Читать книгу "Обман [Bubble]"
Автор книги: Андерс де ла Мотт
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: 16+
сообщить о неприемлемом содержимом
Глава 29
Information is power[124]124
Информация – сила (англ.).
[Закрыть]
– Алло?
– Добрый вечер, дорогой друг, или, точнее, доброе утро. Хотя вы, наверное, не считаете, что оно особенно доброе. Могу себе представить. Вы немного расстроены…
– Расстроен – не то слово!
– Понимаю, и, конечно же, весьма сожалею, что все пошло не так, как планировалось.
– Вы… сожалеете?
– Естественно, я огорчен не меньше вас, но вместе с тем хочу вас заверить, что мы делаем все, что можем, чтобы вернуть украденную информацию.
– Ваши заверения сейчас мало чего стоят. Как только мы вернем контроль над ситуацией, вы будете нашим важнейшим приоритетом. На вашем месте я бы немедленно свернул всю активность и залег бы на дно где-то далеко-далеко. Когда мы разберемся здесь…
– Не будем торопиться, мистер Блэк. Вы сейчас сердитесь, что совершенно естественно. Но не превращайте на всякий случай друга во врага. Понимаете, ведь неизвестно, кто в итоге станет обладателем этого жесткого диска…
– Вы хотите сказать, если вам удастся первому его заполучить?
– В случае такого сценария я уже могу вас успокоить, мистер Блэк. Естественно, я сам выступлю гарантом того, что информация останется надежно сохранена. Что вы и «PayTag» ничем не рискуете…
– А-а, теперь понимаю… И ваши гарантии, конечно же, имеют свою цену?..
– В этом мире, мистер Блэк, нет ничего бесплатного, и вы, как никто другой, должны знать, какой ценной может быть информация, не так ли?
– Я хочу вас предупредить…
– Хорошо подумайте, мистер Блэк. Будь я на вашем месте, я очень тщательно взвешивал бы каждое сказанное слово. Ну, так что вы хотели мне сказать?
– … ничего…
– Отлично! Похоже, что мы прекрасно друг друга поняли. Я скоро вам позвоню, и надеюсь, что тогда у меня будут более приятные новости. Пока что до связи.
* * *
– Как же, черт возьми, ты узнал?.. – Хассельквистик потирал запястья. – … Что они нас ждут, я хочу сказать.
Постепенно начало светать, и птицы вокруг них уже завели свой утренний хор. Эйч Пи пожал плечами, натянул на себя капюшон куртки и сплюнул в крапиву.
– Скорее, почувствовал. Казалось, что кто-то все время идет на шаг впереди нас. Сначала там, в тоннеле, потом этот вертолет… Как будто они все время знали, где мы находимся, приглядывают за нами. К тому же мне подсказали…
– А кто?
– А, один друг, можно так сказать…
Он скомкал пахнувшую мочой униформу Йохена, запихал ее под сиденье и достал сигарету. Дикий всплеск адреналина, из-за которого весь последний час у него, как от Паркинсона, тряслись руки, к этому моменту слегка утихомирился. А Хассельквист по-прежнему не был полностью удовлетворен его ответами.
– Но откуда, черт подери, у тебя все эти вещи: электрошокер, жесткий диск с номерами соцстрахования?.. Когда ты успел все это достать?
– Есть у меня один старый знакомый в районе Лесного кладбища… – Эйч Пи прикрыл сигарету обеими ладонями. – Он может достать все, что угодно, только плати, – процедил он уголком рта, пытаясь справиться с зажигалкой. – Я просто проходил мимо, позвонил в дверь и вежливо попросил. Вы же сами поручили мне придумать запасной план…
Наконец-то Эйч Пи удалось зажечь сигарету, он глубоко затянулся и выпустил дым к верхушкам елей.
Sweet![125]125
Здесь: Чудесно! (англ.)
[Закрыть]
На этот раз вопрос задала Нора:
– А что будет с Йеффом?
– Ничего страшного, он выкарабкается. Угрозы, незаконное вторжение, немного насильственного сопротивления в сочетании с нападением на полицейских при исполнении… Если у него не было приводов раньше, отделается штрафом. Максимум пара месяцев тюрьмы. Ну, такой, откуда отпускают на выходные… – добавил он, когда заметил, что Нора не успокоилась, как он надеялся.
Ну почему он никак не научится просто держать язык за зубами?
