Читать книгу "Порочные связи"

Глава 4

И Колин сдержал слово. Вечер среди богемной публики в одном из самых роскошных ресторанов Манхеттена прошел бурно и непредсказуемо. Подруга Колина – Таня Джойс оказалась совершенно ненормальной девицей. Она без конца хохотала и пила алкоголь словно заправский мужик.

Как потом выяснилось, она была русской эмигранткой, приехавшей покорять Америку в возрасте семнадцати лет из какого-то захолустья в Сибири, где ее отец умудрился неплохо заработать, и впоследствии исполнить мечту дочери о дальних странах и большом кино.

Таня была невысокой яркой синеглазой шатенкой, миниатюрной и подвижной, с очень громким голосом и отсутствием элементарных манер. Ее настоящее имя было Татьяна Кротова, и роль в ‘Итальянском районе’ стала для нее второй в карьере главной ролью.

За столиком присутствовали еще две актрисы, чьи лица показались Джил смутно знакомыми. Девушки тоже часто снимались, но еще не доросли до серьезных ролей. Джил с удовольствием поглощала устриц, запивая марочным дорогим вином, и слушала бесконечные байки о нелегкой актерской жизни.

Она мало говорила, потому что была слишком далека от этих людей и их образа жизни. Они казались ей непосредственными и живыми, бурно выказывающими свои эмоции. Иногда она вылавливала в толпе посетителей лица с мировым именем, примелькавшиеся в голливудских фильмах, и думала о том, как скучна и однообразна ее собственная жизнь. Подумать только, она даже не уверена, что действительно хочет быть адвокатом. А эти люди твердо знают, чего хотят. Колин был одним из них. На своем месте.

Его глаза сверкали, он бесконечно шутил и смеялся, распространяя вокруг себя волны обаяния и магнетизма. Богатая мимика, выразительность взгляда, чувственный тембр голоса, все в нем было гармонично и … театрально.

У него все получится, неожиданно поняла Джил. Наверно, Стюарт Морган думал от том же. Его задумчивый взгляд то и дело останавливался на Колине. Иногда он даже теребил свою аккуратно подстриженную режиссерскую бородку, чуть прищурив глаза.

– А чем занимаетесь вы, Джиллиан? – неожиданно обратился к ней режиссер.

Джил поставила бокал с вином и взяла салфетку, чтобы вытереть руки, заметив краем глаза, как жадно Таня Джойс есть ребрышки, приготовленные на гриле, и бесцеремонно облизывает пальцы, вытирая ладошкой жир с подбородка.

– Я учусь. – вежливо улыбаясь, ответила Джил. – На факультете права. Собираюсь стать адвокатом.

– Очень интересно. – лаконично отозвался Стюарт, загадочно глядя на нее. – У вас очень интересная внешность. Уверен, что в кадре вы бы смотрелись обалденно.

– Не думаю, что у меня есть талант. К тому же я стара для начала актерской карьеры.

– Не согласен. Шерон Стоун обрела известность после тридцати лет, как и многие другие гениальные актрисы. А вам, двадцать…

– Шесть.

– Да вы дитя, Джил. – рассмеялся Морган. – У меня глаз на лица. В вас прямо чувствуется прирожденный аристократизм, и в тоже время сила воли и бунтарский дух. Роль Катрин из ‘Грозового Перевала’ подошла бы идеально.

– Но я не актриса.

– А жаль. – вдохнул Стюарт Морган. – Я собираюсь снимать историческую драму. Англия, восемнадцатый век, в центре событий девушка из обедневшего графского рода и испорченный порочный герцог, пытающийся убедить ее стать его содержанкой. И все это на фоне дворцовых интриг, заговоров и шпионажа. Я собираюсь позвать на главную роль Колина.

Джил затаила дыхание, уставившись в задумчивое лицо режиссера. Гей он или нет, но этот человек, прежде всего, специалист своего дела. И он сделал правильный выбор.

– Колин вас не подведет. – тихо сказала Джил, скосив глаза на Дугласа, что-то шептавшего хохочущей Тане.

