Читать книгу "Агент тау-класса"

Глава 9
Шарршеорон

/Шарршеорон. Лейла Виланта/

Утро началось для меня неожиданно. Я проснулась одна в огромной постели и никак не могла понять, что именно меня разбудило. Через несколько секунд осознала: где-то за окном раздавалось характерное жужжание воздушной подушки, которой комплектуется весь аэротранспорт. Выбежала из дома Арх-хана, наскоро надев синее платье Раиты и пригладив взъерошенные волосы, и так и замерла на крыльце.

Воины старательно грузили в современные флаеры разделанную и отмытую чешую хтэрра, мужчины из деревни таскали мешки с зерном и вытянутые красно-фиолетовые плоды с мелкими пупырышками. Большинство ларков уже щеголяло не в коротких кожаных юбках, а в привычных глазу гражданки Федерации джинсах и футболках. В воздухе смешался запах липовых почек, овса, сладких фруктов и мелкой дорожной взвеси.

На меня накатило ощущение сюрреализма происходящего. Зависшие в воздухе обтекаемые серебристые флаеры с высокопрофильными автоматическими дверцами парадоксально сочетались с бревенчатыми домами и фигурными флигелями на покатых крышах. Зерно, собранное не универсальными роботами, а натруженными руками мужчин, было тщательно упаковано в синтетические мешки из нановолокон повышенной прочности. Ларки, что ещё вчера вели себя как дикие животные, сегодня выглядели более чем интеллигентно. О том, что увиденное накануне мне не приснилось, говорили лишь причудливые причёски из множества дред и кос с цветными бусинами на концах.

Вроде я понимала, что ларки не такая уж и отсталая цивилизация, и вряд ли все они поголовно живут в деревнях. Те же Джереми, Раита и Логан неоднократно упоминали о городах на этой планете. Но иррационально я ощутила себя обманутой. Сейчас как никогда мне стало понятно то чувство, от которого огнём неподдельного восторга загорались глаза учёных, когда они говорили о Ларке. Жажда знаний, знакомство с многовековыми традициями, самый настоящий первозданный лес и совершенно непривычный для гражданки Федерации Объединённых Миров уклад жизни. Сожаление кольнуло в груди крошечной льдинкой. Маленькой, хрупкой, как тонкий лёд на только что застывшем горном озере у подножья муассанитовых гор Цварга. И эта льдинка тает и тает, вопреки всем законам физики лишь разжигая внутри непонятную горечь.

Да, мне понравилось далеко не всё, но в то же время именно здесь, на Ларке, я впервые почувствовала себя на своём месте. Никто не требовал от меня общения со сдержанной холодностью, постоянного контроля эмоций, строгого офисного комбинезона и ежедневных отчётов для главы Службы Безопасности Цварга. Никто не наседал на меня с тем, что мне уже почти пятьдесят лет, и я обязана выбрать мужчину из одобренных лабораторией кандидатов на роль будущего отца моих детей.

Проведя всю жизнь на Цварге, я считала, что Аппарат Управления планетой придумал разумный и цивилизованный подход по воссозданию численности расы. Я восхищалась красотой холодных пиков гор, чистотой воздуха и совершенной экологией при том, что почти вся планета роботизирована. Я считала, что власти поступили правильно, запретив представителям других рас посещать Цварг, и тем самым не давая разграбить богатства родины. Законы, гарантирующие низкую преступность, комфортную жизнь для среднего слоя населения, медицинскую помощь и прочее, казались мне следствием высокого развития нашей расы. Я не представляла себе другой жизни, а потому находила Цварг идеальным с его отстранённостью, безэмоциональностью, холодностью и чопорностью. Ларк же перевернул всё с ног на голову и заставил заново переосмыслить своё мировосприятие.

А так ли верна политика Аппарата Управления Цваргом, если в результате неё в Федерации цваргов недолюбливают и побаиваются? Если за глаза из-за особенностей мужчин нашу расу называют «эмоциональными вампирами»? Не может ли быть то, что я всегда считала проявлением заботы о безопасности, на самом деле обыкновенной золотой клеткой?

