Читать книгу "Степан Бандера в поисках Богдана Великого"

Давние противоречия, начавшиеся с потери в 1934 году «архива Сеника» и ареста тысячи оуновцев, которые с трудом, но сглаживал Евгений Коновалец, между старыми заграничными оуновцами и молодыми галичанами Степана Бандеры, вышли наружу и ждали своего решения.

Уже в конце мая, всего через несколько дней после роттердамского взрыва, полномочия Коменданта ОУН и главы ПУН тихо перешли к Андрею Мельнику, якобы по «завещанию Коновальца», которое в письменном виде не существовало, а было передано устно руководителям ОУН кем-то из них самих. Ярослав Барановский, как руководитель организационной референтуры Организации Украинских Националистов, объявил новым Комендантом ОУН Андрея Мельника и стал готовить его утверждение на конференции, и это была безусловная и понятная всем подпольщикам «липа».

Андрей Мельник, «Евгений», родился в декабре 1890 года на Львовщине, в 1910 году закончил Стрыйскую украинскую гимназию, с начала Первой мировой войны поступил в Украинские Сечевые стрельцы, от четового-отделенного дослужился до сотника и в ноябре 1916 года попал в российский плен.

В конце 1917 года Мельник вернулся в Киев и стал помогать Коновальцу формировать Украинский Корпус Сечевых стрельцов, сначала начальником штаба куреня, затем полка, и, наконец, всего Корпуса. После интернирования Армии УНР польскими властями Мельник в 1920–1921 годах работал в военной миссии УНР в Праге, получил в столице Чехословакии диплом лесного инженера. Он сразу же вступил в УВО и с октября 1922 по апрель 1924 года был ее краевым комендантом на Западной Украине.

В апреле 1924 года Андрей Мельник был арестован польской полицией по “делу Ольги Бессараб» и получил пять лет тюрьмы. С 1928 года он работал лесным администратором Украинской Греко-католической церкви, и даже, кажется, не был членом ОУН, а только УВО. Только через год после взрыва Коновальца в Роттердаме Андрей Мельник был утвержден руководителем ОУН на ее II Большом Сборе 26–27 августа 1939 года в Риме, но сидевшие в тюрьмах бандеровцы, как и молодые галичане, так и не признали его своим вождем.

Подготовкой побега Степана Бандеры из познанской тюрьмы «Вронки» по инициативе

З. Коссака и Р. Шухевича занимались оуновский боевик Михаил Куспись, «Терм», отсидевший в них пятилетний срок до мая 1938 года за нападение на почту в Городке, и Константин Цмоц, «Град», которые подкупили нескольких тюремщиков.

План побега в ПУНе докладывал брат выявленного предателя Ярослав Барановский, который с пылом утверждал, что весь побег спровоцирован польской полицией, чтобы убить Степана Бандеру «при попытке к бегству». Протесты принятого в ПУН еще Коновальцем Ярослава Стецько требовали дела, и вдруг два подкупленных Куспись надзирателя «Вронок» были арестованы. В ОУН заговорили, что Мельник не желает видеть на свободе такого сильного конкурента, как Степан Бандера, писавший о Барановском новому руководителю ОУН: «Когда в Краю нужно было работать, и краевые организаторы обращались к нему, чтобы активизировать работу, он об этом даже не хотел слышать». Само собой, после ареста двух подкупленных надзирателей, Степана Бендеру срочно перевели в самую страшную польскую тюрьму, устроенную в белорусской Брестской крепости.

Старые оуновцы во главе с Мельником считали, что их былые заслуги дают им право самим в заграничном безопасном центре по краевым докладам определять политику ОУН. Почти два десятилетия, находясь в безопасной эмиграции, да еще прогремев позорным «делом Сеника», они, особенно потеряв очень авторитетное Евгения Коновальца, плохо ориентировались в ситуации на Западной Украине и настроениях ее шести миллионов жителей. Молодые галичане добывали разведывательную информацию, передавали ее в ПУН, шли в польские тюрьмы, Мельник с товарищам получал за разведданные хорошие деньги от Абвера и доказывал рядовым оуновцам, что организовать революцию в оккупированной Польшей Западной Украине пока невозможно.