– Я знаю. – кивнул Морган. – Этот мальчик очень талантлив. И дело не в образовании. Он сам по себе ходячий артистизм. У него врожденное чутье. И он знает, чего хочет. И со вкусом у парня все в порядке. Вы знаете, Джиллиан, про меня много говорят, и кое-что из этого правда, но я всегда выбираю в свою команду только лучших, не зависимо от личных симпатий. Но я бы и вам дал шанс.

– Так просто? Столько девушек мечтают о карьере в кино, учатся, обивают пороги киностудий, а я просто…

– Оказались в нужный момент и в нужном месте. – закончил за нее Морган. Он снова посмотрел на Колина. – Когда-то я знал его мать, но это между нами, Джил. Так вот, она была настоящим бриллиантом, пока не вышла замуж. Но я вижу, что Мадлен все же сыграла свою главную роль. Роль матери, которая умеет понимать и любить своего сына.

Джил отвернулась. Неожиданно у нее на глаза накатились слезы. Это было так внезапно и нелепо, но слова режиссера затронули в ней какую-то слабую струну, и она задрожала, выдавая неровный аккорд. Словно почувствовав ее состояние, Колин оторвался от беседы со своими коллегами и посмотрел на Джил.

– Все в порядке, детка? – мягко спросил он, тронув ее за подбородок. – Ты устала?

– Нет. Все хорошо. – она вымученно улыбнулась, качая головой. – Мне очень нравится здесь. Нравятся твои друзья.

Нравишься ты, – подумала она, но не сказала вслух, потому что не доверяла своим чувствам.

– Я предлагаю перебраться в ‘Планет Роуз’. – вставая на ноги, заявила Таня Джойс. – Будем всю ночь пить, плясать и петь в караоке. Джил, ты поешь?

Она в ответ неуверенно пожала плечами.

– Ничего, в ‘Планет Роуз’ поют все. – Таня подняла стопку и залпом осушила ее. – Все, я готова.

Глава 5

– Соня, вставай.

Джил повернулась на бок, чувствуя себя героиней фильма ‘День сурка’. Она открыла глаза. Так и есть. Колин сидел на ее постели в одних джинсах без ремня и нюхал белый порошок прямо с ее прикроватной тумбочки. Рядом с полосками кокса дымился кофе.

– Колин, у тебя зависимость. – констатировала Джиллиан.

Ее рука невольно скользнула по его спине. Обнаженная мужская кожа и тугие мускулы под ней неожиданно вызвали в девушке волну чувственного возбуждения. А это совсем ни в какие ворота. Хотеть парня, который нюхает кокаин, сидя к тебе спиной. У нее точно все в порядке с головой?

– Прости, детка. У меня просто осталось после вчерашнего. Не пропадать же добру. – отозвался Колин, вытирая рукой нос.

Он повернулся и лучезарно улыбнулся ей. Джил заметила, что его зрачки неестественно расширены. Но даже такой, в наркотическом дурмане, он был удивительно хорош.

– Я не помню, как мы приехали. – отводя взгляд от натренированной грудной клетки Колина Дугласа, проговорила Джил, заглядывая под одеяло. На ней было надето только нижнее белье. – Мне ведь не в чем раскаиваться?

– Ну… – он протянул ей кофе, загадочно ухмыляясь. – Если не считать того, что произвела фурор в ‘Планет Роуз’ своими вокальными данными и танцевальными, кстати, тоже. – Колин сделал серьезное лицо. – То нет. Мы не трахались, если тебя это интересует.

– Фу, Колин! – возмущенно фыркнула Джил.

– А что я сказал? Ты же об этом спрашивала. – Дуглас снова сделал загадочную мину и заявил. – Но ты хотела.

– Нет! – испуганно воскликнула Джиллиан.

– Да. Ты очень настаивала.

По выражение его лица девушка поняла, что Колин не врет. Черт возьми, а ведь она могла….

– И что тебя удержало?

– Сам не знаю. – он пожал плечами, вставая с кровати. – Я сказал, что смогу заменить Даниэля в твоей постели, но в сердце… Если ты сама этого не захочешь, никто за тебя не решит вашу проблему.

– А ты романтик, Колин. – Джил удивленно смотрела на него, испытывая непонятную смутную тревогу.

