Читать книгу "Порочные связи"

Глава 6

Весь следующий день Джил просидела в номере, в ожидании звонка. Но ни Майкл, ни Даниэль не горели желанием пообщаться со своей визави.

Поведение Майкла было вполне объяснимо рядом причин. Он считал себя уязвленным, использованным и несправедливо обманутым в тщетно лелеемых надеждах. Джил знала, что ему нужно время, чтобы смириться и в очередной раз простить.

Но, что касаемо Даниэля… Разве он не четко дал понять, что их ждет серьезный разговор? Или и ему необходимо собраться с мыслями, выстроить стратегию, подготовиться к очередному выяснению отношений? Или Дин передумал, и его больше не волнуют отношения с бывшей женой?

Джил мучительно перебирала в мыслях все возможные варианты, когда, наконец, зазвонил мобильник.

Но, увы, это был всего лишь Клив Денвер.

– Ты помнишь, что завтра у нас намечена вечеринка? – без лишних предисловий выпалил он.

– Ты имеешь в виду благотворительный ужин, – холодно уточнила Джил, чувствуя себя дико разочарованной.

– Да. Именно так. – весело ответил ей Клив. – ты занята? Может, выпьем?

Джил на мгновение опешила. Клив Денвер клеится к ней? Но он бы не посмел, не дай ему Даниэль зеленый свет. Все знакомые Дина слишком боялись его, и никогда не осмелились бы посягнуть на собственность обладающего взрывоопасным темпераментом магната. И предложение Клива означало только одно – предложение ее дружбы было принято. Даниэль больше не претендовал на бывшую жену.

– Почему бы нет, Клив. – ответила Джил.

Ей стоило бы испытать облегчение, но в глазах девушки, взирающей на нее из отражения в зеркале на стене гостиничного номера, стояли слезы.

В течение всей следующей недели Джиллиан окончательно убедилась в правоте своих выводов. Согласно условленному ранее договору Джил, Даниэль и Майкл почти каждый день посещали светские мероприятия. Открытие оперы, частные вечеринки, выставки, театры, музеи, рестораны, заполненном именитыми гостями. Иногда их было трое, иногда к ним присоединялась Марго или Клив, или оба, и они все дружно играли благополучие и довольство жизнью, всячески демонстрируя превосходные личные отношения.

Джил легко давалась ее игра. Ей было одинаково просто общаться с Майклом и Даниэлем, и даже с Марго удалось найти общий язык, забыв о прошлых обидах. Джил улыбалась, глядя, как Майкл и Даниэль громко спорят о мелочах, смеются, напиваются до беспамятства, обсуждают красивых жен банкиров и олигархов, подшучивают над скромной Маргаритой, краснеющей от их пошлых высказываний.

Ей нравилось входить, окруженной двумя самыми красивыми и элегантными мужчинами, в заполненные миллиардерами залы, и ловить недоуменные, завистливые, любопытные взгляды избалованной толпы.

И им всегда было о чем поговорить втроем. Бизнес, погода, недавно открывшийся на Бродвее салон часов, нашествие пришельцев, финансовый кризис, грядущий апокалипсис – они находили общие интересы в любой области. И это было действительно хорошо. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Джил напряженно ждала краха идиллии. В ней говорило подсознание, прошлый опыт и ощущение шаткости перемирия. Клив и Маргарита держали троицу Фонтейнов в балансе, отвлекали от тяжелых мыслей, но так не может продолжаться вечно. Действительность когда – нибудь накроет их, и даст возможность выплеснуть накопившееся негодование.

Джил очень боялась этого момента. Ей было проще выяснить все сейчас, чтобы не было больно потом. Однако она не решалась. А ее мужчины категорически отказывались помочь, и старательно продолжали делать вид, что у них нет проблем и незаданных вопросов.

Майкл больше не возвращался к разговору об их не сложившемся фиктивном романе, и, вообще, не затрагивал тему личных отношений, как и Даниэль, который погрузился в свои дела и начинающийся роман с Маргаритой.

