Читать книгу "Король рая. Профессор Браун. Галактика Черона"

Мчались, как очумелые. Вот этот парк. Теперь Вояна стала вспоминать: «вон там огромное дерево. Чуть дальше – кустарник, а потом – спуск к озеру. Дальше уже идёт непролазная и дикая чаща. Всё правильно, та часть парка уже давно заброшена». Взяла Олчейса под руку и ненавязчиво направила прочь от дорожки парка. Завернув за кусты, остановилась и обняла: «ну что стоишь, целуй меня. Надо отвлечь внимание, что мы влюблённые, и поэтому уединились здесь». Олчейс тут же решил воспользоваться этой возможностью.

«Да не так, глупый, что ты делаешь со мной – Вояна гладила его волосы – мы же не в спальне, я же женщина, пожалей меня, хотя бы,… что люди подумают». Наблюдала из-за плеча Олчейса окружающую обстановку, но ничего подозрительного не заметила. «А теперь меня бережно отпускаешь и мы идём дальше вглубь чащи. Ну, милый, мы же не дома». Невинно взявшись за руки направились в заброшенный парк. Теперь-то уж точно окружающие могли думать только о двух влюблённых.

Челнок стоял замаскированный в положенном ему месте. Трое воздушных воинов ожидали её. Один из них, это был Грош, быстро направился к Вояне: «Ваше…”. Вояна сделала предупреждающий жест рукой. Грош понял. «Мы ждали этих двоих ещё две недели назад. Но они не явились на встречу, как договаривались, ни тогда, ни вчера. Что-нибудь случилось?». Вояна сделала удивлённое лицо: «да что вы говорите! Никогда бы не подумала. Всё у них в порядке. Видимо, в суматохе своих дел забыли об этом, или посчитали это необязательным».

Грош чувствовал, что Вояна искажает информацию. Но одновременно знал, что не может предать. Чудес на свете не бывает. Чистота её рода информационно-аналитическим комплексом была проверена досконально. Более того Грош, как командующий небольшой армией воздушных воинов этой небольшой крейсерской флотилии из десяти кораблей, и как ответственный за безопасность всех коронованных особ экспедиции, был посвящён в тайны её рода. Королева Марина открыла ему, что расследование генеалогического древа Вояны выявило очень интересные факты. Оказывается, Вояна является прямой и единственной наследницей королевства материальных миров галактики Верона. Её родителей собирались освобождать из плена тамошних захватчиков. Гуэрло и Гранд уже готовили эту операцию освобождения и экспедицию на Верону. Но всё делалось тайно. И даже Вояна об этом ничего не знала.

Поэтому Грош принял эту игру: «какие будут указания?». Вояна попросила шесть мешков с деньгами. К завташнему дню, к глубокому вечеру. Три мешка попросила доставить к трубе на речку. Объяснила, где это. Четвёртый мешок попросила закопать неглубоко в том месте, где приземлялся челнок этих двух. За остальными она придёт сама. Теперь, наученная опытом, указала ждать на этом месте их каждые три дня. Но при этом необязательно, что она может придти. Так же ждать и на месте приземления челнока этих двух. Тоже каждые три дня. И тоже необязательно, что они придут. Указав на Олчейса, просто сказала ему, что это Олчейс, её муж. Как бы между прочим, в шутку, заметила, что живут они прямо в самой этой трубе, и засмеялась. Грош принял это к сведению. Пока практически ничего не понимал. Но знал, что эта информация сегодня же уйдёт в галактику Даяна и ляжет на стол Гранда и Антонии. Вскоре Вояна и Олчейс покинули парк.

«Кофе, сигареты». Зонд думал, с чего начать в таком деликатном деле. Эти двое знали про клад. Давить на них и торопить не хотел. Да и деньги-то эти по большому счёту ему нужны не были. Казной галактики распоряжался, как своим собственным карманом. Но было просто интересно. Относился к деньгам, как к спорту. И считал себя хорошим спортсменом в этом виде спорта. Ну уж мастером, как минимум. «Кто будете? Куда путь держите, люди добрые – начал издалека Зонд – может, помощь нужна, какая? Не обидел ли вас кто?». Марина оживилась: «учёные мы. Вот, решили посмотреть мир, как люди живут, в общем, путешествуем.

