Читать книгу "Степан Бандера в поисках Богдана Великого"

Роман Шухевич от имени всех бойцов «Нахтигаля» направил командованию вермахта протест по поводу ареста Бандеры и Стецько, и батальон украинских диверсантов так же был снят с фронта и расформирован. В октябре 1941 года нахтигалевцев во Франкфурте – на – Одере реорганизовали в 201-й полицейский батальон с контрактом на один год службы, ставший платой за обучение, кончавшийся в январе 1943 года. Впоследствии сразу же после окончания контракта батальон целиком ушел в УПА, а его арестованные офицеры бежали от эсесовского конвоя при переезде из поезда и также влились в Украинскую Повстанческую Армию.

Нацисты продолжали создавать на оккупированных землях не немецкие войска, но ОУН, заявив, что «Украина оказалась между молотом и наковальней двух вражеских империалистов Москвы и Берлина», в этом участия не принимала, даже осудив создание во Львове украинской дивизии СС «Галичина».

30 декабря 1941 года фашисты закончили формирование на оккупированных территориях «Восточных войск», выполнявших полицейские функции и состоявших из русских, украинцев, белорусов, армян, грузин, тюрских народов. Эти восточные части сменяли в тылу немецкие части, уходившие на фронт. Тогда же, в декабре 1941 года, фашисты создали на Украине Вспомогательную службу полиции порядка, Shumu, в которой служили добровольцы и бывшие военнопленные. 45 украинских батальонов вспомогательной полиции из 3500 человек всех национальностей были дислоцированы по всей Украине, в Киеве, Харькове, Житомире, Чернигове, Днепропетровске, Николаеве. Shuma боролась с белорусскими партизанами. Именно рота В.Мелешко 118-го полицейского батальона Shumу 22 марта 1943 года сожгла белорусскую Хатынь, убив 149 ни в чем не повинных стариков, женщин и детей, из живых людей, превратившихся в трупы. Именно Shuma уничтожала беззащитное гражданское население, грабя их имущество. С 1943 года, после Сталинградской битвы, батальоны Shumу стали разбегаться, немцы ловили полицейских, расстреливали, отправляли в РОА к Власову и в концлагеря.

ОУН(б) к Shume никакого отношения не имела. ОУН(М) Андрея Мельника в марте 1943 года создала Волынский легион из тысячи человек для борьбы с советскими партизанами и польской Армией Крайовой. Волынский легион мельниковцев действовал в Польше, участвовал в удушении Варшавского восстания. При немцах в украинских селах также была создана вооруженная через одного народная самооборона.

В середине июля 1941 года Степана Бандеру, как неисправимого сторонника независимости Украины, отправили в Берлин «под домашний» арест. Своего дома, само собой, в столице Рейха у Бандеры не было, и его поселили под надзор в особый дом гестапо, с большой охраной.

В августе Проводник ОУН(Б) отправил в рейхсканцелярию протест по поводу включения Галичины в Генерал-губернаторство и официальное постановление о провозглашении Украинского государства: «Если Германия потребует честных и верных союзников, то таким союзником станет Украина, но только как независимая держава».

В ответ из Берлина на Восточный фронт был отправлен приказ об аресте всех оуновцев в походных группах, и вермахт начал задержания, правда, совсем неохотно.

Среди руководящих офицеров абвера и вермахта было много таких, кто понимал, что Германия просто экономически не выдержит войны на два фронта, а значит, не должна отказываться от союзников в других странах. Эти офицеры молча не соглашались с антиславянской политикой фюрера и симпатизировали ОУН. Только в конце августа, когда походные группы ОУН уже месяц устанавливали власть на Украине, штаб группы армий «Юг» распространил по своим частям приказ об аресте оуновцев, который исполнялся совсем неторопливо.