Кто бы мог подумать? Колин Дуглас – сердцеед и мачо отказался от секса только, потому что…. Почему? Этот вопрос, видимо, отразился в ее глазах, потому что Колин внезапно отвернулся.

– Тебе снова пора на занятия. А я опять ухожу. – сухо сказал он непривычно серьезным тоном.

– Куда? – тихо спросила она, вдруг поняв, что, проведя с ним две ночи, не знает элементарных вещей. – Где ты живешь, Колин?

– Я живу в Сохо. Снимаю квартиру с мамой. – ответил он, выходя из спальни.

Они не договорились о встрече, и она так и не дала ему номер телефона, но Джил точно знала, что ‘День сурка’ повторится. И что самое удивительное, надеялась на это.

Она долго принимала ванну, собиралась и приводила себя в порядок. Не смотрела на часы, точно зная, что уже серьезно опоздала на занятия. Собирая в сумку тетради, девушка мельком глянула на свое отражение в зеркальной двери встроенного шкафа для одежды. Шкафа величиной с кухню. На нее смотрела красивая молодая девушка с идеальным макияжем и прической. Преуспевающая, хорошо одетая, сильная, сдержанная с удивительно взрослыми глазами.

Девушка, добившаяся поставленной цели. Девушка, попавшая в мир с обложки глянцевого журнала. У нее теперь есть все, о чем она мечтала в годы безрадостного голодного детства. Деньги, положение, дорогая одежда, именитые друзья, учеба в престижном вузе, шикарный автомобиль, доступ в клубы для избранных, вип-места в опере и возможность завтракать, обедать и ужинать в самых престижных ресторанах Манхеттена.

Гламурная жизнь, дорогостоящие курорты, светские вечеринки, богатые поклонники. Она получила все, но цена, которую пришлось заплатить, оказалась непомерно велика. Ее разбитое сердце, растоптанная любовь, полное ощущение беспомощности. Все, чего так жаждала ее амбициозная натура, потеряло блеск и смысл. Теперь Джил до конца осознала, что на самом деле важно. Но это было недоступно. И ничто не изменит совершенных поступков, и сделанных ошибок.

– Кто же ты? – спросила она у своего отражения. – Чего ты хочешь? Зачем живешь?

Ответом была тишина. Она не знала, что сказать самой себе, как оправдать и заполнить внутреннюю пустоту, как избавится от ощущения фиаско и одиночества в душе.

– Ты что-то сказала? – спросила Сара, выходя из спальни.

Она пришла час назад, когда Джиллиан была в ванной, чтобы помочь прибрать в квартире.

– Нет. – тряхнула завитыми в аккуратные локоны волосами, ответила Джил.

Ее взгляд остановился на том, что Сара держала в руках. Брови девушки вопросительно поднялись, когда она встретила напряженный испуганный взгляд Джил.

– Что это? – спросила Сара, положив на туалетный столик мужские носки.

– О господи, только он мог уйти в обуви на голую ногу. – усмехнулась Джил.

– Он? – настойчиво повторила Сара. – Ты с кем-то встречаешься? Не рановато ли?

– А существует какой-то определенный срок? – с горечью поинтересовалась Джиллиан. – В течение которого я должна проливать слезы по очередной раз изменившему мне бывшему мужу?

– Наверное, ты сама должна это решить.

– Вот именно!

– Джил, я понимаю, что тебе тяжело. И, возможно, это своего рода крик души, попытка забыться. Но ты можешь только усложнить ситуацию. Не уподобляйся ему. Секс из мести в любом случае неправилен.

– Я не сплю с ним. Мы просто проводим время вместе.

– Это Колин? Если да, а я почти уверена, что да, то твои слова кажутся мне неискренними. Не нужно лгать. Мы подруги.

– Я не вру. У меня не было секса с Колином Дугласом.

– Я так и знала, что это его носки. – Сара осуждающе посмотрела на Джил, покачав головой. – Ты осознаешь, что происходит? Отдаешь отчет своим действиям?

– Вполне. – Джиллиан холодно улыбнулась, и равнодушно повела плечами. – Мне с ним весело.

– Я не сомневаюсь. – усмехнулась Сара. – Он нравится тебе?

– Да. Нравится. – подтвердила Джил. – Не вижу, что в этом такого предосудительного.