– Но я не понимаю, почему… – канючил Хассельквист. – Почему они не взяли нас гораздо раньше? Как они вообще позволили нам даже приблизиться к «Форту»?
– Да подумай головой, Кент! – зашипела Нора. – Что может быть лучше для пиара «PayTag», чем поймать группу сетевых террористов на месте преступления? Показать и Новому, и Старому Свету, а также клиентам, какая у них эффективная система безопасности, а одновременно – какие мы, их противники, отчаянные и злые? Если ты не с нами, значит, ты с террористами, эта фишка работала и раньше. Черт, как я только не понимала этого раньше…
Взяв какой-то прутик, она раздраженно начертила на земле несколько линий.
– Директива Евросоюза о хранении информации, несомненно, стремительно проскочит через все европейские парламенты, точно так же, как и те законы, что были приняты после Одиннадцатого сентября. После чего «PayTag» останется просто собирать кэш. Гейм-мастер придумал им разыскиваемого террориста и свел его с еще несколькими подходящими козлами отпущения. Теми, кого уже использовали и выбросили на свалку…
Она перечеркнула свои линии косыми черточками, превратив их в кресты.
Четыре креста…
Некоторое время все молчали. Затем Хассельквистишка снова открыл рот, но Нора его опередила:
– Это он, ты врубаешься, да?!
Эйч Пи промолчал.
– К-кто, я не понимаю? – канючил Хассельквист.
– Источник. Манге. Это он нас кинул.
– Я не совсем уверен, – пробормотал Эйч Пи.
– Конечно, это…
Похоже, что до Хассельквиста наконец дошло:
– Все это была его идея! Он нас свел, меня, Нору, Йеффа…
– И тебя, Эйч Пи, – тихо сказала Нора, продолжавшая чертить линии на земле.
– Могут быть другие объяснения. Его самого могли обмануть, Гейм-мастер мог…
– Да ты просто не хочешь понять, – прошипела Нора и швырнула свой прутик в кусты. – Нас всех надул – капитально надул – кто-то, кто является экспертом по такому типу мозговых игр. Насколько мы знаем, Манге мог прямо работать на Гейм-мастера, а может быть, даже и…
Она вдруг замолчала.
– Что, ну что ты хотела сказать? – прошипел ей в ответ Эйч Пи. – Ну, давай, поведай нам свой гениальный вывод…
– Я знаю, что Манге твой приятель, но тебе, возможно, стоит поразмыслить над тем, что, возможно, на самом деле, он и ЕСТЬ Гейм-мастер…
– Невозможно!
– Почему?
Похоже, что Хассельквист принял сторону Норы.
– Потому что я встречался с Гейм-мастером, я же уже говорил. Его зовут Таге Саммер, ему за семьдесят…
– А почем ты знаешь, что он Гейм-мастер? Он так сказал? – снова вступила Нора; похоже, они теперь были заодно.
– Нда-а, или в общем не-е-ет, не совсем… – Эйч Пи сам слышал, что говорит как-то не очень уверенно. – Дело было так: я встретился с ним в лесу. Он дал мне одно задание, совершенно безумное, такое, которое я никак не мог выполнить. Хотел, чтобы я напал на королевскую семью, понимаете?
Никто ничего не сказал, они просто ждали продолжения рассказа.
– И с того дня они меня преследовали, пытались свести с ума…
– И тогда-то ты и решил застрелить Блэка? – спросила Нора.
– Э-э-э… ну, да… или нет. В общем, я был немного не в себе…
– Но что Игре с того, если бы у тебя съехала крыша? В смысле, если они хотели, чтобы ты выполнил задание…
Ответа на этот вопрос у него не было. Факт тот, что у него по-прежнему не хватало некоторых фрагментов, чтобы головоломка сложилась.
– Манге мертв, – отрезал он. – Это о многом говорит…
– А мы это точно знаем?
Было заметно, что Хассельквист закусил удила:
– Ведь Нора видела только, как сарай взлетел на воздух. А вдруг Манге успел выбраться?
– Н-да, здесь я, пожалуй, встану на сторону Эйч Пи, – встряла Нора. – Такой взрыв не пережить никому, ручаюсь!
