Читать книгу "Сын Президента"

11. Земное притяжение

Моря, озера, реки

А истина, к сожалению, всегда где-то между

Поля, леса, проселочные дороги

Где когда-то пела до хрипоты

Земное притяжение…

Current Music – HU? – Maa külgetõmbejõud

Сашка вбежал в комнату предельно возбужденный. Максим меланхолично листал сводки в интернете о происходящем вокруг наводнения:

– Максим, где твоя видеокамера?

– В шкафу, – сказал брат не отвлекаясь от компьютера, – ты видел, что творится в сети?

– Не читал, – Сашка открыл шкаф и начал поиски видеокамеры.

– А зря. Тут уже написали, что правительство края умалчивает, о том, что случился террористический акт.

– Это так и есть, – сказал Сашка, который уже нашел нужную ему аппаратуру и проверял уровень зарядки батареи, – Марат по телефону отцу звонил. Сообщил, что плотина взорвана. Я ожидал, что они соберутся похоронить этот факт, но был удивлен.

– Что они решили.

– Будут проводить тщательное расследование и не предадут факты огласке, пока не будут уверены на сто процентов. Но молчать не собираются. Только сейчас. И, наверное, до выборов.

– Кажется, наш папа тоже подвергся твоему тлетворному влиянию и делает очень дальновидные и умные шаги.

– А я здесь при чем? – Сашка отвлекся от видеокамеры.

– А ты не заметил что ли, как он изменился? Раньше представить себе нельзя было, чтобы Дмитрий Волков слушал чьи-то советы и подстраивался под ситуацию. Раньше он предпочитал менять ее под себя, а не наоборот. Так что все эти штуки творятся по твоей вине. Так что, предстоящую победу на выборах можешь отнести и на свой счет. Завальному достается в комментариях к статьям так жестко, ты представить не можешь. И угадай, чьими репликами его бьют?

– Удиви меня, – ответил Сашка.

– А все просто – твой спич с пресс-конференции уже разнесли по интернету на цитаты. А завтра еще и все газеты с этим выйдут. Каждый называет Завального паразитом. Он теряет сторонников с очень большой скоростью. А ты набираешь их. Уже сталкивался в сети с комментариями из разряда – какой умный сын у нашего президента, такой воспитанный, начитанный. Патриот своей страны и будущая надежда всего государства. Ты готов к славе нового Завального? А то скоро в его свите останутся только совсем отмороженные типы, вроде него самого. И кончится эпоха борца с жуликами и ворами… А зачем тебе камера?

– Ну наконец-то, – обрадовался Сашка, – ты вспомнил, что помимо наших политических баталий есть еще что-то в этой жизни. А я, кстати, подслушал не только разговор друга Марата с нашим папочкой, но и еще один. Наша губасто-жопастая гимнастка собралась наведаться в гости и сдать нашего папулю с потрохами. Вот эту феерию я и собираюсь заснять для истории. Имею же я право на мелкие пакости? В конце концов, примерного сына я сыграл. Все бабушки уверены, что я весь такой патриот и правильный мальчик. Пора и энфант-террибль включить. Я разве не заслужил такую слабость?

– Согласен. Я сам хочу, чтобы эта гадкая история с гимнасткой кончилась. Она меня раздражает.

Дверь шкафа отъехала и появилась голова Олега, который читал что-то из коллекции Сашки:

– Так он в действительности с ней спит?

– Я совсем про тебя забыл, – чертыхнулся Сашка, – да, спит.

– У него есть вкус, – загадочно прищурился Любимов.

– Нету там вкуса. Все ушло в попу, – философски изрек Максим, – и это надо прекращать.

– Ничего вы не понимаете, – сказал Олег, – некоторым такие штуки, – он вытянул руки и пальцами показал, словно играется с грудями гимнастки, – здорово заводят!

– Ты так говоришь, – заметил Сашка, – словно сам держал в руках две этих булки!

