленно.

Раз – и появилось острое желание хоть немного напакостить той, что доставила ему столько боли. Она читала мысли? Отлично! Илья представил ее в эротичном костюме розового кролика а-ля Playboy, изящно ложащуюся на старую раскладушку, достающую большую морковку из облупленного тазика… От чего Лилу резко стала очень серьезная, а владыка сдавленно улыбнулся…

Пара секунд.

И Илья вдруг осознал, что эта особа стоит рядом. Он даже не понял, как это произошло. Словно бы телепортировалась. Впрочем, она ограничилась тем, что буркнула ледяным тоном:

– Нечего рассиживаться.

Рывком подняла его на ноги.

После чего торжественно и пафосно прошествовала на выход. Лишь однажды чуть не споткнулась. У самой двери. Просто Илья, глядя на ее эффектный шаг, не выдержал и представил Лилу танцующей в одном купальнике на шесте в стриптиз-клубе. Вполне прилично и недурственно, если бы не одна деталь: в какой-то момент она скинула лифчик, вместе с которым «отстегнулись» и груди. Оставив на худых ребрах только два сочных таких «звоночка».

Владыка не выдержал и все-таки хохотнул. Лилу же, чуть запнувшись, прошествовала дальше.

Вышла.

Ашма-дэв же хлопнул Илью по плечу и шепнул:

– Не играй с огнем.

– Она же тьма.

– Это еще хуже. Не дразни ее. Перейдешь грань – и даже я не смогу тебя защитить.

– Будет казнь через сну-сну? – максимально серьезным тоном спросил Илья.

– Ты мне нравишься, – широко улыбнулся владыка. – Пойдем, посмотрим снаряжение.

– А сколько времени прошло с момента заказа? Я долго без сознания был?

– Минут тридцать.

– И что же за это время можно успеть?!

Оказалось, что много.

Илай ведь не вручную махал молотом, а изготавливал снаряжение по настраиваемым шаблонам. Алгоритм был удивительным и крайне продуктивным. Во всяком случае, для индивидуальной адаптации и гибкой вариативности продукции.

Сначала снимали мерки.

Наводили особый артефакт, и через сколько-то секунд в его памяти оставалась подробнейшая модель замеряемого предмета.

Раз – и готово.

Потом начинался этап моделирования.

В специальный артефакт «скидывали» снятые мерки и с помощью коллекции шаблонов подбирали то, что хочется. Заодно на специальном табло крутились подробные сведения – сводка.

Закончили.

Финализировали проект.

И получили на выходе мемо-кристалл с желаемым изделием. Вроде тех, что Илья видел в городе. Как оказалось, в такой форме многие местные хранили сведения самого разного рода. Вместо книг и прочих бумажек, от которых уже больше тысячи лет как отказались, подрезав у красных миров интересное решение.

Так вот: этот мемо-кристалл и передавали в производственный отдел, где с помощью целого комплекса артефактов создавали изделие. Чрезвычайно быстро. Настолько, что, когда Илья зашел в эту демоническую мастерскую, все оказалось уже готово. А персонал отдыхал…

Еще через полчаса весь отряд, полностью «упаковавшись», покинул мастерскую Илая. Семь бойцов-зомби и сам Илья красовались в добротных латных доспехах. Стилизованных и, так сказать, бугурт-ориентированных, то есть адаптированных для пешего боя, в отличие от оригинальных образцов, создаваемых в первую очередь под задачи кавалерии. Например, шлемы у них были знаменитыми бацинетами типа «грифон» с мощными забралами.

Чары на них также наложили. Самые разнообразные. Тут и компенсация массы, и восстановление целостности, и габаритная адаптация, и слабенькое фоновое лечение. Ну и так, по мелочи. Какой-то особо выдающейся защиты эти доспехи не давали. Нет. Просто хороший, рабочий вариант, сила которого заключалась в эксплуатационных качествах.

Большие круглые щиты, копья, клевцы и фалькаты с ножами Боуи вполне сохранились.

