Читать книгу "Обман [Bubble]"

– Слушай, Кент, дружище… – начал он.

Но писк микроволновки прервал его на полуфразе.

* * *

Диалоговое окно выскочило только через несколько секунд после того, как Ребекка включила компьютер. Сначала она думала, что дело в каком-нибудь автоматическом обновлении программного обеспечения, и нажала на черточку в правом верхнем углу, чтобы приостановить его. Но окно так и осталось открытым. Она попыталась еще раз, а когда ничего не вышло снова, попробовала вообще закрыть программу. Но окошко ее не слушалось. Послышался короткий двухтоновый сигнал, после чего выскочило сообщение.

Farook: Привет, Бекка, это Манге. Прослушал твое сообщение, но, к сожалению, не могу перезвонить. Что случилось?

Пару секунд она была в замешательстве, не зная, что ей делать. Это диалоговое окно не относилось ни к одной из обычных чатовых программ, в этом она не сомневалась; видимо, он смог дистанционно установить эту программу ей в компьютер. Но откуда у него ее IP-адрес?

Выскочило новое сообщение:

Farook: Не беспокойся, эта программа с шифрованием, и нашу беседу нельзя прослушать…

Farook: Рассказывай, что случилось с Эйч Пи?

Она подвела курсор к маленькому текстовому полю, в котором внезапно выскочило ее имя.

Becca: Насколько ты замешан в Игру?

Он ответил лишь где-то через минуту.

Farook: С кем ты говорила?

Becca: Со старым другом.

Farook: Я думал, что старый друг – это я.

Becca: Я тоже так думала, Манге… :-(

Снова пауза, на этот раз более короткая.

Farook: О’кей, я это заслужил. Ты права, Бекка, я не был до конца честен ни с тобой, ни с Эйч Пи. Я был в Игре задолго до того, как в нее попал Эйч Пи. Но все, что я делал, было для того, чтобы помочь ему, помочь тебе. Ты должна мне поверить!

Farook: Ты поговорила с Саммером, не так ли?

Теперь наступила ее очередь сделать паузу. Манге был несколько лучше информирован, чем она ожидала. Это ее немного удивило. Но, если взвесить все, что дядя Таге ей о нем рассказал…

Becca: Так и есть.

Farook: О’кей, тогда я понимаю, почему ты беспокоишься. Он тебе кучу всего наговорил, да? Сказал, что я один из тех, кто стоит за Игрой, и что Эйч Пи грозит большая опасность?

Becca: А он в опасности?

Farook: Я не буду тебя обманывать, Бекка, дела у Эйч Пи плохи. Но мы можем ему помочь, ты и я. Если будем сотрудничать.

Becca: Ты мне лгал, притворялся, что ничего не знаешь об Игре. Почему я должна поверить тебе теперь?

Farook: Потому что альтернатива – доверять Саммеру.

Farook: А это плохо, потому что…

Farook: Потому что он не тот, за кого себя выдает, Бекка.

Becca: В отличие от тебя?

Снова пауза, на этот раз минуты на две.

Farook: Извини, мне нужно идти. Я свяжусь с тобой в ближайшее время. Будь осторожна, Бекка. Очень осторожна!!

* * *

Они пришли с интервалом в несколько минут, что заставило его заподозрить, что на самом деле они ехали вместе. Что Нора постояла какое-то время на лестнице, чтобы ему не пришло в голову, что они явились вдвоем. Ему захотелось разоблачить всю эту комедию. Интересно, как понравится Йеффу, что он полапал его подружку в метро на Медборъярплатсене?

– Ладно, теперь, когда все в сборе, можно начинать, – сказала Нора, снимая куртку. – Сядем на кухне.

– А Манге? – промычал Эйч Пи.

– Он сюда не приедет, слишком опасно, – ответила она, не встречаясь с ним взглядом. – Но он там будет, так или иначе…

Она достала из кармана черный смартфон, повозилась с ним пару секунд, а затем поставила его на подоконник дисплеем к ним.

– Еще две минуты. Достанешь пока чертежи, Йефф?

Мясная Гора достал из спортивной сумки кипу чертежей и выложил их на кухонный стол. Эйч Пи без труда разглядел штамп на форзаце.

Совершенно секретно

– Он уже в онлайне, – объявил Хассельквистик.

И взгляды всех четверых устремились на маленький дисплей смартфона, на котором вдруг всплыло лицо Манге.

