Текст книги "Яков Брюс – московский колдун"
![](/books_files/covers/thumbs_240/yakov-bryus-moskovskiy-koldun-190560.jpg)
Автор книги: Александр Филичкин
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)
Иван размеренно шагал по ступеням и усиленно думал о том, куда мог запропаститься электрик? Неужели он так увлёкся монотонной работой, что не заметил, как смена закончилась? Не найдя никаких объяснений такому поступку монтёра, секьюрити быстро поднялся на новый ярус.
Возле двери, ведущей в зал пятого уровня, лежали нераспечатанные коробки с новыми люстрами. Монтёра на лестнице не было, а лампы нигде не горели. В большом помещении оказалось довольно темно. Слабый свет угасавшего неба, падал из восьми больших окон и едва освещал красивый паркет, блестящий свежим мебельным лаком.
Охранник пощёлкал выключателем, висевшим справа от входа, но, ни один из светильников в зале, не вспыхнул. Несмотря, на вечерние сумерки, заливавшие зал, Иван отчётливо видел, что и здесь электрика нет.
На всякий случай, он снял длинный чёрный фонарик, висевший у пояса. Включил яркую лампочку и направил луч сквозь прозрачное стекло витражей. Пятно белого света прошлось по паркету, но, как и следовало ожидать, не встретило ничего на пути.
Как и все остальные сотрудники, охранник в очередной раз подивился, для чего, нужны были такие большие расходы? Зачем, на такой верхотуре, установлены такие чудесные оконные рамы и витражи, отделявшие лестницу от огромного зала?
Почему нельзя было сделать также просто, как на четвёртом? На кой ляд здесь уложен такой дорогущий паркет из заморского дерева тик? Чем был плох простой русский дуб или бук, или тот же украинский граб? По любому, они оказались бы намного дешевле.
Кроме того, данный прогулочный зал находится так далеко от всех жилых помещений. Лестница слишком крутая и длинная. Даже на лифте сюда вряд ли кто лишний раз захочет поехать. Да и туалет на пятом уровне почему-то отсутствует. А если кого-то вдруг подопрёт, то придётся бежать в ту мансарду, что устроена под крышей главного здания.
Все вокруг говорят, мол, у самого купца Селивёрстова было именно так. А у него почему так сложилось? Где-то Иван слышал о том, что якобы Михаил Афанасьевич слизнул оформление этого зала с башни Сухаревских казарм, некогда стоявших в Москве.
Ну, с ней всё было совершенно понятно. По слухам, там находилась знаменитая «Рапирная зала», а в ней иногда заседал царь Пётр I со своими придворными. Вот для него и сделали всё с невероятным размахом. А здесь-то кто начнёт заседать? Бывший мент со своими подручными шавками?
Интересно, а куда царь бегал в сортир во время тех славных пирушек с друзьями? Наверное, на нижние ярусы. Хотя, по утверждению современных историков, в те годы с этим делом всё обстояло значительно проще, не то что, сейчас.
Прямо в углу обеденной комнаты размещали обычные полотняные ширмы. За ними стояли «ночные» горшки для сановных гостей. Вот мужчины и женщины и ходили туда, когда кому сильно приспичит.
Все остальные вельможи, сидящие за богато накрытым столом, делали вид, что ничего не заметили. Они не обращали внимания на различные звуки и вонь, а продолжали себе пировать, как ни в чём не бывало.
Охранник понял, что нужно продолжить поиск электрика. Удручённо покачал головой и поднялся ещё на этаж. Открыл железную дверь. Шагнул через порог и вошёл в помещенье, где размещались большие куранты.
Внимательно осмотрел все закутки помещения. Снова никого не нашёл и по лестнице выбрался на открытую смотровую площадку. Здесь он даже не стал выходить наружу из тамбура, охватившего лестницу огромным стеклянным стаканом.
На просторной площадке было так же пусто, как и во всех прочих местах. Лишь тёплые струи вечернего ветра слабо посвистывали в каких-то конструкциях. Скорее всего, в крохотных щёлочках широких кирпичных столбов, державших высокую шатровую кровлю. Иван чертыхнулся и полез ещё выше.
