Читать книгу "Волшебные искры солнца"

– Теперь ты спрашиваешь у меня, что делать? – мягко, но как-то хищно спросил Карл, надвигаясь на Полину, и она стала отходить к стене крохотными шагами.

– Ольга обманула меня, – прошептала Полина и все же осмелилась вновь поднять взгляд на Карла. – Я приму любое наказание, только помогите мне. Пожалуйста. Спасите Ярослава. А Настя… Она ведь нравилась вам.

– Мою ученицу обманула ведьма-адрианитка, – тихо-тихо проговорил Карл. – Какая ты жалкая, Полина. Кроме того, жалким ты делаешь и меня. Значит, за все это время я не смог ничему тебя научить. Ни колдовству, ни умению мыслить. Прискорбно.

Полина уперлась лопатками в холодную стену. Дальше отступать было некуда.

– Но самое главное, ты покусилась на мое, – Карл схватил ученицу за горло и сжал так, что она закашлялась. – Ты ведь знала, что Анастасия моя. Но ты все равно решила взять мое.

– Она не ваша, учитель, – выдавила Полина, глотая слезы, которые все так же текли по ее лицу. – Она встречается с моим Ярославом! Клянусь, они даже живут вместе!

Карл сжал ее шею еще сильнее, и в глазах девушки потемнело – воздуха не хватало. В какой-то момент она едва не потеряла сознание, но немец, поняв это, ослабил хватку.

– Какая же ты глупая, – в ярости проговорил он, с трудом удерживая себя от того, чтобы не задушить ученицу. – Маленькая, глупая и бесполезная. Анастасия – не просто девка, с которой мне хотелось развлечься. Она родная племянница Тимофея Реутова, и я собирался использовать этот чудесный факт. И она моя женщина. Я сам волен распоряжаться ею и решать, что с ней можно делать.

– Простите, учитель, – отчаянно зашептала Полина, – простите! Я не хотела… Только спасите Ярослава, вытащите его из зазеркалья!

Забывшись, она схватила Карла за руку, которой он все еще сжимал ее горло.

– Можете убить меня, но спасите его!

Карл с силой оттолкнул ученицу – так, что она упала прямо на журнальный столик, больно ударившись головой и расцарапав ногу об осколки разбившейся чашки.

– Иди в свою комнату, – велел он с презрением и ушел. А Полина так и осталась сидеть на полу, вытирая кулаками злые слезы. Боли в коленке она почти не чувствовала – боль внутри жгла сильнее.

Когда на ее плечо опустилась чья-то теплая ладонь, девушка вздрогнула. И сразу догадалась, кто это.

– Уйди, – хрипло сказала она Степану, который неслышно подошел к ней сзади. Но он не ушел, а помог ей подняться и усадил на кожаный диван. Увидев кровь на ее колене, он лишь вздохнул и вытащил аптечку, чтобы обработать рану. Чуть задрав платье Полины, он ловко протер рану антисептиком, остановил кровотечение и заклеил ее пластырем. Все это Степа проделал совершенно молча. Подобное было для него привычным делом – во время обучения магии они с Полиной часто получали раны и помогали друг другу, если раны были несерьезными. Над серьезными работала Фиалка или кто-нибудь из розианцев, которые часто бывали в этом доме.

– Будешь ужинать? – вдруг спросил Степа. Полина удивленно на него взглянула. Она ждала вопросов в стиле: «Что произошло?» – а он спрашивает ее совсем о другом. К тому же совершенно спокойно, только глаза уставшие и какие-то совсем взрослые – ни следа от былой мальчишеской насмешливости.

Полина молчала. Ее сердце глухо ныло.

– Уже ночь, но я приготовил твой любимый «Цезарь», – все так же спокойно продолжал Степа. – И купил выпечку из твоей любимой кондитерской. Осталось сварить кофе.

Полина подняла на парня злые заплаканные глаза. В голове все перемешалось, и хотелось кричать, стонать, выть… Но она молчала.

– Как ты можешь? – выдавила она.

– Что? – улыбнулся Степа, только улыбка у него вышла невеселой – скорее, обреченной.

– Как ты можешь оставаться таким милым после… – Полина запнулась, не решаясь продолжить. Кроме страха и ненависти она чувствовала вину. Глубокую и давящую.