– Я понимаю. Но это не подходящий парень для того, чтобы забыться.

– Кто так решил?

– После двойного свидания с Даниэлем, ты сказала мне, что больше не будешь видеться с Дугласом.

– Мы не встречались, Сара. Но я согласна, что оборвала все связи с Колином, поняв бессмысленность продолжения общения с ним. Но я тогда не знала его. Я видела только обложку, не удосужившись открыть книгу, заглянуть поглубже.

– И что изменилось? Он, что, открыл свою широкую многогранную душу, и ты оттаяла? Так? – не скрывая иронии, поинтересовалась Сара.

– Примерно. – кивнула Джиллиан. – Колин не такой, каким кажется.

– Ты знаешь, я не удивлена. – девушка задумчиво посмотрела на подругу. – Я скорее обеспокоена. Но такой поворот вполне предсказуем. Я почувствовала флюиды между вами, когда месяц назад наткнулась на вас в кафе под бруклинским мостом. Кажется, именно тогда ты передавала ему деньги за кассету с порнофильмом.

– Какие еще флюиды, Сара. – сморщила нос Джиллиан Фонтейн. – Не придумывай. Это была просто сделка.

– Ну, если ты хочешь в это верить. – усмехнулась Сара. – Но и что здесь происходило, пока меня не было? Как Колину удалось очаровать тебя за пару дней?

– Он меня не очаровал. Мы просто друзья.

– Меня уже тошнит от этой фразы. – Сара подняла глаза к потолку, возмущенно фыркая. – Ты со всеми просто дружишь. Один друг сбежал в Майами и не желает с тобой общаться, а другой увез свою секретаршу в Париж наутро после ночи, проведенной с тобой. А третий друг случайно забывает носки в спальне. Это не смешно, Джил. Ты когда-нибудь научишься смотреть правде в глаза? Ты минутой ранее сказала, что Колин тебе нравится. Меня пугает то, что так оно и есть. Я боюсь, что ты снова будешь страдать. Не стоит так опрометчиво бросаться в новые отношения, не разобравшись со старыми. Может, кому-то это и помогает, но не тебе. Ты другая, Джил.

– Чем же я отличаюсь от остальных?

– Если ты сейчас совершишь ошибку, и все окажется не так, как выглядит на первый взгляд, то угрызения совести будут гораздо ужаснее, чем та боль, что причинил тебе Даниэль. – глубокомысленно произнесла Сара.

– О чем ты говоришь? – Джиллиан озадаченно уставилась на подругу, нахмурив брови.

– Даниэль звонил мне утром. – Сара выдержала паузу, глядя в глаза Джил. – Он показался мне искренним и взволнованным тем, что твои телефоны молчат.

– Что ты ему сказала? – отрывисто спросила Джиллиан, отводя глаза.

– Что ты потеряла сотовый. И пока не купила новый. Даниэль попросил меня заехать к тебе и передать его просьбу.

– Какую? – хрипло прошептала девушка, скользнув взглядом в окно, занимающее целую стену.

– Дин просит тебя позвонить ему в отель. Он оставил мне номер. У меня с собой, и, если ты хочешь…

– Нет. – категорично заявила Джил. – Я не собираюсь ему звонить! Зачем? Чтобы услышать очередную ложь?

– Может, мы ошиблись? И все не так?

– А как? После заверений в вечной любви и верности, что уже было неоднократно, Даниэль улетает на неделю в Париж со своей любовницей, а мне врет про какую-то сделку.

– Тебе стоит поговорить с ним. Удостовериться. Чтобы не пожалеть потом.

– Нет. – Джил снова уверенно качнула головой. – Я знаю, что он обманул меня. Он мог сказать, объяснить, что путешествие запланировано до того, как мы помирились, и отменить его было невозможно, неправильно и нечестно по отношению к Маргарите. Но Даниэль предпочел ложь.

– А, если бы ты знала? Ты поняла бы? Простила? Смирилась?