А вы – потянулась за чашкой кофе – большой человек в этих краях будете?». Зонду это уже больше понравилось: «то, что эта женщина определила, что я большой человек, значит, не исключено, что действительно учёная. Умные люди сразу видят друг друга издалека, как равные». Засуетился: «да что это мы тут расположились, прямо недоразумение какое-то. Пройдёмте в гостиную, там нам будет способнее». И сделал жест, приглашающий следовать за ним. Вошли в роскошный зал с зимним садом, огромным аквариумом. Провалившись в роскошные кресла, продолжили разговор.

«И как достопримечательности нашей планеты? Вы ведь из другой галактики будете». Зонд любил такие повороты. Часто они бывали настолько неожиданны, что люди обычно смущались и выдавали себя. – «Да, мы из галактики Даяна. А у вас здесь неплохо, неплохо. Кстати, апельсины у нас не растут. И даже ради одного этого стоило уже сюда приехать – продолжила наивно Марина – к нам в научный центр давно уже не завозили ничего подобного! Секретность, сами понимаете».

И Марина, поведя глазами к потолку, подняла указательный палец вверх. Зонд согласно кивнул головой, соглашаясь, что секретность, конечно, дело государственной важности. Хотя, как-то не мог сразу взять в толк, как сочетаются апельсины с секретностью. «И у вас там это… что… даже апельсинов не бывает? Не снабжают?». Марина развела руками: «вот, представьте себе, не везде ценят учёных, как положено». Зонду стало уже немножко даже интересно: «ах, эти учёные. Наверное, выращиваете новые сорта злаковых культур?». Марина сделала обиженный вид: «ну что вы что вы. Злаковыми пусть там занимаются какие-то, ну в общем, понимаете. Мы себя уважаем. Берите выше.

Работаем над снарядами-невидимками! Представляете, снаряд летит, а его не видно, летит он или нет!». Сделала паузу, а потом вдруг добавила: «а у вас здесь неплохие полицейские участки. Люди работают на совесть. Сразу видно, любят свою страну. Честные, неподкупные. Охраняют от нежелательных элементов. Эх, нам бы таких смелых и ответственных людей! Больше было бы порядка на планете!». Зонд насторожился: «да вот тут говорят какие-то деньги – и как бы извинительно замялся – клады какие-то. Вы же знаете, что по законам любой галактики всё, что на ней находится, принадлежит государству». Марина понимающе закивала головой: «совершенно верно, господин Зонд, мы действительно ищем деньги. Ну может быть, не клад, но этого – она показала ему жест, во всех галактиках обозначающий деньги – нам бы очень даже и не было лишним. Вы же понимаете, господин Зонд, деньги – зло. Но счастье зависит всего лишь от их количества. А мы хотим быть счастливыми. Поэтому, количество их нам не по-ме-ша-ло бы!!!» Рассмеялась. «Правда, Савушка?» – «Да, Марьюшка, да, моя рыбка золотая, не помешало бы – проговорил Савушка и тут же принципиально строго выпучив глаза, добавил, как отрезал – но мы работаем не за деньги!». Бросил показательный взгляд на жену. Марьюшка даже не смутилась. Ласково потянулась к нему, как ребёнка успокаивающе погладила по головке и промолвида: «мы работаем, моя Зайка, не за деньги, а мы работаем – и наклонясь к Зонду прошептала ему очень тихо, жаром едва касаясь губами его уха – за большие деньги!».

