Текст книги "Родиться вопреки. Сказочный роман"

– Насть, да успокойся уже, все будет нормально, сядем все! – погладила ее по голове Лера.

– Я пытаюсь, – закрыв глаза, мужественно ответила та.

– Может, тебе что-нибудь выпить? Сейчас стюардессы начнут предлагать крепкие напитки в маленьких бутылочках. Для храбрости должно хватить.

– Лера, но я же не пью совсем…

– Ну и что? А ты выпей! И жизнь станет светлой и радостной!

– Нет, я как-нибудь сама справлюсь с собой, без спиртного.

– Окей, как хочешь. А мне, наверное, нельзя, – Лера тоже закрыла глаза и задремала.

Девушки проспали почти все время полета, прервавшись только на ужин. Позже мужской голос свыше сказал, что самолет совершил посадку в столице Чехии Праге, и пассажиры медленно двинулись к выходу.

Прага произвела на меня сильное впечатление. Увидев ее, я понял, что Санкт-Петербург – не единственный красивый город в мире. Особенно мне понравилось летать вокруг темных фигур, что стояли на удивительно красивом старинном мосту через широкую реку. К некоторым из них туристы в порядке очереди прикладывали ладони и загадывали желания. Места для желаний были натерты до блеска. Лера тоже, закрыв глаза, напряженно что-то загадывала, а один раз бросила через плечо в воду монетку. Я не знал, о чем она думает, и очень волновался: ведь, если Лера беременна, получается, кто-то меня опередил? Иначе я должен был слышать ее мысли.

Среди скульптур я увидел ангела и вспомнил об Элиасе. Интересно, что он сейчас делает в этом своем центре с труднопроизносимым названием «реабилитационный». Лечебница для неприкаянных душ, где я провел два года, по сути, тоже была таким центром.

Почти каждое утро мы садились в автобус и ехали в какой-нибудь маленький чешский городок. Самыми забавными и не похожими на другие мне показались Карловы Вары, где люди ходили с кружками и пили воду через отверстие в ручке. Лечебная минеральная вода из источников иногда была такой горячей, что от нее шел пар.

– Существует легенда, что если девушка сможет минуту подержать палец в этой воде, то в текущем году обязательно выйдет замуж, – поведала группе экскурсовод с фальшивым потрепанным цветочком на конце длинной палочки. Это был ее опознавательный знак – благодаря ему туристы издалека видели свою группу.

– Правда? – живо отреагировала на информацию Лера, которая до сих пор слушала экскурсовода крайне невнимательно. – Интересно-интересно… Настя, давай? – предложила она.

– Лера, ну как можно верить в такие сказки? – Настиному скепсису не было границ.

– В сказки непременно нужно верить, тогда и жизнь будет сказочной! Давай палец, – велела она своей нерешительной подруге.

– Сначала ты, – ответила осторожная Настя.

– Я и так выйду. Тебе нужнее.

Подруги спорили примерно с полминуты, в итоге Лере все-таки первой пришлось подставить палец под струю, но выдержала она всего несколько секунд:

– Слишком горячо, не могу.

– И не надо, я же говорила! – поучительным тоном заявила Настя.

– Нет, погоди! – Лера двинулась к ларьку, где продавались кружки с дырочками.

– Что ты задумала? – засеменила за ней подруга.

Лера сделала решительный жест рукой, мол, погоди, сейчас все будет, и вернулась с маленькой розовой кружечкой. Набрав воды и немного подождав, она смело опустила в нее палец.

– Засекай! – гордясь своей смекалкой, важно скомандовала она Насте.

Та рассмеялась:

– Но это же нечестно!

– Почему нечестно? – возмутилась Лера. – Экскурсовод сказала, что «если девушка сможет минуту держать палец в этой воде…» О том, что ее нельзя налить в кружку, речи не было. Давай тебе другой нальем, а то в одной и той же, наверное, лучше не надо. Мы же не хотим, чтобы у нас был один и тот же муж на двоих? – пошутила она.

И Насте тоже пришлось держать палец в кружке.