Ситуация для ОУН намного ухудшилась, когда в середине сентября массовые аресты членов ОУН(Б) начало РСХА. Бандеру, как талантливого организатора, даже из-под «домашнего ареста» мешавшего Берлину устанавливать новый порядок, из дома гестапо перевели в полицейскую тюрьму на Александерплац.

25 ноября 1941 года удивленное размахом и мастерством сопротивления украинских националистов РСХА отправило своим территориальным органам приказ о тотальном разгроме Бандерабевегунг и местные СД писали в распоряжениях:

«№ 7, Айнзацкоманда Ц/5.

Внешним постам: Киев, Днепропетровск, Николаев, Ровно, Житомир, Винница.

Касается ОУН (Бандера).

Точно установлено, что движение Бандеры готовит восстание в Рейхскомиссариате «Украина» с целью создания независимой Украины.

Все функционеры и активисты Бандерабевегунг должны быть немедленно арестованы и после основательного допроса тайно убиты как грабители.

Протоколы допросов надлежит переслать в Айнзацкоманду Ц/5.

Это письмо должно быть уничтожено командофюрерами сразу же после прочтения».

Под давлением из Берлина руководитель Абвера Канарис 1 сентября 1941 года разорвал договор с ОУН и арестовал своего координатора Рико Ярого. Тогда же руководство вермахта запретило украинцам заниматься политической деятельностью, но только социальными проблемами, а количество вооруженных людей из сельской самообороны не должно было превышать одного процента.18 сентября украинская милиция была запрещена вообще.

Ожидавшая арестов ОУН(Б) ушла в подполье. В конце сентября 1941 года под Львовом прошла 1 конференция руководителей ОУН, которая назначила управляющим проводником Организации Николая Лебедя и объявила, что сотрудничество украинцев с РСХА является национальной изменой и должно караться смертью. В открытую борьбу с фашистами ввиду быстрого и тотального разгрома было решено не вступать, но укрепляться в легальной оккупационной администрации, развернуть активную антинемецкую пропаганду, собирать оружие и обучать оуновцев военному делу. На Львовщине и Ровенщине было быстро создано почти сорок небольших нелегальных военных школ ОУН, через которые прошли тысячи оуновцев.

Походные группы ОУН нелегально успели укрепиться на Киевщине, Харьковщине, Одессе, Днепропетровске, и потери Организации Степана Бандеры после налета РСХА должны были быть минимальны. Дело, однако, пошло совсем по-другому. Информацию РСХА на ОУН(Б) дала «мелкомещанская политическая агентурная группа», именно так молодые оуновцы называли ОУН(М).

С помощью мельниковцев гестапо до конца 1941 года застрелило 15 руководителей и 1500 членов ОУН(Б), и это был страшный удар по украинскому национально-освободительному движению, потерявшему зимой 1941–1942 года еще 300 ведущих руководителей ОУН(Б) и 1000 оуновцев, взятых гестапо и брошенных в фашистские концентрационные лагеря.

В 1942 году мельниковцы выдали гестапо проводника Краевой Экзекутивы ОУН(Б) на Западной Украине. Тридцатилетний Иван Климов – «Легенда», студент юридического факультета Львовского университета, политический заключенный польских тюрем, брошенный умирать в колодец доблестными польскими кавалеристами, сменил на своем посту тридцатилетнего Дмитрия Мирона – «Попа», выдающегося идеолога ОУН(Б), студента юридического факультета Львовского университета, политического заключенного польских тюрем, застреленного в Киеве гестаповцами.

Иван Климов в глаза сказал пытавшим его фашистам: «Я – Климов – «Легенда» и больше ничего вам не скажу, потому что вы оккупировавшие Украину бандиты», после чего был замучен.

