Текст книги "Ядерная шамбала. Тайны атомного противостояния"
![](/books_files/covers/thumbs_240/yadernaya-shambala-tayny-atomnogo-protivostoyaniya-251686.jpg)
Автор книги: Вадим Обухов
Жанр: Документальная литература, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 55 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
В борьбе за свободу
В 1943 г. с помощью советской разведки была создана «Организация свободы Восточного Туркестана»[57]57
В источниках встречается – «Союз свободы».
[Закрыть] («Azad tashkilat Sherqiy Turkistan»). В нее вошли жители Кульджи узбеки Алихан Шакирходжаев и Салихжанбай Бабажан, уйгуры Ахмеджан Касими[58]58
В источниках встречается – Касымов.
[Закрыть], Рахимжан Сабирхаджиев, Абдукерим Аббасов, Абдурауф Махсум, Мухаммаджан Махсум, Мухитдин Канат, Зунун Тайпов, Гани Юлдашев, Касымжан Камбари, Нурдунбек Илахун и Омаржан Пирмухаммат.
Численный перевес уйгуров в этой организации не случаен. Более 60 процентов населения Синьцзяна тогда составляли уйгуры. На их обостренное чувство национального самосознания и сделали ставку советские секретные службы. Кроме оружия в ход была пущена и идеология. Под редакцией Абдумежита Розыбакиева в Ташкенте начал издаваться журнал «Правда Востока» («Sherq hakikqat») на уйгурском языке, в Алма-Ате под редакцией Машура Рузиева и Кадыра Хасанова – журнал на дунганском и казахском языках «Казахский народ» («Казак ели»), затем преобразованный в «Новую жизнь» («Ени хаят»). Эти издания со второй половины 1943-го нелегально переправлялись в Синьцзян.
Из воспоминаний кандидата в члены Политбюро ЦК КПК, заместителя Председателя Постоянного Комитета Всекитайского Собрания народных представителей и заместителя Председателя Всекитайского Комитета Народного Политического Консультативного Совета КНР Сайфудина Азизи, сотрудничавшего в 30-40-х годов с советской разведкой: «В тот период мы – вернувшаяся после обучения в СССР молодежь – доверяли советскому правительству и преклонялись перед сталинской идеологией. В Синьцзяне было много образованной молодежи, которая мыслила одинаково с нами. Оставаясь на этих позициях, мы считали, что все поддержанное советским правительством и особенно Сталиным – правильно».
Тем временем реализация Атомного проекта на территории легендарной Шамбалы набирала обороты. 30 июля 1943 г. появилось известное распоряжение ГКО СССР об организации геологоразведочных работ и добыче урана. С фронта были спешно отозваны специалисты геологоразведки и отправлены искать месторождения стратегических руд.
Постановлением ГКО от 20 августа 1943 г. был создан Специальный комитет, в который вошли Лаврентий Берия (председатель), от правительства – Михаил Первухин, Николай Вознесенский, Борис Ванников и Георгий Маленков, от НКВД – генералы Авраамий Завенягин и Василий Махнев, от ученых – Игорь Курчатов и Петр Капица. На Комитет было возложено «руководство всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана». По утверждению Павла Судоплатова, Курчатов и Иоффе фактически настояли перед Сталиным на замене Молотова в качестве руководителя Атомного проекта Берией.
Одновременно шла активная работа по подготовке «национально-освободительного восстания» в Синьцзяне. При этом по возможности использовался и потенциал порубежных с Восточным Туркестаном территорий Казахстана и Киргизии. Не будучи посвященными в цели и задачи операции «Второй Дом», местные партийные, советские и силовые структуры в силу своей компетенции обеспечивали материально-техническую поддержку проекта, активизировали работу геологоразведочных экспедиций, содействовали росту идеологических настроений населения по обе стороны государственной границы.
Дело в том, что к осени 1943-го миграционные потоки в советско-синьцзянском приграничье резко выросли. Причем перемещение людей шло в обоих направлениях. Из Казахстана на территорию Восточного Туркестана перебрасывались вооруженные отряды для ведения партизанской войны против гоминьдановского режима. В то же время мирное население стремилось перейти китайско-советскую границу в северо-западном направлении и осесть на территории СССР. Приемом и расселением беженцев из Синьцзяна занимались партийные и советские органы, а также наркомат госбезопасности.