– Мне было бы легче, Сара. Как ты не понимаешь? Я так долго шла, так долго боролась с собой, я отдала ему свое сердце, призналась прежде всего самой себе, что люблю… люблю его. Я готова была простить ему все. И я была так счастлива той ночью, как никогда в жизни. А потом наступило утро. И мое сердце было хладнокровно разбито. Я почувствовала себя щенком, несправедливо выброшенным на улицу из гостеприимного дома без видимых причин, без объяснений.

– Так дай ему шанс объяснить. – Сара приблизилась к подруге и взяла ее за плечи, поворачивая к себе.

– Нет. – в глазах Джил сверкнули слезы. – Слишком много шансов для человека, не способного выполнять обещания. Он просто трус, который боится пустить кого-то в свою жизнь, в свою душу. Дин рассказал мне очень много той ночью, а потом испугался. Я знаю, что произошло. Дин не приемлет моральной и эмоциональной близости. Он не способен на нее. Его пугает ответственность и зависимость. Даниэль болен, психически болен. Я думала, я надеялась, что смогу помочь ему, но у меня не вышло. Даниэлю не нужна моя помощь.

– Но связь с Дугласом не выход. Он из другого мира. Абсолютно неадекватный тип.

– А может мне этого и не хватает? Спонтанности и неадекватности? Мне с ним легко. Я снова чувствую себя безрассудной, не отягощенной всеми проблемами мира. Я устала думать, анализировать, просчитывать наперед. Сара, у меня не было детства, не было юности. Я не жила эмоциями, не делала глупостей. Я положила свою жизнь на достижение цели, оказавшейся эфемерной, приземленной, размытой.

– В мусоре я заметила долларовую купюру, скрученную в трубочку. Поверь, я знаю, что это такое. Ты таких глупостей хочешь?

– Это не мое. Колин балуется… – Джил смутилась.

Она не думала, что Колин окажется таким неблагоразумным. Можно было избавиться от улик более качественно.

– Колин всегда балуется. Одного взгляда на этого парня достаточно, чтобы понять, что он никогда и ни к чему не относится серьезно. Он, как большой ребенок, не желающий взрослеть и расстаться с розовыми очками. И при всем внешнем обаянии и легкости, он опасен.

– Ты усложняешь простые вещи. Я никогда не буду страдать из-за Колина. Как такое могло прийти в твою хорошенькую головку? Я не увлечена им всерьез. Просто наверстываю упущенное.

– Ты уверена?

– Да.

– Я могу не беспокоится, что завтра в газетах прочитаю, что вы поженились в Лос-Анджелесе?

Джил от души рассмеялась.

– Просто расслабься, Сара. Мы слишком молоды, чтобы быть такими серьезными.

– Ты собираешься в университет?

– Только что передумала. Наш диалог навел меня еще на одну абсурдную мысль. – она загадочно улыбнулась, доставая из сумочки телефон.

– Мне становится страшно. – Сара театрально прижала руки к груди.

Джил набрала номер и приложила трубку к уху.

– Привет, Триш. Я не приду сегодня на занятия. Нет. Ничего не случилось. У меня просьба. Только, умоляю, не задавай лишних вопросов. Дай мне, пожалуйста, адрес твоего брата в Сохо. Что? Нет, я не спятила. Просто он оставил носки. И я должна их вернуть. Нет, Триш, я не заболела. … Да, я запомнила. Спасибо. Пока.

– И ты тоже! Ничего не спрашивай. – Джил расхохоталась, глядя в расширившиеся от потрясения глаза подруги.

Глава 6

Она довольно быстро нашла адрес, который подсказала ей Триш. Колин снимал квартиру на Брум-стрит, в непосредственной близости от шедевра архитектуры – Хогвоут-билдинг. Полюбовавшись классическим примером венецианского палаццо, украшенного чугунным литьем, Джил внезапно подумала, что у Колина сильно развито чувство прекрасного. Она еще не знала, где находится его квартира, но была точно уверена, что окна выходят именно на эту часть улицы.

Как это здорово, каждое утро созерцать рукотворную красоту Хогвоут-билдинг. Ее саму больше заинтересовала бы улица, на которой находится бутик Прадо. Джил еще не много прогулялась по Бродвею, любуясь помпезными зданиями начала прошлого века. Чугунный ажур Бродвея. Боже, это место было фантастически-красивым. У девушки даже шея затекла, пока она разглядывала чугунных красавцев. Она подумала, что снять квартиру в одном из самых эксклюзивных и красивых районов НЙ не самое дешевое удовольствие. И все-таки Колин Дуглас необыкновенный человек. Насмешливый, ироничный, легкомысленный снаружи и тонкий, одухотворенный и чувственный внутри.