Джил напряженно наблюдала за явными знаками симпатии, оказываемыми Даниэлем его секретарше. Было заметно, что он остерегается и не собирается торопить события. Но Джиллиан слишком давно знала его, чтобы не заметить его увлеченность скромной особой Марго. И ее пугало осознание того, что девушка действительно сильно нравится Даниэлю. Но помешать, или встать между ними не имела права.

– Может, уйдем отсюда? – положив руку на плечо Джил, прошептал ей в ухо Клив.

Она в это время не сводила глаз с танцующих Дина и Марго. Майкл тоже был среди плавно двигающихся пар с высокой брюнеткой.

– Сейчас? – Джил повернулся голову, взглянув в зеленые глаза.

После ее первой совместной попойки с Кливом в баре отеля, они встречались еще пару раз, но она вовсе не собиралась углублять отношения с юристом бывшего мужа. Денвер очень нравился ей. Безусловно красивый и успешный мужчина, настоящий мачо во всех отношениях, но с нее хватит опасных и притягательных мужчин. Уж если и начинать строить личную жизнь, то точно не с ним.

– Ну, я думаю, наше отсутствие мало кто заметит. – растягивая слова, ответил Денвер, широко улыбаясь ей голливудской улыбкой. – Мы отлично потрудились за эту неделю и несомненно заслужили передышку. Если кто – то и сомневался насчет правдивости вашего заявления перед журналистами, то теперь эта тема закрыта. Все обсуждают новый роман Даниэля с секретаршей. Общественность возмущена, обвиняет его в дурном вкусе и критикуют служебные интрижки с блеклыми блондинками.

– Я читаю газеты, Клив. И Марго не блеклая, – неожиданно вступилась за подружку Дина Джиллиан. Денвер, похоже, удивился больше, чем она сама.

– Не знал, что вы стали подругами. Ты дала ей пару советов насчет него?

– С какой стати? Маргарита не дура, и сама разберется. – раздраженно бросила Джил. – Клив, я буду благодарна, если ты вызовешь мне такси.

– Я тебя обидел? Извини меня. – Клив растеряно посмотрел на нее. – Я не предлагаю тебе ничего противоестественного. Просто посидим, выпьем, поболтаем. Мне казалось, что тебе было интересно со мной.

– Это так. – смилостивилась Джил. – Но не строй никаких планов насчет меня. Я не собираюсь заводить роман.

– Роман со мной, или роман вообще? – уточнил Клив.

– И то и другое. Я знаю тебя много лет, Денвер, мы друзья.

– Тем более, что плохого в том, что два друга вместе выпьют?

– Ты невыносим, но я не могу тебе отказать.

– О, я обожаю этот ответ. – рассмеялся Клив, сверкая зелеными глазами. – Идем?

Он встал и протянул ей руку. И когда они двинулись к выходу, Денвер приобнял ее за талию, не заметив, как один из официантов несколько раз щелкнул маленькой камерой.

Глава 7

Статья в ‘Дейли Ньюс’, отдел светской хроники:

В самом верху страницы серия фотографий. Первая – красивая брюнетка в голубом декольтированном платье в обнимку с темноволосым мужчиной в смокинге на премьере блокбастера. Вторая – та же брюнетка, но в брючном костюме и другим брюнетом, спускающаяся с трапа самолета и закрывающая лицо рукой. Третья – опять брюнетка, но на этот раз в красном, и ее обнимает блондин, чуть склонив голову к ее лицу, оба лучезарно улыбаются.

Ниже идет текст. Статья начинается нестандартно.

‘ Джиллиан и Даниэль Фонтейн? Джиллиан и Майкл Фонтейн? Джиллиан Фонтейн и Клив Денвер?

«Или не так?»

И далее распечатка серии фотографий спутника брюнетки с первого снимка, первая с ней, а остальные с совершенно другими женщинами.

Текст под фото:

«Даниэль и Джиллиан Фонтейн? Даниэль Фонтейн и Бесс Уитмор? Даниэль Фонтейн и Маргарита Слейтон? Даниэль Фонтейн и Дейзи Вилар? Снова Даниэль Фонтейн и Маргарита Слейтон?»

Текст: ‘А может так?’