– После того как ты соблазнила меня, чтобы украсть амулет? – усмехнулся парень.

– Откуда ты знаешь? – тихо спросила она.

– Я не дурак. И притворялся, что спал. Мне было интересно. Ты забрала кулон с кровью Карла и ушла к Ольге.

– Как?..

– Отследил по телефону, – пожал плечами парень. – Даже никакой магии не потребовалось. Но не беспокойся, я не сдавал тебя Карлу. А если он спросит, куда я дел амулет, я скажу, что потерял.

И после этого учитель накажет его. Сильно. И очень больно.

– Идиот! – вдруг взорвалась Полина. – Какой же ты идиот, Вшивков! Всегда таким был! Тошнотворный придурок! Козел! Урод! – она била его по плечам и груди, кричала что-то еще, а он молчал и терпел, словно давно перестал чувствовать боль. А когда Полина успокоилась и разрыдалась, просто обнял ее и гладил по спине, говоря, что все будет хорошо – про Ярослава и Настю он уже знал, случайно услышал ее разговор с учителем.

– Думаешь, Карл спасет Ярослава? – спросила вдруг Полина, отстранившись от парня, когда ее слезы почти высохли. При имени одноклассника Степа сглотнул. Понял вдруг окончательно, что Яр слишком сильно запал в душу Полине. Девушке, которую Степа любил, несмотря на ее отвратительный характер. И его любовь была безответной.

– Наверное. Или это сделают маги Ордена, на которых ты нарвалась. В любом случае, думаю, и Настю, и Ярослава спасут. А вот ты…

– Что я? – устало спросила Полина.

– Какое наказание Карл придумает для тебя? – тихо спросил Степа.

– Неважно.

– Ты так сильно любишь Зарецкого?

– Какая тебя разница? – огрызнулась Полина.

– Просто ответь, – упорствовал парень.

– Да. Сильно. До умопомрачения. Доволен?

– Почему? – вдруг спросил Степа, и этот простой вопрос поставил Полину в тупик. Потому она, резко встав, ушла в свою спальню. Не включая свет, она легла на кровать, невидящим взглядом уставившись в темное небо за окном. Что ей делать, Полина не знала.

– Проклятая Ольга, – прошептала она, сжимая кулаки. – Думаешь, я оставлю это просто так?

Ей вдруг показалось, что она слышит смех ведьмы.

Сна не было ни в одном глазу – спать не хотелось, да и вообще ничего не хотелось. Страх затаился где-то в глубине сердца, и Полину охватило чувство долгого беспокойного ожидания, а воспоминания душили так же, как и рука Карла, следы от пальцев которой все еще оставались на ее шее. Полина вспоминала Ярослава Зарецкого – он со школы был добр к ней и защищал. Относился не как другие – с уважением и отголосками нежности. По крайней мере, так казалось Полине.

Он – один из самых популярных парней школы, она – серая мышка и ботаничка. Отличный сюжет для комикса или книги. Однажды он сможет разглядеть в ней прекрасную девушку, и они будут вместе, несмотря ни на что. Однако в реальности все было иначе. Ярослав, хоть и относился к Полине лучше, чем другие парни, не обращал на нее внимания. Ее любовь росла, крепла, становилась болезненной, и в какой-то момент Полина даже решилась на приворотное зелье, взамен отдав часть своей магической энергии. Смешно вспоминать об этом, но продавцы черной энергии были розианцами, и спустя почти два года Полина стала одной из них.

Возможно, ее странные чувства к Ярославу были одержимостью, но Полина не хотела этого признавать. Она просто хотела получить того, о ком столько лет мечтала. Но не получила – его забрала эта чертова Мельникова, которая из практикантки по русскому языку превратилась в преподавателя по истории литературы.

Полина прикрыла глаза, вспоминая то, как Ярослав смотрел на Настю.

Сколько прошло времени, прежде чем Степан без стука зашел в ее комнату, девушка даже не поняла. Она все-таки заснула и очнулась тогда, когда в комнате было светло – оттого, что Степан тряс ее за плечо.

– Эй, проснись! Полина, пожалуйста, вставай! – встревоженно говорил парень. – Я узнал кое-что важное!

