Читать книгу "Где наша не пропадала! Истории веселые и не очень"

Парусник

Алена Подобед

Любопытство… кого же из нас хоть раз в жизни не подзуживало именно оно, такое безалаберно легкомысленное, сующее свой длинный нос туда, куда бы и не надо… и так непохожее на свою положительную до приторности во всех отношениях сестру Любознательность.

Этот полуразрушенный деревянный домишко, давно готовый к сносу и почти затоптанный толпой беспардонных многоэтажек, был похож на несчастного, оставленного всеми старика.

Передняя стена развалины была давно растаскана на бревна и все нутро, почерневшее от осенних дождей, распахнуто настежь, подобно никчемной одежонке. И было в этом что-то настолько бесчеловечное, что хотелось прикрыть старика собой.

Безбашенные дворовые пацаны, в поисках острых ощущений, часами сновали по аварийной лачуге вездесущими муравьями. А потом заливали девчонкам, мол, там, на чердаке, настоящий клад! И в доказательство, показывали, только из своих рук, миниатюрные, с ладонь, чудесные морские пейзажи с парусником, написанные маслом на картоне и оформленные в рамки в виде спасательных кругов, вырезанных из дерева и обвитых настоящей пенькой.

Третьекласснице Ленке до ужаса захотелось оказаться в этой сокровищнице, но попасть туда можно было лишь по приставной ветхой лестнице, которая стояла посреди прогнившей избы, упираясь верхними концами в поперечную балку чердачного пола, не разобранного лишь на пятачке у слухового окошка.

Мальчишки взяли Ленку на слабо. Она, трусиха и тихоня по сути своей, среди подружек слыла смелой, потому что могла, зажмурившись, и земляного червяка в руку взять, и лягушку, и даже мышей не боялась. Да и презирала тех, кто открыто демонстрировал свои слабости.

Раззадоренная спором и сгорающая от любопытства, она мигом взлетела на чердак по скрипучему и шаткому трапу. И не нашла там ни одного спасательного круга, хотя и переворошила, рискуя свалиться с головокружительной высоты, лишь клочья прелой соломы да ломанные доски. Разочарование сменилось паникой.

Ленка вдруг вспомнила, что дико боится высоты. Но как она могла забыть об этом? Ведь даже дома старалась как можно реже выходить на балкон, огороженный лишь кованой решеткой. А если и делала это, то потом долго мучилась ночными кошмарами, в которых этот самый балкон обламывался под ней, и она падала, падала, падала.

Еще минуту назад бойкая охотница за сокровищами разревелась, как последняя трусиха, осознав, что спуститься вниз уже не сможет.

Ехидные мальчишки разом подобрели и стали наперебой демонстрировать все возможные способы спуска с верхотуры.

Кто-то, балансируя на балке, пробегал из конца в конец, кто-то вылезал через слуховое окошко, кто-то спускался по сомнительной лестнице вниз головой!

Целых два часа они уговаривали Ленку. Но она, нарыдавшись до судорожных всхлипов, так и сидела, боясь пошевелиться, на терпящем неизбежное крушение и разграбленном ещё до нее чердаке несчастного домишки.

Пока вдруг не вспомнила, что надо срочно домой, потому что суббота и вот-вот придут гости. А она, вообще-то ушла за хлебушком… да заигралась.

Страх наказания за опоздание и безнадежно испачканную одежду перевесил страх высоты. Чумазая Ленка мигом спустилась и рванула в булочную.

Уже на обратном пути, возле самого подъезда она притормозила и, задрав повыше авоську со свежими батонами, аккуратно присела в лужу. Ну, это уж для конспирации! А что, спешила-бежала, да споткнулась. Отсюда и грязь.

Той же ночью Ленке приснился настоящий спасательный круг, а в нем, качающийся на морской волне, чудесный кораблик под белым парусом.

Встреча с Дали

Елена Голуб

Переезд в Испанию для Эвелины Альбертовны стал культурным шоком! Перебралась она на солнечные берега вслед за дочкой, когда понадобилась помощь в воспитании новорожденной внучки.