31 октября 1943 г., например, секретарь Восточно-Казахстанского областного комитета КП (б) Казахстана Курлов подписал строго секретное постановление бюро обкома партии, где отмечалось, что «в связи с дальнейшим усложнением политической обстановки в Синьцзяне и усилением репрессий населения со стороны реакционного Синьцзянского правительства, на территории Казахской ССР участились переходы лиц, преследуемых этим правительством. В соответствии с постановлением ЦК КП (б) Казахстана от 29.09.43 г. № 207-18 бюро Восточно-Казахстанского обкома КП (б) Казахстана постановляет:
Отвести для расселения перебежчиков из Синьцзяна Предгорненский, Шемонаихинский, Кировский и Уланский районы. Обязать председателей райисполкома районов, перечисленных в первом пункте настоящего постановления, организовать прием перебежчиков из Синьцзяна и оказывать им содействие в части устройства на работу, учебу, а также в обеспечении их жилплощадью, продовольственным снабжением и медицинской помощью.
Установить следующий порядок перевозок в зимнее время перебежчиков из Синьцзяна до места их поселения:
а) исполкомы Маркакольского, Зайсанского и Тарбагатайского райсоветов после приема перебежчиков организуют перевозку до Кумашкино. Катон-Карагайский райисполком перевозит перебежчиков до Большенарымска;
б) Курчумский райисполком обеспечивает перевозку перебежчиков до Самарки, а Самарский райисполком – до Мало-Красноярки Большенарымского района. Болыиенарымский район обеспечивает дальнейшую перевозку перебежчиков до Бухтармы от Мало-Красноярки и Большенарымска;
в) Бухтарминский райисполком перевозит всех поступивших перебежчиков до райцентра Кировского района, где органами НКГБ производится распределение перебежчиков из Синьцзяна по районам, перечисленным в пункте первом настоящего постановления, на местожительство;
г) Кировский райисполком, после распределения перебежчиков по районам, организует перевозку их для Предгорненского и Шемонаихинского районов – по железной дороге до районных центров этих районов, а для Уланского района до Аблакетского с/совета (с. Ленинка), который в свою очередь обеспечивает перевозку перебежчиков до Никитинки – райцентра Уланского района.
Просить ЦК КП (б) Казахстана и Совнарком Казахской ССР ускорить выделение в распоряжение Восточно-Казахстанского облуправления НКГБ средств на расходы, связанные с приемом и транспортировкой перебежчиков из Синьцзяна. До получения средств из республиканского бюджета расходы, связанные с приемом и перевозкой перебежчиков из Синьцзяна, производить из средств райбюджетов».
Контроль за выполнением этого постановления был возложен на члена бюро обкома КП (б) Казахстана, начальника управления НКГБ по Восточно-Казахстанской области старшего лейтенанта госбезопасности[59]59
Соответствовало армейскому майору.
[Закрыть] Андрея Титова.
По рассказам свидетелей событий, часть репатриантов из Синьцзяна призывного возраста была мобилизована в ряды Красной армии. Но до советско-германского фронта практически никто из них не добрался. Зато после обучения в военных школах многие из недавних беженцев пополнили ряды партизанских отрядов, создаваемых на территории Восточного Туркестана.
Время торопило как чекистов, так и геологов. По данным одного из руководителей НКВД и Атомного проекта генерала Авраамия Завенягина, Комитету по делам геологии при Совнаркоме СССР было поручено в 1943 г. провести необходимые изыскания. Однако дело двигалось медленно. Геологическая служба страны располагала лишь самыми скудными сведениями об условиях залегания урановых руд, методике их поисков, мировых типах этих руд. И 22 декабря 1943 г. начальник Лаборатории № 2 Игорь Курчатов направил записку заместителю Председателя СНК СССР Михаилу Первухину, в которой, в частности, подчеркнул: «Узким местом в решении проблемы по-прежнему остается вопрос о запасах уранового сырья».