И тут они оба с Зондом расхохотались. Савушка изобразил глупую улыбку. «А вы, я посмотрю, деловая женщина! Сразу чувствуется мёртвая хватка! Комар мимо вас не пролетит, ни одна монетка не прокатится!». Марьюшка скромно улыбнулась, пожала плечами: «вы знаете, господин Зонд, мой муж живёт где-то там – и покрутила указательным пальцем, направив его вверх. Он ведь в магазинах не бывает. Всё мечтает, что работает не за деньги. И в магазинах товары тоже лежат не за деньги! Вот мне и приходится думать о детях, о хозяйстве, считать каждую монетку. Есть ещё такие галактики, где учёный труд не уважают и пользуются вот такими наивными учёными, как мой муж и я». Зонд хихикнул. Теперь-то всё понял. «Эти двое, как бы путешествуя, ищут умных людей. Ну какие тупые эти полицейские! – соображал Зонд – всё им клад мерещится! А они не могут понять, что клад не только им – этим дурьям башкам – нужен, но и другим добропорядочным гражданам не помешал бы между прочим». Вслух же произнёс: «мадам Марьюшина, не думайте, что везде так несправедливо. Апельсины будут ожидать вас везде, куда бы вы ни пошли в нашем – поднял палец вверх, как бы подражая ей – научном центре.

Уж поверьте, умеем ценить мозги и платить им столько, сколько они на самом деле стоят. И ваш муж Савушкин тоже обижен не будет. Мы работаем не для себя, господин Савушкин, а для людей. Чтобы им жилось лучше. Поэтому, господин Савушкин, мы все тут боремся за свободу, за идею счастья народного, за мир во всём мире!». Потряс колокольчик. Вошёл секретарь. «Оформите этих двух господ учёных в наш научно-исследовательский центр. С соответствующей высокой зарплатой». Но мадам Марьюшина снова подняла свой указательный пальчик и покачала им из стороны в сторону: влево, вправо, влево, вправо. Зонд вопросительно взглянул: «что-то не так?». «Всё так, милейший, но мешок в месяц нас бы устроил. Каждому!!! Ну и плюс питание, льготы и другие мелочи, без чего невозможна жизнь в этом как бы современном мире». Взгляд Зонда немножко потускнел. «Ах, вы не понимаете. Понимаю вас, – мадам Марьюшина кокетливо смутилась – конечно, простите, господин Зонд, я действительно глупо постеснялась: большой автомобиль нам не помешал бы тоже. Ну разумеется последней марки. Новый. Я вас правильно поняла? Именно это я забыла? Удивились, что забыла спросить об автомобиле? Но вы поймите, я же скромная и порядочная женщина… и я вам не барахло!». Зонд натурально икнул. «Но… – мадам Марьюшина вновь обиженно надула губки – мы вам – невидимое, а вы нам – видимое! Всё как бы по справедливости!».

Зонд закашлялся. «Позвольте мне, мадам Марьюшина, подсчитать технико-экономическое обоснование вашего предложения?! – заговорил Зонд уже деловым тоном – Вы же понимаете, что всякие расходы должны оправдываться». – «А вы, господин Зонд, тоже деловой человек, как я посмотрю. Ну прямо зубр какой-то – мадам Марьюшина захихикала – ну, тогда, я вам уточню содержимое мешков, чтобы избежать возможных недоразумений между нами. Пусть мешки будут лёгкими, как и наши с вами отношения. Поэтому, бумажные купюры нас бы устроили вполне. По весу пусть будут купюры по двести. Они же у вас самого маленького формата, насколько я понимаю?» – «Но и самого большого номинала!» – взвыл уже Зонд. «Ну какие между нами могут быть счёты, господин Зонд! – осуждающе покачала своей милой головкой, и даже погрозила ему пальчиком – что вы имеете? Невидимость класса «А»? Мадам Марьюшина игриво фыркнула. Даже и не смешно! А вот мы вдвоём с моим зайчиком имеем разработки невидимости класса «Д»! И мало того, мы лично создали приборы, позволяющие видеть объекты класса «Д»!

Зубр не удержался и подскочил со своего кресла, как ошпаренный: «Вы это серьёзно?». Мадам Марьюшина посмотрела на него разочарованно: «конечно. Я вообще очень серьёзно всегда всё говорю. Но в этом случае в месяц будет не два мешка, а четыре. Два мешок моего роста, а два другтх – в рост моего зайчика, вместе с ушками! – ухватила в пучок волосы своего Савушки и потянула их вверх. „Ушки“ у этого зайки оказались длинными – чтобы по справедливости. Буду специально измерять, чтобы не было недоразумений. Вы же понимаете, что между нами всё строится на добром доверии друг к другу. За каждую разработку по полтора мешка». Зубр схватил калькулятор и стал лихорадочно считать, сколько планет и галактик он сможет ограбить, имея невидимость класса «Д». «Вы же понимаете, что всё надо посчитать – криво улыбнулся Зонд – как говорится, каждый счёт должен быть на своём счету. И сколько времени вам необходимо для воплощения этих разработок?». – «О, а вы шалунишка, Зонд! Задаёте серьёзные вопросы! Ну, думаю, года хватит. Будем стараться». Зонд разочарованно протянул: «Гооод?». – «Ну хорошо, два года, если у нас не будет помощников. С помощниками – год. А вы что, разочарованы?».

