Читать книгу "Сын Президента"

8. Я знал, что миру конец

С восьми лет я знал,

Что миру настанет конец

В дуэли великих держав.

С восьми лет я знал,

Что человек все равно затеряется в мгновении Истории.

Одетый в резиновую рубашку и сапоги

Я увидел остров Пасхи в Тихом океане

Где прошли ядерные испытания.

Вы не в курсе где теперь находится остров Пасхи?

Current Music – Ultra bra – Kahdeksanvuotiaana

Лето закончилось. Это означало, что начался новый учебный год и политический сезон. Люди вернулись в город из летней спячки по дачам и турциям. Семья президента стабильно собиралась за завтраком, после чего разъезжалась на работу и учебу. За первую неделю осени они так к этому привыкли, что уже и не знали, как жить без ежедневного совместного завтрака. Собирались и делились своими планами на день, рассказывали чего ждут от нового дня. Как-то неожиданно Волковы вдруг стали настоящей семьей. Даже Сашка старался избегать едких замечаний насчет обмана избирателей и демократии в свете предстоящих выборов с участием псевдоблизнеца Волкова.

В то утро Дмитрий Волков проснулся в особенно хорошем расположении духа. Вчера он получил данные от трех разных компаний, проводивших в стране социологические опросы. Как он и думал – электорат купился на подлог. «Преемник» Волкова показывал стабильно высокий результат. Соперники даже не могли мечтать – его бы попросту не было. Этой новостью он и поделился с родственниками за столом:

– Наш проект, кажется идет к победному завершению, – сказал Волков разрезая кусочек копченой севрюги, – все социологи дают нам минимум 80 процентов.

– Они не слишком ли оптимистичны, – засомневался Сашка, – сколько у тебя было на прошлых выборах?

– Семьдесят, – сказал Волков и отправил рыбу в рот.

– Иными словами, – задумчиво произнесла Полина, – все останется как есть еще на пять лет?

– А потом я спокойно займу это кресло официально.

– А чем будет заниматься твоя официальная часть, пока будет править твой брат? – не унимался Сашка.

– Я об этом не задумывался, – сказал Волков, – может пойду в премьеры. В конце концов, я все равно весь свой срок делал работу за двоих, так как мой экс-премьер никуда не годился.

– Не боишься запутаться? – спросил Максим, – как Труффальдино?

– А что там путаться, – махнул рукой Волков, – я знаю эту работу на «отлично».

– Полина, – решил сменить тему Сашка, – а что у тебя в итоге с этими новыми моделями?

– Ничего, – ответила Полина, – я думаю, что следует подождать.

– Зачем? – удивился Максим, – мне они очень понравились.

– И Женя Сулянина их одобрила, – вставил Сашка. Волков резко метнул свой взгляд на сына, но после резко вернулся к еде. Полина заметила маневр мужа и подала ему беззвучный сигнал.

– Ребят, – сказала Полина, – я глубоко ценю ваш вкус, но сейчас только начало сезона. Надо чуть потерпеть. Самую малость.

– Ты не хочешь рисковать, – сказал Сашка, – боишься диктовать другим свои условия?

– Опять ты за свое, – сказала Полина, – я не хочу сесть с этими эскизами в лужу. Лучше расскажите, что у вас в университете сегодня?

– Да, – вдруг вспомнил Сашка, – я сегодня допоздна задержусь там, так что не ждите меня к ужину. У меня очень важная встреча, я готовлюсь к семинару по политической журналистике, – Сашка смерил отца неожиданным взглядом, который успел подметить Максим. Сам Волков ничего необычного не заметил. Он только вставил свою озадаченную реплику:

– Не думал, что у вас такие предметы сразу на первом курсе идут…

– Это не учебное, – выкрутился Сашка, – я записался на факультатив. Никогда не повредит.

– Тоже верно, – сказал Волков.

От когда-то острого взгляда разведчика, которым нынешний президент был во времена бурной молодости, самым нещадным образом был скрыт весь подтекст происходившего в тот день. Огромный кейс, с которым Сашка садился вместе с Максимом в свою машину был удостоен только одной фразы:

– Он такой тяжелый у тебя, там что – кирпичи? – спросил Волков.