К весне 1942 года РСХА были убиты 4 000 оуновцев Степана Бандеры, цвет украинского национализма, и гитлеровцы радостно смеялись: «Один украинец – украинец, два украинца – партизанский отряд, три украинца – партизанский отряд с предателем». Легли в землю романтики украинского национально освободительного движения, и это была незаменимая и невосполнимая потеря для ОУН. С весны 1942 года все пошло совсем не так, как планировал Революционный Провод ОУН, у которого не хватило кадрового ресурса добиться целей Организации Украинских Националистов, восстановить украинскую государственность. В разгар сражения одновременно были выбиты самые талантливые, умные, образованные, отчаянные офицеры национальной армии, и некому их было заменить в таком количестве. Осенью и зимой 1941–1942 годов свершилась трагедия, исправить которую было нельзя ни мужеством, ни силой воли, ни любовью к отчизне, потому что нельзя затянуть пятикилометровую брешь – дыру во фронте ничем, только опытной дивизией, а не необученным батальоном. Что переживал в берлинской тюрьме Степан Бандера, казалось, предусмотревший атаку РСХА и закрывший от нее своих хлопцев со всех сторон, невозможно себе представить.

Упрямый Степан Бандера, чье имя стало символом после Акта 30 июня, новый 1942 год встретил в концентрационном лагере Заксенхаузе, из которого уже не мог активно и оперативно руководить ОУН и на несколько лет стал ее знаменем. Все три его брата были замучены, даже брат его жены Ярослав Левко был застрелен гестаповцами во Львове, а ее старой матери Юлии большевики польской Армии Крайовой отрезали нос, выкололи глаза, и застрелили, помучив еще, выстрелом в рот. Степан Бандера не сломался и не превратился из национального борца в фашистского прихлебателя. Нельзя заниматься тактикой – будем создавать непобедимую стратегию национально – освободительной борьбы, которая приведет к восстановлению украинской государственности!

В бункере «Целенбаум» концлагеря Заксенхаузен под Берлином отбывали заключение кроме Степана Бандеры, Ярослава Стецько, Степана Ленкавского, вскоре замученного Ивана Габрусевича и Андрея Мельника руководитель немецких коммунистов Эрнст Тельман, бывшие премьер – министры Франции Леон Блюм, Поль Рейно, Эдуард Даладье, бывший канцлер Австрии Курт Шушниг, сын Сталина Яков Джугашвили, главный комендант польской Армии Крайовой Стефан Ровецкий, многие политики и аристократы со всей оккупированной фашистами Европы.

Жена Степана Ярослава, переехавшая за мужем в Берлин, смогла добиться почти еженедельных свиданий с ним в Заксенхаузене. Через нее Бандера поддерживал связь с Шухевичем и другими руководителями ОУН, но эта связь была минимальной. Нацисты освободили его только в конце 1944 года, надеясь сделать из знамени ОУН украинского Власова, но Степан Бандера смог даже уйти из-под наблюдения гестапо в Баварии. Практическое руководство Закордонными Частями ОУН он официально вернул в 1944 году, когда, правда, в условиях жесткой оппозиции, стал и царствовать и править.

Его могли заочно переизбрать в 1941 и 1942 году Проводником РП ОУН, но тогда бы он, как Климов – «Легенда» и еще тысячи оуновцев, был бы замучен гестаповцами. Товарищи по оружию, клявшиеся воевать за народное дело на тризубах и автоматах, берегли Степана Бандеру, на которого равнялись многие и многие украинские участники национально – освободительной борьбы, считавшие его стратегом ОУН, ее знаменем, образцом и примером. Шесть лет в польских тюрьмах, три года в немецких концлагерях и еще пятнадцать лет в совсем непростой эмиграции Проводник боролся до конца с канувшей в небытие Пилсудской Польшей, фашистским «тысячелетним Рейхом», просуществовавшим двенадцать лет, и с верными сталинцами, твердо уверенными в том, что они не получат свой Нюрнберг и после смерти.

Заместитель Бандеры, руководитель разведки ОУН и министр государственной безопасности в недолгом правительстве Ярослава Стецько Николай Лебедь в июле 1941 только случайно спасся от гестаповского ареста и гибели. Он возглавлял ОУН как правящий проводник и руководил ей до мая 1943 года, когда в Организации было введено коллективное руководство – триумвират Шухевича, Матлы и Маевского. Лебедь отказался от участия в нем и возглавил референтуру внешних связей и Главный Совет ОУН.