Все чаще бандеровская молодежь говорила, что судьбу Украины ее народ будет сам решать на своей земле и им, молодым оуновцам, на месте виднее, как вести народ независимости:

– Что касается заслуг стариков, то казни и тюрьмы, через которые мы проходим, дают молодым моральное право возглавить освободительную борьбу. Мы гибнем, а вы спокойно зарабатываете на нас деньги в безопасной эмиграции, не бережете архивы, за захват которых полицией мы получаем пожизненное тюремное заключение, а вы даже не наказываете виновных.

Возможно, Степан Бандера так бы заживо сгнил бы в Брестской тюрьме вместе со своими товарищами по оружию, а старые пуновцы после неизбежного распада остановившейся в движении к великой цели ОУН спокойно дожили свою жизнь на накопленные немецкие марки. Все изменило движение понесшейся вскачь истории. В Европе грянула Вторая мировая война и развязавшая ее нацистская Германия за три недели съела Пилсудскую Польшу. К 1 сентября 1939 года разведывательное сообщество Третьего Рейха работало как часы и тягаться с ним было практически невозможно.

Третий Рейх, любивший называть себя Велико-германским, после прихода к власти нацистов Адольфа Гитлера всего за пять лет создал сложную организацию, способную вести тотальную разведывательную подрывную работу против других стран.

Абвер, военная разведки и контрразведка, был создан еще в 1919 году, но после 1935 года доведен Канарисом до совершенства.

В 1923 году в генштабе рейхсвера был создан отдел «Иностранные армии», в 1938 году разделенный на отделы «Иностранные армии Востока» Р. Гелена, в генштабе Главного командования сухопутных сил вермахта ОКХ, и «Иностранные армии Запада», в генштабе Главного командования вермахта ОКВ, получавшие информацию от фронтовых подразделений.

В 1934 году было создано «Исследовательское управление» Министерства авиации Германа Геринга, с лета 1941 года занимавшееся радиоперехватом, дешифровкой дипломатических кодов, прослушиванием телефонных разговоров, чтением телеграмм, анализом иностранной прессы.

В созданном в 1939 году РСХА рейхсфюрера Г. Гиммлера, Главном управлении имперской безопасности, СД, Сихергейтс Динст, внешней политической разведкой занималось VI Управление В. Шелленберга.

В 1941 году была создана неудачно конкурировавшая с РСХА Г. Гиммлера разведка МИД И. Риббентроппа, занимавшаяся сбором информации за границей.

Министерство Восточных территорий Альфреда Розенберга имела свое «Иностранное политическое бюро», германские меньшинства в иностранных государствах – свою разведку.

Самая эффективная служба была «Абвер», «Abwеba» – «Опор» – созданная в 1919 году военная разведка и контрразведка рейхсвера, армии Германии, до февраля 1944 года работавшая в составе Министерства обороны, затем в составе РСХА.

Начальником абвера в 1935–1944 годах служил адмирал Фридрих Вильгельм Канарис, фантастически образованный офицер, в Первую мировую войну – старший офицер линкора «Шлезиен». После боя у Фолклендских островов он был интернирован в Южную Америку, на нейтральном судне бежал через океан в Германию, командовал подводной лодкой в Средиземном море, лично выполнял сложные разведывательные задания, оказывался после кораблекрушения один в открытом море, с 1918 по 1935 год командовал линкором, был комендантом порта Свенемюнде.

Абвер Вильгельма Канариса имел шесть отделов.

1. Центральный.

2. Абвер I: сбор разведывательной информации об иностранных армиях и флотах, подготовка агентов-радистов, радиоперехват, изготовление документов, создание технических средств.