Поднимаясь в лифте на двенадцатый этаж, Джил засомневалась в правильности своего порыва. Нельзя врываться без приглашения и предупреждения в личное пространство человека, который пару дней назад был просто случайным знакомым. Быть может, его и вовсе нет дома.

А если откроет его мать? Морган назвал ее имя. Мадлен. Что она скажет Мадлен? Как представится? Все это так глупо! Как и круассаны в бумажном пакете, которые Джил купила в кондитерской, в которую заглянула по дороге… Надо было взять его телефон.

– Я с ума сошла. – нервно усмехаясь, пробормотала она себе под нос, поднимая руку, чтобы постучать в дверь квартиры.

Он сам открыл дверь. Какое-то время Колин, молча, смотрел на нее. Недоверчиво и смущенно. Необычное выражение для его лица. Когда первое потрясения от неожиданного визита прошло, губы молодого человека расплылись в плутоватой ленивой улыбке. Он скользнул медлительным взглядом по ее леопардовому пальто и растрепавшимся на ветру локонам, остановился на бумажном пакете. Джиллиан облегченно выдохнула, прошептав:

– Я без приглашения. Прости.

– Уже соскучилась? – сказал он, взяв ее за руку и увлекая за собой в квартиру.

Они оказались в просторной светлой гостиной, огромные окна которой выходили именно туда, куда предполагала Джил. Белые стены, зеркальные потолки, белые мягкие кресла и диваны, белые толстые ковры на полу.

– Боже, сколько света. У меня слепит глаза. – пошутила Джил, оглядываясь. – Очень уютно, Колин. Я в восторге.

– Это все мама.

– Милый, у нас гости? – раздался мягкий тягучий голос.

Джил резко повернулась. В украшенной лепниной арке, которая, видимо, вела в смежную комнату стояла потрясающе красивая брюнетка в изумрудном атласном пеньюаре. Стало очевидно, от кого Колин Дуглас унаследовал свою уникальную внешность.

– Мама, это Джиллиан. Моя подруга. Джил, это моя мама. Мадлен. – Колин официальным тоном, с тонким ироничным подтекстом представил женщин друг другу.

Мадлен почти бесшумно и очень грациозно двигаясь, прошла в гостиную и протянула гостье руку.

– Очень приятно. Я много читала о тебе, Джил. – зеленые глаза женщины лукаво улыбнулись. – Колин всегда питал слабость к красавицам. Но они еще ни разу не переступали порог нашей квартиры. Это приятный сюрприз. Чувствуй себя, как дома.

– Мне неудобно, что я пришла без приглашения. – смущенно пролепетала Джил, очарованная мягкой искренней улыбкой Мадлен.

– Я вижу, что твой визит обрадовал моего скрытного сына. Я тебе рада.

– Спасибо.

– Что ты стоишь, Колин? – женщина обернулась к сыну. – Принеси нам чай. Или кофе?

Зеленые глаза снова остановились на ней. Джиллиан согласно кивнула.

– Кофе.

– Слушаюсь, леди. – смешливо бросил Колин, удаляясь на кухню.

Мадлен усадила гостью на один из диванов, а сама устроилась в кресле напротив. Он мило поболтали о моде, колумбийском университете и погоде, пока Колин готовил напитки. И когда он, наконец, справился с этой непростой задачей, Джил уже чувствовала себя полностью расслабленной.

Оказалось, что так просто найти общий язык и темы для обсуждения с абсолютно незнакомым человеком. Мадлен выглядела замечательно для своих лет, обладала врожденной грацией и таким же артистизмом, как ее сын. Она много улыбалась и тонко шутила, озорной блеск в глазах выдавал в ней легкость натуры и молодость души. Ни единого намека на принужденность, холодность или лукавство. Так необычно и ново для Джил.

– Твой кофе всегда божественен. – выдохнула Джиллиан, похвалив труды Колина, который в ответ лишь пожал плечами.