Мадам Марьюшина глубоко вздохнула и повернулась к своему мужу: «Не везёт нам, Савушкин. Люди даже не понимают, что такое технические разработки. Вот господин – кивнула в сторону Зонда – может за двадцать четыре мешка каких-то дурацких денег, которые есть мировое зло, получить в десять раз больше за один только вояж на какую-нибудь даже среднюю планету. Это с нашими-то разработками! Кругом сплошная несправедливость». И собралась уже вставать: «простите, если что не так. Ну, очень приятно было познакомиться и поговорить с умным человеком! А вы случайно, господин Зонд, не в курсе, что думает по поводу стоимости нашего товара господин Чагра?». Зонд не знал, как реагировать: «но Чагры уже нет. Он погиб, защищая свой народ от холода и мора». – «Досадно, такой достойный человек был как бы. Но ведь есть у него сынок!? Говорят, умнее папы будет, далеко пойдёт и никто его не остановит. Придётся ему помочь пойти далеко, раз нас здесь близко не понимают».

А между тем Зонд размышлял: «конечно, мадам говорит справедливые вещи. С такой системой один вояж на галактику, да что там вояж, зачем грабить целую галактику?! Просто даже взять в любом банке плохо лежащих слитков намного больше! Эх, зря расстроил эту умную женщину!». Хлопнул в ладоши. Появился секретарь. «Договора готовы? – спросил по-деловому – нет? Забыли? Принесите. И не забудьте шампанское господам». Секретарь быстро удалился. Теперь, приготавливая шампанское, должен был приготовить одновременно и договора, словно действительно забыл о них. Зонд снова хлопнул в ладоши, но уже два раза. Явился его заместитель по особо важным поручениям: «лучший автомобиль, лучшие апартаменты, всё самое лучшее. И не злите меня, чтобы жалоб на вас не было от наших господ учёных. Да, и познакомьте их с будущими помощниками» Заместитель рванул вон из залы. «Да, не сейчас познакомьте, завтра… вернитесь!». Заместитель вернулся. Зонд подумал. «Ну, вроде всё. Чего уставился, чего ты здесь торчишь? Бегом исполнять!». Заместитель снова удалился. А Зонд счастливо про себя улыбался: «а клад я всё-таки вытряс из этих двух врагов народа».

Между тем, Марина говорила серьёзно и не собиралась обманывать господина Зонда. Когда они покидали Даяну, Гуэрло с Кастором уже благополучно испытали системы, позволяющие не только видеть объекты пространства «Д», но и уничтожать эти объекты в этом пространстве. Последние дни Савойя даже провёл немало бессонных ночей, чтобы создать образец системы невидимости класса «Е». Это новое супер-скрытое пространство, объекты в котором были невидимы даже из пространства «Д».

Глава 7. Голубые змеи

Савойя пребывал в глубокой задумчивости. Всё это определённо не нравилось. «О чём печалишься, милый?» – Марюша расположилась у его ног. «Понимаешь, ничего не получается. Обрати внимание: Зонд не мог завоевать эту галактику. Это представитель информационных миров. У этих миров иная функция и расправиться с материальным миром они никогда бы не смогли. Если бы за ним стояли миры Чагры, то они были бы здесь. Здесь их нет. Черона дружит с Чагрой. Дружит! Т.е. информационные миры сотрудничают с мирами материальных систем. На равных! Но это невозможно.