3. Абвер II: подготовка диверсантов террористов и заброска их в тыл противника, разработка диверсионной техники, проведение диверсий, организация «национальных легионов» в других странах. Абверу II для диверсий в других государствах подчинялась дивизия особого назначения «Бранденбург-800», разделявшаяся на «Запад» и «Восток». Отдел имел диверсионные школы, лабораторию по изготовлению взрывчатых веществ.

В октябре 1940 года под видом строительных частей был сформирован 800-й полк особого назначения «Бранденбург», из пяти батальонов, по четыре роты каждый, штабной роты, роты связи, «водяной роты», команды спецназначения. Подразделения дислоцировались в разных местах, в Берлине, Франбурге, Бранденбурге, Гамбурге, во Франции, в Африке.

«Бранденбург-800» действовал в войне Германии против Югославии, Греции, в Румынии, Болгарии. Сначала он состоял только из немцев, владеющих иностранными языками, преданными фюреру и НСДАП, хорошо физически развитых, смелых, умевших быстро ориентироваться в обстановке.

С 1941 года в «Бранденбург-800» стали принимать иностранцев. С начала Великой Отечественной войны полк действовал на советском Восточном фронте, на Ленинградском, Карельском, Калининском фронтах, на Среднем Кавказе, «водяная рота» на двадцати катерах воевала на Черном море.

30 июня 1941 года украинский батальон «Нахтагаль» из «Бранденбурга-800» в Львове захватил и удержал до прихода вермахта электростанцию и склады боеприпасов, подготовленные к взрыву, а затем помог товарищам Степана Бандеры захватить радиостанцию на площади Рынок, откуда Ярослав Стецько объявил о независимости Украины.

В ноябре 1942 года полк «Бранбенбург-800» был развернут в дивизию. Многие офицеры и солдаты в 1943 году перешли в активно действующие части спецназа Отто Скорцени.

Основными задачами полка «Бранденбург-800» были: ведение войсковой и агентурной разведки; захват мостов, переправ, заводов, важных стратегических объектов и удержание их до подхода немецких войск; организация партизанских отрядов и восстаний в тылу; создание хаоса и паники, уничтожение связи.

Все солдаты являлись агентами абвера, были одеты в форму военнослужащих страны противника, имели их оружие, документы, действовали в гражданской одежде.

4. Абвер III: контрразведка вермахта и ВНК Германии, организация контрразведки за границей, внедрение агентуры в разведку противника, борьба с иностранными резидентурами на территории Третьего рейха, радиоигры с противником.

5. Группа «Заграница». При каждом военном округе действовали «Абверштелле», занятые разведкой и контрразведкой, состояли из трех отделов: разведка, контрразведка, диверсии и пропаганда.

В июне 1940 года при Группе «Заграница» был создан штаб «Вали», занимавшийся организацией разведывательно-диверсионной работы против СССР. Состоял из штаба, отделов разведки, контрразведки, диверсий, двух разведшкол, абверкоманд и абвергрупп по всему Восточному фронту (в одной из шести абверкоманд по три-шесть абвергрупп).

В марте 1942 года при «Вали» был создан «Особый штаб» «Р» (Россия), который занимался «работой» с партизанами, имел двенадцать спецшкол, тысячу сотрудников и дивизию в десять тысяч солдат. В декабре 1943 года оно было расформирован за двойную игру.

В феврале 1944 года РСХА удалось свалить на абвер проигрыш войны с СССР, снять Канариса и вобрать в себя абвер. Этому в июле 1944 года очень помог и заговор группы полковника Штауфенберга.

РСХА – ГУИБ, Главное управление имперской безопасности (6 управлений)

1. Кадры, учеба, организация, администрация;

2. Организация, финансы, снабжение;

3. СД, Служба безопасности, Sicherheits Dienst, тотальный контроль за страной;

4. Гестапо, гехайместаатсполицай, контрразведка;

5. Криминальная полиция;

6. Внешняя политическая разведка, «Заграница»;

В марте 1942 года Шестое управление РСХА для политического разложения советского тыла создало разведывательно-диверсионный центр «Цеппелин».