И новая, совершенно шокирующая серия фотографий. Не менее шести снимков разных сроков давности. На всех…

Текст:

‘Майкл Фонтейн и Джиллиан Льис? Снова Майкл Фонтейн и Джиллиан Льюис. Начало дружбы!? Майкл Фонтейн и новоиспеченная Джиллиан Фонтейн? Майкл Фонтейн и Джиллиан Фонтейн, спустя три года замужества? Майкл Фонтейн и разведенная Джиллиан Фонтейн? И снова Джиллиан Льюис и Майкл Фонтейн, вспомним, как это было?

«А теперь все вышеперечисленные….»

И ниже фотография с пресс – конференции, на которой Джил, Даниэль и Майкл Фонтейны, чуть в стороне Маргарита Слейтон и Клив Денвер. Все со строгими официальными лицами, на приличном расстоянии друг от друга.

«И снова вспомним, как это было.»

Отрывок и обращения Джил Фонтейн к журналистам:

«Дейзи Вилар из мести и уязвленного самолюбия порочила имя Даниэля. Все ее обвинения в адрес него и меня с Майклом абсурдны. Да, у нас были разногласия, и поэтому мы развелись, но это не мешает бывшим супругам быть друзьями и поддерживать друг друга. Именно поэтому я здесь. Я знаю Даниэля много лет. Нас познакомил мой лучший друг, друг моей юности – Майкл. И именно Майкл был шафером на нашей свадьбе. И нет ничего удивительного в том, что после развода и искала поддержки и участия у друга. Но, как только я прочитала эту лживую статью, не смогла удержаться от праведного гнева. Мой бывший муж не идеален, но он не убийца, и я знала его отца, самого порядочного и честного из мужчин. И мне обидно и горько, что неуравновешенная журналистка вылила столько грязи на ни в чем неповинных людей….»

Список заголовков:

«Джиллиан Фонтейн поймана на лжи.»

«Даниэль Фонтейн и Маргарита Слейтон вместе покинули ресторан, и лимузин высадил их возле апартаментов скандального красавца миллиардера.»

«Джилъ Фонтейн покинула ресторан вместе с Кливом Денвером, и под ручку с ним вошла в фойе отеля ‘Марк’.»

«Одинокий ‘друг’ Майкл Фонтейн печально курит один возле ресторана и ловит такси.»

«Майкл Фонтейн бьет по лицу Клива Денвера в баре отеля ‘Марк.»

«Кого же дурачат наши знаменитые настоящие и прошлые псевдодрузья – псевдолюбовники? Друг друга? Или нас с вами, дорогие читатели? Напрашивается еще один вопрос. А, может, Дейзи Вилар вовсе не лгунья?»

Глава 8

– Черт побери! – Даниэль с размаху швырнул газету в лицо Клива Денвера. Он свирепо смерил уничижительным взглядом своего юриста, задержавший на заметном синяке на скуле Клива. – Ты идиот, Денвер! Какого черта? Разве не ты должен был следить, чтобы вот этого…, – он указал пальцем на газету, валявшуюся у ног помятого Клива. – Вот этой херни не было? Если бы Майкл не набил тебе морду, я бы сам тебя отделал. Тебе баб, что ли мало? Что вы все вокруг нее хороводы водите? Медом намазано?

– Тебе лучше знать. – огрызнулся Клив, поправляя пиджак, и присаживаясь в кресло. – Я не собираюсь оправдываться, Дин. Майкл свихнулся. Он не так все понял. Это ему нужно выговаривать. Не мне. Я – пострадавшая сторона.

– Хрена с два, ублюдок. Ты понимаешь, что там написано? Раскинь мозгами. Все полетело к хрени собачей! – все громче расходился Даниэль. – Мы с Джил записные лгуны и прелюбодеи, а вы – несчастные жертвы и пешки.

– Это просто еще одна статья. Никто не поверит.

– Поверят. На этот раз точно поверят. Какого хрена ты поперся с ней в отель?

– Можно так часто не употреблять слово ‘хрен’? – поежился Клив, потирая синяк на лице. – И я не поперся. Мы просто выпили.

