Текст книги "Возрождение"

– Я что-то должен знать? Орсей знаком вам лично? – заинтересовался я.

– Простите, ваше сиятельство, но вы связались с плохим человеком, – ответил он, спокойно на меня посмотрев, – не знаю, кем он вам представился, но это бандит и убийца. Жаль, я раньше в нём не разглядел этого.

После его слов моё любопытство разгорелось всё сильнее: то-то Орсей при вопросе о знакомых каменщиках сначала мялся, потом сказал, что не знает, теперь это. Тут явно крылась какая-то история, и я должен её узнать.

– Вы тоже с ним знакомы?

Мастер опустил плечи.

– Моя дочь замужем за ним, ваше сиятельство.

«Ого!» – вот это были новости.

– Вы не знали, чем он занимается, судя по всему?

– Да, господин, до свадьбы он казался мне порядочным человеком, иначе никогда бы не дал своё согласие.

«Теперь мне интересно будет при следующем разговоре с Орсеем поинтересоваться, чего ради он вообще порекомендовал мне человека, с которым в явных неладах, ведь он ещё и охранять их будет при строительстве». То, что я его найму, решил сразу же, как только он сказал, что считает Орсея бандитом и плохим человеком. С тем выражением, с которым он это говорил, было видно, что он не лукавит и говорит открыто, мне такие люди всегда нравились.

– Если заинтересовало моё предложение, приезжайте завтра к гостинице «Лагуна».

– Хорошо, ваше сиятельство, – он низко поклонился.

«Тогда нужно будет найти архитектора и завтра встретиться с ним и каменщиками», – я довольный тем, как всё сложилось сегодня, сел в карету.

* * *

– Милорд, вас ожидают, – Джек появился словно привидение и, поприветствовав меня, снова куда-то умчался, весь в мыле и запыхавшийся. Он вчера пытался мне вечером рассказать о том, что кто-то из купцов решил устроить у нас свой праздник, но я не вдавался в детали, пусть он всем сам занимается – это точно не мой уровень.

– Милорд, вас ждёт молодой человек, – Оливия показалась из-за другого поворота и тоже запыхавшаяся. Она попыталась проскользнуть мимо меня, но была поймана.

– Чего ждёт и почему не в холле? – я нахмурился.

Девушка смутилась и ответила:

– Лучше вам самому с ним поговорить, я обещала.

Покачав головой, я отпустил её, и она тут же заторопилась в ту же сторону, куда умчался муж. Девушке, кстати, так понравилось помогать ему во всём, что я часто видел её за делами, которые не свойственны многим дворянкам, но поскольку для меня всё, что они делали, приносило только прибыль, то я даже не собирался становиться на пути того, что она делает. Вообще странно, конечно, что оба запустили кого-то без присмотра в мой кабинет, после случившегося с Оливией оба крайне недоверчиво относились к незнакомым людям.

– С возвращением, милорд, ужин? – служанки, караулившие меня возле кабинета, присели в низком поклоне. Джек хорошо их выдрессировал.

– Сначала разберусь с посетителем, – проворчал я, недовольный, что, не умывшись и не приняв ванну, придётся сейчас тратить время на неизвестного.

– Добрый день, с кем имею честь? – с этими словами я зашёл в кабинет и едва не был сбит подпрыгнувшим молодым человеком лет шестнадцати, который сидел на стуле возле двери.

Он засуетился, пытаясь одновременно поднять выпавший из рук рулон бумаги, поздороваться и извиниться. Настроение упало ещё ниже, хотя его лицо я определённо где-то видел. Порывшись в памяти, я вспомнил, где – в комнате принцессы, где он с другими товарищами участвовал в посиделках с фрейлинами.

– Молодой человек, замрите! – устав от его мельтешения, я сам поднял рулон, передал его ему и только потом прошёл на своё место.

– Простите, ваше сиятельство, – он вконец смутился и замер неподвижной статуей у двери.

– Я передумал, не хочу знать вашего имени, просто выкладывайте, зачем пришли, – махнул я рукой, – и быстрее, пока моё терпение не лопнуло.

