Текст книги "Королева демонов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/koroleva-demonov-159881.jpg)
Автор книги: Питер Бретт
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 13 (всего у книги 51 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]
Глава 13
Последняя воля и завещание Арлена Тюка
334◦П.◦В.
![](i_015.png)
Она рассвирепеет, – предупредила Ренна.
– Ты даже не представляешь, насколько попала в точку, – согласился Арлен. – Но у нее есть такое право.
– Ты, конечно, не хочешь, чтобы я шла с тобой?
Она больше ничего не добавила, но в ее ауре вспыхнул образ страстно обнявшихся Арлена и Лиши. Сейчас, когда они с Арленом стали мужем и женой, Ренна не боялась повторения прошлого, но и забыть его не могла.
– Я скоро вернусь, Рен, – ответил он, – но Лише есть с чего взбеситься, и лучше нам разобраться с глазу на глаз.
– Если дело на том и кончится, – сказала Ренна. – Никто, кроме меня, тебя не отшлепает.
– Вот невезуха.
Подмигнув ей, Арлен сделал глубокий вдох и растаял на выдохе. Демоны называли это состояние промежуточным, когда они существовали только в виде энергии, оказывались во власти течений повсеместной магии и только усилием воли удерживались на месте.
Простерши волю, он отыскал усик тянувшейся из Недр магии, ориентируясь на него, нырнул под землю. Ему открылось много путей, сплетавшихся в сложный лабиринт, но он не замедлил с выбором курса. Он даже за сотни миль улавливал ток великих меток Лощины, которые Втягивали в огромную воронку окрестную магию.
Он позволил ей себя Втягивать, пока не очутился внутри сети, после чего напряг волю и закружил по орбите вокруг центра великой метки – иначе бы его разорвало.
Ему открылось знание, и он вобрал его, усвоил многие события, которые произошли в его отсутствие; одновременно он выделил одну отдельную ауру и помчался к ней со скоростью мысли.
Метки, которыми Лиша окружила графскую цитадель, были сильны, но направлены против демонов и в некоторых случаях – людей. Арлен не был ни демоном, ни человеком; он проскользнул в трещины, невидимый непомеченному глазу. Даже меточным видением удалось бы отследить только прирост внешней магии, притянутой к настенным меткам.
Арлен скользил вдоль них с той же легкостью, что и по великой метке. Он сам научил Лишу меточному ремеслу и лучше всех знал ее почерк. Следуя его извивами, он словно гладил ее и вспоминал их ласки в другой, как казалось, жизни. Он радовался, что рядом нет Ренны. При совместном рассеянии их чувства полностью обнажались.
Он нашел ее в графском кабинете. Арлен материализовался в тени, отдав немного внутренней магии меткам невидимости, вытатуированным на руках и ногах.
Незримый, он Втянул из комнаты каплю внешней магии – Читая. Нет, это больше не кабинет графа. Тамос не появлялся здесь уже месяцы, и Арлену хватило взгляда на ауру Лиши, чтобы понять – графиня теперь она. Власть – и бремя ее – лучились вокруг Лиши, как жар, и образы плясали, словно демоны.
Арлен вспомнил, что нужно дышать, и омылся болью. При всем своем фанфаронстве граф Тамос был хорошим человеком, а таких не хватало всегда. От его гибели мир лучше не стал.
Лиша была не одна. На страже стояла Уонда; из-под закатанных рукавов блузы выглядывали воронцовые метки. Она светилась от силы, и это зрелище захватывало. Арлен повидал тысячи аур, но мало какие из них были так чисты и незамысловаты, как у Уонды Лесоруб.
Но даже это не шло в сравнение с тем, что излучала колыбель. Ребенок Лиши и Джардира горел, словно маленькое солнце. Сглотнув комок, Арлен смахнул слезу.
В помещении были спящие метки тишины. Арлен активировал их, набросав в воздухе другую.
Уловив перемену, Лиша застыла. Ее рука метнулась к поясу, где висел позолоченный жезл из демоновой кости.
Уонда всегда была начеку и взялась за нож:
– Все в порядке, госпожа?
– Проверь дверь, – велела Лиша. – Возьми лук.
– Это незачем, Уонда. – Арлен шагнул из тени.
Лиша в мгновение ока вскочила на ноги, рисуя в воздухе метку против мозгового демона.
– Здесь нет демона, Лиш, – сказал Арлен. – Это я. Честное слово.
– Избавитель. – Уонда упала на колено.