– Майкл не стал бы тебя бить, если бы вы просто выпили. Мы с Джил не просто пили все эти годы, но он меня и пальцем не тронул. Ты должен был предотвратить все это. Ты – мой поверенный, ты должен предвидеть любую ситуацию. Это твоя ошибка. Ты виноват. Потому что ты отвлекся. Не Майкл, не Джил, а ты, Клив. Я просил тебя проверить все. Эти фотографии с Джи и Майклом не должны были появиться.

– Откуда мне знать, где их выкупили журналисты? Может, кто – то из ваших друзей в Майами продал снимки?

– Ты же говорил, что у тебя свои люди во всех издательствах? Почему тебя не предупредили?

– Я не знаю, Дин. Не знаю. – с досадой воскликнул Клив Денвер. – Я не господь бог, чтобы предусмотреть все, влезть в головы людей.

– А мне плевать. Я плачу тебе бешеные деньги. И я не знаю, что ты сделаешь, но, чтобы завтра во всех газетах появилось опровержение с разумным объяснением. Ты все понял?

– Да. – кивнул Клив.

– А теперь вали отсюда. Видеть тебя не могу.

Джиллиан невидящим взглядом наблюдала за жизнью Манхеттена в панорамное окно своего номера. В голове не было не одной мысли. Девушка была опустошена морально и физически. Больше всего хотелось спрятаться здесь на пару недель, закрыться от всего мира и уйти в запой, оторваться от реальности…. Но разве у нее не было предчувствия, что слишком рано праздновать победу. Мир, построенный на лжи, шаток и непостоянен.

Может, Даниэль был прав, и стоило сказать правду, но она убедила его в обратном. Потому что хотела защитить. А теперь из – за нее все рухнуло.

Позвонил Майкл. Он каялся. Был таким растерянным, подавленным, пытался оправдаться. Джил не винила ни его, ни Клива, только себя. Как можно быть такой беспечной? О чем она думала, согласившись на предложение Денвера, забыв из своего печального опыта, что существуют мужчины, не принимающие отрицательный ответ. Женщина говорит им ‘нет’, а они воспринимают ее слова, как некий вызов, и начинают вести грязную игру.

А Майкл… Он, как всегда, пришел на помощь. Именно ему пришлось испытать на своей шкуре результаты ее – Джиллиан глупости.

В дверь номера постучали, и девушка внутренне сжалась. Она боялась, что это Майкл или Клив, или еще хуже – Даниэль. Джил не была готова к очередной схватке. Ей нечего было сказать никому из них. Завтра она уедет в Колумбийский университет, погрузится в учебу, уйдет в тень. И, может, когда – нибудь все встанет на свои места, забудется, растворится в водовороте событий, угаснет, превратившись очередной неприятный эпизод.

– Джил, открой. Администратор сказал, что ты в номере. – раздался голос Даниэля из – за двери.

Она испуганно вздрогнула, прислушиваясь к интонациям бывшего мужа, пытаясь разгадать его настрой.

– Джил. Нам нужно поговорить. – мягко произнес Дин.

Джиллиан с досадой прикусила губы, не решаясь сделать шаг к двери, страшась посмотреть в лицо Дина.

– Открой, черт возьми, – взорвался он. – Не испытывай мое терпение.

Джил на ватных назад двинулась на звук его голоса. Растрепанная, испуганная и полная презрения к себе, она тихонько отворила дверь, робко и виновато выглядывая в образовавшуюся щель.

Даниэль мгновенно оценил ситуацию, заметив темные круги под глазами, подозрительно блестящие глаза, закушенную губу и неприбранную прическу. Он неожиданно для нее и себя самого улыбнулся, уверенно распахивая дверь и втискиваясь внутрь.

Джил поспешно отпрянула, прошлепав босыми ногами в гостиную номера. Забравшись на диван, подогнула под себя колени, натянув на них белый махровый халат. Она не смотрела на вошедшего.

– Ты в порядке? – спросил Даниэль, оглядывая ее тревожным, с каплей иронии взглядом.

Джил помотала головой и опустила глаза.

– Джи, я не злюсь на тебя. Не стоит меня бояться. – мягко сказал он, приближаясь.