– Что? – распахнула глаза Полина. Вшивков был таким взволнованным, что она даже не стала на него кричать за то, что он ворвался в ее комнату без стука.

– Подслушал разговор розианца, который приехал с Карлом. В общем… – он закусил губу.

– Говори же! – резво встав, велела ему Полина, поняв, что случилось нечто важное.

– Он умер, – отрывисто сообщил Степа. Внутри у девушки все перевернулось. Мир стал черно-белым. Ноги ослабли.

– Что ты сказал?.. Ярослав?.. Умер?.. Не может быть. Нет, – потерянно прошептала девушка, поняв вдруг, что стены в комнате шатаются. И упала бы на пол, если бы не Степан, который вовремя подхватил ее.

– Ученик Ольги! Наверное, Карл убил его.

От сердца девушки отхлынула кровь. Не Ярослав, а Слава! Полина почувствовала облегчение, только вот ноги и руки все так же оставались слабыми. Такими слабыми, что она позволила Вшивкову посадить себя на кровать.

– За что Карл убил его?

– Не знаю. Да это и не важно. Важно другое. Черная королева велела Карлу явиться в «Багряные шпили», – продолжал взволнованно Степа. – Говорят, она вне себя от ярости. Кажется, учитель совершил какую-то серьезную ошибку. И еще я слышал, что… что тебя тоже хотят отправить туда, – в голосе Степана сквозил страх.

– Меня? – переспросила Полина, чувствуя во рту привкус железа. Теперь ей было не страшно – теперь она чувствовала ужас.

– Тебя. Этот тип, ну, розианец, находится в комнате Фиалки, а я проходил мимо и слышал, как он разговаривал с кем-то из замка. Сначала он говорил про Карла и про то, что Черная королева безумно зла на него. Я даже обрадовался. А потом он сказал фразу: «Я присматриваю за его учениками и по первому зову перенесу девчонку в замок».

Полина сглотнула.

– Ты ведь знаешь, что с тобой будет, если ты попадешь туда? – прошептал убито Степа. – Происходит что-то страшное.

– Из-за Ольги и ее ученика? Или… Из-за Затонских? – сама у себя переспросила девушка. Ей вдруг подумалось – а что, если Затонские узнали о том, что Настя попала в зазеркальное пространство? Ее покровитель пришел в ярость и попытался выяснить, что происходит. Вышел на Ольгу, та все спихнула на нее, Полину, добавила еще, что Карл убил ее ученика. Черная Королева узнала обо всем и пришла в ярость. Если так – дела плохи. Гнев главы «Черной розы» способны пережить далеко не все.

– Ты должна уходить, – решительно заявил Степа.

– Куда? – фыркнула Полина, пытаясь скрыть страх.

– Куда угодно. Происходит что-то серьезное. Как думаешь, что случилось с Фиалкой? – неожиданно спросил Степа.

– Она уехала в Германию, потому что ослабла после того ритуала, – неуверенно ответила Полина, вспомнив, как подставила ведьму. И нет, она не жалела.

– Нет, глупая. Она совершила ошибку, и Черная королева велела доставить ее в «Багряные шпили». Возможно, Фиалка в темнице. А ты знаешь, что происходит в темницах этого замка, – зашептал в отчаянии Степа. Полина знала. Черная королева была слишком жестокой. – Я не хочу, чтобы с тобой случилось то же самое. Тебе нужно бежать, чтобы выжить.

Полина закрыла слабыми руками лицо. Черт возьми, что происходит?! И что с Ярославом?

– Давай убежим вместе, – вдруг предложил Степа.

– Что? – переспросила едва слышно Полина.

– Ты и я.

Они взглянули друг на друга. В его взгляде была затаенная боль и решимость. Во взгляде Полины – злость и беспомощность.

– Пойдем со мной, – сказал Степа, встал и протянул ей руку.

– Куда? – усмехнулась Полина. – Они везде найдут нас.

– Не везде, – упрямо возразил Степа, не опуская руки. – Я знаю место. Там можно надежно спрятаться.

– Зачем бежать тебе? – встав, прямо спросила она. – Ты ведь можешь жить спокойней… без меня.

– Без тебя я не могу жить вообще, – едва слышно ответил он.