Поднялся на последнюю площадку винтовой стальной лестницы и увидел, что дверь, ведущая в «верхнюю» мансарду закрыта. Иван хотел вернуться назад, но потом передумал и решил всё дотошно проверить. Во-первых, нужно быть абсолютно уверенным, что здесь нет электрика. Во-вторых, сюда он ещё никогда не заглядывал. Интересно, что там находится?
Парень достал из кармана форменной куртки универсальный ключ, который отпирал все замки огромного дома. Вошёл в совершенно пустую комнату и увидел, что она весьма необычна.
Главной изюминкой «верхней» мансарды был потолок. Он состоял из восьми треугольников, которые сходились шатром, и сильно смахивали на высокий индейский вигвам. Прямо по центру висела шикарная люстра, набранная из длинных хрустальных висюлек.
Охранник осмотрел скромную кухню и ванную, совмещенную с умывальником и туалетом. Слегка удивился тому, что размеры всех коммунальных удобств оказались чуть больше тех, что встречаются в обычных «хрущёвках» и отметил, что здесь так же пусто, как и везде.
Он вернулся в огромную комнату, словно созданную для того, чтобы служить мастерской живописцу. Не удержался от искушения и подошёл к одному из окон. Вид на город отсюда был потрясающий. Открылась такая широкая панорама, что просто дух захватило.
Иван полюбовался на окружающий город с высоты пятидесяти метров. Выглянул в каждое из восьми треугольных окон и осмотрел скаты крыши главного трёхэтажного здания.
Просторная кровля сияла цветом ярко начищенной меди, и ничто не оскорбляло её новизны. Ни тело, разбившееся от падения с большой высоты, ни чемоданчик с инструментом электрика. Не было видно и каких-либо подозрительных пятен.
Сунув руку в карман расстегнутой куртки, Иван достал миниатюрную рацию. Щёлкнул тумблером и вызвал напарника: – Артём. Я здесь никого не нашёл. Как дала у тебя? Пропажа не объявлялась пока?
Сквозь шум лёгких помех послышался голос второго охранника: – Нет. На мониторах его тоже не видно.
– Следи за всеми дверями. Я сейчас спущусь по второй, служебной лестнице башни и прочешу «нижнюю», большую мансарду. Потом пройду этаж за этажом, до подвала. Если тот олух внезапно объявиться, ты мне тотчас сообщи.
– Договорились. До связи. – ответил напарник и немедленно исчез из эфира.
Молодые мужчины обошли весь дом сверху до самого низа, но тщательный поиск так ничего и не дал. Они звонили на сотовый, несколько раз. Съездили к монтёру домой, но нигде его не нашли. На следующий день, в пятницу, он не пришёл на работу. В течение всей новой недели тоже не появился ни разу.
Секьюрити, что дежурили в смену, когда случилась пропажа, доложили о происшествии начальнику службы охраны. Он сообщил управляющему хозяйством Николай Александрыча.
Тот немного подумал. Решил, что скандал перед большим новосельем, которое должно было вот-вот состояться, Корчмарю совсем ни к чему. Напряжённо вздохнул и приказал не поднимать шум по этому поводу.
Сделал вид, что никогда не слышал про такого работника, но посоветовал всем не выносить сор из избы. Иначе, мол, тут же уволю. Приказал охранникам быстро убрать с лестницы коробки со светотехникой. Перенести их в самый «нижний» подвал и сложить в какой-нибудь пустой кладовой.
Дверь, ведущую в зал пятого яруса, запереть на надёжный замок, а ключ отдать ему лично в руки. Нового человека на свободное место он решил пока что не брать. Мол, работы в общем и целом закончены, и без него пока обойдёмся.
Благодаря тому, что электрик был из детдома, родных у него не имелось. Никто не стал его больше искать, и об этом деле все постарались забыть. Причём, сделать это, как можно скорее.
Мало ли в великой России пропадает обычных людей? Причём, пропадает неизвестно куда и совершенно бесследно. Только по сводкам полиции каждый день таких набирается свыше трёхсот человек.