В августе 1943 года Шестое управление РСХА под руководством Отто Скорцени создало бригаду особого назначения их двух тысяч человек, «Фриденталь».

Полиция безопасности, СД, являлось центром СС, охранных отрядов НСДАП во главе с рейхсфюрером Г. Гиммлером, фронтовых и внутренних.

Вермахт относился к СС с неприязнью, а СС откровенно презирала вермахт. С такими противниками пришлось воевать и «сотрудничать» ОУН, чтобы получить украинскую государственность.

1939–1940 годы
«Нужно очистить ОУН от предателей, чтобы она могла работать на революцию». Раскол и борьба несмотря ни на что

В 1939 году в ОУН стали активно обсуждать проблемы освобождения Украины с помощью национализма.

– Что мы за народ, если терпим польскую оккупацию! Ладно, сталинский каток, сила силенная, просто давит все сопротивляющееся на своем пути. Нам под пилсудчиками быть просто стыдно!

– После Первой мировой войны Версальский мирный договор 1919 года по отношению к некоторым национальным образованиям соблюден не был, хотя и утверждал очевидное:

«Положить в основу урегулирования европейских отношений принципы освобождения угнетенных народов, установления, по возможности, национальных границ, и создания условий, дающих для каждой нации возможность самостоятельной и хозяйственной жизни».

Из-за несоблюдения Версальского мирного договора созданную в начале немецкой революции Национал-социалистическую рабочую партию Германии уже в 1919 году возглавил Адольф Гитлер и противопоставил НСДАП интересам всего человечества.

В Польше собственный активный государственно-брутальный национализм сразу же стал использоваться в различных формах угнетения украинцев, белорусов, немцев, чехов, в виде запрета на собственный язык, образование, работу, других административных издевательствах. Именно эта наглая презрительная брутальность вызвала национально-освободительную борьбу угнетенных народов против оккупантов.

Евгений Коновалец говорил, что украинский национализм вызван к жизни во время отчаянной борьбы оккупированной и убиваемой нации за свое человеческое существование, но национально-освободительная борьба украинцев началась совсем не в 1918 году.

Идеологи национализма называли его идеей единства народа в ее прошлом, настоящем и будущем. Идеи национализма для объединения всего народа в единое целое использовали Наполеон III во Франции, Отто Бисмарк в Германии, ими не гнушались многие политические деятели. В царской России фракция националистов более, чем в сто депутатов пыталась занять положение правительственной партии в Третьей Государственной Думе. Националистов, черносотенцев, с их программой «защиты исконных начал русской жизни», самодержавие без ума противопоставляло «инородцам, носителям революционной заразы». Национализм, которому поддаются все слои населения, обычно противопоставляется интернационализму, то есть «коммунистической опасности».

Национализм в свободной стране – это противопоставление интересов одной национальности интересам других национальностей, даже интересам всего человечества. Национализм в оккупированной стране – совершенно другое явление.

Нация, национальность, народность – это исторически сложившийся народ на основе общих языка, территории, экономики, психологического склада характера и культуры.

Идея нации возникла во Франции в конце XVIII века, когда почти весь французский народ своей Великой революцией восстал против устаревшей феодально-королевской власти.

Термин «национализм» возник в Ирландии, где крестьяне боролись против английских лендлордов. Он использовался в оккупированных Италии, Болгарии, Сербии, Греции, Польши, в Индии, Персии, Китае. Уже тогда теоретики называли национализм против оккупантов освободительным и революционным.

Тогда же появился термин «национальные меньшинства» – национальности, составляющие меньшинство в государстве по сравнению с титульной национальностью.