Он опять засуетился, бросился к стулу, опять уронил бумаги – я застонал, похоже, вечер был безнадёжно испорчен. Вот только когда он положил один лист на стол, а сам стал собирать остальное, я прекратил взывать к небесам и подтянул бумагу ближе к себе. На листе схематически, но очень точно и красивыми рядами располагались двухэтажные каменные дома, даже контуры местности была наброшены углём, да так, что у меня не осталось сомнений, что лежит передо мной!! Пока я искал себе архитектора, он ждал меня в моём кабинете!

«Что это?! Чудеса или провидение?!»

Забрав у суетливого малого остальные бумаги, я сам разложил их на столе и стал рассматривать. Определённо все они были выполнены очень талантливо и даже можно сказать с любовью. Потратить столько времени на то, чтобы вырисовать задние фоны, мог только очень увлечённый своим делом человек.

– Лиза, готовьте баню и ужин, молодой человек остаётся у нас на ночь, – я позвонил в колокольчик и распорядился появившейся служанке. Та тут же исчезла, бросившись выполнять приказ.

Он открывал и закрывал рот, силясь сказать что-то на такую мою наглость, я ведь даже не спросил его мнения.

– Пошли, – я встал из-за стола, – пока ты придешь в себя и расскажешь мне, как и почему решил ко мне прийти, пройдёт еще неделя, а мне после долгого дня хочется отдохнуть и расслабиться.

Он тяжело вздохнул и, бросив взгляд на разложенные на столе бумаги, поплёлся следом.

– За них не волнуйся, – бросил я через плечо, – то что тебя каким-то чудом пропустили ко мне, не значит, что в этот кабинет попадают все кто попало, и чем ты интересно разжалобил Оливию? Явно дело её рук.

Я повернул голову к нему и увидел, как он покраснел. В моей голове сразу все шестерёнки встали на место, срастив последовательность: принцесса – его присутствие в её комнате – влюблённые идиоты – Оливия и Джек.

«Ещё один», – простонал я про себя.

– Ты влюблён в Ники, поэтому, когда она после моего ухода рассказала вам о проекте, то решил произвести на девушку впечатление и поэтому обратился ко мне, чтобы быть ближе к ней? – выдал я результат работы своего поистине гениального ума.

Его глаза расширились, он залился краской, словно девушка, и едва слышно ответил:

– Да.

– Но нужно отдать должное, рисуешь ты хорошо, думаю, настало время познакомиться. Моё имя ты уже знаешь.

– Маркиз Шалю, Валентайн Шалю, – сбиваясь ответил он.

– Шалю?! – я удивился, – сколько вас в семье?

– Я пятый, – он снова покраснел.

– Тогда понятно, что ты делал в комнате принцессы, брат привёл? Наследный герцог Шалю?

Снова тихое «да».

Мы пришли в купальню, где горячий пар поднимался от воды, и я стал раздеваться, приказав это сделать и ему.

– Я, конечно, твой выбор одобряю, – я со стоном наслаждения лёг в широкую купель, – но с таким поведением ты девушку не завоюешь.

Он, смущаясь, разделся и, прикрывая промежность, юркнул в купальню. Видели бы вы его глаза, когда появились четыре служанки и, раздевшись, зашли в воду, чтобы нас помыть. Он едва не закричал, когда одна из них к нему прикоснулась, и я взмахом руки приказал ей отойти от маркиза. Если он такой же влюблённый идиот, как был в своё время Анри, а по его поведению все знакомые мне признаки были налицо, то мечтал он сейчас только об одних прикосновениях, отвергая все остальные.

– Где научился так хорошо рисовать? – поинтересовался я у него, пока меня в четыре руки натирали и мыли.

Он же, стараясь не смотреть в сторону обнажённых девушек, наконец освоился и стал хотя бы внятно отвечать.

– Я пятый сын в семье, наследников много, так что своим образованием занимался сам, родители не особо в него вникали, так что сам приглашал тех учителей, чьи предметы хотел знать.