Здесь женщины не стеснялись с радостными визгами бросаться на шею своих защитников, широко и искренне улыбаться детям, а также много и громко смеяться. Здесь не было фальшивых улыбок, дежурных фраз «позвольте пожать вашу руку» или вежливо-вопросительных «могу ли я вас поцеловать?» В глазах местных мужчин горел дикий, необузданный, пробирающий до дрожи огонь похоти. Им даже в голову не приходило скрывать то, что они хотят своих женщин, скорее наоборот, они это всячески подчёркивали. Ни Шонхорн, ни Арх-хан, ни другие воины… Меня всякий раз ошпаривало кипятком от их неприкрытого, почти агрессивного желания взять, подчинить, присвоить. Ларк с первого взгляда показался мне диким, если не сказать первобытным, но в то же время здесь я впервые почувствовала себя живой. Настоящей. И все эти современные флаеры, сосредоточенные лица воинов, одежда Федерации… всё резко и болезненно напомнило мне о том, зачем я здесь.

Ларки действовали быстро и слаженно, Шонхорн раздавал чёткие отрывистые команды, распределяя груз между флаерами. Видимо, благодаря чуткому обонянию он почувствовал моё присутствие и поднял голову. Яркие салатовые радужки глаз блеснули в лучах утреннего солнца. И прежде, чем я успеха хоть как-либо отреагировать, Арх-хан решительно встал между нами. Он метнул в меня недовольный взгляд, а затем и вовсе повернулся спиной, заслоняя собой Шонхорна.

Ну, вот, вождь стаи опять злится. И, спрашивается, на что? Это он с утра бросил меня в постели, а не я его. Или не бросил? Может, у них в принципе является нормальным проводить лишь ночь вдвоём, а затем разбегаться в разные стороны. Эта мысль неожиданно неприятно царапнула. Странно, с чего бы?

– Логан, доброе утро, – я приветливо помахала рукой и подошла к таноржцу, укладывающему в багажный отсек флаера дорожные рюкзаки.

Мне было неловко обращаться к телохранителю. Казалось, у меня написано на лбу, что эту ночь я провела с вождём ларков. И вроде бы нет в этом ничего зазорного, все мы взрослые люди… Но проклятое цваргское воспитание, понятие о том, что кандидата на роль будущего супруга должна одобрить планетарная медицинская лаборатория, и многое другое заставили меня почувствовать себя неуютно. Однако Логан был так занят собственными мыслями, что даже не заметил, из чьего дома я вышла. Я облегчённо выдохнула. Не то, чтобы мне было важно мнение этого человека, просто не хотелось осложнять себе жизнь ненужными разборками.

– Доброе, – мужчина бросил беглый взгляд на меня и отвернулся.

Почти сразу же перед глазами мелькнули образы обнажённых тел с хайды. А ведь телохранитель там тоже был. Это я ушла раньше, чем наступила очередь Логана… Что ж, сейчас мне важно далеко не это.

– Вы уже собираетесь?

Ответ был, в общем-то, очевиден, однако я не знала, что ещё спросить, чтобы завязать разговор.

– Да, – отрывисто бросил таноржец, нахмурившись. – Флаер доставит всех сразу на гравиплатформу, откуда нас заберёт ближайший космический корабль. Я обо всём позаботился сегодня утром.

То, что поведение Логана больше всего мне напоминает побег, я озвучивать не стала. Телохранитель и так всячески прятал глаза и старался не смотреть мне в лицо.

– Всех? – я нахмурила лоб, пересчитывая рюкзаки. – Разве флаер всех вместит?

– Да. Ты, я, Гретар и Рейми.

– А Джереми? – я задержала дыхание, стараясь не выдать волнения.

– Джереми пропал вчера вечером. Это моя ошибка. Я нашёл лишь его кровь недалеко от… – Логан плотно сжал губы, – в общем, деревни. Я думаю, его растерзали местные хищники. Может, ещё какая разновидность мерзких лесных червей или непонятно кого. Надо отсюда улетать и как можно быстрее. Зря ты настояла на том, чтобы здесь остаться. Надо было улетать ещё тогда.