В России национальные меньшинства составляли более половины населения и их оскорбительно называли «инородцами». В разгар Первой мировой войны национальные меньшинства России, Германии, Австро-Венгрии потребовали права и возможности национально самоопределения, в виде культурной, политической автономии, а затем в виде отделения от угнетающей митрополии и создания самостоятельно государства.

Лозунг о праве наций на самоопределение стал движущей силой европейской революции 1918 года, уничтожившей четыре империи, в которых слова о равенстве всех народов были пустым звуком.

Попытки Лиги Наций охранять права национальных меньшинств государственными договорами блокировались властями всех государств, а в новосозданных странах, как, например, в Польше, в которой украинцы, белорусы, евреи, немцы, чехи, литовцы составляли более трети населения, были гласом вопиющего в пустыне. В результате национализм породил «национальный вопрос» о взаимоотношениях между угнетаемыми и угнетающими национальностями, часто в форме шовинизма или расизма, проблеме захвата чужих земель и рынков, дешевого сырья и рабочей силы.

Перед Второй мировой войной в Организации Украинских Националистов шли и другие разговоры, плавно перетекавшие из прошлого в будущее и настоящее:

– А это ты писал, Степан? Не очень похоже, очень резко и грубо.

– Я. В 1962 году. За три года перед этим меня убили, а потом за меня пересказали текст в известную газету.

– Но ты же в 1962 году давно погиб?

– Для верных сталинцев я как Ленин – «живее всех живых». Читай.

– Нам нужно высекать из камня прекрасную фигуру нации. Это может сделать сильная личность, вождь, который родился и закален в горниле борьбы и не знает сомнений. Мы не перед чем не остановимся (чтобы освободить родину!). Наша власть будет страшной (для оккупантов, врагов Украины и их холуев!)

Горе те, кто дал одурманить себя большевистской пропагандой, кто утратил национальное чувство, и верит в большевистскую дружбу народов. Мы не будем щадить никого. По колено в крови, по трупах своих неразумных братьев мы пойдем к цели. Нация родится в стоне, крови и огне. Но какая это будет нация!

Если будет нужно, мы не остановимся ни перед чем. Словом, ножом, пулей мы будем будить в душах ленивых и покорных наших земляков национальную сознательность. Мы не будем считаться с жертвами. Пусть упадут тысячи, сто тысяч, миллион. Тем лучше. Нация, крепкая и монолитная, закаленная, как сталь, поднимется из крови и очистится кровью!

– Нация превыше всего!

Избиваемая и уничтожаемая нация в собственной незаконно оккупированной стране превыше всего! Это просто активная защита от геноцида.

Главная цель национализма – выдворение всех оккупантов с родной земли. На этом его деятельность заканчивается.

Во время оккупации – националисты, после освобождения – национальные державники!

У одержимых национальным фанатизмом людей нет ни бога в душе, ни сердца в груди. Нельзя, чтобы они решали судьбу и жизнь освобожденного народа. Давно известно – когда народ выбирает на свою голову нелюдя – он платит за это своей шеей. Общение с нелюдями и фанатиками разъедает людскую душу, как ржавчина железо. Мы должны показать народу всю мерзость лицемерного холуйства, работающего только на свой карман и никогда на благо.

– Нельзя сотрудничать с Гитлером даже против Сталина.

– Никто не знал, что Гитлер образца 1933 года станет Гитлером образца 1941 года. Тогда мы тут же повернули оружие против фашистов.

– Ты хочешь создать украинский рейх с фюрером во главе?

– А что, лучше союз нерушимых республик свободных во главе с вождем всех народов? Ты думаешь, у меня большой выбор? Есть высшие цели в политике. История простит нам все, если мы победим.

– Гей, хлопец, не шибко суйся в драку. Не всякому рылу на ярмарку спешить, и без него сторгуются. Не выбирай плохое из худшего.

– Это значит, вообще ничего не делать. Цель оправдывает средства, но только тогда, когда она за народ, и когда средства не заменяют цель надолго.