Ну а почему нет? Вполне приличный и практичный комплект.

В какой-то момент Илья хотел заменить копья на полексы, но не решился из-за необходимости отказаться от щита. Латы латами, а щит был нужен. Он ведь был зачарован совсем иначе, нежели доспехи. Из-за чего был в состоянии отразить практически любой разумный урон – как физический, так и магический. Пожалуй, даже трехдюймовый снаряд на излете выдержал бы. Но только один. С последующим восстановлением несколько часов.

В общем – красота.

Зомби-дев, кстати, тоже упаковали в аналогичные же доспехи. Только куда более миниатюрные и изящные. Ну а что? Все равно ведь удалось их массу магическим образом компенсировать.

Да и Леорика довели до ума.

Стандартные доспехи ему не подходили. Их просто не на что было навесить и закрепить. Пришлось адаптировать. Однако на выходе получилось нечто удивительное в латах, да еще и с полексом в руках. В строю он работать не мог из-за роста, поэтому пришлось импровизировать…

Отряд выглядел красиво.

Эффектно.

Стильно.

Внушительно.

Разве что призраки, крутящиеся вокруг, немного портили картину. Но Илья пока с ними ничего сделать не мог. Просто в силу их слабого развития…

Он выстроил своих ребят. Провел им импровизированный смотр. Заставил попрыгать, проверяя закрепление доспехов, оружия и штурмовых ранцев. Похвалил за службу. Поставил задачу. Да и вообще – в известной степени имитировал классический развод. После чего, колонной по двое, повел на выход из города.

Повел и повел. Следом за красным здоровяком.

И вроде ничего такого, но вот взгляды.

Илья хорошо помнил, как на него смотрели до ритуала. Этакая смесь любопытства, вызова и презрения. В разных пропорциях. Сейчас же… он не мог понять почему, однако местные все без исключения подчеркнуто демонстрировали уважение. И в чем-то опаску.

Изменилось все.

Вообще все.

Но так – неуловимо.

Тем более что к прочим адептам они так не относились. Равно как и друг к другу. Даже на его сопровождающего – красного здоровяка – глядели по-старому. А на Илью – нет.

Может быть, доспехи так действовали?

Но нет. Здоровяк охарактеризовал их очень качественными, но не сильно дорогими. Мастер Илай вообще с таким дешевым сырьем редко работал. Да и вон – по городу ходили существа с куда более ценными комплектами. Иной раз и на пару порядков более дорогими.

Нечему тут завидовать.

Просто рабочая роба воинского сословия по местным меркам. Которая ни на что не влияла. Здесь две трети населения так или иначе были с войной связаны.

Тогда что в нем не так?

Он прикрыл глаза, переключаясь на магическое восприятие мира. Идти это, как оказалось, почти не мешало. Контуры материального мира вполне проступали. Все же сущности вокруг воспринимались как ауры. Красные в основном. Иногда встречались черные. И совсем редко – желтые с белыми.

Пригляделся к себе.

Синий талант. Ничего такого. Разве что несколько черных прожилок, которые, словно вены, пробегали через него. Тонких таких. Едва заметных. Это были те самые последствия, о которых его предупреждали.

Ничего такого.

Ему даже лакса дали для черной доли таланта. Нормальные, полноценные варианты слишком маленькое и слабое вкрапление черного таланта, как ему сказали, не позволяло использовать. Поэтому «залили» в него «Черный ковер». И не было среди черных лакса ничего, что занимало так мало места и потребляло столь ничтожно силы. Эффект, правда, тоже смехотворный, в общем-то. Проклиналась маленькая поверхность – буквально полметра на полметра. Любой, кто наступал на нее, норовил споткнуться.

В понимании Лилу и владыки – обычная шалость.

По легенде, эту лакса вообще создали ради эксперимента. Впрочем, на практике ей почти никто и никогда не пользовался. Разве что иногда дети наносили в качестве смываемой татуировки, чтобы поиграть…

Илья встряхнул головой.

Открыл глаза.

Окинул взглядом округу.