– Весьма похвально, – удивился я, – всё остальное тоже на уровне?

– Фехтование и выездка у меня не очень, – смутился он.

– Ну этим есть кому заниматься и без тебя, – отмахнулся я, вызвав волну в купальне, – я тебя потому и оставил, завтра с утра у меня будут каменщики, хотел обсудить с ними проект. Так что твой приход просто сродни маленькому чуду.

– Но принцесса, как она на это посмотрит? Согласится ли?

Его конечно же интересовало только одно.

– Валентайн, в этом проекте главное слово за тем, кто платит деньги! – отрезал я. – А принцесса нужна будет нам, чтобы уговорить людей подписать арендные закладные. Так что если завтра Джек и каменщики подтвердят твою квалификацию, то будешь работать со мной, хочет этого принцесса или нет.

– Но… – он замялся, явно не очень довольный тем, что может пойти против её воли.

– Хорошо, если тебя это так беспокоит, после встречи поедем во дворец и уговорим! – тяжело вздохнул я, понимая, что могу из-за такой глупости, как мнение принцессы, лишиться перспективного архитектора. – Согласен?

– Да, конечно! – тут же воспрял он духом.

– Тогда ужинать и спать, завтра у нас полный день забот, – сказал я и едва не прикусил себе язык. Вот уже который вечер я говорю эту фразу, и всё сбывается, беготни и забот только добавляется всё больше и больше.

– Да, и если всё получится, жить лучше тебе у меня, – в голову мне пришла ещё одна хорошая идея, мне нравился этот молодой человек, который был вылитый ранний Анри по характеру и поведению. Если я возьму его под своё крыло и направлю его воспитание в нужную сторону… от предвкушения у меня зачесались руки.

– Зачем? – он осторожно вылез из воды и стал облачаться в чистое бельё Джека, которое ему принесли служанки.

– Надоело мне ездить всё время во дворец, почему бы её высочеству не ездить к нам иногда? – сделал я очень прозрачный намёк, от которого он снова смутился.

– Но она же принцесса, – с придыханием сказал он, словно говорил о чём-то неземном и божественном. Я был уверен, что в его голове всё именно так и было.

– Ты согласен? Родители не будут против?

– Они обычно не спрашивают меня, куда я направляюсь, тем более чаще всего я просто сопровождаю брата, вытаскивая его из разных неприятностей.

– Всё, тогда завтра для тебя решающий день, будешь ли ты рядом с принцессой или нет! – рубанул я рукой воздух.

Он, не обращая внимания на еду, которую поставили перед нами, после моих слов ушёл в мечтания. Вспоминая мысли Анри, я мог дословно сказать, что он там себе напридумал, но я сдержался… Парень был неплохим, а от умного помощника откажется разве только дурак.

* * *

– Ваше высочество, – в её комнате опять было много народу, и ведь не скажешь, что она ведёт жизнь затворницы, как ни приедешь, молодёжь всегда присутствует у неё в покоях.

– Анри! – девушка поднялась с места и быстро зашагала ко мне, протянув руку.

– Пойдём к вам? – поинтересовался я, она кивнула, чем снова вызвала у присутствующих злость и ревность к моей персоне. Мы направились в её личные покои, а мой «хвост» поплёлся следом, изображая из себя призрака, незримого и бесплотного.

Открыв дверь, она впустила меня и, недоуменно посмотрев на плетущегося следом молодого человека, довольно резко сказала:

– Маркиз, а куда вы собрались?

Не дав ему ответить, так как парень был на грани обморока от её гневной отповеди, я втолкнул его в комнату и закрыл за нами дверь.

– Он со мной, Ники.

Девушка удивлённо на меня посмотрела, я же, не обращая на неё внимания, сдвинул стол на середину комнаты и скинул с него всё лишнее на пол. Хозяйка лишь беспомощно смотрела за творимым непотребством в её комнате. Я же был слишком в хорошем настроении, чтобы менять своё поведение. Утром Джек, а особенно каменщики были в восторге от чёткости и проработанности проекта, особенно радовало то, что все дома были построены по единообразному проекту и усилий по возведению всех их нужно было не много, так как в дело вступало просто количество привлекаемых рабочих на проект.