На несколько секунд повисла пауза, Хассельквист размышлял, а потом сказал:
– Ну, а если скажем так: вертолет прилетел туда, чтобы дать Манге шанс свалить? Создать суматоху, чтобы мы убрались оттуда без него. То, чего они не учли, это что взрывчатка может сработать, ведь она должна была быть в микравтобусе. Помните, как стал возражать Манге, когда Йефф сказал, что нам нужно перегрузить вещи в его машину? – Хассельквист распалялся все больше. – Конечно, так и было. Вертолет должен был помочь ему свалить, чтобы мы отправились в тоннель одни. С этим увязывается и GPS-передатчик, который я нашел сзади в фургоне. Им нужно было за нами следить и после того, как мы останемся сами по себе, без Манге…
Было похоже, что Нора хочет что-то сказать, но Хассельквист снова ее опередил.
– В общем, когда мы поменяли машину, они потеряли нас из виду. Они сидели у тоннеля и ждали, а мы явились с главного входа. Все сходится…
Эйч Пи ничего не ответил; вместо этого он встал и направился прямиком в лес.
– Ты куда? – крикнула ему вслед Нора.
– Пописать, – буркнул он скорее про себя, чем в ответ.
У него не было ни малейшего желания продолжать эту дискуссию. Манге мертв, Саммер – Гейм-мастер. Если Манге и был каким-то образом замешан в обман, то, по всей вероятности, несчастный очкарик сам был обманут, как и он, Эйч Пи, и эти два клоуна у машины. Он остановился и нацелил струю на муравейник. Кто-то их сдал, это совершенно очевидно. Но если это не Манге, то кто?!
Еще один вопрос, на который не было ответа…
– Так что будем делать теперь? – спросила Нора, когда Эйч Пи вернулся к минивэну, держа в зубах очередную сигарету.
– Отправимся назад, в цивилизацию, найдем компьютер с хорошим подключением к Интернету и отправим содержимое жесткого диска во все мыслимые новостные редакции, плюс, конечно же, на адреса электронной почты членов риксдага. – Он глубоко затянулся дымом. – Пусть полакомятся сладеньким перед тем, как голосовать по директиве Евросоюза. Это весьма шокирующее зрелище, – продолжил он, – увидеть всю свою электронную переписку брошенной тебе в морду вот таким образом. Ну, а газеты тоже получат свою долю жареного. Подумайте только, сколько всего сладкого в этой банке! – Он кивнул в сторону своего рюкзака. – Супружеские измены, уклонение от уплаты налогов, неподходящие связи самого разного рода… You name it! – Эйч Пи усмехнулся и покачал головой. – Это может даже закончиться перевыборами в риксдаг. Так или иначе…
– …«PayTag», Блэку и Игре конец! – встряла Нора. – На этот раз ее голос звучал немного бодрее. – Ни малейшего шанса, что они смогут выплыть после такого. Мало того, что их перехитрил самый разыскиваемый человек в Швеции, который смог пробраться в их супернадежное хранилище, да еще и выбраться назад…
Эйч Пи еще что-то пробормотал, докурил и затушил окурок о землю.
– …еще важнее то, что этот жесткий диск демонстрирует, что им в действительности удалось разработать инструмент добычи информации о собственных клиентах. Выбирать то, что представляет собой интерес, а затем очищать и превращать эту информацию в товар. В точности, как мы все время и подозревали! Ни малейшего шанса, что кто-то после этого будет им доверять…
– Значит, тогда все закончилось… – вздохнул Хассельквист. – Мы выиграли, они проиграли. Game over![126]126
Конец игры! (англ.)
[Закрыть]
Эйч Пи собрался уже было ответить, но осекся и поднял руку. Вдалеке послышался вой сирен. Затем вдруг наступила тишина.
– В машину, быстро, – процедил он сквозь зубы.
* * *
Ясное голубое небо, ни облачка. Окно кухни приоткрыто, из него веет легкий бриз и душистый летний воздух. Идеальная погода для свадьбы, остается только поздравить жениха с невестой.
Ребекка проснулась задолго до того, как прозвенел будильник, в голове заело песню «Кент», и, несмотря на то, что ее мозгу было чем заняться, строчки припева крутились в ушах. Снова и снова…
Вставив капсулу в кофейную машину, Ребекка терпеливо подождала, пока иссякнет похожая на мышиный хвостик струйка эспрессо, и взяла чашку. Кофе она проглатывала без проблем, с бутербродом было хуже. От нервов желудок сжался наполовину, места там почти не осталось. Закрыв глаза, она сделала два глубоких вдоха, отставила чашку в сторону и вытянула руки перед собой. В голове по-прежнему крутилась эта песня:
Du vet ingenting om mig.
Jag vet ingenting om dig.