Первым развлекательным мероприятием, сменившим череду бдений у детской колыбели, стала поездка в Фигерас. Родной город знаменитого испанского художника-сюрреалиста. Об этом она давно мечтала, разгадывая дома глянцевые страницы роскошного альбома с картинами эксцентричного, но безумно гениального Дали. Погружалась в его удивительные миры на грани реальности и сна.

Вот и он – Театр-Музей мастера. Красные башни, увенчанные золотыми яйцами и присыпанные бисеринками сдобных «булочек». Чёрный лимузин на входе. Алый Диван в виде припухлых женских губ.

Легкое возбуждение от предстоящего наслаждения для глаз и души иголочками прошлось по кончикам пальцев и зардевшимся мочкам ушей.

Но потом… Гулкие шаги по аскетичным каменным залам отдавались в сердце ритмом похоронной процессии. Грязные пятки Художника и Музы на потолочной фреске словно пытались приплющить ее макушку к ребристым плитам полов.

Восковая бледность на многочисленных портретах Галы вызывала приступ тошноты и раздражения – словно шипастый ежик расправил колючки в ее грудной клетке.

А любимый шедевр «Сон, навеянный полетом пчелы», которым она могла бесконечно любоваться на репродукции, стал причиной панической атаки. По черепу застучали тысячи оглушающих молоточков, в солнечном сплетении разлилась обжигающая лава боли. Желудок словно проткнул раскалённый гвоздь.

Эвелина едва не потеряла сознание. Судорожно хватая воздух пересохшими губами, она по стеночке, по стеночке выбралась наружу.

Женщина слабо помнила, как забралась в свой туристический автобус. Пришла в себя только в густой прохладе винного погреба-бодеги, где завершался экскурсионный день.

На автомате потягивая терпкое вино, предложенное к дегустации, она постепенно стала ощущать своё тело. Каждая капля напитка, впитываясь в кровоток по капиллярам и венам, действовала словно проявитель на фотобумагу.

В пространстве проявились ее пальцы, ладонь, руки, гортань, желудок. Она задышала ровно и легко. Нервная судорога боли растворилась. По телу и душе растекалось умиротворение и покой.

А в голове родилась мантра: «Все может оказаться иным, чем кажется».

Этот и другие рассказы Елены Голуб вы можете найти в сборнике «Испанская мозаика»

Дружба

Екатерина Адасова-Шильдер

Коренастый Василий всегда заботился о единственной в своей группе студентов девушке Вареньке. Другие называли ее Варварой за непростой характер и острый язычок. Но Василий видел в Вареньке скорее слабости, понимал, как ей трудно в новом коллективе. Он старался быть рядом в самые разные моменты жизни и учебы Вареньки.

– Подарю ей платочек, она их носит, – выбирал Василий подарок подруге без всякого повода.

Особенный платочек. Не было у Василия сестры, а тут и сестра, и подруга – в одном лице.

– Благодарю, – радостно отвечала Варенька, принимая подарок.

За время учебы Варенька вышла замуж. И к окончанию института обзавелась ребенком, мальчиком с белоснежными волосиками. Но отношение Василия к Вареньке не изменилось. Теперь он сочувствовал Вареньке еще больше.

– Неудачный выбор, – так оценивал Василий избранника Вареньки.

– Устаю что-то, – иногда говорила Варенька.

– Береги себя, – отзывался Василий.

После института Василий и Варенька стали работать вместе на одном предприятии. Вместе писали статьи, ходили в вычислительный центр. Ехали домой на одном автобусе, так как жили на одной улице, в одном доме, но в разных подъездах, на разных этажах, в разных квартирах.

– Зайду вечерком, – говорил Василий, когда возвращались после работы домой.

– Так целый день виделись, – отвечала Варя. – Не надоело?

Но Василий на ее слова, даже сказанные не совсем приветливо, не обращал внимания. Он приходил вечером, пил чай, вникал в домашние заботы Вареньки. Бывало, что и с ее мужем Федором партию-другую играл в шахматы.

– Пора уходить, – сокрушался Василий, покидая дом Вареньки.

– Завтра на работе увидимся, – отвечала приветливо Варя.

Когда же наступили смутные времена в начале девяностых, то видя неустроенность и неприспособленность Вареньки к такой жизни, начал заботиться уже и об остальных членах семьи.