– Я согласна с тобой, Джил. – поддержала ее Мадлен. – Он еще и отлично готовит. И постоянно меня балует. Я совсем обленилась по вине Колина. Он не дает мне ничего делать, не позволяет работать. Носится со мной, словно с ребенком.

– Мама! – Колин выразительно посмотрел на мать. – Ты преувеличиваешь.

– Вовсе нет. Я развелась три года назад, а он думает, что это его вина, хотя все не так. – заявила Мадлен. – И взял на себя непосильную роль главы семейства. Из нас двоих. – она рассмеялась.

– Мама, вовсе не обязательно восхвалять меня так откровенно.

– Но это так, милый. Я безмерно благодарна тебе. Джил, ты не думаешь, что я специально хвалю Колина?

– Нет. – девушка улыбнулась, глядя как Дуглас раздраженно хмурится. – Он замечательный человек. Но с первого взгляда этого не скажешь.

– О да, этот его антураж легкомысленного мерзавца. – понимающе кивнула Мадлен.

– Дамы, я все еще здесь. – напомнил Колин. – Не стоит говорить обо мне в третьем лице. Кстати, Джил, круассаны просто чудо.

– Правда? Я купила их…

– Я знаю, где. И постоянно затариваюсь в этой кондитерской. Выпечка там даже лучше, чем в ‘Бальтазаре’.

– Я никогда не была в ‘Бальтазаре’. – призналась Джиллиан.

– Обязательно своди туда Джил. – вмешалась Мадлен.

– Непременно. – усмехнулся Колин. – Ты, вроде, собиралась на маникюр?

– Колин! – оговорила его Джил.

– Ничего. – Мадлен поставила кружку на стеклянный столик, и встала. – Мне действительно пора. Очень было приятно поболтать с тобой, Джил. Хорошо, что у Колина есть нормальные друзья с трезвым взглядом на жизнь. Ну все, пойду одеваться. Не забывайте, что я еще здесь. – Мадлен шутливо погрозила им пальцем, и развернувшись, пошла к выходу.

Парочка, сидевшая на приличном расстоянии друг от друга, быстро приглянулась. Глаза Колина были непривычно серьезными, а поза, в которой он застыл, выдавала внутреннее напряжение. Она все-таки смутила его своим визитом. Он никогда не приводил сюда своих девушек, вспомнила Джил слова Мадлен. Но она не его девушка. Тогда кто она для Колина?

– Прости, я поставила тебя в неловкую ситуацию. – пробормотала Джил, когда Мадлен скрылась в другой комнате. – У меня не было твоего номера, и я не догадалась спросить у Триш. Не знаю, что на меня нашло.

– Все нормально. Я рад, что ты здесь. – спокойно произнес Колин, глядя на нее. Джил смотрела в окно. – Просто не ожидал.

– Красивый вид. – задумчиво сказала девушка. Она повернула голову. Фиалковые и изумрудные глаза встретились. – Мне понравилась твоя мама. Она так гордится тобой, это чувствуется.

– Все матери гордятся своими детьми. – сухо заметил Колин.

– Не все. – печально отозвалась Джил. – Некоторым нет дела до желаний и времяпровождения своих отпрысков.

– Мне очень жаль. – Колин протянул руку и убрал прядь, упавшую на ее лоб.

– А ты совсем другой дома. – произнесла она, глядя на него проницательным взглядом. – Серьезный, и взрослый.

– Не хочу расстраивать ее. – Колин пожал плечами, отводя глаза.

– А мне кажется, что именно сейчас ты – настоящий. – Джил чуть склонила голову набок. – Тебе повезло в жизни. У тебя есть мать, которая любит и верит в тебя. Твоя мечта о кино начинает сбываться.

– Да. – он улыбнулся уголками губ. – И на моем диване сидит самая красивая девушка, которой мне безумно хочется показать свою спальню.

– Колин. – взгляд Джил потяжелел. – Чтобы я не предлагала тебя в пьяном угаре, не воспринимай это всерьез.

– Я не сказал, что собираюсь показать кровать… на ощупь. – широкая улыбка коснулась его глаз.