Арлен закатил глаза:
– Уонда Лесоруб, сколько же мне еще раз выбивать из тебя эту дурь, чтобы ты начала прислушиваться?
Пожав плечами, Уонда выпрямилась:
– Наверно, два миллиона.
– Значит, осталась половина.
– Рада свидеться, господин, – сказала Уонда. – Я знала, что вы не умерли.
– Я тоже рад, – ответил Арлен. – Позже я кое-что скажу тебе и еще некоторым. Но сейчас будь любезна встать за дверью и позаботься, чтобы к нам не пожаловал никто непрошеный.
– Да, господин.
Взяв лук и колчан, Уонда направилась к двери.
– Никому ни слова, Уонда, – сказала вдогонку Лиша.
– Да, госпожа. – Уонда закрыла за собой дверь.
– Графиня Свиток, – произнес Арлен, – мне поклониться или?..
Лиша прицепила жезл к поясу и распростерла руки:
– Заткнись и обними меня.
Арлен стиснул ее в объятиях, она ответила тем же. Его окутал ее запах – травы и мыла, сладкий аромат молока и еще тот, который принадлежал только ей. Арлен подавил желание зарыться лицом в ее волосы и вдохнуть, как делал когда-то.
Они расцепились нехотя, но едва хватка ослабла – Лиша оттолкнула его:
– Побери тебя Недра, Арлен Тюк! Ты нас до смерти перепугал! Ты и твои проклятые секретные планы! Ахман тоже жив?
Арлен поскреб в затылке.
– Конечно он жив, Лиша. Я никого не убивал. Ренна же тебе сказала.
– Нет, не сказала, – выплюнула Лиша. – Она заявила, что он не вернется, как и ты.
Она ударила его в грудь. Он не остановил ее, не шевельнулся, не растаял, и ее рука не прошла насквозь.
– Давай, Лиша, выпусти пар. Я знал, что меня ждет.
– И правильно, распотроши тебя Недра! – рыкнула Лиша, но его пассивность немного убавила ее запал.
Чувства могли вновь и вновь бушевать в Лишиной душе, но сердцем правила логика. У нее накопились вопросы, и криком их не задашь.
С другого конца комнаты донеслось хныканье, ребенок заворочался.
– Полюбуйся, что ты натворил, – сказала Лиша. – Я только-только уложила младенца.
– Но орал-то не я.
Лиша пошла к колыбели, однако Арлен оказался быстрее. Он подхватил ребенка, не в силах сдержать улыбку.
Оглянувшись, он увидел испуг в ауре Лиши. Ее ужаснуло чужое прикосновение к младенцу, но она сохранила выдержку и промолчала. Арлен выставил палец, и младенец схватил его, забыл о плаче и уставился на него крохотными глазенками.
Всмотревшись в ауру ребенка пристальнее, он понял, чего боялась Лиша:
– Да, такое не каждый день увидишь.
В ауре Лиши обозначилась настороженность.
– И это все, что ты скажешь?
Арлен оставил вопрос без внимания:
– Как ее зовут?
– Олив.
Арлен увидел парящий над Лишей образ надкушенной оливы с виднеющейся косточкой.
Он рассмеялся:
– У олив есть косточки.
Лиша скрестила на груди руки:
– Моя мать сказала то же самое.
– Хорошее имя, – похвалил Арлен. – Ей понравится.
Настороженность в ауре Лиши сменилась любопытством.
– Почему ты думаешь, что Олив – она?
Сам не зная ответа, Арлен снова посмотрел на ребенка. Он копнул глубже, пропустив через Олив каплю магии, затем впитал ее, Читая оставленный отпечаток. В ее ауре роились образы. Больше, чем он когда-либо видел. Это были не мысли и не воспоминания, для них она слишком мала. Это было то, что лишь могло состояться.
– Не пойму, – произнес он наконец. – Но знаю, что прав. Олив будет откликаться на «она», но помнить, что не является ни тем ни другим.
Ауру Лиши пронзила боль. На глаза навернулись слезы, и она прикрыла рот, сдерживая всхлип.
Качая Олив на одной руке, Арлен другою сдавил плечо Лиши:
– Не имеет значения. Она будет Олив и не втиснется ни в какие рамки. Миру придется к ней привыкнуть.
Лиша сдавленно усмехнулась:
– Мать и это сказала.
– Твоя мамаша на ходу подметки режет, – заметил Арлен. – Олив ждут трудные времена, но она особенная, как и ее родители. Может быть, больше. На свете нет ничего, с чем бы она не справилась.