Несмотря на потери от атак РСХА к весне 1942 года в ОУН было более 20000 членов, в основном неопытная молодежь, не имевшая опыта подпольной работы в Пилсудской Польше. Собранная в апреле 1942 года II Конференция руководителей ОУН (Б) подтвердила лозунги II Большого Сбора ОУН апреля 1941 года: «Свобода народам и человеку» и «В своей хате – своя правда!».

Конференция приняла решение создавать партизанские отряды, которые должны быть готовы быстро развернуться в повстанческую армию. Один партизанский куст собирался от трех сел, кусты составляла поветовую, районную сотню, три сотни образовывали партизанский курень.

Руководство Службой Безопасности ОУН Николай Лебедь осенью 1941 года передал Николаю Арсеничу, который резко активизировал ее деятельность. Служба безпеки состояла из руководителя – референта, его штаба, кураторов направлений, их заместителей и занималась обеспечением внутренней безопасности Организации, антисоветскими, антипольскими, антимельниковскими акциями, формированием партизанских отрядов, подбором военных инструкторов, пропагандой и агитацией, вела военную, политическую, экономическую, техническую разведку. Сотрудники «безпеки» ОУН изучали и преподавали методы контрразведывательной работы, криминалистику, технику допросов, организацию внешнего наблюдения, тюремную систему и действовали по всей Украине, Польше, в Советском Союзе, Германии, Венгрии, Румынии, Чехословакии.

На Украине активно действовали конкурировавшие между собой все специальные службы Третьего рейха– IV отдел РСХА (гестапо), III отдел РСХА СД (полиция безопасности), военная разведка и контрразведка Абвера, полевая жандармерия вермахта, охранная полиция, полиция порядка, «управления» Розенберга, Геринга и Риббентропа. На юге Украины бурно работала сигуранца – тайная полиция, и Служба специальной информации – военная разведка Румынии. СБ ОУН вынужденно и специально контактировала со всеми ними.

Польское подполье, упрямо планировавшее, не смотря ни на что, установление старого контроля над Западной Украиной при первой возможности, боровшееся «по этому поводу» с ОУН, встретило в лице ее Службы безопасности очень сильного противника, передававшего в СД данные о польских нелегальных школах и типографиях, в ответ на аналогичные действия Армии Крайовой. Этому противостоянию предстояло закончиться ужасной Полесской и Волынской резней, в которой погибли десятки тысяч украинцев и поляков.

Волынскую резню активно провоцировала Армия Крайова, созданная 14 февраля 1942 года из Союза вооруженной борьбы, с ноября 1939 года действовавшего во Франции, и была объявлена польским правительством в Лондоне составной частью польских Вооруженных Сил.

У Армии Крайовой была мощная английская материальная и финансовая база, склады оружия, радиостанции, типографии, только во Львове у нее в списках числилось четыре тысячи боевиков. АК, объявившая своей главной задачей подготовку и проведение антинемецкого восстания, вела пропаганду и агитацию, разведывательную работу. У нее было много агентов, служивших в немецкой оккупационной администрации, на транспорте, почте, телеграфе, телефоне, средствах массовой информации.

ОУН во главе с Лебедем, выступала за объединение всего украинского подполья под своим флагом и через «службу безпеки», получившую неограниченные полномочия, активно боролась с врагами объединения.

Служба безопасности ОУН активно боролась и с советскими партизанскими отрядами, с 1943 года пытавшимися войти на Западную Украину с востока.

С ноября 1941 года НКВД до марта 1942 года перебросил на Западную Украину полторы сотни разведывательно-диверсионных отрядов, сотни агентов и связных. Агентура НКВД вела учет всех действующих оуновцев и сочувствующих, мельниковцев, устанавливала их конспиративные квартиры. Именно эта картотека позволила НКВД сразу же после занятия Украины Красной Армией арестовать около двухсот активистов ОУН(Б).