– Мои извинения, – обиделся Олег, – твоя паранойя не знает пределов. Иди развлекайся, – и закрыл шкаф.

– Ну вот и чудесно, – мечтательно прошептал Сашка, – сегодня нас ожидает небольшая комедийная сцена в лучших традициях.

Полина тем временем сидела у себя в спальне и, как обычно, перебирала эскизы с будущими моделями. От работы ее неожиданно отвлек муж с подносом.

– Волков! – сказала Полина, – ты ли это? Ты опустился до того, чтобы делать чай?

– Мне просто показалось, что надо немного отвлечься. А одному это сделать сложно. Предложить чай сыновьям – это обречь себя на час политических баталий. А с тобой как-то спокойнее.

– Я тронута, – улыбнулась Полина, – и по запаху уже чую, что это нечто из моих любимых чайных сортов. Зеленый с жасмином и личи. Он же?

– Конечно, – ответил Волков ласково, – а потом мы могли бы забыть на время о работе.

– Волков, – Полина взяла чашку и вдохнула аромат, – ты что-то натворил и хочешь признаться, но этот прекрасный запах может заставить меня простить все, – она отпила чай, – да, согласна что ты себя превзошел. Умеешь вести себя как фирменный обольститель. Когда хочешь.

– Это Регина, – признался Волков, – неважно. Просто ты давно не делал таких вещей, чтобы вдруг принести именно то, что мне хотелось. Марат звонил, что там?

– Да, – ответил Волков, – там не наихудший сценарий для нас. Погибших меньше, чем говорит Завальный. Много разрушений. И плотина взорвана.

– Теракт?

Волков кивнул.

– Ты сам собираешься туда лететь?

– Да, – сказал Президент, – завтра днем прощаюсь с немцами и вечером вылетаю. Хотя Марат там и сам бы справился.

– А твой мифический брат?

– Нет. После заявления о том, что он как кандидат не будет наживаться на чужом горе, ему нельзя туда ехать.

Полина допила чай и поставила пустую чашку на поднос:

– Да уж, после такой идиллической паузы работать не хочется совсем. Ты не думал лечь спать?

– А я сейчас поднос отнесу, и мы с тобой задумаемся над этим вопросом вместе.

– Волков, – сказала Полина, – ты ведешь себя сверхподозрительно. Иди, я тебя жду.

Дмитрий вышел из комнаты и ухмыльнулся. В его кармане лежал пустой пакетик из-под порошка, который он засыпал в чашку жены. Это было быстродействующее снотворное, которое должно спасти президента от огласки его жуткого адюльтера с молодой гимнасткой Надеждой Свинотой.

На кухне Волков провел непривычно много времени. Воспользовавшись отсутствием у своего алтаря Регины он долго и методично споласкивал чашки, протирал поднос и промывал заварной чайник. Мытье посуды немыслимо успокаивало. Потратив на это почти двадцать минут своего бесценного государственного времени, президент страны вернулся в свою спальню, где обнаружил сладко посапывавшую в своем кресле супругу Полину. Он точно знал, что ударная порция вкусных таблеток в комплекте с прекрасным зеленым чаем, который изысканно замаскировал лекарственное средство, отправит любимую жену в общество сладких сновидений часов на семь без возможности пробуждения. Волков всегда использовал эти таблеточки в разных политических ситуациях, чтобы оказаться в выигрыше. Еще с тех времен, когда служил в разведке.

Убедившись, что Паулина Вульф своим сном возведена в статус бревна на ближайшие часы, Дмитрий Волков спустился в двухсветную гостиную, чтобы предотвратить возможную встречу Надежды с сыновьями. Регина уже давно пребывала в сонной кондиции и ее появление казалось маловероятным.

Звонок в дверь он успел поймать вовремя. Его в квартире никто и не услышал. Волков лично отключил звук. Вскоре осталось открыть дверь, и взбешенная фурия ворвалась в президентскую квартиру:

– Где она, – с порога спросила Надежда, – я все это прекращу прямо сейчас. Ты полагаешь, что из меня так легко дурочку сделать? Не позволю. Я не для того столько времени терпела все твои шпионские штучки. Тебя стоило выбросить после истории с моей прогулкой по тому жуткому карнизу.