– Нет, – съязвил Сашка, – как раз это и есть та самая политическая журналистика, – после чего бросил кейс в багажник автомобиля и сел на заднее сидение скомандовав шоферу:

– Едем.

Волков проводил автомобиль взглядом, совершенно не подозревая, что именно этот кейс и станет отправной точкой той сумасшедшей ночи, которая всем им предстояла.

В машине Максим удивленно спросил Сашку:

– А что ты сделал, если бы он попросил ему эти бумаги показать?

– Не знаю, – пожал плечами и улыбнулся Сашка, – я бы выкрутился. Но я знал, что он не полезет. Для него сейчас только эти выборы важны. А сможет ли он в них принять участие, еще вопрос. Ведь такого громкого разоблачения еще не знала история этой Большой страны. Ты сегодня увидишься с Женей?

– Да, – сказал Максим, – мы собирались с ней вечером пойти поужинать вместе.

Максиму вспомнился их недавний разговор с Женей, в котором они обсуждали действия Сашки. Женька тогда очень спокойно высказалась насчет его предстоящей мести:

– У него все равно ничего не выйдет. Пока твой брат не станет принимать реальность такой, какая она есть – ничего у него получаться не будет. Ну сам посуди, какая газета в нашей стране решится опубликовать такую статью. Я думаю, что никто не осмелится. Единственное, что меня беспокоит, что в этой возне идеалист Сашка может погубить другого идеалиста.

– Этого Олега?

– Его самого. И если самому Сашке никак не перепадет за этот финт ушами, то вот журналиста Любимова ваш папуля может разодрать в щепки. Если, конечно, не решит, что это не царское дело, возиться с такой пустышкой. Для Сашки, разумеется, второй сценарий будет идеальной развязкой, так как он не станет тем самым прямой причиной гибели этого журналиста или его травматизации.

– Он не примет это за свою вину. Сашка спишет это на отца и еще больше на него обозлится.

– Да, – всплеснула руками Женя, – я же совсем забыла, что речь идет об отце и сыне, которые еще и похожи характерами.

– Ты даже не представляешь, насколько.

– С другой стороны, для нашего юного мстителя это будет отличным уроком, не так ли?

– Но ведь Олег может погибнуть…

– Ну так Сашка же у нас Сын Президента. Значит, ошибки и жертвы у него должны быть президентского калибра. Думаю, что у вашего отца не один такой нечаянный труп в биографии болтается. А с десяток…

От воспоминаний Максима отвлек Сашка:

– А вы собираетесь хотя бы ее маме сказать, что встречаетесь столько времени?

– Мы об этом думали, – ответил Максим, – но она же сейчас в отъезде. У нее заказ в одном курортном городе.

– Хорошо ей, – сказал Сашка, – пока мы тут месим грязь, она греется там…

– Не думаю, что у нее есть время, – усомнился Максим, – с ее помешанностью на работе – никакого солнышка. В этом она точная копия нашей мамы.

– Эх, мама, мама, – вспомнил Сашка, – ведь просто боится делать эти модели, так как рисковать не хочет. Ну ничего, я ее еще уломаю.

– Потому что модели и правда очень необычные. Она может задать тон целому направлению.

– Но перестраховывается. В этом ее проблема, в общем, как и всех других наших людей из бизнеса. Не хотят рисковать…

Разговор о новых моделях Паулины Вульф мог продолжаться бесконечно. В университете братья разбрелись каждый по своим корпусам и после занятий пересекаться не планировали. Сашка после своих лекций предпочел взять такси и уехать в восточный район, для давно запланированной встречи. Олег Любимов сидел за столиком неприметного кафе и уже ждал его. Сашка плюхнулся на свое место и бросил на пол кейс:

– Решительно тебя приветствую, – сказал он расслабленно, – здесь подают что-нибудь съедобное?