– О’кей, я с вами. Вижу вас хорошо, вы меня нормально слышите? – произнес он тихим голосом, почти шепотом.

– Мы тебя слышим, – ответила Нора.

– Отлично! Эйч Пи, выглядишь немного лучше, рад тебя видеть.

Эйч Пи ничего не ответил и, к собственному удовольствию, отметил, что Манге это явно немного задело.

– Ну, ладно, как мы и обсуждали раньше, наша цель – «Форт», – продолжил Манге где-то секунду спустя. – Предприятие, в отношении которого «PayTag» категорически не может рисковать доверием клиентов, и только слуха о том, что к ним кто-то внедрился, будет достаточно для того, чтобы выбить у них почву из-под ног на всю оставшуюся жизнь. Таким образом, нам нужно подсадить к ним в систему троянскую программу, которую я назвал «Винни Пух». Это программа, которая будет и стирать, и перемещать информацию на серверах. Она устроит столько беспорядка, сколько возможно за самое минимальное время, понимаете?

Трое заговорщиков кивнули, в то время как Эйч Пи не подал и виду.

– Внедрить к ним «Винни Пуха» извне невозможно, – продолжил Манге. – Таким образом, нам необходимо туда проникнуть. Йефф, ты же уже изучил кое-какие варианты?

Мясная Гора зевнул и потянулся.

– Ну да, мы с Кентом просмотрели всю эту хрень. Каждый подъезд, дверь и камеру, и сделали общий вывод о том, что это место чертовски хорошо охраняется…

No shit, Sherlock. Нужно действительно быть двумя гениями, чтобы прийти к такому очевидному выводу… Достаточно просто посмотреть на этот чертеж. Маркировка «особо охраняемый объект – заявка рассматривается» уже сама по себе должна навести на множество мыслей. А эти два чурбана – просто образец тупоумия…

– Эйч Пи, похоже, ты хочешь что-то сказать? – перебил их Манге.

– Да нет, нет, – пробормотал он.

Мясная Гора зло взглянул на Эйч Пи перед тем, как продолжить.

– Мы пришли к выводу, что единственный путь – через подземный тоннель. Раньше это был тоннель для кабеля для артиллерии, расположенной на побережье, но теперь они вывели его дальше, прямо в Балтийское море.

– «Форт» использует его для доставки воды для охлаждения аппаратуры… – возбужденно вставил Хассельквист и достал несколько листов с самого низа кипы. – А это фотографии…

Все, что было на них видно, это черные отвесные скалы и бурные морские воды.

– Устье тоннеля там, внизу, примерно в пяти метрах под поверхностью воды. Предположительно оно закрыто решеткой, но Йефф мог бы распилить ее автогеном…

– В армии я был подрывником-водолазом, – добавил Мясная Гора довольным тоном, от чего и без того неважное настроение Эйч Пи еще ухудшилось. – Решетку я спилю, затем мы вплываем в тоннель и окажемся вот здесь, в небольшом резервуаре для воды. – Он показал на карту. – Оттуда нам нужно будет вскарабкаться метров на пять вверх на его край, а затем мы взорвем вот эту дверь…

– Так, погоди-ка!..

Эйч Пи дал себе зарок ничего не говорить, но тут, черт подери, не выдержал.

– Прошу прощения, что перебиваю вас, Бэтмен и Робин[97]97
  Бэтмен и Робин – персонажи супергеройского кинофильма (реж. Дж. Шумахер, 1997).


[Закрыть], но подводные сварочные работы, ныряние на глубину, карабканье по отвесным поверхностям, а также взрыв – это все серьезно?

Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и многозначительно закачал головой.

– Кое-кто здесь пересмотрел лишку кое-каких фильмов…

Он ухмыльнулся Йеффу и получил убийственный взгляд в ответ.

– Эйч Пи… – заговорил Манге.

– Нет-нет, подожди. Я бы очень хотел послушать, как наш Джейсон-ныряльщик-Борн[98]98
  Джейсон Борн (наст. Дэвид Вебб) – персонаж романов Р. Ладлэма, бывший агент ЦРУ; обладает абсолютной реакцией и интуицией.


[Закрыть] объяснит, как мы сможем пройти через эти буруны, а затем проплыть… сколько там… два километра, полтора? По этому чертову тоннелю?