Будь прокляты на все века фашисты любой нации.

– Может, не надо дразнить медведя?

– Конечно, не надо. Его вообще нельзя дразнить. Его надо сразу отстреливать, иначе он сожрет тебя.

– Ты посмотри, какие мутные у тюремщиков глаза!

– Как у всех продажных и безнаказанных чиновников. У них других не бывает. Чему ты удивляешься? Дело житейское. К тому же вот-вот война начнется и они не знают, что делать.

Камера была заперта насмерть, и в ней не было ни воды, ни еды. Ни кто больше ночами не свистел и не глядел в дверной глазок. Степан Бандера догадался, что польские тюремщики ушли из Бреста, оставив украинских политических заключенных умирать в закрытых гробах-камерах.

Дверь заскрежетала и отворилась, в камеру вошли товарищи:

– Поляков в Бресте нет, но вот-вот в крепость войдут Советы. Времени нет совсем, уходим….

Днем 13 сентября 1939 года одиннадцать бывших заключенных оуновцев во главе со Степаном Бандерой проселочными дорогами и лесами пошли из Бреста во Львов. 17 сентября в Брестскую крепость вошла Красная Армия, и особая группа НКВД сразу же ринулась в тюрьму. Начинался второй этап деятельности Организации Украинских Националистов в условиях Второй мировой войны, в которой участвовали шестьдесят стран и один миллиард человек.

По заключенному 23 августа 1939 года советско-немецкому пакту Молотова – Риббентроппа на целых десять лет все украинские этнические земли – Восточная и Западная Украина, Буковина и Закарпатье должны были быть объединены в единое целое в составе сталинского Советского Союза. Польша, разделенная нацистско-сталинскими союзниками по рекам Нарев – Висла – Сан должна была перестать существовать совсем. На человечество неотвратимо накатывалась Вторая мировая война.

28 апреля 1939 года Германия сообщила Польше, что в связи с начавшимися польско-английскими переговорами о военном союзе, Рейх считает потерявшей силу польско-немецкую декларацию о ненападении 1934 года. До войны было рукой подать, но польские власти традиционно даже не ударили палец о палец.

В самом конце августа 1939 года по приказу Гитлера и Гиммлера сотрудники СД непринужденно напали на немецкую радиостанцию на немецко-польской границе в Гляйвице, оставив на месте погрома несколько трупов узников концлагерей, переодетых в польскую военную форму и повод к войне.

В пятницу 1 сентября вермахт атаковал Польшу всеми родами войск. Три тысячи танков

и бронетранспортеров, две тысячи самолетов, гора орудий прикрывали два миллиона солдат вермахта, которым противостояли один миллион двести тысяч польских солдат с восьмистами легкими танками, четырехстами устаревшими самолетами.

Уже 1 сентября два полка Волынской кавалерийской бригады атаковали 4-ю немецкую танковую дивизию. Из леса выскочили польские уланы, прямо в середине длинной танковой колонны, бросили дымовые шашки и открыли частую стрельбу. У немцев не было сектора обстрела, а головные танки колонны решили, что это атакуют польские танки и открыли огонь по своим. Обе части немецких танков позорно отступили перед польскими кавалеристами, оставив на дороге факелы горящего железа.

Героизм рядовых польских солдат в борьбе с махиной вермахта ничего не решал. Управление польскими войсками было ужасным. Штабы соединений даже не охранялись часовыми. Генерал Владислав Андерс, впоследствии командующий польскими частями в СССР, имел возможность зайти кавалерией в тыл немецкой пехоте и разбить ее, не сделал ничего, а просто отступил к Люблину, где бригады развалились.

Появилась позорная «Ченстоховская брешь», когда отходившие группы армий «Лодзь» и «Краков» соревновались с вермахтом – кто скорей добежит до Варшавы.