Об этом давно гудит весь интернет, но власти не могут с этим хоть что-то поделать. Так всё и идёт своим чередом. Меж тем, как за один только год, исчезает более ста тысяч сограждан! Население целого города. Такого, как, к примеру, Подгорск.
Нужно сказать, что в те суматошные дни, в особняке Корчмаря вертелось очень много народу. Все люди в доме появились недавно и все были наняты из разных контор. Почти никто, никого толком не знал. О пропаже монтёра, знали лишь четверо из службы охраны, но они никому ничего не сказали.
Так продолжалось достаточно долгое время. К приезду хозяина особняка начальник домашних уборщиц проявил излишнее рвение и приказал девушкам вымыть все зеркала, люстры и стёкла.
Молодые девчонки сильно держались за довольно хорошую, для Подгорска, работу и тотчас взялись за дело. Вычистили всё, что только возможно в подвале и на трёх жилых этажах.
После чего, дошла очередь до помещений, расположенных во внушительной башне. Чтобы дело шло, как можно быстрее, они кинули жребий и разошлись по разным местам. Одна, взялась за окна четвёртого уровня, другая расположилась на пятом, третья на смотровой площадке и в «верхней» мансарде.
В конце дня, в небольшую подсобку вернулись лишь две из трёх юных девушек. Трудившаяся в мансарде, уборщица по имени – Таня сказала, что по дороге наверх, сначала они высадили из лифта одну из подруг – Антонину.
Затем, кабина замерла на площадке, что расположена ярусом выше. Светлана пошла к двери зала, а она поехала дальше. Вымыла стеклянный стакан вокруг лестницы, стоящий на седьмом этаже, и поднялась в «верхнюю» жилую мансарду, находившуюся под кровлей башни.
Закончив работу, горничная закрыла дверь восьмиугольной комнаты и увидела, что лифт стоит на том месте, где она его оставляла. Таня решила, что подружка ещё не управилась с мойкой больших окон в прогулочном зале. Села в кабину и поехала вниз.
Добравшись до пятого яруса, Таня остановилась, чтобы поболтать со Светланой. Однако, ни в маленьком холле, ни на лестнице её не нашла. В самом помещении её тоже не было видно. Тогда, она решила, что товарка отправилась пешком по ступеням. Вернулась в кабину и поехала дальше.
Спускаясь вниз, увидела сквозь стёкла, что уборщица с четвёртого яруса стоит на площадке. Нажала на клавишу «СТОП». Антонина села в кабину, и они вдвоем отправились дальше. На лестнице, идущей рядом с лифтовой шахтой, они никого не заметили.
Оказавшись в подсобке, подружки узнали, что третья девушка не возвращалась из башни. Все вещи Светланы оказались на месте, но на телефонные звонки по мобильнику она не ответила. Уборщицы чуть-чуть подождали и доложили об этом начальнику. Тот сообщил наверх, по инстанции.
Встревоженный новой пропажей, управляющий кинулся к лифту и поднялся в башню, на пятый этаж. Универсальный ключ торчал из двери витражей, но в зале не было видно исчезнувшей девушки. Весь её инвентарь тоже бесследно пропал.
А это, между прочим, каталка довольно приличных размеров, напоминавшая большую тележку из супермаркета. Так что, спуститься с ней по ступеням не представлялось возможным.
Входить в прогулочный зал управляющий, почему-то не стал. Просто запер дверь на замок. Сел в лифт и задумчиво двинулся вниз. По пути сообщил охране о новой пропаже и тотчас уехал домой.
Как назло, всё это снова случилось в смену Ивана с Артёмом. Пришлось им опять подняться с рабочего места и полночи шарить по огромному зданию. Обходить его сверху донизу и обыскивать множество комнат одну за другой. Однако, и в этот раз поиск не дал ничего.
Светлана пропала так же бесследно, как прежде несчастный электрик. И снова никто не хватился пропавшего неизвестно куда человека. Родители Светы жили в далёкой деревне и связи с ней давно не поддерживали. Они думали, что если дочка захочет, то сама напишет домой.