– Два километра триста метров, – вздохнул Хассельквистишка, и Йефф тут же зло на него посмотрел.

– Спасибо, Кент. Значит, две тысячи триста метров подземного плавания, предположительно в полной темноте. Помимо нашего Джейсона, у кого-нибудь здесь есть сертификат аквалангиста, привезенный из отпуска в Таиланде?

Ответа не последовало.

– Нет? Я почему-то так и думал. Итак, если мы не утонем, как котята, во время заплыва по тоннелю, то все завершится лазаньем по отвесной поверхности и небольшим таким взрывчиком двери. – Эйч Пи улыбнулся и покачал головой. – Черт, да вы просто больные…

Йефф приподнялся со стула и открыл было рот, но Нора его опередила.

– Так, а что бы ты сделал, Эйч Пи? Я предполагаю, что у тебя имеется собственный гениальный план…

– Конечно, дайте только подумать. Все, что угодно, будет лучше вашего.

– Отлично, тогда думай, Эйч Пи. Запасной план нам не помешает. К тому же я отчасти вынуждена с тобой согласиться. Плавание под водой едва ли актуально. Мы уверены в том, что тоннель полностью заполнен водой? – Она обернулась к Йеффу.

– Э-э, но это же подводный тоннель. Так написано на чертеже…

– Ну, да, я вижу, но если посмотреть на вот эти отметки высоты… – Нора показала пальцем на один из краев чертежа, – … то верхняя часть тоннеля все время идет выше уровня моря. Или я что-то не так понимаю?

Она исподволь посмотрела на Хассельквиста, который тут же стал всматриваться в чертеж.

– Нет, ты права, Нора. Сам вход с моря находится под поверхностью воды, но, во всяком случае, половина тоннеля проходит над водой. Это означает, что мы сможем плыть вместо того, чтобы нырять.

– Резиновая лодка, – пробормотал Йефф.

– Мы можем взять с собой резиновую лодку, нырнуть с ней во вход и надуть ее уже внутри тоннеля. Так нам не нужно будет двигаться вплавь…

– Отлично, – согласилась Нора.

– Звучит гораздо более реалистично. Ты можешь что-то добавить, Эйч Пи?

Тот медленно покачал головой.

– О’кей, так и сделаем. Мы заедем за тобой послезавтра…

– Да-да.

Ему пришлось чуть ли не вытолкнуть Хассельквистишку из квартиры. Двое оставшихся удалились с промежутком в две минуты. После того, как Эйч Пи раскритиковал безумный план Йеффа, этот идиот не произнес ни слова. Но это и к лучшему. За исключением его самого, эта банда – кучка самодовольных любителей. Если у них есть хоть минимальный шанс добиться успеха, то план действий должен быть максимально прост.

Эйч Пи продолжал восхищаться Норой, не только потому, что у нее хватило хорошего вкуса согласиться с тем, что он говорил. Ей было достаточно в течение секунды всмотреться в чертежи, чтобы увидеть то, на что два других чурбана даже внимания не обратили. Как-то странно, что они с Йеффом не обсудили этот момент перед общей встречей, но, вероятно, у них просто не было на это времени.

Это был очень умный ход – перевести его, Эйч Пи, возражения в задание. Так Нора не слишком сильно задела самолюбие Йеффа – по крайней мере, сейчас. Но, как только она увидит альтернативный план, который он, Эйч Пи, уже начал осязать, то будет совсем другая песня. Все, что нужно, – это одна или две короткие вылазки и визит в подвальчик к Фенстеру. У него на это есть два дня, должно хватить.

Эйч Пи тщательно запер входную дверь, к тому же закрыв ее на цепочку. Тут его заставил вздрогнуть внезапный звук из глубины квартиры. Два коротких сигнала, словно пришла эсэмэска. Он отправился на кухню. На подоконнике по-прежнему стоял смартфон Норы. На дисплее мигала маленькая иконка входящего сообщения. Взяв телефон, Эйч Пи подержал его пару секунд на ладони в раздумьях, что ему делать. Очевидно, что Нора забыла здесь свою трубку, а это, вероятно, означает, что через несколько минут она за ней вернется. По какой-то причине эта мысль внушала ему некоторую радость. Но, с другой стороны, всегда был риск, что она явится вместе со своим бойфрендом Йеффом. Если между ними на самом деле что-то есть…

Впрочем, есть простой способ это выяснить. Эйч Пи провел пальцем по дисплею и открыл «Входящие». Сообщение было короткое, всего четыре слова:

«Тебе нужно соблюдать осторожность!!! О.Д.»