Так что каменщики были наняты, Валентайн оставлен, а я, довольный собой и впервые окружающим меня миром, тут же приказал заложить карету, чтобы отправиться во дворец. Нужно было дать пряник моему новоиспечённому помощнику, чтобы он не захотел от меня уходить, ну а то, что в виде его выступала принцесса, меня совсем не смущало.

– Смотри, какая красота! – я заложил углы рисунков тяжёлыми предметами, и девушка склонилась над ними. Парень же продолжил изображать призрака, лишь изредка кидая томные взгляды на девушку, которая в упор его не замечала. Как же мне всё это было знакомо! Прямо до зубовного скрежета!

– Прекрасно! Восхитительно! – принцесса не осталась равнодушна и захлопала в ладоши. – Вы прекрасно рисуете, граф!

– Я такого же мнения о рисунках, но это не моё творение, а Валентайна, – я кивнул головой в сторону парня, – так что он тоже в деле, собственно поэтому я его и позвал – он наш архитектор! Сегодня мы встречались с каменщиками, и я нанял их, так что дело осталось за малым – вы убедили людей подписать договора аренды?

Девушка покраснела и стала похожа по цветовой гамме на моего нового помощника, замершего возле двери.

– Нет, – тихо прошептала она.

– Ваше высочество, – мой голос похолодел, – я нашел охрану, каменщиков, архитектора, даю деньги в конце концов, а всё, что вам осталось – это просто уговорить людей! Как такое возможно?!

– Меня не отпускали из дворца! – она в отчаянии заломила руки. Я видел, как она хотела схватиться за меня, но присутствие постороннего явно её останавливало.

– Граф Негл не заинтересован в этом проекте, а мы, прежде чем начать, должны получить сначала от него одобрение! – огорошила она меня. Я не помнил таких договорённостей ранее.

– Эм-м-м, когда это ввели такие правила?

На девушку было больно смотреть, а молодой человек, видя её состояние, едва ли не умолял меня взглядом не причинять ей боль.

– В общем, ваше высочество, я возьму и это в свои руки, – я недовольно на неё посмотрел. – Я думал, вы хотите помогать людям, а всё, что я вижу, это просто разговоры.

Девушка опустила голову и всхлипнула. Возлюбленный не выдержал и бросился к ней, видимо успокаивать, но нарвался только на разгневанный взор девушки, когда к ней прикоснулся.

– Маркиз! Что вы себе позволяете?!

Побитой собачонкой он поплёлся обратно. У меня от чувства дежавю едва не свело челюсть при виде этой сцены.

– И, ваше высочество, маркиз – наш архитектор, – я не из-за защиты этого идиота вмешался, просто из давно забытых чувств, которые испытывал в прошлом, когда смотрел на такое же, только изнутри общего тела, – так что если хотите продолжать участие в проекте, для которого пока ничего не сделали, будьте добры проявлять уважение к нему!

Девушка разозлилась и гневно на меня посмотрела, как я смею так с ней разговаривать! Я спокойно ответил на её взгляд, твёрдо решив, что если она сейчас скажет хоть слово, то просто развернусь и уйду, плюнув на все приготовления, а каменщиков я найду чем занять, чтобы не нарушать данное им слово. Принцесса поняла это по моему виду, так что опустила взгляд в пол и стала мять кружевные манжеты.

– Рад, что мы разобрались со всем, – я потёр ладони, – тогда, Ники, я займусь этим графом, а ты, пожалуйста, встреться хотя бы раз с людьми. Обещаешь?

– Да, Анри! Конечно! Обещаю! – поняв по моему тону, что прощение получено, да еще и Ники её снова назвал, она не сдержалась и кинулась обниматься, правда спохватившись, что на нас смотрят, просто схватила мою руку и затрясла её.

Тоскливый взгляд из угла комнаты едва не испортил мне всё настроение, которое было таким хорошим с утра.

– Обними Валентайна, Ники, считаю, что архитектор тоже достоин похвалы. Свою работу он сделал на отлично.