И тогда Полина все-таки взяла его ладонь – узкую и жесткую – в свою. Она хотела жить.

– Что мы будем делать? – поинтересовалась она, стараясь оставаться сильной и смелой, но на глаза снова наворачивались глупые слезы.

– Для начала уйдем из квартиры. Вырубим розианца. Возьмем кое-какие вещи Карла. И его деньги. Ему это все вообще может теперь не понадобиться, – вздохнул Степа.

Вместе с Полиной они вошли в комнату Карла, в которой царил идеальный порядок, и Степан забрал все те артефакты, к которым у него был доступ – защищенные Ротенбергером даже трогать не стал. Кроме того, он с легкостью открыл сейф, прячущийся за картиной, и вытащил оттуда все деньги. Довольно крупную сумму.

– Как? – только и спросила Полина, наблюдающая за парнем. – Как ты открыл его?

– Я же техномаг, – усмехнулся тот. – Механизмы слушаются меня. Может быть, я не такой умный, как Зарецкий, но в своем деле хорош. О, а что там за часы? – прищурился он, глядя в открытый сейф. – Следов магии не вижу, видимо, обычные. Из золота, брендовые. Можно будет толкнуть и…

– Не бери, – предостерегла его Полина и схватила за руку, чтобы Степа не успел дотронуться до часов. – Не знаю, что это, но чувствую отголоски магии нави. Лучше не дотрагивайся. Возможно, на них хорошо замаскированное смертельное проклятие или что-нибудь еще. Бери только деньги.

– Хорошо, – покорно кивнул парень и вымученно улыбнулся Полине. Она отчетливо поняла, что ему тоже страшно, и зачем-то взяла за руку.

От розианца они избавились просто, без помощи магии – Степа оглушил его ударом по голове и связал. Маг явно не ожидал, что ученики Карла Ротенбергера нападут на него, а потому был абсолютно беспечен.

– Сначала мы перенесемся на Монастырский остров, а оттуда я отправлю нас далеко-далеко, – пообещал Степа Полине. – Они не найдут нас. Никто. Ни Карл, ни Черная королева.

– Хорошо, – почти безразлично откликнулась девушка.

– Поцелуй меня? – вдруг попросил Степа. – Если можешь. И я…

Договорить он не успел – Полина привстала на носочки, взяла его лицо обеими ладонями и коротко, но крепко поцеловала. Степа улыбнулся и достал артефакт-телепорт.

– Все будет хорошо, – пообещал он и сдержал свое слово.

Сначала они оказались на Монастырском острове, потом, использовав более мощный телепорт, находящийся там – в другом городе, потом еще в одном и еще, а затем добрались до моря, оказавшись далеко-далеко от родного города. Знания, вложенные Карлом в Степу, не пропали даром – он действительно стал умелым магом прави, и Полина с отстраненным удивлением наблюдала за тем, кто ее всегда так раздражал.

– Думаешь, нас здесь не найдут? – спросила она, стоя на теплом песке у ночного моря – его волны плавно накатывали на берег, а где-то далеко ярко светились огни курортного городка. В родном городе стояла сухая осень, срывающая с деревьев листья, а здесь было тепло и влажно, и в какой-то момент Полине показалось, что они перенеслись в лето.

– Найдут, – глухо отозвался Степа, сидя на песке чуть поодаль. На его коленях лежал ноутбук, и пальцы парня быстро что-то печатали. Полине нравилось, как звук клавиш клавиатуры сочетается со звуком морского прибоя.

– Тогда зачем мы здесь? – устало спросила девушка и опустилась на песок рядом с ним.

– Чтобы немного запутать следы. Сейчас я закончу, и мы попадем туда, где найти нас будет очень сложно, – пообещал Степа, не отрывая взгляд от монитора.

– И куда же? – недоверчиво спросила Полина.

– В мир, который я создаю, – вдруг улыбнулся парень. – Этому меня научил техномаг, который однажды приезжал к Карлу. Карл не знает об этом – его тогда не было с нами две недели. А я не говорил ему – хотел дописать программу и показать, что получилось.

Полина нахмурилась – это казалось ей глупостью. Однако на рассвете, когда Степа закончил, она убедилась в обратном.