О’кей, это не совсем то, чего он ожидал. Ни тебе «где ты сейчас?», ни «увидимся на Медборъярплатсен»… И кто такой, черт подери, О.Д.? Фамилии Йеффа он не знал, но имя, во всяком случае, точно не подходило ни к первому, ни ко второму инициалу. Но, может быть, они используют какие-то другие имена, когда воркуют друг с другом…

Телефон снова пиликнул, и тут он его чуть не уронил:

«Ты там?»

Подумав пару секунд, Эйч Пи нажал на иконку «Ответить». Сразу же выскочило пустое поле для ответа. Он посомневался еще немного.

«Я здесь», – написал он и нажал на «Отправить».

Ответ пришел почти мгновенно.

«Я начинаю думать, что один из них ведет двойную игру…»

Эйч Пи отметил, что у него перехватило дыхание, и он буквально заставил себя отложить телефон в сторону. Все это очень паршиво. Зачем, черт возьми, он ответил… Но это сообщение просто ввело его в ступор. Отправитель, по всей видимости, имеет в виду их маленькую группку, что-то другое немыслимо. Так о ком из них идет речь? О Хассельквистишке, Манге, о нем самом?..

Во «Входящих» в телефоне Норы появилось новое сообщение:

«Обещай мне, что будешь соблюдать осторожность. От вас очень многое зависит, ты же это прекрасно понимаешь!»

Блин, а что ему теперь делать? Если он не ответит, то О.Д., кем бы он ни был, что-то заподозрит.

Посомневавшись еще немного, Эйч Пи напечатал ответ:

«Обещаю!»

Ответили тоже немедленно:

«Отлично!»

Эйч Пи выдохнул с облегчением. Он услышал, как где-то внизу хлопнула дверь подъезда. Вероятно, это идет Нора. Кнопка «Меню», затем «Удалить сообщения». Отлично!

Он уже почти дошел до прихожей, как снова пискнул телефон. В тот же миг в дверь позвонили. Лучше всего будет не смотреть в глазок, просто отпереть дверь и отдать Норе телефон, как будто ничего не произошло. Сделать вид, что просто погода хорошая, не подать виду. Но, с другой стороны, прочесть сообщение тоже не помешает…

Увидев текст, он сразу же об этом пожалел.

«Теперь удачи, Эйч Пи!»

Тут его сердце забилось так сильно, что он слышал его удары о грудную клетку.

Какогохрена…

«Ты кто?» – написал он, даже не задумываясь.

В дверь снова позвонили, затем тихонько постучали.

– Это я, открой, – услышал он голос Норы.

«Ты кто?» – написал он, так сильно надавливая на буквы большим пальцем, что тот побелел.

Но ответа не получил.

Глава 21
Time Bubbles[99]99
  Пузыри времени (англ.).


[Закрыть]

– Алло, это Ребекка…

– Доброе утро, Ребекка, это дядя Таге, слушаю тебя.

– Да, здравствуйте…

Она и не пыталась как-то скрыть свое недовольство.

– Я ждал от тебя вестей вчера, но ты так ничего и не сообщила. В банке все прошло нормально?

– Это вы могли бы мне рассказать, дядя Таге…

В трубке на несколько секунд наступила тишина.

– Я не понимаю, о чем ты, Ребекка…

Удивление в его голосе было абсолютно искренним, и тут она засомневалась. К тому же он говорил, что им следует избегать прямых контактов. Почему же тогда он рискнул и перезвонил ей?

А что, если…

– Так разве он не у вас?.. Револьвер, я хочу сказать?

– Что?!

Его изумление по-прежнему казалось совершенно искренним.

Вот черт!

Ребекка вдохнула побольше воздуха в легкие, прежде чем продолжила.

– Вчера утром я ходила в банк, как мы и договорились, но кто-то побывал там до меня. Ячейка оказалась пуста; все, что я там нашла, это маленький стеклянный шарик с пузырем внутри… Я подумала, что, возможно, это вы…

На несколько секунд наступила тишина.

– Милая Ребекка, мне кажется, что ты переоцениваешь мои возможности, – сказал дядя Таге очень серьезно. – К тому же я бы никогда не сделал ничего подобного по отношению к тебе.