– Я вижу, ты не веришь в результат, – вздохнула Лера, глядя на выражение лица своей подруги. – Это плохо. Главное – верить, тогда можно держать палец хоть в пиве, и все равно непременно в этом году выйдешь замуж! Ну, или хотя бы в начале следующего, – засмеялась она. – Эх, жаль, мне теперь пить нельзя, а то я выпила бы кружечку-другую пива. Побывать в Чехии и не попить чешского пива – это аномально. Может, все-таки можно одну… – договаривалась она сама с собой.

– Не знаю, я бы не стала, – пожала плечами Настя.

– Да ты и так не станешь, – улыбнулась Лера. – В общем, я думаю, от одной кружки пива ничего ужасного не случится. Надо найти какое-нибудь кафе и пообедать, но сначала – в бассейн!

В бассейне под открытым небом девушки целый час плавали в теплой минеральной воде. Мне тоже стало интересно побывать в воде, понять, как чувствует себя ребенок внутри матери. Я нырнул и прижался к Лериному животу. Пока она плавала, я пытался почувствовать, есть ли в нем жизнь. Но так ничего и не ощутил.

«В тебе маленький Я», – получила она вечером сообщение от Черного.

Они постоянно обменивались сообщениями на волнующую их обоих тему. Лера писала, где они находятся, рассказывала о забавных моментах путешествия, они обсуждали будущее, и я узнал, что мой Черный папа уже занялся поисками жилья для будущей семьи.

Неделя пролетела как один миг. Цели, которой пыталась достичь Лера, вытащив свою слишком домашнюю подругу за границу, она так и не добилась. По дороге Настю никто не полюбил, а на дискотеке в ночном клубе эта скромная особа так и не решилась дать свой номер телефона чеху, несколько раз приглашавшему ее на медленные танцы.

– Ну почему, почему ты не дала ему хотя бы адрес электронной почты? – возмущалась Лера по пути в гостиницу.

– Лер, ну, я что-то засомневалась. Зачем, подумала, мне это надо? У нас языковой барьер, из России я уезжать не собираюсь, интернета у меня дома нет, и ящик свой я до сих пор не завела, – где я буду его письма читать?

– Боже, сколько причин, чтобы ничего не делать! – Лера закатила глаза к небу. – Какой такой барьер? Во-первых, чешский язык очень даже понятный. По второму пункту – дала бы мою почту, я ее каждый день проверяю. По третьему – проведи уже интернет и заведи себе собственный адрес! А насчет «уезжать не собираюсь» – это ты зря: Машка уехала, счастлива и возвращаться не хочет.

– Маша – это которая родила мальчика и потом отдала в Дом ребенка?

– Именно.

– И куда она уехала? С сыном уехала или одна?

– Она встретила замечательного русскоговорящего шведа и уехала с ним в Швецию. Да, с сыном, когда ему исполнился год. Причем познакомились они с этим шведом просто потрясающе: Машка в не лучший период своей жизни написала сообщение «Умоляю, скажите, – как жить дальше?», отправила его в космос, и ей сразу пришел ответ.

– То есть как это – в космос? – не поняла Настя.

– Ну, по случайному номеру, – Лера говорила об этом как об обычном деле. – Просто набрала, как говорится, от балды. И тут ей вдруг приходит: «Скажу. Давайте встретимся». А она: «Где и когда?» Ответ: «Можно сейчас. Я совершенно свободен». Ты представляешь?! И они встретились буквально через полчаса, потому что он гулял где-то неподалеку. И с первого взгляда понравились друг другу. Вот это судьба! Как после такого в нее не поверишь, а? Надо верить, надо! И палец в воде подержать тоже не лишне. Он ведь от этого не отвалится!

– Какая необычная история!.. А как иностранец воспринял то, что у нее есть ребенок?

– Отлично воспринял. Они вместе Ваню забрали. Сначала здесь жили, а когда у Мартина работа по контракту закончилась, уехали в Стокгольм, успев пожениться в Питере. Я была свидетельницей, а мой бывший муж – свидетелем, – больше никого, только мы четверо. С документами ребенка, правда, повозиться пришлось, потому что мальчика на Машиного бывшего мужа записали. По закону, если трехсот дней с даты развода до родов не прошло, автоматически отцом записывают бывшего мужа. Но биопапа без проблем дал отказ, и теперь все счастливы. Особенно он. Со всех сторон замечательный мужик этот Коля! – с сарказмом заключила Лера.