– Я же говорил тебе, что выборы…

– К черту их! Ты меня игнорируешь, избегаешь. Прячешься. На телефон не отвечаешь. Я не отношусь к той категории, что сдается просто так без боя! Где твоя жена?

– В спальне, – улыбнулся Волков. Именно такая Надежда возбуждала его. В ней сохранилось что-то от молодой Полины, когда та тоже много шумела, качала права и добивалась внимания к себе. В этом и состояла главная проблема этих отношений для Дмитрия – Надежда всего лишь была омоложенным заменителем его постаревшей жены – не больше, не меньше. И любить он продолжал именно супругу, а не ее временный заменитель.

Оба так увлеклись своим спором, что не заметили маленького красного огонька в углу комнаты – Сашка вел скрытую видеосъемку всех событий с момента появления Губастика (так они ласково прозвали Надежду).

– Тогда я иду к ней и все ей расскажу.

– Иди, – Волков расплылся в обворожительной улыбке Джоконды, – расскажи.

Надежда быстро оказалась в спальне любовника и направилась прямиком к сидевшей в кресле Первой леди государства. Только подойдя поближе она поняла, что что-то тут не так:

– Что с ней? – удивилась Надежда.

– Переработала, – поднял плечи Волков и загадочно улыбнулся, – последние месяцы трудится как пчелка. Поправляет семейный бизнес. Последнее время что-то дела у нее пошли очень хорошо. Столько мужских костюмов продала…

Надежда кинулась к сопернице с четким намерением ее разбудить как можно скорее. Но сильнодействующее снотворное не позволяло расширить и углубить всю ситуацию. Полина не просыпалась – медикаменты в сочетании с переутомлением на месте работы сделали свое черное дело.

– Как она могла так отрубиться? – не понимала Надежда, оставив попытки разбудить соперницу.

– Говорю же тебе, а ты не слушаешь, – работает много, уморилась, бедняжечка…

– Будто я не знаю, – Свинота развернулась к президенту, – что ты мне тут лапшу на уши вешаешь, будто я не поняла, что это все твои хитрые шуточки. Ты что, до сих пор хранишь верность своей разведке? Что ты с ней сделал?

– С ней – ничего, – ответил Волков, – но ты своим темпераментом заводишь меня настолько, что я сейчас сотворю с тобой нечто непотребное.

Наступление Надежды, которая буквально секунду назад была готова поколотить любовника сменилось резким отходом назад.

– Ты с ума сошел, – лепетала она, – здесь твоя жена.

– Так она же спит, – логично заметил Волков, – и не проснется до утра. Уж я то отлично знаю ее особенности организма.

– Значит…, – опомнилась Надежда, – все-таки постарался, подлец. Снотворное? Хитрая, наглая сволочь, вот ты кто. Любимую жену, и снотворным…

– А потом в той же комнате оседлал одну очень миловидную спортсменку.

– Ты просто змей-искуситель, – прошипела Надежда, – и заводишься, когда я много внимания к себе требую.

– Так может приступим. А ты думала, за меня просто так столько народу голосует?

И Волков красивым жестом свалил Надежду на супружеское ложе, которое он делил с законной женой.

– Вот так намного лучше, – пропел Волков, когда его правая рука быстро проникла в сокровенные кущи любовницы и занялась распалением ее безумных фантазий. Сама же Надежда уже пребывала в состоянии крайне близком к оргастическому, так что президенту следовало поторопиться, чтобы высший государственный экстаз не опоздал со своим извержением. Благо, произошедший скандал способствовал тому, чтобы Главный Орган Отечества был крепок и силен, и держался в стойком состоянии готовый к разведке в неизведанных глубинах.