Я прикусила губу. Логан не нашёл трупа Джереми, а значит, историк разобрался с подвеской-передатчиком и попросил Аарона забрать его с Ларка. Вот только говорить об этом телохранителю я не имею права. И самое главное: теперь необходимо как-то выкрутиться, чтобы остаться на Ларке и всё-таки завершить порученное задание. Сейчас, когда на горизонте замаячила поездка в Шарршеорон, то есть туда, где совершенно точно есть компьютеры и сервера, я просто не могу себе позволить улететь с планеты.

Мою задумчивость Логан расценил как лёгкий испуг.

– Прости, Лейла, – он тронул меня за локоть, отчего мне стало неприятно, но я сдержала порыв отстраниться, – я напугал тебя. Наверно, не стоило так открыто говорить о том, что я думаю о безрассудстве Джереми. Он был историком и членом команды, мне пришлось остаться здесь из-за него, но ты вовсе не обязана была это делать. И мне жаль… что тебе пришлось присутствовать вчера на той площади… Поверь, я не хотел всего этого, но у меня не было выбора. Меня заставили.

Логан придвинулся ещё ближе, а я заметила, как расширился его зрачок, взгляд скользнул куда-то вправо и вверх. Аналитик и тау-агент внутри меня мгновенно включился в разговор и вспыхнул сигнальной лампочкой, как радар, засёкший неопознанный летающий объект. Мимика, глаза, жесты… Он врал! Он откровенно мне врал! Ни о чём он не жалел, и даже более того, ему понравилось то, что он делал вчера на хайде. Просто сейчас Логан рассчитывал на то, чтобы я думала о нём, как о жертве обстоятельств. Стало так мерзко, будто я вступила в вонючую лужу с отходами.

– Лейла, садись во флаер, поедем. Свой рюкзак ты всё равно потеряла, собираться тебе не требуется.

Мужчина настойчиво потянул меня за локоть.

– Логан, о каком корабле идёт речь? Ты сам говорил, что таноржский корабль придёт лишь через неделю или две…

Я почувствовала, как лёгкая паника накрывает меня. И дело даже не в том, что я не хотела улетать с Ларка, дело было в том, как крепко держал меня Логан. Только сейчас я заметила, что его зрачки расширены сильнее, чем обычно, а над верхней губой бисеринами выступила испарина. Липкий взгляд мужчины то и дело опускался на мои губы и ниже. Неожиданно для себя я испугалась.

– Пойми, здесь опасно, надо срочно улетать. Ты права, мимо планеты сейчас проходит не таноржский Спейс-Икс, а частная траскская яхта. Пока мы будем лететь во флаере, я всё объясню. Тебе придётся сыграть роль моей супруги, чтобы всё прошло как надо.

– Что?!

Мне показалось, что я ослышалась. Траски?! Да они же даже в Федерацию Объединённых Миров не входят! Злые агрессивные рептилоиды, с которыми нет-нет, да и вспыхивают мелкие стычки на различных открытых планетах. А частная яхта – это полнейшая глупость! Да ни один гражданин Федерации в здравом уме и твёрдой памяти не ступит на корабль трасков. Ведь именно их раса ещё полвека назад профессионально занималась работорговлей и тесно сотрудничала с наёмными пиратами. Шварх! Да даже на полулегальной Тортуге трасков не жалуют. Если нас похитят или произойдёт что-то непредвиденное, никто не найдёт меня.

– Что ты говоришь?! Какая частная яхта? Какие траски? Нам лучше остаться здесь и дождаться таноржского корабля…

– Лейла, что же ты такая упрямая! – он сдавил мой локоть так, что у меня от боли заплясали искры перед глазами, и тихо, но злобно зашипел на ухо. – Разве ты не видишь? Эти ларки куда опаснее… Непонятные пустыни с хищными червями, вчера просто-напросто исчез Джереми, а меня и Гретара буквально насильно заставили войти в тот огненный круг. Местные ведут себя как животные и уподобляют нас себе. Позволь, я позабочусь о тебе…

Я не вслушивалась в слова телохранителя, уже понимая, что он не в себе. С ужасом оглядывалась, пытаясь понять, видит ли хоть кто-то, что Логан меня практически насильно запихивает во флаер. Ларкам было всё равно, они занимались погрузкой вещей. Гретар и второй телохранитель уже, оказывается, сидели внутри транспорта и усиленно делали вид, что не замечают моего сопротивления. Как назло, наш флаер стоял дальше ото всех остальных. Меня начала бить холодная дрожь.