– Попробуй их выпечку. Рекомендую чебуреки, – ответил Олег, – ты принес, что обещал?

– Разумеется, – сказал Сашка и нырнул под стол. Вскоре грузная папка синего цвета оказалась на столе, – можешь оценить мои труды по курсу «Политическая журналистика».

– Какая хорошая курсовая работа, – принял игру Любимов, перелистывая страницы, – а что, ты умеешь работать, – а про себя Олег представлял сколько шума наделают эти бумажки.

– Я старался, был прилежным учеником и следовал всем ценным наставлениям моего учителя. Кроме того, объект моей работы вел совершенно расслабленный образ жизни. Так что собрать все это не составило особого труда. Все всегда валялось на самом виду – бери, не хочу.

– И никто ничего не заподозрил?

– Он свято уверен в том, что мы все хором приняли его правила игры. Потому и вел себя так беспечно, – спокойно объяснил Сашка, – он даже искренне поверил в то, что у нас дома царит настоящая семейная идиллия. Ты бы видел эти семейные завтраки по утрам и обсуждения политической ситуации вокруг его брата-близнеца.

– По этим бумагам видно, что никакого брата не существует, – Олег взял в руки контракт и пробежал его глазами, – как минимум эта бумажка. Бомба ведь.

– Атомная, – прошептал Сашка, – теперь главное, чтобы все это веселье поскорее оказалось в нашей замечательной прессе. И как раз это уже твоя часть договора. И кстати, если твой редактор будет артачиться, предложи ему денег. Я оплачу.

– Откуда ты их возьмешь, – изумился Олег напору Сашки.

– Сниму со своей карточки. Туда регулярно падают круглые суммы, так как папочка знает о моих драконовских запросах для растрат в книжных магазинах.

– Такую сумму книжным магазином не объяснишь, – засомневался Олег.

– Предоставь это мне, хорошо? – ответил Сашка, – я уже достаточно изучил его уклад жизни и прекрасно знаю, что он не будет подсчитывать мои траты. Потому что на последний мой поход в книжный из которого я привез три огромных сумки, он удивился, сказав, что думал, что я потратил значительно большую сумму.

– Ну если все так обстоит, тогда я молчу, – ответил Олег.

– В таком случае, – сказал Сашка, – я сейчас подкреплюсь и раскланяюсь.

Подали заказанные чебуреки, и сын президента занялся обедом, а Олег углубился в чтение документов. С каждым новым словом, следующей бумажкой он поражался, насколько была просчитана эта интрига, предусмотрена любая мелочь:

– И ведь всех свидетелей предусмотрел, – сказал Олег, не отрываясь от бумаг, – никого не опросишь.

– Зато там дальше есть диск с записями телефонных разговоров, – сказал Сашка, – его телефонную линию со стороны не прослушать, а вот внутри квартиры – просто счастье – слушай не хочу.

– Как ты это сделал?

– Брат помог. Он собрал эту несложную штуку, которую выкачал из интернета. А ты думаешь наш парламент просто так ратует за то, чтобы блокировать сайты с сомнительным содержанием?

– Но в их законе вроде бы говорилось про детскую порнографию, сайты про самоубийства и тому подобное…

– Лучше бы ты сам почитал их творчество, честное слово. По такому закону можно запретить любой сайт с голыми младенцами и половину школьной программы по литературе во главе с «Анной Карениной». А ты мне поверишь, я же в ней только эту самую сцену самоубийства и читал. И то, никакого мяса – сплошное описание колес и вагонов.

– Да уж, – пролепетал Олег, – я совсем отстал от жизни за эти месяцы.

– А о чем же ты писал все это время?

– О культурной жизни. Выставки кошек, светские рауты. Короче то, что с политикой никак не соприкасается.

Сашка закончил свою трапезу:

– Они были чертовски вкусными, но сейчас мне надо домой. Есть задание по учебе, которое нельзя откладывать в долгий ящик.