Скорее всего сей исполин бы резко ослаб и упал, словно диванная собачка после двадцати минут дикой беготни на солнцепеке, если бы знал, что из засады за ним не просто наблюдают, а фиксируют на видеоноситель все его действия в увеличенном изображении. Благо видеокамера Максима была одной из самых навороченных. Сашка наблюдал за этим через видоискатель и не мог не обратить внимания на то, что саундтрек, сопровождавший это любительское видео, поражал однообразием. Оба любовника здорово скупились на эмоции, выдавая воистину посредственные, в плане разнообразия, звуки.

Если бы я был режиссером порнофильмов, – думал Сашка, – я бы уволил обоих с полным отлучением от профессии. Они не просто боятся экспериментировать. Есть ощущение, что папочка и его Губастик никогда не видели ничего подобного. Даже в кошмарных снах. Ничего не поделаешь, они воспитывались еще в советское время, а тогда и секса то не было. Как люди на свет воспроизводились, до сих пор неясно.

Когда все закончилось, Надежда встала с постели:

– Не скрою, что такого экстремального секса в моей жизни еще не было.

Волков лежал и не желал подниматься:

– С тобой определенно не соскучишься. Тебе такси вызвать?

– Неплохо бы, – ответила Надежда и закурила, – я вот вас за эти безумные законы ненавижу. Мало того, что мест не осталось где курить можно, так еще и на публике нельзя этого делать, так как видите ли отрицательный имидж создает.

– Да, – сказал Волков, – это как и с религией. У нас якобы отделена церковь от государства, но мы все должны ходить в храм и ставить свечки.

– Уж тебе то, главному безбожнику, это должно казаться забавным.

– Не поверишь, так оно и есть. Я во время каждого визита в эти гробницы фараона про себя очень веселюсь. Так как смешно это все. Ведь есть люди, которые действительно во всю эту галихомордию верят. Недостаток образования, и ничего не поделаешь.

– Так ты такси вызовешь, или будешь мне лекцию на атеистическую тему читать?

– Вызову. Просто порой противно, что ради всего этого я вынужден себя ломать. Ходить по храмам, которые бы с радостью снес.

– Успокойся, – ответила Надежда, – новое поколение все по местам расставит. Их уже не обмануть. Спроси у того же сына своего, сколько у него на класс глубоко верующих было.

– Это надо Сашку спрашивать. В классе Максима все были на подбор, и если и сказали бы что верующие, то скорее всего соврали для положительного политического имиджа.

– Вот твои дети эти рассадники ханжества и лицемерия с землей и сравняют. Сам подумай. Просто нужно немного потерпеть, – рассудила Надежда, – а что ты с женой делать намерен.

– Переложу в постель, раздену и надругаюсь, – ответил Волков.

– А силенок то хватит? – Надежда покосилась на корзину для бумаг, в которую был выброшен заполненный под завязку кондом.

– Если не хватит, значит без последнего, – ответил президент, – дай сигарету. И не волнуйся, я к тебе за помощью по раздеванию супруги обращаться не буду. Сейчас такси вызову, – он взял трубку городского телефона и набрал номер.

В этот момент Сашка решил выключить камеру и вернуться в свою комнату. Тихо пройдя по гостиной он свернул к себе:

– Ну как? – Максим его очень ждал, – получилось?

Отъехала дверь шкафа и появился Олег:

– И мне тоже интересно.

В результате все трое сели вокруг камеры и организовали просмотр любительского видео:

– За операторскую работу надо руки отрывать, – заявил Олег, – кто так снимает?

– Это не порно и не авторское кино, – огрызнулся Сашка, – а съемка скрытой камерой в президентском адюльтере.

– Как они тебя вообще не заметили? – удивился Максим, – я бы точно попался.

– Они были слишком заняты своим выяснением отношений, – пояснил Сашка, – и приоткрыть к ним дверь не составило особого труда.