– Логан, ты не в себе! Пожалуйста, отпусти меня. Я никуда с тобой не поеду.

– Я так и знал, что в том мхе было что-то, воздействующее на мозг. Ты уже не понимаешь, что говоришь.

Мужчина решительно подтолкнул меня к дверце флаера, и именно в этот момент позади нас раздался низкий раскатистый рык Арх-хана.

– Лейла не поедет с Вами, если она того не хочет.

Моё сердце совершило радостный кульбит. В тот момент я была ему рада ещё сильнее, чем тогда, когда Шонхорн вознамерился залезть мне под юбку в прямом смысле. Высокий и мрачный Арх-хан возвышался над Логаном. Его аура вождя клана подавляла, заставляла подчиниться. Телохранитель сам не заметил, как отпустил мой локоть, а я тут же отступила на несколько шагов и прильнула к мощному и горячему торсу ларка. Тепло кожи Арх-хана чувствовалось даже через хлопковую ткань рубашки. Мне не хотелось допустить скандала или драки. Я интуитивно чувствовала, что если буду находиться в непосредственной близости от вождя клана, то ничего подобного не произойдёт.

Логан перевёл удивлённый взгляд с меня на Арх-хана, а затем на его лице проступила глубокая складка между бровей. Губы плотно сжались в тонкую линию и изогнулись в некрасивой усмешке.

– Вот как. Ты решила остаться на планете с этими животными.

Это не было вопросом. Утверждение.

Я охнула. Ларки в принципе очень импульсивны. Арх-хан позади меня утробно зарычал, плохо сдерживая ярость. Я спиной почувствовала, как закаменел его торс и плечи. Тем временем Логан будто специально нарывался на грубую мужскую драку:

– И что же ты будешь делать среди этих дикарей, Лейла, когда мы улетим? Ты хотя бы интересовалась, умеют ли они писать и читать? Ты интеллектуал с высшим образованием, элита Танорга, а будешь… – он отчётливо пренебрежительно фыркнул, – опускаться до совокупления вот с этими…

Прежде, чем Логан договорил, Арх-хан по-кошачьи мягко отстранил меня и поднял таноржца за горловину его спортивного комбинезона. Раздался предупреждающий треск одежды.

– Исключительно из-за уважения к сородичам Лейлы я не стану тебя наказывать за оскорбление вождя клана. Хотя у нас за такое можно лишиться головы. Убирайся с моей территории и как можно быстрее, – угрожающе тихо произнёс ларк, но у меня дыбом встали волоски от этого тона.

– Вот! Видишь, Лейла, вот о чём я говорил! – В глазах Логана отразился восторг безумца. – Они сплошь здесь неотёсанные мужланы, ничего не умеющие, кроме как махать кулаками и спариваться как животные! Тупые питекантропы!

Таноржец уставился на меня с победным выражением на лице, а я заторможено сделала ещё один шаг назад, а затем и вовсе отвернулась и ускорилась. Было противно от осознания, что того, кого я ещё недавно считала цивилизованным человеком, опустился до низменных оскорблений. Слова телохранителя были настолько вызывающими и мерзкими, что просто шокировали меня. Я впала в какое-то странное оцепенение, и сердце в груди зачастило. Было ощущение, что ушат грязи только что вылили не на ларков, а на меня саму. В то же время аналитик внутри меня не мог не отметить того, что Логан вёл себя не так, как обычно. Как будто его чем-то опоили. Через минуту меня догнал Арх-хан, взял за руку, а затем крепко обнял. Я упёрлась своим носом ему куда-то в подмышку и почувствовала себя гораздо лучше.

– Ты всё-таки решила остаться? – спросил он тихо.

Я кивнула, отчётливо понимая, что дело не только в моём задании. Мне хотелось побыть с Арх-ханом ещё столько, сколько получится. Ларк глубоко вздохнул и подтолкнул меня уже к другому флаеру.