Сын президента бросил Олега в кафе, а сам, с уже полегчавшим кейсом отправился к метро. В последний момент передумав ехать на такси, он спустился в метро. Там ничего не изменилось с июня. Все те же люди, те же модные книжки и отсутствие мест для сидения. Хорошо хоть давки не было.

Дома Сашка встретил в гостиной Волкова, который просматривал что-то на своем планшете:

– Ты уже вернулся с факультатива? – крайне удивился он, – я думал, ты проведешь там больше времени.

– Я тоже так думал, – ответил Сашка, – но обстоятельства изменились, и я отдал все свои наработки преподавателю. Мы собирались списаться по интернету вечером, и он мне выскажет все свои пожелания, и я исправлю ошибки. У меня же есть электронная копия.

– Это хорошо. Послушай, – жестом пригласил Волков сына, – присядь. Мне нужно с тобой кое-что обговорить.

– Я только занесу кейс в комнату и переоденусь.

– Даю тебе три минуты.

Сашка выполнил это указание за четыре с половиной и вернулся в гостиную. Он сел напротив отца и приготовился слушать:

– Я хотел поговорить с тобой об одной очень важной вещи. В настоящее время, ты же знаешь, мы готовимся к некоторым переменам, хотя, по сути, ничего особо не должно будет измениться. По крайней мере для нас. И именно сейчас я задумался о том, какое будущее ждет нас всех. Это меня особенно тревожит и беспокоит…

Бессмысленная тирада Волкова, в которой он активно пережевывал одни и те же понятия, использовал новые эпитеты говоря об одном и том же длилась минут десять. К конструктивной части он подошел неспешно, но это все-таки произошло:

– …и в условиях нарастающего кризиса и возможных преобразований я думал о безопасности нашей семьи и того, что мы должны держаться вместе с нашими союзниками и друзьями.

– Папа, – устал от слов Сашка, – чего конкретно ты хочешь?

– Скажи, ты знаком с Женей, дочкой Марата?

– Спрашиваешь, – удивился Сашка, – конечно. Мы дружим. Иногда ходим вместе обедать. У нас соседние корпуса, – он сам удивился, что не проболтался об отношениях Жени и Максима.

– Вот о ней и будет разговор. Скажи, она тебе нравится?

– Я не думал об этом.

– Тебе придется об этом подумать. Мы много говорили об этом с твоей мамой, с Маратом… Мы хотим, чтобы вы до конца года сыграли с Женей свадьбу.

– Пардон?

– Мы запланировали династический брак. Это определенно укрепит наши позиции.

– Но… Я же… Мы же просто друзья.

– Попробуй видеться с ней чаще, – сладко проговорил Волков, – узнай ее получше. Сделай первый шаг, чтобы она не подумала, что этот союз задуман искусственно.

– А… А потом?

– А там видно будет.

Сашка всерьез пытался сдерживаться, потому что сейчас все слишком зависело от его поведения. Взорвись он сейчас, то потом провалит весь свой план с публикацией статьи про заговор. С другой стороны он предаст этим Максима и дружбу Жени. Нет, – подумал Сашка и все рационально взвесил, – пусть старая вешалка искренне считает, что я проглотил это и готов сыграть в династический брак. Но я сегодня же расскажу обо всем Максиму и Жене. Они должны знать, что задумали папочки. А на статью. А плевать на нее. Идти напролом до конца:

– Хорошо, папа, – сказал Сашка не менее сладко, – я попробую видеться с Женей чаще. Обещаю тебе.

– Есть будешь? Регина приготовила отличный обед?

– Нет, я поел в городе.

Сашка удалился в комнату и упал на диван. Ему срочно нужно было с кем-то поговорить. И кроме Жени и Максима это не мог быть никто, так как они просили сохранить их роман в тайне. Что же теперь делать?

Он включил музыку и заиграла финская песня. Она повествовала о том, что мир будет разрушен в дуэли сверхдержав, а от острова Пасхи ничего не осталось после последних ядерных испытаний. Песня отлично гармонировала с ситуацией, в которую угодил Сашка. Куда идти дальше и как вытерпеть. И промолчать. Игра с таким маленьким числом союзников только выводила из себя. Сашке не нравилось, что сейчас он вынужден сидеть и ждать, связанный тайной Максима. Он не может поговорить даже с Региной.