Присев на корточки возле дивана, он взял в свои большие теплые ладони ее ледяные нервно сплетенные пальцы и принялся нежно разминать их. Джил еще больше задрожала, готовая разрыдаться. Даниэль нахмурился, не сводя проницательного взгляда с ее лица.

– У тебя есть бар? Думаю, нам нужно выпить. Ты совсем замерзла. – спокойно произнес он, вставая и оглядываясь по сторонам.

Без помощи онемевшей Джил, Дин нашел и открыл бар, достал бутылку виски и бокалы.

– Держи. – приказным тоном сказал Даниэль, протягивая ей спиртное, но, когда она не двинулась, он с силой втиснул в ее пальцы бокал с виски. – А теперь пей.

Дин терпеливо дождался, пока Джил опустошит бокал и плеснул ей еще, и лишь потом позволил себе расслабиться. Расположившись в кресле напротив, Даниэль закурил, пристально наблюдая за оживающей Джиллиан.

– Лучше? – заботливо спросил он, выпуская струйку дыма. Она кивнула, наконец, посмотрев на него.

– Дин, я не думала, что так выйдет… – хрипло проговорила она.

– Да ладно, я привык, что ты не думаешь. – усмехнулся Даниэль, сделав глоток виски. – Я пришел сюда не отчитывать тебя. И тем более не обвинять. Ты просто женщина, и не можешь прогнозировать каждую возможную ситуацию. В любом случае, ты старалась помочь мне, ты лгала ради меня. Я очень ценю твою поддержку. И сейчас ничего не изменилось. Именно это я и хотел сказать. Чтобы не случилось, между нами ничего не изменилось. Ты предложила дружбу, я ее принял. Мы оба имеем право на личную жизнь. И у каждого из нас есть прошлое. Сегодня утром нас ткнули в него носом. Ничего страшного, переживем.

– Но теперь все снова заговорят о той истории, и решат, что мы все придумали. – пролепетала Джил, чувствуя, как алкоголь постепенно притупляет чувство неуверенности и страха, развязывает язык, и, как ни странно, проясняет ум.

– Черт с ними. – усмехнулся Даниэль. – Джил, все в порядке. Мы будем вести себя так, словно ничего не произошло. Когда – нибудь от нас отстанут.

– Все равно, Дин. Я подвела тебя. – покачала головой Джил. – Не хочу, чтобы твое имя снова трепали злые языки.

– Обо мне много чего говорят. Так было всегда. Это лишь неприятное последствие моего социального статуса. – Даниэль равнодушно улыбнулся. – Но Кливу я вправил мозги. Пусть теперь выкручивается как хочет.

– Не надо валить на него всю вину. Часть ответственности лежит на мне.

– Ты забываешь, дорогая, какую должность занимает этот блондинистый плейбой. В сложившихся обстоятельствах ему стоило урезонить свои … не знаю, как сказать, чтобы тебя не обидеть. Или хотя бы выждать время. А не так сразу! Неудивительно, что Майкл среагировал. Знаешь, в чем твоя беда, Джи? Ты не умеешь ставить жирную точку. Ненамеренно ты всегда держишь окружающих тебя мужчин в напряжении.

– Я говорила ему, что мы …, что у нас не может быть ничего. – сбивчиво пролепетала Джил.

Даниэль выразительно посмотрел на нее. Это был тяжелый, печальный взгляд.

– Ты и мне говорила то же самое много – много раз. И Майклу. Ты думаешь, что мы настолько тупые, чтобы не понять? Или все дело в том, что ты взглядом или тоном оставляешь надежду. Мужчины чувствуют неуверенность женщины, ее уязвимость и колебание.

– Неправда. С Кливом я была категорична. – возразила Джил. – Не спорю, что долгие годы не могла разобраться в отношениях с тобой и Майком, и искренне сожалею. Я вела себя, как собака на сене. Но то, что произошло вчера, не имеет отношения ни к тебе, ни к Майклу. Клив забылся, позволив себе лишнего, а Майкл заступился…

– Тебе нужно все выяснить с Майклом. – холодно сказал Дин. – Ты долгий промежуток времени думала, что испытываешь к нему сильные чувства. Можешь даже не отрицать, я всегда это знал, просто думал, что смогу смириться и переломить ситуацию в свою сторону. Сейчас тебя ничто не ограничивает, и никто не держит. Я дал тебе то, о чем ты мечтала – свободу. Воспользуйся ею. Стань, наконец, счастливой, сделай счастливым Майкла или отпусти его. Нельзя сидеть на двух стульях одновременно.

