Текст книги "Дом Аида"

LXV. Фрэнк

Фрэнк рассчитывал на фейерверк.

Ну или хотя бы на транспарант с большими буквами: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ!»

Больше трех тысяч лет назад его греческий предок – старый добрый Периклимен с тем же даром «становиться всем», что и у него самого, – вместе с другими аргонавтами отправился на восток. Столетия позже его потомки служили в восточных римских легионах. Затем, после целой серии кульбитов судьбы, его семья осела в Китае, чтобы уже в двадцатом веке эмигрировать в Канаду. И вот теперь Фрэнк вновь оказался в Греции, другими словами, путешествие вокруг земли для семьи Чжан завершилось.

Чем не повод для праздника, вот только встречающей стороной выступала стая диких и очень голодных гарпий, набросившихся на корабль. Фрэнку было немного совестно стрелять по ним из лука. Он все не мог выкинуть из головы образ Эллы, их суперумной подруги-гарпии из Портленда. Но этим гарпиям было далеко до Эллы. Они с огромным удовольствием отгрызли бы Фрэнку лицо. Так что он, не колеблясь, обращал их в облачка пепла и перьев.

Греческие земли внизу выглядели столь же негостеприимно. Холмы, засыпанные булыжниками, между которыми кое-где пробивались чахлые кедры, были подернуты туманом. Солнце слепило с такой неистовостью, будто хотело выплавить на земле огромный щит из небесной бронзы. Даже на высоте в сотню футов до Фрэнка долетал хор цикад, облепивших деревья, – усыпляющий звук, словно из другого мира, от которого нападала дремота. Эти дурацкие насекомые доставали Фрэнка с тех самых пор, как они пересекли границу Греции.

По шее стекал пот. После заморозки на нижней палубе той сумасшедшей снежной богиней Фрэнк успел решить, что уже никогда не отогреется, но сейчас промокшая футболка неприятно липла к спине.

– С пылу с жару! – ухмыльнулся ему от штурвала Лео. – Я начинаю скучать по Хьюстону! Что скажешь, Хейзел? Не хватает только гигантских москитов, и мы будто вновь на Мексиканском заливе!

– Ну спасибо, Лео, – проворчала Хейзел. – Жди теперь с минуты на минуту нападения древнегреческих монстромоскитов.

Фрэнк засмотрелся на них, поражаясь про себя, как этим двоим так быстро удалось преодолеть возникшее между ними напряжение. Что бы ни случилось с Лео во время его пятидневного отсутствия, это его изменило. Он продолжал травить шутки, но Фрэнк сердцем чуял в нем нечто иное – прямо как корабль с новым килем. Самого киля ты можешь и не видеть, но догадываешься, нет, точно знаешь, что он есть, по тому, как корабль скользит по воде.

Лео практически перестал поддразнивать Фрэнка. А их общение с Хейзел стало куда проще, напрочь исчезли все те горячие и задумчивые взгляды на девушку, от которых у Фрэнка на душе кошки начинали скрести.

Когда они были наедине, Хейзел пояснила Фрэнку состояние Лео:

– Он кого-то встретил.

Фрэнк буквально опешил.

– Как? Где? Откуда ты знаешь?

Хейзел улыбнулась.

– Я просто знаю.

Как будто она была на самом деле дочерью Венеры, а не Плутона. Фрэнк категорически ее не понимал.

Конечно, он вздохнул с облегчением, узнав, что Лео не вздыхал по его девушке, но в то же время Фрэнк начал о нем беспокоиться. Да, у них были свои разногласия, но после всего, через что они прошли вместе, ему не хотелось видеть Лео с разбитым сердцем.

– Туда! – Голос Нико отвлек Фрэнка от размышлений. Как обычно, ди Анджело сидел наверху фок-мачты и сейчас указывал на поблескивающую зеленую реку, вьющуюся между холмами где-то в километре пути. – Поворачивай в ту сторону. Мы уже близко к храму. Очень близко.

И словно в подтверждение его слов небо прорезала черная молния, вызвав у Фрэнка перед глазами черные точки, а на руках гусиную кожу.

Джейсон затянул пояс с мечом.

– Всем, вооружайтесь! Лео, подойди как можно ближе, но не приземляйся – больше никаких контактов с землей без острой необходимости. Пайпер, Хейзел, якорь на вас.