Оставалось всего несколько часов, а она так и не приняла никакого решения.
Или она сделала это давно…
Йокке Берг[128]128
Йокке Берг – солист и лидер известной шведский рок-группы «Кent».
[Закрыть] пел у нее в голове:
Хороший вопрос! Просто шикарный вопрос!
Как ни странно, впервые за долгое время Ребекка чувствовала себя на удивление собранной. Прокручивая в мыслях схему движения, она пыталась мысленно представить себе путь кортежа. Каждый поворот, каждую новую улочку. Пыталась представить звуки, запахи, ощущения. Бронежилет под одеждой, наушник в ухе, пистолет на бедре. Ненадолго это помогло, но уже где-то через минуту музыка вернулась.
Jag vet ingenting om dig…
Открыв один из кухонных шкафчиков, Ребекка почти на автомате взяла банку с таблетками. Взвесив ее в руке, послушала, как внутри шуршат маленькие капсулы.
Пора решать. Как она хочет, чтобы это было? Черное или красное?
Она отвинтила крышку.
Du vet ingenting om mig…
* * *
– Как, черт подери, они так быстро нас нашли?
– Понятия не имею, – прорычал Эйч Пи, усаживаясь на сиденье.
Громоздкий полицейский фургон, качаясь взад-вперед, несся по грунтовой дороге.
– Видимо, можно отследить местонахождение этой машины. Не думал, что у копов теперь такое продвинутое оборудование…
Они перескочили через пригорок, при этом автомобиль на полсекунды оторвался от земли. При приземлении Эйч Пи стукнулся головой о боковое стекло.
– Вот черт!
Он попытался посмотреть назад сквозь маленькое окошко в арестантском отсеке в задней части микроавтобуса, но все, что смог увидеть, это летевшие за ними клубы дорожной пыли.
– Сколько их? – крикнул он Хассельквисту.
– Две машины минимум. Уверен, что едут еще!
– Подожди-ка, черт, надо было раньше додуматься…
Нора отстегнула ремень безопасности и перелезла на переднее сиденье. Повозилась с полицейской рацией, и через несколько мгновений в салон автомобиля из динамиков полились возбужденные голоса:
– Девяносто один пятьдесят, они едут прямо к вам, прием.
– Вас понял!
Хассельквист дернул ручной тормоз, крутанул руль, и минивэн занесло куда-то вбок, на проселок. Говорите что хотите, но водить машину этот парень умел…
– Семидесятый батальон, говорит девяносто один двадцать семь, они съехали с дороги влево, теперь едут на север…
– Вас понял, девяносто один двадцать семь, всем машинам из семидесятого, движемся на север, в направлении новостроек…
Оператор связи из Регионального диспетчерского центра говорил значительно менее возбужденным голосом, чем принимавшие участие в гонке полицейские.
Двигатель минивэна ревел, и грунтовая дорога впереди сужалась до совсем узкого проселка. Но Хассельквист не особенно переживал.
– Через двести метров я возьму резко влево, так что держитесь крепче, – крикнул он.
– Как ты, блин, тут вообще ориентируешься… – еле выговорил Эйч Пи, держась так крепко, как мог.
– Несколько лет назад я участвовал в гонках по бездорожью в этих местах… – ответил Хассельквистишка.
Дернув ручник, он снова вошел в контролируемый занос.
– Семидесятый батальон, говорит девяносто один двадцать семь, они резко… мы их потеря… подождите.
Эйч Пи затаил дыхание.
– Нет-нет, связь снова есть. Они едут на запад.
– Вас понял, девяносто один двадцать семь, к нам направляется вертолет.
– Если они свяжутся с вертолетом – всё, кранты… – скрипел зубами Хассельквистишка. Снова свернул на какой-то проселок. – Вариант только один, – сказал он через плечо. – Вы должны выпрыгнуть из машины.
– Что?!
– ВЫ ДОЛЖНЫ ВЫПРЫГНУТЬ! – прикрикнул на них Хассельквист, не сводя глаз с дороги. – Я остановлюсь и выпущу вас, затем поеду дальше. Здесь полбака бензина, я могу продержаться еще минимум полчаса – сорок минут. Если они не поймут, где вы соскочили, они не найдут вас никогда.
– Н-но… мы же в лесу… – возразила было Нора.
– Железка там. – Хассельквист махнул рукой в сторону боковой двери, где сидела Нора. – Найдите ее и идите на юг. Пара часов пешком до ближайшей станции. Потом просто сядете на электричку в город.