– Особых экспериментов, – сказал Олег, – если не считать того, что он имеет эту курочку практически на глазах своей собственной жены, я не наблюдаю. Скучно. Спортсменка потеряла квалификацию, – и осекся.

– А она там разве была, эта самая хваленая квалификация? – съехидничал Сашка, – Земное притяжение прямо. Это озеро, это лес… Скучно. Никакой лирики.

А Волков тем временем распрощался с Надеждой, перенес жену в постель, переодел ее и лег рядом. Он вспоминал старые времена вместе и улыбался. Волков никогда не планировал развода с Полиной. Просто она так много времени тратила на свою замечательную работу, что до обычных супружеских обязанностей дело и не доходило вовсе. А так – Дмитрий Волков оставался на уровне чувств верным жене, так как очень любил ее.

Утром Полина проснулась и очень удивилась:

– Это ты меня переложил?

Волков кивнул:

– Ты отключилась, пока я относил чашки на кухню. Столько работать нельзя, сколько я тебе говорил?

– И правда. Нужен отпуск. Твой кандидат может себе позволить небольшой отдых?

– Он скоро поедет по стране.

– А как ты будешь одновременно в двух местах?

– Я и не буду. Президент готовится стать премьером. Так что его не должно быть слишком видно.

В комнате братьев готовились к выходу к завтраку и обсуждали последние новости:

– Завальный перегибает палку, – Олег в одних трусах сидел за Сашкиным компом, пока тот одевался, – весь этот вброс выглядит конченным популизмом.

– А ты раньше за ним не замечал этого? – удивился Максим, – стоило бы. Журналист все-таки.

– Да он мне всегда был не особо симпатичен. Завальный – человек, которому доставляет удовольствие ковыряться в гнойном нарыве, вместо того, чтобы его попытаться вылечить.

– А его проблема в том, – заметил Сашка, – что лечить не умеет и учиться не хочет. Это такое особое явление, когда ты от ковыряния в гною получаешь удовольствие сильное. Почти как оргазм.

– Мы идем завтракать, – сказал Максим, – Регина не придет, пока мы не вернемся. Сиди тихо, очень тебя прошу.

– Хорошо, – кивнул Олег, – мне по десять раз можно не повторять.

– И чудно, – сказал Сашка, и братья удалились.

За завтраком президент сам поднял тему происходящего в Таманске:

– Рассказывайте, братья-заговорщики, что в сети пишут. Наш боевой друг зверствует? Давайте выкладывайте, мне некогда было в интернет выбраться, устали вчера очень, – он романтично посмотрел на жену, и она оценила его нежный выпад.

– А что там рассказывать, – заговорил Сашка, – все та же болтовня про жертв, на мой отрыв на пресс-конференции ни слова. Ночью появились разговоры, что плотину взорвали, чтобы устроить имитацию теракта. Мол пугаешь народ, папочка. Тебе же раньше пытались приписать те взорванные дома.

Волков кивнул.

– Вот они сейчас на этого конька и сели. Да еще подгоняют.

– Но есть одно но, – заметил Максим, – их позиции качаются. И слабнут.

– Да? – удивился Волков, – и что же стало тому причиной?

И братья в красках рассказали обо всех пассажах, которыми награждали Сашку простые пользователи сети в комментариях к рассказу об исторической прессухе.

– Ладно, хватит уже ванили, – ответил Волков, – вы либо меня успокаиваете…

– Дима, – не выдержала Полина, – ты боишься, что ребята готовят против тебя заговор?

– Нет, – сказал Президент, – потому что Сашкин спич не был чем-то подготовленным. Это было сказано на чистых эмоциях. Все это заметили.

– Папа, хватит меня хвалить. Сам же просил, чтобы ванили поменьше было. А ведешь себя не лучше тех бабушек, которые сегодня будут умиляться моей выходкой, прочитав утренние газеты. Лучше скажи, что ты будешь делать с этим психом? Неужели оставишь его выкрики без внимания?