– Надо же… – история произвела на Настю неизгладимое впечатление. – Так угадать со случайным номером!

– А знаешь, у этой истории есть любопытное продолжение.

– Интригуешь… – подруга вся обратилась в слух.

– Позже выяснилось, что тот самый случайный номер был записан у Маши на одном из стикеров на холодильнике. Причем, откуда такой стикер взялся, она не знает: все были одного цвета, а этот кардинально отличался от всех. И почерк не ее, а какой-то… детский. А Машка не замечала бы его и дальше, если б Мартин, когда впервые пришел к ней в гости, не задал резонный вопрос, зачем она повесила его номер на холодильник, если он у нее есть в мобильном. И это так и осталось необъяснимой загадкой! Ведь не мог же швед проникнуть в квартиру незнакомой русской девушки с целью написать свой номер телефона на стикере, прилепить его на видное место и испариться! Вот такие чудеса.

Настя потрясенно молчала.

– Так что и ты, – Лера хлопнула подругу по плечу, – не тушуйся! Надо использовать все возможности, что дает тебе жизнь. Можно, в конце концов, сделать рассылку с уже проверенным текстом: так шансов будет больше, – пошутила она.

Следующим утром у нас был обратный самолет. Перед завтраком Лера сделала еще один тест и узнала, что беременность оказалась плодом ее воображения. Когда на бумажке отчетливо проступила одна-единственная полоска, я услышал рядом с собой грустный вздох. Точно не Лерин и не Настин. Тщательно осмотрев комнату, заглянув под кровати и за шторки, я так никого и не увидел.

Новость о том, что ничего не получилось, вызвала вздох и у меня. Только не грусти, а облегчения. Втайне я все еще надеялся, что Лера попробует начать все сначала с Артемом…

***

– Олежка! – в аэропорту Лера повисла на шее у Черного.

– Привет, Солнце! Я ужасно соскучился. Как долетели? – он поцеловал невесту.

– Долетели отлично. Съездили прекрасно! Чехия – замечательная страна с очень забавным языком: он напоминает русский, только изрядно исковерканный, как будто ради хохмы. Чехи на 180 градусов изменили смысловые значения наших слов: «забыл» у них значит «запомнил», «прекрасный» – «ужасный», «фрукты» – «овощи», а в школах лучшая оценка – единица! Как на другой планете побывали – где все с ног на голову! – щебетала полная впечатлений Лера. – Люди такие вежливые: все дни у них добрые, кругом только и слышно «Добрый дэнь, добрый дэнь!» Ну и пиво у них тоже доброе. Хорошее, в смысле.

– Ты там пиво, что ли, пила? – нахмурился Олег.

– Всего одну кружку, чисто символически, – оправдываясь, вздохнула она, – а теперь очень жалею, что так мало.

– Почему жалеешь? – не понял он.

– Сегодня утром отменилась беременность. Не получилось у нас ничего и на этот раз тоже… Надо будет все-таки пойти сдать анализы.

– Понятно, – Черный резко погрустнел. – Ну, может, позже… А я квартиру нашел неподалеку от места, где Володя с Наташей живут. Завтра поедем смотреть.

– Замечательно! Ну, может, это и к лучшему, да? – заглянула ему в глаза Лера. – Будем делать все последовательно, как нормальные люди: начнем вместе жить, поженимся, и уже потом заведем ребенка. Мы ж, в конце концов, не в Чехии, чтобы у нас все наоборот было, – она засмеялась. Я обожал ее манеру во всех ситуациях быстро находить плюсы.

Тут к ним присоединилась Настя, багаж которой в авиакомпании потеряли и никак не могли найти. Вид у нее был крайне растерянный.

– Вечно мне не везет… – вздохнула она.

– Потому что ты сама притягиваешь к себе невезение, – «утешила» ее Лера. – Ты мне напоминаешь ослика Иа-Иа. Правда, я себе иногда – Винни-Пуха, – она расхохоталась и взяла расстроенную подругу под руку. – Пойдем ругаться по поводу твоего чемодана. Пусть только попробуют его не найти!