Она про себя покачала головой.

– Да, теперь я понимаю это, простите меня, дядя Таге.

– Значит, «ствол» теперь в свободном плавании, и мы понятия не имеем, у кого он…

– Ну да. Но мне кое-что пришло в голову до того, как я оттуда вышла, – сказала она. – Ячейку, по всей видимости, опустошили всего лишь несколько дней назад. Сотрудники Стигссона должны были там побывать и забрать все видеоматериалы с сервера видеокамеры. А вы не могли бы…

Было похоже, что он задумался на несколько секунд.

– Я подумаю, что можно сделать, Ребекка…

* * *

Список покупок был почти исчерпан.

Как и надеялся Эйч Пи, маленький бизнес Фенстера по-прежнему функционировал, и все, что ему требовалось сделать, это замаскироваться настолько, насколько он был способен, и переместиться на пару кварталов от своего временного пристанища, чтобы снова оказаться среди друзей.

Он выложил свои приобретения на полу.

Белые комбинезоны – есть.

Рюкзаки из твердого пластика – есть.

Респираторы – есть.

Электрошокер – о да, классно!

Эйч Пи погладил это оружие, которое больше напоминало пульт от телевизора с двумя металлическими штырьками спереди. Все, что требовалось, это нажать на кнопку, и между зубцами начинало плясать маленькое пламя.

БЗЗЗЗТ!

Пятьдесят тысяч гребаных вольт, и ты в Муми-доле![100]100
  Долина муми-троллей (Муми-дол) – волшебная страна, где живут муми-тролли из серии сказок финской писательницы Т. Янссон.


[Закрыть]

Это о-о-о-очень больно, он знал по собственному опыту, еще с того раза, как двое подручных Филиппа Аргоса его поджаривали. Но на этот раз электрошокер будет в его руке.

БЗЗЗТ! БЗЗЗТ! БЗЗЗТ!

Эйч Пи с удовольствием раз за разом повторял этот маневр. Вся квартира наполнилась запахом электричества. Пора уже поставить эту штуку заряжаться… Он достал здоровую хоккейную сумку и стал тщательно упаковывать в нее все снаряжение. Не хватало только одной, но очень важной вещи. Будет она, и его план «Б» готов. Остается только надеяться, что у Фенстера надежные связи и ее доставят.

Эйч Пи потянулся. Во всем теле по-прежнему была какая-то вялость, не помогли и его вылазки за пределы квартиры. Наверное, не помешает все-таки съесть одну пилюлю и устроить себе тихий час.

* * *

Меры безопасности ее удивили. Ни дамских сумок, ни портфелей, все прочие предметы упаковываются в прозрачный пластиковый пакет перед тем, как тебя впускают внутрь. Стоя в очереди, Ребекка посматривала, где расположены видеокамеры. Она успела найти три штуки, и тут подошла ее очередь. Темные стеклянные полусферы на потолке или на каменных стенах. Точно такие, как те, что она видела в полицейском управлении и в банковском хранилище.

– Документы, – сказала жещина на входе.

– Что?

– Я должна отсканировать ваше удостоверение личности, – ответила та. – Это новая политика Королевской библиотеки в сфере безопасности. Вы наверняка слышали о кражах…

Пробормотав что-то в ответ, Ребекка достала водительские права. Женщина положила их на небольшую плоскую поверхность из стекла у себя на стойке. Вспышка яркого света, затем сигнал.

– Прошу вас.

Ребекка убрала права в карман.

– Кстати, – обратилась она к этой женщине, которая уже повернулась к следующему посетителю. – Что вы делаете с информацией?

– Простите?

– С данными, со сведениями о моих правах. Что с ними происходит?

– Наша политика в сфере сохранения и обработки данных вот там.

Женщина указала на доску объявлений и затем отвернулась.

По соображениям безопасности все личные данные о посетителях библиотеки хранятся в течение тридцати суток, после чего удаляются из системы.

Удаленная информация используется в качестве основы для статистики посещений и планирования.

Королевская библиотека не передает данные третьей стороне.

Ребекка не могла оторваться от полусфер камер на потолке. На мгновение ей показалось, что она видит, как за темным стеклом идет какое-то движение. Внезапно ей стало не по себе, она вздрогнула.

Возьми себя в руки, Нурмен!