– Вот тебе упаковка круп, – доставал связку пакетов Василий. – А тут куры замороженные. Бери. На неделю хватит. Потом еще что-нибудь принесу. Это тебе в магазинах часами в очереди стоять. А потом и домой тащить.

– Благодарю, – отвечала Варенька. – Но мы тебя уже замучили.

– Нет. Мне это в радость.

– А ведь было как-то: купила рыбу в магазине, в трамвае жара, рыба разморозилась, стала жижа на ноги течь. А тут еще и на дороге авария, даже трамваи, встали. Держала, держала сумку с рыбой, а потом в открытое окно трамвая выбросила. Жалко было денег.

– Вот у тебя как бывает, не удивляюсь, – выслушав Вареньку, заметил Василий.

Но как не помогал Василий, все ему казалось, что трудно приходится его подруге в это время. Стал он отмечать, что и Варенька стала смотреть на него голубыми глазками внимательно и нежно. И разговоры уже ее не так утомляли, слушала она Василия внимательно, не прерывала, как раньше.

– Все же она как-то иначе стала относиться ко мне, – отметил Василий.

С каждым днем он отмечал все более внимательное отношение к себе Вареньки. И это настроило его на некоторые мысли. Как-то днем, когда они вместе по работе отправились в вычислительный центр, он предложил ей немного посидеть на лавочке, которая словно была границей между старой территорией предприятия и новой, чистенькой, современной и ухоженной. Лавка же была старой, с осыпающейся краской. Ветерок нежно касался маленьких светлых кудряшек, украшенных блестящей заколкой. Голубые глазки как-то по-особенному смотрели на Василия. С маленькой березки на подол платья, которое Вареньке очень шло, упало несколько желтых листочков.

– Знаешь, Варенька, хочется мне о тебе заботиться еще больше. Каждый день.

В эти слова Василий вложил всю доброту, с которой относился к своей подруге, напоминая о том времени, которое ей было отдано и посвящено.

– Зачем? Не знаю, как тебя и благодарить за все, что для меня делаешь, – ответила Варенька.

Конечно, она удивилась тому мягкому голосу, которым Василий произнес эти простые слова, которые она и раньше от него слыхала. Но вряд ли хотелось Вареньке еще больше беспокоить Василия своими семейными проблемами.

– Так будет еще больше, – продолжил Василий. – Мы будем жить вместе.

Внимательно Варенька посмотрела на Василия.

– С чего ты это решил? – спросила Варенька.

– Просто я чувствую новое твое отношение ко мне, – дрожащим голосом произнес Василий. – Ты ведь несчастлива в семье со своим Федором. Нет у вас никаких общих интересов. Вы словно живете отдельно. У тебя свои друзья, у него совсем другие.

– Ты хочешь одну неудачу заменить на другую? – спросила Варя тем голосом, которым она говорила с другими, чужими для нее людьми.

Еще некоторое время посидели на лавочке под теплом осеннего солнца Василий и Варенька. Потом вместе встали и направились туда, куда собирались. Шли молча. Варя не стала обсуждать предложение Василия, а Василий для себя решил, что эту тему никогда больше поднимать не будет. Главное для него было в этот момент – не потерять свою лучшую подругу.

«Как-то неудачно я ответил на чувства, которых у Вареньки, скорее всего, и не было», – подумал Василий.

– Приходи сегодня, – сказала Варенька. – Постараюсь пироги испечь. Ты их любишь. И мои все любят. Хоть и не мое это занятие печь пироги, но сегодня расстараюсь.

Небо над головой было ясным и чистым. Дожди еще не отмыли травы, цветы осенние продолжали ярко цвести.

Браслет

Алина Венгловская

― Батюшки мои, что это?

Учительница русского языка Вера Семеновна склонилась над чем-то, сверкнувшим в осенней листве. Потянула за блестку и вытащила из-под жухлых ноябрьских листьев тоненькую цепочку.

– Браслет!

Сердце замерло от счастья. Неужели повезло? И это золото?

Зарплату в школе задерживали, и деньги Вере Семеновне были бы кстати. Она невольно оглянулась. Парковая аллея была пустынной. Разложила находку на ладошке ― тонкая изящная витая цепь с висюльками в виде звездочек. Какая прелесть!