Когда небо над морем окрасилось в алый цвет – словно на него пролилась чья-то кровь, Степа активировал программу. Воздух перед ними зарябил, замерцал, стал слабо искриться, и Степа уверенно взял Полину за руку.

– Идем, – сказал он. – Мой мир ждет нас.

– Ты уверен в себе? – внимательно посмотрела на него бледная Полина. – Мы сможем оттуда выйти?

– Конечно. Просто доверься мне, Маслова. Хотя бы раз в жизни. Я не хуже его, – вдруг с горечью сказал Степа. – Не хуже твоего Ярослава.

– Сомневаюсь, – гордо вскинула подбородок Полина, но потянула его ко входу в только что появившийся из ниоткуда мир.

Сквозь мерцающий воздух они прошли безо всяких проблем – обоим показалось, что их окунуло в ментоловую воду, и тело охватил приятный мятный холод, однако это ощущение почти тотчас исчезло.

Мир Степана Вшивкова не слишком отличался от берега, на котором они провели ночь. Все то же синее море, песчаный берег, кровавый рассвет. Вдалеке даже виднелся тот самый курорт.

– Я взял за основу пейзаж, который был вокруг нас – для того, чтобы скорее закончить программу, – пояснил Степа, не отпуская руки Полины, которая осматривалась по сторонам. – Но кое-что добавил.

Этим кое-чем оказался большой двухэтажный коттедж на берегу, из которого можно было попасть в прекрасный цветущий сад. За садом начиналось поле, и запах разнотравья причудливо смешивался с соленым морским ароматом. Полина с удивлением осматривала и дом, и сад, и поле, и не могла понять – иллюзия это или реальность? Все было как настоящее.

– Как ты это сделал? – потрясенно спросила девушка, дотрагиваясь до поверхности стола в доме. Здесь было уютно и прохладно – работал кондиционер.

– За основу взято создание Петли – личного пространства мага или ведьмы, – пояснил Степан, улыбаясь – реакция девушки очень ему нравилась. – Но обычно его создают с помощью артефактов. А мы, техномаги, можем создавать с помощью компьютеров и собственной силы, моделируя реальность и переносясь туда. Я работал над этим проектом очень долго и никак не мог завершить. Однако сегодня понял, что мы можем спрятаться именно здесь. И за ночь успел все доделать. Главное – это мотивация, – рассмеялся он. – Единственный минус – нам придется изредка пополнять мою энергию, выходя в реальный мир, и искать источники силы. И да, еще покупать воду и продукты – я не умею создавать их. Мы переждем здесь, в этом убежище, а потом… Потом пойдем в Орден.

– К адрианитам? – скривилась Полина. – Нет. К этим крысам я не пойду.

– Нам нужно будет найти сильного покровителя, – возразил Степа. – Ты же понимаешь, что прятаться вечно мы не сможем. Я предложу князю свои услуги – может быть, ты не заметила, но техномагов не так уж и много. И пусть я пока что только ученик, у меня неплохой потенциал. Даже Ротенбергер признавал это.

Полина с раздражением взглянула на парня. Это действительно было так. Поначалу Карл почти не обращал внимания на Степу, словно тот попал в его ученики случайно. А потом все же разглядел в нем что-то и стал активно с ним заниматься, время от времени приглашая техномагов – в сфере прави Карл ничего не смыслил.

– Я не пойду к адрианитам, – упрямо повторила Полина, которая впитала в себя словно губка ненависть розианцев к Ордену.

– Если хочешь жить – пойдешь.

Полина вдруг рухнула на диван и закрыла лицо руками.

– Как же Ярослав? – прошептала она в отчаянии. – Жив ли он?..

– Его вытащат, – сел рядом с ней Степа. – В подъезде Настиного дома были адрианиты – а они не оставят их умирать. Интересно, что они там забыли?

– Без понятия, – прошептала Полина. Она не знала, что в скором времени «Черная роза» инсценирует ее смерть. Но точно знала, что ее хотят убить.

За тяжелыми мыслями и мерным дыханием моря Полина не заметила, как наступил рассвет и в комнате стало светлее.