С 1944 года с бандеровцами на Украине боролись Отдел борьбы с бандитизмом НКВД, второе контрразведывательное управление НКГБ, Главное управление военной разведки «Смерш» РККА Наркомата обороны, проводившие тысячи арестов в сотнях населенных пунктов. Оуновцы говорили между собой, что «работать при советах гораздо сложнее, чем при фашистах».

1941–1950 годы
«НКВД – это вам не польская полиция. На большого зверя нужно идти с топором. Мы будем бороться и против Гитлера, Сталина и всех оккупантов». УПА в бою и резне со всеми

Создание УПА

Роевой сотни особого назначения Украинской Повстанческой Армии, псевдо «Вихрь», в секунды хотел бы пролететь сквозь этот лес, но делать этого было нельзя ни в коем случае. Дорог и тропинок в нем ночью не было видно, а возможностей покалечиться – сколько угодно. И тогда погибнет вся их сотня, которой за эту ночь надо было пройти восемь километров ровной, как стол степи, в окружении вдесятеро больших карателей, загонявших ее в полное окружение с улюлюканьем и свистом. Сотня особого назначения группы войск «УПА – Юг» переходила на новое место дислокации, волоча за собой толпу карателей, и с этим ничего нельзя было поделать. Ей оставалось пройти только восемь ночных километров до спасительного лесного массива, и перед самим лесом, на опушке, за селом, стоял холм, один пулемет на вершине которого враз мог бы стереть, хоть и на время, все преимущество загонщиков в ноль. Именно к его вершине и рвался с напарником Вихрь, чтобы прикрыть сотню на так необходимые ей десять минут и спасти ее.

Несколько километров назад напарник Вихря упал и напрочь вывихнул ногу. Роевой быстро срубил для него небольшое деревце с раздвоенным концом, а взамен получил вещевой мешок с дисками для ручного пулемета, весивший больше полного ведра воды. Ручной пулемет лежал у него на груди. Ничего. Он дойдет и один выручит сотню. Иначе ее уже никто не выручит никогда.

Темнота была такой, что об нее легко можно было разбить, например, нос и лоб. Ночь разом, в секунды со всех сторон накрыла землю и лес сжал роевого отовсюду. Деревья нависали везде как горы, их ветки торчали прямо над головой, и на каждой, казалось нависла петля из пружинящего кабеля. На деревьях кругом сидели ночные вороны, страшные и зловещие. Руки Вихря сами взяли затвор и переместили ручной пулемет под бок, стволом вперед. Тяжелее, но спокойней.

Лес отовсюду надвинулся неясной громадой. Вихрь торопился по нему, сквозь черную, как сама смерть ночь, насквозь пропахшую болотом. Протяни руки и схвати кусок этой страшной ночи, или она сейчас схватит тебя.

Впереди, вдруг кто-то рванул брезент, потом еще и еще. Недалекие, кажется, взрывы, раздались один за другим, сериями. Вихрь рванул вперед, без дороги, потому что впереди шел бой, и неожиданно выскочил на опушку, и рядом с ним уже стоял долгожданный холм.

Черт! Даже руки трясутся. На фронте такого не было. А здесь его вообще нет, этого фронта. Просто он везде, этот фронт. Спокойно. Скорей наверх. Все!

Вихрь установил на вершине, залитой светом, пулемет, слева разложил диски и только теперь разрешил себе оглядеться. Боже, а вдруг они не успели?

Они не успели. Вся сотня особого назначения почти рядами лежала внизу, на открытом поле, всего в двухстах метрах от спасительных высоких деревьев. Сверху на медленных парашютиках опускались слепящие ракеты-люстры, заливая поле ярким светом, с обеих флангов не переставая били ППШ, а сзади густо рвалась жесть, раз за разом фыркал ротный миномет, и взрывы мин ложились все ближе и ближе к его сотне, которой до такого близкого и спасительного леса было как до Луны.