Братец появился дома спустя полтора часа. Он выглядел очень довольным и явно провел в обществе Жени множество приятных и романтических минут:

– Я тебя заждался, – сказал Сашка упавшим голосом, – ты что-то долго.

– Ничуть, – удивился Максим, – я пришел точно в срок. Это ты что-то рано появился. Ты виделся с Олегом?

– Да. Я все ему передал. Бомба взорвется завтра скорее всего. Я пообещал ему оплатить молчание редактора.

– Тогда почему ты такой взвинченный?

– Вернувшись я встретил нашего папочку и провел с ним двадцать минут в дивной беседе.

– Не понимаю, – сказал Максим, – с каких пор его речи тебя раздражать начали.

– Потому что он на сей раз только начал разговор с разглагольствований об общественном благе, а потом вывалил на меня словно ушат кипятка вопрос о том, знаком ли я с Женей, нравится ли она мне и так далее.

– И ты? Ты не сказал ему о нас, – Максим заметно нервничал.

– Конечно нет, ты меня за кого принимаешь.

– Но. Зачем ему потребовалось это все знать? Он что-то заподозрил?

– Да нет же. Все гораздо хуже. Он с другом Маратом придумали династический брак. Они хотят, чтобы я поухаживал за Женей, понравился ей. Папа заявил, что мы с Женей должны сыграть свадьбу до конца года. Это якобы укрепит их царственный авторитет.

– И не даст его фамилии затеряться из светской хроники. Чтобы все помнили и одобрили такой союз…, – Максим опустился на кровать, – значит они запланировали брак… И что ты будешь делать?

– Я сказал ему, что попробую. Я не мог ему сегодня закатить скандал. Завтра выйдет статья и это будет слишком очевидной местью. Мы же не ссорились уже достаточно давно.

– И ты будешь ухаживать за Женей? – опустил голову Максим, – чтобы твоя месть не сорвалась?

– Нет, – отрезал Сашка, – сейчас брат и близкая подруга мне важнее мести. Мы должны встретиться с Женей и все ей рассказать.

Максим заметно повеселел:

– Спасибо, – и улыбнулся.

Сашка подошел к Максиму:

– Как ты мог подумать, что после всего я тебя возьму и так вот предам. Ты же самый родной для меня человек. Хоть у нас не общая кровь. Но ты сын моих родителей. Лучших родителей на свете. Не думаю, что они одобрили бы то, что я совершил месть с ущербом для твоего счастья. Поэтому сейчас мы устроим небольшой маскарад.

– Я весь во внимании.

– Ты сейчас же позвонишь Жене…

Марат Сулянин сильно удивился, когда у открытой двери оказался Саша Волков. Он был одет безупречно и только сказал:

– Я могу увидеть Евгению?

От столь официального обращения мэр города растаял на месте. Появившаяся в вечернем платье Женя потрясла его еще больше:

– Разве я не говорила тебе, – сказала она, – что иду сегодня на ужин с сыном президента?

Тем временем Максим, заявивший Регине, что уходит на собрание зоологического клуба уже сидел в такси и ждал заговорщиков.

После того, как блистающая пара удалилась из квартиры Сулянин набрал номер Волкова и сообщил ему:

– Они пошли вместе в ресторан. Выглядели как идеальная пара.

– Это радует. Значит Сашка прислушался к моей просьбе, – ответил Волков.

Когда «идеальная пара» и бесплатное приложение в виде Максима, который тоже был одет с иголочки оказалась в ресторане Женя сразу спросила:

– А теперь, друзья заговорщики, вещайте, что вы затеяли. Я уверена, что папа, который все видел теперь будет уверять всех в том, что у меня роман с Сашкой.

– Значит, – сказал Максим, – мы все сделали верно.

– Не поняла, – испугалась Женя, – что ты имеешь в виду?