– Я знаю. – громко воскликнула девушка, сверкнув глазами. – Но … – она умолкла, проведя пальцами по спутавшимся волосам. – Я не могу.

– В чем дело, Джи? – мягко спросил Даниэль. Он наклонился вперед, положив локти на колени, и посмотрел в полные смятения глаза. – Если думаешь, что мне легко сидеть перед тобой и уговаривать завязать отношения с моим братом, то глубоко ошибаешься. Я стараюсь быть другом, только и всего. Наверно, друзья должны давать советы, и они искренни друг с другом. Я даже не хочу спрашивать, почему ты солгала мне о романе с Майклом. Но готов забыть об этом. Я все понимаю, Джи. Больше, чем ты думаешь.

– Мне бы обладать хотя бы каплей твоей проницательности, Даниэль. – саркастически отозвалась Джил. – Чтобы я не решила с Майклом, все равно мы попали под обстрел сплетен.

– Вот именно. – кивнул Дин. – Хуже уже не будет. Все знают о вашем романе. Нет нужды прятаться. Больше незачем защищать меня. Я большой мальчик, Джи.

– Но нет никакого романа. – вскричала девушка, ощущая дикую потребность выговориться. – Господи, я совсем не романтичная заблудшая овечка, разрывающаяся между настоящей любовью и чувством долга. Мы оба знаем, откуда я пришла, и кем была, пока не встретила Майкла. Ты был во всем прав, когда в самом начале нашего знакомства обвинил меня в расчетливости. Разве понять вам, богатым, сытым, избалованным, что такое нищета, безысходность, серость будней, низкооплачиваемая работа, насмешки сверстников, каждодневная борьба за выживание, пьяные дебоши ненавистного отца, тупая покорность матери, измученной до полоумного состояния. Для такой девочки, как я ваш мир – это цветная картинка с обложки журнала, на который у меня никогда не было денег. Я бы продала душу дьяволу, лишь бы попасть в красочный рай для богатых. Во мне было столько амбиций, глупых надежд, и я боялась, что моя жизнь закончиться так же, как бездарное нищенское существование матери.

– Зачем ты мне это говоришь? – вздрогнув, напряженно спросил Даниэль. – Я должен извиниться? За то, что богат?

– К черту. – ожесточенно выругалась Джил. – Вовсе нет. Я пытаюсь объяснить, что я увидела в Майкле, когда он неожиданно проявил внимание к девушке из низов. Нищая голодранка и скучающий художник из высшей лиги. Да я вцепилась в него мертвой хваткой, и делала все, все, чтобы удержать. Он стал для меня единственной возможностью вырваться из затхлого существования. А любовь? Что я могла знать о ней? Когда ты каждый вечер возвращаешься домой с урчащим желудком и на пороге вдыхаешь смрадный запах своего жилища, то меньше всего думаешь о любви и романтике.

– Джил, я не собираюсь осуждать тебя. – произнес Даниэль, но по застывшему лицу девушка смогла понять, что его неприятно потрясли ее откровения.

– А надо, Дин. Я использовала вас обоих. Чувствуя, что больше не могу удержать Майкла, становившегося все более вспыльчивым и ревнивым, я вдруг испугалась, что сказка закончится и придется вернуться в сгоревшую квартирку на краю пропасти, в которой навсегда исчезнут честолюбивые надежды Джиллиан Льюис.

– Джи, хватит. – резко оборвал ее Даниэль.

Поднявшись с кресла, он мгновенно метнулся к ней и схватил за руку. Его взгляд умолял ее остановиться. Джил горько улыбнулась, свободной рукой коснувшись его щеки, скользнув пальцами по напряженным побелевшим скулам.