Вихрь успокоился. Вы, товарищи, вовремя не заняли господствующей высоты, а потому умрете. Раевой внимательно осмотрел лежавшее внизу поле. Казалось, бесконечная стая раззадоренных будущими наградами охотников, тремя длинными цепями во весь рост накатывалась на лежащих под обстрелом хлопцев. Ну что же. Попробуйте, верные сталинцы, сейчас уйти, унестись, убежать, вжаться в эту густую траву от моего пулемета.

Раевой прицелился и бесконечная очередь на весь огромный диск хлестнула по цепям загонщиков слева направо, укладывал десятки их на этот чернозем навсегда. Зря вы, товарищи, не заняли этой господствующей высоты, да уж теперь вам все равно.

Цепи карателей сломались и упали в траву. Ждавшая и уже не ждавшая этого сотня разом вскочила и рванулась вперед. Здравствуй, долгожданный лес и прими нас.

Рои не ломанулись за деревья, а как на тренировке быстро и уверенно широко развернулись по всей опушке двойными веерами под тупым углом. Ряды карателей уже были подняты начальниками и двинулись вперед прямо под убийственным огнем пулемета с холма, теряя людей десятками. Сто автоматов воинов УПА вдруг одновременно ударили горизонтально по прямой под углом, и атакующие опушку линии солдат НКВД, уже сильно прореженные пулеметом Вихря сами влетели в этот неподвижный огненно-адский крестный заслон, и их вдруг не стало.

Все. Больше никому из них не подняться с этого чернозема. Вдали, ошарашенные увиденным разгромом за минуты, копошились в непонимании происходящего остальные загонщики и совсем не торопились вперед, где их ждала уверенная смерть. Все. Воины УПА и на этот раз отбились и ушли от вдесятеро сильнейшего противника. Все! Все! Все!

Попыток создания украинских вооруженных формирований на оккупированной фашистами территории хватало. В июле 1941 года на Полесье Тарас Боровец-Бульба собрал десять тысяч человек в «УПА – Полесская Сечь», которая в ноябре была распущена немцами. Летом 1942 года ОУН(М) на Волыни создала несколько своих вооруженных отрядов и объединила их в так называемый фронт украинской революции. Военная референтура ОУН(Б) также имела свои вооруженные формирования. Позднее командир полка УПА Максим Скорунский вспоминал: «Вести борьбу с оккупантами аж четырьмя армиями – это было сумасшествие».

К концу 1942 года ОУН(Б) начала объединение всех повстанцев под своим флагом и только тогда впервые на Украине появилось слово «бандеровец», которое быстро стало нарицательным.

РСХА внимательно следило за ситуацией на Западной Украине, зная о мнении некоторых подпольщиков: «Наша вооруженная борьба против немцев – помощь Сталину». Территориальные органы докладывали в столицу Третьего рейха:

«Начальник полиции безопасности и службы безопасности.

Р – 3943, Берлин, 22 мая 1942 года.

Секретно. Сообщение из оккупированных восточных областей № 4.

Движение сопротивления на Украине.

Бандеровское движение.

Выясняется, что центром и опорным пунктом Бандерабевегунг на Волыни и Подолии был Ровно. В результате произведенных задержаний ряда лиц и из имеющихся свидетельских показаний видно, что руководство организации ушло в болота в район Сарны.

Организационный план движения Бандеры становится ясным из материалов, которые были найдены у задержанного Ковальчика. По этим данным Украина подразделяется на провинции, области, большие округа, округа и малые округа. Каждое такое подразделение возглавляется общим руководителем, у которого имеется заместитель. Каждому общему руководителю подчиняются руководитель по организационной работе, руководитель по связи, военный руководитель, руководитель по вербовке, руководитель по безопасности, руководитель по просвещению, руководитель по молодежи и руководитель женщин. Все они имеют задачу после победы Бандерабевегунг организовать общественную жизнь на Украине, а также подготовку и назначение прочих руководителей. Особое внимание уделяется воспитанию молодежи.