– Есть! – ответила Пайпер.

Хейзел быстро чмокнула Фрэнка в щеку и побежала помогать подруге.

– Фрэнк, – позвал Джейсон, – сходи вниз и найди тренера.

– Иду!

Спустившись по лестнице, он направился к каюте Хеджа. Но приблизившись, Фрэнк решил замедлить шаг. Ему не хотелось пугать сатира громкими звуками. У тренера Хеджа была дурная привычка бросаться вперед со своей бейсбольной битой наперевес, стоило ему вообразить, что корабль атакуют. Пару раз по дороге в ванную Фрэнк уже едва не лишился головы.

Он поднял руку, чтобы постучать. Затем до него дошло, что дверь приоткрыта, а до слуха донесся голос тренера.

– Ну ты чего, малыш! – говорил сатир. – Ты же знаешь, что все не так!

Фрэнк замер. Подслушивать он не собирался, но не был уверен, как стоит поступить. Хейзел упоминала, что волнуется о тренере. Настаивала, что того что-то беспокоит, но до этого момента Фрэнк особенно об этом не думал.

Он никогда не слышал, чтобы тренер говорил с кем-то с такой нежностью. Обычно из каюты сатира доносились лишь звуки спортивных передач или крики самого тренера из серии: «Да! Врежь им!» – когда он смотрел свои любимые фильмы по боевым искусствам. Но Фрэнку хватало уверенности в том, что Чака Норриса Хедж не стал бы звать «малышом».

Послышался второй голос – женский, едва различимый, будто он доносился откуда-то издалека.

– Обязательно, – ответил тренер. – Но, хм, мы собираемся воевать, – он откашлялся, – так что совсем без последствий, наверное, не получится… Но ты должна быть в безопасности. Я вернусь. Обещаю.

Фрэнк больше не мог стоять столбом и громко постучал.

– Эй, тренер?

Разговор оборвался.

Фрэнк досчитал до шести. Дверь отворилась.

В проеме стоял Хедж, брови нахмурены, глаза воспаленные, как после слишком долгого просмотра телевизора. На нем были привычные бейсбольная кепка и спортивные шорты, кожаная кираса поверх футболки, а на шее покачивался свисток, может, на случай, если ему захочется объявить кому-нибудь из армии монстров фол.

– Чжан. Чего тебе?

– Ну, мы готовимся к битве. Ждем вас наверху.

Козлиная бородка сатира мелко задрожала.

– Ясно. Конечно, вы ждете меня.

Несмотря на предстоящую схватку, в его голосе слышалось подозрительно мало энтузиазма.

– Слушайте, я не собирался… я хотел сказать, что услышал ваш разговор, – не выдержал Фрэнк. – Вы посылали сообщение Ириды?

Казалось, Хедж сейчас врежет Фрэнку по лицу или хотя бы во всю мощь легких дунет в свой свисток. Но вдруг его плечи поникли. Он тяжело вздохнул и, отвернувшись, пошел в глубь каюты, оставив Фрэнка неуютно переминаться на пороге.

Тренер сел на свою койку, уперся локтями в колени, опустил на ладони подбородок и обвел мрачным взглядом каюту. Все здесь выглядело как после урагана в комнате студенческого общежития – пол завален одеждой (может, предназначенной для носки, а может, для закуски, с сатирами сложно сказать наверняка) и дисками DVD, а телевизор на комоде окружают горы грязных тарелок. С каждым креном корабля по полу прокатывалось что-нибудь из спортивного инвентаря – мячи для футбола, баскетбола, бейсбола и даже – еще одна странность – одинокий бильярдный шар. В воздух взметались пучки козлиной шерсти, собиравшиеся в целые комки под мебелью. Пыльные козлики? Козлекролики? Кто там выглядывал из-под койки?

На прикроватной тумбочке стояла чаша с водой, блестела горка золотых драхм и пускала радужных зайчиков стеклянная призма. Тренер явно приготовился для целой серии сообщений Ириды.

Фрэнк вспомнил слова Пайпер о подружке тренера, нимфе, работающей на отца Пайпер. Как же ее звали… Мелинда? Миллисент? Нет, Мелли.

– А-а… с вашей подружкой Мелли все в порядке? – решился Фрэнк.