Лиша взглянула на него еще мокрыми глазами:
– Почем тебе знать?
Арлен оглянулся на образы, мельтешившие вокруг Олив, и пожал плечами:
– Я с некоторых пор вижу. Иногда – мысли, а иногда… что-то другое. Наверно, это похоже на чтение по костям. Знаю не то, что будет, а что может быть. Возможно, всем нам осталось недолго, но если мы прорвемся…
– Где ее отец? – спросила Лиша.
– На страже, пока я здесь не закончу, – ответил Арлен. – Потом уладит собственные дела в Даре Эверама. После этого мы снова уйдем.
– Какие дела? – не отставала она. – На страже чего? Уйдете – куда? Через что вы прорветесь?
Арлен тяжко вздохнул:
– Мы растревожили осиное гнездо, Лиш. Поднимется рой, и это, похоже, моя вина.
Вспышку боли за глазницей он увидел раньше, чем Лиша прижала к виску ладонь.
– Это похоже на речи Арлена Тюка, которого я знаю. – Она направилась к своему креслу. – Чая?
– Да, спасибо.
Олив закрыла глаза, и Арлен осторожно, стараясь ее не разбудить, присел напротив Лиши на топчан. Лиша разлила чай, и он взял чашку свободной рукой. Чай был горек, но удивляться не приходилось. Лиша не экономила сахар – ей просто не приходило в голову, что кто-то его захочет.
Она прищурилась на него, глядя сквозь меченые очки:
– Ночь, Арлен! Если ты хочешь сахара – достаточно попросить.
Он улыбнулся:
– Ты навострилась читать ауры.
– Для этого не нужно быть мозговым демоном, – ответила Лиша. – Я вижу, как у тебя над головой плавает проклятая сахарница.
– Не торопись с толкованием, пока не разберешься.
Лиша отмахнулась, но Арлен увидел, что она осталась довольна ответом.
– Понимать ли это так, что тебе постоянно хотелось сахара, но ты ни слова не говорил?
Арлен пожал плечами:
– Ты никогда не ставишь его на стол, пока не попросят, а я не люблю пустой суеты. Было время, я пивал вещи и похуже, чем горький чай.
– Ихор? – спросила Лиша, и кровь у Арлена застыла в жилах.
Продолжая прикидываться, будто думает о мелочах, он прозондировал ее ауру. Много ли ей известно?
Выдохнув, он поставил чашку.
– Как ты вычислила?
– Это не я, – ответила Лиша. – Стела Тракт. Сейчас ее заперли в темнице, она сидит в меченой камере, а десятки юнцов, одуревших от магии, едят мясо демонов в Лесу травниц.
– Ночь! – Арлен утопил лицо в ладонях.
– Мог бы мне и сказать, – заметила Лиша. – Мог бы довериться.
– Как поверил, что ты не будешь метить кожу? – спросил Арлен. – Или – тому, что ты прислушаешься и поймешь, насколько опасен избыток магии? Ты видела, каким я был, Лиша. Жил диким зверем, забыв, что такое человечность. Я чуть не бросил вас с Рожером умирать на дороге, и вам повезло, день выдался удачный.
Лиша скрестила на груди руки:
– Но с Ренной все обошлось?
Арлен помрачнел:
– Ренна оставила мне не больше выбора, чем ты, Лиш. Меня окружают несговорчивые женщины.
– Может быть, тебе это и нужно, чтобы не поступать по-дурацки, – усмехнулась она.
– Да, возможно, – хмыкнул Арлен.
Лиша направилась к боковому столику с простым глиняным сервизом. Никакого роскошного серебра. Вернувшись с сахарницей, она взяла щипцами два кубика и бросила в его чашку. Затем поставила чайник и снова села.
– Теперь рассказывай, где был и что делал.
– Я тебе верю, Лиша Свиток, – произнес Арлен. – И верил всегда. Но как ты в свое время не открыла мне тайны огня, когда я спрашивал, так и я кое-что утаил. Мы все имеем право на секреты.
Лиша поджала губы, но спорить не стала.
– Сейчас… – Он вздохнул. – Не знаю, останусь ли я жив, увидимся ли снова, а потому секретничать особо незачем. Я расскажу тебе все, что захочешь узнать, но поклянись вслух, громко, что никому не скажешь. Если кто-нибудь хоть намеком проведает, а потом попадется мозговику, в опасности окажется весь мир.