Опрошенные охраной, Антонина с Татьяной единогласно решили, что девушка загуляла со своим очередным ухажёром. Мол, она недавно хвалилась, что была в ночном клубе, где подцепила очень хорошего парня.
Кроме того, она много раз всем говорила, будто работа обычной уборщицей вовсе не для неё. Мол, покантуется тут какое-то время. Удачно выскочит замуж и уедет из, забытого Богом, Подгорска. Всё равно куда, лишь бы подальше отсюда.
Охрана вновь доложила начальству о пропаже работника и опять получила строгий приказ: – Держать язык за зубами. Нельзя портить имидж хозяина перед его новосельем.
На этом бы всё и закончилось, как говориться, тишком да ладком, но скоро случилось ещё одно происшествие. Спустя пару дней, в «проклятый» прогулочный зал поднялся господин архитектор, ведущий постоянный надзор за реконструкцией огромного дома.
Он неожиданно вспомнил про своё указание, данное недавно электрику: – Сменить светильники в башне на приличные люстры. – отложил все другие дела и решил посмотреть, как там ведётся работа?
Мужчина сообщил об этом своему заместителю. Сел в свой старенький автомобиль и поехал в особняк Корчмаря. Сказал на входе охранникам, куда и зачем он идёт. Вошёл в прозрачный лифт и поднялся наверх.
У него был свой универсальный ключ для всех замков особняка. Вот только после того, как он отпер дверь и шагнул в зал пятого уровня, никто его больше не видел.
Прохор. Крепостные резчики
Вернувшись в Москву, Яков Брюс не поехал в свой дом, чтобы отдохнуть после тяжёлой и длинной дороги. Несмотря на усталость и вечернее время, он, первым делом, наведался в башню Сухаревских казарм. Вошёл в свой кабинет и сел за дубовый двух тумбовый стол.
Придирчиво оглядел большую столешницу и убедился, что все здесь осталось в том идеальном порядке, как было до отъезда в Европу с петровским посольством. Бумаги сложены в красивые папки из коричневой кожи. Чернильница полна до самого верху. Гусиных перьев в достатке и все они идеально очинены.
Надёжный слуга, а вернее сказать, настоящий помощник в различных науках, крепостной по имени – Прохор, перехватил строгий взгляд господина. Слегка поклонился и тотчас доложил: – Всё Яков Вилимович в полном порядке.
Немного помялся и, сильно напрягшись, тихо добавил: – Окромя одного. Те три холопа, что ладили изрядный паркет в «Рапирной зале», внезапно исчезли! В тот день, я несколько раз заходил в эту комнату. Всё было там хорошо. Трудились краснодеревщики ловко и споро и обещали закончить всё после обеда.
Ближе к вечеру, я поднялся по лестнице на пятый этаж. Подошёл к витражу и заглянул в помещенье сквозь стекла. Увидел, что работа вся сделана, а мужиков то и нет. Их, словно корова слизнула. Спуститься мимо меня незаметно они никак не могли. Солдаты внизу горят, что они не выходили на улицу. Куда делись, не ведаю?
– Сам ты туда заходил? – сурово спросил господин.
– Как можно Яков Вилимович. – начал поспешно оправдываться «придворный» механик: – Вы же всем запретили соваться туда. Сказали, чтобы там даже пыль тряпкой не трогали. После сего происшествия, я запер вход, ведущий из залы на лестницу, и велел никому туда не входить.
Яков Брюс устало подумал: – «Ну вот, опять по Москве поползут самые нелепые слухи. Только в этот раз они не пойдут мне на пользу, как раньше, а, скорее всего, весьма навредят. Пропажа трёх умелых холопов, это тебе не «летучий дракон», не «гомункулус» и даже не «железная птица», которая «летает по всему Подмосковью».
Ведь такой странный случай могут использовать все недруги. Обвинят меня в убийстве людей с целью сильно потрафить нечистому. Поди, потом оправдайся перед священниками или судом.