– Женя, – пояснил Сашка, – давай сначала заказ сделаем, а потом будем тайны мадридского двора разгребать.

Они сделали заказ и после этого Сашка пересказал свой разговор с Волковым:

– В общем, они у нас за спиной уже договорились, что породнятся.

– А сделать это с Максимом я уже не могу, – разозлилась Женя, – что они там себе вообще вообразили?

– Жень, – развел руками Сашка, – я за что купил – за то и продаю. Ты узнаешь эту новость из первых рук и ей всего то три с половиной, – он посмотрел на часы, – пардон, четыре часа. Заметь, я согласился им подыграть, но сразу выложил вам все карты. Так как вы для меня очень важны. Как и ваше счастье.

Официант принес салат. За трапезой тема разговора резко поменялась:

– Ты же сегодня встречался со своим журналистом, – осторожно сказала Женя, – как успехи на шпионском поприще?

– Твой сарказм неуместен, – покрылся Сашка, – тем более, что мне не пришлось особо прибегать к шпионским штучкам. У него все на столе валяется всегда на самом видном месте. Бери – не хочу.

– Погоди, – встрепенулся Максим, – а как же мое подслушивающее устройство для телефона? – и тут же осекся. Он вспомнил, что не упоминал об этом при Жене и сейчас начнется экзекуция.

– Маська, – воскликнула Женя, бросив на стол вилку, – и ты молчал?

Сашка видел, что сейчас у влюбленных начнется натуральное побоище и потому поспешил разрядить обстановку:

– Женя, это я его попросил промолчать.

– И все равно я недовольна. Кстати, а когда статья будет готова? – спросила Женя.

– По идее завтра утром рвануть должно, – сказал Сашка, – Олег наверняка прямо сейчас ее заканчивает…

Олег Любимов в тот самый момент действительно колдовал над статьей. Заветная папка валялась возле компьютера, он то и дело заглядывал в нее и отыскивал нужный документ. К нему вплотную подошел главный редактор – Тимур. Это был человечек маленького роста, худой, невыразительный, со смуглой кожей и пустыми глазами. Он не блистал журналистскими талантами, закончил университет с большим трудом и успехом у девушек не пользовался. Никому не нравился черненький некрасивый мальчик с 38-м размером обуви, женским носом и тонкими губами. Зато он в двадцать семь лет стал главным редактором крупной газеты, так как людей его национальности активно продвигали тут и там. Что поделаешь, Надежда Свинота в итоге насосала блата для целого этноса.

Тимур никогда не умел сам принимать решения и всегда полагался на своих заместителей и журналистов. Их чутье редко ошибалось, а начальство оставалось довольно.

– Над чем работаешь? – язвительно спросил Тимур, – очередная выставка кошек на светском рауте для бывших артистов балета?

– Не совсем, – Олег кинул на начальника быстрый взгляд, – вот сдам тебе материал, тогда и прочитаешь. И на сей раз все доказательства будут прилагаться в полном объеме, – Любимов погладил рукой папку с документами, – тут все, от галстуков до нижнего белья.

– Сегодня сдача в десять.

– Будет готово к половине девятого, не волнуйся. И прочитать сможешь, и обсудить со всеми. Ну и главное, если ты боишься, то этот материал готовы проплатить, – и Олег таинственно показал пальцем вверх.

– Да? – обрадовался Тимур, – ему всегда нравилось, когда работа приносила сверхдоход. Особенно учитывая, что к нему всегда можно присосаться и получить большую часть. Или вообще все. Как все чересчур обиженные ростом и размером детородного органа мужчины Тимур сполна компенсировал это дикой жадностью. Денег ему всегда хватало. Но проблема состояла в том, что ему всегда их было очень мало. И хотелось больше, больше и больше.

Тимур вернулся в свой кабинет и принялся фантазировать о том, на что он потратит эти деньги, а Олег вернулся к своей работе. Еще никогда ему не было так легко писать статью. Слова выстраивались в едкие фразы. Каждая жалила словно остро заточенное копье, которое смазали ядовитым раствором, чтобы боль от укола быстро распространялась и долго не забывалась. О злопамятности существующей власти Олег не стал задумываться – его это не волновало.