Лиша не колебалась:
– Клянусь ребенком, который спит у тебя на руках. Я сохраню твои тайны.
Арлен кивнул:
– Мозговики неспроста пришли за мной и Джардиром. Они относятся к этой истории с Избавителем даже серьезнее, чем рачители. Называют нас объединителями. Мозговики понуждают трутней к ожесточенному сопротивлению. Они не успокоятся, пока не разберутся с нами.
– Ренна, когда ты ее прислал, сказала столько же, – заметила Лиша.
– Они, как в старые времена, подумали, что мы можем дать им бой, – продолжил Арлен. – Тогда они, как наступило новолуние, заманили меня в ловушку и перерыли мое сознание, словно сундук с хламом. Я слышал, как они треплются в голове. Знакомились с моей жизнью, планами и смеялись над их нелепостью. Но потом, – он постучал себя по виску, – они допустили одну маленькую оплошность.
– Какую?
Он видел, как ей не терпится все узнать.
– Они увидели, где я взял метки, – ответил Арлен. – Увидели Анох-Сан и поклялись вернуться туда в следующее новолуние и все запечатать.
Лиша прищурилась:
– Ты узнал, куда они подадутся.
Арлен снова кивнул:
– Тогда же я понял, что нельзя убивать Джардира. Демоны прочли этот план у меня в голове. Мне следовало сделать нечто для них неожиданное.
– Домин шарум был уловкой с самого начала, – сообразила Лиша. – Ты похитил Ахмана и отвел его туда.
– Да, и еще Ренну, Шанвах и Шанджата.
Лиша сжала кулак, ее аура стрельнула опаляющим гневом.
– Но не меня. Не Рожера, не Гареда, не…
– Я не мог рисковать, – возразил Арлен. – Все зависело от умения спрятаться в крохотном склепе и дождаться, когда мозговики явятся осквернить саркофаг Каджи. Каждый лишний человек повысил бы вероятность того, что нас заметят и сбегут раньше, чем мы нанесем удар.
– И что произошло? – поторопила его Лиша.
– Корона Джардира создает сферическое поле меток. Демонам не выйти из него и не войти. Мозговиков помельче мы перебили, а главного гада поймали.
Глаза Лиши округлились.
– Ты имеешь в виду?..
– Алагай Ка, – кивнул Арлен. – Он не менее реален, чем мы с тобой.
– Ты убил его?
Арлен огляделся, проверяя активность меток тишины. На всякий случай нарисовал еще несколько – невидимости, замешательства. Лиша терпеливо наблюдала за ним.
– Проклятая сволочь вытерла нами пол, – сказал он. – В буквальном смысле. Чтобы побить его и заковать в цепи, понадобились все скопом – и я, и Джардир, и Ренна, со всеми нашими хитростями и ловушками.
– В цепи? – ахнула Лиша.
– Он жив. Его и стережет Джардир.
– Но зачем? – спросила она.
– Тебе не понравится ответ, – предупредил Арлен.
Нахмурившись, Лиша скрестила руки:
– Выкладывай.
– Мы заставим его отвести нас в Недра, чтобы убить королеву демонов.
– Ночь! – В ее ауре проявилась готовность разразиться бранью, но, когда чудовищные слова Арлена осели в сознании, Лиша обмякла. – И демоны поднимутся роем, чтобы вас остановить?
Арлен покачал головой:
– Не совсем так.
– Ночь! – повторила Лиша, когда Арлен все объяснил. Она давно знала, что он безумен, но это… – Ты все еще думаешь, что спуститься в улей – удачная мысль?
– У тебя есть получше? – спросил Арлен.
Олив мирно посапывала на его локте. Аура Арлена окутала ее защитным коконом. Какой она вырастет, если так и не познакомится с ним? Не увидит даже отца? Лиша была не столь искушенной в чтении аур, но даже она понимала, что Арлен считает миссию смертельной.
– Ты говоришь, меньшие мозговые демоны уже гнездятся, – сказала она. – Можно убить демона-короля и потом истреблять их по одному. Воевать с демонами по старинке.
– В старину было намного больше людей, – возразил Арлен. – Войско Каджи насчитывало миллионы. А у нас и сейчас мало копий – тем более их не хватит, если королева брызнет сотнями тысяч свежих яиц.
Он резко выдохнул.
– Но может быть, именно мой способ и есть старинный. С небольшой поправкой. В Эведжахе сказано, что Каджи перенес войну под землю, и Алагай Ка это подтверждает.