Царь то им не очень поверит, но мало ли что, взбредёт ему в буйную голову? Вдруг решит меня отдалить от своей светлейшей особы? Лишит всех постов и регалий, а то и посадит в тюрьму. У него это запросто, особенно если попадёшь под горячую руку. Сегодня ты у него в фаворитах, а завтра, глядишь, и в полной опале».
Тяжёлые мысли испортили хорошее настроенье хозяина, и он хмуро спросил: – Ещё кто-нибудь знает про это?
– Как можно мой господин? Сначала всех слуг и солдат, что в тот день видели трёх мужиков, я разогнал по разным делам по Москве. Потом, когда они вернулись назад, сказал им, что отправил паркетчиков в ваше имение, в Глинки. Так что, никто их очень долго не хватиться.
– Ключи сейчас при тебе?
– Так точно. – на военный манер ответил холоп и даже слегка подтянулся.
– Веди. – приказал Яков Брюс: – Глянем на чудо сиё.
Прохор вернулся к двери кабинета и поднял с пола фонарь, работавший, словно церковная лампада, на масле. Прохор зажёг его после того, как узнал, что карета хозяина подъехала к зданию.
Механик повернул маленький медный «барашек» и выкрутил фитиль так, чтобы огонь стал ярче гореть. Закрыл остеклённую дверцу на небольшую щеколду. Переступил через порог и пошёл по тёмным сейчас коридорам.
Хозяин шагал вслед за «придворным» механиком и размышлял на ходу: – «Интересно, что могло случиться в той зале и куда делись трое холопов? Неужто, машина алхимиков включилась сама по себе?
А я то всё думал, как же мне её запустить? Про то ни в одном старом свитке ничего не указано. Выходит, что заводить её вовсе не нужно, это тебе не часы на пружине или с какой-нибудь гирькой. Как только уложен на место последний кусочек дерева тика, как только возник весь узор целиком, так она сразу начинает работать».
Они долго двигались по длинным тёмным проходам. Поднялись на третий этаж громадного здания и остановились возле дубовой двери, скрепленной толстыми железными полосами. Этот вход вёл в лестницу, ведущую на башню Сухарёвских казарм.
Винтовые ступени находились в толще массивной стены, в которой не имелось каких-либо окон. Даже в яркий солнечный день свет не попадал на пролёты, расположенные между высокими ярусами. Поэтому, там было очень темно.
Прохор достал из-за пазухи ключ, со множеством сложных бородок, и отпер врезной, довольно массивный замок. Луч бледно-жёлтого света скользнул по ступеням, круто уходящим во тьму. Двигаясь по лестнице боком, слуга пошёл впереди. Он держал фонарь так, чтобы хозяину было видно куда наступать.
– «По какой-то неясной причине москвичи называют башню сию колдовской». – размышлял «придворный» механик: – «То ли из-за того, что Яков Брюс проводит в ней опыты по изученью науки алхимии? То ли из-за обсерватории, откуда он очень часто смотрит за звёздами? Как бы то ни было, но слава у неё весьма нехорошая.
А если кто-то узнает, что в здесь пропали трое холопов, то и подавно начнут говорить несуразное. Как бы бунт в Сухарёвской слободе не случился. Если соберётся большая толпа, то десяток старых солдат, что несут внизу караул, не удержат возбуждённых людей. Горожане ворвутся в «Навигацкую школу» и устроят полнейший разгром. А то и вовсе сожгут великолепное здание».
Шагая вслед за надёжным помощником, Яков Брюс стал подниматься на верхние ярусы башни. Каждое прясло здесь было очень большой высоты. Так что, идти пришлось достаточно долго. Наконец, они добрались до пятого уровня, где находилась восьмиугольная «Рапирная зала».
Остановились на ровной площадке, отделённой от помещения глухою стеной. Свернули направо и направились в широкий проём. В нём находился удивительно лёгкий и чрезвычайно красивый витраж. Он поднимался от пола до верха высокой полуциркульной арки и закрывал его целиком.
Переплёты восхищали людей невероятно сложным рисунком причудливо изогнутых импостов. Изготовленные из золотисто-коричневатого дерева, тонкие планки переплетались между собой и создавали чудесный узор.