Она недоумённо на меня посмотрела, но не стала спорить, а подошла к парню, который, наверное, перестал дышать в этот момент, и легонько обняла его за плечи.

– Благодарю вас, маркиз, за старание.

«Пряник вручён, думаю, пора откланяться».

– Тогда до встречи, Ники, – я помахал рукой, она счастливо заулыбалась в ответ, – завтра мы заедем в это же время?

– Да, конечно!

– Надо тебе провести работу с отцом, – напоследок сказал я, – тебе нужно будет приезжать на стройку, чтобы люди видели тебя там, так что проводи беседы, что тебе нужно отлучаться из дворца.

– Хорошо, Анри, я попробую!

Мы вышли из комнаты и зашагали вниз к выходу. Я косился на парня, который явно был сейчас не здесь.

– Валентайн!

Ноль реакции.

– Валентайн! – удар по плечу вывел его из равновесия во всех смыслах, и он едва не покатился по полу.

– Ой, простите, граф, – он недоумённо на меня посмотрел, словно не понимая, как я покусился на святое и вырвал его из мыслей о принцессе, – вы что-то сказали?

– Я говорю, что хватит витать в облаках и займись делом, если хочешь, чтобы принцесса начала тебя замечать!

– Но что я могу?

– Договорись с родителями о переезде ко мне, привези одежду и всё необходимое для жизни. Пока проект не закончится, будешь жить рядом, сам видишь, какая у меня жизнь, весь день в разъездах и бегать искать ещё и тебя при этом совершенно нет ни желания, ни времени.

– Хорошо, граф, – он склонил голову, – тогда я не поеду сейчас с вами?

– Верно, найди себе экипаж и вечером чтоб был у меня… – Парню давно пора начинать взрослеть. Сейчас хотя бы из-за большого и вкусного пряника в виде принцессы.

Проводив его щуплую фигуру взглядом, я от досады плюнул на пол. Кто бы мог подумать, что я буду скучать по Анри? Но нет же, помогаю этому болвану, так напоминающему мне его.

– Ладно, мне же пора навестить графа, – решил я не откладывать встречу и пошёл интересоваться у дворян и слуг, не было ли его сегодня во дворце, а если был, то где его можно найти. Ведь если он – доверенное лицо короля, то должен быть где-то здесь, неподалёку от его тучной тушки, что, впрочем, и оказалось верным. Король полдничал, а тот ему прислуживал. В покоях короля было вообще мало народу, так что мне явно не светило туда попасть. Пришлось ждать, поскольку смысла без его ответа ездить туда-сюда точно не было, если принцесса сказала, что без его слова ничего не начнётся. Тоже мне, молодец, сказала об этом тогда, когда я обо всём со всеми договорился.

Дверь открылась, и из покоев вышли дворяне, я хищным зверем прыгнул к ним, даже заставив схватиться за эфесы шпаг, так что пришлось извиняться и спрашивать, когда освободится граф Негл.

– Ваше сиятельство, граф выйдет с минуту на минуту, Его величество хочет отдохнуть.

– Благодарю вас, господа, – я поклонился по местной моде низко и быстро, – ещё раз простите, тут очень скользкие полы.

Они кивнули мне, принимая извинения, и пошли по своим делам. Я же остался ждать. Они оказались правы, не прошло и пяти минут, как дверь снова открылась и из покоев вышла новая партия, которая также подверглась быстрому допросу и даже успела показать мне в щель не закрывшейся до конца двери на высокого осанистого молодого человека, который что-то делал возле кровати в глубине комнаты. Теперь я хотя бы знал, как граф выглядит, и не нужно было приставать к другим людям, которые группами стали покидать покои короля. В конце концов граф вышел последним, плотно затворив за собой дверь, и отдал приказ гвардейцам никого не пускать внутрь, словно имел право это делать. Хотя судя по тому, что они его выполнили, став плотнее у двери, такое право он имел.

– Ваше сиятельство, – я подошёл ближе и самым вежливым образом обратился к нему. С меня не убудет, а он польстит своему себялюбию, – можно вас на пару слов?