– Не твоего ума дело! – огрызнулся тренер.

– Как скажете.

Хедж закатил глаза.

– Ладно! Если ты так хочешь узнать – да, я говорил с Мелли. Но она мне больше не подружка.

– О… – У Фрэнка сердце оборвалось. – Вы расстались?

– Нет, тупица! Мы поженились! Она теперь моя жена!

Фрэнк бы удивился куда меньше, если бы тренер его ударил.

– Тренер, но… это же… это здорово! Когда, как…

– Не твоего ума дело! – вновь рявкнул сатир.

– М-м… хорошо.

– В конце мая, – сказал сатир. – Прямо перед отплытием «Арго-II». Мы не хотели шумихи.

Фрэнку показалось, что корабль вновь накренился, но, скорее всего, это его стало заносить, так как весь спортивный инвентарь у дальней стены остался спокойно лежать.

Получается, все это время тренер был женат? И вместо того, чтобы наслаждаться статусом новобрачного, он присоединился к ним в этом путешествии? Неудивительно, что Хедж так часто звонил домой. И тем более понятно, почему он такой издерганный и злой.

И все же… Фрэнк чувствовал, дело не только в этом. По тону тренера во время их разговора с Мелли было ясно, что они обсуждали какую-то проблему.

– Я не собирался подслушивать, – сказал Фрэнк, – но… она в порядке?

– Это был мой личный разговор!

– Да. Конечно, вы правы.

– Ладно! Я скажу тебе! – Хедж выдернул из бедра немного пуха и бросил его в воздух. – Она взяла отпуск на своей работе в Лос-Анджелесе и вернулась на лето в Лагерь полукровок, потому что мы решили… – У него сорвался голос. – Решили, что так будет безопаснее. Но теперь она застряла там, а римляне вот-вот нападут. И она… она ужасно напугана.

Фрэнка вдруг крайне озаботили значок центуриона на собственной футболке и татуировка «SPQR» на предплечье.

– Простите, – пробормотал он. – Но если она аура, разве она не может просто… ну, не знаю, улететь?

Пальцы тренера сжались на бейсбольной бите.

– Обычно да. Но, понимаешь… она в деликатном положении. Это было бы небезопасно.

– Деликатном… – У Фрэнка расширились глаза. – Она беременна? Вы станете папой?

– Может, еще подбавишь громкости? – проворчал Хедж. – А то, боюсь, в Хорватии тебя не расслышали!

Фрэнк не смог сдержать счастливую улыбку.

– Но, тренер, это же потрясающе! Маленький сатир! Или нимфа? В любом случае вы будете классным папой!

Фрэнк точно не знал, откуда у него такая уверенность, учитывая нездоровую любовь тренера к бейсбольным битам и пинкам с разворота, но он был готов руку дать на отсечение, что именно так все и будет.

Но Хедж лишь сильнее нахмурился.

– Надвигается война, Чжан. Нигде больше не безопасно. Я должен быть там, рядом с Мелли. Если я погибну где-то…

– Эй, никто не собирается погибать! – перебил его Фрэнк.

Хедж посмотрел ему в глаза, и по его взгляду юноша понял: тренер ему не верит.

– Вот всегда у меня была слабость к детям Ареса, – пробормотал сатир. – Или Марса – неважно. Может, поэтому я до сих пор не растер тебя в порошок за все эти расспросы.

– Но я…

– Ладно, я расскажу тебе! – Новый тяжелый вздох. – Во время моего задания в качестве поисковика я отправился в Аризону. За девочкой по имени Кларисса.

– Кларисса?

– Твоей родственницей, – пояснил Хедж. – Дочка Ареса. Жестокая. Грубая. Потенциала за глаза. В общем, где-то во время задания мне приснился сон о моей маме. Она… она тоже была аурой, как и Мелли. Мне приснилось, что она в беде и нуждается в моей помощи прямо сейчас. Но я сказал себе: «Старик, это просто сон. Кому могла помешать милейшая старушка-аура? И вообще, мне нужно отвезти эту полукровку в безопасное место». Так что я выполнил задание и доставил Клариссу в Лагерь полукровок. После чего отправился на поиски мамы… Но было уже поздно.