Осмелев, она зажала в руке браслет и пошла спешной походкой домой.

В голове лихорадочно стучала мысль: «Золотой или нет?»

Вещица казалась девичьей. Возможно, ее обронила юная особа из тех, что гоняют по парку на самокатах? Или она сорвалась с запястья при вечерней пробежке у спортсменки? Вере стало жаль девчонку, которая вечером обнаружит пропажу.

Может быть, не нужно было его трогать, хозяйка браслета вернулась бы и нашла его на том же месте?

Здравый смысл подсказывал, что не нашла бы. Соскользнувший в опавшую листву браслет в вечернем парке найти невозможно.

Вере почему-то вспомнилось, что у нее совсем нет никакого золота. Почему? Ей стало жаль себя. Это будет просто несправедливо, если браслет окажется обычным. Ведь она заслужила хоть какую-то изящную вещицу для себя, разве нет? Может быть, можно носить такой… Нет, вряд ли. Несолидно для взрослой дамы на седьмом десятке.

«Сдам в ломбард… И выберу себе колечко в ювелирном, там же принимают лом», ― мысли Веры Семеновны сбивались вместе с дыханием, в такт быстрой ходьбы.

Придя домой, она разжала, наконец, ладонь. Достала увеличительное стекло и принялась искать плоскую пробу на тонкой витой безделушке. Ничего такого не обнаружилось. Браслетик был изящный, выглядел совершенно как золотой, но золотым не был – обычная бижутерия.

Вера Семеновна заварила чаю. Прихлебнула пахучей медово– мятной жидкости и вдруг почувствовала себя воровкой.

– И зачем я его взяла? Ну лежит себе и лежит, какое мое дело? Что за манера – хватать что ни попадя с полу! Ну не золото, но вещь изящная. Мне б такую в юности потерять было бы жалко. Я бы вернулась, все перерыла и нашла!

– Ведь мне и подарить ее некому… А коль я решу ее носить… Вдруг кто из учениц моих потерял и признает? Позору не оберешься…

Вера Семеновна разволновалась не на шутку. Свернула из квитанции на газ кулечек как под семечки. Сгребла в него браслет. Оделась.

В парке было темно и безлюдно. Она нашла то самое место, положила браслетик прямо на листья и шаркающей походкой с облегчением побрела домой.

Зигзаг фортуны

Лада Литвинова

Михаил явился домой в какой-то небывалой эйфории.

– Алена, представляешь! Наконец-то и на моей улице праздник! Помнишь, я приобрел целую пачку лотерейных билетов с квартального бонуса? Так вот, один из них выиграл джек-пот. Теперь я богат, очень богат! Мне только что позвонили из главного офиса национального партнера лотереи, предложили подъехать туда уладить формальности. Быстренько собирайся и поехали!

От неожиданности Алена уронила на себя коробку с рассыпной пудрой и, вся в розовой пыли, проговорила:

– Батюшки, счастье-то какое! Сколько ты тратил денег на эти билеты, кормил бездельников! Наконец справедливость восторжествовала!

Алена уже воображала себя в самых привлекательных для нее уголках мира. Вот она в Париже у Эйфелевой Башни, вот в Провансе, посреди лавандового поля, вот ведёт репортаж с настоящей чайной церемонии в Японии, вот конный экипаж подвозит ее в нарядном платье и в шляпке с перьями прямо к Венской опере! А вот разодетый в пух и прах глашатай зазывает ее в старинный лондонский паб!

Из царства грез ее вернул в реальность голос Михаила, который говорил о социальном лифте и возможностях, открытых теперь для него.

– Я вложу деньги в онлайн-казино, поеду на сафари в Африку, построю дачу рядом с братом и будем с ним рыбачить все лето…

– Миша, какая стройка, какая дача?! Мы будем путешествовать по Европе и купим пентхауз!

– Молчи, женщина! Не порть настроение! Как я решу, так и будет! Ты меня никогда не поддерживала, даже прятала деньги чтобы я не играл в лотерею и не ходил к букмекерам! А теперь на мой выигрыш заришься?