2 сентября главнокомандующий польскими вооруженными силами пилсудчик Э. Рыдз-Смиглы решил, что война проиграна и приказал войскам отступать за Вислу. За день до этого, через час после начала войны, двойной гражданин Польши и Швейцарии Игнатий Мостицкий, он же по совместительству пилсудчиковый президент Польши, бежал из Варшавы за границу.

5 сентября Варшаву бросило правительство. Столицу Польши вермахт атаковал 8,9,10,11 сентября. 12 сентября на фронт приехал Адольф Гитлер. Начались массированные бомбежки Варшавы. Уже 10 сентября маршал Рыдз-Смиглы и его штаб бросил войска и перешел румынскую границу, где был интернирован.

17 сентября один миллион солдат Рабоче-Крестьянской Красной Армии, поддержанный четырьмя тысячью танков и тысячью самолетов, вошел в Западную Украину и Западную Беларусь и уже 20 сентября дружески встретился с немецкими войсками.

23 сентября разрушенная на одну пятую Варшава капитулировала, 5 октября Гитлер принял там парад своих победивших войск. Польская компания вермахта закончилась.

В трехнедельной войне польская армия потеряла убитыми 70 000 солдат и 2 000 офицеров, немецкие войска – 20 000 солдат и офицеров, РККА – 8 000 солдат и офицеров. В немецкую зону оккупации попали 22 миллиона поляков, СССР отошли 13 миллионов украинцев, белорусов, евреев, поляков. Все 35 миллионов поляков не могли, как их двойной президент и правительство выехать в Женеву и Лондон. Только поляков во Второй мировой войне погибло 6 миллионов, и это жертвы не только на несуществующей совести фашистов. Потери Украины составили 8 миллионов человек, почти каждый четвертый, потери Беларуси – каждый третий человек.

Фашисты включили север Польши в состав III Рейха, из всех других земель образовали Краковское «Генерал-губернаторство для оккупированных польских областей». Гитлер меланхолически заявил: «Для поляков должен существовать только один господин – немец. Должны быть уничтожены все представители польской интеллигенции».

К концу осени 1939 года юридическое оформление по-сталински всех украинских земель в единую УССР в составе СССР, за исключением присоединенного в 1945 году Закарпатья, было закончено – на объединенной Советской Украине площадью более полумиллиона квадратных километров проживало более сорока миллионов человек.

17 сентября 1939 года министр иностранных дел Советского Союза В. Молотов заявил, что освободительный поход Красной Армии в польские западные Украину и Беларусь начался для того, чтобы «подать руку помощи своим братьям украинцам и белорусам», оккупированных Польшей, взять под защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Беларуси.

Рука помощи по-сталински была подана незамедлительно. Миллионы людей ожидала принудительная советизация с неизбежной коллективизацией в форме казарменного социализма, традиционно сопровождавшаяся внеправовыми репрессиями НКВД. Только с осени 1939 года по осень 1940 года без суда и следствия были репрессированы и депортированы «в отдаленные регионы СССР» каждый десятый житель из «добровольно присоединившихся к Советскому Союзу областей», что составило более одного миллиона человек, и это было только добродушное сталинское начало.

В Европе, где Англия и США вступили в войну с Германией, разгорался пожар Второй мировой войны, не за горами была Великая Отечественная война с десятками миллионов ни в чем не повинных трупов, а над сталинским Кремлем радостно витало:

«Втянуть Европу в войну, оставаясь самому нейтральным, а затем, когда противники истощат друг друга, бросить на чашу весов всю мощь Красной Армии. Диктатура большевистской партии становится возможной только в результате большой войны».

Сталин, как всегда, все угадал, однако традиционно наоборот. Тем не менее, до бросания гирь на трагические весы истории, надо было перестроить присоединенные к Советскому Союзу земли по своему образу и подобию.

8 сентября 1939 года в Киеве по приказу народного комиссара внутренних дел Л. Берии были сформированы пять больших оперативных групп с задачей «создания на Западной Украине агентурно-осведомительной сети с расчетом охватить в первую очередь государственный аппарат, контрреволюционные буржуазные, помещичьи круги и политические партии».