Фрэнк наблюдал, как очередная порция козлиного пуха опускается на баскетбольный мяч.

– Что с ней случилось?

Хедж пожал плечами.

– Без понятия. Больше никогда ее не видел. Может, если бы тогда я оказался рядом, если бы успел раньше…

Фрэнк хотел как-то подбодрить тренера, но не представлял, как это сделать. Он сам потерял мать во время Афганской войны и знал, насколько пустой может показаться фраза: «Мне так жаль».

– Но вы делали свою работу, – все же решился Фрэнк. – Вы спасли жизнь полубогу.

Хедж мрачно фыркнул.

– А теперь моя жена и еще не рожденный ребенок в беде на другой стороне планеты, а я ничем не могу им помочь.

– Но вы помогаете! – возразил Фрэнк. – Мы собрались на этом корабле, чтобы помешать гигантам пробудить Гею. Это наивернейший способ обезопасить наших родных и друзей.

– Да… Да, наверное.

Фрэнку очень хотелось как-то поддержать Хеджа, но этот разговор породил уже в его душе беспокойство обо всех тех, кого он оставил. Он задумался, кто сейчас защищает Лагерь Юпитера, если легион отправился на восток, учитывая, скольких монстров Гея успела провести через Врата смерти. Его волновала судьба его друзей из пятой когорты, как им приходится подчиняться приказам Октавиана идти в наступление на Лагерь полукровок. Фрэнк был бы не прочь вернуться уже хотя бы ради того, чтобы протолкнуть игрушечного медвежонка сквозь горло этого мешка с дерьмом, смеющего величать себя авгуром.

Корабль наклонился вперед. Стайка шарообразного спортивного инвентаря откатилась под койку тренера.

– Снижаемся, – заметил Хедж. – Лучше пойти наверх.

– Ага, – хрипло отозвался Фрэнк.

– А ты надоедливый римлянин, Чжан.

– Но…

– Идем, – сказал Хедж. – И только попробуй заикнуться кому-нибудь о нашем разговоре, болтун ты этакий.

* * *

Пока остальные торопились с постановкой на якорь, Лео, схватив за руки Фрэнка и Хейзел, подтащил их к кормовой баллисте.

– Значит, так, план такой.

Хейзел подозрительно прищурилась.

– Ненавижу твои планы.

– Мне нужен тот волшебный кусок дерева! – сказал Лео. – Сейчас же!

Фрэнк едва не откусил себе язык. Хейзел отшатнулась, инстинктивно закрыв руками карман куртки.

– Лео, что ты…

– Я нашел решение! – он повернулся к Фрэнку. – Выбирать, конечно, тебе, верзила, но я смогу тебя защитить.

Фрэнк вспомнил, сколько раз он видел, как пальцы Лео вспыхивали. Одно неверное движение, и Лео мог сжечь тот маленький кусочек сухого дерева, от которого зависит жизнь Фрэнка.

Но почему-то юноше не было страшно. После сражения со стадом коровомонстров в Венеции Фрэнк почти и не вспоминал о том, образно говоря, волоске, на котором висела его жизнь. Да, малейшая искра могла его убить. Но он прошел через столько невыполнимых заданий, что даже вызвал у отца гордость. Так что Фрэнк решил, какая бы его ни ждала судьба, волноваться не стоило. Он просто станет делать все, что только будет в его силах, ради своих друзей.

Кроме того, Лео говорил абсолютно серьезно. Его глаза все еще были полны той странной меланхолии, будто он был сразу в двух местах одновременно, но на его лице не было ни намека на шутку.

– Давай, Хейзел, – сказал Фрэнк.

– Но… – Хейзел сделала глубокий вдох. – Ладно.

Она вытащила из кармана кусочек дерева и отдала его Лео.

В руках Лео он казался не многим больше отвертки. Подгоревший кончик напоминал о том, как Фрэнк воспользовался им, чтобы расплавить ледяные цепи, сковывающие бога Танатоса на Аляске.

Из кармашка на своем поясе для инструментов Лео вытянул кусочек белой ткани.

– Смотрите и трепещите!

Фрэнк нахмурился.

– Носовой платок?

– Белый флаг? – высказала свое предположение Хейзел.

– Нет, неверующие! – сказал Лео. – Этот мешочек был соткан на одном суперском станке… э-э… моей хорошей знакомой.