В феврале 1944-го в кабинете Берии состоялось первое совещание руководителей военной разведки и НКВД по атомной проблеме. Число участников операции «Энормоз» было увеличено. От Вооруженных сил присутствовали руководитель ГРУ генерал-лейтенант Иван Ильичев и первый заместитель начальника Первого управления ГРУ полковник Михаил Мильштейн, от чекистов – глава внешней разведки Павел Фитин и бывший советский резидент в США Гайк Овакимян. В качестве руководителя группы «С» НКВД, координировавший усилия в этой области, был представлен бывший начальник Четвертого управления НКВД генерал-майор Павел Судоплатов. Помимо координации деятельности разведок Красной армии и НКВД по сбору информации по атомной проблеме, на группу, а позже отдел, были возложены функции реализации полученных данных внутри страны. Работавшие в подразделении квалифицированные специалисты и ученые регулярно докладывали о получаемых разведывательных материалах на заседаниях Научно-технического совета, который возглавлял нарком боеприпасов Борис Ванников.
«Дайте народу восстать и сопротивляться…»
В начале 1944 г. советские консульства в Синьцзяне получили от заместителя наркома иностранных дел Владимира Деканозова распоряжение подготовить справки о перспективах национально-освободительного движения коренных народов провинции. В апреле такие справки «ушли» в Москву. Их содержание и характер были достаточно обнадеживающими, хотя ситуация в различных регионах северо-запада Китая складывалась далеко не однозначно.
Первоначально конкретные боевые действия предполагалось начать весной 1944-го на юге Синьцзяна. Однако жители Кашгарии не доверяли Советскому Союзу, поскольку в 1933 г. национально-освободительное движение местного населения здесь было подавлено при помощи Красной армии и память об этом еще не стерлась. Кроме того, генеральный консул в Кашгаре Н. Шестериков информировал о невозможности начать здесь внутренними силами активное развертывание национально-освободительной борьбы и необходимости внешнего воздействия:
«1. Подавляющее большинство всех социальных групп населения некитайских национальностей Юга Синьцзяна относятся с ненавистью к китайцам за установленный ими режим необузданного произвола, полицейского террора, колониального угнетения и непрерывного грабежа, ведущего к всеобщему обнищанию.
2. В настоящее время все внутренние противоречия социального порядка отодвинуты далеко на задний план перед лицом главного врага, знаменующего собой господство китайских колонизаторов.
3. Развертывание активной национально-освободительной борьбы неизбежно потребует активного толчка извне и реальной внешней поддержки. Это обусловливается практической невозможностью начать внутренними силами активное развертывание национально-освободительной борьбы, главным образом, за полным отсутствием необходимых предпосылок, наличия относительно больших сил, находящихся в распоряжении китайцев, и отсутствием какого-либо наличия организованности национально-освободительного движения и авторитетного лица, могущего объединить и возглавить национально-освободительную борьбу.
4. Подавляющее большинство всех слоев населения в настоящее время не относится неприязненно к Советскому Союзу. Только незначительное меньшинство духовенства и купечества придерживается проанглийской ориентации за создание исламистского государства, и осуществление этой идеи мыслится ими при поддержке Англии.
5. В настоящих условиях развертывание национально-освободительной борьбы невозможно без участия в ней сил мусульманского духовенства, которое, несомненно, будет играть ведущую роль на всех этапах борьбы. Поэтому целью борьбы должен быть лозунг создания такой формы государственного устройства, при которой было бы обеспечено участие мусульманского духовенства».
Сотрудники Разведывательного отдела НКГБ Казахской ССР пятитысячным тиражом размножили специально разработанную листовку «Обращение Центрального духовного управления мусульман в СССР к мусульманам мира», в котором предлагалось свое объяснение происходящих на северо-западе Китая событий с призывом поддержать справедливые действия сторонников ислама в Восточном Туркестане. С 1943 по 1945 гг. было изготовлено и отпечатано полтора десятка вариантов этого Обращения для местного населения, где неизменными оставались призывы к «всеобщему вооруженному восстанию против колонизаторов-китайцев и созданию нового демократического правительства».
Одновременно с весны 1944 г. на территории Синьцзяна от имени групп национального освобождения начал распространяться и манифест с целями и задачами повстанцев. Документ, озаглавленный «За что мы боремся?», призывал население региона подняться на борьбу с китайским владычеством и принять помощь СССР в деле освобождения Восточного Туркестана. В тексте, составленном не без участия советских пропагандистов, были умело переплетены национальные и экономические, политические и военные, коммерческие и культурные моменты. В манифесте, в частности, говорилось:
«Наши отцы и отцы наших дедов назвали место, где мы живем, Восточным Туркестаном. С древних времен здесь поселились уйгуры, таранчи, татары, казахи и узбеки. И в настоящее время эта земля по-прежнему является их местожительством. Сегодня здесь проживают четыре миллиона человек, более трех миллионов из которых – вышеупомянутые нации. Именно по этой причине Туркестан назван очагом тюркских народностей. Кровные узы связывают нас с казахами, киргизами, узбеками и татарами в Советском Союзе, где каждая из этих наций создала свое собственное государство, живет свободно и благополучно.