Из материалов распущенной школы украинской милиции становится ясным, что милиция рассматривалась в качестве бандеровской боевой организации.

Особое внимание уделялось обучению правилам обращения с оружием. Обучаемым в школе милиции разъяснялось, что свободное, независимое Украинское государство можно завоевать только оружием. На основании тайного приказа руководителей милиции трофейное оружие и боеприпасы не сдаются немецкой армии, а прячутся милицией в различных местах.

При помощи извращения фактов среди украинской милиции ведется травля против немцев. Им объясняется, что немцев ожидали в качестве освободителей, однако они оказались угнетателями, и поэтому против них необходимо вести борьбу. Также борьбу необходимо вести и в тылу немецких фронтовых частей.

При пропагандистской подготовке учащихся тайной школы милиции говорили, что из массы населения должна быть создана революционная армия для уничтожения немцев.

Группы мельниковцев и поляков характеризуются как враги ОУН.

Члены движения Бандеры, лучшие пропагандисты, также пытались проникнуть в учебные команды отрядов вспомогательной полиции, вытесняя оттуда мельниковцев, если они не переходили к ним, с помощью ложных обвинений.

Установлено, что каждый член движения Бандеры имеет один или несколько псевдонимов. Для явок имеются особые пароли.

Достойна внимания следующая форма присяги членов ОУН:

«Клянусь честью и славой павших героев, клянусь моей украинской землей и могуществом украинской родины.

Клянусь, что буду всеми своими силами и жизнью бороться за свободное Украинское государство. Присягаю моим сердцем, моей душой и всем моим телом, что только украинская революция может дать власть украинскому государству и народу.

До самой смерти я буду стоять на боевом посту, чтобы построить национальное украинское государство. Никто и ничто не может заставить меня свернуть с пути украинской национальной революции, никакие трудности и даже смерть. Я буду выполнять каждый приказ моего руководителя.

Я присягаю Украине, что буду выполнять честно и верно все обязанности в отношении украинского правительства, которые возлагаются на меня Организацией Украинских Националистов под руководством Степана Бандеры.

Слава Украине! Слава героям!»

Бросается в глаза, что многие задержанные члены ОУН имели при себе сборник изречений с надписью «Геть Гитлера!» Примечательно и указание проводить собрания только в количестве 3–4 человек.

Финансирование движения Бандеры производилось в основном из Галиции. Члены платили взносы деньгами и продовольствием. Также руководители кооперативов в своем большинстве члены Бандерабевегунг. Установлено, что даже евреи давали деньги, к этому они вынуждались в основном шантажом.

Установлено, что движению Бандеры удалось утвердиться на Волыни и Подолии и собрать большое количество членов. Однако в результате мероприятий, проведенных в широком масштабе полицией безопасности, дальнейшее развитие Бандерабевегунг прекращено, хотя пропагандистская деятельность еще продолжается.

Мельниковское движение.

В результате задержания значительного количества мельниковцев в Киеве их активность дальше не развивается. Часть мельниковцев в результате мероприятий, проведенных полицией безопасности в Киеве, вынуждена возвратиться во Львов.

Установлено, что мельниковцы проникли в местные организации самоуправления и пытаются повлиять на церковь. Оценка их организации не является единодушной».

«Начальник полиции безопасности и службы безопасности.

Берлин, 24 ноября 1942

№ 1320/с/875/42

Сообщение из оккупированных восточных областей № 30.

Группы сопротивления.

Группа Бандеры.