Через полчаса Любимов действительно сдал Тимуру готовый текст в печатном виде, продублировав его через электронную почту:

– Вот держи, – сказал он, – завтра об этом будут говорить все.

Тимур листал страницы не читая, но поскольку он уже находился под абсолютным впечатлением, рожденным его фантазиями. Неудивительно, что редактору было все равно в тот момент на то, о чем была эта статья. Уже потом он поймет свой волшебный прокол.

– Ты молодец, – говорил Тимур, – такой материал не каждому под силу сделать. Насколько актуально. Как свежо. Ты заслужил премию… Кстати, а что там с оплатой?

– Да, ее готовы оплатить, если будут беспокойства пускать это в печать или нет.

– Поговорим об этом завтра. Человек надежный?

– Более чем, – Олег понимал, что это его шанс. Если Тимур пропустит статью не читая, то все пройдет так как он задумал.

Окрыленный своим успехом он позвонил Лене:

– Дорогая, – сказал он, – ты же хотела сегодня пойти в ночной клуб…

– А ты, – не верила своим ушам Лена, – сегодня освободишься от своей чертовой работы раньше одиннадцати?

– Я уже свободен, – сказал он, – и готов за тобой заехать.

Олег не заметил, силуэта позади. Его разговор слушали.

– Давай поедем в «Чайку», – сказала Лена, – там сегодня будет джазовый коллектив играть. Ты же знаешь, как я люблю эту музыку.

– Ну поехали в «Чайку» на джаз. Раз ты настаиваешь. В любом случае все эти кислотные сборища с частыми ударами по голове не для меня. Лучше что-то посложнее. Ладно, собирайся, через пятнадцать минут я заеду.

Олег с минуту смотрел на папку, лежащую на столе и думал, как с ней поступить. Нет. В сейф Тимуру не положишь, здесь не бросишь. Придется взять с собой.

На стоянке Олег быстро нашел свою старенькую «Шкоду», которая давно просилась на капитальный ремонт. Папку он положил на заднее сидение и накрыл покрывалом.

Лена, как и договорились ждала его возле своей конторы:

– Что у тебя за праздник, раз появилось время на поход в клуб?

– О, милая, – сказал Олег, поцеловав ее, – это такая бомба, от нее будет столько искр. Самая настоящая сенсация. Просто подарок для меня. Я уже предвкушаю, что завтра начнется от этой статьи.

– Что ты на сей раз раскопал?

– Милая, всему свое время, – сказал Олег и надавил на газ, – говоришь там джаз сегодня?

Возле клуба их поджидали Ниночка и Гарик – друзья Лены. От природы не наделенная большим умом, брюнетка по имени Нина обладала массой других достоинств. А именно – роскошной грудью, в которой не было ни грамма силикона. И влиятельным папочкой. Так что невеста была завидной вдвойне. Гарик дружил с ней еще с детского сада, так как они выросли в одном дворе. Он как был невысоким смазливым крепышом, так им и остался. В ранге жениха дочери он работал в фирме будущего тестя:

– Олег, – зачирикала Ниночка, – а я не поверила, когда Лена сказала, что ты с нами пойдешь сегодня в клуб.

– Представь себе, Нинон, – ответил Олег, закрывая свою ненаглядную «Шкоду», – сегодня ты действительно видишь нечто экстраординарное. Я сам не понимаю, как так случилось. Наверное, я завтра проснусь знаменитым.

Олег еще не знал, что завтра ему предстоит проснуться в шкафу.

В клубе они быстро заняли свободный столик. Девушки заказали выпить и стали ожидать концерта, а Гарик и Олег повели разговор на отвлеченную тему, чтобы немного развеяться. Через полчаса начался концерт, очень быстро слегка набравшие градус девушки потребовали танцев. Молодые люди с радостью откликнулись на их предложение. Двадцать минут динамичных импровизаций довольно быстро отжали последние силы из Олега, и он вернулся за столик. Вскоре к нему же, словно огромный лайнер пристала Ниночка. По ее взгляду было видно, что девушка чувствует себя не очень хорошо:

– Нина, – спросил Олег громко, так как из-за музыки та могла его не услышать, – с тобой все в порядке?