При взгляде на это произведенье искусства, глаза разбегались в разные стороны и не могли уловить какой-либо стройной системы. Весь витраж был заполнен простым прозрачным стеклом зеленоватого цвета.
Краснодеревщики надёжно скрепили не очень широкие, резные панели. Их соединили так ловко, что швов между ними совсем не было видно. Все вместе они отсекали «Рапирную залу» от воздействия внешнего мира. Одновременно с этим, они поражали каждого зрителя своим совершенством и невероятным изяществом.
Внутрь вела узкая и низкая дверь. Её так ловко вплели в странный и непривычный орнамент, что найти вход мог лишь тот человек, который доподлинно знал, где она расположена.
Само помещение было отделано в том же умопомрачительном духе. Все восемь оконных проёмов закрывали огромные рамы. Их изготовили из того же прекрасного материала.
Все переплёты оказались весьма непривычны для русского глаза, а своим заполнением повторяли странный рисунок перегородки, стоящей на входе. Падающий сквозь большие проёмы, солнечный свет заливал всё вокруг.
Хозяин впервые видел «Рапирную залу» в её новом обличии. Он был так потрясён, что от неожиданности, даже замер на месте. Особое восхищение Якова Брюса вызвал чудесный наборный паркет, выполненный из драгоценного тика.
Крепостные холопы и здесь сумели создать настоящее рукотворное чудо. Подобрали плашки по цвету таким удивительным образом, что странный орнамент хорошо выделялся из общего фона.
Заморское дерево оказалось весьма дорогим. Стараясь чуть-чуть сэкономить, господин запретил обшивать потолок и все стены резными досками. Их покрыли панелями из обычного дуба. Сверху тонкие плиты, оклеили тиковым шпоном. На них виднелся тот же рисунок, что на полу и на всех витражах.
Яков Брюс внимательно осмотрел «Рапирную залу» и понял, что она совершенно пуста. Никаких следов трёх умелых холопов он, увы, не заметил. Словно мужики и не входили сюда никогда. Ящики с их инструментом так же отсутствовали.
– Повесить на дверь прочный замок и никому не входить в эту комнату. – приказал господин. Резко повернулся на месте и быстро направился вниз. Прохор поспешил за хозяином.
Глеб. Детские воспоминания
– «Подожди,» – оборвал Глеб себя: – «даже если я и уснул за столом, то выходит, что вместе со мной задремали и ручные часы? А потом, мы вместе проснулись и теперь только диву даёмся. Что же такое с нами случилось? А действительно, что это было?»
Внезапно парня осенила догадка: – «Наверное,» – словно вспышка мелькнуло в его голове: – «изменилось моё восприятие текущего времени. Причём не только моё, но и всех тех приборов, что меня окружали. Например, тех же механических наручных часов. Скорее всего, это связано с гильзой, найденной в старинной шкатулке!»
Секундой спустя, он вспомнил, что нечто подобное, с ним уже однажды случалось, а произошло это лет пятнадцать назад. В тот давний год он впервые приехал в деревню Елань.
Мама привезла малолетнего Глеба из душного города. Сама погостила неделю и вернулась обратно, к своей противной работе. Сына оставила у бабушки с дедушкой. Мол, пусть здесь ещё погостит.
Как всякий нормальный, пятилетний мальчишка он сразу же стал изучать новое место, где ему предстояло провести целое лето. В ходе своих изысканий, он добрался до верхней части комода, сделанного прадедом своими руками.
Паренёк встал на табурет, принесённый из кухни. Пошарил глазами по ровной поверхности и увидел, что на ней стоят десятки каких-то безделиц: фарфоровые слоники разных размеров, фигурки пастушков и пастушек, а так же небольшие флакончики из-под разных духов. Причём, многие из них были совершенно пустыми.
Возле самой стены виднелась старинная резная шкатулка. Нисколько не думая, он взял её в руки. Положил на обеденный стол, стоявший посреди светлой горницы. Открыл плоскую крышку и стал изучать то, что находилось внутри.
С памяти Глеба, словно сползла плотная ткань, закрывавшая глубины сознания. На божий свет всплыла картинка с видом небольшого ларца. Тогда, всё случилось именно так, как и сегодня.