– А ты не думал, – отложил вилку Волков, – что в этом после твоего пассажа нет никакого смысла. Ты же вчера совершил непредумышленное политическое убийство всего несколькими словами.

– Хочу верить, что это правда, – сказала Полина, – потому что устала от того, что каждое утро у нас за столом только и разговоров о нем. Вы наверное не заметили, что ваш Завальный стал нам как член семьи? Меня это не устраивает. Я объявляю женскую революцию и требую прекращения разговоров о политике за завтраком.

– А о чем же тогда говорить? – удивился Сашка.

– Об учебе, о машинах, о моей новой коллекции, о подготовке к олимпиаде, о чем угодно… Хватит! Я когда слышу эту фамилию, у меня пропадает аппетит.

– Закон принят в первом чтении, – отдал честь жене Волков, – эту фамилию мы за столом не произносим.

– У меня уточнение, – спросил Сашка, – а можно использовать эвфемизмы? Ну, например, Упырь, или тот о ком мы не говорим.

– Достал, – Полина кинула в сына скомканную салфетку, – в следующий раз за шуточки в тебя прилетит тарелка. И новую покупать поедешь сам.

– Прекратите, – остановил их Волков, – сегодня я улетаю в Таманск. Ждите вестей с полей, я позвоню вечером и все расскажу.

– Точно все, – спросил Сашка, – или то же самое, что скажут в новостях.

– Я предупредила про политику, – сказала Полина.

– Дам полный отчет, – ответил Волков, – значительно шире телевизионного.

– И на том спасибо, – поблагодарил Сашка и отвлекся наконец-то на употребление пищи.

Когда завтрак завершился, Волков откланялся первым так как опаздывал на самолет, а Полина задержалась. Сашка решил воспользоваться этим моментом и подошел к матери с разговором:

– Неприятно мне тебе говорить об этом, но мы пытались поймать их с поличным, но не получалось. А сейчас у меня есть это, – он показал видеокамеру, – давай ты найдешь время посмотреть небольшой видеофильм?

– А что случилось? – удивилась Полина, – ты ведешь себя слишком загадочно. Тебе это совершенно не идет, как и твоему отцу. Выглядите крайне пошло и уныло.

– Посмотришь и тогда посмотрим кто из нас более загадочный, пошлый и унылый, договорились? Я не хочу говорить вещи, не подкрепляя их фактами. Это очень важно.

– Пойдем в кабинет, – сказала Полина, – мне очень не нравится твой настрой. Но я выслушаю тебя.

Они устроились за столом Волкова и Сашка включил камеру, а сам наблюдал за Полиной. Но она не выдала своих эмоций от просмотра этого видео. Да. Ей было по-настоящему больно и горько от осознания того, что ее муж изменяет ей. Полина не хотела в это верить. Но она старалась не подавать виду. Правда, Сашка сам все увидел в ее поведении. Вся эта боль читалась в глазах, казавшихся холодными, проницательными и не способными на сильное удивление. Но это свершилось.

– Я не хотела верить в эти гадкие сплетни, – сказала Полина сдержанно, когда Сашка выключил камеру.

– Все это было вчера, – проговорил Сашка, – мы с Максимом знали об их отношениях. Я случайно подслушал его разговор по телефону и решил сделать эту запись. Потому что мы оба считаем, что это должно прекратиться. Я считаю, что мы имеем право на это не меньше тебя, так как мы ваши дети.

В голове же у Полины кружился совершенно иной план. Никакого мира, который так хотел ее сын, она и не думала планировать. В этом разговоре оба здорово притворялись. Сашка делал вид, что его беспокоит будущее семьи и все подобные глупости. Но он уже хорошо изучил свою мать. Сейчас она будет играть скромницу и поборницу семейного очага, но на самом деле предпочтет использовать сына для реализации некой изощренной мести. А Сашка только этого и ждал:

– Послушай, – это же точно когда-нибудь повторится, – спокойно сказала Полина.

– Думаю, что да, – ответил Сашка про себя прикидывая насколько жесткую вещь задумала мать.