Через десять минут вопрос с багажом был улажен, и они сели в машину Черного – вишневого цвета «Жигули» с серыми сиденьями. В салоне стоял непонятный резкий запах, и я послал Лере мысль, что хорошо бы открыть окно. У нас, похоже, снова налаживался контакт, ибо это было сделано практически сразу. Настя удобно устроилась на заднем сиденье и задумчиво смотрела на дорогу:

– А все-таки, Лер, хорошо, что мы с тобой съездили в Чехию, – вдруг произнесла она. – Хоть мир посмотрела, а то все дом-работа, работа-дом…

– Ну, слава Богу! – обрадовалась Лера. – А то я себя тираном каким-то чувствовала. Тащу тебя, а ты упираешься, как вышеупомянутый ослик.

– Нет-нет, спасибо тебе. Может, я теперь еще куда-нибудь соберусь, паспорт теперь есть, самолеты вроде надежные…

– В Турцию слетай, недельки на две. Там твое «засомневалась» не прокатит, от мужиков точно отбоя не будет! – со смехом посоветовала ей подруга.

Они довезли Настю до дома и поехали за тортом. Сегодня был день рождения у Лериного крестника Петьки. В подарок ему Лера привезла из Чехии большого плюшевого крота – героя известного чехословацкого мультфильма – и Бабу Ягу на батарейках, которая от любого резкого звука начинала дрыгать ногами и жутко хохотать. А к семи вечера Лера и Олег собирались на концерт Земфиры.

– А Илья придет на день рождения? – спросила Лера. – Вовка ведь и его приглашал.

– Да, он Пете вертолет с пультом управления купил.

– Крутой подарок! После такого он даже не заметит моего крота, – вздохнула крестная мать.

– У меня еще огромный конструктор в багажнике. Пацан будет доволен, не переживай, – успокоил ее Олег.

– Какой ты у меня заботливый! – она поцеловала его в щеку.

Они приехали в какой-то район, по количеству настоящей природы напомнивший мне тот, где раньше жили Ольга с Климом, а также Лера и ее родители. Место называлось Красное село. Всюду было тихо, зелено и даже росла трава, – ничего общего с Саперным переулком, где находилась коммунальная квартира, в которой теперь обитала Лера.

– Вот как раз на соседней улице квартира сдается, – показал рукой Черный. – Завтра сюда придется еще раз ехать, агент сегодня не может показать.

– А если снимем, то и послезавтра, и послепослезавтра, и каждый день сюда ездить придется… – задумалась Лера.

– Тебе не нравится? Зато с ребенком есть где гулять, – привел довод Черный. – Вон сколько зелени! Дыши – не хочу!

– Это неоспоримый плюс, – улыбнулась Лера. – Ладно, пошли, мы уже опаздываем, дольше шести сидеть не будем, потому что концерт Земфиры я ни за что не пропущу. Мы в списке, пойдем со служебного входа. А Илья-то сам дорогу найдет сюда? – вдруг взволнованно сказала она.

– Не волнуйся за него, он уже пришел. Они с Володей с утра тут вместе машину ремонтировали.

– Они с Вовкой подружились, что ли? – удивилась Лера.

– Похоже на то.

– Ну и замечательно. Илье как раз этого не хватает.

Дверь им открыла молодая женщина, которую я видел на улице в день своего освобождения. Тогда я плохо разглядел ее, а теперь отметил их явное сходство с Ольгой. И тут я вспомнил, где видел ее раньше: это была та самая медсестра, что принесла в палату Владимиру новорожденную Любочку! Значит, вот как все потом сложилось… У Олиных детей появилась новая мама, – выходит, Володя все-таки не остался без ангела-хранителя.

– Привет, Наташа, – сказала Лера, и девушки дружески обнялись.

– Привет-привет, проходите! Дедушка с бабушкой уже час как приехали, только вас ждем.

– С днем рождения, дай пять! – Олег пожал руку Пете, прибежавшему на звук дверного звонка в прихожую. Он вытянулся и похудел с того страшного дня. Мальчик улыбался, но в глубине его глаз я все равно увидел навсегда затаенную грусть.

– Привет будущему первокласснику от феи-крестной! – послышалось у меня за спиной.