– Ты снова не спишь? – раздался голос Степана. Она вздрогнула и обернулась. Степа стоял позади в одних только бриджах – высокий и загорелый. Солнце в его виртуальном мире пекло так же сильно, как и в реальном. А море было таким же ласковым.

– Снова, – согласилась Полина и вздрогнула, когда горячая ладонь парня оказалась на ее обнаженном плече. – Убери, – попросила она, но Степа не послушался и сильнее сжал ее плечо.

– Ты должна нормально спать и есть, тебе нужно набираться сил, – хмуро сказал Степа.

Полина сама убрала его руку, и парень сел рядом с ней.

– Я беспокоюсь за тебя.

– Лучше беспокойся за себя.

– Послушай, ты…

– Нет, это ты послушай, – резко перебила его девушка. – Я не знаю, что с Ярославом. Жив он или нет. Я даже дышать не могу нормально, думая, что это я убила его! Знаешь, каково это – убить того, кого любишь?! Я хотела отдать за него свою жизнь, но в итоге отобрала его! – закричала она, понимая, что не может контролировать свои эмоции. – Нет, ты ничего не понимаешь!

– Да, именно из-за того, что я ничего не понимаю, я поставил на кон свою жизнь, – вспылил Степа.

– Значит, это я виновата? – вскочила на ноги Полина. Ее глаза горели злостью. – Я не просила тебя спасать меня! Я тебя никогда ни о чем не просила, придурок! Очнись, Вшивков. Это ты захотел поиграть в благородного рыцаря, это ты выдумал этот план. Может быть, ты мне вообще соврал! – хрипло засмеялась она. – Сказал, что слышал разговор, чтобы испугать, чтобы утащить меня с собой и быть рядом. Только ты и я. Давай будем честными – ты ведь сохнешь по мне. И в те редкие моменты, когда я бываю добра с тобой, ты готов сделать все что угодно. Ты жалкий, Вшивков. У тебя нет гордости.

– Да, – чужим приглушенным голосом согласился Степан. Его лицо потемнело от сдерживаемого гнева, и внутри разразилась настоящая буря. – У меня ничего нет. Ни гордости, ни мозгов, раз связался с тобой, Маслова.

– Рада, что до тебя это все-таки дошло.

– Значит, я такой урод, да? – сощурился парень. – Соврал и специально увел тебя из дома Карла, чтобы быть с тобой?

– Ты ведь мечтаешь об этом, – усмехнулась Полина.

– О’кей, думай, как хочешь. Можешь возвращаться, – Степа резко встал, схватил со стула висевшую на нем футболку, перекинул через плечо и вышел из дома, оставив Полину в одиночестве. Она глубоко и часто дышала, крепко сжимая кулаки – контролировать себя у нее получалось не всегда. И сейчас Полина хотела вцепиться в лицо Степы ногтями – так была зла и расстроена. Она видела из окна, как он вернулся обратно в реальный мир – время от времени им приходилось делать это. И то, что Вшивков так легко бросил ее, ужасно разозлило девушку. В ярости, плавящей сердце, она разбрасывала вещи по комнате, кричала, плакала, звала Ярослава. Это продолжалось некоторое время, а потом, словно по щелчку пальцев, эмоции пропали, и Полина, почувствовав себя пустой внутри, вырубилась – забылась долгим сном.

Она проснулась на закате – резко распахнула глаза, часто-часто дыша. Видимо, ей снился какой-то плохой сон, но какой именно, она не помнила. Ощущала лишь едкую, разрывающую надвое боль внутри, а еще – тревогу.

Степан так и не вернулся. И если сначала Полина думала, что он придет – он ведь всегда приходил, то потом, когда на небе стали видны мерцающие южные звезды, ее уверенность в этом пропала. Вшивкова все не было и не было. Ночь становилась темнее, гуще, зловещее. Подул холодный ветер, где-то далеко загрохотал гром, и фиолетовые молнии забили над горизонтом – с моря надвигалась гроза.