Обворожительно красивый парень, пронеслось у Джил. Теплая волна зародилась где-то в районе груди Джиллиан и постепенно распространилась по всему телу.

– Твои зрачки все еще расширены. – заметила она. – Мадлен не в курсе, что ты злоупотребляешь запрещенными препаратами?

– Я делаю это не так часто, как ты думаешь. – улыбка Дугласа погасла. – Напряженное время выдалось. У меня сегодня первый выходной за последний месяц.

– Но ты же говорил….

– Да, я не снимался в кино, если ты об этом. Реклама, показы мод и прочее.

– Подумать только, возможно, я становлюсь свидетелем зарождения новой звезды. Ты согласился на предложение Моргана?

– Да. Съемки начинаются через две недели. – кивнул Колин с энтузиазмом. – Придется уехать в Лондон почти на целый год.

– Здорово. – Джил искренне улыбнулась. – Я так рада за тебя.

– Я тоже рад. За себя. Но я буду скучать по нашей странной дружбе.

– Почему странной? – удивилась Джил, хотя в глубине души знала ответ.

– Обычно мои отношения с девушками складываются иначе. – Колин плутовато улыбнулся.

– А сейчас у тебя кто-то есть? – зачем-то спросила она.

– А ты видишь здесь кого-то еще?

– Твоя мама сказала, что здесь никогда не бывает кого-то еще. У тебя пунктик насчет личного пространства?

– Вроде того.

– Я его нарушила.

– Ты ничего не нарушила. Ты – особый случай. Исключение.

– В чем моя исключительность? В том, что мы не спим вместе?

– Мы спали вместе две ночи подряд. – подразнил ее Колин.

– Ты понимаешь, что я имею в виду. И говори тише, твоя мама может сделать неправильные выводы.

– Моя мама только что ушла. И она сделала правильные выводы, как только увидела тебя.

– Ушла? Она переодевается.

– Нет. Минуту назад проскользнула мимо, как мышь, боясь нам помешать.

Джил озадаченно нахмурилась.

– Как я могла не заметить?

– Ты была слишком увлечена разговором. На чем мы остановились?

– На моей исключительности. И ее причинах. Я думаю, что причина в том, что мы не занимаемся сексом. Я говорю предельно ясно?

– О да. – хохотнув, подтвердил Колин. – Но дело не в сексе или его отсутствии. Я бы, конечно, предпочел его наличие, но от этого ты не стала бы менее исключительной. Ты мне нравишься, Джил. Сильнее, чем я сам бы хотел.

– Уверена, что я не единственная девушка, которая нравится тебе. И… Колин, ты мне тоже нравишься.

– Нет. – он покачал головой. Джил удивленно вскинула брови.

– Нет?

– Нет. – совершенно серьезно подтвердил Колин.

– Считаешь меня лгуньей?

– Нет. Без причин и объяснений. Я чувствую такие вещи.

– И что я, по-твоему, делаю сейчас здесь, если ты мне не нравишься?

– Тебе просто нужен кто-то, кто не задает вопросы, и помогает забыться.

Джил потрясенно замолчала, не зная, что сказать на это, как возразить. Как ему удается так хорошо читать в ее сердце? Она смотрела в его чудесные умные глаза. Легкомысленный мальчишка? Где он? О господи, Сара была права. Колин Дуглас опасен. Очень опасен.

– Мне нужно идти. – вздрогнув, растерянно бросила Джил, резко вставая на ноги и забрасывая на плечо ремешок сумочки.

Колин поднялся вместе с Джиллиан, не сводя с нее напряженного взгляда. Они смотрели друг на друга всего несколько секунд. Ни слова не говоря, Колин забрал ее сумку, и бросил на диван. Он смотрел серьезно и решительно. Его руки неожиданно сильно и властно сжали хрупкие плечи Джил.

Наклонившись, он осторожно коснулся ее губ, словно пробуя их на вкус. Деликатно, чувственно и нежно. У девушки задрожали колени. Она никогда не знала такой страсти, неторопливой и чувственной, почти хрупкой и невесомой, но в тоже время сметающей последние остатки ее благоразумия. И она забыла обо всем, что было раньше. Забыла о причинах, по которым ей не следовало этого делать. Она забыла, кто она и где…