Быстро стряхнув с себя это дискомфортное состояние, она отправилась дальше в читальный зал. Нужные книги нашла минут за десять. Пара пожелтевших отчетов о работе парламентской комиссии и толстая специальная книга. По пути назад на свое место Ребекка остановилась у кофейного автомата.

– Ядерная программа, сейчас многие интересуются именно ею. Наверно, дело в истории с плутонием…

Звук этого голоса заставил ее вздрогнуть. За спиной у нее стоял пожилой мужчина в белой рубашке с галстуком и вязаной шерстяной жилетке. Очевидно, он подглядел корешки книг, которые она держала, прижав их у себя под мышкой.

– Простите, я не хотел вас напугать…

– Ничего, – пробормотала Ребекка, забирая свой стаканчик с кофе.

– Туре Шёгрен, – представился мужчина, – но руку пожимать не буду.

Он поднял ладони, обе были в белых хлопчатобумажных перчатках.

– Похоже, что вы уже нашли то, что искали, но дайте знать, если понадобится помощь.

Мужчина показался ей староват для того, чтобы быть сотрудником библиотеки. Возможно, он просто постоянный читатель. Одинокий старик, стремящийся пообщаться. Но сейчас у Ребекки не было времени на такого рода отвлекающие раздумья.

– Да, конечно, Туре, спасибо большое.

Она выдавила из себя вежливую улыбку и отправилась было к своему месту.

– Потрясающее было время, – произнес он ей вслед, кладя монетку в кофейный автомат. – Пока нас не прикрыли, так сказать…

Ребекка поставила чашку на подоконник и обернулась. Старик еще долго возился с автоматом, обстоятельно занимаясь своим кофе, чтобы не испачкать белые перчатки.

– Вы работали в ядерной программе?

Он только коротко кивнул, после чего аккуратно подул на кофе.

– Может быть, расскажете о том, как это было?

– Конечно, – оглянувшись вокруг, ответил Шёгрен. – У меня даже есть кое-какие фотографии, если вам интересно.

Проведя через считыватель карточкой, он открыл перед ней дверь. И все-таки он, несмотря ни на что, здесь работает.

– Пойдемте вон к тому лифту.

Проведя карточкой через считыватель уже в лифте, старик нажал на одну из кнопок.

– Поедем на минус третий этаж, – объяснил он. – А всего здесь их пять. Пять библиотек, насаженных одна на другую, плюс еще подземный этаж. Здесь хранится все, что было напечатано в Швеции начиная с 1661 года. Как только что-то выходит из-под печатного станка – газета, журнал, книга, да, а теперь и все аудиокниги, – это должны присылать сюда, так установлено законом. Фантастика, правда? Я думаю о них, как о маленьких пузырях времени, миллионах штук, и у каждого своя история из прошлого. Ведь мы, шведы, так любим пузыри времени, вы когда-нибудь об этом задумывались?

Ребекка покачала головой. От слова «пузырь» ее бросало в дрожь, но она поняла, что пузыри Туре Шёгрена совсем иного рода, чем те, о которых говорил дядя Таге.

– И посреди всех нововведений, всей современной техники, которую мы так любим, есть все же вещи, которые мы хотим видеть неизменными: мультфильм про Дональда Дака на Рождество, конкурс Евровидения, трансляция с фестиваля песни в Скансене… Не говоря уже о Королевском доме. Только посмотрите, как все интересуются свадьбой кронпринцессы… Конечно, нам здесь тебуется много пространства для хранения, пятый этаж уходит на сорок метров вниз в горную породу… – продолжил Туре Шёгрен.

Ребекка слушала вполуха. Все это, конечно, очень интересно, но ей сейчас нужно думать о другом. Почему он не может просто говорить о деле? Старичок, похоже, не заметил, как угасает ее интерес, а продолжил распространяться о метрах книжных полок и массах текста. И при этом даже не делал пауз, достаточных для того, чтобы глотнуть кофе. Наконец лифт остановился, и они вышли в длинный, хорошо освещенный коридор. На потолке было отлично видно темную стеклянную полусферу видеокамеры.

Третье подземное хранилище за три недели, подумала Ребекка. Странное совпадение…

– Нам в самый дальний конец. Там моя берлога, – сказал Туре и помахал свободной рукой, указав в дальний конец коридора.

Он шел впереди, она – где-то в метре от него.