Я обернулся и расхохотался: у Леры в руках откуда-то взялась блестящая «волшебная» палочка, а за спиной торчали крылья из проволоки и полупрозрачной фиолетовой ткани. Она была ужасно смешной в этом образе.

– Здравствуй, мальчик по имени Петр! Я твоя фея-крестная, специально прилетела с далекой планеты под названием Чехурий, чтоб исполнить три твоих желания! – нараспев произнесла «фея». – Если я что-то не смогу исполнить сегодня, в твой день рождения, ты можешь написать их мне на бумажке, и я обязательно материализую их в ближайшее время! – она слегка взъерошила Петькины волосы волшебной палочкой. – Также через меня можно передать письмо для деда Мороза, – понизив голос, добавила она, как будто это был секрет. – А пока – подарки – в студию!

Пете был торжественно вручен торт, крот, конструктор и Баба Яга, хохота которой ребенок поначалу испугался. Сказав «спасибо», крестник схватил Леру за руку и потащил в комнату:

– Крестная, смотри, смотри, что мне Илья подарил! Вертолет с пультом управления! Он летает как настоящий!

В комнате за столом уже что-то ел мой бывший шеф. Рядом с ним сидели родители Ольги: дедушка Пети возился с вертолетом, пытаясь разобраться, как его запускать, а бабушка читала сказки Любочке. Девочка в честь дня рождения брата была одета в нарядное розовое платьице, а на светленькой головке с кудряшками возвышались два розовых бантика, напоминающие кремовые розочки на торте. Удивительно мило выглядела Д-16121998 в своем земном воплощении! Наташа хлопотала на кухне, то и дело пополняя ассортимент блюд на праздничном столе.

Я много пропустил, находясь на «душной реабилитации», и не знал, как развивались события в этой семье после той страшной трагедии, но я видел, что, несмотря ни на что, все держатся вместе, и был очень рад этому. Жаль, Элиас ничего не помнит. Ведь если бы он тогда не прилетел…

– А у меня опять дежавю, – обратился Илья к Черному. – Такое ощущение, что и Наташа мне кого-то напоминает, и детей я как будто раньше видел. Я уже решил не обращать внимания на это, – похоже, мое беспамятство издевается надо мной. Ведь не мог же я оказаться среди знакомых мне людей, но чтобы при этом они меня – не узнавали. Ведь все должно быть наоборот!

– Чтобы все было наоборот, надо ехать жить в Чехию! – подхватила разговор Лера, которой не терпелось продолжить рассказ о своих впечатлениях от поездки. – Вот там никто про тебя не скажет: «Он забыл», там скажут – «Он запомнил!» А, каково? – обвела она глазами собравшихся, ожидая реакции.

Лера как-то быстро опьянела. Может быть, потому, что ей было буквально некогда поесть, ибо хотелось рассказать всем и обо всем. И еще потому, что она неожиданно перешла с вина на водку. Или, может, она была подсознательно огорчена из-за несостоявшейся беременности. Или все вместе. В общем, Валерию несло:

– А, вот еще! Еще одно очень забавное слово услышала в Чехии в отеле по телевизору – зачаточник! А у нас видела точно такую же рекламу, где это же самое слово перевели как «неопытный», – продолжала она развлекать гостей, а заодно и себя.

Праздничный стол с целью расширения пространства в комнате переставили к дивану, на который посадили Черного, Леру и моего любимого бескрылого уже ангела. И она тут же закидала его вопросами:

– А что конкретно ты делаешь в реабилитационном центре? – она выпила залпом еще одну стопку водки после очередного тоста. – Олег рассказывал, там ведь и наркоманы, и алкоголики. Со всеми общий язык находишь?

– Помогаю на кухне. Да вообще все делаю, что попросят, – рассказал Илья. – Я ведь так и не знаю, какая у меня была профессия до того, как со мной случилась эта неприятность, а методом научного тыка выяснилось, что я неплохо готовлю. Вот меня и отправили на кухню. С наркоманами общий язык нашел быстро, я ведь и попал туда благодаря одному из них. Пристал на улице к человеку, который мне кого-то напомнил, со своим стандартным вопросом, не видел ли он меня раньше. Стас единственный отнесся ко мне по-человечески! Разговорились с ним, и он позвал меня в центр. Он сам недавно прошел там курс лечения и остался работать волонтером. Так я обрел свой новый дом. Главное – мне ужасно нравится помогать людям! Я словно всегда это делал.