– Я так хотела искупить свою вину. Я приехала, чтобы отдать свой долг. За ложь, за боль, за предательство. Тяжело презирать себя, но я почти не раскаивалась. С тобой все обстояло сложнее. Если Майкл потерял свою привлекательность в моих глазах, проявив слабость и нежелание бороться, то ты, вообще, был загадкой, я искала слабые места в твоем сердце, чтобы подчинить, изменить, облегчить свою жизнь. Я держалась за твою привязанность, надеясь, что ее хватит надолго. Поэтому я так много тебе прощала. Нет, это не равнодушие, а страх, страх скатиться туда, откуда я пришла. А потом все потеряло смысл. И после нескольких лет с тобой, я стала задыхаться, меня постоянно терзали тревоги, я звонила тебе, я читала газеты, я снова начала бояться. Признайся, что твои чувства охладели в последний год нашего брака. И каждый раз сталкиваясь с проблемой, которая так или иначе была связана с тобой, я вспоминала о Майкле, возвращалась к тому, с чего все началось. Я понимала, что с ним было бы гораздо легче и спокойней. С ним моя жизнь могла стать стабильной и размеренной, и мне не пришлось бы его ни с кем делить. Та сцена с Дейзи стала последней каплей. Я уехала к Майклу, искренне надеясь, что смогу повернуть время вспять, но когда увидела его, встречающего меня в аэропорту, поняла, как сильно ошибалась. Есть вещи, через которые даже я не могу переступить. Ты прав, теперь я свободна, благодаря подписанным тобой обязательствам, я больше не должна бояться нищеты, но, когда уходит с парализующий тебя долгие годы навязчивый страх, открываются прописные истины, которых ты не видела раньше ослепленными глазами. Даниэль, мне действительно стало стыдно. И горько. Я осознала, что все могло сложиться иначе в ваших жизнях. Без меня. Вы были бы счастливы, но я так завидовала вашему богатству, успешности, уверенности в завтрашнем дне. Я просто хотела быть одной из вас. Но мне так и не удалось. Я все та же нищая девчонка, самозванка на чужом банкете. И я все испортила. В очередной раз.

– Ничего ты не испортила, Джи. – рассеянно ответил Майкл, обессилено опускаясь на диван рядом с ней.

– Единственный благородный жест с моей стороны покатился к черту. – прошептала она, разглядывая его суровый профиль. – Прости меня, Дин. Я пойму, если ты не захочешь больше меня видеть.

– Джи, поверь, ты не сказала ничего нового. И я даже испытал облегчение. Честно. – он повернул голову и посмотрел на нее. – Легче принять то, что тебя использовали, чем осознать, что предпочли другому. Мы оба играли нечестно, и теперь пожинаем плоды. Мы закоренелые эгоисты, не способные думать о чувствах тех, кто рядом. Мы не верили друг другу, не желали слушать, видеть на поверхности. Я всегда на уровне подсознания ощущал твое сомнение, ты металась между мной и Майклом, пытаясь прийти к наиболее выгодному варианту. И каждый раз я убеждал тебя остаться, вымаливая прощение или заваливая дорогими подарками. Что это, если не эгоистичное желание сохранить отношения любой ценой? В итоге мы оба страдали. Я действительно хочу, чтобы мы изменились, освободились от недосказанности и взаимных обид. Ты предложила мне дружбу, и несмотря, на все, что ты сейчас наговорила, я готов принять твое предложение. И я не хочу, чтобы все закончилось на враждебной ноте. Пять лет жизни не просто выкинуть и забыть.

– Ты, правда, так думаешь? – робко спросила Джил, неуверенно глядя в голубые глаза Даниэля.

Он вдруг ей показался ей совсем другим. Повзрослевшим, ответственным, невозмутимым. Она вздрогнула и опустила ресницы, ощутив болезненный ком в горле.

– Я не враг тебе, Джи. – мягко сказал Дин, и протянув руку, положил ее на хрупкое плечо застывшей Джил. – И никогда им не был. Сейчас самое время распрощаться с прошлым. Начать новую жизнь с чистого лица и с чистым сердцем, сняв, наконец, бремя с души.