Смешная фигурка, намного ниже ее ростом. Жидкие седые волосы аккуратно расчесаны на косой пробор. Очки для чтения на шнурке на шее. Шерстяной жилет, белая рубашка и галстук, хотя на улице как минимум градусов тридцать, а еще эти белые хлопчатобумажные перчатки… Весь этот наряд усиливал образ милого дедушки. Но через пару секунд Ребекка отметила, что хорошо отглаженный ворот рубашки изношен и уже обтрепался, а на до блеска начищенные ботинки давным-давно нужно поставить набойки. Ощущение разложения и неизбежного конца сразу же испортило ей настроение. Она видела такое и раньше. В самой непосредственной близости.

Папа. Все с него начиналось, и все им заканчивалось.

Туре Шёгрен указал на двухстворчатую дверь немного правее.

– Там квартира… – прошептал он.

– Что?

Он встал и обернулся.

– Квартира. Квартира Нелли Закс, точно в том состоянии, как когда она умерла. Сохранено все до мелочей. Идеальный пузырь времени, удивительно, не правда ли?

Улыбнувшись, Ребекка попыталась сделать вид, что знает, о чем он говорит, но, видимо, ей это не очень хорошо удалось.

– Ведь вы же знаете, кто была Нелли Закс?

– Э-э… вообще-то нет.

Вздохнув, старик набрал воздуха в легкие и начал рассказ:

– Нелли Закс, немецкая писательница еврейского происхождения, родилась десятого декабря тысяча восемьсот девяносто первого года в Шённенберге. Писала в основном поэзию, ее ранние работы нацисты сожгли в тридцать третьем. Сама Сельма Лагерлеф помогла ей бежать в Швецию в сороковом году, а в пятьдесят втором Нелли стала шведской гражданкой. Она жила здесь до своей смерти в тысяча девятьсот семидесятом году…

Он сделал паузу, чтобы перевести дух.

– … Нелли Закс получила Нобелевскую премию по литературе шестьдесят шестого года, которую ей к тому же вручили в день ее рождения. Все свое имущество она завещала Королевской библиотеке: бумаги, книги, даже обстановку квартиры. И теперь все это помещено здесь, – он снова указал на двухстворчатую дверь, – точно в том виде, как при ее смерти.

Ребекка кивнула, точно не зная, что же ей сказать. Но на этот раз Шёгрен все-таки заметил отсутствие энтузиазма в ее ответе.

– Небольшое лирическое отступление; пожалуйста, извините меня за него. Ко мне так редко приходят посетители, что иногда я начинаю чувствовать себя немного одиноко…

На мгновение Ребекке показалось, что старичок даже покраснел.

– Но история Нелли Закс на самом деле идет рука об руку с тем предметом, которым вы интересуетесь…

Он остановился перед маленькой дверью, достал из кармана ключи и отпер ее.

– Добро пожаловать, Нелли, проходите… Нет-нет, конечно же, Ребекка… – быстро исправился он.

Она вошла. Помещение площадью не больше десяти квадратных метров, и прилив легкой клаустрофобии сразу напомнил ей о допросных кабинетах в управлении полиции в квартале Крунуберг. Заваленный бумагами письменный стол, несколько переполненных книгами стеллажей вдоль одной из стен, а также два офисных стула заполняли почти все пространство. Старичок притворил за ней дверь. Толстые бетонные стены, похоже, всасывали каким-то образом все звуки, которые как-то странно тут обрывались.

– Ну, так вот, – продолжил Туре. – Нелли Закс стала гражданкой Швеции в 1952 году, в том же самом, когда начали строить здесь, под Королевским политехническим институтом, первый ядерный реактор. Садитесь, пожалуйста…

Он указал на одно из кресел.

– В 1966 году, когда Закс получила Нобелевскую премию по литературе, Швеция подписала договор о нераспространении ядерного оружия, и мы пообещали, что прекратим наши попытки сделать собственную атомную бомбу, и ко времени ее смерти эту программу уже полным ходом сворачивали. А двумя годами позднее все уже в принципе было свернуто…

– Но не до конца… – быстро добавила Ребекка.

Шёгрен окинул ее долгим взглядом и в первый раз пригубил свой кофе.

– Да, вы правы. Часть проекта продолжалась. Они называли это исследованиями в области защиты от ядерной угрозы…

– Но на самом деле это было что-то совсем другое? – снова вставила она.

Старик медленно покачал головой.

– Не следует верить всему, что написано в Интернете, милочка…

Он похлопал по крышке ненового ноутбука, стоявшего у него на столе.