– Каджи убил королеву демонов? – спросила Лиша.
– Попытался, – ответил Арлен. – И подобрался близко, но в последний миг что-то случилось. Одному Создателю ведомо что.
– С каких пор ты веруешь в Создателя?
– Ты меня поняла, – пожал он плечами.
– Откуда ты знаешь, что этот демон не заводит тебя в ловушку?
Он еще раз ответил пожатием плеч, которое доводило ее до бешенства:
– Наверное, заводит. Но подземники не знают о нашем визите и вряд ли увидят нас, спасибо твоим плащам. А демон-папаша расписан и скован, вреду от него положен предел.
– Похоже, он уже показал вам, что этот предел шире, чем вы надеетесь.
Арлен кивнул:
– Мы больше не рискнем без нужды, но не будем сидеть и ждать, когда ночь воцарится навеки.
– Нет, – согласилась Лиша, – не будете.
– Мозговики попытаются разбить Свободные города, как яйца, – предупредил Арлен. – Им нужно свежее мясо, чтобы кормить королев и мальков. Как только они застолбят участки, все крупные поселения окажутся под ударом.
– А что будет, когда они нас всех перебьют и останутся без еды? – Лиша помассировала висок.
– Расширят круг поисков, – сказал Арлен. – Мы не единственные люди на свете, Лиша, и этот улей тоже не единственный.
– Так что в итоге? – спросила она. – Вы убьете королеву, мы отобьем рой – и все это принесет только временную передышку?
Арлен мотнул головой:
– Нет, если мы продолжим строить великие метки. Мы продержимся год, и следующее поколение подземников нигде на Тесе материализоваться не сможет.
– Ты правда в это веришь?
– Ровно настолько, насколько верю вообще, – ответил Арлен, и в его ауре не было лжи. – Когда я был мал, люди считали, что демоны вообще непобедимы. Оказалось, что это не так, и тогда они вообразили, будто красийцы с тесийцами не могут сотрудничать. Выяснилось, что и это ошибка. Мы сами пишем свои судьбы, Лиша, пока нам хватает на это ядер.
Олив загулила, прижимаясь к нему поудобнее, и Лиша стиснула кулаки:
– Тогда мы так и поступим. Что тебе нужно?
– Надо оповестить другие города, – сказал Арлен. – Возьмешь на себя Энджирс? Юкор не послушает, но у меня есть в Милне друзья…
– Нету, – перебила его Лиша.
– Мм? – не понял он.
Лиша с удовольствием выдержала паузу.
– Элисса и Раген здесь, в Лощине.
Глаза у Арлена стали как блюдца, и она улыбнулась:
– Они были в Лактоне, когда напали красийцы. И остаются в этой крепости, пока собираются домой.
– Это избавит меня от странствия. – К Арлену вернулась невозмутимость, но Лиша видела, как он рад новости.
«Создатель, дай ему немного порадоваться. Если кто этого и заслуживает, то Арлен Тюк».
– Будь добра – вели Уонде позвать их сюда, а я пока сгоняю обратно к Рен, – попросил он. – И Рожера с Гаредом – тоже.
Лиша застыла, сохраняя бесстрастие, но это не помогло. Арлен видел ее насквозь. Он глянул поверх ее плеча, где, без сомнения, завис призрак. Ликование бесследно улетучилось из его ауры.
– Рожер мертв?!
Олив расплакалась у него на руках.
Арлен еще утирал слезы, когда они с Ренной повторно материализовались в кабинете Лиши. Как он просил, собрались Раген, Элисса, Дерек, Уонда и Гаред.
– Ночь, – негромко бросил Уонде Гаред, – мог жисть прожить и не увидеть, как плачет Избавитель.
Лиша свирепо зыркнула на него, но опоздала. У Арлена был слух, как у летучей мыши.
– Я, Гар, не меньше человек, чем ты, – отрезал он. – Что же я, не имею права пролить по другу несколько слез?
– Да ясное дело, можешь, – оробел Гаред. – Я только хотел…
– Только хотел показать, что залип на проклятой чуши про Избавителя, когда пришла пора проредить лес!
Привычная невозмутимость слетела с его лица. Глаза горели, как у Стелы. Аура стала огненно-красной, и все собравшиеся ее видели.
Арлен надвинулся, и Гаред осадил назад. У великана подогнулись колени, аура Арлена полыхнула.
– Так помоги же мне, Гаред Лесоруб, ты падаешь предо мной ниц и молишь, а я…
Лиша рванулась вперед, но за руку его придержала Ренна, у которой самой от навернувшихся слез покраснели глаза.