Вспомни: ведь это именно Зонд делал попытку захвата нашей галактики! Зонд! Информационный мир! Тут какая-то тайна. Несомненно, что Зонд – посредник, и за ним кто-то стоит. Но между кем и кем? А ответ простой. С одной стороны – материальные миры ДНК. С другой – другие миры. Нам неизвестные. Какие? Каждая яблоня по-яблоку судится. Наблюдаем разрушение в этой галактике. Вот нам и ответ на этот вопрос. Обрати внимание: миры Чагры – это миры материальных систем. И тогда получается, что с мирами материальных систем кто-то общается через посредника. А для чего служит посредник, и в каких случаях он существует? А в тех случаях, дорогая моя, когда две системы не могут соприкасаться друг с другом. Иначе наступит разрушение обоих. Итак, вторая сторона – неведомые нам чужие миры, разрушающие ДНК. А это уже серьёзно». Марюша устроилась у его ног и нежно обняв их, еле слышно проговорила: «скорее всего, это другие уровни пространств. Об этом может знать только тот, кто всё помнит и в сознании не имеет перерывов между своими жизнями. Обрати внимание, что выбрали эту галактику, но, например, не нашу. И именно десятую планету галактики. А планеты исходят одна из другой. И десятая уже совершенна. Что в ней есть такого, что могло заинтересовать чужие миры? Что?». Марина тревожно заглянула в глаза Савойи.

…«Ааа, вот вы где? Как устроились? Каково вам, мои дорогие?» – Зонд был явно в распрекрасном расположении духа. Марина не поднимаясь и продолжая обнимать ноги своего мужа, проговорила: «извольте объяснить, уважаемый, что за помощников вы нам подставили? Даже не могут чертить схемы пространства „А“! Наверное вы хотите, чтобы мы потратили ещё много лет на их обучение? Ведь чертить эти пространства – это очень трудоёмкая работа и пожирает массу времени. Нужны специалисты, которые умеют делать этот минимум! Прислали каких-то студентов, да ещё и двоечников к тому же». – «Но это очень уважаемые профессора и учёные!».

Марина, даже не глядя в его сторону, продолжила свои комментарии: «профессора откуда? Из информационных миров? Которые мыслят аналогиями и сравнениями? Но вы же знаете, что наука в информационных мирах имеет иную цель: анализ и хранение информации. Но у нас же другие задачи! Мы занимаемся логикой взаимодействия материальных объектов. Причём здесь хранение информации? Да вы что, издеваетесь над нами, милейший? Чтобы они поняли что нам требуется, чтобы они могли делать даже какую-то мелкую техническую работу, им нужно полностью переучиваться: освоить сначала школьный курс программы материальных миров, а потом окончить их университет! Наверное хотите, чтобы мы занялись ликбезом с этими взрослыми детьми? Если даже на арифметический пример, сколько будет один плюс один, они настаивают, что два? И когда мы даём задание увеличивать пространство в схеме самым большим числом, нам заявляют, что такого числа не существует! И когда пытались им объяснить, что такое «НОЛЬ» – не тот ноль, о котором вы подумали, господин Зонд, то всё равно упрямо продолжают рисовать кружочек!

И ведь всё говорят правильно, заметьте. Ещё раз повторяю: у них специальная логика, которая используется с целью обеспечения, хранения и анализа информации! Но мы сейчас решаем задачу взаимодействия материальных объектов. А это уже совершенно другая и тоже специальная логика!».

Мадам Марьюшина сокрушённо покачала головой: «ай—йай-йай, господин Зонд. Удивляете меня своими шутками. Нашли время шалить! Не жалко наше время? А своё? Мы-то ладно, время идёт, мешки наполняются». Однако немного смягчившись, мадам Марьюшина продолжила уже более мягко и миролюбиво: «а кстати, теме: „пространство НОЛЬ“, если изволите заметить, посвящён агромадный курс в университетах материальных миров всех галактик. Вот так-то!». Глубоко вздохнула и почему-то стала заботливо гладить ноги Савушкина: «теперь понимаете насколько всё серьёзно, господин Зонд. Как вижу, у вас нет учёных, владеющих логикой взаимодействия материальных объектов? Да, представляю, сколько в таком случае это ещё мешков будет стоить!».