После проведенной в сентябре 1941 года операции против нелегального Бандерабевегунг, в результате которой были арестованы, помимо руководителя Степана Бандеры, так же почти все руководящие деятели этой организации, деятельность этих групп в имперской области почти прекратилась. Однако в течение последних месяцев оставшиеся без руководства сторонники Бандеры в империи снова постепенно собираются и вновь начинают организовываться.

Отдельные органы гестапо все чаще сообщают о том, что в империи возобновляется движение Бандеры. В сентябре и октябре текущего года в результате проведенных операций гестапо было арестовано в Брауншвейге 48 и в Дрездене 10 членов нелегальных групп Бандеры. В результате допросов стало совершенно ясно, что они поддерживают связь с центром в Берлине.

Благодаря слежке за встречами и явками в Берлине и расшифровке записей удалось раскрыть структуру всей организации Бандерабевегунг в империи. Согласно этим записям, организация в империи разделяется на десять областей, области в свою очередь на районы, а районы – на группы по пять человек.

В настоящее время арестованы более двухсот человек в Лейпциге, Берлине, Ганновере, Гамбурге, Потсдаме, на очереди аресты в округах гестапо в Мюнхене, Вене, Праге, Бреслау, Познани, Данциге, Франкфурте-на-Одере, Франкфурте-на-Майне, Бремене, Хемнице, Дюссельдорфе, Касселе, Кенигсберге, Карлсруэ, Нюрнберге, Магдебурге, Рейхенберге, Штутгарте, Веймаре.

В Берлине полиция безопасности, окружив явочные квартиры, арестовала четырех курьеров из Галицийской области. У них находилось много разных материалов. Кроме большого количества антинемецких печатных документов, один из курьеров имел очень много фальшивых пропусков, выданных начальником полиции города Берлина. Другой курьер имел фальшивые бланки «Руководитель Немецкого института для иностранцев при Берлинском университете», которые можно предъявлять контролю на границе в качестве разрешения на проезд вместо свидетельства об отпуске. Еще один курьер имел фальшивые хлебные карточки на 10 буханок.

Из материалов, полученных от арестованных курьеров и в результате проведенных допросов получается, что центральный пункт групп Бандеры должен быть во Львове и его окрестностях, а в Берлине находится только их филиал».

«Начальник полиции безопасности и службы безопасности

Р3943 – РS873

Берлин, 12 февраля 1943 года

Секретно. Сообщение из оккупированных восточных областей № 41

Украинское движение сопротивления.

В ходе операции по борьбе против Организации Украинских Националистов – групп Бандера, в последнее время в Берлине органы гестапо арестовали за подпольную деятельность 136 человек. Списки пойманных шпионов прилагаются.

Органы полиции безопасности и службы безопасности на Украине обнаружили, что в Киеве оуновская группа Бандеры с помощью листовок ведет активную нелегальную пропаганду. Захвачены следующие листовки и материалы:

1. «За независимую Украину», 3 и 4 выпуски 1942 года.

2. «Украинский народ, крестьяне, интеллигенция».

3. «Смерть немецким оккупантам», «Свободолюбивые украинцы».

4. «Смерть немецким оккупантам! Ко всем полицейским, старшинам, бургомистрам и всем прочим, находящимся на службе у немецких оккупантов».

5. «За Украинское государство. Кто создает украинскую государственность и кто ей угрожает».

6. «Мы следуем по стопам великого Пророка».

7. «Украина, какой она была, какая она есть и какой она должна быть».

8. «К журналу «Молодежь»: Побеждает тот, кто борется».

9. «Украинские крестьяне. От Краевого руководства ОУН в ЗУЗ».

10. «Слава Украине. Слава героям: «Знамя молодежи», № 1, от 1.7.1942.

11. «К журналу «Молодежь»: За вооруженную украинскую армию».

12. «Украинцы. От руководства ОУН в ЗУЗ».

13. «Украина для украинцев: «За самостийную Украину», № 3, июнь 1942 года».

14. Призывы ОУН в связи с первой годовщиной провозглашения независимого украинского государства во Львове 30.06.1941 года.