– Дыши, – шепнула она.
Арлен остановился и сделал глубокий вдох. На выдохе гнев выплыл из его ауры, и все в комнате тоже облегченно вздохнули.
– Прости, Гар, – сказал Арлен.
– Поделом мне, – отмахнулся зардевшийся Гаред. – Правда, еще минута – и побежал бы менять портки.
– Нет, – возразил Арлен. – Не на тебя я озлился. Это я должен был находиться там. Должен…
– Ну да, – подхватил Гаред. – Каждую ночь терзаюсь. Нельзя мне было уходить из города, пока он сидел взаперти.
– Мы все виноваты, – сказала Лиша. – Никто не ждал такой прыти от Джансона.
Теперь побагровела аура Ренны.
– Я понимаю так, что этот Джансон уже не дышит?
Лиша окинула взглядом кабинет. Поскольку жены Рожера вернулись в Красию, необходимость хранить секрет отпадала.
– Сиквах перерезала ему горло в дворцовой уборной.
– Крошка Сиквах? – захлопал глазами Гаред. – Да быть не может.
– Уж поверь, – сказала Уонда. – Той ночью я сунулась ей наперерез. Завалила меня, как малыша отшлепала.
– Правильно зачистила, – сплюнула на пол Ренна, и Лиша прикусила язык.
– Простите, что не были на поминках, – сказал Арлен. – Лиша говорит, зрелище получилось достойное.
– Вся Лощина пришла, – ответила Уонда. – Тыщ десять, все пели песни Рожера и молили Создателя благословить его на Небесах.
– Мы прибыли в Лощину в разгар похорон, – сказал Раген.
– В жизни не видела такой красоты, – добавила Элисса.
Арлен сглотнул комок в горле:
– Значит, хоть близкие побывали.
Они с Рагеном простерли руки для пожатия, но передумали и ограничились тем, что коротко обнялись и хлопнули друг друга по спине.
«Мужчины». Лиша подавила желание закатить глаза.
Элисса раскрыла объятия, и Арлен упал в них. Он дрогнул, и все потупились, давая им побыть наедине. Ренна заметила на полу свой пенный плевок и начертила пальцем метку, чтобы тот испарился.
Когда они наконец выпустили друг друга из объятий, Элисса вынула шелковый платок и ласково промокнула Арлену глаза. Лише было трудно представить, что такое позволил бы Арлен, которого она знала, но этот только шмыгал носом, пока Элисса не завершила дело поцелуем.
Арлен повернулся и показал на Ренну:
– Это моя жена, Ренна Тюк.
Ренна шагнула вперед, но глаз не подняла. В ауре горел стыд, вокруг нее вились образы. Приличное платье. Ванна. Сама она, до того как обрезала ножом волосы, чтобы не мешали в бою.
«Создатель, как же она изменилась за год! – Лиша чуть встряхнула головой. – Ночь, да мы все стали другими».
Чувства Ренны были понятны, особенно в присутствии матери Элиссы, которая носила благородство, как рясу. Но в ауре и выражении лица Элиссы не возникло и намека на то, что ей важен внешний вид Ренны. Она распростерла объятия, как перед Арленом, и крепко прижала ее, неуверенную, к себе.
– Хорошо ли ты пеклась о моем мальчике? – вкрадчиво спросила Элисса.
Ренна шмыгнула носом и кивнула:
– Старалась, как могла. – Она отстранилась, и их глаза наконец встретились. – Я была рядом, когда Арлен лишился матушки. Он рассказал, как помогли ему вы с Рагеном, хотя тогда он не понимал, что нуждается в вас. Спасибо вам за это.
Теперь уже прослезилась Элисса, и они опять обнялись.
Следующим вперед шагнул Дерек. Он вперил глаза в Арлена, стараясь проникнуть взором за татуировки на лице. Над ним самим мелькали образы – Арлен в юношестве, с песочными волосами и гладкими щеками, без единой метки на коже. Он был красив, и у Лиши защемило сердце.
– Давненько не виделись, – сказал Дерек, протягивая руку.
Арлен отбил ее в сторону и крепко его облапил:
– Слишком давно. А ты теперь вестник! Кто бы мог подумать?
– Достаточно было вышибить дверь, – осклабился Дерек. – Если бы не ты, так бы и гнил в Брайнс-Голде.
Арлен в ответ махнул рукой:
– Как поживают Стэси и Жеф?