Сначала он перебрал пачки непонятных бумаг и документов различного вида. Потом с интересом разглядывал боевые награды, а в заключенье поспешных раскопок, добрался до самого дна деревянной коробки.
Там он наткнулся на маленький свёрток из тонкой материи. Мальчик развернул мягкую белую ткань и увидел игольницу с припаянным к ней тоненьким ушком. Как внезапно припомнилось парню, он и в тот, в первый раз, был сильно расстроен.
– «Точно! Всё так и было!» – мелькнула чёткая мысль. К удивлению Глеба перед его глазами мелькнула картина тех давних времён. Оказалось, что и тогда его поразил тот яркий блеск, что исходил от старой стреляной гильзы. В тот, в прошлый раз, он тоже вытряхнул иглы себе на ладонь и внимательно их рассмотрел.
Однако, в те далёкие годы, они показались мальчишке совершенно никчёмными. Он быстро сложил их обратно. Заткнул узкое горлышко гильзы пробкой из ваты и бросил футлярчик на стол.
В эту секунду в комнату вошла старая бабушка: – Ты куда-нибудь уходил из избы? – строго спросила она.
Глеб отрицательно помотал головой. Евдокия Семёновна чуть помолчала и сказала почти те же слова, что и мама недавно: – Я только, что сюда заглянула. Тебя тогда не было здесь.
Внук весьма подивился слепоте ветхой старушки и недоумённо покачал головой. Мол, всё было так, как я сейчас говорю. Она подошла к столу. Сурово взглянула на ордена и медали, разбросанные по широкой столешнице, и принялась складывать их на прежнее место.
Глеб обратил вниманье на то, что бабушка не дотронулась до гильзы голой рукой. Она взяла кусочек шёлковой ткани, лежавший на скатерти, и накрыла им небольшую игольницу. Ловко свернула в плотный кулёчек и спрятала на самое дно деревянной коробки. Туда же последовало и всё остальное.
Закончив с укладкой вещей, бабушка аккуратно закрыла шкатулку. Посмотрела строго на мальчика и чётко сказала: – Всё, что здесь лежит, это память о твоём родном дедушке, прадеде и прапрадеде. В том числе и старая гильза с иголками. Их отковал твой дальний предок по имени Прохор. В своё время, он жил в центре Москвы. Там он работал помощником у самого Якова Брюса.
В то время в «несокрушимом Советском Союзе» уже широко распространилась иностранная электронная техника. В том числе, появилась и такая диковинка, как кассетный видеомагнитофон. Поэтому, многие голливудские фильмы стали доступны для просмотра простому народу.
Благодаря стечению всех обстоятельств, Глеб уже знал некоторых американских актёров. Поэтому, он весьма удивился, услышав от бабушки, отлично знакомое сочетание звуков. По своему малолетству он путал иностранные имена и фамилии, ещё мало привычные для русского уха. Вот и тогда, он тогда почему-то подумал: – «Наверное, это брат Брюса Ли, каратиста из фильма «Выход Дракона»?»
– А когда твоего прапрадеда провожали на Первую мировую войну, – продолжила бабушка: – тогда говорили – Германскую, то его отец дал ему эти иглы в дорогу. Долгие годы они были с ним всегда и везде и много раз ему помогали во всём.
Но если тебе, будет нужно что-то зашить, то ты их всё равно не бери. Ещё чего доброго, уронишь на пол и потеряешь в какой-то щели. Возьми иголки из вот этой коробки.
Бабушка показала, где в шкафу лежат швейные принадлежности, и спокойно закончила: – А лучше всего, скажи сразу мне, я сама это сделаю. Понял? – Евдокия Семёновна внимательно посмотрела внуку в глаза.
Глеб не стал спорить с ветхой старушкой, а просто кивнул. Иглы, пусть даже очень старинные, ему были совсем не нужны. А брать в руки боевые награды трёх поколений их скромной семьи, он почему-то стеснялся. Посмотрел раз и хватит. Пусть лежат в шкатулке у бабушки. Целей будут там.