Кто мы? Кто и где наши близкие и дальние родственники? Где земли, в которых похоронены столь дорогие нам наши возлюбленные и знаменитые предки? В ответ на эти вопросы любой человек, ищущий истину, вправе сказать, что корень нашей страны и души – не в Китае, а в Центральной Азии – в Казахстане, Узбекистане и Татарстане. Наша Родина – Восточный Туркестан… Русские, проживающие сегодня здесь, тоже могут утверждать, что они пришли не из Китая, а из России. Из 14 наций Восточного Туркестана 10, считающиеся самыми многочисленными, не имеют национальных, расовых, культурных и кровных отношений с ханьским народом.
Но через пески пустыни из Китая в Восточный Туркестан пришли китайцы. С помощью сабель и хлыстов, воспользовавшись нашими дружелюбием и доверчивостью, они взяли в свои руки власть над нами, потребовали от нас непосильных налогов и многие виды дани, они угнетали нас до тех пор, пока мы не сравнялись в правах с животными. В то время они были наименее просвещенными людьми в мире, не могли улучшить нашу жизнь или пополнить знания и культуру, взамен они грабили нас, держали в рабстве, погрузили в темноту безграмотности. С того времени наша территория стала называться Синьцзяном и было запрещено называть ее Восточным Туркестаном, имя которого земля носила довольно долгое время.
Сто лет наши предки угнетались китайцами. В прошлом наши народы героически сражались против своих угнетателей. Эти битвы известны. Любимые имена наших героических предков, погибших в этой борьбе, должны служить для нас знаменем, зовущим на войну против китайского порабощения!
В 1926–1927 годах свою дикую политику здесь начал Шэн-дубань[60]60
Шэн Шицай. На самом деле Шэн появился в Синьцзяне лишь в 1930 г. в должности офицера управления надзора и инструктора при Урумчинском военном училище.
[Закрыть]. Это произошло одновременно с рождением в Европе фашизма. Как фашисты считают своими врагами всех людей, любящих мир и свободу, так же поступали Шэн-дубань и китайцы, окружавшие его, считая нас, местных жителей Туркестана, своими врагами и низшей расой. Они жестоко угнетали нас. Шэн-дубань арестовал Ходжанизяза Хаджи, Шарипхана Кугедаева и более 4 тысяч других передовых людей, любимцев народа, ставших нашими лидерами. Можем ли мы забыть их? После ареста Шэн-дубань посадил их в камеры пыток и избивал до тех пор, пока не ломались кости, душил и травил, пока они не умерли. В глазах дубаня они были представителями простого народа, выступавшими за его свободу и лучшее будущее. В этом и заключалось, по его мнению, их преступление.
Лишь небольшое количество арестованных сегодня все еще живо. Они ждут смерти в темных тюрьмах от рук палачей дубаня. Их состояние настолько печально, что их лучшие друзья, матери, жены и дети, увидев их, сошли бы с ума. Эти беспомощные и несчастные люди – уйгуры, татары, казахи, киргизы, узбеки и таранчи. Но они – больше, чем представители наций, к которым мы принадлежим: они – наши отцы, наши старшие и младшие братья, наши родственники.
Люди! Пусть все народы узнают, что эти несчастные в тюрьмах Шэн-дубаня при последнем вздохе перед смертью открыли нам свои души. Их стоны сказали: “За страдания, которые мы вынесли от рук китайцев, вы должны отомстить. Мы пролили свою кровь и отдаем свои души за наш народ, и вы должны отомстить за нас!”.
Сегодня на территории Восточного Туркестана власть – в руках ханьцев. Мы – народ, потерявший все человеческие права. Только когда горло китайских фашистских угнетателей будет перерезано и они будут истекать кровью, мы снова увидим свет жизни.