Зонд ожидал этой реакции. Марьюшина говорила всё правильно. Он дал им математиков и физиков из информационного мира. «Значит, о пространстве Д они говорят правду. Его действительно нельзя создать минуя схемы пространства А —пока же Зонд изображал удивление и озабоченность и думал, думал, думал – интересно, сидит в ногах своего мужа и даже не стесняется меня. Значит, главный среди них всё-таки этот зайчик. Но если она – монстр, то что же тогда этот тихоня? Эти материальные миры всегда непредсказуемы. Парадоксы – их линия поведения. Вроде говорят абракадабры и чепуху, но почему-то в конечном итоге всегда оказываются правы». Медленно последовал вперёд, затем повернул обратно, затем снова направился в ту же сторону. Вздохнув, глубокомысленно изрёк: «досадно, досадно. Придётся уволить. Но у меня есть те, кто вам нужен. Хотя, понимаете, это политически очень неблагонадёжные люди, так сказать, враги народа!». Вдруг мадам Марьюшина впервые за всё время их общения рявкнула: «не расстраивайте меня, господин Зонд. Я же не на рынке. Меня не интересуют ваши гнилые помидоры. Я здесь для того, чтобы заработать моим голодающим деткам хотя бы на корочку хлеба. А вы вот отнимаете у меня время. Если решили работать, то выполняйте свои обещания и наши условия». – «Ну хорошо, пришлю вам этих людей». Только теперь мадам Марьюшина взглянула в его сторону: «результат, господин Зонд, всегда возможен лишь при открытом и честном сотрудничестве двух сторон. И вообще, давайте жить дружно!».

Зонд вылетел из залы, как ошпаренный. Ярость кипела в нём неистово. Но вскоре ему всё же удалось себя успокоить: «сам же затеял проверку этих двух учёных. Вот и получил. Аээх! С профессионалами это обычно так. Но зато всегда делают, что обещают». И дал указание передать в распоряжение этих двух господ цвет и гордость своего научного центра: пятерых учёных – представителей материальных миров». Правда, Зонд и мысли допустить не мог, что эти двое могут иметь какое-то отношение к королевскому роду Савойи галактики Даяна. Мало ли там университетов да учёных, Галактика-то огромная!

В какой-то последний момент Гранд решил всё-таки отказаться от перемещения по Вероне в пространстве «Е». На этом настаивала и Антония. Принесла ему кучу материала по информационным мирам этой необычной галактики. Состояла она, как ни странно, из 144 планет! Если в обычной галактике поверхность планет условно делилась на двенадцать, то в Вероне каждая планета почему-то была расколота на двенадцать мелких то ли планет, то ли астероидов, непонятно.

Антония лично провела немало времени в королевской библиотеке и придала такой вид кораблю Гранда, что его было не отличить от местного корабля информационных миров Вероны. Одежду тоже подобрала соответствующую. Для него лично, для Гуэрло, и для воинов корабля. Как оказалось впоследствии, это спасло жизнь Гранду и Гуэрло. С ним вместе лететь не пожелала, лишь заметив, что если что, то хоть будет, кому искать его.

Сначала всё шло, как по плану. Вошли в Верону. Приземлились. Направились в сторону дворца, ожидая увидеть там представителей миров Чагры. Но никаких иноземцев не обнаружили. Галактика жила своей обычной жизнью. Их встретила королева Сония. Попросили её оказать помощь в строительстве прогулочного корабля для бедных детей галактики. Сония в ответ мило улыбнулась и стала рассказывать почему-то о красивом небе над дворцом, а потом неожиданно пожелала счастливого пути. Сония была матерью Вояны. Гранд и Гуэрло тщательно готовились к экспедиции. Именно это была настоящая Сония, как и в видеофильмах библиотеки. Уходя, Гранд обернулся, и вдруг попросил воды у королевы. Сония сама лично принесла ему в чашке кусок камня. Гранд стал как бы пить. Прислонившийся к носу камень даже поцарапал немножко губу.