Когда-то давно, в жалкой человеческой жизни, когда Полина была обычной девушкой – скромной и замкнутой, она очень боялась грозы. Каждый раз, когда она видела молнии и слышала громовые разряды, ей хотелось спрятаться под одеяло, как маленькому ребенку. Но получалось это далеко не всегда – если рядом была мать, Полине приходилось сдерживать свой страх. Мать очень любила ее, однако была волевой и жесткой женщиной и очень хотела, чтобы дочь была похожа на нее. В их маленькой семье не принято было обнимать друг друга, говорить теплых слов и даже обедать вместе получалось редко – мать была занята на работе. Может быть поэтому, живя в достатке, Полина не чувствовала себя нужной. Никто не мог успокоить ее во время грозы и сказать, чтобы она не боялась. При маме нужно было делать вид, что она сильная и ей ничего не страшно, а при отце… Полина не помнила, когда видела его в последний раз. Вместе с другой семьей он жил где-то в Испании – там у него был свой бизнес. Отец звонил ей раз в два месяца и присылал деньги, но Полина не слышала, чтобы хотя бы раз он назвал ее дочерью. Зато видела в социальных сетях его фото с дочерьми от другого брака, которые он подписывал так: «Я – самый счастливый отец» или «Я и мои принцессы». Когда-то давно Полина даже плакала, видя это – она ведь тоже была его принцессой. А потом, став ведьмой, забыла обо всем этом. Зачем ей нужен отец, если у нее есть сила?

Комнату ярко озарила вспышка молнии, и Полина вздрогнула, почувствовав новый приступ страха, сковавший ее по рукам и ногам.

– Ты не должна бояться, – прошептала девушка зло, – ты ведьма. Ты…

Ее прервал гром, который, казалось, прогрохотал прямо над домом, и Полина, вздрогнув, зажмурилась, чувствуя, как отчаянно колотится сердце. Ей безумно хотелось забраться в кровать, укрыться одеялом, как в детстве, забыться, но она не делала этого. Сидела на полу и смотрела в окно, за которым гремела гроза. От каждого всполоха молнии, от каждого грохота грома внутри девушки все сжималось, однако она не пряталась, не закрывала глаза и уши.

Степы все не было, и постепенно до Полины стало доходить, что он ушел – действительно ушел, оставив одну, и теперь она сама должна распоряжаться своей жизнью, остаться или вернуться.

Прислонившись спиной к стене, Полина все так же смотрела в окно, за которым бушевала непогода, слушала, как по крыше и окнам колотят косые струи дождя, и смотрела на огромные пенистые волны, обрушивающиеся на берег. Страх сковал ее, обездвижил, но девушка проверяла себя на прочность – сможет ли подчинить этот страх себе?

– Ты ведь ведьма, – словно строку из заклятия шептала Полина, не замечая редких слез на своем лице. – Ты сильная. Не такая, как они…

Степа все-таки пришел. Когда гроза улеглась, дверь распахнулась, и на пороге появился он – промокший насквозь и уставший. Лицо парня было бледным, а светлые глаза лихорадочно блестели.

«Вернулся!» – с каким-то отстраненным торжеством подумала Полина, чувствуя, как на смену страху приходит обида. Он просто кинул ее во время грозы, этот самодовольный придурок! Решил, что может играть ею? Уходить и приходить, когда вздумается? Нет, с ней такое не пройдет.

Она демонстративно отвернулась в сторону. Он будет просить прощения на коленях. И тогда, может быть, она простит его.

– Зарецкий жив, – только и сказал Степа.

– Откуда ты знаешь? – широко распахнула глаза Полина, подойдя к парню.

– Вернулся в наш город и увидел его издалека. Собственными глазами. Он жив, – едва слышно повторил Степа и покачнулся. А в следующее мгновение упал.

Он все-таки оказался перед ней на коленях, не в силах стоять на ногах. И только тогда Полина увидела на его футболке кровь, стекающую на паркет.

Степу ранили.

***

Меркурий отвез меня к Ярославу – не знаю почему, но мне казалось, что с ним что-то случилось. Ожившая Полина могла вернуться к тому, от любви к которому сходила с ума, и сделать с ним что-нибудь. Она ведь не в себе, да и чувствует себя безнаказанно, думая, раз она ведьма, то ей все можно. Однако когда я приехала к Зарецкому, то встретила его около дома – он шел с прогулки вместе с псом, который узнал меня и, обнюхав, потребовал, чтобы я погладила его. Телефон Ярочка с собой не взял. Видите ли, забыл. Так и хотелось сказать ему: «А голову ты свою не забыл?» – но я сдержалась.