– Удивительно слышать от тебя такие слова. – покачала головой Джил, губы ее дрогнули в печальной улыбке. – Но приятно. Мы оба стали старше. Как жаль, что это не случилось раньше.

– Никаких сожалений и обид. Никаких воспоминаний. – напомнил Даниэль, одергивая руку, и вставая на ноги. – Что ты собираешься делать? – после небольшой паузы, во время которой он задумчиво смотрел в окно, спросил Даниэль. Джил пожала плечами и вздохнула.

– Поселюсь в Колумбии и погружусь в учебу. Пора, наконец, заняться делом. – ответила она безразличным сухим тоном.

– Правильное решение. Но сначала поговори с Майклом. Не заставляй ей и дальше питать иллюзии.

– Конечно. – кивнула Джил. – Теперь все будет по – другому. Никаких вечеринок и клубов, только книги и конспекты. – девушка усмехнулась. – Еще год и я стану дипломированным юристом. Возьмешь меня на работу?

– Не лучшая идея. – искренно заметил Даниэль, его напряженный взгляд скользнул по лицу бывшей жены.

– Ты прав. Нужно учиться самостоятельности. – поддержала Джил. – Но, честно говоря, я не представляю себя снова в стенах кампуса, среди других студентов, таких юных, наивных, избалованных и не обожженных жизнью. Что ж, я мастер перевоплощений. Меня не было всего четыре месяца, сумею влиться. Наверно, найду других подруг, среди очкастых ботаников. – Джил звонко рассмеялась. – Линда и Триш с ума сойдут от ревности.

– Это точно. – согласился Даниэль, улыбнувшись ей. – Может, не стоит меняться так стремительно? Немного веселья и пара вылазок в хороший ресторан с подругами не повредят, и не помешают твоему статусу королевы университета.

– Уверена, что за время моего отсутствия девочки уже короновали друг друга.

– Не думаю. Вот увидишь, они устроят грандиозную вечеринку по поводу твоего возвращения. Ты теперь самая известная и скандальная персона Ист – Сайда. Твой авторитет от этого только возрастет.

– Думаешь? – Джил заметно оживилась. – А ты прав. Мне нужно развеется. Вечеринка – это замечательно. Я быстро узнаю последние сплетни и изменения в жизни Колумбии, восстановлю забытые связи. Правда, на организацию подобного мероприятия потребуются средства…. – девушка выразительно посмотрела на бывшего мужа. Даниэль насмешливо улыбнулся.

– С этим я разберусь. Если что – то будет нужно, просто звони моему бухгалтеру.

– Ты прелесть, Дин. – радостно воскликнула Джиллиан. – Я обязательно тебя приглашу. – лицо девушки изменило выражение, став серьезным, наиграно равнодушным. – Мне присылать приглашение и на мисс Слейтон тоже?

– Не знаю. Ты уверена, что это будет уместно?

– Мы разведены и поддерживаем дружеские отношения, из этого вытекает, что нам рано или поздно придется принять тот факт, что кто – то из нас найдет свою вторую половинку. – сдержанно проговорила Джил. – Возможно, и мне кто – то составит компанию. Это нормально и естественно.

– Да. Но мы расстались не десять лет назад, Джил. – холодно заметил Даниэль. – И я солгу, если скажу, что мне все равно. И ты тоже.

Она посмотрела в глаза Дина. Когда он успел стать таким проницательным?

– Я ужасно ревную тебя к Маргарите. Она меня бесит, хотя в ней нет ни одного недостатка. – призналась Джил. – Мне стыдно, но это так.

– Это абсолютно нормально. Какое – то время мы еще будем чувствовать некоторые собственнические инстинкты по отношению друг к другу, но постепенно все нормализуется. – Даниэль демонстративно взглянул на часы. – Хорошо, что мы все выяснили. Мне нужно идти, Джил. Звони мне.

– Обязательно. И ты.

Он рассеяно кивнул, направляясь к двери. Джил не встала, чтобы проводить его. Она боялась, боялась сама себя и своих эмоций, кипящих в душе, больно бьющих прямо в сердце, грозясь разрушить и без того шаткий мир вдребезги.