Видел, как несколько синих человечков подбежали и стали напряжённо в него всматриваться. Убедившись, что он как бы пьёт камень, успокоено отошли. В противном случае сделали бы из Гранда то что было и с королевой. Гранд поблагодарил, поклонился и они выкатились из дворца. Гуэрло вообще не показывал никаких эмоций. Его лицо изображало застывшее глупое «чиз». И оно не менялось. Но вот Гранд потянул его в магазин. Зашли. На полках магазинов были разложены деньги. Гранд не растерялся, сорвал блестящую пуговицу с куртки и протянул продавцу. Продавец потянулся к полке, взял пару банкнот, обернул их бумагой. Потом вынул из кассового аппарата катушку ниток и протянул вместе с завёрнутыми банкнотами. Пуговицу же бросил в кассовый аппарат. Вышли из магазина. Гранд повёл Гуэрло в парк.

Сели на скамейку. Стали смотреть на прохожих. Всё было нормально. Люди гуляли, разговаривали, смеялись. Оба заметили, и одновременно, как какой-то господин купил мороженое. Мороженое вдруг отлетело само от его руки и исчезло в воздухе. Девочка побежала за мячиком. Нагнулась чтобы поднять, а мяч вдруг покатился сам по себе в сторону. Волосы у Гуэрло зашевелились и стали подниматься от ужаса. Гранд это заметил и тут же одел ему на голову свою кепку. Кепка хоть и тоже шевелилась, но не так явно. Потом сели на корабль и полетели. В дороге не было сказано ни слова.

По-возвращении Гранд, обняв Антонию, попросил узнать, имела ли галактика Верона когда-нибудь только двенадцать планет? Антония вскоре вернулась и с удивлением ответила Гранду, что это произошло тому назад триста информационных лет. С этой датой, как ни странно, совпадает прибытие в Даяну материальных миров бывшего подземного царства.

«А теперь расскажи мне, дорогой, что произошло» – Антония нежно обняла Гранда. Прижал к себе Антонию, потом молча увёл в королевскую библиотеку. Там возились очень долго. Только через неделю появились из подвала библиотеки. Там хранилась очень древняя информация. Туда не заходил никто ещё даже с младенческого возраста Земли, т.е. с её первых воплощений. А сейчас уже шло девяносто пятое! Поэтому всё было в таком запустении.

Теперь Гранд ответил на свой вопрос, который ему не давал покоя. Дело в том, что он, в отличие от Гуэрло, видел синих человечков. Это именно синий человечек съел мороженое этого господина. А другой – откинул мяч от девочки. Их было много и во дворце. Но никто их не видел и не ощущал, все проходили насквозь. Их словно не было, но они были. Когда сказал об этом Антонии там, в библиотеке, то подумав, ответила ему, что это голубые змеи. «Занимают пространство «Икс». Практически непобедимые космические захватчики.

Гроза ДНК-Галактик. Видят почти все пространства, а их не видит никто. Поэтому все корабли сбивают шутя. Снаряды пролетают сквозь них. И что если бы они увидели объект пространства «Е», то сразу бы его сбили. Не любят продвинутые галактики». Ещё Антония добавила, что её предки боролись с ними, но это было очень давно. Может быть, ещё в прошлом воплощении Сущности. Даже она себя там уже помнит весьма и весьма смутно. Предложила поискать схемы пространства «Омега» или «Зэт»: «это свободные пространства, выше пространства «Икс» и потому недоступны для голубых змей». Нашли только «Зэт». Но и то всё практически истлело. Эта библиотека, как и всё на планете, воплощалась уже девяносто пять раз и уже поистрепалась во времени. Гранд вынес эти полуистлевшие листки, и они буквально на его глазах рассыпались от света в пыль. Так Гранд и стоял уставившись в одну точку, куда-то в сторону, а древний свиток сыпался между пальцев, как песок. «Вирус» – шептали неслышно его губы. Антония подошла и сильно сжала его кисть руки: «вспоминай. Иначе, скоро они придут и за нами».

«Три мешка у трубы. Даже занесены немного вглубь самой трубы, чтобы их не было видно с берега. Один уже закопан, как вы и указывали. И вот два остальных» – Грош показал на два огромных мешка, каждый из которых был в два человеческих роста. Вояна посмотрела на огромные мешки, подошла, попробовала сдвинуть с места. Бесполезно. «Вот, этот – указала на самый большой из двух – разделите на два и закопайте их вот здесь». Начертила план местонахождения скамейки, где арестовали Марину и Савойю, а так же подробно нарисовала местонахождения лавки, где они покупали апельсины. «А этот – указала на оставшийся – отнесите тоже к трубе, к тем трём мешкам». Грош немного помялся, как бы раздумывая, но, решившись, достал из кармана куртки два свёртка. Развернул.