15 сентября в войсковые органы НКВД в РККА, за два дня до ее входа в «восточные крессы Польши», пришла подробная директива Л. Берии:

«Занять все учреждения связи: телеграф, телефон, радиостанции, радиоузлы, почты, государственные и частные банки, казначейства, хранилища ценностей, все государственные архивы, в первую очередь архив жандармерии и второго отдела Генерального штаба (экспозитуры, разведки).

В целях предотвращения заговорщической предательской деятельности арестовать и объявить заложниками крупнейших представителей помещиков, князей, дворян и капиталистов.

Арестовать реакционных руководителей администраций, местных полиций, жандармерии, пограничной охраны, филиалов второго отдела Генштаба, воевод и их ближайших помощников, руководителей контрреволюционных партий.

Занять тюрьмы, проверить всех заключенных. Всех арестованных за революционную и антиправительственную деятельность освободить, при этом используя мероприятия для вербовки агентуры.

Создать агентурно-осведомительскую сеть, охватив все области. Быстро организовать осведомительную сеть в редакциях газет, в культурно-просветительных учреждениях, продовольственных складах, штабах, рабочих гвардиях и крестьянских комитетах.

Выявить и арестовать агентов и провокаторов жандармерии, политической полиции, разведки Генштаба, использовав для этого изъятые архивы.

Изъять у всего гражданского населения нарезное огнестрельное оружие, взрывчатые вещества и радиопередатчики.

Работникам НКВД принять активное участие в подготовке и проведении временных народных собраний – украинского, белорусского и польского. Для этого наладить необходимую агентурно-оперативную работу по выявлению и репрессированию контрреволюционных организаций, групп и лиц, противодействующих и срывающих организацию новой власти».

3 октября специальный представитель НКВД СССР на Западной Украине докладывал в Москву:

«Общее число арестованных по областям Западной Украины на 1 октября составляет 3914 человек, в том числе бывших жандармов, полицейских, агентов полиции и разведки 2539, помещиков и крупной буржуазии 293, офицеров польской армии 381, руководителей контрреволюционных партий, УНДО, ОУН и других 144, петлюровцев и бандитов 74».

ОУН в донесениях НКВД упоминалось все чаще «как организатор подпольной антисоветской борьбы», и арестовано оуновцев было уже 280 человек.

Как не пыталась ОУН провести украинских националистических депутатов в Народное Собрание Западной Украины, на выборах 22 октября 1939 года победила совсем не она. 27 октября Народное Собрание единогласно утвердило декларацию о вхождении Западной Украины в состав Украинской ССР и всего Советского Союза, «чтобы воссоединить украинский народ в едином государстве, положить конец его вековому разобщению».

1 ноября 1939 года Верховный Совет СССР принял закон о включении Западной Украины в УССР и СССР. 6 ноября на Галичине и Волыни были официально созданы территориальные органы сталинского НКВД. Националистическим подпольем стали заниматься секретно-политическое и контрреволюционное отделения Управления государственной безопасности, в составе областных НКВД УССР.

Объем работы был колоссальный, и в феврале 1941 года НКВД СССР было разделено на Народный комиссариат внутренних дел СССР во главе с Л. Берией, и на Народный комиссариат государственной безопасности СССР во главе с В. Меркуловым. Еще через два месяца в составе Главного управления милиции НКВД СССР был создан Отдел борьбы с бандитизмом, также Украиной занималось Третье отделение НКГБ СССР. Политическим бандитизмом, к которому приписали всех националистов, занималось секретно-политическое и контрразведывательное управление. Сталин всегда любил дублировать карательные службы, чтобы лучше держать их под контролем. К этому времени советизация Западной Украины уже перешла в фазу коллективизации, вызвавшей активное возмущение населения, и работы у сталинских карателей становилось все больше и больше.