Гоминьдановские власти планируют переселить из глубин Китая миллионы китайцев на нашу территорию. Часть их в виде солдат и беженцев уже прибыла в Урумчи и расселилась здесь в нескольких округах. Цель ханьцев – управлять нами и вытеснить насильно на восток. Это для нас ужаснее смерти: наши останки будут покоиться в чужих краях, в далеком Китае. Ханьцы будут жить в наших домах, пользоваться нашими вещами, наслаждаться богатством земли, став хозяевами наших мест. Они смеются над нашими страхом и доверчивостью.
Но сегодня прогрессивные народные лидеры подталкивают нас к мысли о возможном благополучии и благосостоянии, организуют по всей территории Восточного Туркестана подпольные группы для борьбы с китайцами. Все борцы за народную свободу должны объединить усилия и под правильным руководством подняться против ханьцев и уничтожить их господство. Поэтому в настоящее время в каждой местности уже имеются партизанские группы национального освобождения.
Цель партизанских групп – освобождение наших народов от порабощения Китаем, и для этого нам, задушенным и униженным, нужно встать на позиции свободы, всеобщего равенства, братства, культуры и счастливой жизни.
Группы национального освобождения дали клятву от имени Единого Бога перед душами наших героических предков и героев достичь законными и незаконными средствами, силой слова и оружия, ночью и днем, не зная отдыха, следующих целей:
1. Мы боремся, чтобы искоренить китайское правление в Восточном Туркестане. Эта земля принадлежит уйгурам, татарам, казахам, киргизам, монголам и узбекам, которые жили в дружбе и одинаково страдали от китайского притеснения, как и другие некитайские нации. В Восточном Туркестане нет места для китайского колониального правительства или ханьских поселенцев.
2. Мы боремся, чтобы установить в Восточном Туркестане всеобщее равноправие.
3. Мы боремся, чтобы создать национальный политический альянс из представителей всех народов, живущих в Восточном Туркестане. Из представителей этого альянса мы изберем тех, кто более любит народ, и с ними создадим наше собственное новое правительство.
4. Мы боремся в интересах всех народов, кроме китайского, чтобы в будущем администрации районов, городов, деревень и селений формировались из надежных, энергичных, способных и простых людей, которые будут избираться населением согласно воле народа.
5. Мы боремся за культурное развитие каждой нации Восточного Туркестана и за создание начальных и средних школ на соответствующем языке для каждой нации, эти школы должны поддерживаться правительством.
6. Мы боремся за восстановление отдельных национальных контингентов войск, представленных уйгурами, казахами, монголами и представителями других наций, которые были распущены Шэн-дубанем.
7. Мы боремся за свержение тюремной системы, установленной Шэн-дубанем.
8. Мы боремся за освобождение невинных людей из неволи. Эти лица, обладающие большим авторитетом, являются первыми среди нас и наиболее нам дороги.
9. Мы боремся, чтобы освободить все народы Восточного Туркестана из когтей голодной смерти, вновь установить прочные и искренние дружественные отношения с нашим большим свободолюбивым другом и соседом Советским Союзом, разработать широкие торговые взаимоотношения между всеми нашими торговцами и “Совсиньторгом”. Мы боремся за то, чтобы покончить с фиксированными рыночными ценами, установленными китайцами, и уничтожить другие системы норм, вредные народу.
Прежде между Советским правительством и народами Восточного Туркестана существовали дружеские торговые отношения, они были нарушены китайской администрацией. Прекращение торговли создало большие трудности в нашей жизни, привело к упадку торговли на базарах, ухудшило экономическое положение многих семейств. Все больше становилось людей, которые голодали, не были одеты и не могли найти работу. Их существование было жалким. И таких становилось все больше и больше. Богатые торговцы превратились в бедных, бедные – в банкротов, банкроты – в нищих. Не стало рабочих мест для квалифицированных рабочих, поскольку не было того, кто принял бы их. В результате они тоже оказались в страшной бедности. С каждым днем возрастало количество людей, которые столкнулись с этими проблемами. На рынке не стало ни покупателей скота, шерсти, кожи, зерна или других продуктов сельского хозяйства, ни производителей этих товаров.