– Но мы же не можем тут тебя бросить…
– Кент прав. Выбора у нас нет, – перебил ее Эйч Пи. – Если мы попадемся, жесткий диск попадет в руки к Гейм-мастеру в течение часа – и тогда все, все это было зря…
Нора прикусила губу.
– О’кей, – согласилась она.
– Скажи, Кентуша, что ты хочешь, чтобы мы сделали?
– Нужно немного времени, чтобы отдышаться, чтобы сделать отвлекающий маневр, и я тогда смогу остановиться…
– Всем машинам из семидесятого, вертолет будет на месте примерно через пять минут.
– Сейчас они движутся на запад. Похоже, что они нас слушают, поэтому переключаемся на резервный канал. Резервный канал с этой минуты, конец связи!
Рация пискнула, и вдруг наступила тишина.
– Онетушитель…
Нора повернулась к Эйч Пи и затем кивнула в сторону пола. Он понял ее только через секунду. Отстегнув ремень, уперся ногами в сиденье и наклонился. На полу у боковой стены был прикреплен огнетушитель. Через пару секунд ему удалось высвободить огнетушитель из резиновых строп. Одновременно с этим Нора забралась обратно на заднее сиденье.
– Открой дверь, – велела она, и Эйч Пи сразу подчинился.
Тяжелая раздвижная дверь тут же вырвалась у него из рук и осталась открытой. Он смотрел в дверной проем, всего в метре от него бешено мелькали стволы деревьев.
– Все нормально, – крикнула Нора. – Я держу тебя!
Но он медлил.
– Вертолет уже здесь, – крикнул Хассельквист из-за руля.
Эйч Пи зажмурился. Сейчас или никогда. Он отцепил шланг огнетушителя и выдернул предохранитель. Затем встал. Нора немедленно вцепилась в его ремень.
– Держитесь, я приторможу и подпущу их поближе…
Хассельквист немного отпустил газ, и тут они услышали сирены полицейских машин, мчавшихся сзади.
– Давай! – заорал Хассельквист.
Эйч Пи встал и поставил ногу на ступеньку. После этого наполовину высунулся из салона. Ремень давил ему на левую почку, он чувствовал, как Нора крепче ухватилась за его бедро. Первый полицейский автомобиль был уже в десяти метрах за ними. Он поднял шланг огнетушителя, прицелился…
Вдруг их минивэн поймал передними колесами яму, автомобиль подкинуло, из-за чего Эйч Пи стукнулся краем черепа о крышу салона. Потеряв равновесие, на тысячные доли секунд он повис в воздухе. Но тут Нора ухватила его за предплечье и втянула в машину.
Проклятье! Чуть не…
– Давай, ну, ДАВАЙ ЖЕ!!! – вопил им Хассельквист с переднего сиденья.
Эйч Пи снова встал, высунулся на полкорпуса из двери и уперся ногами в ступеньку. Подняв вверх шланг, надавил на рычаг. Из сопла вырвалась струя порошка; попав в поток воздуха, создаваемый минивэном, тот попал на лобовое стекло полицейской машины и лег на него, как большое белое покрывало. Водитель немедленно затормозил, а Эйч Пи, несмотря на это, продолжил выпускать порошок, пока полицейская машина совсем не исчезла из виду. После этого он выкинул огнетушитель и позволил Норе втянуть себя назад в салон.
Хассельквист вдавил газ в пол.
– Через сто метров поворот! – крикнул он им. – Спрыгните, когда я приторможу, чтобы свернуть. Потом просто залягте, пока они не проедут…
– Вас понял! – Эйч Пи снова пододвинулся ближе к двери. – Удачи тебе, Кентуша. Ты черт, а не водитель! – крикнул он Хассельквисту и получил короткий взмах рукой в ответ.
– Рюкзак не забудь, – сказала Нора ему прямо в ухо.
Да, блин, конечно!
Прикинуть только, он бы забыл жесткий диск, вот это бы был Мировой Провал! Подтянув к себе лежавший на полу рюкзак, Эйч Пи надел пластиковый контейнер на плечи.
– Пряжку застегни!
Нора указала на его грудь. Пробормотав что-то про себя, Эйч Пи все же послушался и застегнул нелепую металлическую пряжку, соединявшую ремни на груди. Автомобиль снизил скорость, после чего свернул вправо.
– ПОШЛИИИИ! – крикнул им Хассельквист.