– Сносно, когда удается свидеться, – ответил Дерек. – Граф Брайн запер их в своей крепости, и через две недели, как ни приеду, гостеприимство заканчивается.
– Так заведи свой дом, – сказал Арлен.
– Это проще сказать, чем сделать. Стэси и Жеф королевских кровей, а я – нет. Я не смогу обеспечить им те же условия, что создает граф Брайн, даже если он их отпустит. Мне остается только вкалывать. Может, когда-нибудь заработаю достаточно, чтобы вернуть их наверняка.
Арлен поцокал языком:
– В Недра твое «когда-нибудь». Уладим это сейчас же. Не для того мы рисковали головами и проталкивали тебя в Милн, чтобы Брайн над тобой изгалялся. Ты стоишь десятерых таких. – Арлен взглянул на Лишу. – Можно мне за твой стол?
Лиша кивнула, и он, усевшись и взяв чистый лист пергамента, привычно обмакнул перо. Посмотрел на Рагена:
– Еще раз – сколько там Коб мне оставил в своем завещании?
– Пятьдесят один процент в меточном ремесле, – ответил Раген. – И два из пяти мест на Меточной бирже, свое и твое. Мы их сдавали в аренду. Ты стоишь миллионы санов, если когда-нибудь вернешься за ними.
Арлен кивнул, склонившись над листом и выводя вверху страницы красивым беглым почерком:
Последняя воля и завещание Арлена Тюка.
– Место Коба отойдет к вам с Элиссой, – сообщил он Рагену. – А также тридцать процентов из моих пятидесяти одного. – Он посмотрел на Дерека. – Ты получишь мое место и двадцать один процент предприятия.
Дерек вытаращил глаза, и его аура побелела от потрясения.
– Ты шутишь, конечно.
– Серьезен, как ночь, – сказал Арлен. – Когда ты решил, что мне нужна помощь, ты оставил метки. Теперь помощь нужна тебе, и я рад посодействовать.
– Да, но миллионы санов? – произнес, запинаясь, Дерек. – Вдруг они тебе понадобятся?
– С учетом того, куда я собрался, – вряд ли, – ответил Арлен. – К тому же у меня по всей Тесе припрятано золото.
– Это правда, – заметил Гаред. – Я видел бочонки.
– Ты хранишь его бочками? – задохнулся Дерек.
– Не на полу же рассыпать? – ответил Арлен. Он дописал завещание и подул на чернила. – Нужны свидетели. Лиша? Гар?
Лиша взяла перо, расписалась и протянула его Гареду. Тот сдвинул брови; рука у него чуть задрожала, но он кое-как нацарапал свое имя. Уроки Розаль приносили плоды.
– Готово, – молвил Арлен, промокнул написанное и скатал лист. – Пусть теперь Брайн попробует тобой помыкать.
– Но ты же не умер, – сказал Дерек.
– Умер, насколько известно всему белу свету. Я не буду тебе в тягость, Дерек. Теперь это твое.
– Я… – Дерек встряхнул головой. – Не знаю, что сказать.
– Скажи «спасибо», – предложила Элисса.
Дерек снова сжал Арлена в объятиях:
– Спасибо.
– Поздравляю, партнер! – Раген хлопнул Дерека по спине. – Мне повезло с тобой!
Все это длилось еще несколько минут, пока Лиша не подала всем чай. Сахарницу она поставила на видном месте.
Арлен вручил Рагену письмо:
– Для рачителя Роннелла. Еще один, у кого в голове засела ахинея про Избавителя, но он поэтому и прислушается – в отличие от Юкора.
Раген взял послание:
– Ты хочешь, чтобы мы сообщили ему, что ты жив?
– Никто вне этой комнаты не должен обо мне знать. – Арлен поочередно посмотрел в глаза всем. – Вы с Элиссой покинули Милн вскоре после моего исчезновения. Скажете, что захватили и письмо, и завещание, когда впервые проезжали через Лощину, – с тех пор при себе и держали.
– В последние месяцы мы много переписывались с Милном, – сказала Элисса.
Арлен пожал плечами:
– Скажите ему, что бумаги дал Рожер и наказал их не доверять никому другому.
– Тайное послание, отправленное перед самым твоим загадочным исчезновением? – усомнилась Элисса. – Это не сильно поколеблет его уверенность в том, что ты Избавитель.
– На него ничто не подействует, – ответил Арлен. – Вера упряма, как скальный демон.