– Да, – отмахнулась она, – что со мной может быть? Сейчас в дамскую комнату схожу и станет лучше.

Ниночка удалилась. Минут через семь появились Лена и Гарик:

– А где Нина, – удивилась Лена, – она пошла к столику.

– Пошла носик пудрить, – ответил Олег, – мне показалось, что ей не здоровится.

– Да? – пойду посмотрю что там, – ответила Лена и решительно пошла к дамскому туалету. Через три минуты она привела Ниночку:

– По моему лучше отвезти ее домой, – сказала Лена.

– Тебе нехорошо? – испугался Гарик.

– Да, – ответила Ниночка, – я думала, что немного холодной воды и все пройдет – а там стало крутить еще сильнее.

– Тогда пойдем ловить такси, – сказал Гарик.

– Зачем? – удивился Олег, – возьми мою машину. У тебя же права есть. Так будет гораздо проще.

– Я, право, не знаю, – засомневался Гарик, – чужая машина… А вы на чем поедете?

– А мы такси возьмем, – ответила Лена безапелляционно, – и Олежек сможет хоть немного выпить своего любимого местного пива.

– Тогда идем, – сказал Гарик.

Они прошли через зал, на выходе предупредив официанта, чтобы он придержал для них столик. В этом заведении Лену знали очень хорошо и потому с радостью согласились немного помочь.

Олег и Лена в сопровождении Ниночки и ее Гарика вышли из «Чайки». Они весело смеялись. Казалось, даже Ниночка забыла, что ей стало дурно. Хоть ее и покачивало до сих пор:

– Ты же немного сегодня выпил? – спросил Олег Гарика.

– Я вообще не пил. Разве что сок, – ответил Гарик, – на прошлой неделе на работе было три дня рождения, так что мы квасили без остановки. Даже вспомнить страшно. Так что у меня минимум на две недели пост в плане алкоголя.

– Ну тогда я за свою малышку не беспокоюсь.

Ниночка стала забираться на заднее сидение:

– Олежек, – сказала она, – тут папка валяется, можно ее как подушку использовать, там ничего хрупкого нет?

– Не стоит, – сказал Олег, – я тебе дам подушку, – он открыл багажник, достал оттуда небольшую подушку и бросил Ниночке. Она отдала ему папку, после чего сказала:

– Спасибо тебе за все, – и неловко улыбнулась, – и прости, что тебе придется добираться на такси.

– Ничего страшного, – сказал Олег, – зато я смогу выпить чего-нибудь покрепче апельсинового фреша. Удачной дороги, – и захлопнул дверь. Потом он подошел к Гарику, который уже обживался на водительском месте, – поставишь ее потом точно напротив нашего подъезда, хорошо?

– Будет сделано. Еще раз спасибо.

– Не за что, – махнул рукой Олег и они с Леной под ручку пошли ко входу в ночной клуб, – надо сдать папку в гардероб… Интересно, она у него с первого раза заведется?

– Она у тебя не такая уж и капризная, – рассмеялась Лена, – а что это за папка?

Машина с первого раза завелась и когда она должна была сдвинуться с места, нажатие педали газа запустило взрывное устройство. Оглушительный хлопок подбросил автомобиль, превратив его в огромный факел. После этого взорвался бензобак. Сноп искр разлетелся в разные стороны. Языки пламени лизали воздух, словно кусок шоколадного мороженого, но никак не могли пробить глазурь – ночь по-прежнему была черной. Сияние от горящего автомобиля осветило полумрак парковки ночного клуба…

Ударной волной Лену и Олега повалило на землю. Олег быстро вскочил и посмотрел на свою машину, она пылала как огромный огненный цветок. В таком раскаленном аду никто бы не смог выжить.

Девочка в своем углу кричала в голос от боли и страданий.