Глава 30
Under the spreading chestnut tree…[130]130
Под раскидистым каштаном… (англ.) Начало стихотворения из романа Дж. Оруэлла «1984».
[Закрыть]
Ребекка, не торопясь, проехала на велосипеде по Роламбсвэген. Затем свернула вниз в парк, прокатилась по пешеходной тропинке, шедшей через газоны. Чайки и вороны, как обычно, соперничали из-за оставленного с вечера мусора и объедков, но дворники из коммунальной службы уже были на месте, чтобы привести все в порядок. Нужно показать город с лучшей стороны, когда, по крайней мере, часть взглядов со всего мира будут направлены сюда. В противном случае из людей в это время суток можно было бы встретить только пару собачников или вставшего спозаранку бегуна трусцой.
Она переключилась на более низкую передачу, чтобы съехать с довольно крутого и извилистого спуска, выходившего на мост над улицей Норр Мэларстранд. Под ней проехал пустой автобус с желто-голубыми флагами на крыше. Дальше Ребекка поехала к площади Фридхемсплан, пролавировала мимо красных сигналов светофоров и остановилась перед постом охраны у Полицейского управления. Ощущение, когда достаешь из кармана удостоверение полицейского, чтобы обозначить себя, оказалось на удивление приятным.
– Доброе утро, – поздоровался охранник как-то излишне радостно, перед тем как пропустить ее дальше.
Как только она проехала через ворота и начала съезжать вниз по тоннелю под Крунубергом, запищал ее мобильный телефон. Она не стала читать сообщение, пока не припарковала велосипед в гараже.
«Удачи тебе сегодня, Ребекка!
Твой папа очень тобой гордился бы!
Когда все закончится, я обещаю тебе все о нем рассказать.
Дядя Таге»
Она не смогла сдержать улыбку. Но тут увидела, что во «Входящих» есть еще одно сообщение. Всего из трех слов, без указания отправителя.
«Не доверяй никому!»
Ребекка немедленно его удалила.
Рядом с раздевалками она наткнулась на Рюнеберга.
– Ты что-нибудь слышал? – спросила Ребекка, даже не поздоровавшись.
– Сегодня рано утром была погоня к северу от Упсалы. Штук десять патрульных машин, вертолет, перекрытие дорог, бардак… Гонялись минимум час, пока им не дали отбой.
– Ну, и…?
Она затаила дыхание. Рюнеберг покачал головой.
– Они ушли. Видимо, залегли и выжидают где-то там в…
* * *
– … в лесу, – закончила она предложение, но он слушал вполуха.
Полчаса на то, чтобы найти железную дорогу, затем больше двух часов пешком вдоль железки по опушке леса. Несмотря на толстые стеганые ремни, рюкзак уже натирал ему плечи и шею. В ногах была тяжесть, он уже пару раз падал плашмя на коряги и камни, когда они кидались прятаться в лесу от проезжающих мимо поездов. Он – дитя асфальта, а не лесник какой-то, и теперь, когда адреналин слегка подрассосался, вещи потихоньку стали вставать на свои места. Вещи, о которых он раньше и не думал размышлять… Вначале они понемногу болтали, в основном о том, по какой дороге им идти, но затем Эйч Пи стал совсем немногословен, и постепенно беседа иссякла. Но теперь Нора, очевидно, хотела сделать еще одну попытку пообщаться.
– Что ты сказала? – пробормотал он невнятно.
– Я сказала, что скоро мы выйдем из леса. Мне кажется, что я слышала церковный колокол…
– М-м.
Обернувшись, Нора быстро окинула его взглядом.
– Ты выглядишь совсем выдохшимся. Когда ты в последний раз спал?
Эйч Пи ничего не ответил. Снова тишина на несколько секунд.
– Жаль, что все так вышло с Манге, – сказала она.
– Чт-то?
Он поднял голову и резко остановился.
– С нашим источником, с Манге. Грустно, что так вышло… С сараем… – добавила Нора, когда Эйч Пи без эмоций оглянулся назад.
– Ну, да, понятное дело… ты же уже это говорила раньше.
Он отвернулся.
– Ты на него зол, не так ли?
Он ничего ей не ответил, что, однако, не помешало ей продолжить разговор.