– Это так, – согласилась Элисса. – Как и твоя уверенность в обратном.
Арлен закатил глаза:
– Ночь, только не вы!
– Избавитель кто-нибудь или нет – выяснить невозможно, – заметил Раген.
Не веря ушам, Арлен взглянул на него:
– Ты же сам мне твердил, что Избавителей не существует.
– Ничего подобного, – возразил Раген. – Я говорил, что являлись великие полководцы, которые вели нас, когда человечество в них нуждалось. Их существование подтверждено документами, Арлен. Это факт. Создатель не сошел с Небес и не укрепил их – я не жду, что Он сойдет и сейчас, но это не отменяет того факта, что в мире нашем многое сдвинулось из-за упорства Арлена Тюка.
– Верно, будь я проклят! – подал голос Гаред, и даже Лиша не смогла не признать весомости довода.
Избавитель ли Арлен Тюк? А Ахман? Важно ли божественное благословение, если им суждено пройти этот путь?
– Нельзя, чтобы люди ждали меня как спасителя, – сказал Арлен.
– Устала я это слышать, – вмешалась Уонда. – Я с самого начала поверила. И воевать не помешало.
– Мне тоже, – вставил Гаред.
– И большинству в Лощине, – сказала Лиша.
Арлен нахмурился и повернулся к Ренне.
– Какая разница? – спросила жена. – Настрой от этого не изменится.
Аура Арлена смягчилась, упрямство сменилось задумчивостью.
– Возможно, что именно вера Роннелла и других рачителей спасла в свое время Милн. Беда приближается, и быстро. Юкор целиком доверился огненосному оружию, но его будет мало. Когда демоны сломают стены, самыми надежными укрытиями в Милне станут Праведные дома.
Побледнев, Раген с Элиссой переглянулись.
– По-твоему, до этого дойдет? – спросил Раген.
– Стены Милна держатся лишь потому, что никогда не подвергались серьезному испытанию, – ответил Арлен. – Если они оказались по плечу Однорукому, то у мозговиков не возникнет проблем. Церковные метки сильны, но все равно не устоят, когда скальные демоны засыплют их камнями. Народ должен готовиться к бою.
Он быстро пересказал многое из того, о чем сообщил Лише, – о захвате короля демонов, скором пришествии роя и своем намерении атаковать улей.
Услышав это, Гаред встал:
– Я иду с тобой.
– Нет, не идешь, – возразил Арлен.
Поднялась и Уонда:
– Одних не пущу.
– Мы не одни, – сказала Ренна. – С нами Джардир и Шанвах, а они понимают толк в драке. Вы нужнее здесь, чем внизу.
Гаред замотал головой:
– Как будто мало того, что стряслось с Рожером…
– Это стрясется с графством Лощина, если Гареда и Уонды Лесоруб не окажется в новолуние рядом, – перебил его Арлен. – Не передать словами, как замечательно, что вы готовы идти, но Ренна права. Это не ваша битва.
– Впрочем, можете помочь мне с Зарукой, – сказала Ренна. – Навряд ли я поведу ее во тьму.
– Конечно, – кивнула Уонда.
– Заруке нужна жесткая рука, но она не заробеет в бою. – Голос Ренны дрогнул, как у матери, препоручающей чужой заботе ребенка.
– Я за ней пригляжу, – пообещала Уонда. – Клянусь солнцем.
– Вам понадобится вся мыслимая подмога, – предупредил Арлен. – Мозговики шутить не будут. Вам придется сражаться грамотно и пользоваться всеми преимуществами. Охраняйте Лощину, но не забудьте и про улей – найдите его и выкопайте, если получится. Ищите в районе подземных пещер. Достаточно близко, чтобы управлять трутнями и атаковать Лощину, но и достаточно далеко, чтобы на него не наткнулись случайно.
– Я завтра же утром вышлю разведотряды, – сказала Лиша.
– Лучше бы с вами осталась Аманвах с ее костями.
– Аманвах вернулась в Красию, но пообещала прислать для связи с нами другую дама’тинг.
– Я и Аманвах мало верил, но она хоть была замужем за Рожером, – буркнул Гаред. – А теперь мы должны довериться какой-то жрице без зацепки в Лощине?
– Понимаю тебя, Гар, – сказал Арлен. – Честное слово. Но надо же когда-нибудь положить начало доверию. Нам больше некогда воевать друг с другом. Никакой закон Эведжана не посмеет лгать на сей счет, если поблизости объявится князь демонов.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?