– Предупреди меня, когда он соберется напоить меня снотворным. Ведь эта красавица явно придет сюда еще раз, чтобы поговорить со мной.

– Что ты хочешь сделать? И потом, этого может не случиться до выборов. Мне показалось, что она снова прислушалась к его просьбам.

– Даже если так, – отрезала Полина, – я потерплю. Мне нужно застать их тепленькими, чтобы он не смог отвертеться. Ты же поможешь мне?

– Конечно, – сказал Сашка, а про себя пытался просчитать что именно готовит мамочка, в качестве кары неверному мужу.

Тем временем в комнате братьев развернулись неожиданные события, о которых стоит упомянуть. Пока Максим таскал из холодильника пищевые запасы на день для Олега, Регина, без предупреждения пошла наводить в комнате порядок. Олег, как был в трусах, сидел за компьютером, но услышав шаги, быстро юркнул в шкаф и закрыл его.

Регина, ничего не подозревая, подмела комнату, после чего увидела раскиданный по сашкиной кровати халат, который на самом деле предназначался Олегу. Решив навести полный порядок, она собралась повесить его в шкаф, толкнула зеркальную дверь. Та неожиданно не поддалась. Тогда Регина прибавила силы и ее взору предстал Олег Любимов в одном исподнем.

– Здравствуйте, – сказал Олег, – вы, наверное, Регина, – и глупо улыбнулся.

Неизвестно, чем бы эта душещипательная сцена закончилась, если бы в комнату не вошел Максим, увешанный едой словно новогодняя елка. Все застыли на месте и смотрели друг на друга с непониманием. За спиной у Максима скоро появился Сашка, который быстро оценил ситуацию, закрыл дверь и повернул ключ:

– Бабушка, – сказал он, – нам надо с тобой серьезно поговорить.

– Чей он, – Регина с трудом подбирала слова, запиналась и паниковала. Одновременно с этим еще и молилась, – чей это мужчина?

– В смысле, – Сашка не сразу понял о чем хочет сказать Регина, – я что-то не совсем в теме.

– Хорошо, – Регина справилась с силами и выдала в эфир следующее, – кто из вас спит с этим мужчиной, который прятался в шкафу? Кто посмел культивировать подобное бесстыдство?

Все трое, как по команде, расхохотались в голос. Сашка прошел по комнате и сел на свое место:

– Давно так не смеялся. Бабушка. Он ничей.

– Тогда что он здесь делает? – реакция братьев и странного голого мужика в шкафу ее поразила.

– Ну… Как бы тебе сказать, – начал Сашка, – это журналист, который делал статью про подлог на выборах. И так как люди отца его чуть не убили, он вынужден прятаться здесь.

– Вот еще новости! И давно он тут?

– Третий день, – вставил Максим, – бабушка, ему нельзя на улицу, папины психи его пристрелят.

– Мужчина, – обратилась Регина к Олегу, – оденьтесь, – и закрыла шкаф после чего повернулась к братьям, – вы совсем не дружите с головой? Прячете в шкафу человека?

– А что с ним оставалось делать? – резонно спросил Сашка, – убить и засунуть в твой морозильник для мяса? Не выход.

– Мы сделали то, что было в наших силах. Ты же нас не выдашь…

– Ох, – Регина задумалась. В этот момент Олег вылез из шкафа уже одетый, – Саша. Вы точно не спите с ним?

– Господи, бабушка, – обиделся Сашка, – точно.

– Хорошо, – сказала Регина, – тогда молодой человек, на завтрак на кухню, когда все уедут, – и повернувшись к братьям добавила, – а воровать с кухни прекратить немедленно. У меня и так второй день недобор получался. А вы, злодеи, еще издеваетесь!

Женщина изящно повернула ключ и вышла из комнаты. Олег, Сашка и Максим переглянулись и выдохнули.