– Как будто вторая жизнь… – Лера была в восхищении. Я видел, что с каждой стопкой Илья нравится ей больше и больше. Да и он смотрел на нее с явным интересом.

– А имя у тебя такое откуда взялось, если ты ничего не помнишь? – поинтересовалась она.

– Крестился в День Ильи Пророка. А до этого несколько месяцев я без имени был, все ждал, что найдутся родные, скажут, кто я и как меня зовут…

– А каким был первый день твоей новой жизни?

– Ты будешь смеяться, – улыбнулся Илья. – Даже не знаю, стоит ли такое рассказывать…

– Ну, расскажи, пожалуйста! – заканючила она уже довольно нетрезвым голосом.

– Меня нашли рано утром на Дворцовой площади. Лежал у подножия Александрийского столпа без сознания совершенно голый. Но никаких следов, что меня били, не было. Разве что на спине обнаружили два больших, симметрично расположенных, красных пятна, но никто так и не понял, что это за пятна. Они через неделю так же таинственно исчезли, как и появились.

– Надо же! Голый на Дворцовой площади… – Лера в изумлении покачала головой. – Олег, ты представляешь, через что Илье пришлось пройти? – она обернулась к Черному.

Тот сидел мрачнее тучи, но она этого как будто не замечала. Я уже стал волноваться за нее. Родители Оли что-то обсуждали между собой, Петька смотрел мультфильм, а Наташа отправилась в соседнюю комнату уложить Любочку немного поспать. Только Володя с явным интересом наблюдал за происходящим, как будто смотрел кино.

– Лер, ты это… Может, тебе больше не наливать? Вам же на концерт еще. Уже почти половина шестого, – предупредил он подругу. Та кивнула, откусила половину соленого огурца и продолжила свое обращение к Черному:

– Слушай, Олежка, мне что-то так жалко Илью стало. Как представила все, что он мне рассказал! Сначала человек просыпается без одежды на Дворцовой, потом болтается неизвестно где… По телевизору-то хоть объявление давали с твоим фото? Или в интернете? – повернулась она к Илье.

– Конечно! Но безрезультатно. Да ты так не переживай за меня, все будет хорошо, – и он, по своей старой ангельской привычке, слегка похлопал ее по коленке. Но из-за весьма условной длины летнего платья, которое было на Лере, этот жест не слишком походил на дружеский. Черный заметил его и стал еще мрачнее. Над его головой нависла темная энергетическая туча, похожая на ту, что я видел у Клима. Лера же продолжала ничего не замечать:

– Олег, а давай его себе заберем? – выдала вдруг она.

– Кого? – изумлённо спросил тот.

– Как кого? Илью!

– То есть как это – себе? – не понял Черный. Я и сам ничего не понял.

– Завтра снимем тут квартиру, ту, о которой ты говорил, она же двухкомнатная, – и пусть он с нами живет! Что ему в этом центре со всякими сомнительными личностями торчать? На нормальную работу устроится, ну и вообще… – голос Леры уже заплетался.

– Я все понял. Пойду покурю, – спокойно сказал Черный и поднялся из-за стола.

– Олег, а Вы куда? – удивленно спросила его Олина мать.

– Пойду покурю, – еще спокойнее и четче повторил он, вышел в коридор, обулся и бесшумно закрыл за собой дверь.

Я смотрел на Леру, ожидая, что она сейчас побежит за ним. Но она продолжала болтать с Ильей как ни в чем не бывало.

– Лер, уже седьмой час, – вскоре еще раз напомнил ей Володя. – Ты на концерт-то пойдешь? Я не то чтобы гоню, просто вроде как ты давно на него хотела…

– Пойду, конечно, – спохватилась Лера и стала вставать из-за стола, опрокинув по дороге чье-то недопитое красное вино на скатерть. – Ой, простите! А куда Олег-то делся? – удивилась она, не увидев жениха на прежнем месте. – Ладно, я тогда побегу уже, на улице курит, наверное, у подъезда.