– Ядерная программа в целом была свернута в семидесятые. Реактор в Огесте закрыли в семьдесят третьем. Конечно, остались кое-какие небольшие участки работы, но они были строго ограничены, и речь шла исключительно об исследованиях в сфере защиты от ядерного удара.

– А, понятно… Так, а в чем заключалась ваша роль, Туре? – Ребекка взглянула на наручные часы.

– Я был младшим научным сотрудником в том, что называлось проектом «L». Работал в основном в Огесте, на так называемом Третьем реакторе. Мы пытались получить собственный плутоний, но, к сожалению, ничего не вышло. Когда Эрландер с Пальме[101]101
  Премьер-министры Швеции Таге Эрландер и Улоф Пальме.


[Закрыть] закрыли нас совсем, мне пришлось уволиться. Сейчас, по прошествии времени, я думаю, что и хорошо, что так. Не очень-то хочется на закате жизни иметь на своей совести создание атомной бомбы.

Тут он вдруг встал с места.

– Но, простите меня, дорогая, с моей стороны это так невежливо. Я тут все разоряюсь. Вы же так и не забрали свой кофе. Я могу вас угостить чем-то другим? Может быть, минеральной водой?

Шёгрен наклонился и открыл небольшой шкафчик в одном из стеллажей, откуда извлек бутылку минералки и стакан. Откупорив ее открывалкой, которую Туре тоже ей дал, Ребекка налила себе воды и стала молча пить. Пузырьки газа обжигали язык; ей все больше казалось, что она теряет драгоценное время.

– Так, ну, посмотрим… С той поры, как мы переехали из своего дома в квартиру, я храню большинство бумаг здесь. Май-Бритт не хотела, чтобы мы перевозили это все в новое жилье. Я думал написать книгу…

Шёгрен рылся в кипах бумаг на столе, что-то искал. Пора бы уже перейти к делу, прежде чем он снова начнет что-то рассказывать.

– Туре, а вы когда-нибудь работали с человеком по имени Эрланд Петтерссон?

Ноль реакции, он даже не взглянул на нее, и почему-то это ее обрадовало. Но одновременно и не обрадовало.

– А с Таге Саммером?

И снова никакой реакции.

– Не-е-ет, к сожалению, эти имена мне ничего не говорят… – наконец пробормотал он, вставая и переходя к папкам на дальнем стеллаже.

Уже готовая выругаться от облегчения и разочарования, Ребекка вспомнила еще одно имя.

– А как насчет Андре Пелласа? – Туре резко встал. – Ведь вы его знали, не правда?

Она заметила, сколько возбуждения было в ее голосе.

– Знал – не знал… Полковник Пеллас руководил одной из секций нашей программы.

– Какой? Какой секцией?

Ребекка еле справилась с импульсом вскочить со стула.

– Их называли группа «I». Они держались немного с краю, так сказать. «Информация и разведка», вот как они назывались на самом деле, думаю я, но не совсем уверен. К сожалению, память уже не та, что раньше… – Старик покачал головой.

– А какова была их роль в этом проекте?

– Точно не знаю, но у нас был ежемесячный отчет, в котором мы фиксировали возникшие проблемы. И в тех пунктах, где мы заходили в тупик, как правило, ставилась отметка «I». Проходила где-то неделя, после чего мы получали подробное описание того, как с этой проблемой можно справиться. Эти рекомендации были по-шведски, но время от времени создавалось ощущение, что это перевод с английского. Просто там были некоторые выражения, ну, и так далее…

– И эти рекомендации поступали от группы «I»? В таком случае это говорит о том, что они общались с кем-то извне?

Туре пожал плечами.

– Мы-то в этом не сомневались, но никаких доказательств у нас не было…

– Американцы?

– Ну, это самое простое объяснение. Хоть наши политики и клялись в обратном, между Швецией и США были прочные связи в военной сфере с самого конца войны. Американское УСС, предшественник ЦРУ, финансировало в том числе и тайную военную деятельность вдоль норвежской границы. И цель, прежде всего, была не в том, чтобы бороться с немцами, а в том, чтобы подготовить войска к тому моменту, когда немцы уйдут. Чтобы предотвратить возможную советскую оккупацию Норвегии, – пояснил Шёгрен. – А такие операции были бы невозможны без помощи шведских военных и разведки…