Молодой человек остановился, высокомерно окинул меня взглядом, да так, что у меня по спине пробежали мурашки негодования. Он процедил сквозь зубы:

– Мы знакомы?

– Почти, – ошарашил его я, – я граф де Берзе, и мы с её высочеством хотим реализовать проект по строительству домов в сгоревших кварталах, как я знаю с её слов. Его величество попросил вас присмотреть за его реализацией.

Он отрешённо на меня посмотрел, словно силясь о таком вспомнить, затем отмахнулся.

– Не помню такого, вам лучше спросить у короля.

– Ваше сиятельство, – я перекрыл ему дорогу, – принцесса не может врать, если она сказала, что её отец так повелел, значит, так оно и есть, или вы подвергаете сомнению её слова?

Такого он явно не мог сделать, поскольку к нашему разговору стали прислушиваться посторонние. Он зло посмотрел на меня и ответил:

– Да, что-то такое действительно припоминаю, но вы приносите проект, чертежи, мне нужно все посмотреть и подумать. Я ведь не знаю, во что вы хотите ввязать принцессу? Может, это авантюра какая?

– Ваше сиятельство, я вкладываю в это деньги, а принцесса ничего, кроме времени, не потеряет при любом раскладе.

Он был, конечно, полностью прав в том, что требовал проект и чертежи, я сам бы так сделал. Но демон его забери, не говорить же ему, что малолетняя дурочка сначала наобещала мне одно, а когда пришла очередь это делать и я обо всём договорился, сообщила мне важную новость, без которой проект вообще не состоится.

– Граф, я всё сказал, чем раньше принесёте проект, тем скорее я его посмотрю, – отрезал он, надвигаясь на меня. Ссориться с ним сейчас было равносильно самоубийству и прямой немилости короля, так что пришлось отодвинуться и дать дорогу. Свысока посмотрев на меня, он двинулся дальше.

«Как же всё это не вовремя», – ругнулся я и решил ехать домой. Чертежи у меня есть, а сметы и прочих расчётов не было, нужно было всё это сделать и лучше всего до завтра, иначе время будет упущено.

Вернувшись домой, я был в такой ярости, что заставил всем заниматься Валентайна, который попытался вставить слово о том, что Ники не виновата и, возможно, её саму дезинформировали. Я в такое не поверил и сказал, что если он такой умный и решил её защищать, то пусть сам садится и делает проект – завтра утром он мне будет нужен! С этими словами я повернулся и ушёл к себе, я знал своё состояние, и лучше всего мне за работу было сейчас не садиться.

Самое странно было в том, что утром, когда я проснулся, принял утренние процедуры и позавтракал, в кабинет вошёл взлохмаченный маркиз с красными глазами и положил на стол весьма пухлый документ. Я потянулся за ним и стал листать; удивление накатывало на меня тем сильнее, чем дальше я его читал – он реально сделал всё! Все расчёты и затраты, а также рассчитал время, нужное на постройку, и даже арендную плату, которую нужно будет брать с жителей, чтобы проект окупился!!! И всё это он сделал всего лишь за одну ночь!!

Я поднял на него взгляд.

– Вот этот лист перепиши, увеличив цену аренды в пять раз, в остальном хорошо.

– Но, граф, это слишком много! Простые люди не потянут такую цену!

– Молодой человек, давайте вы спонсируете этот проект, вложив три миллиона золотых из своего кармана, а потом в течение десяти лет будете возвращать их у жителей обратно. Я с радостью отдам вам такую честь, опять же перед принцессой блеснёте!

Его глаза потухли.

– Вы зря издеваетесь надо мной, граф, вы же знаете, что у меня нет таких доходов.

– Тогда не умничайте, а делайте, что вам сказали! – отрезал я. – Я рассчитываю на пять лет, так что либо так, либо у неплательщиков пойдут проценты с этой суммы!

Он, не став спорить, сел и переписал страницу, изменив в ней только расчёты и конечную сумму.