– Понимаешь, о чем я, да? Что Манге всех нас так или иначе надул…
– Я не хочу об этом говорить…
– Но ведь может быть и так, как ты сказал, что Манге самого тоже надули? Что Гейм-мастер обманул его так же, как и нас, заставил поверить в то, что он, на самом деле, делает что-то хорошее…
– Какие-то пару часов назад ты была весьма уверена в том, что он – Гейм-мастер… – Эйч Пи пнул ногой валявшийся на дороге камень, затем еще один.
– Знаю, и прошу за это прощения. Иногда в стрессе мелешь всякую чушь. Манге обманули точно так же, как и нас с тобой, – сказала Нора, – во всяком случае, я предпочитаю смотреть на это именно так.
Эйч Пи продолжил пинать скатившуюся с насыпи щебенку в кусты.
– Манге не из тех, кто сдает корешей… – буркнул он, при этом голос его звучал отнюдь не так уверенно, как ему бы этого хотелось.
«Или все-таки из тех?» — исправился он, но уже про себя.
Черт подери, Манге, как же могла выйти такая хрень?!
На фоне всего произошедшего с ним Эйч Пи толком и подумать не успел о сарае и взрыве. Вместо этого он воспользовался так хорошо выработанной мозгом способностью перескакивать то, с чем слишком неприятно иметь дело. Но вот теперь эти его суперспособности дали сбой.
Давно пора сменить тему.
И Эйч Пи пошел дальше, а Нора быстро вернулась назад, чтобы им идти рядом, а не гуськом.
– Еще кое-что… – заговорил он снова через какое-то время. – Я давным-давно хочу у тебя спросить…
– Ты хочешь знать, я ли подожгла твою квартиру?
Он споткнулся, не успев ответить, а Нора уже сделала несколько быстрых прыжков вперед.
– Вон там, видишь? Железнодорожная станция.
* * *
– Итак, господа!
Полицейские в конференц-зале немедленно замолчали, когда туда вошел Рюнеберг.
– Последний прогон перед авралом. Церемония в соборе Святого Николая закончится в тринадцать тридцать, после чего кортеж сразу отправится в город. Мы поедем по Дворцовому спуску, затем – по мосту Норрбру. Направо к скверу Кунгстрэгорден, после чего – по улице Кунгстрэгордсгатан. – Рюнеберг сделал короткую паузу, и несколько телохранителей обменялись многозначительными взглядами. – Мы выставили людей в штатском вдоль всего сквера на случай, если кто-то решит пообезьянничать, повторив тот случай… – продолжил Рюнеберг. – Затем мы выезжаем налево по Хамнгатан к площади Сергеля, к проспекту Свеавэген и концертному залу… Вопросы есть?
– Есть какие-то новости о подозреваемых? – спросил кто-то из телохранителей в переднем ряду, видимо, новобранец. – Я имею в виду Петтерссона и Аль-Хассана, – добавил он для солидности.
– Я собирался вернуться к этому позже, но раз уж ты спросил… – пробормотал Рюнеберг, явно раздраженный тем, что ему пришлось сменить тему. – И вчера вечером, и сегодня ночью произошли кое-какие события. Фарух Аль-Хассан, или Магнус Сандстрём, как он себя иногда называет, с большой долей вероятности погиб. В сарае к северу от Упсалы, где до этого прогремел взрыв, был найден его автомобиль, а также фрагменты технических приспособлений, с большой долей вероятности принадлежавших ему. В найденных фрагментах есть также следы взрывчатки и искусственных удобрений, так что речь может идти о кустарном взрывном устройстве, сработавшем слишком рано. В ближайшее время у нас будет больше информации.
Рюнеберг коротко кивнул Таге Саммеру, сидевшему на стуле рядом с дверью. Рядом с ним сидел Стигссон, и когда Рюнеберг продолжил говорить, тот наклонился вперед и зашептал что-то на ухо Саммеру. Ребекка почувствовала, как у нее в горле растет ком, и несколько раз с трудом сглотнула слюну, чтобы от него избавиться.
– Что касается остальных, то мы только что задержали еще одного преступника на угнанном полицейском автомобиле. Но двое по-прежнему на свободе, в том числе и основной подозреваемый. – Рюнеберг покосился в сторону Ребекки. – Я имею в виду Хенрика Петтерссона, он же Эйч Пи.
* * *
Им повезло. До следующей стокгольмской электрички оставалось всего десять минут – как раз достаточно, чтобы Нора успела купить билеты и какой-нибудь еды из автомата на станции. Эйч Пи прятался за одной из колонн на перроне и высматривал вероятных преследователей. Он заглотил два сникерса и успел залить эти деликатесы половиной бутылки кока-колы, которую она ему протянула, к тому моменту, как на перрон въехал поезд.