И вновь приметил, как все местные с каким-то странным уважением относятся к нему. Почему? Что за чушь? С какой стати? Ведь ритуал признания его дэвом не проводили.

– Или проводили? – мысленно сам у себя спросил мужчина.

Впрочем, ничего принципиально нового он в себе не чувствовал. Окружающих – да. Ощущал куда лучше, чем раньше. Но связывал это с переходом на уровень адепта.

Для него этот прогресс был очевиден. Илья прекрасно помнил, как стал замечать всякую живность в нескольких шагах от себя тогда – на вторые сутки, проведенные в магическом мире. Потом, уже учеником, освоил определение ауры и магическое зрение. Так что эти дополнительные тонкости и детали принимал как должное. Что-то вроде естественной эволюции.

– Параноик, – фыркнул владыка, наблюдая за удаляющимся Ильей.

– А ты бы на его месте не подозревал нас?

– Так я параноиком его с уважением называю.

– Хорошо, что мы выбрали Хозяина ночи.

– Да… иначе он бы точно что-то заподозрил. А так… его чутье вполне вписывается в форму магического зрения. Ни он сам, ни маги ничего не заподозрят.

– Печать получилась слишком уж яркой. Мы сильно с ним рискуем.

– Мы? Нет. Рискует он.

– Не люблю проигрывать.

– Ты слышала, что эти деятели вышли на мир Ильи?

– Разумеется. Только не поняла – откуда взялся этот клоун.

– Почему сразу клоун? Просто одержимый.

– Его не опознать?

– Я с ним через сны работаю. Явных следов касания нет. Даже ты бы далеко не сразу поняла.

– И зачем ты это сделал?

– Возможно, ты права, и в этом деле слишком много натяжек. Поэтому было бы неплохо оттянуть от Ильи внимание. Советы Нехеб и Зара с огромной радостью замнут все, что с ним связано. Чтобы этот скандал потонул в текучке.

– Не убьют?

– Не должны. Это же потенциально новый скандал. А он им не нужен…

Глава 8

Магистр Аратос осторожно понюхал кофе.

Аккуратно. Как он всегда обходился с напитками.

Надежности аромат не вызывал, однако местные его пили вполне уверенно. Поэтому нехотя и он отхлебнул.

Было горько, отчего он невольно поморщился.

– Сахар, – произнес этот человек в странной одежде. – Добавьте сахар.

«Дуб» немедленно так и поступил. Сладости он любил. Остальные, чуть помедлив, последовали его примеру.

На магистре был «разговорный» артефакт для автоматического перевода речи. Дорогая и редкая поделка. Внутри него сидел дух, который брал мыслеобразы говорящего и передавал их напрямую всем присутствующим. Действуя в радиусе тридцати шагов.

Речь при этом шла отдельно, и ей он не мешал. Создавая этакий «эффект Володарского», ибо дух мстил, как мог, за свое заточение и безбожно гнусавил. Впрочем, это была еще не самая страшная побочка.

Сама же беседа лилась непринужденно. И иной раз даже спускаясь в несколько неаккуратные темы.

– Позвольте нескромный вопрос, – не выдержал майор и, после кивка, продолжил: – Вы эльф?

– Нет. Ваш Илья тоже это спрашивал. Почему?

– В нашей культуре просто есть волшебные существа, – вмешался Аристарх Людвигович, – которые похожи на вас, и мы их называем эльфы или альвы.

– Интересно. Мой народ называется альты.

– Созвучно.

– Вряд ли у вас о нас слышали. Это просто совпадение.

– Может быть, может быть, – покивал Аристарх Людвигович.

– А почему ваш Илья удивлялся тому, что я худой и светлокожий?

– Повесточка, – с широкой улыбкой ответил майор.

– Это просто шутка, – дополнил генерал, также улыбаясь. – Грубая и плоская.

Замигал артефакт связи.

Аратос провел переговоры, отключив на время автопереводчик. И группа засобиралась.

– Мы можем надеяться на продолжение сотрудничества? – спросил генерал, выступив вперед.