– А я был уверен, что она нас не сдаст, – сказал Сашка, – если Регина ничего не разболтала после моих опытов в кабинете Волкова. То тут все проще. Я, по правде говоря, никак не ожидал, что она решит, что мы с тобой, ну… того.

– Ну она же не видела Лену, – сказал Олег.

– Кстати, Лена. Папка ведь у нее.

– Да, – кивнул Олег.

– С ней надо связаться. Лучше, если мы вернем себе нашу бомбочку направленного поражающего фактора. Пока папка с ней – Лена в опасности.

– Ей не привыкать, – ответил Олег, – она не я – этим президентским дебилам я не позавидую, если они встретятся с ней на пыльной дорожке.

– Поверим тебе на слово, – сказал Максим, – кстати, как мама отреагировала на твои эксперименты в производстве кинофильмов соответствующего содержания?

– Она в шоке, и здорово прикидывается сильной. Но на самом деле ей очень плохо.

– Какое решение она приняла?

– Попросила предупредить, когда все это повторится снова. Так что подслушивающий девайс твоего авторства я снял слишком рано.

– Поставишь снова, – сказал Максим, – не велика проблема. Только подслушивать некого, ведь наш папочка уже должен был долететь до Таманска. А там он задержится, это точно.

– Ничего страшного. Подождет. С тобой Женя на связь выходила?

– Пока что нет, – ответил Максим Сашке, – еще не пытался ей позвонить…

А с ней стоило связаться. В тот самый момент, пока братья спасались от обвинения в связи с голым мужиком, который поселился в их шкафу, Женя и Марат Сулянин ехали через долину в небольшое селение. Там нашли сгоревшую машину и изуродованный труп.

– В ночь наводнения, несколько человек видели, как со стороны шоссе на поле выбросило автомобиль. По описанию, которое мы получили – он совпадает с той машиной, на которой ваша жена выехала из гостиницы. После этого люди видели, что автомобиль взорвался и загорелся, – служащий старался говорить сдержанно и спокойно, но его выдавала нервозность и боязнь, – после того, как огонь потушили, в машине было обнаружено тело.

Когда они спустились в подвал, где располагался маленький морг, Сулянин старался уговорить себя, что это не его жена. Правда, по останкам было сложно что-то опознать:

– И как я должен что-то узнать по этому, – удивился Сулянин, постоянно себя успокаивая, – вы же понимаете, наверное, что все что я вижу ничего не значит. Это может быть даже тело мужчины.

– Помимо этого я должен вам показать это, – сказал служащий, и выложил на стол перед Суляниным золотую цепочку с крестиком, перстень с рубином и серьги. У Сулянина перехватило дыхание:

– Это перстень моей жены. Я его отлично знаю.

– А остальные украшения?

– Всех и не упомнишь, – сказал Сулянин, – они все были на трупе?

– Нет, – сказал служащий, – перстень лежал на водительском месте, а серьги и цепочка были на трупе…

Женя сидела на скамейке возле покосившегося здания местной полиции и ждала, когда отец выйдет и сообщит, что он не опознал тело. Пейзаж вокруг не радовал. Маленькие деревянные домики – один неказистей другого. Вокруг домов ходили куры, важно прогуливались гуси. В луже напротив отдыхала от жаркой погоды молодая свинья. Женя смотрела на все это, и ей казалось, что она прилетела на другую планету. А это была та же самая страна. Только цивилизация не добралась до этой деревушки в предгорье. Им повезло, так как вода обошла стороной – населенный пункт находился на небольшой возвышенности. Это его и спасло.

Сулянин вышел из здания полиции и подошел к дочери:

– Это мама. Я опознал ее по перстню.

У Жени перехватило дыхание.

– Я знаю, что ты ей звонила в тот день. Это тебя она бросилась спасать и потому попала сюда. Что еще должно произойти, чтобы ты поняла. Теперь, когда твоя мать погибла по твоей вине…

Девочка в углу услышав его слова зашлась в истерическом крике и продолжала рыдать.