Вояна увидела кусок породы золота и огромный алмаз. «Откуда это?» – «Пока нёс от ювелира эти мешки, напали какие-то хулиганы. У них из карманов это уж дюже выпирало. Пришлось их облегчить. А вам пригодится. Вояна осмотрела находку: это была ещё свежая порода. «Странно – проговорила она – на этой планете что, есть золото и алмазы?». Взглянула на Олчейса. Олчейс лишь пожал плечами. «Спасибо, Грош. Это действительно ценная находка». Грош как бы нехотя проговорил: «Да я-то что, это вы там под землёй бродите, вам и виднее должно быть, что там находится» – И как-то необычно посмотрел на Вояну. Вояна поймала его взгляд. Поняла, что хотел сказать Грош.

Элвейс восседал на копне сена. Здесь ему никто не мешал. Его взгляд заинтересовался деревом напротив. Колыхания листьев рождали в нём тысячи «почему?». Почему один лист на ветке движется вправо, а другой падает с этой ветки? Но вот другой лист сдвинулся от ветра на земле. И все три движения произошли одновременно! Но в то же время в сарае замычала корова, а на тропинке появился человек. Почему мычание коровы совпало с появлением человека, и в это же время с ветки упал лист? Таких «почему» были миллионы в голове Элвейса. Но если бы кто знал, что на все «почему» Элвейс получает ответы! Это и были его игрушки. И в детстве и сейчас. Со временем «почему» стали взрослыми. И стали появляться взрослые игры.

Судьба у него была обычная для подобных ему и никак и ничем отличалась от остальных. Самая банальная история. У королевы Рояны родились двойняшки. Некто влиятельный и богатый из информационных миров подкупил родовых нянек королевы и одного ребёнка украли. Маме объявили, что родился мальчик. Мальчика назвали: Олчейс. Королевская семья принимала поздравления. Второго мальчика по какой-то сложной цепочке передавали заказчику. Но наверное заказчик слишком перемудрил подстраховываясь. В результате цели своей достиг: никто не узнал, что это он украл ребёнка и что он вообще был у королевы. Но и до заказчика ребёнка не донесли. А главным заказчиком был правитель информационных миров. Мечтал заиметь у себя представителей материальных миров для работы в будущем на военную науку. Его учёные не могли постичь логику материи. Нужен был высококачественный адепт материальных систем. Однако всё напортачил королевский дворник. То ли с пьяну, то ли с испугу над таким ответственным поручением, этого точно уже никто не знает, но ему случилось споткнуться и упасть. Да неудачно. Умер. А коляска покатилась дальше. Ткнулась в храпевшего на скамейке бомжа. Бомж, проснувшись, недолго думая укатил коляску в какое-то хозяйство. Там и продал его за бутылку горилки, да палку колбасы, как будущего работника. Хотя уже даже сама золочёная коляска стоила несравнимо дороже. Но бомж с суеты да торопливости об это не сообразил.

Однако рассмотрев впоследствии ребёнка, хозяева справедливо огорчились, что дали за него слишком много. Младенец оказался настолько тонкой кости, что жилы с голубой кровью буквально просвечивали у него. Пальчики и всё остальное было слишком тонким и болталось, как на ниточке. Но делать было нечего, товар уже был куплен, продавца с колбасой и след простыл, ребёнка вырастили. А толку от него, как уже изначально и было обнаружено, никакого не было. Пальцы ломались от напряжения, жилы на руках болезненно растягивались даже от ведра помоев, которое пытались было его заставить выносить. От двух вёдер навоза спина и ноги болели так, что неделю отлёживался. Но всё-таки сердце у хозяев было человеческое, и оставили его в покое. Хорошо смотрел за стадом коров и давал дельные советы по хозяйству. За это его решили продолжать кормить.