– Вполне вероятно. Мне нужно согласовать этот вопрос.

После чего извлек откуда-то маленький плоский камешек вроде гальки с прозрачным вкраплением и положил на стол.

– Это – маяк. По нему мы сможем найти этот мир. Если потребуется острая необходимость в связи с нами – капните вот сюда свежей крови. Я услышу вызов. А с этим больше не экспериментируйте, – махнул он в сторону рисунка портала. – Для вас такие опыты смертельно опасны. Отправили бы предмет покрупнее и потяжелее – и умерли. Это ведь магия крови. С ней нужно уметь работать. У нас она не под запретом, но крайне не рекомендуется использовать.

– Почему?

– Если на своих ресурсах – очень опасно. Чуть увлекся – и умер. А если на чужих, то это очень быстро превращается в разного рода жуткие массовые жертвоприношения ради каких-нибудь мелочей. Магия крови обладает слишком низкой эффективностью для практического использования. У вас тут можно найти варианты и поинтереснее.

– Понял, – серьезно кивнул генерал, протянув руку.

Магистр пару секунд подумал, после чего пожал ее. Жест непривычный, но он догадался. Сразу за этим маги быстро ушли индивидуальными порталами.

– И что это все было? – тихо спросил генерал, глядя на майора, капитана и эксперта.

– Кое-что я сумел записать на камеру, – тихо заметил Аристарх Людвигович.

– Судя по всему, мы столкнулись с пограничным контролем, – буркнул Петров. – Как он сказал? Несанкционированный портал между мирами. Бдят.

– Или какой-то иной оперативной группой. Мы не знаем, какие ведомства у них за что отвечают, – тихо и как-то меланхолично возразил Алексей.

– А кофе и конфеты они все забрали, – почти шепотом произнес Аристарх Людвигович…

* * *

Руины старого города выглядели мрачно.

Портал открыли чуть в стороне, чтобы не засосало сразу в блуждающую аномалию. И пришлось немного прогуляться.

Никогда еще Илья не шел по настолько вдумчиво разнесенному поселению. Он видел села после крепкой обработкой артиллерией. Мрачные. Но кое-что все равно оставалось. А тут…

– Чем это его?

– Владыка устал терять своих бойцов в стычках с чудовищами, – ответил здоровяк.

– Я же не о том спросил.

– Метеоритный дождь. С небес прилетали фантомы небесных камней. Били в город. Развеивались. И снова прилетали. Долго. Когда чудовищ становится снова много – он насылает новый метеоритный дождь. Сейчас уже не часто.

Комментировать это Илья не стал.

Представил себе степень могущества. Впечатлился. Провел аналогии с определенными эпизодами из религиозных преданий. Сделал для себя определенные выводы. И пошел дальше.

Молча.

Мысленно перекрестившись, что на Земле такого рода существ больше не живет. Ибо даже Дрезден после его ковровой бомбардировки союзниками выглядел намного целее и благополучнее…

Остановились недалеко от аномалии.

– Дальше вы уже сами, – прогудел здоровяк.

– Боишься их?

– Для меня в них путь закрыт. Это верная смерть.

– Почему?

– Стихия. На нас всех влияет своя стихия. Для красных там верный конец. Если они сами по себе.

– А каким стихиям там хорошо?

– Точно знаю, что белым. Но они слабые и пробиться не могут. Там же просто пробежать нельзя. Нужно драться со своими страхами. Если же включить в их команду бойцов, то их влияние полностью нейтрализуется. Синим еще неплохо. Отчасти – черным.

– Почему этим стихиям?

– Уравновешенные стихии. Белая, синяя и черная – стихии спокойные, упорядоченные. Красная, зеленая и желтая – полны страсти и хаоса. Особенно красная. Нас аномалии просто с говном мешают.

– А почему черным – отчасти?

– Черный маг носит маску. Всегда. За которой прячутся его страхи. Иной раз такие, что и красным форы даст.

– Получается, что синие маги идеально подходят для закрытия аномалий?