Главный наш покупатель “Совсиньторг” покинул рынки Восточного Туркестана в результате внутренней политики Шэн-дубаня. Цены на сельскохозяйственные товары стали очень низкими и крестьянин не может купить что-либо для нужд семьи на деньги, которые он получает от продажи своей продукции. Мало того, из этих денег китайские чиновники также взимают все виды налогов и податей. Жизнь целых слоев населения таким образом становилась все труднее день ото дня. Народ Туркестана похож на сироту без отца или матери и нет того, кто прислушался бы к его плачу. Ханьцы разлучили ребенка с матерью, которая с трудом пробила себе путь[61]61
Имелся в виду Советский Союз.
[Закрыть], и заменили ее приемной матерью, чтобы позже растоптать ее. Для народов Туркестана разрыв их взаимоотношений с Советским Союзом и их подчинение шести народным принципам китайцев[62]62
Имелась в виду программа «народных принципов» Шэн Шицая. Подробнее см. Обухов В.Г., «Схватка шести империй. Битва за Синьцзян». М., 2007
[Закрыть] – все равно что смерть под пыткой.
10. Мы боремся, чтобы снизить и облегчить налоги и подати, навязанные народу ханьцами. Мы требуем от китайцев, чтобы они уменьшили количество солдат и полиции.
11. Мы боремся за свободу вероисповедания и противостоим всем ограничениям, установленным религиозной практикой.
12. Мы боремся с политикой переселения китайцев в Восточный Туркестан и высылки нас на Восток. Несмотря на лживые и приятные слова ханьцев, мы не должны никуда уезжать из наших земель, не должны допустить прихода китайцев на наши земли, потому что для нас это равносильно смерти.
13. Мы боремся, чтобы увеличить и расширить наши земли, реки и водные пути и хотим обратить внимание нашего нового правительства на полезные проекты и их реализацию.
14. Мы боремся, чтобы ликвидировать все виды тяжелого и принудительного труда, возложенные на местное население китайцами (как, например, рытье совершенно бесполезных рвов и т. д.), поскольку это никакой пользы людям не несет и никому не нужно.
Притеснение ханьцами превратилось в прожорливость фашистов, потому невозможно терпеливо сидеть в тишине, лишь наблюдая. Каждый должен знать, что пришло время, когда он должен выбрать одно из двух: жить счастливой свободной жизнью или быть растоптанным ботинками китайцев. Группы национального освобождения предупреждают все народы: если из-за нашего страха мы упустим этот момент, китайцы приведут на нашу землю миллионы солдат и они будут жить среди нас. После этого мы будем задушены, ограблены и унижены, окажемся бессильными освободиться из когтей китайских фашистов.
Группы национального освобождения ясно понимают эту ситуацию, и мы клянемся не упустить единственный момент, чтобы, не теряя времени, начать бороться против китайских угнетателей за яркую жизнь для народов, свободу, будущее и благополучие. Мы призываем всех людей, которых заботит счастье их семей, всех справедливых и смелых патриотов, всех героев и молодежь, всех смелых солдат не упустить единственный момент, а встать как один в наши ряды, чтобы противостоять китайским угнетателям. Нет ни одного, кто сомневается, что помощь Единого Бога на нашей стороне, и Его доброта с нами.
Братья! Каждый из нас должен восстать с героической храбростью против китайцев! Время не ждет! Наши жизни и наше счастье в этот момент в наших руках, если мы струсим, мы потеряем все. Вступайте в ряды членов групп национального освобождения! Создавайте в каждом местности свои группы национального освобождения! Дайте народу восстать и сопротивляться китайцам! Время нашего триумфа несомненно придет!».
Несмотря на то, что манифест «За что мы боремся?» распространялся среди населения Восточного Туркестана тысячами экземпляров на русском, казахском и уйгурском языках, долгое время он оставался недоступен для посторонних. Лишь 25 сентября 1945 г. офис Управления стратегических служб[63]63
Предтеча Центрального разведывательного управления, первая объединенная разведслужба США, созданная в июне 1942 г. при Объединенном комитете начальников штабов с целью координации шпионской деятельности в тылу врага для всех видов вооруженных сил Соединенных Штатов, сбора и анализа стратегической информации, необходимой для ОКНШ и проведения специальных операций в любой точке планеты. Руководитель – американский юрист Уильям Джозеф Донован по прозвищу «Дикий Билл».
[Закрыть] Госдепартамента США получил из американского консульства в Урумчи копию этого документа, озаглавленного как «Цели мятежников в Синьцзяне». Поступивший файл был зарегистрирован под номером XL 32642.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?