– Не буду молчать! Вот так и проявляются люди! А ведь предупреждала меня мама, чтобы я с тобой не связывалась!

– Так вот и поезжай к маме, дорогая, не мешай мне жить так, как я хочу!

Они бы еще долго ругались. И, может быть, этот день стал бы последним в их семейной жизни, но скандал прервался неожиданным телефонным звонком. Звонили из того самого офиса, в который Михаил так спешил.

– Михаил Сергеевич, извините, пожалуйста, – нежным голосом проговорила сотрудница офиса. – Возникло недоразумение. Мы ошибочно подтвердили ваш выигрыш, но при проверке оказалось, что цифры, которые вы указали, действительно выиграли, но в следующем тираже. Мы уже сделали выговор невнимательному сотруднику, зря обнадежившему вас. Играйте дальше и когда-нибудь вам обязательно повезёт!

Михаил несколько минут стоял в оцепенении, а потом громко, не по-мужски зарыдал, уткнувшись в плечо Алены.

– Успокойся, дурачок, – произнесла, вздохнув напоследок о лавандовых полях, жена. – Эти большие деньги никому счастья не приносят. Может нас Бог отвёл. Зато теперь мы знаем, как опасны большие надежды.

– Прости меня, Аленка! Никогда больше не буду играть, – чуть успокоившись, проговорил Михаил. – Ведь чего греха таить, азартный я человек и увлекающийся, могу проиграть все, что имею. Так что возможно этот холодный душ мне необходим был. А знаешь, о чем я еще подумал?

– О чем?

– О том, что очень хочу пригласить тебя в ресторан. Пойдем прямо сейчас, обмоем мое фиаско. Ты как? Согласна?

– Ладно, горе мое луковое, согласна!

«Да моя Аленка – самое ценное мое сокровище, никакие деньги с этим не сравнятся, – подумал в этот момент Миша. – А я сегодня чуть не потерял ее из-за своей алчности. Что ж исправлюсь, соберу денег, и обязательно повезу ее в следующем году в Париж! Она же так давно мечтала об этом!»

Подарок адвокату

Елена Голуб

– Ну что можно подарить мужчине, упакованному всеми статусными атрибутами: элегантные часы Patek, белый BMW, костюм от Armani? – ломала голову Алиса.

– Дорогой парфюм? Элитный алкоголь? Стильный аксессуар?

На зарплату провинциального журналиста особо не разбежишься. Да и банально как-то. А она все же дама с выдумкой и претензией на оригинальность.

Речь шла о подарке ко дню рождения «мужчине мечты». Столичный адвокат Вадим совсем недавно стремительно ворвался в жизнь Алисы. Виртуальная переписка на сайте знакомств быстро переросла в реальные, хотя и нечастые встречи.

На пару-тройку дней, сделав крюк после очередной дальней командировки, как снег на голову в июньский день, обрушивался он, ломая планы и привычную рутину. Ну может же одинокий странник ненадолго пришвартоваться в уютной бухте – ее маленькой квартирке на окраине индустриального уральского города?

Алису радовали эти внезапные визиты. Рутину она не очень-то жаловала, а сюрпризы любила. А когда на тебя смотрят с восхищением, потакают маленьким капризам, сжимают в объятиях, можно все остальное задвинуть подальше. Сделать паузу в ежедневном забеге по кругу профессиональных и семейных обязанностей.

– Если кошку не гладят, у неё высыхает спинной мозг, – повторяла Алиса вслед за английской поговоркой. И прибавляла:

– Если женщине не делают комплименты, она дурнеет и глупеет!

Без такой эмоциональной «подпитки» можно превратиться в злую грымзу, высушенную карьерными гонками. Тем более, когда твой женский век уже движется к закату. Пятый десяток как-никак.

Вадима в тихой гавани ждал домашний ужин, разговоры за полночь, жаркая ночь. Он же баловал свою «Лису-Алису» походами по лучшим местным ресторанам и ночным клубам. Его тянуло к этой независимой, ироничной и казалось вполне самодостаточной женщине. С нею было о чем поговорить и о чем помолчать. Поделиться воспоминаниями детства и поплакаться о проблемах нелёгкой адвокатской судьбы.