– Так и есть. Впрочем, это и не секрет давно.

– Не понимаю, – покачал головой Илья. – Тогда почему они все аномалии еще не закрыли?

– У нас синих магов вообще нет. А в мире песков, как я слышал, раз-два и обчелся. В гармоничных мирах палитры они редкость. Те же, что в наличии… понимаешь, стихия сильно влияет на мага. С годами она поглощает его и подчиняет, изменяет.

– А синих как меняет?

– Не знаю.

– Но слышал же.

– Слышал, что они теряют интерес к внешнему миру и живут в своем мирке. Замыкаются. Некоторые даже начинают искать бесхозные мертвые миры или пытаются создать свой. Ну или какой-то уголок себе возводят, вроде склепа, закрытого от незваных гостей. Это мы, красные, непоседы. Синие же – наоборот. Из-за чего и проблема.

– То есть покойный Ану мог их все сам закрыть? Ты ведь о нем слышал?

– Разумеется. И он не мог ничего уже закрыть. Ему было больше тысячи лет. Если бы такой, как он, вошел в аномалию, то так бы в ней и остался навсегда. Просто выходить бы не захотел. Таким внешний мир уже давно в тягость. Это их страх, как и у практически всех старых синих магов.

– Выходит, что аномалии может закрывать только молодежь?

– По-разному бывает, но выходит, что да. Впрочем, я не слышал, чтобы это делал кто-то с уровнем развития ученика. Ты установил своего рода рекорд.

– Они мне не повредят? – кивнул Илья на краснокожего посла в окружение пары девиц. – Красные же.

– Они в твоем отряде.

– Это не ответ.

– Значимо не должны.

Мужчина кивнул.

Попрощался со здоровяком.

И молча пошел к ближайшей аномалии.

Каждый шаг ему давался тяжело. Не потому, что тело болело. Нет. Отпустило. Уже минут пятнадцать как. Нет. Его все сильнее и сильнее накрывало волна за волной чувство отчаяния и паранойи.

Если перед ритуалом он думал, что сможет прорваться и вывернуться, то после чем дальше, тем сильнее убеждался: эти двое что-то сделали. И теперь его используют. В его голове постоянно крутились слова магистра про живой артефакт. До крайности скользкие формулировки клятв и обещаний, данных этими персонами. Да и вообще – предельно неоднозначная ситуация в целом. Ну и, наконец, лицо Лилу… Там, на стене, Илья успел понять и прочувствовать ее истинную сущность. Заглянуть в эту непроглядную тьму и ненависть. Поэтому маска приятной особы, которую она натянула, выглядела совершенно чудовищно…

Да, его психика сидела в защите. Да так, что казалось, будто никогда так не «окапывалась». Отчаянно. Словно от этого зависело все. Но сейчас с ней что-то происходило…

И вот – он у аномалии.

Еще пара шагов – и она начнется. Так что ее влияние пока не имело силы. Однако в душе у него бушевал настоящий ураган. Который проявлялся лишь в подергивании правого глаза. Едва заметном.

Причина отчаяния была предельно проста и… в чем-то даже смешна. Дело в том, что Илья всю жизнь был атеистом, который не верил ни в Бога, ни в черта. Такой приземленный, материалистичный и реалистичный. Что во многом ему и помогло выжить в магическом мире, адаптируясь к вызовам и проблемам по факту. Без рефлексий и ненужных страданий.

Однако атеист атеистом, но вырос-то Илья в среде бытования христианского мифа и связанного с ним культурного контекста. Да, он все это считал выдумкой, легендой и сказкой. Но он с ними был знаком. Тут и верующие старики. И детская воскресная школа, где ему пытались привить нужные взгляды. Так что, когда он увидел кого-то, безумно похожего на падшего ангела, ему поплохело. Да еще и имевшего явно рабочую связь с Землей. Не говоря уже о той компании, в которой он обитал…

Его мозг натурально вскипел. А старый мир рассыпался.