– Соскучилась? – ухмыльнулся Яр, обнимая меня и целуя в щеку. Он был в спортивном костюме, с растрепанными волосами, и мне казалось, что от него пахнет летним теплым солнцем.

– Разумеется, нет, – соврала я.

– По мне даже не скучают. Понятно. Теперь все ясно. Бедный-несчастный я, – тяжело вздохнул он. – Идем, Сэт. Эта злая женщина нас не любит.

Я закатила глаза. И зачем только я о нем волновалась?!

– Зарецкий, стой. У меня важные новости.

– Ты что-то узнала о кольцах? – мигом изменилось у него лицо.

– О Полине Масловой. Она жива.

Я рассказывала ему то, что узнала от Меркурия, а Яр внимательно слушал. Под конец он вымученно улыбнулся.

– Хорошо, что Полина жива, – признался он. – Но где она? Что с ней?

– Этого не знаю. Меркурий не сказал.

– Тогда узнай, – потребовал Зарецкий. – И чем быстрее, тем лучше.

Я прищурилась.

– Волнуешься за свою любовь?

– Не говори глупостей, Настя. Я волнуюсь за человека, которого знал много лет.

– И который тебя приворожил, – добавила я, чувствуя непонятную злость. Зарецким делиться не хотелось. В конце концов, он же не пирог, чтобы им делиться.

«Мой маленький пирожок, – добавил голос моей темной половины. – И я его съем сама».

– Какая теперь разница? – пожал плечами Ярослав. – Я больше ничего к ней не чувствую. Но чисто по-человечески мне ее жаль. Вот и все. И я все так же ничего не понимаю.

Мы погуляли вместе, и Яр потащил меня к себе домой, где был только Егор – родители уехали на дачу. Хотя я планировала вернуться к себе, время до самого вечера провела в уютном доме Зарецких. А потом Ярослав, словно благородный рыцарь, снова отвез меня домой, и мы долго целовались, стоя перед моим подъездом.

На следующее утро я проснулась с ощущением надвигающейся беды и долго не могла понять, в чем дело. Ночью мне снова снился все тот же странный сон о пожаре, который разгорался вокруг меня, одетой в старинные славянские одежды, и я не могла понять – тревога внутри поселилась из-за этого сна или из-за того, что с кем-то из моих близких действительно что-то случилось. Раньше я обращала мало внимания на подобные вещи, однако знакомство с загадочным и опасным миром магии изменило мое отношение к интуиции. А может быть, во всем был виноват страх.

Я методично обзвонила всех, кого считала своими людьми, но трубку не брала только Ранджи. Ну, и понятное дело, Темные силы, который возомнил себя не просто эзотериком, а настоящим колдуном.

Ярослав спал – так крепко и сладко, что рассердился. Видите ли, он только сомкнул глаза, а тут нехорошая я его подло разбудила.

Дан находился в душе и громко пел. Алсу спала, но с ней все было в порядке. Женька тусовался с какими-то своими друзьями, и они даже еще не ложились спать, а моему звонку он безумно удивился. С Лесовской тоже все было замечательно – я позвонила еще и дяде Тиму, который не слишком обрадовался моему звонку и первым делом решил, что это со мной что-то случилось.

– Все в порядке, – заверила я его.

– Тогда зачем звонишь? – хмуро поинтересовался он хриплым со сна голосом – видимо, в воскресенье утром спят даже крутые бизнесмены, связанные с не менее крутыми магами.

– Просто хочу узнать, все ли в порядке.

– Более чем. Что еще ты хочешь узнать в семь утра?

– Уже четверть восьмого, – во всем любила я точность.

– Тим, что-то произошло? – отчетливо раздался на заднем плане голос моей бывшей подруги.

– Ничего. Спи, – отрывисто ответил дядя, и я нервно рассмеялась.

– Причина веселья? – спросил он резко. – Или тебе весело из-за того, что ты меня разбудила?

– Мне весело из-за того, что ваша любовница – моя некогда лучшая подруга, – дерзко отозвалась я. – Нахожу это забавным.

– Мне кажется, ты совсем перестала меня бояться, – задумчиво сказал дядя Тим.