Она быстро собралась, поцеловала в щеку по очереди всех друзей, попрощалась с родителями Оли, чмокнула Петьку в макушку, обулась и захлопнула за собой дверь. Вслед ей гомерически захохотала Баба Яга.

Я устремился за Лерой. Насчет Черного у меня были нехорошие предчувствия, которые тут же подтвердились: у подъезда не оказалось ни Олега, ни его вишневой девятки. Телефон приятным женским голосом сообщал, что абонент недоступен или находится вне зоны действия сети. Большая поклонница Земфиры уже сильно опаздывала на ее концерт и злилась на то, что, как назло, нет ни одной маршрутки.

– И как отсюда выбираться? Глухомань какая… Как здесь можно жить-то? – ворчала Лера, залезая, наконец, в маршрутку. Она смотрела на часы, было уже 18:25, а еще предстояло добраться до Автово и потом довольно далеко ехать на метро с пересадкой. Я хорошо ее знал: она всегда сильно нервничала, когда опаздывала.

Безуспешно пытаясь дозвониться Олегу, она, в конце концов, отправила сообщение: «Что случилось? Куда ты делся? Еду на концерт, приезжай!» в надежде, что он скоро включит трубку. Ответ пришел примерно через час, когда она уже подбегала к служебному входу в Ледовый дворец. Текст был такой: «Вижу, у нас все равно ничего не складывается. Я ушел». Вид у Леры стал совершенно потерянный.

Охранник на служебном входе держал в руках список «безбилетников»:

– Воробьева, – назвала она свою фамилию.

– И еще Голубкова сразу посмотрите, пожалуйста!

Лера вздрогнула и обернулась. Позади нее стоял Артем, загоревший, будто только что вернулся с юга. Светлый костюм удачно оттенял загар, и его обладатель напоминал этакого мачо, не хватало только сигары в зубах.

– Ну что, опять встретились? – с усмешкой спросил он. – Пельмени-то доела уже?

– А ты? Нашел где поесть? – она постаралась быстро взять себя в руки.

– Нашел, конечно.

– Ну да, судя по твоему цветущему виду, тебя явно неплохо кормят.

– Пошли, дорогая моя бывшая женушка, – он слегка подтолкнул ее вперед, приобняв за талию. – Концерт давно идет.

Я полетел за ними, не в силах поверить в происходящее. Радость переполняла меня. Я вдруг понял, что Элиас, даже будучи отстранен от дел, сам того не желая, снова сыграл значительную роль в моей судьбе. Вдруг происходящее – не случайность, и на этот раз все, наконец, получится так, как я хочу?

***

Эти двое снова были на концерте, как в самом начале, когда только познакомились. Для прессы выделили отдельный ряд. Пока они искали свободные места, Земфира пела песню, которую я часто слышал у Леры дома:

Он – твой мальчик,

Ты – его девочка.

Он – обманщик,

Да и ты не припевочка.

Ты наследила, он же не понял,

Что это было, кто этот Кpоме…

И полетели ножи

И стаи упреков.

И заблудились во лжи

И в собственных чувствах.

Он тебя таки убьет,

Но в самом финале.

А пока дыши весной, злой, с кем захочешь…

Эта песня была будто про них. Тексты Земфиры всегда оказывали на Леру сильное воздействие, а сейчас к нему примешивалось опьянение и растрепанные чувства из-за поступка Олега. Она прокручивала в голове все, что говорила на дне рождения, и никак не могла понять, почему он решил уйти. То, что она еще была пьяна, мешало ей адекватно оценить ситуацию.

Я видел, что ей хочется, чтобы Артем обнял и приласкал ее, как маленькую девочку. Моих объятий она не чувствовала, и, забыв про все разногласия, Лера доверительно положила голову на плечо бывшего мужа. Он внимательно посмотрел на нее и погладил по волосам. Лера прижалась сильнее. Непреодолимое притяжение снова включилось. Но, несмотря на то, что внешне Артем был нежен и явно не против продолжить вечер, я чувствовал, что внутри он холоден.