Понятное дело, Илья, как и раньше, продолжал цепляться за аллюзии на компьютерные игры. Просто чтобы не «протечь крышей» от столь лихого перекоса. И поначалу это ему помогало даже тут. Однако сейчас, подходя к аномалии, его накрыло.

Ведь это что же получалось?

Он ради своей ничтожной жизни готов помочь им в истреблении миллионов или даже миллиардов разумных существ? Включая людей. Ведь портальный артефакт ему вручили не просто так.

Это было настолько ужасно, что не пересказать.

Получалось, что он изменник.

И что он несет всем людям какую-то лютую подлянку. Возможно, смерть.

Он…

В этот момент в его душе что-то лопнуло.

Психологическая защита отключилась, выплескивая все, что накопилось, наружу. Это ощутили даже окружающие: вон вздрогнули, словно их чем-то качнуло. Илья же, бормоча себе под нос песню «Когда мы были на войне», пошел в аномалию…

Вокруг начало меняться окружающее пространство. Сначала немного, а потом, как и в прошлый раз, подтекать, словно на картинах Пикассо.

Изменялся и сам Илья.

Он шел на смерть.

Он желал ее. Собираясь принять честно – в открытом бою.

Страхом же, захлестнувшим его, стала мысль о том, что он выживет. Причем это все не было игрой или имитацией. Нет. Это шло из глубин души. Поэтому аномалия восприняла столь неожиданные эмоции за чистую монету, и ее начало сбоить.

Красиво так.

Вокруг Ильи все вспухало, растрескивалось и умирало. Даже камни осыпались сначала обломками, а потом и песком… пылью.

Посол со спутницами с ужасом смотрели на происходящее. Но жались к Илье, как и нежить. Причем молча. Никто ничего не понимал, но лезть поперек не спешил. Как-то инстинктивно чувствуя, что лучше быть поближе и под защитой мага смерти, не отвлекая его от дела.

Еще пара шагов.

И поднялся ветерок. Магический.

Стало невооруженным глазом видно, как тонкие нити силы, увлекаемые чем-то, стягиваются к Илье. Тянутся в него. Летят.

Область же «мертвой земли», если ее так можно назвать, расширялась. Причем быстро. Если поначалу она была буквально на один-два шага рядом с мужчиной, то теперь – на добрую сотню вокруг.

И аномалию крючило.

Она стонала.

Не образно, а вполне себе натурально.

Раздавались какие-то жуткие скрипы, словно сгибается какая-то здоровенная металлическая конструкция. Треск. Постоянно что-то лопалось, будто бы натянутые струны.

– Так, мужчина! – рявкнул хранитель аномалии. – Не хулиганьте!

Илья его уже не слышал и не понимал. Он словно растворился в своих эмоциях и стихии, находясь в трансе. Благодаря аномалии удалось временно и виртуально трансформировать его в одну из высших форм синего мага. Такую кошмарную, что оказалась весьма и весьма губительной для этой отлаженной ловушки.

Впрочем, даже несмотря на, по сути своей, бессознательное состояние, Илья отреагировал на голос. Повернулся к иллитиду и пошел на него. Не к нему, а именно НА него. Это прямо почувствовалось. Всеми.

– Прекрати! Немедленно! – рявкнул тот.

Но слова его будто «осыпались». Словно часть пакетов аудиопотока потерялась. Хранителю это совсем не понравилось. Он начал отходить, стараясь не приближаться к кругу мертвой земли, которая надвигалась на него вместе с Ильей.

Аномалию же все сильнее и сильнее лихорадило.

– На выход! – рявкнул смотритель.

Перед мужчиной возникла дымная арка портала. Но через несколько ударов сердца она осыпалась прахом, не выдержав давления чистой стихии, усиленной аномалией до совершенно чрезвычайного предела. Выглядело все это так, словно в ловушку к иллитиду заглянул древний синий маг или кто-то еще похлеще. Только такой – явно недовольный тем, что он тратит свое время на этот визит.