– В Шарршеорон мне всё-таки надо поехать, – произнёс он немного извиняющимся тоном. – Вечный Лес и деревни ларков с их многовековыми традициями – это то, что хотела увидеть твоя команда. К сожалению, моё свободное время закончилось, мне необходимо вернуться в столицу. Слишком много дел требует внимания вождя клана.

Я окинула Арх-хана беглым взглядом и уже не смогла сдержать ехидства в голосе:

– А беготня по лесу в кожаных юбках тоже относится к многовековым традициям?

Мужчина, одетый в брюки и рубашку из натуральных тканей, которые в Федерации стоили маленькое состояние, посмотрел на меня с лёгкой толикой укоризны. Сейчас во внешности Арх-хана уже мало что напоминало того самого дикаря, которого я увидела в первый день после приземления на Ларк. Да и жесты, движения рук и головы тоже немного изменились. Они остались такими же стремительными, плавными и немного хищными, но я больше не чувствовала в них угрозы. По крайней мере, для себя. А может, эта ночь с Арх-ханом меня так изменила?

Воздушная подушка флаера мягко шуршала, за окном проносились разнообразные пейзажи и деревни, вышки и столбы с электропроводами, а я всё никак не могла оторвать взгляда от сильных рук мужчины, который, закатав рукава, свободно управлял воздушным транспортом. Сейчас, когда его пальцы скользили по штурвалу и мягко касались коробки передач, я даже представить себе не могла, что можно назвать Арх-хана «дикарём» или «питекантропом». Он выглядел задумчивым, глядя на дорогу через лобовое стекло. И всё же мысли о Логане неприятным буравчиком засели в голове, поэтому в какой-то момент я не смогла сдержаться:

– Мне показалось, что начальник телохранителей был не в себе, – произнесла я, тщательно наблюдая за реакцией ларка.

Арх-хан нахмурился и нехотя кивнул.

– Сок мха зикку не на всех влияет одинаково.

«А тот, что позднее подошёл и встал справа… Пахнет он плохо. Страхом и ненавистью. Гнилое, нехорошее семя».

– А как он должен влиять?

Я знала ответ, но почему-то всё равно задала этот вопрос, неожиданно поняв, насколько важно мне услышать ответ именно от Арх-хана. Мужчина же не спешил что-либо мне объяснять.

– А зачем тебе это знать?

Я пожала плечами.

– Просто интересно. Я по профессии программист-аналитик, привыкла во всё вникать и…

Прежде, чем я придумала ещё какое-то оправдание, мужчина ответил:

– Расслабляет и раскрепощает. Усиливает внутренние желания, оголяет суть, срывая маски, которые принято носить в обществе. На Ларке масок не носят, и мы не боимся зикку. Я предупреждал таноржцев о том, что если они вступят в костёр хайды со злыми намерениями, то это худо обернётся для них. Но они не поверили.

Всё как я и думала: афродизиак, только с побочными эффектами. Для людей он оказался ещё и стимулятором агрессии. Вот почему мне показалось, что я впала в какой-то дурман, когда понюхала этот мох. Может, именно поэтому я вчера согласилась на то, что для рождённой девушки на Цварге просто немыслимо?

– Не переживай, я вчера зикку не мазался, да и ты лишь понюхала его, – словно угадал мои мысли Арх-хан. – Так что если ты скажешь, что жалеешь о том, что произошло ночью, я тебе не поверю.

Оливковые глаза с вертикальными зрачками внимательно на меня посмотрели. Вождь явно ожидал ответа на свою реплику, хотя вопросов не задавал. Более того, по тому, как напряглись его плечи, я поняла, что ответ на не озвученный вопрос действительно важен для ларка.

– Я не жалею, – подтвердила совершенно искренне, а про себя добавила: «Я жалею о том, что мне придётся сделать».

* * *

/Шарршеорон. Арх-хан Шаррше Варкхарий Вакхаш/

Когда увидел, каким плотоядным взглядом Шонхорн смотрит на Лейлу, просто не смог встать между ними.

– Твоей наградой стала хайда. Даже не смотри на Лейлу. Она теперь под моей защитой, – предостерёг первого советника.