Шестая глава
Яков Брюс. Создание оберега
Яков Брюс покинул небольшую площадку, расположенную перед «Рапирною залой». Быстро спустился по тёмной лестнице и, не заглянув в кабинет, вышел из огромного здания.
Оказавшись на широком крыльце, он спустился по широким ступеням. Немного подумал, и почему-то не стал садиться в коляску, в которой недавно приехал в Москву.
Вместо этого, он пешком отправился в свой замечательный дом. Благо что, тот стоял недалеко от огромных Сухарёвских казарм. Дорогой экипаж медленно ехал вслед за вельможным хозяином.
Минут через десять, господин вошёл в особняк, что купил не очень давно. Встретился и обнялся с любимой женой и детьми, которые очень обрадовались приезду отца. Приказал слугам внести внутрь вещи, висевшие на запятках кареты, и дождался, когда втащат в комнату большой походный сундук.
Вынул из кармана камзола ключ с очень хитрой бородкой. Достал те подарки, что привёз из Европы и одарил ими своих домочадцев. Покончив с делами, плотно поужинал. Рассказал за столом пару свеженьких баек, привезённых с чужбины и лёг почивать.
Проснувшись среди поздней ночи, учёный неожиданно понял, что в одном из старинных шёлковых свитков он уже что-то читал о чём-то подобном. Вернее сказать, о некоем непростом артефакте. Мол, данный предмет позволяет безопасно входить в ту машину, что переносит людей в совершенно другие миры.
Яков Брюс сказал себе, что утром нужно будет найти тот манускрипт. Повернулся на левый бок и попытался уснуть. Однако, он уже не смог сомкнуть глаз до самого прихода рассвета.
Ворочался в удобной постели, словно челнок в новейшей ткацкой машине и старался припомнить: – Где же я видел такой оберег? Скорее всего, в тех старых книгах, что хранятся в поместье.
Едва дождавшись утра, Яков Брюс вскочил на ноги и велел приготовить карету. Он, конечно, мог домчаться верхом отсюда и до Подмосковной усадьбы. Не такой он ещё и старик, чтобы не удалось проскакать сорок вёрст в привычном кавалерийском седле.
Однако, он не хотел лишний раз беспокоить людей такой несолидной поспешностью. Ещё чего доброго, начнут москвичи спрашивать один у другого: – «Не случилось ли с «чернокнижником» что-то важное?» – и начнут такое болтать, что нарочно не сразу придумаешь.
По огромному городу бродило множество слухов. Злобные сплетни твердили о его колдовстве и уже не позволяли Якову Брюсу вести себя так, как захочется. Да и высокий чин военачальника теперь сильно обязывал. Нужно не скакать, как мальчишка верхом на коне, а быть солидным и важным. Как-никак генерал-майор артиллерии.
Поэтому, он терпеливо сидел за рабочим столом и, изнывая от нетерпения. Ждал, когда слуги доложат о готовности выезда? Наконец, лакей сообщил, что экипаж уже подан к крыльцу. Хозяин чинно вышел из дома. Сел в большую карету и приказал кучеру: – Гони в Подмосковье, в имение Глинки. – именно там хранилась большая часть его личных книг.
Прибыв в усадьбу, Яков Брюс сразу направился в свой кабинет. Сбросил пышный парик и камзол, расшитый самоцветами и галунами. Засучил рукава рубашки с кружевными манжетами. Подошёл к огромным шкафам и стал рыться в многочисленных книгах.
Так начался поиск драгоценных крупиц великого знания, что скрывалось в рукописях древних алхимиков. По правде сказать, сейчас ему было чуточку легче, чем раньше. Теперь-то он точно знал, что нужно искать. Поэтому, он нашёл это достаточно быстро.
К сожаленью вельможи, ему попалось сразу несколько видов решения сложной задачи. Все исследователи в один голос твердили: – «Есть замечательный сплав из многих веществ, который может легко защитить человека от влияния соседних миров».
Вот только каждый из авторов приводил свой набор компонентов. Общим во всех старых текстах являлось лишь то, что данный металл должен быть неотличимым по цвету от чистого золота.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.