А вокруг все продолжало скрежетать и надрывно лопаться. Аномалия ударно саморазрушалась. Эта жажда смерти ломала ей все алгоритмы.

– Я СКАЗАЛ – НА ВЫХОД! – проревел хранитель. Но его слова, как и прежде, рассыпались из-за частичной потери пакетов.

Илья же с шага перешел на бег.

Трусцой.

Хранитель тоже ускорился, убегая от него. Хотя было видно: бегать его тело совершенно не приспособлено и дается ему это непросто.

Аномалия никак не могла окончательно трансформироваться. Делая пульсирующие попытки. Раз за разом. Искажаясь на ходу, перекручиваясь. Пол вроде как изменился, покрывшись плиткой. Только она почти сразу растрескалась, и из нее начинало пробиваться ледяное пламя. Такие жутковатые язычки, касаясь которых, иллитид взвизгивал, словно натуральный поросенок.

Он попытался создать стены, отгородившись от безумца, вошедшего к нему. Но они осыпались. Просто налету. Еще на стадии «произрастания» из пола. Раз – и все опадало прахом…

– Я закрою аномалию! Отстань! – кричал хранитель. – Хватит! Прекрати! Скотина! Ты что творишь?! Сделаешь дырку – потом не запломбируешь! – продолжал верещать этот иллитид. Без всякого, впрочем, успеха.

И тут что-то хрупнуло.

Громко.

Мощно.

Пол вздыбился, словно изломанная льдина.

И с гулким грохотом все погрузилось во тьму…

* * *

– Ну вот, еще одна аномалия закрылась, – тихо произнес владыка, потягивая что-то из бокала.

– А чего этого накрыло так перед аномалией? Ты постарался?

– Постарался? Нет. Я просто простимулировал его совесть немного. Чтобы он почувствовал раскаяние за свои грехи.

– ЧТО?! Ты что натворил, придурок?!

– Погоди! Не горячись! У меня все продумано!

– Продумано?! – процедила она. – Печать только наложена. Притом обманом. Если он сейчас совершит самоубийство во спасение других…

– Моя ты припадочная, – ласково произнес владыка, нежно прихватив ее за талию. – Ну что ты переживаешь?

– Ты хоть знаешь, чего мне стоило наложить на него печать?!

– Я прекрасно это знаю. Доверься мне.

– Тебе?! Да ты с ума сошел! Ты… ты…

Владыка сделал жест, и их окутала большая кроваво-красная сфера, полностью защищающая от прослушивания.

Она посмотрела на него, вопросительно выгнув бровь.

– Я долго не мог понять, что им движет. Глубинно. Такой собранный, организованный, стойкий. Казалось, что он не человек, а какой-то механизм. Да, я позволил тебе его немного помучить, но это ничего не позволило понять. Он держался. Просто держался. И готов был стоять до конца. А я не понимал почему. На ритуале же, когда увидел, как он заигрывает с тобой с моей подначки… да… все сразу стало на свои места.

– Да мне плевать, как ты это все сделал. Ты скажи зачем?!

– Ты наложила на него стандартную печать черного дэва. Я видел. Общий каскад. Путь. Конверсионный мост. И метку принадлежности к дому. Ничего нового. Ничего необычного. Но ты же знаешь, какой это всплеск? Думаешь, никто не заметил? И ты не хуже меня знаешь этих засранцев. Как минимум двое попытаются нам нагадить просто из любви к искусству.

– И поэтому ты отправил его совершать самоубийство ради самопожертвования? Чтобы щелкнуть их по любопытному носу и уязвить меня?

– Не спеши, милая. Не спеши.

– Что – не спеши? Ты видел, как закрылась аномалия? Он не выжил!

– Серьезно? – спросил он, достав жестом фокусника откуда-то маленький синий светящийся шарик.

Лилу раздраженно фыркнула. Владыка же добавил:

– Просто немного подожди. Я в него верю. Да и вообще, тщеславие – мой самый любимый из грехов. А именно оно им движет. Глубинно. Откуда и такая стойкость, такое самоуважение и непробиваемость…