– То, что под твоей, это я понял, – усмехнулся Шонхорн. Вчерашний костёр сделал его существенно более благодушным, чем обычно. – Я даже отсюда чувствую твой запах на ней. Но вот «защитой»… Арх-хан, друг мой, я понимаю, что тебя потянуло на экзотику, а вчера ещё была и хайда… В сравнении с нашими ларками Лейла более маленькая и хрупкая. Почти у каждого воина при взгляде на неё рождается потребность оберегать и защищать. В конце концов, это в крови ларков. Но под твоей защитой она быть не может, и ты это прекрасно знаешь.

– Шонхорн, прекрати. Я вождь клана и устанавливаю законы, – предупреждающе зарычал на первого советника.

Одна мысль о том, что Шонхорн может предложить Лейле свою защиту, привела меня в бешенство. И пускай таноржка сама сказала мне о том, что не хотела прикосновений моего советника, я всё равно не желал, чтобы она даже рассматривала такой вариант.

– Ты устанавливаешь законы внутри клана, но не имеешь права нарушать традиции. Да, вчера ты не стал участвовать в хайде, но что будет дальше, ты думал?

– Тебя это не касается!

– Хорошо, – неожиданно согласился Шонхорн, – пускай будет так. Несколько дней назад ты говорил, что есть более важные проблемы, чем даже наступающие Сухие Пески. Цварг среди людей. Тебе не приходило в голову, что цваргом может быть Лейла?

– Что? Лейла? – В первую секунду мне захотелось рассмеяться в лицо советнику. Что он только не придумает, лишь бы настроить меня против неё. – Шонхорн, ты прекрасно знаешь, сколь малочисленна раса цваргов. Они бы ни за что не стали отправлять на Ларк девушку.

– Отчего же? По-моему, вполне логично. Если ларки из других кланов смогли учуять и раскрыть мужчин, я бы на их месте отправил именно девушку. Это, во-первых. А во-вторых, большинство людей трусливо покинули Ларк, как только столкнулись с хтэрром. Те, кого они называют телохранителями, вчера вошли в круг хайды. Они точно не цварги, их менталитету претят наши традиции. Эта раса снобов и гордецов считает себя выше природы, лживо заменяя хайду медицинскими лабораториями. Собственно, неудивительно, что цварги вырождаются…

Шонхорн что-то говорил дальше и дальше, но я перестал его слушать, почувствовав запах испуга моего лотоса. Лейла чего-то боялась. Обернулся. Так и было: один из телохранителей пытался силой заставить её сесть во флаер. Скрипнул от закипающей ярости зубами. В любом клане ларков, даже в самом захудалом, за применение силы по отношению к женщине следует, как минимум, изгнание. Хорошо, что люди сегодня утром изъявили желание покинуть Ларк как можно скорее.

* * *

/Шарршеорон. Лейла Виланта/

Шарршеорон поразил меня своими размерами. Огромный город со множеством зданий необычной архитектуры, где камень причудливо сочетается с деревом. Здесь не было привычных мне зеркальных небоскрёбов, и в то же время дома оказались существенно выше и красивее, чем простенькие бревенчатые постройки в деревне. Дороги уже не мощёные, как в поселении, а залитые самым распространённым в Федерации Объединённых Миров сплавом искусственного асфальта и чёрной горной смолы. Вместо изящных фонтанов и чинных клумб в высоких кадках, которые так популярны на Цварге, в окне флаера проносились многочисленные парки, хаотично растущие деревья и пышные кустарники, а также свободно прогуливались по разнотравью альпаки. Шарршеорон чем-то напоминал мне родную планету, но в то же время был полной его противоположностью. Я прильнула к окну, разглядывая столицу клана.

– Нравится? – Голос Арх-хана не без ноток гордости заставил меня отвлечься от созерцания городского пейзажа.

– Нравится, – совершенно честно призналась я. – Правда, на мой дом не похоже.

– Да, конечно. На Ларке приветствуется ручной труд. У нас практически нет роботов: ни уборщиков, ни курьеров, ни автопилотных флаеров.