Когда они нашли два свободных места, Эйч Пи уже так устал, что забыл снять с себя рюкзак, перед тем как рухнуть на место у окна. К тому же пряжку на груди заело, и он выругался так громко, пытаясь ее расстегнуть, что другие пассажиры начали зло зыркать в их сторону.
– Подожди, я сделаю. – Нора подвинулась ближе и склонилась над ним. – Сначала нужно приподнять замок, а затем отогнуть пластинки.
Ее голова была очень близко к его лицу, он чувствовал ее пальцы у себя на груди, и на несколько секунд ему показалось, что он чувствует аромат ее шампуня. Удивительно, насколько лучше он себя почувствовал, уловив этот синтетический цветочный запах.
– Вот, готово!
Нора расстегнула пряжки, и ремни разошлись в стороны. Эйч Пи снял рюкзак и поставил его на пол. На всякий случай прислонил к ноге, чтобы почувствовать, если с ним что-то произойдет. После этого отклонился назад, помассировал затекшие плечи и воспротивился импульсу тут же закрыть глаза.
Электричка набрала скорость, и уже почти не было сил противиться этому мягкому укачиванию. Но Эйч Пи все-таки решил попытаться. Он обернулся к Норе. Та как раз в этот момент закладывала под губу снюс, поэтому он вежливо подождал, пока она закончит эту процедуру, и тихо произнес:
– Меньше чем через два часа мы будем в городе. Все, что нам нужно для того, чтобы с этим покончить, – компьютер и быстрый Интернет. В районе Сенной площади есть интернет-кафе, я пользовался им пару раз…
Нора кивнула, видимо, как раз в этот момент поправляя пакетик с табаком кончиком языка. Это удивительное движение поразило Эйч Пи настолько, что он почти потерял нить.
– Звучит неплохо, Эйч Пи. Так и поступим. А ты думал о том, что мы будем делать потом?
Он покачал головой.
– На самом деле, мне вообще плевать. Когда эти файлы выйдут в Сеть, «PayTag» потонет, как топор, и с большой долей вероятности потянет за собой и Гейм-мастера, и даже Игру целиком. Им нужно будет спасать свои шкуры…
– И ты думаешь, что тогда они возьмут и просто забудут о нас?
– Поживем – увидим… – Эйч Пи пожал плечами. – Так как насчет того, чтобы рассказать, как ты оказалась втянута во все это? – спросил он через несколько секунд, сам не зная зачем.
Закрыв табакерку, Нора медленно засунула ее в карман и, похоже, размышляла, что ответить.
– Это довольно долгая история… – сказала она наконец.
– В ближайший час я совершенно свободен, – ответил Эйч Пи и попытался изобразить свою самую обворожительную улыбку.
– Хорошо, но это будет укороченная версия. Нам обоим нужно немного отдохнуть… Дело было так. Я играла в гандбол на элитном уровне. Все шло прекрасно, даже взяли в сборную. Тренировки почти каждый день… – Он кивнул, чтобы показать ей, что ему очень интересно, и так оно и было на самом деле. – Я жила этим спортом, командным духом, духом соревнования. Но у меня случилась травма.
– Ой-ой…
Ему хотелось самого себя избить. Полный урод в том, что касалось эмпатии; все, что он смог из себя выжать, это «ой-ой». Но, похоже, Норе это было по барабану.
– Порвала связки в правом колене, и доктор объявил мне, что мой организм просто-напросто не перенесет таких серьезных нагрузок. А я уперлась и делала все, чтобы вернуться в большой спорт. Прошла все курсы реабилитации, но так и не смогла выйти на прежний уровень. Получив однажды травму связок, ты уже никогда не сможешь оклематься окончательно. Побывав среди лучших, я вернулась на средний уровень. При этом тренировалась еще упорнее, что, конечно, было полным идиотизмом. – Нора покачала головой. – В итоге травм у меня стало еще больше, а время, проведенное на скамейке запасных, – все длиннее. В конце концов я сама приняла решение бросить спорт, прежде чем меня выгонят… Не хотела никому предоставлять такую возможность; лучше вовремя уйти, нежели тебя унизят другие… во всяком случае, я так рассуждала. Теперь, по прошествии времени, это уже не кажется таким разумным… Знаешь, что такое ломки?