– Ты тогда ложись спать – заслужил, – я стал собирать чертежи и его труд в саквояж, чтобы лично отвести это всё графу, – а я во дворец.

– Вы будете встречаться с её высочеством? – он встряхнулся, словно собака, вылезшая из воды, при одном упоминании о Ники. Усталость и сон были тут же забыты.

– Собирайся, – махнул я рукой, спорить с идиотами всегда бесполезно, а с влюблёнными идиотами просто безнадёжно.

* * *

Я всегда очень выдержанный человек, но и меня можно достать, а граф Негл, несмотря на молодость, делал это с большим изяществом. Вот уже две недели всё замерло и никуда не двигалось, поскольку он всё ещё якобы рассматривал проект и ответа ждать не приходилось. Не помогало ничего, ни мои встречи, которых он старательно избегал, ни мольбы и слёзы принцессы. Он просто тянул время, а каменщики и Орсей начали задавать вопросы, пришлось даже заплатить задаток за ещё не выполненную работу, но больше всего меня бесил тот факт, что ничего нельзя было сделать. Я даже не мог вызвать его на дуэль, так как выставил бы себя полным кретином, ведь он не отказывал мне, а выдуманные причины будут всем понятны, и мало того, что проект точно похоронят, так ещё и я прославлюсь смутьяном. Из всех нас троих счастливым был только маркиз, поскольку встречи с принцессой стали регулярными, а она смирилась с его постоянным присутствием и даже заговаривала с ним, спрашивая про технические вопросы строительства. В эти моменты я отворачивался, поскольку меня едва не тошнило от вида его лица и того выражения, с которым он на неё смотрел.

Когда же мне принесли послание от сержанта, что наши «крыски», так мы между собой называли троих казнокрадов, которые старательно раскапывали петли воровства и круговой поруки на постах, готовы предоставить мне отчёт, я вообще оставил этих двоих и под предлогом встречи с графом быстро ушёл. Маркиз не видел то, что видел я. С ним она общалась только потому, что робела передо мной и, опосредованно вовлекая меня в разговор через него, могла таким образом со мной разговаривать на любые темы. Он же, как слепой щенок, думал, что она интересуется его жизнью, и я даже с каким-то удовольствием представлял себе, какое же его разочарование ждёт, когда девушка подрастёт и познает радости плотской любви. Он точно не станет её первым, тут я готов был поставить на кон хоть половину своего состояния, скорее уж его брат или другой соперник первыми протопчут там тропу. Самые активные во всём, они явно перепортили не одну фрейлину принцессы, судя по редким и якобы понятным только им словечкам и фразам с тайным смыслом в разговорах. Кого они хотели этим запутать? Себя? Ну уж точно не бывшего главу Тайной канцелярии Империи, поскольку, являясь единственным стариком в их обществе, по большей части я просто молчал во время их пустой болтовни и распутывал по этим случайным обрывкам фраз, кто с кем и сколько раз. Занимательное препровождение времени, пока принцесса училась или упрашивала отца помочь нам с проектом. Что интересно, моё присутствие, из-за того что я не вмешивался в их разговоры, вскоре перестало их тяготить, и они стали чуть откровеннее, что позволило мне обогатиться информацией, а также очень важными сведениями для последующего шантажа.

Вот и сейчас, спускаясь к поданной карете, я обдумывал, как же мне заполучить письмо от красавицы баронессы Ганой к наследному герцогу Шалю, – он несколько раз ронял упоминание о нём, заставляя девушку краснеть, так что у меня прямо чесались руки заполучить его себе. Тем более что он явно лишил её девственности, и письмо было с этим как-то связано, что ещё более подогревало мой интерес.

«Нужно будет напроситься на экскурсию по дому маркиза, заодно и присмотреть места, где его брат мог бы хранить такое письмо, не будет же он его с собой носить».

Развлекая так себя, я прям до дрожи в суставах захотел окунуться в дворцовую жизнь, полную скандалов и интриг. Распутывать все эти хитросплетения, намекать о своей информированности – эх, я едва этим не соблазнился.

«Рано, Анри, рано, – едва я успокоил себя, когда соблазн был так близок к своей победе, – ты при дворе пока что никто и звать тебя никак, так что никто всерьёз тебя воспринимать не будет, нужно закончить все свои проекты, и только тогда можно бывать чаще при дворе. Сейчас тебя в гости-то редко приглашают и чаще те, кто живёт с тобой в одном квартале, остальные же после памятного бала вообще забыли о твоём существовании».

Время в дороге, когда занят собственными мыслями, а не просто смотришь в окно, идёт быстрее, так что я даже вздрогнул, когда дверь кареты открылась и оказалось, что я прибыл на место.

Вид мрачной и серой тюрьмы, рядом с которой остановилась моя карета, одним своим видом физически давил на людей. Так что когда я, оглядевшись вокруг, чтобы посмотреть, много ли кругом наблюдателей, убедился, что праздношатающихся рядом с таким заведением крайне мало, то подошёл к другой стоящей карете, которую охраняло с десяток стражей.

Кивнув Гори, я показал взглядом на дверь. Внутри кареты находились три наши «крыски», которые упирались, кричали, но не хотели выходить наружу. Пришлось применить силу, и вот они трое, трясущихся от одного вида здания за моей спиной, едва не повисли на руках стражей.

Я уже видел отчёты, а также показал их Джеку, чтобы поинтересоваться и его мнением об их работе, так что решение мной было вынесено, но чтобы они запомнили этот день надолго, я решил провести выездное «заседание».

– Получил ваши отчёты, и пришла пора выбрать из вас более достойного, – спокойно произнёс я, прохаживаясь между ними, посматривая при этом то на них, то на тюрьму. Один попытался открыть рот, но тычок дубинкой заставил его скорчиться и заткнуться. Два других благоразумно промолчали.

– Я… оставляю вас троих, – сказал я, когда накал эмоций от них стал зашкаливать, – предлагаю вам тридцать золотых в неделю и ещё десять золотых за каждого вора и казнокрада, что вы поймаете на своей работе. Проверять вас будет мой доверенный человек, так что вы, конечно, можете попытаться меня обмануть и даже это может у вас удастся какое-то время, но я не просто так решил вам показать вон то здание за нами. Я обещаю вам, что если хоть раз поймаю вас на воровстве у меня, то лично найду вам такую камеру, где вашу задницу будут раздирать так часто, что вы сдохнете там раньше, чем судья вынесет вам приговор.

Я посмотрел на троих чиновников, которые были готовы боготворить меня и целовать ботинки, но я прекрасно знал, что пройдёт год-два, полученные впечатления в тюрьме начнут сглаживаться, и они подумают о том, чтобы нагреть на мне руки, но это будут уже дела других дней, до которых нужно было ещё дожить.

– Согласны?

– Милорд, я буду вашим преданным слугой! Милорд, я умру, но не подведу вас! – и это были самые спокойные их выкрики, после моего вопроса.

– Отлично, тогда у вас четыре дня отдыха и поступаете в распоряжение сержанта, – снова огорошил я их, – он распределит вас по постам, и вы сможете работать перемещаясь между ними, чтобы не замыливался глаз. Постоянное место вам сержант устроит рядом с собой. Вопросы?

Вопросов не было, так что, когда крики и возгласы за моё здравие были остановлены хмурыми стражами, которые стали заталкивать их обратно в карету, я повернулся к Гори.

– У тебя всё готово?

– Да милорд, есть замена сержантам постов и их заместителям, также составлены списки тех, кого первым же делом выпнем из своих рядов, – тут же отрапортовал он, – с особенной радостью я сделаю это на восточном посту, лично поеду туда.

– Месть – дело приятное, но помни о деле, – предостерёг его я, – завтра я прикажу каменщикам начинать стройку, поэтому чем быстрее ты наведёшь в кварталах порядок, тем лучше.

– Вам разрешили!! – ахнул он в восторге.

– Нет, – я махнул рукой в досаде, – но выбора всё равно нет, я свои слова не нарушаю, даже если на пути встанет король.