Лео сунул дерево внутрь и крепко стянул горловину бронзовым шнуром.

– Шнур был моей идеей, – с гордостью добавил Лео. – Пришлось попотеть, продевая его сквозь ткань, но теперь этот мешок не раскроется, пока ты того не захочешь. Материал пропускает воздух, как и обычная ткань, так что особой разницы в состоянии дерева в сравнении с его пребыванием в кармане куртки Хейзел не будет.

– Хм… – промычала Хейзел. – Тогда к чему все это?

– Держи, а то еще заработаешь сердечный приступ, – Лео бросил мешочек Фрэнку, который от неожиданности едва его не выронил.

В правой ладони Лео вспыхнул шар из раскаленного белого пламени. Юноша подставил под огонь руку и довольно улыбнулся, наблюдая, как оно лижет рукав его куртки.

– Видите? – спросил он. – Не горит!

Фрэнку не хотелось спорить с парнем, в руке которого был зажат огненный шар, но все же сказал:

– Ну… ты же неуязвим к огню.

Лео закатил глаза.

– Да, но мне приходилось изрядно напрягаться, чтобы не поджечь собственную одежду. А сейчас я совсем не напрягался, ясно вам? Эта одежда стопроцентно огнеупорна. А значит, твоя деревяшка в этом мешочке никогда не сгорит.

Хейзел его слова не убедили.

– Откуда такая уверенность?

– Боги, что за тяжелая публика! – Лео погасил пламя. – Видимо, по-другому вас не убедить.

И он протянул Фрэнку раскрытую ладонь.

– О, нет-нет-нет! – Фрэнк отступил. Все его бравые мысли о примирении с судьбой резко куда-то улетучились. – Все нормально, Лео. Спасибо, но я… как-нибудь…

– Старик, доверься мне!

Сердце Фрэнка бешено забилось. А доверял ли он Лео? Ну да… если дело касалось двигателя. И розыгрышей. Но ставить на кон собственную жизнь?

Ему вспомнился тот день, когда они оказались заперты в мастерской под Римом. Гея сказала, что они там погибнут. А Лео пообещал, что обязательно вытащит Хейзел и Фрэнка из этой ловушки. И он вытащил.

Сейчас в голосе Лео звучала та же уверенность.

– Ладно, – Фрэнк отдал Лео мешочек. – Только постарайся меня не убить.

Рука Лео вспыхнула. Но мешочек и не подумал чернеть или загораться.

Фрэнк все ждал, вот сейчас случится что-нибудь непоправимо ужасное. Он досчитал до двадцати, но все еще был жив. В районе груди начала медленно таять колючая глыба льда – давно застывший страх, к которому он так привык, что и не вспоминал о нем, пока тот не исчез.

Лео потушил пламя и многозначительно дернул бровями.

– Ну и скажи теперь, кто твой лучший друг?

– Не отвечай, – вклинилась Хейзел. – Но, Лео, это было потрясающе!

– А то! – согласился Лео. – Ну что, кто теперь будет шататься с этим кусочком дерева с обновленной сверхзащитой?

– Я, – сказал Фрэнк.

Хейзел поджала губы и опустила взгляд, может, чтобы Фрэнк не смог увидеть боль в ее глазах. Она пронесла этот кусочек через столько тяжелейших сражений, защищая его ради Фрэнка. То был знак их взаимного доверия, символ их отношений.

– Хейзел, дело не в тебе, – Фрэнк постарался произнести это как можно мягче. – Я не могу это объяснить, но… мне кажется, что в Дом Аида должен зайти новый я. Свою ношу я должен нести сам.

В золотых глазах Хейзел горело беспокойство.

– Я понимаю. Я просто… волнуюсь за тебя.

Лео бросил Фрэнку мешочек, и тот привязал его к поясу. Было немного странно выставлять свою главную слабость вот так, на всеобщее обозрение, после месяцев утаивания.

– И, Лео, – сказал он. – Спасибо.

За такой дар простой благодарности было явно недостаточно, но Лео довольно усмехнулся:

– Ну а для чего еще нужны гениальные друзья?

– Эй, ребята! – с носа корабля позвала Пайпер. – Вам лучше подняться сюда! Это стоит видеть!