От душещипательных песен Леру совсем развезло, от нахлынувших эмоций по щекам потекли слезы. Она была уже не в силах контролировать себя и шепнула ему на ухо:

– Тёмка, скажи честно, ты пришел на этот концерт специально? Ведь Земфира тебе никогда особо не нравилась, и ты наверняка знал, что я его не пропущу.

– Ничего не специально! – возмутился он. – Просто в редакции, где я теперь работаю, никто больше не захотел идти. Я подумал: воскресенье, лето, не дома же сидеть, почему бы не пойти?

– Вечно ты так. Нет бы правду сказать: пришел, потому что тебя хотел увидеть.

– Да ничего я не хотел! – еще больше возмутился Артем. – Вот еще больно надо, – он уставился на сцену.

– Ну да, ну да… – Лера тоже устремила взгляд на монитор, где крупно показывали лицо ее любимой певицы:

Поздно, о чем-то думать слишком поздно

Тебе, я чую, нужен воздух,

Лежим в такой огромной луже.

Прости меня, моя любовь…

Это была последняя песня, после которой толпа из Ледового дворца повалила к метро. Я, боясь, что бывшие супруги разъедутся в разные стороны, стал изо всех сил этого не хотеть. Сильно зажмурившись, я думал: «Пожалуйста, ну, пожалуйста, не расставайтесь так быстро!» Дойдя до светофора, Артем вдруг предложил:

– Может, по джин-тонику?

– Давай, – охотно согласилась Лера. – Я сегодня уже, правда, достаточно выпила у Петьки на дне рождения, но за время концерта место в голове вроде освободилось. Так что можно добавить, – улыбнулась она.

– Ничего не скажешь – хороша крестная: напилась на детском дне рождения!

– Уж какая есть. Зато от души, – парировала она укол.

– А ты помнишь, когда мы с тобой первый раз увидели друг друга в редакции и договорились идти на концерт Шевчука, ты сказала, что предпочла бы сходить на Земфиру, – спросил Артем.

– Смутно припоминаю…

– Вот видишь – получилось, сходили. А помнишь, как я тебя попросил не ломать мне жизнь?

– Помню. Что, у меня все-таки получилось?

– Не то чтобы получилось, но стать другим человеком помогла мне ты.

– И каким же человеком ты стал?

– Циничным и равнодушным, – он весело посмотрел на нее, но в его глазах я прочел, что доля правды в этих словах есть, и немалая.

– И что, прямо таки из-за меня?

– Конечно, после тебя были и другие женщины, – он сделал долгую паузу, будто вспоминал каждую. – Да чего только не было… Но первое эмоциональное потрясение связано именно с тобой.

– Слышать это одновременно и приятно, и грустно. Сволочь я, да? – Лера сделала внушительный глоток джин-тоника.

– Ну, скажем так – обаятельная сволочь, – приобнял ее Артем.

– Выходит, я настолько привыкла наступать на грабли, что сама сделала себе новые?

– Франкенштейн отдыхает! – пошутил он.

Подождав, пока основная толпа народа исчезнет в метро, и допив джин-тоник, они спустились вниз и доехали до станции «Чернышевская», недалеко от которой теперь жила Лера. На этот раз они держались друг от друга на пионерском расстоянии.

– Поясни, пожалуйста: ты меня провожаешь, – уточнила она: – или намерен зайти?

– Как насчет посидеть в парке?

– Не имею возражений.

Они купили еще по джин-тонику и присели на лавочку в Таврическом саду. Вскоре алкоголь снова стал оказывать на Леру пагубное воздействие: и она вдруг горько-горько заплакала.

– Ты чего? – испугался Артем.

– Тёмка, если бы ты знал, как мне плохо! Мне хочется зажмуриться сильно-сильно, а потом открыть глаза и чтобы – раз! – прошло два года.

– Почему именно два?

– Просто мне кажется, что через два года у меня обязательно все будет хорошо. Но я не хочу ждать так долго! – она ревела, как маленькая девочка.

Видимо, бывший муж никогда раньше не видел ее такой, – я понял это по его удивленному виду. Он сел ближе, крепко обнял ее и зашептал ей в ухо: «чи-чи-чи». Лера не выдержала и сквозь слезы засмеялась: