Читать книгу "Порочные связи"

– Стоп. – решительно оборвал ее Даниэль, обхватив пальцами подрагивающий подбородок девушки. – Я знаю, к чему ты ведешь, Джи. Ты не она. Я никогда не видел в тебе и капли сходства с Сандрой.

Они долго смотрели друг другу в глаза. Джил жалобно всхлипнула, убирая его руку от своего лица и отрешенно качая головой.

– Ты можешь говорить, что угодно, и можешь даже верить в это. Но подсознание – страшная вещь. Ты можешь убедить себя, что чувства вины нет, сожаления нет, но на самом деле все иначе. Я не она, но у нас много общего, чтобы ты не говорил, и как бы, ни отрицал. Ты так хорошо знал Сандру, ты видел насквозь ее пороки и недостатки. И ты с первого взгляда понял, что я собой представляю, и чего пытаюсь добиться от связи с Майклом. Я была твоим шансом, попыткой, своего рода экспериментом. С одной стороны, ты защищал брата, а …

– О чем ты говоришь? – в недоумении спросил Даниэль.

– О том, что невозможно не испытывать чувства вины после совершения убийства. Даже, если тебе всего восемь, даже, если прошло двадцать лет, даже, если у тебя была масса причин. Разве ты не спрашивал себя, не тогда, а позже, повзрослев и набравшись опыта, не спрашивал: Почему? Почему она была такой? Как она пришла к тому представлению жизни, которую вела? Что сделало ее бездушной и холодной, расчетливой, лживой и жесткой?

– Нет. – сцепив челюсти, резко мотнул головой Даниэль. Взгляд ее стал отчужденным, жестким.

– Да, Даниэль. Но тебе некому было задать эти вопросы. И тогда пришло чувство вины. И непонимание, и боль, и обида, и сожаление, и злость, и ярость, ощущение потери почвы под ногами и ориентации в мире нормальных людей. Эти чувства еще владели тобой, когда мы познакомились. Ты пустился во все тяжкие, пытаясь закрыться от эмоций, которых боялся и не понимал. Пьянки, вечеринки, неразборчивые сексуальные связи – все это лишь попытка убежать от реальности. А когда умер твой отец, ты неожиданно успокоился. Метания потеряли смысл. Единственный, перед кем ты хотел бы оправдаться, тоже ушел. И, возможно, оставшись наедине с собой, ты задал еще один, последний вопрос. Могло ли что – то или кто – то изменить ее? Был ли у нее шанс стать тем человеком, которого ты однажды не постыдился бы назвать матерью? А ответом стала для тебя я. Ты, может быть, не осознаешь, но это действительно так, Даниэль. Ты полюбил меня, понимая, что любовь – единственное, что сможет остановить меня от полного превращения в подобие твоей матери. Любовь ко мне – это искупление вины и надежда на лучшее будущее, чем то, что ожидало Сандру, если бы она осталась жива.

– Джи, что ты говоришь? – Даниэль сокрушенно покачал головой. Встряхнув ее за плечи, он внимательно всмотрелся в грустное лицо. – Если ты права, Джил. Если все так, то выходит, что я лишил свою мать шанса. И мое преступление не имело смысла. – Дин бессильно уткнулся лбом в ее плечо и прошептал. – Я не хочу спорить с тобой сейчас. Мы зашли слишком далеко в дебри. Я знаю твердо одно – ты никогда, даже мимолетно не вызвала во мне воспоминания о Сандре. Я влюбился, как мальчишка, с первого взгляда, совершенно не зная тебя. Господи, твои грехи, твоя вина просто ничто, по сравнению с тем, что делал я. Ты забыла, Джил, сколько боли я принес тебе? Мы просто были молоды и глупы, подвластны амбициям, не способны принять возникшие чувства, как данность, как счастье, а вместе этого всеми силами пытались противостоять им. Вот и все, Джи. Мы с тобой – другое. Мы не имеем никакого отношения к Сандре и ее отношениям с моим отцом.

Джил неожиданно расслабилась, словно с ее души сняли тяжелый камень. Ее руки нежно обняли Даниэля, притягивая ближе.

– Моя маленькая дурочка, – мягко прошептал ей в плечо Дин. – Ты до сих пор ищешь причины, по которым я могу тебя не любить. Смирись, милая, их просто нет. И когда придет время, ты непременно станешь лучшей матерью, чем те, что были у нас.

– И это время может настать быстрее, чем ты думаешь. – усмехнулась Джил, приятно тронутая его словами. Дин поднял голову и вопросительно взглянул на нее. – Я не пью таблетки уже полгода. Какой смысл, если у меня нет любовника? – пояснила она.

– Ну, теперь он у тебя есть. – Даниэль широко улыбнулся. Его глаза лучились от нежности и любви. Джил напряженно посмотрела на него.

– Мне становилось страшно от одной мысли, что однажды ко мне прикоснуться другие руки, не твои. – прошептала она глухо.

– Этого никогда не произойдет. – успокоил ее Дин. – Только я. До конца наших жизней. Несмотря ни на что.

– Несмотря ни на что? О чем это ты? – усмехнулась она, игриво хлопнув его ладошкой по плечу. – Даже не думай снова взяться за старое.

– Я усвоил урок, Джил. – серьезно сказал Даниэль. – Я давал много обещаний, и не держал их. Но сейчас все иначе. Мы оба прошли через ад. Мы повзрослели, и больше не совершим прежних ошибок. Ты веришь мне?

– Верю. – шепотом проговорила Джил, и склонившись над ним, страстно и нежно поцеловала в губы, укрыв их обоих копной своих волос. Ее тело требовательно прильнуло к нему в поисках ласки, но Дин с легким смешком отстранился.

– Милая, боюсь, что на сегодня я полностью исчерпал силы. – обняв Джил, он уложил ее рядом с собой. – Уже светает, а мне через несколько часов нужно вылетать на переговоры.

– Далеко? – сонно потянувшись, спросила Джил, устраиваясь поудобнее и наслаждаясь теплом сильного тела, растянувшегося рядом с ней.

– В Европу.

– Бог мой. А надолго?

– На неделю.

Джил встрепенулась, и посмотрела на Даниэля с осуждением.

– Неделя? И ты только сейчас говоришь?

– Ты не спрашивала. И я не думал, что день закончится вот так, – он слабо улыбнулся. – Ты будешь скучать?

– Безумно.

– Я вернусь.

– А куда ты денешься. – усмехнулась Джи.

Она слышала, как дыхание Даниэля выровнялось, и он отошел в крепкие объятья сна, но сама еще долго ворочалась, прислушиваясь к легкому сопению Дина.

Джил хотела бы сказать, что счастлива теперь. Что рядом с ним, полностью раскрывшим ей свое сердце, она сама обрела покой и умиротворение, но все оказалось сложнее. Сложнее, чем это представлял сам Даниэль.

Доверие, искренность, полное понимание друг друга, безоговорочная вера, да она стремилась к таким отношениям. Видела в них идеал, залог крепости уз, соединивших сердца. Но то, что открылось ей сегодня, то, о чем поведал ей Дин, не входило в понимание правильных и честных отношений. И, если быть до конца откровенной, Джил была напугана. То, как говорил Даниэль о своей матери, ее убийстве и предсмертных судорогах, разбрызгавшейся крови, так спокойно и уверенно, так равнодушно.

Бог мой, ведь ему было всего восемь, ребенок. Дети не могут быть такими холодными и жестокими. Эта скрытость была в нем всегда, отрешенность от мира, несгибаемая твердая вера в свою правоту. Он думал, что ему подвластно все. Джил никогда не замечала в нем уязвимых мест, Дин или хорошо маскировался, или просто был непробиваем, как скала. Только любовь к ней, страх потерять эту любовь, разрушали маску абсолютной власти и уверенности над собой, над другими. Была ли она для него спасением?

Джил замерла от внезапно пронзившей ее мысли. А что, если она не держит его в равновесии, а разрушает?

И что сделает Дин, когда поймет это?

Джил судорожно вздохнула, и, повернувшись, посмотрела на Даниэля. Внутри все перевернулось, девушка даже вздрогнула от неожиданности. Дин не спал. Его светлые глаза, не моргая, следили за сменой эмоций на ее лице.

– Не спится? – спросил он, проведя большим пальцем по ее губам.

– Да. – кивнула Джил, чувствуя возрастающее внутреннее напряжение.

– Нужно немного поспать, Джи. Просто не думай ни о чем.

– Хорошо. – прошептала она, обнимая его за талию, и прижимаясь лицом к горячему мужскому плечу. Она не хотела, чтобы он догадался, какие темные мысли гуляют в ее в голове. Сейчас Джил понимала, почему Дин так долго молчал, почему боялся открыться ей. И он был по – своему прав. Есть секреты, которые лучше не знать.

– Господи, Джил! – прижав руки к груди и испуганно подпрыгнув на месте, воскликнула Сара, увидев выходящую из душа подругу, завернутую в длинное махровое полотенце. – Ты напугала меня до смерти.

Джил весело рассмеялась, глядя на сконфуженное растерянное лицо Сары, которая явно не ожидала увидеть ее этим утром в спальне своего работодателя.

– Успокойся, это всего лишь я. – бодро сообщила Джил, направляясь к разобранной кровати.

Она благодарно улыбнулась, заметив аккуратно разложенную на стуле одежду. Поверх немного помятой юбки лежала свежая смена нижнего белья. Наверно, Дин нашел его в одном из ее шкафов. Даниэль всегда был очень заботлив. Рядом с ним легко чувствовать себя слабой и совсем юной.

– Что ты здесь делаешь? – не удержалась от бестактного вопроса Сара.

Джил удивленно обернулась, скидывая полотенце и надевая кружевные розовые трусики. Сара смотрела на нее все также растерянно и напряженно.

– А ты как думаешь? – усмехнулась Джил, застегивая бюстгальтер, и протягивая руку за блузкой. – Черт, придется ехать в мятой одежде. Мы успеем выпить кофе? Сколько времени?

– Девять утра. – сухо сообщила Сара.

– Ну вот. – раздраженно вздохнула Джиллиан. – Я опоздала на первую лекцию. А, черт с ним. Можно, иногда расслабиться. Так, как насчет кофе? Уверена, что ты еще успеешь вычистить каждый уголок здесь. Впереди неделя.

– Джил, я все еще не понимаю, что происходит. – настойчиво спросила Сара, присаживаясь на край кровати и снимая резиновые перчатки.

– Правда? – джи скептически улыбнулась. Глаза ее светились внутренним светом. – А на что это похоже?

– Понятия не имею, Джил. Я встретила Даниэля внизу, у лифта. И он и словом не обмолвился о том, что ты здесь.

– А должен был? – холодно спросила Джил, застегивая молнию на юбке и расправляя складки.

– Джил, в холле его ждала Маргарита. Я, наверное, не должна была говорить. Но они вместе покинули здание и сели в машину. – внимательно глядя на подругу, сообщила Сара.

– Что ты… – Джил нервно улыбнулась, запустив руку во влажные локоны. Она покачала головой, в глазах застыл немой вопрос, недоверие, страх. – Но он сказал, что у него деловая поездка в Европу.

– В Париж. – кивнула Сара. – Я слышала, как Марго щебетала что – то вроде: ‘Я никогда не была в Париже. Не могу поверить, и тому подобный восторженный лепет.

Джил опустилась на стул, слепо глядя перед собой. Она пыталась сопоставить факты. Пыталась найти логичное объяснение.

‘Только я. До конца наших жизней. Не смотря ни на что.’

‘Мы повзрослели, и больше не совершим прежних ошибок. Ты веришь мне?’

Верить ему. Он просил верить ему. И она должна. Но как? Почему он не сказал? Что, черт возьми, происходит?

– Это какое – то недоразумение. – пробормотала Джил, но коварный змей сомнения уже вкрался в ее душу. Негодование и боль кольцами опутывали ее разум и тело.

– Джил, мне очень жаль. – с чувством прошептала Сара.

Джиллиан покачала головой. Никто не мог понять, что творилось сейчас у нее внутри. Наверное, так чувствовала себя Ева, выдворенная из рая, за то, что осмелилась вкусить яблоко познания.

– Это какая – то игра. – проговорила Джиллиан. – очередная манипуляция Даниэля. Но зачем? Что он хочет добиться?

– Прошу тебя, возьми себя в руки. Это не в первый раз. С Даниэлем никогда нельзя ничего знать наперед. Ты же знаешь… – пыталась успокоить подругу Сара. – Милая, тебе не стоило снова идти у него на поводу.

– Но вчера все было иначе. – воскликнула Джил, вскакивая на ноги. Схватив расческу, она с остервенением принялась расчесывать волосы. – Ты не понимаешь. То, что он говорил…. Все было по – настоящему. Мы полностью раскрылись. Он не мог так поступить. Я не верю. Всему есть объяснение. Я позвоню ему.

Джил схватила сумочку и лихорадочно вывалила все содержимое на кровать.

– Где он? Черт, я опять потеряла телефон. – воскликнула со злостью.

Она молниеносно метнулась на кухню, к телефону Даниэля. Сара, сочувственно наблюдая за подругой, следовала за ней. Чуть не растянувшись на пороге кухни, девушка схватила вожделенную трубку. Но, прежде чем набрать номер, она заметила мигающий огонек.

– Непрочитанный автоответчик. – прошептала Джил.

Взгляды подруг встретились. Сара чуть заметно кивнула, увидев сомнение в ее глазах. Дрожащие пальцы потянулись к кнопке и нажали. Голос, оставивший сообщение, нельзя было не узнать. Это была Маргарита Слейтон. Джил затаила дыхание, сжав руки в кулаки так, что ногти впились в ладонь, причиняя боль.

– Прости, что так поздно, Дин. Я звоню тебе весь вечер на сотовый, но ты не отвечаешь. Может быть, ты спишь, или телефон разрядился. Да, это не важно. Я просто хочу напомнить, что вылет в семь сорок. Пожалуйста, не забудь билет и паспорт. И не проспи. Я надеюсь на твою бдительность. Ты знаешь, как много значит для нас эта поездка. Особенно для меня. Господи, я до сих пор не могу прийти в себя. Париж! Подумать только. Город моей мечты. Я безумно тебе благодарна за все, что ты для меня делаешь. До завтра, Даниэль. Доброй ночи. Я люблю тебя.

Ну вот и все. Джил на мгновение крепко сжала веки, глубоко вдохнула и мысленно сосчитала до десяти. Все нормально… Нормально…. К черту, все ужасно. Отвратительно. Гадко.

– Ты не будешь ему звонить? – осторожно спросила Сара.

Джил подняла на нее взгляд, в котором застыло жуткое выражение. Беспомощность, гнев, ярость и глубокая усталость.

– Зачем? – криво усмехнулась она. Выпрямившись, откинула за спину волосы, и спокойно посмотрела на подругу. – Мне нужно идти. У меня лекции.

Часть 3
Колин

Глава 1

Колин Дуглас стряхнул с кожаной куртки капли дождя и уверенно вошел в ресторан на Пятой Авеню. В холле его встретил улыбчивый администратор с табличкой ‘Джерри Синклер’, приколотой к лацкану строго темно-синего пиджака.

– Добрый вечер, сэр. У вас заказан столик?

– Привет, Джерри. – как всегда, забыв о светском этикете, весело кивнул Колин. Он откинула со лба влажную темную прядь, и широко улыбнулся, продемонстрировав ямочки на щеках и ровные белые зубы. – Нет, дружище, я не заказывал здесь столик. Просто шел мимо, и увидел на парковке машину своей знакомой. На улице ливень, а я без зонта. Вот и решил пропустить стаканчик со своей подругой. Если она одна, конечно.

– Это закрытое заведение, сэр. Мы обслуживаем только вип-клиентов, и по предварительной брони. – сухо сказал Джерри.

Все его радушие, как рукой сняло. И даже, несомненно, очаровательная улыбка обаятельного и нежданного посетителя не повлияла на строго администратора, явно не склонного к задушевным беседам.

– Джерри, ты меня не так понял. Я не собираюсь вваливаться в зал и мешать посетителям. – зеленые безмятежные глаза Колина заговорщически сверкнули. – Я безумно в нее влюблен. И просто хочу сделать сюрприз.

– Тогда вам нужно было заранее договорить о столике для вас и вашей подруги. – непреклонно отозвался Синклер.

Все так же лучезарно и подкупающе искренне улыбаясь молодой человек приблизился к администратору, сохраняющему каменное выражение лица. Колин был значительно выше сотрудника ресторана. Но тот и не думал отступать. Он снисходительно и оценивающе скользнул взглядом по нарушившему покой заведения посетителю. Джинсы от Армани, дизайнерская кожаная куртка и тонкий черный свитер известного бренда. Мальчик пусть и не беден, но явно не дорос до круга избранных, которых принимали в этом ресторане. Больше похож на смазливого плейбоя, из тех, что живут за счет богатых немолодых любовниц. Может модель или начинающий актер, судя по исключительным внешним данным. Джерри Синклер много навидался таких на своем веку. Но здесь он не позволит какому-то жигало охотиться на своих звездных посетительниц.

– Джерри, я действительно хорошо знаком с дамой, которая сейчас ужинает в зале. Мне нужно с ней поговорить. – настойчиво повторил Колин, перестав улыбаться.

Синклер сделал почти незаметный знак рукой и от входа в зал отделились две тени.

– Вы выставите меня? – Дуглас искренне рассмеялся, глядя на мрачных бритоголовых охранников в смокингах. – У нас свободная страна, или как? Я что-то нарушил? Джерри, просто передайте Джиллиан Фонтейн, что я здесь, и мы решим все недоразумения.

В равнодушных глазах непробиваемого администратора наконец-то мелькнул огонек заинтересованности и удивления. Он снова оценивающе скользнул взглядом по визитеру.

– Ваше имя, сэр. – строго сказал Синклер.

– Колин Дуглас. – с облегчением выдохнул молодой человек. – Знал бы, что вот так выйдет, прошел бы мимо.

– Я сейчас вернусь. – мужчина коротко кивнул и скрылся за дверями, ведущими в зал ресторана,

– Как дела, ребят? – Колин жизнерадостно улыбнулся двум исподлобья взирающим на него охранникам. – Не повезло с работой, да? Мне, честно говоря, тоже. Знаете, мой отец продает машины, а я всегда хотел снимать кино. Но не такое, как сейчас снимают в Голливуде, а настоящее. Про жизнь, людей, с философией и чувствами. Я бы обязательно взял вас на главные роли. У вас очень харизматичные лица, такие одухотворенные. Вы отлично смотрелись бы в кадре.

– Серьезно? – подал голос один из верзил. – Я учился на актерском. Но не сложилось…

– Дружище, ты не там пробовался. Слушай, у меня много связей. Я могу поговорить…

– Колин!

Молодой человек обернулся в сторону раскрывшихся дверей. Ему навстречу шла самая красивая девушка из всех, что он когда-либо видел, а он повидал немало. Ее каблучки звонко цокали по мраморному полу, серебристое вечернее платье шелестело при ходьбе. Оголенные плечи и глубокое декольте, высокая прическа, подчеркивающая длинную изящную шею, несколько локонов игриво обрамляют идеальное лицо с правильными чертами, дорогущее ожерелье с брильянтами и такие же серьги и браслеты на руках. Одного мимолетного взгляда ему хватило, чтобы оценить все это великолепие. Потрясающе хороша.

– Слава Богу, Джилли. – выдохнул Колин. – Меня тут чуть не запинали.

– Никто и не собирался… – начал несостоявшийся актер.

– Да ладно, друг, я шучу. – Колин протянул ему визитку. – Вот, позвони мне.

Он снова повернулся к Джиллиан Фонтейн, недоуменно взирающей на него своими огромными фиолетовыми глазами. Первое время Колин думал, что она носит линзы. В природе не может быть такого цвета глаз. И в природе нет другой такой Джиллиан.

– Теперь ты увлекаешься парнями? – насмешливо спросила девушка, игриво улыбаясь. – Что ты здесь делаешь?

– Я уже говорил Джерри. – Дуглас взглянул на стоявшего за спиной Джил Синклера. – Просто гулял, увидел твою машину, решил поздороваться.

– Зачем? – Джил скрестила руки на груди.

Улыбка Колина Дугласа, такая открытая и озорная смущала ее. С ним всегда так. Он говорит, а все вокруг улыбаются. Прирожденный соблазнитель.

– Я звонил тебе. Что с телефоном? – Колин склонил голову набок, прищурив глаза цвета влажной листвы. Удивительные глаза. Выразительные, глубокие, с длинными загибающимися ресницами, пушистыми, словно у девушки. Всегда улыбающиеся глаза. Она никогда не видела Колина грустным или сосредоточенным на какой-то мысли. И эта его дурацкая мальчишеская улыбка, смешливые чертики во взгляде, ямочки на щеках и полное отсутствие серьезности делали его моложе лет на пять, а то и больше.

– Колин… – Джил улыбнулась, обреченно покачав головой. – Ты невыносим. Ты хоть понимаешь, что я могу быть здесь не одна?

– Ну, с твоим бывшим мужем я знаком. – пожал плечами Дуглас. – Кто-то еще? – он выразительно посмотрел на нее, приподняв высокие изогнутые брови.

– Нет. – засмеялась Джил. – Ладно, сдаюсь. Здесь твоя сестра. Хочешь поздороваться?

– Упаси боже. – Колин в притворном ужасе прижал руку к груди. – Мне ее дома хватает. Эта бестия покоя мне не дает.

– Не ври. Триш сказала, что ты давно живешь отдельно.

– Ага, значит, ты спрашивала обо мне. – самодовольная улыбка расползлась по красивому лицу молодого человека.

Он бы такой живой, веселый и настоящий, так открыто наслаждающийся жизнью. Джил почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось. Она завидовал ему. Как же ей не хватает смеха и радости. Почему она никогда не была такой? Почему все проблемы мира тянули ее на дно, нагружали темными мыслями и напрасными ожиданиями какого-то мифического счастья. Она так долго искала, пока жизнь, простая жизнь, проходила мимо. Жить моментом, радоваться каждому новому дню, именно так стоит начинать с чистого листа.

– Давай уйдем отсюда. – предложила Джил, повинуясь импульсу.

Колин не стал раздумывать или удивляться, он просто взял ее за руку и вывел из ресторана. Прямо под проливной дождь.

Джил хотела сесть в машину, и потянула его за куртку, когда Колин прошел мимо серебристого ‘БМВ’.

– Куда ты? – спросила она, прикрывая волосы руками.

Обернувшись, Дуглас снял куртку и накинул ее на плечи Джил, с неизменной улыбкой наблюдая, как немилосердные струи дождя смывают многочасовые усилия парикмахера и визажиста.

– Мы пойдем пешком. – крикнул он, пытаясь перекричать гул города, утопающего в грязных лужах.

– Ты шутишь? – потрясенно спросила Джил. Промокшее платье облепило ее тело, ручейки из туши стекали по лицу.

– Нет. – покачал головой Колин.

– О БОЖЕ! – взвизгнула Джил, когда пролетающий мимо автомобиль окатил ее с головы до ног.

Дуглас беззастенчиво расхохотался, хватая ее за руку.

– Вот видишь, тебе больше нечего терять. Побежали… – он рванул по тротуару, увлекая ее за собой.

Джил сама не знала, что случилось, и почему она бежит под проливным дождем на высоченных каблуках и в испорченном платье, держась за руку с братом ее подруги, и хохоча, как полоумная. Парнем, у которого она купила кассету с порнушкой с ним в главной роли. Там была еще и Дейзи, и его друзья, но это не меняет сути. Этот парень – плохая компания. Но он чертовски прав – ей больше нечего терять. Они пробежали пару кварталов, когда Колин вдруг остановился.

– Сними туфли, пока не сломала ноги. – приказал он.

– Я… нет. Босиком? – Размазывая по лицу тушь, пробормотала Джил.

Дуглас встал коленями прямо в лужу и сам снял с нее туфли. Вода была ледяной, но бежать без шпилек было легче. Она все равно промокла насквозь.

– Где мы? – тяжело дыша от длительного бега, спросила Джил, когда Колин буквально насильно втолкнул ее в затемненное, но теплое помещение.

– Здесь Я – вип-клиент. – усмехнулся Дуглас, подмигнув ей. – Пойдем.

Он снова взял ее за руку, и провел по длинному коридору с обшарпанными стенами прямо в огромный утопающий в неоновых огнях зал. Эти огни, мигая всеми цветами радуги, били ей в глаза, все вокруг утопало в дыму, гремела музыка, смеялись люди.

Огромное количество молодых девушек и парней сидели за столами, танцевали, и циркулировали по залу. Судя по внешнему виду, никто здесь не знал, что такое дресс-код или фейсконтроль. У барной стойки девица в кожаных трусах и топе пила водку прямо из бутылки, а ее подруга пыталась забраться на эту самую стойку, и одежды на ней было еще меньше. А на то, что творилось на танцполе, было даже страшно смотреть.

Джил, потеряв дар речи, испуганно озиралась по сторонам. В центре зала на возвышающейся арене танцевали абсолютно голые девчонки. На многочисленных официантках так же наблюдалось почти полное отсутствие костюма, не считая белого фартука.

– Что за бедлам? Или бордель? – придя в себя, возмущенно обратилась к своему беспардонному спутнику Джил.

Но Колин уже болтал с высокой блондинкой в кричащем розовом платье, прикрывающем самый минимум. Девушка склонилась к его лицу, внимательно слушая, что он говорит, время от времени кивая. Потом блондинка в розовом двинулась вглубь зала. Колин крепко сжал пальцы Джил и повел за собой.

– Это Марта. Она здесь работает. Мы вместе учились. – прокричал он ей прямо в ухо. – Она добудет нам лучшие места, а потом проводит тебя в уборную, где ты сможешь переодеться.

– Колин. Ты …. – Джил резко остановилась и вырвала ладонь из его руки. Она серьезно посмотрела в красивое лицо, зеленые глаза светились смехом, четко очерченные губы лукаво улыбались. – Я не останусь здесь.

– Почему нет? – удивился Колин, снимая с ее плеч свою намокшую куртку. – Брось, Джил. Здесь весело. Тебя никто не обидит. И ты замерзла. Мы согреемся, выпьем, а потом я отвезу тебя куда скажешь.

– Ты же без машины. – прищурилась Джиллиан, подозрительно разглядывая его.

Дуглас виновато нахмурился, чуть склонив голову.

– Разбил вчера. Отец еще не в курсе. Но я вызову такси. У меня есть деньги, не переживай.

Джил, не сдержавшись, снова рассмеялась. И смеялась долго, почти до слез.

– Черт с тобой, ты – большой ребенок. – тряхнув мокрыми волосами, которые теперь слипшимися колтунами свисали из остатков ее прически, сказала Джил. – Куда нам идти? И, кстати, во что я, по-твоему, должна переодеться?

– Марта отдаст тебе свое платье. У них тут есть форма. Она просто еще не успела ее надеть. Клуб только открылся. – буднично сообщил Колин.

– Ты смеешься? – Джил выразительно посмотрела на своего спутника, когда он, не предложив сначала сесть ей, плюхнулся на мягкий кожаный диван, расположенный в затемненной нише, которая немного отгораживала столик от хаоса, творящегося в зале. – О, нет, ты не смеешься. – протянула она почти с отчаянием.

Джиллиан не решалась сесть. Платье было таким мокрым.

– Господи, что я здесь делаю? – простонала девушка. – Колин, я тебя убью. Где твоя подружка? Я уже согласна на ее ужасное платье.

– А, по-моему, вполне милое платье. – пожал плечами Дуглас, явно не смущаясь от того, что он сидит, а она переминается с ноги на ногу, хлюпая вновь одетыми туфлями. – К тому же ты гораздо ниже, и грудь меньше. На тебе оно будет смотреться гораздо приличнее.

– Ты всегда такой галантный? – спросила Джил. – Ты же прилично вел себя, когда мы ужинали с Даниэлем и Марго. Ты что-то принял? Или просто больной?

– Я всегда такой. Иногда могу и принять, не отрицаю. Но тогда я старался. Ты попросила меня об одолжении, как я мог отказать? А вот и Марта! Дорогая, проводи мою подругу и помоги переодеться.

К удивлению Джил, Марта отвела ее не в уборную, а в меблированный номер на втором этаже, располагающемся прямо над залом. Вполне приличный номер с ванной комнатой и чистыми полотенцами.

– Господи, как тихо! – с наслаждением вздохнула Джил, бросая взгляд на блондинку.

На ней была такая же «форма», как и на остальных официантках. Демонстративно закатив глаза, Джиллиан принялась снимать испорченное заляпанное грязью мокрое платье.

– Не могу поверить, что это со мной происходит. – призналась она.

– Ничего. Тебе здесь понравится. – усмехнулась Марта, протягивая ей розовый лоскуток. – Промокшее нижнее белью лучше снять, у платья такая ткань, что сразу проявятся следы. Будет не очень красиво. – девушка сморщила носик, и Джил заметила в правой ноздре Марты пирсинг, и в губе тоже. Она издала еще один горестный вздох.

– Что это за место?

– Закрытый клуб. Сюда так просто не попасть.

– Какая жалость! – скептически заметила Джил.

– Тут собираются в основном начинающие актеры, писатели, манекенщики. В общем-то, весьма богемное место. – пояснила девушка.

– О да. Еще какое. Я могу воспользоваться ванной?

– Да, конечно. Но я не смогу тебя дождаться. Ты помнишь, как вернуться?

– Помню. Спасибо, Марта.

– Не за что. Друзья Колина, мои друзья. Он хороший парень и очень талантливый.

– Да, видела я его таланты. – усмехнулась Джил. И ее вдруг осенило. Она окинула взглядом номер. – Они здесь снимали, да?

– Все возможно. Это его комната. Он часто здесь останавливается, когда сбегает из-под бдительного ока отца. – загадочно улыбаясь, пояснила Марта.

– Сбегает от отца? Ему сколько лет?

– Ты не знаешь Тома Дугласа. Тот еще ублюдок.

– Упаси меня от подробностей. – Джил, наконец, скинула платье и прошлепала в ванную.