* * *

Они обнаружили источник черных молний.

«Арго-II» встал на якорь прямо над рекой. В нескольких сотнях метров дальше на вершине холма виднелись руины. На вид ничего особенного – просто разрушенные стены вокруг древних остовов зданий из известняка – но откуда-то изнутри руин в небо устремлялись черные щупальца, словно там было гнездо огромного осьминога. Пока Фрэнк рассматривал эти щупальца, разряд черной энергии пронзил воздух, ударной волной отклонив корабль и обдав пронзительным холодом земли вокруг.

– Некромантейон, – сказал Нико. – Дом Аида.

Фрэнк, ухватившись за поручни, восстановил равновесие. Видимо, идея повернуть назад была уж слишком запоздалой. Сейчас он даже с некоей ноткой ностальгии вспоминал всех тех монстров, что ему пришлось одолеть в Риме. Черт побери, да даже бег наперегонки с ядовитыми коровами по всей Венеции казался куда привлекательнее этого места.

Пайпер обняла себя за плечи.

– Мне не нравится идея зависнуть вот так. Мы не можем опуститься на реку?

– Я бы не стала, – возразила Хейзел. – Это река Ахерон.

Джейсон сощурился из-за солнечного света.

– Я думал, Ахерон течет в Царстве Мертвых.

– Так и есть, – ответила Хейзел. – Но исток находится в мире смертных. Та самая река под нами. Ее воды текут под землю, прямо во владения Плутона… в смысле, Аида. Опускаться на нее на корабле полубогов…

– Да, давайте останемся наверху, – решил Лео. – Не хочу водных зомби на моем борту.

В полукилометре ниже по течению на воде покачивались несколько рыбацких лодок. Фрэнк подумал, что тем людям, должно быть, глубоко плевать на историю этой реки. Здорово быть обычным смертным.

Стоящий рядом Нико ди Анджело поднял скипетр Диоклетиана. Шар на его конце испускал пурпурный свет, будто симпатизируя черному шторму внизу. Римская он реликвия или нет, но этот скипетр беспокоил Фрэнка. Если он и правда дарил возможность призвать целый легион мертвых… Скажем так, Фрэнк сильно сомневался в правильности этой идеи.

Джейсон как-то сказал ему, что все дети Марса владеют похожими силами. Предполагалось, что Фрэнк тоже может призвать любых погибших солдат с любой войны себе на службу. Правда, ему никогда не удавалось применить эту силу на практике, возможно, потому, что сама мысль об этом пугала его до чертиков. Он забеспокоился, как бы самому в случае проигрыша не стать когда-нибудь таким вот призраком – обреченным вечно расплачиваться за свои ошибки, если, конечно, после их неудачи вообще останется кто-то, способный его призвать.

– Э-э… Нико, – Фрэнк указал на скипетр, – ты понял, как пользоваться этой штукой?

– Скоро узнаем, – Нико смотрел на колеблющиеся черные щупальца, вырастающие из руин. – Я не собираюсь пробовать, пока не наступит необходимость. Врата смерти уже работают сверхурочно, пропуская монстров Геи. Любые ненужные действия по вызову мертвых, и они просто могут не выдержать и разрушиться, оставив прореху в мир смертных навечно открытой.

Тренер Хедж заворчал:

– Ненавижу прорехи в этот мир. Давайте уже врежем этим монстрам по мозгам.

Фрэнк взглянул на хмурое лицо сатира. И тут ему в голову пришла идея.

– Тренер, останьтесь на борту, будете прикрывать нас огнем из баллист.

Хедж нахмурился.

– Остаться позади? Ты это мне говоришь? Да я ваш лучший воин!

– Нам может понадобиться поддержка с воздуха, – продолжил Фрэнк. – Прямо как тогда, в Риме. Тогда вы спасли наши браккае.

А про себя добавил: «Плюс я хочу вернуть вас вашей жене и ребенку живым».

Хедж явно понял его невысказанную фразу. Лоб сатира разгладился. В глазах появился огонек облегчения.

– Ну… – проворчал он. – Кому-то ведь придется спасать ваши браккае.

Джейсон хлопнул тренера по плечу и признательно кивнул Фрэнку.

– Тогда решено. Все остальные – отправляемся к руинам. Пора разогнать вечеринку Геи.