Я прикусила язык, поняв, что чуть не проболталась. Шварх! Увиденное меня настолько поразило, что я совсем забыла о своей маске таноржки. Повезло, что технологичная планета людей во многом похожа на Цварг.

– А ты бывал на Танорге?

– Да, доводилось несколько раз. Не могу ответить любезностью и сказать, что мне понравилось на твоей родине. Нужно иметь колоссальное терпение, чтобы пройти тот же роботизированный досмотр в центральном космопорту. Последний раз это длилось более десяти часов. От меня потребовали сдать родовые бейнитовые клинки, утверждая, что они крайне опасны, при этом повар-октопотроид с набором мясных ножей был пропущен без каких-либо справок и бумаг.

Я усмехнулась, вспомнив, что бета-агенты Службы Безопасности Цварга, любящие всевозможные взрывчатые вещества, пару месяцев назад жаловались на то же самое. «А вот певицу с набором средств для волос, из которых можно сделать взрывчатку, сопоставимую по радиусу действия с атомной бомбой, они пропустили без вопросов», – сообщил как-то Лис, негодуя из-за того, что его задержали в зоне досмотра космопорта Танорга на целые сутки. В итоге руководство поручило мне написать небольшой вирус, чтобы техника Танорга не диагностировала опасный арсенал коллег по цеху.

– А где ты ещё был? – спросила я, затаив дыхание. Почему-то мне вдруг захотелось, чтобы Арх-хан сообщил, что посещал Цварг.

– Много где, – мужчина пожал плечами и задумчиво посмотрел на меня. – Тебя интересует какая-то конкретная планета?

– Нет, – я постаралась улыбнуться как можно естественнее, – просто спросила.

Шварх, и зачем я вообще поддержала этот разговор? Мне нельзя привязываться к Арх-хану, это просто ларк. Да, он стал моим первым мужчиной, а ещё является вождём целого клана, но я здесь пребываю исключительно по заданию. К тому же у меня есть жених… Мысли об Аароне заставили меня прикусить нижнюю губу. Я попыталась представить, что эту ночь провела не с Арх-ханом, а с цваргом, которого знаю уже давно, и просто не смогла. В голове в который раз всплыли засевшие слова ларка: «Самообман – худший из всех видов лжи».

Я настолько погрузилась в себя, что не заметила, как флаер мягко затормозил около каменной лестницы, увитой диким виноградом и нежно-голубым клематисом. Множество шпилей подсолнухами тянулись к синему небу, вытянутые окна и узкие бойницы украшали высокие белые стены, за которыми виднелись разноцветные черепичные крыши. Крошечные кусочки обожжённой плитки переливались на ярком солнце как чешуя хтэрра. А может, это и была чешуя песчаного змея?

Навстречу нам вышло около десятка ларков в одинаковых серо-зелёных костюмах. Мужчины низко поклонились, старик с седыми волосами замер на самом верху лестницы, а стайка из нескольких девушек в пёстрых платьях замерла сбоку от флаера. Я с удивлением ощутила, как сердце укололо неприятной иглой, когда молодые ларки что-то защебетали, восторженно посмотрев на Арх-хана.

– Добро пожаловать в цитадель Шарршеорон, – произнёс Арх-хан, махнув кому-то рукой. – Я распоряжусь, чтобы тебя поселили в комфортные апартаменты, но, к сожалению, сам смогу освободиться лишь к вечеру.

– Арх-хан, – прежде чем ларк успел покинуть машину, я обратилась к нему, – у меня совсем нет вещей, всё осталось там, в лесу, в том числе и мой коммуникатор. Я хотела бы связаться с родными, сообщить, что со мной всё в порядке. Это возможно?

– Да, конечно, – ларк кивнул. – Тебе принесут коммуникатор. Что касается твоих вещей, то я попросил Раиту собрать то, в чём ты была. Эту одежду тоже доставят тебе в апартаменты. Ну и всё то, что ты захочешь. Обратись к девушкам.

С этими словами тонированная дверца за Арх-ханом бесшумно закрылась, а когда я вышла со своей стороны, меня обступила та самая стайка девиц и повела куда-то внутрь цитадели. Лишь краем взгляда я успела заметить, что вождь о чём-то заговорил с пожилым ларком, а за нами к белокаменным стенам подлетели ещё флаеры, из которых вышли Шонхорн и воины.