Подарок… Алиса перебирала в уме варианты. В голове вертелась не блещущая оригинальностью житейская мудрость: «Дорог не подарок, а внимание».

– А хорошо бы этот «знак внимания» заякорить на милых мелочах. Именно они будят воспоминания и отзываются волною тепла в сердце.

На этом и остановилась. Купила подарочное издание «Малыш и Карлсон». Вадим как-то рассказал о своей детской привязанности к этой книге. В церковной лавке выбрала иконку Николая Чудотворца. Пусть покровитель странствующих охраняет ее адвоката в дальних поездках. А ещё добавила CD-диск Юрия Лозы.

Одна из песен общего музыкального кумира стала лейтмотивом их встреч-расставаний.

На роман со столичным адвокатом Алиса серьезных ставок не делала. Далеко не заглядывала, планов не строила. Хотя и были оба людьми зрелыми и свободными. Просто встретились два одиночества. В редкие часы и дни встреч им было хорошо друг с другом. Она старалась ценить и наслаждаться этим часами и днями. Все было, как в той песне:

 
«Былые встречи – миражи.
Меня ждет путь нелегкий дальний,
Тебя – венок из ожиданий
На всю оставшуюся жизнь».
 

Да, именно так – романтично и грустно-безнадежно.

Подарок был любовно упакован и сопровождался открыточкой с пожеланиями. Алиса послала бандероль на адрес адвокатской конторы с визитки Вадима.

Опять завертелась круговерть привычных дел и событий. Иногда Алиса вспоминала о своём сюрпризе. Ей становилось тепло от сознания, что милые вещицы, хранящие ее прикосновения и энергию любви, теперь рядом с ним. Словно частица ее самой.

Однако, подарок вернулся, не найдя адресата. Было немного досадно.

– Ну ничего, – успокаивала себя неунывающая Алиса. – Завезу подарочек лично. Будет двойной сюрприз!

Как раз предстояла поездка в Москву на конференцию. Алиса предвкушала будущую внеплановую встречу. Вадим обещал устроить незабываемые «московские каникулы». Она была на романтической волне. За пару часов до ее прибытия «мужчина мечты» позвонил на мобильный.

– Извини, дорогая! Срочно пришлось уехать, вызвали по новому делу в область. Так жаль, что не получится увидеться. Не грусти. Мы потом все наверстаем.

В Москве скучать действительно не пришлось. Днём была насыщенная программа конференции, вечерами тусили с московскими друзьями из театральной богемы.

Не забывала Алиса и о подарочке. Он был должен добраться до адресата. До поезда ещё полдня. Алиса успевала заскочить, оставить в офисе посылочку для Вадима с прикольной запиской. Вот он будет удивлён! Ещё пожалеет, что умотал в свою дурацкую командировку и разминулся с нею.

Двухэтажное здание бизнес-центра. На входе консьерж хмуро поинтересовался:

– А пропуск заказан? Нет?

– Мне просто пакет передать, – одарила Алиса офисного цербера самой открытой и располагающей улыбкой.

– Сейчас вызову кого-нибудь, – подобрел страж.

Она в нетерпении взглянула на часы. Шум шагов на лестнице. Алиса подняла глаза и уперлась взглядом… в удивленное лицо Вадима. Рядом с ним – длинноногая ассистентка в мини.

– Тыыыы? – адвокат лишился красноречия.

– Вижу, командировка удалась, – кивнула Алиса в сторону молодой спутницы. – Вот решила почтальоном Печкиным подработать, доставить адресату обещанный подарок. Сюрприз сделать.

– Сюрприз получился, – хрипло протянул Вадим.

– Причём для всех, – усмехнулась Алиса, развернулась на каблуках и, не обернувшись, поспешила прочь.

Она даже не заплакала. В груди все занемело, словно покрылось изморозью. Слёзы догнали Алису уже в вагоне.

Она вышла в тамбур и прислонилась лбом к ледяному стеклу, зареванному налетевшим дождём. Так они и плакали в унисон. Алиса, расставаясь со своей очередной иллюзией о «мужчине мечты». И дождь, прощаясь с последними погожими деньками.

Этот и другие рассказы Елены Голуб вы можете найти в сборнике «Сундучок воспоминаний»