Девушки, не стесняясь моего присутствия, радостно стали обсуждать прибытие воинов. Я крутила головой, в первую очередь стараясь запомнить маршрут и расположение зданий внутри цитадели, а также рассмотреть всё вокруг. Меня провели через чистый внутренний двор с небольшой лужайкой, после чего самая говорливая ларка, пошуршав в карманах, достала обыкновенный металлический ключ.

– Даже не магнитная карта? – вопрос вырвался у меня прежде, чем я подумала, что могу оскорбить им девушек.

На Цварге большинство из дверей блокировалось либо магнитным замком, либо биометрическим сканером. Я привыкла, что в офисе СБЦ мне требовалось, как минимум, минуту стоять неподвижно, чтобы система считала все параметры моего тела.

– Не-а, – покачала головой одна из них. – Вождь пробовал их внедрить, но они такие хрупкие, что ломаются от лёгких прикосновений.

Я понимающе хмыкнула. Вообще-то пластиковые карты не были такими уж и хрупкими, но да, впервые их изобрели и пустили в обиход таноржцы. Люди заметно слабее ларков, и тонкая пластмасса в миллиметр толщиной в их руках обычно не ломается. Для ларков действительно требуется что-то более прочное. Попыталась представить себе кого-то из воинов с карточкой в руке, и почему-то стало смешно.

– Твои апартаменты на втором этаже, справа по этой лестнице, – тем временем продолжала рассказывать ларка. – Кстати, я Лея.

Второй этаж. Забавно. Моя квартира на Цварге находится на сто тридцать седьмом этаже, и добраться до неё можно лишь на скоростном лифте.

– А лифты здесь где-нибудь есть? – Этот момент меня не на шутку заинтересовал.

Неожиданно пришло в голову, что можно было бы подсоединиться через интерфейс голосовой панели к общей системе безопасности цитадели.

– Да, конечно. Женский и главный корпус оснащены лифтами. Тебя тоже должны были поселить в женский корпус, но, к сожалению, вождь передал распоряжение слишком поздно, и успели подготовить только эти апартаменты… – начала извиняться ларка, но мне было интересно не это.

– А что тут есть ещё? В смысле, где мне можно ходить?

Лея взглянула на меня удивлённо, а в её глазах читалось непонимание.

– Тебе везде можно. На тебе же запах семени вождя.

К этому моменту мы остановились как раз около моих апартаментов. Я почувствовала, как щёки заливает багрянцем. Ларки с их проклятым чутьём! Расслабилась ты, Лейла, в кругу людей, и даже не подумала о том, что теперь все знают, с кем ты провела эту ночь!

– М-м-м… – я настолько растерялась, что просто не знала, что ответить. Однако остальные ларки, видимо, не заметили моего смущения, так как одна из них тут же произнесла:

– Да не беспокойся, вождь Шаррше у нас самый лучший среди всех кланов на Ларке. Больше всех хтэрров победил, а ещё ще-е-едрый… – последнее слово она мечтательно протянула, закатив глаза.

– Майя! – резко одёрнула женщина с высоким лбом и морщинами вокруг рта.

Я так и не поняла, за что светловолосую окрикнули: то ли за упоминание хтэрров, то ли за сплетни об Арх-хане, то ли за всё вместе взятое. А как местные жительницы интересно называют Арх-хана – Шаррше. По второму имени, да ещё и столица именуется в его честь – Шарршеорон. Судя по всему, это что-то вроде официального имени, по которому к правителю разрешено обращаться, или фамилии в Федерации.

– Что Майя? Ну, что?! Я же правду говорю! – тут же обиделась пепельная блондинка, надув розовые губки.

– А ещё, говорят, всем своим ларчанкам Шаррше защитников посватал, обо всех позаботился, – вновь заговорила Лея. – Ты не переживай, если у тебя ребёночка в этот раз не получилось, то вождь Шаррше обязательно хайду устроит…

У меня голова разом закрутилась от количества вываливаемой на меня информации, но я тут же ухватилась за самое главное, что меня интересовало до сих пор. Хищные песчаные черви.